Выбор.
I
— Вставай! Разлегся он! В школу пора! — закричала мать на своего сына.
На небольшой, старой кровати с боку на бок перевернулся юноша, лет семнадцати.
— А ну вставай! — мать подбежала и сорвала одеяло, — Опять всю ночь не спал! — она продолжала рвать и метать, — Александр, а ну вставай! И заводи будильник, так и буду его будить, как барина!
— Хорошо, мам, — сказал юноша, открыв глаза.
Саша встал и побрел в ванную умываться. Ему нужно было смыть следы слез со своего лица.
А мать у него всегда была в не настроении. Злоба просто живет в ней и управляет. И так было каждый божий день. То проблемы на работе, то еще что. И всю свою накопившуюся за день злость мамаша срывала на своем сыне. Каждый вечер она ругала его за малейшую провинность, за лишнее движение.
— Чего ты там так долго! — заорала мать, как только Саша вошел в ванную, — ты не один в этом доме живешь!
— Уже выхожу, мам, — со вздохом сказал Александр и вышел, так и не умывшись. Он знал, матери лучше не перечить.
Он побрел на кухню. Путь его лежал через зал, где стояла большая и пушистая искусственная елка. Приближался Новый год — наверное самый любимый праздник Александра. Только перед этим праздником он мог отдохнуть и оторваться по полной на школьном новогоднем бале. Который должен был состояться сегодня в шесть часов вечера. Главное было пережить эти восемь часов. Всего восемь часов...
На завтрак была, как всегда, яичница с рыбой. И яичница обязательно недожаренная. Саша ее ел с большой неохотой.
— Чего не жрешь? — как всегда вовремя влетела на кухню мать, — не нравится, нахаленок? Так тем же вас кормить, царь батюшка? Икрой лососевой из золотой табакерки? А ну пошел вон из-за стола! Хватит мне глаза мозолить своей кислой рожей!
Саша зло бросил ложку в тарелку. И он это сделал зря. Когда Александр выходил вслед ему была запущена тарелка. Перелетев через всю кухню она попала ему в затылок. Саша чуть не упал. Он хотел хлопнуть дверью, но не стал. Мать и так орала, надрывала горло, а это бы вообще, рассвирепела, покидала бы все вещи на пол и набросилась на самого юношу. Он об этом помнил. Как и шрам на его спине.
В школу Саша ходил пешком. Да впрочем, как и все ученики. Он жил и учился в небольшом поселке городского типа. А в нескольких километрах был город, где работала его мать. Она занимала там какую-то высокую должность и видимо ее работа всегда была сопряжена со стрессом. Ну злости-то нужно было откуда-то браться.
Светало. Горизонт был бледно алым. Медленно падали редкие снежинки. В воздухе витал мороз и новогоднее настроение. Александр вошел в школу. В школе пахло свежесрубленной елью. Она стояла прямо посреди большого коридора. Вокруг нее копошились ученики разных классов. Те, кто помладше, наряжали саму елку, а те, кто старше, наряжали коридор. Саша тоже хотел помогать готовить школу к балу, но у него было два первых урока: история и математика.
Историю Саша любил. Ее вел Вячеслав Игоревич, молодой мужчина, около двадцати пяти лет от роду. Рыжеватые волосы, всегда улыбающиеся лицо. Сегодня в школу он пришел в синем пиджаке, кое где декорированный мишурой и темных джинсах. Он терпеть не мог строгий школьный дресс код.
Прозвенел звонок, Александр поторопился на урок. По пути к классу ему навстречу попался дрожащий, с огромными испуганными глазами, юноша. Саша знал его и знал, почему тот так выглядит. Имя мы раскрывать не будем, а вот что с ним случилось расскажем. Этот юноша стал жертвой изнасилования. В этом небольшом поселке действовал педофил. Он появился где-то три года назад и его жертвами уже стали больше десятка юношей и всего три или четыре девушки. И все эти три года полиция не могла выяснить кто он. А сами жертвы говорили, что не помнили кто он. Или просто боялись рассказать.
— Здравствуйте, дети! — вошел в класс Вячеслав Игоревич, не убирая свою знаменитую улыбку с лица, — в предверии праздника... я конечно же буду спрашивать.
