Сравнение антиутопий Оруэлла и Хаксли
Добрый день. Посвящается откуда-то взявшемуся подписчику. Осторожно, длиннопост и ударное количество спойлеров к "О, дивный новый мир" и "1984". Не судите строго, пожалуйста, первый пост.
Итак: в 20-м веке были написаны 2 антиутопии, описывающие достаточно мрачное будущее. "О, дивный новый мир" был написан в 1931 году Олдосом Хаксли , а "1984" в 1948 Джорджем Оруэллом. Обе книги интересны, притягательны и отвратительны, но получается, что они по сути своей описывают противоположные общества. Неясно, какое из них чудовищнее - ниже я расскажу о наиболее ярких их чертах. Это последняя возможность пойти читать оригиналы книг.
Миры этих антиутопий диаметрально противоположны по описываемым системам принуждения - в мире Оруэлла неправильное выражение лица дома наедине с собой может обернуться визитом в минилюб (министерство любви - аналог силовой структуры); в мире Хаксли никто не ограничит свободу, но евгенические изменения (на этапе плода до рождения) определяют роль и поведение жестче любой полиции. То есть - в мире Оруэлла мы видим эталонный тоталитаризм, торжество общества наказаний. А у Хаксли - веселую демократию, где принуждение не требуется - для отклонения поведения индивида от заданных параметров почти нет условий. Получается, что в 1984 свобода ограничивается снаружи, а в Дивном мире Форда изнутри.
Технологии принуждения тоже различаются.
В ангсоце (Оруэлл) это механистичные инструменты: телекраны - следящие устройства, которые видят то, что вы делаете у себя дома и распространяют пропаганду (выключить их нельзя - за вами выедут). Пытки, лекции ненависти, плакаты Большого брата (будь проклят тот кретин, который перевел его как "старшего брата"). Воспитание детей в духе Павлика Морозова, они с радостью доносят на родителей. Основной тезис, вбиваемый в головы людей:"Big brother is watching you". Нельзя остаться в одиночестве - это мир, где за тобой могут следить все время, мир страха.
Для мира Форда (Хаксли) принуждение - это кастовая биологическая система - если человеку по заказу с предприятия суждено родиться не "альфой" а "эпсилоном", то его уродуют на этапе инкубации (основная масса людей для производственных нужд инкубируется и клонируется на пренатальном этапе). При этом человек рождается со сниженными умственными и физическими способностями, и общество требует от него постоянного приема наркотиков для корректировки поведения. "Christianity without tears–that's what soma is". "Христианство без слез - вот, что такое сома". И все довольны, все прекрасно уживаются с фактом, что естественные эмоции цинично подменяются химическим кайфом. Еще есть замечательная система обучения во сне, когда критическое восприятие действительности отключено, а любая информация воспринимается как непреложные факты.
Также эти системы по-разному ломают стремление у свободе своих обитателей.
Для Дивного нового мира это: "One believes things because one has been conditioned to believe them". "Человек верит во что-либо, потому что его поставили в условия для веры в это что-либо". Внешние условия определяют формирование личности, согласно этим условиям свобода не возможна вообще. Институт семьи как микросоциума, противопоставляемого социуму большому и враждебному, уничтожен.
Мир ангсоца:"Who controls the past controls the future; who controls the present controls the past". "Кто контролирует прошлое, контролирует будущее, кто контролирует настоящее, контролирует прошлое". Людей заставляют верить в то, что угодно власти при помощи переписывания истории (на ходу), и специального языка, который призван убрать из мышления категорию свободы:"War is Peace; Freedom is Slavery; Ignorance is Strength" - "Война это мир, свобода это рабство, незнание это сила". У жителей романа Оруэлла это выражение не вызывает не только отторжения, но и внутренних противоречий.
Военное дело:
В мире ангсоца война между 3 сверхдержавами, похожими друг на друга, как две капли воды, - это нормальное состояние, оно уничтожает излишний производительный потенциал для того, чтобы предотвратить рост благосостояния населения. То есть, лимитирующий фактор - уровень благосостояния. Власть насаждается ради власти.
Для мира Форда лимитирующий фактор - количество населения, численность которого поддерживается на исключительно оптимальном уровне, который позволяет оптимально расходовать ресурсы. А оптимальный расход ресурсов делает войну бессмысленным занятием. Власть занимается лишь координацией. Но еще более чудовищными методами, нежели в "1984".
Отношение к сексу: в антиутопии Оруэлла сексуальное напряжение должно быть максимальным - для того,чтобы его можно было умело обернуть истерией ненависти к "врагам и предателям". Поэтому для поддержания напряжения удовлетворяться люди не должны, кроме случаев, когда это ведет к размножению. В антиутопии Хаксли сексуальная свобода граничит с извращениями (если, конечно, кастовые условия позволяют иметь сексуальное влечение). Нормой в этом произведении является то, что в современных обществах называется растлением малолетних.
К вопросу большей вероятности: мир ангсоца вероятнее с точки зрения технической реализации - уже сегодня уйти от наблюдения в городах практически невозможно - и люди его терпят, потому что, во-первых, оно не афишируется, а во-вторых, оно увеличивает защищенность и комфорт. А евгеника Дивного нового мира еще далека от технологической возможности, а, главное, от принятия обществом.
Дивный новый мир вероятнее с точки зрения политики: тоталитарные режимы не существуют долго, да и пропаганда тоталитарной идеологии себя дискредитировала после Гитлера, а вот общество, где по-своему гарантированно счастлив каждый, может наступить легко и незаметно. Надо только довести демократические институты до полной деградации и максимального злоупотребления властью теми, кто закрепит свою власть на биологическом уровне при помощи не прямого наследия, но настоящего расслоения видов.
P. S.: В любом случае, стоит почитать обе эти книги - ужасы, описываемые Оруэллом, и очень натуральное страдание героя приучают критически рассматривать абсолютно все, и намного более чутко относиться к мыслям других, а Хаксли вообще великолепен: его позиция по лоббированию веществ веселит, и он об этом говорит на полном серьезе, плюс в его произведениях есть такая веселая циничная ирония, что невозможно не проникнуться его саркастичным отношением к жизни. Если есть возможность, читайте их в оригинале - половина идиом и игры слов не переводится на русский принципиально.