О справедливости, виски и близнецах

- Что-то в меня не лезет больше.
- Хорош.
- Ага.
- Ты пить ни хера не умеешь...
- Да ладно. Все не выпьешь.
- Давай допивай и наливай еще.
Вот так мы и сидели с моим другом - Ваньком и пили виски. Сегодня мы узнали нечто бОльшее об этой жизни. Что-то о справедливости. Что-то о том, что мы держим в руках, и это "что-то" навсегда останется с нами. Мы просто взяли и отпиздили двух уебков. За дело. За нехорошее дело с их стороны. Мы устроили собственную вендетту и были довольны собой. В этом мире мы слишком многим уступаем, слишком часто мы проглатываем насмешки, подъебки, слова. Это верно не для всех. Но когда ты видишь несколько громил возле себя, тебе не очень-то хочется быть крутым. Т.е. хочется - той гордости, что сидит внутри, тем словам, что ты произносишь после - наедине с самим собой.
А мы это сделали. Это проще, чем кажется со стороны. Это проще, чем жизнь. Это проще, чем смерть - что заглядывает периодически нам через левое плечо.
А дело было так.
Лето - хорошая пора для студента. Ты сдаешь сессию. Ты оставляешь комок нервов и ответственности позади и кажется, что впереди тебя ждет лишь свобода, солнце и, возможно, девушка. Да, ты способен на все, если бы... Если бы не было такой мучительной нехватки денежных средств - главного источника всего, чего бы ты мог получить. Мы знали об этом. Мы - это я и Вано.
Хороший друг. Из настоящих.
Так мы и решили - поскольку сил у нас не занимать, устроиться на самую тяжелую, но и, в свою очередь, самую высокооплачиваемую работу. Нам было все равно - пусть и грузчиками (несмотря, что росту в нас - чуть меньше трех с половиной метров на двоих). В стране, где налоги платят немногие, найти хорошо оплачиваемую, физически тяжелую работу для студента не проблема. Я говорю о неофициальном трудоустройстве. Склад находился где-то в жопе - на выезде из города, от остановки надо было идти около получаса. Нас это не смущало. Не смутило даже то, что все работодатели были э... лицами то ли армянской, то ли таджикской национальности. Нас тут же отвели на склад. Он представлял собой обычное крытое темное помещение, метров десять в высоту. Он был полностью набит печеньем. Т.е., блять, самый настоящий рай для любителей сладкого. Запах этого склада состоял в основном из карамели, сдобы, пота и мата. Работало там обычное "пацанье", в общем-то, наших габаритов. Кроме двух. Двух братьев-близнецов. Двух выродков. Женя и Толя. Такое ощущение, что в момент их рождения в нашем мире произошло что-то поистине прекрасное и чтобы восстановить равновесие недостаточно было послать на эту землю одного урода, пусть и такого - только двоих. Рост - около 180 см. Вес - около 100 кг. Настоящие машины для порождения всего самого мерзкого в этом мире. Они-то и орали там громче всех.
- Слышь, пиздюк, тащи-ка сюда эти коробки.
- Блять, не ори, я и сам знаю - что и куда тащить.
- Еще раз услышу такое, ебало разорву твое паршивое, понял?
- Иду уже.
- Попизди еще.
Что ж атмосфера - то, что надо для двух студентов-второкурсников.
- Вот здесь вам предстоит работать, ребята, - прогнусавил таджик-армянин-начальник.
- Эм... Ну, ладно. Где раздевалка?
Она показал на небольшую комнатку неподалеку и сказал, что мы можем приступать.
Мы переоделись.
Два человека, склад и остальной мир. Начало и конец всего. Ты оторван от той жизни, к которой привык, но поначалу тебе просто занятно находиться здесь. Все по-новому. Мы стали работать. Работа не прельстила нас своим разнообразием - таскай коробки туда-сюда, в зависимости от заказа; когда подъезжает машина, становись в линию - кидай и лови все те же коробки и т.д. Самое сложное как раз было ловить. Коробки весом около 15-20 кг никак не хотели лететь ровно, их углы постоянно впивались в руки так, что к концу дня они были изрядно ободраны. К концу дня вообще многое изменилось в восприятии всего этого "места". Работать на складе, либо на выезде, при разгрузке - в боксах (на жаре), не самое приятное впечатление в твоей жизни. Да, впрочем, нам и это было не сложно стерпеть. Сложнее было то, что весь день приходилось слышать, как тебя называют "пиздюк", "хуесосик", "девочка" и т.д. Из-за этого некоторым прилетали ящики прямо в ебало, и они затыкались. Но только не два брата-близнеца...