В класс расстроенно вздохнул.
— Да не расстраивайтесь, — продолжал историк, — мне главное рассказать главное… так, забудем про эту нелепую тавтологию. Ну вы меня поняли. Кто пойдет? Поднимаем руки!
В классе все переглянулись.
— Лес рук, — со вздохом сказал историк, на мгновение убрав улыбку, — так, посмотрим у кого совсем нет оценок… Ну или мало… Ну вы поняли!
Вячеслав Игоревич медленно повел по списку своим пальцем. И остановился напротив фамилии Александра.
— Ну что, Саш, пойдем? Я знаю, ты сможешь рассказать, — сказал он.
Саша молча встал, вышел к доске. Благодаря гипертрофированной строгости матери Александр учил все и досконально. Целыми часами после школы он наизусть заучивал текст параграфа. Для него пересказать написанное было проще некуда. Уже через минуту после начала рассказа учитель остановил его.
— Спасибо Александр. Мы поняли, что ты учил. Садись. Конечно, ты заработал хорошую оценку. Давай сюда свой дневник, — сказал Вячеслав Игоревич. Саша быстро принес дневник.
— Ну что, молодец. Заслужил, — говорил историк, якобы ставя оценку, а сам набросал карандашом записку на полях дневника.
На своей задней парте, в полном одиночестве, Александр прочел небольшое послание. Оно гласило: “зайди ко мне в кабинет после урока”.
Прозвенел звонок. Учитель вышел первым. Саша, немного выждав, пошел следом.
Кабинет истории был в самом конце коридора, рядом с начальными классами. В том конце школы было темно. Просто все никак не могли поменять лампочку.
Историк сидел, с кем-то переписывался. Его лицо было мрачнее тучи. Саша редко его видел таким. Обычно после разговора у руководства.
— Вы меня звали, Вячеслав Игоревич? — спросил Саша.
— Да. проходи, — сказал учитель оторвавшись от своего телефона и убрал его в карман. А на лице появилась знаменитая улыбка, — Что у тебя случилось?
— У меня ничего не случилось. С чего вы взяли? — ответил Саша.
— У тебя глаза красные. Опять плакал всю ночь. Значит что-то случилось. Так что давай, выкладывай!
Саша всхлипнул и рассказал учителю, что он сново вечером ругался с матерью, что ему пришлось запереться от ее гнева в комнате и она потом долго орала на него через закрытую дверь.
— Ну не переживай, держи шоколадку, — успокоил Вячеслав Игоревич и из внутреннего кармана достал большую плитку молочного шоколада.
— Спасибо, — поблагодарил Саша.
— Считай, что это подарок на новый год, — добавил Вячеслав Игоревич и еще шире улыбнулся.
Потом историк завел разговор на совсем другую тему, чтобы отвлечь юношу. Они говорили всю перемену. Между этими людьми была какая-то связь. Она зародилась давно, года четыре назад, когда Вячеслав Игоревич только устроился на работу в эту школу, после практики. И сразу же познакомился с Сашей и между ними появилась дружба. Вячеславу нравилось общаться с Александром. А для Саши историк был идеалом. Сильный, широкоплечий, высокий, всегда веселый, остроумный и просто умный человек.
Не то, что математичка. Она появилась года три назад. Маленькая, с небольшим горбиком, лет тридцати, на лицо неказиста, один глаз выше другого, кривой рот, клыки, как у вампира, и волосы всегда собраны в пучок. А характер вообще отдельная история. Всегда строгая, наказывает за малейшую провинность. Ходили слухи, что это именно она педофил.
Математичка влетела в класс. Оглядев своими кривыми глазами учеников, даже не глядя в журнал она вызвала Сашиного одноклассника к доске, проверять домашнее задание. Тот сказал, что не сделал домашнее задание. И математичка поставила ему двойку и написала огромное, чуть ли не во всю страницу дневника, замечание родителям. Второй жертвой она выбрала девочку. Та, вся дрожа, вышла к доске и стала писать пример. Математичка на нее прикрикнула, чтобы не дрожала а то цифры кривые выходят. Девочка еле, еле написала пример, математичка ей поставили четверку. Балл был снижен за кривой почерк. Дальше Марья Алексеевна (так звали преподавателя) подробно объяснила тему и задала несколько примеров для закрепления. За решением быстро закончился урок. И учить задала на дом дорешивать оставшиеся примеры и еще в придачу задала еще столько же.
