ПЕРСПЕКТИВЫ ЯДЕРНОЙ ВОЙНЫ
Мир основан на войне. Он создается ею и держится на ней. Развитие цивилизации невозможно без войн, ибо тишь и гладь сдерживают развитие. Об этом писал еще несравненный Сунь-Цзы в своем великом труде «Искусство войны», по праву считающемся одним из древнейших бестселлеров. В нем великий китаец изложил свои мысли, настолько мудрые, что с их помощью можно дать ответ на любой вопрос, касающийся бытия человечества. И хотя все обоснования и примеры у него связаны исключительно с войной, это лишний раз подтверждает тезис, с которого мы начали этот разговор.
Другой вопрос, какой должна быть современная война. На заре человечества основной разновидностью стремления к победе была война позиционная: одна сторона стремилась захватить некую территорию, вторая ее обороняла. Всё проистекало из сопоставления численности воюющих да понимания полководцами смысла собственных действий. В рамках противостояния сторон создавались целые научные труды по стратегии, тактике и прочим специфическим военным дисциплинам, в которые укладывались все типичные правила ведения боевых действий и требования к тем, кто их ведет.
С началом прошлого века ситуация резко изменилась. Сначала появилась теория блицкрига – молниеносной войны, основанная на принципах концентрации войск и стремительности их действий (и неправда, что ее придумали немцы – нет, они лишь успешно применяли ее на практике, а зарождалась она еще в российском Генеральном штабе). Затем от нее стали отпочковываться ответвления, дополнения и разновидности, самой заметной из которых стала тема химического оружия, эффективного, недорогого и простого вида вооружения.
Как и все ранее изобретенные виды относительно узаконенного убийства людей и причинения вреда противнику, довольно скоро отравляющие вещества в качестве ноу-хау были использованы бравыми вояками, и здесь первенство немцев неоспоримо. Это произвело настоящий переворот в военном деле, показав столь впечатляющие результаты, что все сошлись во мнении: химическое оружие необходимо запретить.
Справедливости ради необходимо отметить, что впервые это произошло еще в 1899 году, то есть до приснопамятных апрельских событий под Ипром. Слово «впервые» употреблено потому, что запрет был настолько суров и соблюдался настолько неукоснительно, что очередной запрет на использование отравляющих веществ был принят на некоем международном конгрессе через десять лет после атаки в 1925 году. Затем их снова запретили восемью годами позже, потом запрещали еще несколько раз... Короче говоря, на сегодняшний день химическое оружие производится как минимум несколькими странами и потихоньку применяется там, где тлеют локальные конфликты.
Довольно скоро выяснилось, что с определенного момента отравляющие вещества превратились в безобидную забаву взрослых мальчиков: на пока еще начинавшемся с вешалки теоретических изысканий театре военных действий явился он, его величество Атом, перед которым в почтительном недоумении взяли под козырек все генералы от науки. Впрочем, вскоре они привычно развили бурную деятельность: уже начальные математические выкладки показывали неоспоримое преимущество атомной бомбы над всеми прочими видами вооружений. Ну, а бесчеловечные американские эксперименты 1945 года в Хиросиме и Нагасаки (и не менее страшный по своим последствиям наш ответ их Керзону – печальной памяти учения на Тоцком полигоне в 1954 году) блестяще подтвердили эту гипотезу.
Дальше – больше, и, в основном разобравшись с энергией атома, люди обнаружили нечто новое и перспективное – энергию ядра, немедленно принявшись покорять ее и обращать себе на пользу. Тут есть, где разгуляться: и тротиловый эквивалент в каких-то совершенно уж несуразно огромных цифрах, и последствия применения, не сулящие ничего хорошего (уже само словосочетание «ядерная зима» звучит устрашающе), и вообще, честно говоря, боязно.
