Подержите, Мюрат, моё пиво⁠⁠

Знаменитая атака кавалерии Мюрата при Прейсиш-Эйлау, безусловно, является одной из наиболее знаменитых конных атак в истории наполеоновских войн, хотя отдавая должное храбрости французов, следует помнить, что закончилась она полным разгромом и бегством отборных кавалерийских полков Наполеона, а в итоге ещё и гибелью брошенных Мюратом без защиты французских артиллеристов под русскими клинками. Атака же лейб-Кирасирского полка в сражении при Пултуске хотя и известна намного менее (всё-таки масштаб не тот), но зато боевой результат был на заглядение.

Тогда лейб-кирасиры под командой бывшего конногвардейца Сергея Алексеевича Кожина при поддержке двух эскадронов каргопольских драгун пошли в атаку на 88-й полк французской линейной пехоты, который, кстати, был одним из наиболее закалённых полков неприятельской армии и имел личный состав к тому времени прошедший Ульм, Аустерлиц и Йену. У лейб-кирасир такого опыта не было, а кроме того атака сильно осложнялась тем, что идти в неё пришлось по непролазной грязи, которая делала невозможным быстрое передвижение даже для лёгкой кавалерии, а в лейб-Кирасирском служили большие люди на больших лошадках.

В результате эта атака на французскую пехоту была произведена... шагом! Тем не менее успех оной был полным - русские богатыри буквально смяли и изрубили превосходящие силы неприятеля, а тех, кто не погиб под русскими палашами, согласно воспоминаниям участника сражения каргопольца Василия Богушевского, копытами затоптали прямо в грязь.

Теперь о потерях. Урон русских кирасир и драгун мало отличался от ноля, зато 88-й линейный... Скажем так, генерал Кожин в своём рапорте указал, что французы полегли почти поголовно (типа убежать в распутицу не смог никто), а вот по французским данным полк потерял более тысячи человек, то есть 2/3 своего состава, включая 300 пленных. Возможно истина где-то посередине, но даже если опираться исключительно на источники с французской стороны, то всё равно подтверждается заявленная русским командованием картина полного разгрома французской пехоты.

Для наглядности, ибо всё познается в сравнении, отметим, что 7-й пехотный корпус генерала Раевского, который в сражении при Бородино находился в самом пекле и целый день под сильнейшим артиллерийским огнём бился с превосходящими силами лучших армейских и кавалерийских корпусов армии Наполеона, потерял половину личного состава, а тут в результате одной атаки, да ещё и атаки шагом, было выбито две трети!

Интересно получается, если сравнить потери офицеров. В составе 88-го линейного полка погибло два комбата ("Комбат" или "chef de bataillon" и есть звание во Французской армии. Оно равно нашему майору. А майор или "мажор" у них тогда был как наш подполковник), 4 капитана, 6 лейтенантов и 10 младших лейтенантов, итого 22 офицера плюс 18 было ранено, то есть всего командный состав 88-го линейного недосчитался ровно 40 офицеров (то есть почти всех). Для сравнения в наиболее пострадавшем при Бородино полку 6-го пехотного корпуса генерала Дохтурова, а именно Либавском пехотном, которому в течении всего дня приходилось держать натиск вражеских конных латников, погибло всего 2 офицера и ещё 10 были ранены. 40 в ходе одной атаки и 12 в течение целого дня. Как вам такое?

Что ещё сказать? Ну разве то, что Сергей Алексеевич Кожин за боевые заслуги под Пултуском стал кавалером ордена Святого Георгия 3-го класса, при Прейсиш-Эйлау в пух и прах разнёс 7-й и 20-й полки французских конных егерей, а в бою при Гейльсберге, где племянник великого Суворова князь Андрей Иванович Горчаков нанёс поражение самому Наполеону, получил пулевое ранение в грудь. Ранение, к сожалению, оказавшееся смертельным.