Сослуживцы
Если говорить о сослуживцах, то люди были совершенно разные, как по характеру, так и по социальному положению. Примерно в равных долях бывшие школьники и студенты, окончившие ВУЗ или техникум. В простом характере и манере общения сразу узнавались парни из деревни или села, городские, как правило, были более высокомерные и зазнаистые. Некоторые уходили в армию уже будучи отцами, оставляя дома жён и детей. Таких были единицы, но они были. Основная масса людей была в возрасте 18 лет - 23 года. Выходцы разных городов России. Общаясь с каждым было интересно узнавать что-то новое. Жители разных регионов и говорили по-разному, на одном языке, но с другим диалектом, кто-то иначе произносил или протягивал звуки, другие же и вовсе говорили просторечно.
Уходя в армию, думал что кругом будут лишь подтянутые и крепкие юноши - ошибался. Было много таких как и я - высоких и худых, приличное количество людей и с лишним весом. Атлетически сложенных были единицы. По мере службы мы становились более похожими друг на друга. Худые набирали массу, а полные теряли ее. Важно было в процессе обезличивания, которое обусловлено условиями службы, сохранить свою индивидуальность. Как по мне, наиболее продуктивный коллектив именно тот, который состоит из совершенно разных людей. Это позволяет решать задачи, подходя с разных сторон и ракурсов.
Помимо крепкого физического здоровья в армии важно иметь и крепкое психологическое. Нужно заранее настраивать себя, быть готовым к потере некоторой части свободы. Армия - явление временное. Но даже за этот год неподготовленный человек может сломаться, замкнуться, уйти в себя.
В моём взводе был парень по фамилии М. Ему было как и мне, около 19 лет. Всю свою жизнь он прожил с мамой, отца у него не было. У него был лишний вес и мягкий характер. Этакий типичный булочник. Непонятно как он попал в армию, имея множество болезней, но тем не менее комиссия отправила его служить. Я не говорю, что все кто воспитаны матерями-одиночками мягкотелые и маменькины сынки, но он был таков. Ему сразу, с первых дней было трудно. Бег ему давался очень тяжело, мы его подбадривали и говорили, что всё будет хорошо, а он лишь твердил, что хочет домой, к маме. Замечания сержантов били по нему особенно сильно, он пускался в слёзы. Один раз после личного замечания на построении, придя в казарму, он начал биться головой о стену, взывая маму и мечтая о доме. А прошло лишь две недели службы. Наши беседы с ним, шутки, подбадривания проходили мимо его ушей. Он капитально ушёл в себя. Замкнулся. Я не виню воспитание и характер, отсутствовала банальная психологическая подготовка. Человек выпадает на год из привычного образа жизни. М. предстояло прожить год вне заботы матери. Он не смог смириться с её отсутствием. У него начала ехать крыша. Нам было жалко его, но и сделать мы ничего не могли. Спустя месяц службы его комиссовали и вернули обратно маме. Он прыгал от счастья в день отправки домой, рассудок, казалось, вернулся. Его дембель уже наступил. А нам оставалось еще 11 месяцев.