Первая вахта-2
Начало здесь: Первая вахта
Моё предложение было принято. Выпив, я немного осмелел, вернее захмелел и поглупел, и продолжил опасную тему про трусы Стасика:
- А почему электрик ходит в исподнем?
- Так Маринка всё забирает – сказал Начальник.
- Кто это? – икнул я.
- Его жена, ревнивая стерва – продолжил радист – она привозит его на пароход и забирает с собой всю верхнюю одежду вместе с обувью. Боится, что тот загуляет в рейсе.
- Она, что дура? – от удивления я снова икнул - любую одежду можно купить в первом же порту.
- Стасик за всю зарплату до последней копейки отчитывается перед женой. Теща его работает в бухгалтерии пароходства.
- Так можно же попросить у кого-нибудь брюки и свитер – продолжал я защищать право электрика ходить в штанах – неужели никто на пароходе не одолжит?
Все заржали, мне стало немного обидно:
- И что смешного сказал?
Док примирительно ответил:
- Посмотри внимательно вокруг. Весь экипаж на пароходе под два метра ростом и только Стасик метр с кепкой. Да ему наша одежда будет сильно велика. В любом порту полиция его тут же загребёт за воровство или бродяжничество.
Я посмотрел вокруг, все включая меня и приболевшего Макса, были действительно выше среднего роста.
- Степаныч, инспектор кадров пароходства – продолжал свое повествование доктор – брат тещи Стасика. Он специально подбирает команду так, чтобы оставить электрика без штанов.
- Охренеть – мое изумление зашкаливало – с этим надо что-то делать!
- Не надо - сказал Хабаров и пояснил – Стасика и так все устраивает.
- Но почему? – мне было совсем не понятно, как электрика может устраивать по полгода ходить без штанов. Прямо дикарь какой-то. "А вдруг электрик только прикидывается, что не знает, что он ходит не с зеленым, а с розовым задом?" Я тут же доложил свои сомнения высокому собранию. Собрание задумалось. Выпило. Шеф крякнул и начал колоться, что однажды видел Стасика выходящим из каюты буфетчицы Аньки.
- Может он у неё в каюте лампочку менял? – встал на защиту семейной нравственности Чиф.
- А зачем ей лампочка – не сдавался Шеф-повар – она же не красится, а читать не умеет.
В дверь постучали.
- Первый раз за полгода - прокомментировал Хабаров и крикнул – не заперто!
В каюту вошел очень высокий и очень тощий юноша.
- О, король воды, говна и пара – снова весело хрюкнул док – с чем пожаловали?
Юноша покраснел и, увидев меня, представился:
- Четвертый механик Алексей Каратаев. Павел Николаевич – обратился он к доктору - там Валера засунул себе в нос лампочку и вытащить не может, не могли бы вы посмотреть.
Док хмыкнул и поинтересовался:
- Выпьешь?
- Нет – юноша энергично замотал головой – я же не пью, пойдемте пожалуйста!
Доктор засобирался, вместе с ним из каюты Хабарова решил ретироваться и я. До смертельной дозы в 300 миллилитров мне оставалась совсем немного.
- Алексей – спросил я механика – а зачем моторист Валера лампочку в нос засунул?
В МКО – машинно-котельном отделении - очень шумно и мотористы иногда засовывают маленькие лампочки в уши, чтобы не надевать наушники. Но в нос?
- Я попросил Валеру почистить забившийся унитаз в каюте буфетчицы, и он решил, что если лампочка защищает от шума, то защитит и от запаха - ответил Алексей.
- Какой пытливый, развивающийся ум – прокомментировал рассказ механика док – ставит любительские эксперименты не только над насекомыми, но и над собой.
Док с четвертым механиком ушли в машинное, а я поднялся на мостик освежиться. Там были Вася и третий помощник, представившийся Толиком.
- «Пятнадцатилетнего капитана» знаешь? – спросил меня Вася.
- Роман Жюля Верна? – не понял вопроса я.
- Нет, капитана-наставника по ВМП.
О! Его я знал. Это была легендарная личность во всех флотах. Много лет он командовал подводными лодками, за что его и прозвали «Пятнадцатилетним капитаном». Прославился же он двумя подвигами: сфотографировал в Нью-Йорке Статую Свободы через перископ своего подводного крейсера и был уволен в запас за пьянку.
Боже, как грандиозно надо было бухать, чтобы тебя уволили за пьянку из российского ВМФ, тем более с Краснознаменного Северного Флота. Не понизили в звании, не отстранили от занимаемой должности – а именно уволили!