Они были короли этого мира. Короли склада. Короли своего убогого, ограниченного куска воздуха под названием жизнь двух долбоебов. У меня сложилось твердое убеждение, что женщины им не давали, никогда. Даже шлюхи. Из-за этого они были злы на все и вся. Хотя и не показывали этого. Они были веселы и непринужденны, но внутренняя ненависть закипала в них при каждом удобном случае. Гиены на параде. Ходили слухи, что они даже служили в Чечне по контракту. Весьма сомнительно, но проверять никто не рисковал. Все были осторожны с ними. Впрочем, как и мы с Ваней. Просто обходили их стороной. Есть вещи и поинтересней уродства. Все было ничего. Кроме усталости и этих двух постояльцев свиноферм, нас в целом ничего не беспокоило. Все можно пережить, ко всему привыкнуть. Да и они вроде попритихли со своими подъебами в наш адрес. Все шло хорошо. Ну, или нормально.
Пока не пришла суббота.
Дело в том, что нас предупреждали о том, что работа будет шестидневная - и мы были готовы к этому. Не готовы мы были к другому. А именно к тому, что в субботу напрочь отсутствует начальство в этой маленькой таджико-армении. Т.е. оставляют двух "старших" и все. Угадайте, кто были эти двое? Тысячу раз правильно.
В субботу было заведено пить. Причем с утра. Об этом нам объявили сотрудники склада, стоявшие с полторашками пива на пути от остановки до рабочего сооружения. Мы отказались. Не то, чтобы мы против этого. Просто пить в девять утра перед восьмичасовой сменой грузчика - не самый лучший выход. Мы дошли до места, зашли в раздевалку и через 5 минут уже были с ящиками в руках и мыслями о выходном в голове.
Потом начали подтягиваться остальные. Один за другим.
Все шло, как шло обычно.
В обед два брата-близнеца отправились на боксы с экспедитором. Почти вся работа была сделана, и мы с Вано сели на поддоны, в тени - покурить. Свобода на пять минут. Хорошие мысли, хорошее молчание. Докурив по одной, мы зашли на склад. Там сказали, что работа выполнена, и теперь можно спокойно отдыхать до прихода следующей машины. Она ожидалась где-то через два часа. Что ж. Идти было некуда, и мы просто снова сели в тень.
Прошло полчаса. Вдалеке мы видели, как вернулись два представителя уродского мира. Похоже, в дороге они выпили еще. И немало. Нам было все равно.
Один из близнецов зашел в раздевалку. Через пять минут он уже нервно бежал к нам. Мне стало неуютно в этой тени, в этой части амбаров и складов, в этой одежде и теле, что немело при каждом неловком вздохе.
- Кто, блять, взял мои сигареты???
- Че? Какие сигареты?
- Бонд, блять, красный. Там больше полпачки лежало.
- Хуй знает. Я курю легкие. Ванька тоже. Вот смотри.
- Блять, мне Лысый сказал, что вы заходили в раздевалку.
- Блять, и че? Мы попить ходили. Женя, говорю же, мы курим свои. Даже ни разу у вас не стреляли.
- Пиздец, блять. Ща пойду у пацанов спрашивать. Узнаю, кто взял мои сигареты, убью нахуй.
Мы смотрели, как он бежал к кучке людей, сидящих в тени напротив. Казалось все позади. Мы закурили снова.
Были слышны какие-то крики. Потом, вроде, все успокоилось. Они говорили и стали пить снова. Потом вся эта куча, человек из пятнадцати двинулась на нас. Мне почему-то вспомнились сны, когда ты падаешь с крыши огромного дома и у самой земли просыпаешься.
Мне захотелось проснуться.
