Джимми Хендрикс на Вудстоке
Выпил. И смотрю выступление Джимми Хендрикса на Вудстоке. С меня уже вылилось два ведра пота, хоть я и не шевелился почти, а Джимми даже не мокрый. Вот как работает терморегуляция у представителей негроидной расы. Светловолосый ударник сейчас умрет от обезвоживания. Белый страт издает запредельные звуки. Вся звукорежиссура - переключатель синглов на страте. И одна педаль, которой не пользуются. Публика в экстазе и тоже очень потеет. Жарко на Вудстоке в 1969. Джимми сухой, как лист гербария. Курит сигарету, задумывается и выдает запредельную музыку.
Педалью воспользовались - это оказалась "квакушка".
Иногда он играет одной рукой, иногда - вообще без рук.
Безбожно насилует рычаг тремоло. Белый страт при этом вообще не расстраивается. С какими потусторонними силами он договорился?
Чуваку на тот момент где-то двадцать шесть.
Предки его были привезены в новый свет для возделывания плантаций хитрыми белыми бвана. Сейчас потомки белых бвана стоят и смотрят на сцену, где Джимми проводит сеанс группового гипноза.
Он играет американский гимн.
Он имитирует бомбоналет стратокастером.
Он играет что-то вроде фламенко на искаженном звуке. Это переходит всякие границы стилей и жанров. Публика испугалась и сосредоточенно молчит. Фламенко переходит в воинственную пентатонику блюзов Луизианы, скрещенную с кантри прерий и черт его знает ещё чем. Темп искусственно замедляется и происходит соло блюз-арт композиции, где фразы гитары должны бы следовать за спетыми словами. Но слов нет. Вся гитара произносит несказанные слова сама.
Аплодисменты.
Бурные и продолжительные.
Ladys ans jentllemen, we ask you to be still. Джимми играет Хей Джо.
Ladys and jentlemen, thank you so very much. Он снимает с себя страт, тяжёлый как груз бомбардировщика, на лице его - облегчение. Он с лёгким сердцем уходит со сцены. Публика ещё не понимает, что только что закончился лучший живой концерт в ее жизни.