Однако мало кто пытался задаться простым и логичным вопросом: настолько ли всё хорошо, что ядерное оружие существует на самом деле? Не может ли оказаться так, что все эти бряцания и сотрясания – всего лишь слова, и что пресловутые «ядерные потенциалы» и «красные кнопки» в действительности представляют собой грандиозный блеф за зеленым игровым сукном нашей голубой планеты?
Эта версия, как ни странно, имеет право на существование. Многолетние и громоздкие эксперименты обходятся куда дороже серьезной мины на лице любого из глав якобы ядерных держав; а если принять за постулат общность их двусмысленного и всегда весьма шаткого положения, то, может быть, никакого ядерного оружия и вправду нет?
Что касается способов обнаружения результатов проходящих на чужом поле экспериментов, то, например, в Министерстве обороны Советского Союза существовало целое подразделение, которое в государственных масштабах занималось тем, что выдавало желаемое за действительное и наоборот, а заодно держало всех за дураков. Тем более, что со времен СССР и наука, и техника успели сделать изрядный шаг вперед. Поэтому, вы говорите, место предполагаемого взрыва выдаст радиоактивное излучение? Бросьте, для этого достаточно маленького контейнера с каким-нибудь радиоактивным элементом типа цезия-137 или плутония-186, аккуратно привезенного на полигон и выложенного там в укромном месте. Взрывная волна? Ха! А военные предприятия, производящие боеприпасы – зря, что ли, они гонят тысячами тонн пироксилин, аммонит и прочие шумные радости?
Хорошо, данные объективного контроля можно подделать; но как быть с утечкой информации – проще говоря, с разведданными, зачастую добытыми с огромным трудом и риском? Увы, их тоже можно фальсифицировать, подложив тому, кто ищет, то, что он ищет. Тем более, что с ядерным оружием всё получается как нельзя удачно; а проверить, действительно ли приведена в действие бомба, или это просто умелая имитация, невозможно – последствия будут слишком разрушительными, чтобы кто-то вообще захотел или смог что-либо проверить.
Представляется, что как раз подобным замыливанием глаз и занимался до недавнего времени достославный лидер Ким Чен Ын: не зря же он истинный внук своего деда и сын своего отца. Что же касается непосредственных успехов северокорейской научной мысли на ниве разработки ядерного оружия, то они представляются как минимум незначительными, если не сказать ничтожными.
Ну, и пусть, зато умница Ким-младший сумел решить важнейший вопрос обороноспособности своей страны. Да, северным корейцам живется не очень сладко, зато теперь ни один непрошеный гость не посмеет явиться к ним со своим сахаром, по крайней мере, в обозримом будущем. Проводились ли пресловутые запуски или нет, были ли оснащены летательные аппараты, столь сильно напугавшие японцев и американцев, чем-то таким, или это было высокотехнологичное плацебо, факт остается фактом: Северная Корея сама себя вычеркнула из списка стран, внезапно озаботившихся победой демократии, – типа многострадальной Сирии, несчастной Ливии и бедного Ирака.
Кстати, о последнем. Как известно, возглавлявший его Саддам Хусейн воплощал в себе всемирное зло, кульминацией которого стала разработка ядерного оружия – именно это, согласно вбитому в общественное сознание мнению, и стало основной причиной вмешательства американцев и их союзников в суверенные дела Республики Ирак. С традиционным изяществом слона, оказавшегося в посудной лавке, они сменили законное правительство на своих марионеток, превратив процветавшую прежде страну в трущобы, а заодно и отжав себе всё самое ценное, начиная с нефти.
Но что интересно – Израиль, в любой ближневосточной грызне обычно блюдущий только свои интересы, в этот раз неожиданно сам вызвался войти в состав коалиционных сил, не особенно претендуя на углеводородные авуары. Более того, подразделения армии обороны Израиля выдвинулись на передний край в самом начале боевых действий, что во многом повлияло на исход вторжения 2003 года. Ну, а в качестве трофея, по смутным намекам отдельных политиков, официальный Тель-Авив вытребовал… багдадские наработки в области ядерных вооружений!
