-9

Важно успеть...

От чего так среди ночи, под Шопена с Чайковским, перед пустой чашкой и полной пепельницей, в комнате без отопления, вспомнилась мать. Мама часто вспоминается в такой атмосфере - и тем, кто еще может взять ее за руку и послушать, что она скажет, и тем, кто может все это только представить. Она просто пришла и стала сзади (я не оглядывался, я в таких случаях вообще не оглядываюсь), я не знаю, дышала она или нет, что на ней было надето. Знаю только, о чем я думал. Точнее, думалось само, я был только безвольным проводником: ко мне приходили все слова и поступки, которые я не успел. Тут меня вполне поймут те, кто ... уже только представляет. Остальные думают, что успеет. Остальные думают, что живет черновик, а начисто - еще будет время. А все происходит так внезапно, и мечтаешь потом и просишь присниться, а она все не снится, не снится - или снится, когда сама хочет, и ты потом не помнишь. А первое осознание - что это вот весна уже будет без нее, что лето будет без нее, и осенью она уже не увидит и не узнает, когда этой зимой выпадет снег. А потом так же захочется походить с ней по снегу, ой, знают только те, кто уже только представляет. И нотации не кажутся скучными. И контроль невыносимой. И брани забываются, и обиды, и наказания, за прорехи в детстве, теряются. Вот они теряются, поверьте. А остаются только слова и поступки, очень хорошие слова и поступки, главные слова и поступки. Но все. Они будут жить внутри вас, только внутри. И, поверьте, когда она придет - в волнах Шопена и Чайковского - и станет позади, вы не осмелитесь даже прошептать, не только оглянуться. В конце концов, все так и должно быть. Но вы - те, кто еще не только представляет, встанете завтра с самого утра, позвоните маме и скажите ей что-то. Что-то теплое, родственное. Спросите, что она вяжет или читает. Холодно. Отопление еще не включали ... потому что потом же придется вспоминать и сожалеть. И носить те слова за собой всю жизнь. А они тяжеловаты, особенно осенью ...

Сергей Осока

Дубликаты не найдены