Главное, чтобы костюмчик сидел – 13. Эль скандаль.⁠⁠

Заранее прошу простить за «простыню» и сумбурность изложения.

Я живу в Канаде, работаю швеей при химчистке, а по субботам наша химчистка открыта до 4х часов вечера для выдачи и приемки заказов. Ни чистку, ни глажку, и, уж тем более, пошивочные работы по субботам мы не производим. Вообще, по субботам всегда работал сам хозяин, но из-за его учебы он и на каникулах «втянулся», и нет-нет, да и просит Анну или Аниту поработать вместо него в выходной (по местным законам, если рабочая неделя включает и субботу, то рабочее время оплачивается по обычной тарифной сетке, тогда как воскресные рабочие дни должны оплачиваться в полуторном объеме). Меня он не просил из соображений экономии, т.к. моя почасовая ставка, ну, несколько выше оплаты обеих.

После многочисленных жалоб на медленную работу Анны, после многочисленных ошибок в приемке заказов, босс спросил меня, не соглашусь ли я работать по субботам раз в две недели, и я чот сдуру сказала, а давай. С другой стороны, лишние 100 долларов в семейном бюджете нифига не лишние, и муж тоже был одобрямс, хотя сегодня субботним утром спросил меня, не могу ли я отказаться, нафик мы вообще согласились, лучше дома сиди, ешь козюли на диване валяйся, в телефон тупи или спи до полудня. Но отступать-то уже некуда, слово – не воробей, и на сцену явилась я собственной персоной.

Все было гладко, я выдавала заказ клиентке, как мне под нос сует квитанцию следующая в очереди (белая иммигрантка – это важно), не отрываясь от разговора по телефону. Ни первого – когда тебя отвлекают от обслуживания клиента, ни второго – когда не могут оторваться от разговора по телефону, тут не любят. Первое считается плохим поведением в очереди, второе подразумевает извинения со стороны клиента хотя бы мимикой или артикуляцией: «Sorry (извините)». И я, наверное, и к первому и второму настолько привыкла, что делаю лицо «и что это вообще было?» - и, видимо, я была настолько выразительной, что первая клиентка уходит взоржамши (ну, хоть кого-то я сегодня порадовала).

Тем временем я принимаюсь на поиски заказа той, которая с телефоном, параллельно замечая, что квитанция аж от 25 июня текущего года. Ищу-ищу, нет заказа, о чем сообщаю клиентке. Обращаю ее внимание на дату и на содержимое заказа: одно платье.

- Ой, - восклицает та, которая с телефоном. – я ж вам не ту квитанцию дала, поищу-ка я нужную в машине, - и убегает к машине.

Тем временем я обслуживаю следующую клиентку в очереди. Когда я с ней заканчиваю, возвращается та, которая с телефоном. Квитанцию она не нашла, и я снова перелопачиваю все готовые заказы, которые у нас хранятся в алфавитном порядке имен клиентов, допуская собственную невнимательность по-запарке. Заказа, как не было, так и нет.

Та, которая с телефоном (К1), начинает терять терпение и уже просто орет (что тут тоже неприемлемо, хотя бы потому, что продуктивность от оров не возрастет уж точно):

- Я три недели назад сдавала платье и две блузки, адайте мне их взад! – да я же и не отказываюсь, просто не могу найти.

По телефону она говорить уже прекратила, хотя держит телефон перед собой. Сейчас я уже понимаю, что она снимала всё на видео.

Тут заходит клиентка (К2), русскоговорящая, слышит оры и пытается как-то утихомирить К1.

- А вы мне не указывайте, что мне делать!!адинадин, - К1 набрасывается на К2.

- Воу-воу, палехче, вы тут с клиентами не собачьтесь, - говорю я К1. – Если есть чо сказать, вы мне говорите, клиенты-то тут при чем?

- А я! А мне! А у меня! - не унимается К1.

- Вы, знаете, или вы на клиентов наших не орите, или я магазин закрываю. И если вы окажетесь внутри магазина, я вызову полицию.

