Исповедь воителя⁠⁠

Я был Его полководцем. Один из тысяч, кого Он наделил своей божественной силой. Воитель Дахал. Так меня звали. Проклятый клинок, вынутый из тела первого убитого в той войне стал моим. Я не стал бороться с его кровожадной сутью - я слился с нею, дал оскверненному металлу то, чего он жаждал - крови крылатых. И не только их. Посохом, отобранным в одной из битв у Изгнанника, оказалось очень удобно ломать ноги каменным великанам и излишне наглым крылатым, осмеливающимся выходить со мной один на один.

Другие очень любили создавать свои собственные доспехи и оружие, наполняя их силой. Я не понимал этого: Он никогда не ограничивал нас в силе, так зачем ещё какие-то запасы? Мне хватало меча и посоха. Доспехов я не носил - зачем? Его сила делала кожу прочнее стали, а шрамы мне даже нравились.

Много позже я понял - они просто не верили в Его победу. А я просто не думал о поражении. Я жил битвами, не отвлекаясь на все прочее. Я вел в бой его войска, убивал его врагов и не думал о поражениях. Поражений для меня не существовало, я всегда бился до конца, до тех пор, пока не слышал приказ об отступлении.

Все планы обсуждались без меня, Он не стремился посвящать меня в тонкости. Я был битвой, ее движущей силой - и нам обоим этого было достаточно. Он не боялся предательства, ибо я никогда не думал увидеть в своих врагах кого-то, кроме тех, кого следует убить. Меня не интересовала их философия, взгляды, мысли, меня интересовали способы их победить. И я никогда не думал - а что, если меня все же убьют? Что, если, по какой-то причине, он не сможет дать мне ещё своей силы и я умру? Меня это тоже не волновало. Конечно, я понимал, что чем дольше я живу, тем больше врагов смогу убить и больше приказов исполнить. Но никогда не стремился выжить любой ценой. Другие не понимали, видимо, они просто были умнее. А я - глуп. Мне некогда было думать - надо было сражаться.

Я не то что верил в победу - я не сомневался в ней. Ведь Он так силен, его армии огромны, а мы, Его полководцы, так искусны и многочисленны. И даже когда крылатые начали одерживать верх, меня это не тронуло. Мой Бог силен, я силен, мои друзья сильны - нас нельзя победить. А если мы и проиграем - значит, это часть Его плана.

И когда все рухнуло, для меня тоже мало что изменилось. Просто раньше меня окружали друзья и враги. А теперь друзей не осталось. Все оставшиеся в живых предали Его, перейдя на сторону крылатых или просто сбежав, видя, что они в меньшинстве. Прочие пали в битве.

Да, это был сильный удар и для меня, когда Небесная Сотня повергла моего Бога на землю, впервые нанеся ему поражение.

Но я-то был жив и готов сражаться! А значит, следовало биться.

И я вышел, один из тысяч.

Они убили моего Бога.