Записки кремлебота, часть 4
Вот и закончился наш с медведем отпуск – мы вернулись на секретную базу диванных войск. Каждый занялся своим делом: он – сторожить реактор, я – писать кремлевскую заказуху для Пикабу. Начнем, пожалуй…
Как почетный слоупок в данном материале хочу обсудить новость почти месячной давности. В Польше 22 июня приняли закон, позволяющий сносить «символы тоталитарных режимов». Под который в первую очередь попадают памятники и места захоронения советских солдат времен ВМВ. Пример укропитеков, видимо, оказался заразным – плюс не стоит забывать, что памятник сдачи дать не может. Ну и дата принятия закона – 22 июня – довольно символичная. Переводя на русский – удар ссаными тряпками по морде. Наши властьимущие отреагировали слабо – Жирик что-то пробубнил про необходимость разрыва дипломатических отношений, и на этом всё. Вроде как утерлись и забыли. Короче, #путинслил и #всёпропало Как в случае со сбитым в Сирии самолетом – вроде как помидоры оказались ценнее крови российского летчика. Только вот мало кто проследил, чем история закончилась. Я не буду говорить о том, сколько убытков понесли турецкие курорты и производители сельского хозяйства – ибо похуй. Просто ссылка на новость:
https://lenta.ru/news/2016/02/19/turkeypilots/
Этот материал не вышел на передовицы, но знающие люди сделали себе заметочку на память. Конечно, всё списали на курдов и велика вероятность того, что конечный исполнитель – именно они. Однако выбор цели говорит сам за себя – в столице для теракта можно найти значительно более легкий и резонансный объект, чем автобус с военными. Но вот получилось так, как и размен – 1 к 22. Ах, да, вишенка на торте – пилот, который сбил наш самолет, во время попытки переворота ВНЕЗАПНО оказался на стороне заговорщиков. Со всеми вытекающими для него последствиями – свидетели никому не нужны.
К чему я это говорю? К тому, что действия польских товарищей гарантированно не остались без внимания. Север помнит. Быть может, мы никогда не узнаем об ответном шаге. Промелькнет в Ленте новость о скоропостижной кончине какого-нибудь польского политика от инфаркта – да и всё. А быть может, после сноса первого же советского мемориала, для Польши изменится цена на газ, или в яблоках ВДРУГ найдут ужасно вредную химию. Поле для маневра большое…
И у нас с вами тоже. Я не призываю бить морду первому встречному поляку – превращаться в скакуна-укропитека нет ни малейшего желания. Но вот напомнить о том, какую цену заплатил СССР за освобождение теперь уже в кавычках «братских» народов Восточной Европы – можно и нужно. Как иностранным, так и отечественным представителям либеральной интеллигенции и сочувствующим им педерастам товарищам. Памятник не может дать сдачи, мы можем – хотя бы словом и при случае. Помните об этом…
Немного сумбурный получился текст, еще не до конца втянулся в работу. В следующий раз поговорим о том, за что нас так сильно «любят» поляки…