Послевоенное детдомовское детство
Я родилась в последние месяцы Великой Отечественной войны, но размышления о детях военного времени, немного, в сущности, отстоящих в те времена от меня по возрасту, тревожили душу. До сих пор ясно сохранились мои детские впечатления первых послевоенных лет: сироты- маленькие бродяги на вокзалах, кочующие от станции к станции. Я их видела во время постоянных переездов моей семьи к местам службы отца. Помню, как он во время стоянки поезда пытался подкормить, приласкать бритоголового, оборванного мальчонку. Года четыре мне было, не больше. Вспоминаю этого мальчика всю жизнь. Где-то он сейчас? Как жил? Хочется надеяться, что попал-таки в детский дом, к хорошим, добрым людям. Вспоминаю и воспитанников детского дома в городе Луге, под Ленинградом. Наголо остриженные мальчики в серых рубашках. Девочки– в серых же платьицах, с косыночками на коротко стриженых головках. Смотрят концерт в Доме офицеров, улыбаются, а глаза у всех, как-то одинаково, светлые-светлые и прозрачные. Может быть, от недоедания, кто знает? 1949-й год...
Вичуга. Группа детского дома. Воспитанник Боря Евстигнеев (мой муж) –во втором ряду, в центре, в кепке с козырьком назад. 1950 г.
Детские дома были устроены по-разному; в своем посте в pikabu под тегами «Блокада, Ленинград, Дети Войны, Дети Блокады» я привела воспоминания от имени девочки-сироты военного времени о ее житье-бытье после освобождения Ленинграда от блокады в 3-м специальном детском доме,на улице Мойка 26. Детский дом был отличный- с походами в цирк, в Мариинский театр. Хор был великолепный: разучивали даже хоровые партии из опер. И одевали воспитанников по тем временам отлично: в нарядные пальтишки и шубки.Так уж сложилось, что моя личная судьба соединилась также с воспитанником детдома- :
Муж и его брат (на полтора года старше его) после трагической кончины их матери в 1946 году были помещены в детский дом, в городе Вичуга, в крае Ивановских ткачей, в содержании которого большое участие принимала текстильная фабрика «Красный Профинтерн», где их отец был директором до самого начала войны. Детский дом располагался в доме причетчика (его называли просто- напросто «Поповский дом»), рядом возвышалась высоченная Красная церковь- так называли ее в Вичуге. Церковь выстроил знаменитый купец Иван Кокорев в память о безвременно погибшей дочке Лидии.. Фабрика «Красный Профинтерн» поддерживала воспитанников детдома отнюдь не формально, Здесь было посытнее и повеселее, чем в обычных послевоенных детдомах. Спортивные, музыкальные занятия-все было. Выращивали ягодные кусты, детей подкармливали собственным вареньем. После. окончания братьями школы- семилетки банки с вареньем передавали даже в общежитие техникума. Такие вещи запоминаются на всю жизнь В чем крылся секрет такого отношения к детям? В доброте и добросовестности дирекции и педагогов детдома? В заботе руководства фабрики? Наверное, правильно и то, и другое, но у моего мужа сохранились самые теплые и благодарные воспоминания о детдомовской жизни, ему там сохранили и ум, и здоровье, и душу...
Вичуга. «Красная церковь. 1950 г. Внутри колокольни ступени обрывались и мальчишки карабкались на самый верх, спинами вниз, опираясь на руки-ноги. Вниз -таким же способом.
Их родной дом после тяжелейшей болезни и трагической смерти матери отдали другим людям. Судя по отрывочным воспоминаниям оставшейся дальней родни- её, мастера производства, вдову директора фабрики, ушедшего добровольцем на фронт в июне 1941-го, с двумя детишками на руках кто-то, говоря по современному, «подставил» по пустяшному делу. Она, женщина крайне совестливая, измученная послевоенными невзгодами, не имея надежды на возвращение мужа и на нормальную жизнь, слегла и скончалась в больнице. Не осталось никаких документов, альбомов с фотографиями и прочих свидетельств жизни семьи-все пропало. Чудом уцелела одна фотография молодой матери с надписью, предназначенной детям: «Ваша мама» - эту фотографию отыскала директор детского дома. Она отправилась в уже опустевшую квартиру, откуда практически все было выброшено – в том числе письма, документы, фотоальбомы, спросив у мальчика -моего супруга: где же можно поискать хоть какую-нибудь фотографию? И он, умница, припомнил, что мама на его глазах одну фотографию припрятала за зеркалом, а вот зеркало новые жильцы в доме оставили и порванная фотография лежала там! Сейчас единственный портрет матери в элегантной шляпке предвоенного времени, воспроизведенный ее сыном с фото, смотрит на нас со стены. Муж, несмотря на практически младенческий возраст- четырех лет не было, когда началась война, отлично помнил и эту шляпку, и как отец привез ее из Пятигорска, с курорта.…
Однако вернусь к детскому дому и к школе, где учились муж и его брат до поступления в Ивановский индустриальный техникум и переезда в общежитие. Им и со школой повезло - школа была превосходная, в лучших традициях советского образования, недаром они с братом после седьмого класса свободно выдержали вступительные экзамены на факультет судового радио- электрооборудования. До чего же они были в свои 15 лет. самостоятельными!Удивительно душевными людьми была директор детдома и воспитательница группы, где рос муж. Я было потрясена письмами от них, которые приходили от них поочередно, а их воспитаннику было уже 30 лет! Более 15 лет прошло после того, как он вышел из детдома. Так вот- о письмах: эти две поистине святые женщины начинали свои письма так:»Мой дорогой сыночек Боренька!»-дальше шли сообщения о жизни детского дома. Последнее письмо от директора пришло в середине 60-х, муж находился в дальнем рейсе. Он ходил на рыболовецких судах навигатором- вполне нормальная работа для советского инженера по радио- электронике. (Он так и остался верен своей специальности, полученной и в техникуме, на факультете судового радиооборудования, и в ленинградском Институте Связи, и работал уже в современных реалиях до 74-летнего возраста). Написала я ей ответ со словами благодарности за воспитание мужа, но- закрученная и замотанная домашними и материнскими обязанностями - забыла наклеить марку!!! Письмо через месяц вернулось назад- и всё. Дальнейшие письма оставались -без ответа. Она ведь была уже старенькой и одинокой. До сих пор ругаю себя за забывчивость, осталось ощущение невысказанной благодарности.
Написанный сыном портрет мамы.