Так это или нет, остается, естественно, только гадать; истинное положение дел в этом вопросе есть сугубая тайна за семью печатями, известная лишь узкому кругу лиц, число которых вряд ли превышает количество тех самых печатей. Ядерное оружие – слишком серьезный аргумент в любом политическом междусобойчике, и обладание им способно стать индульгенцией для любого грехопадения на государственном уровне, особенно при таких соседях, как у израильтян. А коль так, то теперь с ним можно говорить, если не свысока, то уж точно на равных.
Непонятная ситуация наблюдается и с Ираном, еще одной условно-ядерной, а значит, и проблемной для позиционирующих себя мировыми лидерами государств страной Ближнего Востока. Достоверно известно, что опыты по разработке ядерных вооружений начались здесь чуть ли не полвека назад – при полном и всемерном советском содействии. Вне всяких сомнений, у нашей бывшей Родины имелись на то свои геополитические причины, и процесс был успешно запущен.
Официально целью начала исследований была провозглашена необходимость поиска альтернативных источников энергии. Именно это заставило насторожиться наших нынешних «партнеров»: на кой ляд иранским ученым заниматься неизведанным и потенциально небезопасным, если вокруг полным-полно веками проверенной нефти? Однако до поры до времени советские, а чуть позже и российские ученые достаточно плодотворно потрудились над тем, чтобы у Тегерана появилась собственная ядерная программа – конечно же, абсолютно мирная, что вы!
Ну, а когда в начале текущего тысячелетия Россию принялись теснить и выдавливать по всем направлениям, у американцев дошли руки и до Ирана. Что было дальше, всем известно: громкие обвинения, всемирное презрение, болезненные санкции, сворачивание программы, реальная проверка, удивление по поводу допущенной ошибки, недоумение…
Вот для недоумения поводов хоть отбавляй. Понятно, что всякое внезапное повышение интереса к ядерной программе в каком бы то ни было ее проявлении в любой стране свидетельствует исключительно о росте ее аппетитов. И можно сколько угодно говорить о том, что все работы в этом направлении ведутся только в мирных целях – энергетических ли, научных или еще каких: природа страшной силы, которая заключена внутри атомов радиоактивных веществ, такова, что любая мирная цель способна эффективно решать и военные. Нет, речь совсем о другом: возможно ли, чтобы за столько лет, которые тот же Иран (или Ирак, или Северная Корея) потратил на разработки ядерных программ, у него не появилось чего-то, что можно было бы взорвать по-настоящему?
И не надо отговариваться несовершенством технологий или опасением того, что они могут попасть в совсем уж нечистые руки какой-нибудь террористической организации. Еще в 1986 году не такой уж технически совершенный четвертый реактор Чернобыльской АЭС наглядно продемонстрировал всему миру, что такое вышедший из-под контроля «мирный атом». А если бы в руки сумасшедших радикалов попала его военная разновидность, которая, если верить трубным гласам ученых и политиков, год от года растет как количественно, так и качественно, в этом тексте, равно как в чем-либо еще, нужды больше не было бы.
Вне всяких сомнений, среднестатистическое воображение уже готово рисовать ужасные картины на тему ядерного апокалипсиса, но хотелось бы, чтобы одновременно с фантазией включился здоровый скепсис, в данном случае вмещающийся всего в четыре буквы – «если». И если вы, хотя бы иногда, тоже думаете об этом, мы были бы вам признательны за участие в нашем онлайн-опросе.
Голосование проводится на тему «Угрожает ли нашей цивилизации ядерная гибель?» По традиции предлагается несколько вариантов ответа:
• Ядерная война – вполне реальная угроза для человечества.
• Ядерная война – страшилка для легковерных и слабых духом.
• Ядерная война возможна, но ее просто не допустят.
• Ядерная война? Нет, не слышал.
• Свой вариант.
Результаты будут подведены непосредственно во время торжественного открытия очередного энергоблока на одной из АЭС: вот там атом точно работает.