12

История одной любви. Обратный отсчет: 4…

(Кваздапил, продолжение):

Глава 5

Алое забытье отпустило не сразу. Щель в трудно отворившихся глазах показала завернутую в халат Хадю, которую трясло в углу, куда она забилась. Черная паутина волос, впервые не заплетенных в косу, опутывала плечи, струилась по рукам и прижатым к груди коленям, липла к бедрам.

– Хадя!

Меня бросило в ней. Я обнимал, она отстранялась. Раскачивающееся тело напоминало забытый метроном – работающий, но никому не нужный, потерявший смысл существования.

– Что мы наделали… что я наделала!

– Ничего такого, о чем можно жалеть. – Я по-мужски взял в руки и себя, и ее. – Ты выйдешь за меня замуж, и все станет как надо.

– Ничего не понимаешь! Вообще ничего! Что же я наделала…

Истерику требовалось прекратить, я перенес внимание на более приятное:

– Когда мы подадим заявление?

В ответ яростно выплеснулось:

– Никогда!

– Перестань, мы же любим друг друга. Мы…

– Нет никаких «мы»! У нас мужа девушке выбирают родители. Ты не наш, мы никогда не смогли бы пожениться.

– Мы не «у вас». – Пришлось еще крепче сжать девушку, которую трясло и перекручивало. – Здесь ты можешь жить как хочешь и с кем хочешь. Если возникнут проблемы, я смогу защитить. Мы можем уехать в любой город, просто ткни пальцем в карту. Даже в глобус. Весь мир у твоих ног, для людей, которые хотят быть вместе, преград не существует.

– На моей родине…

– Твоя малая родина далеко, где-то там, за тридевять земель, за лесами и горами. Теперь ты живешь в мире большой родины. Он другой. Привыкай к нему. Он не такой плохой, как кажется. Мы научимся совмещать плюсы твоего и моего миров, и жизнь станет лучше, чем могла быть по отдельности.

– Родина не там, родина здесь! – Девичья ладонь с болью сжала собственное сердце.

– Забудь обо всем. Теперь мы будем вместе. Всегда.

С трудом удалось препроводить ее в постель. Она двигалась как нетрезвый лунатик, каждая часть организма по отдельности сопротивлялась, но вместе покорялась чужой воле. Халат удалось содрать только силой, и девушка юркнула под покрывало, закутавшись в него с головой. Ничего не оставалось, как лечь сбоку.

В какой-то момент рыдания утихли.

После такого не спалось. В мозгу строились и рушились воздушные замки, но над всем сияло солнце. Давно со мной такого не было. Внешне все выглядело плохо, но только внешне. Мне принадлежала та, которой я решил подарить жизнь. Она лежала рядом. Чего желать еще?

Однако одно «еще» имелось. Как мужчина я отвечал за наше счастье, потому требовалось зарабатывать на него.

– Кваздик, – глухо донеслось из-под покрывала. – Прости, я хочу побыть одна. Мне нужно подумать.

– Конечно. – Я заботливо подоткнул одеяло, где могло дуть, губы коснулись Хадиной макушки. – Проедусь по заказам.

Хадя ничего не ответила.

То ли Вселенная меня услышала, то ли настрой как-то сказался, но счастье в эту ночь не кончалось. Клиент пёр валом, удавалось даже совмещать. Один раз подсадил голосовавшую парочку к солидному дядьке, уже занимавшему переднее сиденье. Парочка, едва не бросившаяся под машину, торопилась, им было по пути, дядька не возражал. Я каждому скостил цену и все равно выгадал, в общем, все остались довольны. Второй раз произошло наоборот: ехавшая на другой конец города молодежь в лице парня и двух подвыпивших веселых особ никуда не торопилась и искала приключений. Одна девчонка висла на парне, вторая все силы устремила на соблазнение моей персоны.

– Молодой человек, вашей маме невестка не требуется? – Голос сидевшей рядом чаровницы поскрипывал прокуренной хрипотцой, взор обжигал, телеса манили.

– Увы, сударыня, вакантное место с недавних пор занято.

Разве им объяснить, что произошло сегодня в моей жизни, и какая женщина ждет меня дома?

– Мама не учила, что обманывать нехорошо? – Девка не сдавалась, ей требовались развлечения. – Если нет кольца, то нет и невесты, не говоря про жену.

– Но есть девушка. И какая девушка!