- Так, пацаны. Все говорят, что только вы заходили в раздевалку. Скажите просто, что взяли сигареты. Просто купите нам другую пачку и пива, и мы забудем об этом.
- Я тебе уже говорил, что мы курим свои...
- Заткнись, сука. Я хочу послушать твоего друга. Вано, ты взял?
- Нет.
- Точно, блять?
При этом близнец сильно уебал по стене, рядом с тем местом, где мы сидели.
- Послушай, Жень. Мы ж тебе сказали...
И Ванька при этом улыбнулся. То есть такой улыбкой... доброжелательности. Показывая всем видом, что ему можно верить. Я бы поверил.
Но здесь это был неправильный ход. Гиены не понимают людей. Крысы нападают, когда их начинают гладить. Свиньи любят жить лишь в говне.
Этот близнец-урод-Женя схватил Ваньку за горло и начал его душить. Сука, блять. Я хотел его отодвинуть, но меня схватили все остальные. Он душил его очень сильно. Я ощущал это своей шеей. Блять, блять. Два студента в мире пьяных ебаных грузчиков, где-то в жопе, на краю города. Казалось, это длилось вечность. Он его все-таки отпустил.
- Сейчас мы съездим в бокс - еще за пивом. Когда вернемся - пачка должна быть на месте. Понятно?
- ...
- Понятно, хуесосины, блять?
- Ага.
Они съебались. Всей гурьбой. Я дал Ваньке сигарету. Свою. Мы курили молча. Потом он сорвался с места и побежал в раздевалку. Я следом.
- Че ты собрался делать?
- Переодеваться и уйти отсюда. Это, блять, не стоит того. 15 тысяч в месяц. Пусть засунут их себе в свои ебучие жопы.
- Погоди, я с тобой.
- Давай, хули.
- Слушай, а как быть с деньгами? Ведь мы отработали здесь неделю.
- Приедем в понедельник и заберем... А хотя хуй с ними. Там тысячи полторы будет. У нас же вроде как испытательный срок.
- Бля, ну, все равно деньги. Давай вместе заедем.
- Ну хуй знает. Посмотрим. Готов?
- Ага.
- Пошли.
Мы вышли. Мы просто ушли. На пути нам никто не попался, и мы были довольны этим. Страх ушел. Страх одиночества незнакомого места. Мы были в безопасности. Мы дошли до остановки и решили проехаться. Доехав до своего района, мы вышли, и купили себе пива.
- Блять, это нельзя так оставлять. Хуесосные шлюхи.
- Точно, бля. Особенно эти двое. Уебаны. А вокруг тоже, блять, боязливые крысы. Пиздец.
- Надо что-нибудь придумать. Блять, так не должно быть.
- А хуле делать? Их 15, а нас двое. Ну, найдем мы впрягу человек из пяти, а дальше что? Да и то вряд ли. Сейчас все разъехались - кто куда.
- Да хуй знает. Блять, в детстве учат, что все в этом мире происходит по справедливости, а вот я ее сейчас не наблюдал. Мы же не
Автор поста оценил этот комментарий
Продолжение:

..Мы же не брали их сигареты. Мы это точно знаем. Это же был просто пиздец какой-то. И знаешь что? Похуй на этих приспешников ебучих. Эти спермоглоты - просто жалкие шестерки. Я таких ненавижу, но, бля. Они по сути в той же жопе, что и мы. Только выбираться не хотят. И похуй. Не нам их уговаривать. Особенно теперь.
- Что ты предлагаешь?
- Ну, слушай. Нам же все равно ехать туда за деньгами, так?
- Угу.
- Короче, у меня дома бита есть. Дарили как-то. А у бати где-то дубинка милицейская лежит. Надо найти ее.
- Бля, ты серьезно?..
- А че?
- Да ну нахуй.
- Не, ну давай будем постоянно проглатывать это. Давай, блять, дадим каким-то двум уебанам с нетраханными хуишками почувствовать себя выше нас.
- Бля, они вдвое больше нас по габаритам.
- Я ж те говорю, есть бита, есть дубинка. Есть эффект неожиданности.
- И как ты себе это представляешь?