Покинув ВМФ, он стал «капитаном-наставником гражданских судов по военно-морской подготовке». В чем заключалась сия подготовка точно никто не понимал, но артельщики заказывали тройную норму алкоголя, когда узнавали, что проверяющим в рейс идет «Пятнадцатилетний капитан».
Узнав, что прибывающего проверяющего я знаю лично, капитан Вася поручил мне его встретить и разместить в каюте №16.
На мостик поднялся старпом.
- Деньги есть? - спросил он у меня деловито.
- Нету. Мы же в рейс, а не из рейса.
- Логично – голосом доктора ответил Чиф – там твоего вахтенного матроса привезли, иди, надо выкупать.
- А почему мне? – удивился я.
- Потому что он из твоей вахты - парировал старпом – и это тоже логично.
"Блин! Просто клуб любителей логики". Я закрыл глаза и представил надпись над входом в кают-компанию: «Клуб любителей абсолютной логики «Абсолют»». А что? Доктора изберём распорядителем – разливающим, а Хабарова – Хабаровым. Сделаем фамилию должностью. Розовозадый Стасик будет дворецким. Очень удобно: летом – розовый, зимой – оранжевый. Прямо пассивный датчик определения забортной сезонности…»
- Проснись – Чиф тряс меня за плечо – не спи на вахте, иди, принимай матроса.
- Я не сплю – я длинно моргнул – отмахнувшись от старпома, я спустился с мостика.
На пирсе у кормовой аппарели судна стоял милицейский уазик и два невысоких, но коренастых сержанта.
- Ваш? – один из сержантов открыл заднюю дверь уазика. В отсеке обнаружилось бесчувственное тело, которое, однако, громко храпело.
- Не знаю - честно ответил я – а почему вы решили, что это наше?
Сержант развернул на свет лоб спящего. На лбу шариковой ручкой было написано: «3 район, 74 причал».
- Адрес правильный – согласился я – а можно его всего показать?
Сержанты хмыкнули и вывалили тело на пирс. Тело, свернувшись в позе эмбриона, продолжало храпеть.
- А какой он длинны, то есть роста? – спросил я.
- Какая тебе разница? – удивился один из сержантов.
- Если рост менее 183 сантиметров, то не приму – я был категоричен.
- Тебе что, на продажу что ли? – пошутил сержант.
- Нет, на разведение – поддержал я милицейский юмор – в Исландии не хватает мужиков, но нужны особи исключительно выше шести футов, или 183 сантиметров. За каждый дополнительно сданный сантиметр исландское правительство платит баррель нефти.
- Сантиметр чего? – уточнили менты.
- Всего – ответил я – всё суммируется, потом переводится из баррелей в британские фунты стерлингов по курсу Лондонской товарно-сырьевой биржи.
- Шутишь? – оба сержанта смотрели на меня с подозрением.
- Нет, мечтаю! Давайте, раскатывайте тело максимально в длину. Будем мерить.
- Джинсы с него снимать? – сержанты смотрели на меня вопросительно.
- Зачем? – не понял я.
- Мерить. А потом складывать, ну чтоб большей баррелей, то есть фунтов – пояснили они.
«С милицией шутки плохи» твердили мне с детства, и теперь я понял - почему.
- Штаны снимать ни с кого не будем. С того, с кого надо, штаны уже сняли, причём давно – ответил я и достал из своего рюкзака курвиметр.
Замеры показывали 186 сантиметров, что укладывалось в стандарты Степаныча. Условия по обеспечению отсутствия штанов на Стасике были соблюдены. - Беру – решился я – сколько с меня?
- Ничего – ответили сержанты – часы и цепочку мы уже сняли, а кошелек забрал ещё бармен в ресторане. Так что все по-честному.
- Вот – мне протянули паспорт моряка. На месте фотографии в паспорте была наклейка с мультяшным Дональдом Даком.
«М-да» - подумал я: «у погранцов явно будут вопросы, а хватит ли нам водки для наших ответов?» - меня терзали «смутные сомнения»: «Впереди еще длинный рейс. Да и самим что-то надо пить. Ладно, будем надеяться, что до ближайшего порта захода мы дотянем».
- Ну хорошо, заносите его на судно – скомандовал я сержантам.
- Сам заноси – не согласились те.
- Смирно! Молчать! Что здесь происходит?! – за моей спиной, блестя золотом погон, стоял «Пятнадцатилетний капитан» в парадной форме капитана первого ранга.
