12 августа 2000-го в 15.15, спустя два часа после взрывов, 23 человека на борту атомного крейсера еще были живы. Свидетельство тому — записка Дмитрия Колесникова.

Дмитрий Колесников, уже знавший, что «Курск» обречен, смог оставить письмо жене. «Олечка, я тебя люблю, не переживай сильно. Г.В. привет. Моим привет. Митя. 15.15». Судя по меняющемуся почерку, видимо, позже: «Здесь темно писать, но наощупь попробую… Шансов, похоже, нет. % — 10-20. Будем надеяться, что хоть кто-нибудь прочитает. Здесь список л/c отсеков, некоторые находятся в 9-м, и будут пытаться выйти. Всем привет, отчаиваться не надо. Колесников».

Капитан-лейтенант ВМФ, командир турбинной группы дивизиона движений (7-й отсек АПРК) К-141 «Курск», оставшись за старшего на терпящей крушение подводной лодке, вел бортовой журнал боевого судна. Но на этих же страницах передал послание и близким, понимая положение, в котором оказался c братьями по службе и по смерти.

Выполняя долг и написав пару личных строк, моряк, не предполагая этого, передал послание всей России. Ведь его записку, кроме жены Ольги, к которой он обращается, тещи Галины Васильевны (она обозначена «Г.В.») и «моим» — он имеет в виду маму, папу и брата, — прочли миллионы человек.

Это предсмертное письмо обнаружили в октябре 2000-го, спустя два месяца после гибели крейсера — в ходе водолазных работ. Оно лежало в левом нагрудном кармане Дмитрия Колесникова, который он прижимал к сердцу рукой. Свернутые вчетверо два листа бумаги, конечно, оказались повреждены морской водой, но прочитать текст было можно.