- Пока хуй знает. Но нам ведь не обязательно приходить в понедельник за деньгами, так? Пусть все поуспокоится. Пусть порадуются чуть-чуть, жалкие задроты. Придем в четверг или в пятницу. Заберем деньги и будем ждать их на пути к остановке, когда смена закончится.
- Ага, а если они всей гурьбой пойдут?
- Ну, блять. Значит, пойдем в субботу. Они в субботу позже всех домой идут, им дела сдавать надо.
Мы пошли в пятницу. Забрали свои зарплаты. Все прошло спокойно. Вся штука в том, что офис, где выдают зарплату, находится не доходя до склада. Нас никто не увидел, и это было первой удачей за день. Мы вышли с территории, нашли свои подготовленные дубинку и биту в кустах и стали ждать. Время не тянулось, оно бежало. Нам было страшно. Никто не знает ничего о будущем, и мы не исключение.
Подошел час "Х". Мы увидели, что все 15 подхалимов-крысоболов вышли и направились на остановку. Близнецов видно не было.
Затем вышло начальство. "Их" все еще не было. Видимо, они задержались у киоска с пивом.
Это была наша вторая удача за день.
И вот идут "они". Руки потеют, но держат орудия крепко. Голова ясна. Ненависть оголена и просится наружу.
То, что происходило позже, я помню лишь фрагментарно.
Помню, что Ванька выскочил первым и уебал битой по башке одному из них. Помню, что потом выскочил я, пытаясь уебать дубинкой под дых другому, но промахнулся. Удар не получился сильным. Почувствовался ответ. Удар кулаком. Сильный удар, но он прошел мимо - в плечо. Я понял, что еще одна моя оплошность может стоить мне здорового вида и нескольких зубов. Следующий мой удар был точен, прямо в нос. Хлынула кровь. Горячая поросячья кровь. Он взвизгнул. Потом по ноге. Под дых. Еще куда-то. Я помню, как очнулись мы, пиная их двоих, лежащих на земле. Удивительно, но рот их не затыкался ни на секунду.
- Я, блять, вас найду, девчонки.
- Девчонки, вы будете сосать.
- Вам уже пиздец.
- Копайте себе могилы, суки.
Было что-то и похлеще, но я не помню уже. Я просто хуярил их.
Когда я понял, что достаточно. Я одернул руку Вано. Он тоже увидел, что хватит. Близнецы лежали на земле. Поверженные. Разбитые короли бесполезного королевства. Жалкие пиздюки. Они все еще повторяли свои угрозы, но уже тише, гораздо тише. Тогда Ванька подошел к одному из них, к тому, что душил его неделей ранее.
- Запомни, выблядок, я курю легкие. Запомнил, сука? Запомнил? Тварь ебаная.
Он пнул его еще разок "на прощание", и мы пошли быстрым шагом к остановке. Обернувшись я видел, как вдалеке очень медленно поднимались два тела. Они падали и поднимались снова. Потом все-таки поднялись. Тут я увидел, что как раз подошла наша маршрутка, и мы запрыгнули в нее. Третья удача за день! Было понятно, что мы находимся далеко от них, и они не увидят номера маршрута.
Это был хороший день.
Это был день, когда мы поняли, что справедливость можно вершить самому. Пускай, она будет локальна. Пускай, она будет никому, кроме тебя, не нужна.
Приехав домой, мы взяли виски. У нас было три тысячи рублей на двоих, и жизнь была прекрасна. Хотя бы в этот миг. Хотя бы в этот день. Мы могли что-то поменять, и мы сделали это.
- Ну что? Ты будешь еще или нет?
- А сколько там еще осталось?
- Да уже чуть-чуть.
-Ну давай, хули делать?
- Слушай, а как ты думаешь, "они" нас смогут найти?
- Блять, хуй знает. А как?
- Ну, мы же оставляли копии паспортов, когда устраивались на работу.
- Мы же их забрали вместе с зарплатой. Я забрал, по крайней мере. А ты - нет?
- Я тоже.
- Тогда похуй. Не думаю, что кто-то заранее их запоминал - наши адреса. Мы просто два студента. Два человека, попавших не в свой мир. Два человека, которые жили и остались жить по своим законам.
- Ага, похуй. Наливай еще. Хороший виски.

© savaklava