– Что, прямо вот лучше меня? Давай проверим. Обещаю, что возьмешь слова обратно! Давай с нами, а?

Они ехали на вечеринку. Мадмуазель рядом со мной томно хлопала ресницами, парочка бурно целовалась на заднем сиденье. Затем двое задних присоединились к уговариванию, а после окончательного отказа троица принялась искать дополнительного кавалера на стороне. Мы подбирали голосовавших парней и мужчин, я развозил, куда скажут, нарезая круги. В машине царило веселье. Троица денег не считала, и чаевые заставили меня улыбнуться. Хадя будет довольна сегодняшним заработком. Если не нарвусь на неприятности, этот день будет самым прибыльным за всю историю моей работы.

Следующими клиентами оказались знакомые парни. На меня они едва взглянули. Назвав адрес, принялись разговаривать по-своему. Я не выдержал:

– Помните меня?

Три смуглых лица повернулись одновременно, как головы часовых президентского полка при команде «Равняйсь!».

– Кваздик, приятель Гаруна? – Сверлящие взгляды сбавили обороты.

– Да. Что-то его давно не видно.

– У него все хорошо, просто уехал на время.

Странно. Такая простая реакция.

– Ходили слухи, что его убили. – Я закинул удочку в надежде хоть на какой-то улов. – Соседи сказали, что в доме была стрельба, приезжали полиция, «скорая»…

– Все правильно, врачи успели. Три пули, и ни одна не задела жизненно важного. Вскоре приехали родители и увезли его прямо из реанимации. Как оклемается, вернется.

Чудо случилось. И как же все вовремя! Гарун жив, значит, не надо прятаться, можно ходить по улицам, заниматься чем угодно и быть счастливыми!

– А можно ему письмо передать? – У меня взбурлило, мыслям стало тесно. Хотелось всем дарить счастье и расцеловать весь мир. – Хотя бы пару слов? А то телефон по-прежнему выключен, все контакты отсечены…

– Говорим же: вернется, как только сможет. А если не отвечает, значит, нет возможности или не хочет. Твой салам передадим, как только увидим.

– Может, помочь чем-то могу?

– Сейчас вокруг него народу полно.

– А сестры? Мадина и… Хадижат. Они с ним уехали?

– Слушай, Гарун вернется, сам все расскажет. Приехали. Сколько?

– Нисколько. Привет Гаруну.

Понятно, что о дальнейшей работе не было речи. Меня несло, как на крыльях. Ноги еще переступали порог, а счастливая новость уже летела, наполняя помещения радостью:

– Хадя, Гарун жив!

Квартира оглушила тишиной. Я моргнул, сглотнул и глупо огляделся. Все осталось на месте, исчезла только Хадя.

– Хадя!!!

Пустота и мрак. Девушка ушла. Ни одной из ее старых вещей не осталось, только мои и купленные мной для нее.

Ноги подкосились, я сел на пол. Почему она ушла?

Неправильный вопрос. Сейчас важнее – куда ей идти? Не в полицию же. Значит, к землякам, а землячество, если нет родственников и друзей, начинается с главы диаспоры. Меня подбросило.

Визит в знакомый особняк, куда доставлялось письмо, ничего не дал. Со мной отказались говорить, а когда пытался подловить въезжавшую в ворота машину, едва не спустили собак. Зато ко мне вышел некто в роли охранника-телохранителя, и на вопрос о Хадижат сообщил, что скоро вернется Гарун, все вопросы к нему.

– Он выздоровел и вновь будет жить здесь, в этом городе? Обвинения с сестры сняты?

– Сам спросишь.

– У меня осталось кое-что ценное, что ему принадлежит, каким образом вернуть?

– Скоро он приедет, решишь с ним. Сюда больше не ходи, новых ответов не получишь, а вопросы появятся к тебе.

Туда я действительно больше не ходил, а ходить стал везде. Я начал тотальный поиск. Искал и опрашивал всех кавказцев, которых находил в городе. Мне было неважно, что подумают. Ничего не важно. Только найти.

И снова возник первый вопрос: почему она ушла? Да, я другой национальности или, как у них говорят, нации. Даже другой веры, что еще хуже, хотя мы оба неверующие. Но разве любовь не важнее? Если б разные народы постоянно не перемешивались, человечество давно скатилось бы в каменный век или вымерло. В Ветхом Завете первый братоубийца, единственный ребенок перволюдей, уходит из семьи и где-то находит жену. Родственные браки запрещены повсеместно, а у некоторых северных народов, где от чума до чума сотни верст, и на островах Тихого океана даже предлагали жен приехавшим издалека гостям, чтоб улучшить кровь рода. Не будь смешения разностей, планета давно обезлюдела бы.