К1 успокоилась вроде, и я стала звонить начальнику, т.к., ну, реально, лучше бы найти ее заказ. Босс заспанным голосом говорит, что вроде да, где-то был ее заказ, вроде на конвейере. Я снова всё перелопачиваю, и снова не нахожу, К1 с К2 закусываются по-новой, очередь в магазин выстраивается уже и на улице, какие-то клиенты, видя весь этот пиздец, уходят, всё хорошо, всё нормально, просто обычный день АнныБолейн.

Сквозь оры я пытаюсь убедить К1 оказать мне содействие в поисках ее одежды, но той уже явно не до этого.

Русскоговорящая тем временем просит меня выдать ей ее заказ, а я уже мало что соображаю под оры К1:

- Слушай, я бы и рада, но ты посмотри на нее, у нее же сердечный приступ будет, если я обслужу ее в обход тебя, - общение происходит на русском.

В конечном итоге мы остаемся один на один с К1, которая настаивает, чтобы я дала ей поговорить с боссом, и, как бы мне ни хотелось беспокоить его, я звоню ему со стационарного телефона и передаю трубку К1.

Пока я набираю его номер, К1 обращается ко мне вроде бы довольно мирно:

- Ну, что бы вы сделали, если бы сдав заказ свой в чистку, не смогли бы его получить. А мне же на свадьбу надо, и сдавала я этот заказ три недели назад.

На что я отвечаю:

- Я понимаю, что вы расстроены, но если вас реально интересует мое мнение, то я бы не стала откладывать получение заказа на последний день.

- Да что вы вообще знаете о моей ситуации!!??? – К1 снова впадает в истерику.

- Ну, вы меня спросили, я вам ответила.

В это время босс отвечает на звонок, я передаю трубку К1, и, маркируя уже полученные заказы и обслуживая других клиентов, становлюсь невольным свидетелем реплик К1. При обслуживании нить повествования я теряю, поэтому, как есть:

- Вот, я к вам приезжаю из Торонто (35 км в один конец, на всякий случай, и кто мешает найти чистку поближе – прим. курсивом мои). У меня с руками проблемы, я квитанцию держать не могу (но телефон-то для видеозаписи она держать могла), вы же меня знаете и все вокруг меня знают…. Когда я уходила к машине, она (речь обо мне) обслужила другую клиентку, хотя должна была дождаться моего возвращения (нет. Тут все просто, жопу поднял – место потерял. Держать место в очереди тут никто не будет). Клиентка - белая канадка, они обсуждали меня (нет), и это расизм. Потом пришла другая клиентка, они говорили с ней (со мной) на их родном языке и явно обсуждали меня (да, в какой-то мере, как следует выше из текста) и это расизм…. Да мне эта одежда как бы и нафиг не нужна, у меня ее полный гардероб (если так, то нафига тогда надо было меня любить прямо в мозг?), да у меня есть видеозапись.

Закончив разговор, К1 ушла, а я осталась дорабатывать работу в крайне удрученном состоянии.

Придя домой, я, конечно, рассказала мужу обо всем. Обсуждаем эту ситуацию уже второй день. Сегодня я решила было ехать в полицию, чтобы подать на эту клиентку заяву, поскольку меня крайне оскорбили, назвав меня расисткой. И хотя у меня есть только ее фамилия, а номер ее машины я записать не догадалась, но сам факт обращения имел бы силу. Муж от этого меня отговорил. Сказал, чтобы я в первую очередь уведомила об этом начальника и обращалась в полицию только с его разрешения, с чем я тоже согласна, так как мне крайне не хочется, чтобы от этого пострадал бизнес, хотя он уже.

Завтра в утром (а у нас еще вечер воскресенья), я намереваюсь спросить босса, должны ли мы обсудить случившееся и спросить его разрешения обратиться в полицию. 100% он произошедшее обсуждать не захочет, а ведь было бы неплохо в целях избежать каких-то подобных ошибок в будущем.

Вишенкой на торте будет, если я просто не увидела заказ этой клиентки среди прочих, и весь этот сыр-бор был просто на пустом месте. Хотя, я же стопицот раз проверила.