Наконец можно было наряжать зал, делать эту прекрасную школу еще прекраснее. Мишура, гирлянды, разнообразные игрушки, хлопушки. И в центре прекрасная живая ель. Школа не жалела средств на новогодний бал.
Единственное, что омрачало новогоднее настроение — командование Марьи Алексеевны. Ее назначил завуч и оспорить назначение уже было нельзя. Ор, шум крик и случайно разбили игрушку. Марья Алексеевна была тут как тут. И попало всем, кто стоял в радиусе метра. Даже учителям за то, что они недоглядели.
Саша старался держаться от нее подальше и поближе к Вячеславу Игоревичу. Он вместе повесили несколько гирлянд, нарядили с одной стороны елку.
***
Школа была украшена. Завуч собрал всех на линейку, поздравил с окончанием второй четверти, наградили отличников, хорошистов. И объявили время начала новогоднего бала — половина шестого. Всю линейку завуч косился на Вячеслава Игоревича. Тот старался спрятаться от этого взгляда.
Завуч распустил линейку.
— Тебя подвести? — спросил Вячеслав Игоревич у Саши.
— Да нет, не надо. Спасибо. Сам как-нибудь дойду, — отказался Александр.
— Да садись, чего отпишешься! Я же знаю, тебе хочеться прокатиться на моей машине.
У историка была классная машина, вся белая, кожаный салон черного цвета. Саша не знал марки машины, но понимал, что автомобиль не из дешевых.
И немного поразмыслив Саша согласился.
— Ну тогда вперед! Садись!
Александр сел рядом с водительским сидением. Машина тронулась и за несколько минут домчала Сашу до его дома.
— Спасибо, — поблагодарил он историка.
— Да не за что, — сказал Вячеслав. И немного подумав добавил:
— А давай я тебя на бал отвезу? Чего тебе идти пешком, тем более, вечером будет сильная метель.
— Хорошо, я согласен.
— Тогда я заеду за тобой в половине шестого. Договорились?
— Спасибо. До свидания.
Вячеслав Игоревич улыбнулся и его машина рванула с места.
Александр вошел в дом.
— Что за хмырь тебя подвез?? — вот так “радушно” встретила его мать.
— Здравствуй, — сухо поприветствовал сын.
— Ты чего мне хамишь? А? Ты чего матери хамишь? Отвечай, когда тебя спрашивают взрослые! Не молчи, ты, мелкая зараза!
Саша молча пошел в свою комнату. Он не стал подливать масло в огонь. Но все равно вдогонку, с криками, побежала мать. Александр успел запереть дверь. Мать не смогла зайти во внутрь. Она еще больше разозлилась, стала еще сильнее кричать, а Саша лег на свою кровать и в очередной раз заплакал.
Новый год намечался “веселый”. Саша понимал, что еще одного года с ней он не выдержит. Его и так посещали мысли сбежать из дома. “Она даже не будет меня искать, — думал он, — так что я убегу! Убегу к Вячеславу Игоревичу!”.
***
К вечеру метель разыгралась. Серая туча заполонила все небо, резко потемнело. Ветер дул все сильнее и сильнее. Острые снежинки были готовы изрешетить все.
Часы наконец показали половину шестого. Мать давно ушла на работу. Саша сидел, ждал Вячеслава Игоревича. Вдруг он услышал сигнал автомобиля. Александр быстро оделся и вышел. Напротив дома стояла белая машина, а внутри Вячеслав Игоревич.
— О, привет еще раз! Садись, Саша, — сказал он.
Александр сел. Захлопнулась дверь. И машина растворилась в метели.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ!!!
Пожалуйста, оставляйте в комментариях отзывы, пишите обо всем: что вам понравилось, не понравилось, что изменить, что вовсе убрать. Короче, прошу конструктивной критики!!! и обязательно подписывайтесь. Что-нибудь новенькое будет выходить раз в неделю.
Задавайте вопросы в Facebook: https://www.facebook.com/profile.php