Я пробовал искать через Настю, Люську и Снежану, но был послан подальше. Сокурсники и знакомые стали шарахаться от меня, как от зачумленного. Количество людей и мест, где можно что-то узнать, стремительно неслось к нулю

Где-то около того нуля, когда эмоции уже бросали на стенку, вспомнилась еще одна возможность. Гарун жив, следователи теперь знают настоящего убийцу Мадины. То есть, Хадя уже не в розыске, значит, можно. Я быстро набрал номер.

– Привет, Прохор. Это Алексантий, помнишь?

– Еще бы, брат незабвенной Марии Егоровны. Кстати, как она поживает?

– Цветет и пахнет. Мне нужна помощь по линии внутренних органов. Пропал человек. Я должен его найти.

– Заявление в полицию написано?

– Пропал не в том смысле. Пропал для меня. Девушка, которая была с нами, когда вы приходили в квартиру.

– Та черно… глазая брюнеточка?

– Да, белозадый, та брюнеточка.

– Хамишь, парниша. Впрочем, извини, я первый начал. Не со зла, просто так говорится, ведь понимаешь?

– Не понимаю, но оставим. Поможешь?

– А то. Для Марии Егоровны, пусть и лице брата – все, что угодно.

Звонок от него последовал на следующий день.

– Местонахождение неизвестно, – отчитался Прохор, – по месту прописки она отсутствует, числится учащейся в нашем городе. Узнать, где именно учится?

– Знаю. А соврать по поводу места проживания могли?

– Соврать. Гм. Не надо так говорить. Могли предоставить неверную информацию, это бывает. Запрос неофициальный, с преступлениями особой важности не связан, а на местах все участковые у них – близкие или дальние родственники.

Вывод, сделанный из разговора, был неутешителен, зато продуктивен: нужно ехать на Кавказ. Если Хадя хотела от всех спрятаться, то без посторонней помощи, которой у нее теперь нет, сделать это можно только там.

Для поездки понадобятся деньги. Знакомых, которые приютят, через столько лет вряд ли найду, значит, нужно рассчитывать на гостиницу. Передвижение по горной республике лучше производить на такси, одиночка, отвыкший от местных условий, легко напорется на неприятности. Можно сказать, что еду к кунаку и назвать Гаруна, тогда он станет ответственным за меня, и любой, кто тронет, станет его кровником. Но он не приглашал. Если вранье вскроется, это хуже, чем просто смолчать о нашей дружбе. К тому же, как знать, как отнесется ко мне Гарун после всего произошедшего.


Итак, нужны деньги, много денег. Для перелета, проживания и поисков на месте. И это, как обычно, лишь начало списка. Главным пунктом в любом плане расходов всегда являются непредвиденные.

Квартира, свидетель моего счастья, стала местом постоянного жительства – сыграл роль материальный фактор. Мама заплатила вперед, и некоторое время об этой статье затрат можно не думать. А от койки в квартире-общежитии я отказался. Когда забирал вещи, Игорь хмуро спросил:

– Уже знаешь?

Это он о Гаруне? Тогда почему физиономия выглядит, будто по ней войска вероятного противника промаршировали?

– Ты о чем? – на всякий случай уточнил я.

– Про Тимоху.

– А что Тимоха?

– Про машину.

– Купил?!

То-то Снежане радости будет. Со мной прокололась, на нем отыграется.

Нет снова факт не вяжется с выражением селедки в молоке, Игорь явно о чем-то другом.

– Сбила. – Игорь отвернулся.

Я опустился на свою бывшую кровать.

– Когда?

– В начале недели.

– Тяжело? Он в больнице? В какой?

Игорь долго тянул с ответом.

– Вчера похоронили. Водителя не нашли. Такое ощущение, что даже не искали. Никто ничего не видел, камер наблюдения поблизости не оказалось. – Скулы Игоря станцевали боевой танец. – Какого черта он вечером в производственной зоне делал?!

Вот так. Был человек – нет человека. Перед глазами встал сутулый приятель с татуировкой на плече – живой, веселый, часто несносный. Каким бы ни был, он был другом, который поможет, если попросишь, и не бросит в беде, даже если молчишь. И теперь его нет. В голове не укладывалось.

– А про Гаруна слышал? – спросил я.

– Нет. Что с ним?

– Вообще ничего не знаешь? Сначала говорили, что убит. Выяснилось – жив. Три пули в груди, и ни одной смертельной.

– Счастливчик. Тимохе бы его везение.

Судьба Гаруна Игоря не волновала, оно и понятно – тот был лишь моим другом.

Мы попрощались. Больше я в эту квартиру не вернулся. Никогда.


Жизнь, потерявшая краски, продолжалась. Я жил по инерции. Опросы и поиски, в меру сил совмещаемые с заработком, не прекращались ни на минуту, это было единственной возможностью придать существованию смысл. Еще дважды мне попадались земляки Гаруна, но либо не слышали про Хадю, либо, что более вероятно, не хотели говорить. На меня при этом глядели как на кретина, с дуба рухнувшего. Впрочем, не связывались. Постепенно я становился кем-то вроде городского сумасшедшего. Блаженны юродивые, ибо их есть царство небесное. Алексантий Блаженный – звучит? Всяко лучше, чем занозистое «Кваздапил», благодаря общим знакомым, сестре и другу следовавшее по пятам, пока судьба носила из города в город. Произнесенное единожды, оно каждый раз как в первый прилипало намертво, сначала вызывая смешливое удивление, но постепенно затираясь и становясь просто именем, на которое я откликался. И я откликался. До недавнего времени – вынужденно. Теперь кое-что изменилось. Этим именем звала меня Хадя. Она наполнила его жизнью.

Звонок от сестры я принял машинально. За окнами горели фонари, уставший организм готовился ко сну. Кровать, полная воспоминаний, с неудовольствием выпустила меня, пришлось уверить, что скоро вернусь.

Голова, занятая своими бедами, не сразу переключилась на чужие.

– Саня, у меня снова проблемы. – Голос Машеньки срывался. – Как в прошлый раз. Не ругайся, ничего нового, я же не дура. Та же проблема вернулась, с теми же людьми и вещами. То есть с вещью. Которую вернули. Сейчас напишу в сети, ответь сразу, хорошо?

– Хорошо.

Рука уже включала ноутбук.

Впервые за долгое время мозги переключились на что-то постороннее. От прочитанного хотелось выть: мы не довели дело до конца, и оно аукнулось. Машеньку шантажировали снимками, что с телефоном Захара отобрал справконоситель Аркаша. Теми же самыми снимками. Теперь, чтоб они не попали в сеть, с сестренки требовали немалую сумму, которую нужно перечислить на анонимный счет электронной платежной системы.

Ну вот, а мне долгое время думалось, что проблемы только у меня. Добро пожаловать в реальную жизнь, уважаемый.

Пальцы промчались по клавиатуре:

«Прохору сообщила?»

«Я стесняюсь, – мгновенно пришел ответ. – Если просьба пойдет от меня, потом подразумевается благодарность»

Молодец, Машка, взрослеет. Если есть вариант не быть обязанным, нужно использовать его. В данном случае вариантом был я.

«Вымогатель связался через сеть?»

«Да».

«Обратная связь, то есть выход на него, имеется?»

«Нет, аккаунт больше не существует».

«Последний срок, когда нужно отправить деньги?»

«Завтра».

«Все понял, начинаю розыск. Постарайся поспать, родителей зря не нервируй».

Не успела крышка закрыться, как снова тренькнуло сообщением.

«Деньги-то перечислять?»

Хороший вопрос. И из него торчит хвост к опущенной информации, с которой до чрезвычайности любопытно ознакомиться. Я быстро настучал:

«А у тебя есть?»

«Как раз столько скопила».

«Завтра свяжемся и решим. Спокойной ночи».

«Спокойной? Издеваешься?»

«До завтра».

Мощные вдох-выдох помогли собраться с мыслями, и телефон пикнул вызовом палочки-выручалочки в звании сержанта.


(продолжение следует, до финала еще два поста)

Дубликаты не найдены

+1

Сегодня будут еще части? или до завтра ждать только?)

раскрыть ветку 1
+1

Сейчас еще одна, вечером предпоследняя, завтра окончание.

0

Начало на http://pikabu.ru/profile/p.ingvin

Единым текстом приключения Кваздапила до похода в клуб "Мурад" можно скачать здесь: https://vk.com/id368427674


Приятного чтения.