- Произвожу погрузку личного состава, Радмир Константинович! – доложил я.
- А, это правильно. Товарищи сержанты, грузите моряка – капитан-наставник вдруг стал само обаяние. - Куда нести? – казалось, сержанты были готовы исполнить любой его приказ.
- В медицинский изолятор, к доктору – решил я – Радмир Константинович, пройдемте, я покажу вам вашу каюту.
- Хорошо – согласился тот и спросил – а почему я не вижу вахтенного матроса у трапа?
- Так вот он – я указал на сержантов, которые несли тело – его же несут за нами.
- Матрос должен стоять у трапа, а не перемещаться в пространстве на чьих–то руках!
- Радмир Константинович – сочинял я на ходу – у нас шефское усиление, моторизированный милицейский патруль обеспечивает пропускной режим и укладывает матросов спать, давая им возможность восстановить силы перед выходом в море.
«Пятнадцатилетний капитан» хмыкнул и спросил: «Хабаров у себя?» Я молча кивнул. «Тогда мне туда, не провожай» – сказал капитан-наставник и скрылся в коридоре.
«Сука!!! Кто такой Хабаров!!!» - внутренне проорал я.
Алкоголь алкоголиков (продолжение)
Оставшись на мостике один, я принялся за чтение судовых документов. Изучил и наше рейсовое задание. По плану мы шли в Росток в балласте и там вставали под погрузку. Погрузку «чего» - не удалось прочитать, меня отвлёк звонок судовой АТС:
- Мостик – ответил я.
- Это вахтенный механик – произнес уже знакомый голос Алексея в трубке – разрешите закончить погрузку и закрыть кормовую аппарель?
- Разрешаю – автоматически согласился я и повесил трубку.
«Интересно, а что я разрешил? Что он там грузит, если мы должны идти в балласте и почему не сменился с вахты?» - надо было пойти проверить, что же я там такое «накомандовал» и кому.
В коридоре мне встретился дядька с небольшой окладистой бородкой. В каждой руке он нёс по картонной коробке с этикетками «Абсолют».
- Стоять! – зарычал я – Ты кто?
- Алексей-алкоголик – ответил бородач и поставил коробки на палубу.
- Почему алкоголик? – количество разнообразных форм алкоголя в материальном и виртуальном видах начинало для меня зашкаливать.
- Потому что Алексей – непонятно объяснил тот.
- Либо нормально объясняй, либо… - я не знал, какую кару придумать и просто выдохнул.
- В экипаже два Алексея – начал рассказ дядька – один, четвертый механик, он не пьёт – бородач разговаривал со мной, как с дошкольником – если я был бы не Алексеем, а, к примеру, Егором, то я был бы просто Егор, без приставки «алкоголик», другого Егора на пароходе то нет.
Он подумал и продолжил:
- Никаких Егоров нет. Есть два Алексея, один просто Алексей, а я – «Алексей-алкоголик».
- И ты пьёшь! – догадался я.
- Нет - дядька улыбнулся - я не пью.
- Так какого черта ты тогда алкоголик! – мозги у меня закипали, но я не сдавался.
- Я не алкоголик – обиженно засопел бородач: – Я – Алексей-алкоголик! Это другой Алексей может выпить, чуть-чуть, но может. Мне же совсем нельзя, мне вера не дозволяет - и он перекрестился двумя пальцами.
- Старовер? – догадался я
- Нет, старообрядец – объяснил он и добавил – вот доктор наш, он старовер.
- Так он же пьёт? – удивился я.
- Вот я и говорю – старовер.
- Хорошо, допустим – я почти взял себя в руки – зайдем с другой стороны, вы кто по должности?
Больше всего на свете я боялся услышать ответ: «полярник». Развели на судне богадельню. У «Хабаровска» в соседях мог вполне оказаться какой-нибудь «Скит» или «Лавра». Но ответ меня порадовал:
- Старший матрос и артельщик – ответил дядька - Я ношу алкоголь, вот меня и назвали «Алексей-алкоголик». Сейчас эти две коробки ждут в «Хабаровске».
- Ну несите алкоголь алкоголиками – попытался я скаламбурить.
«Затейники они тут с прозвищами» - подумал я: «интересно какой «ник-нейм» дадут мне?»
Полярник Хабаров.(продолжение)
Я поднялся на мостик. На нем уже никого, кроме третьего помощника Толика, не было.
- А кто такой Хабаров? – голос мой был суров.
- Полярник – ответил Толик удивленно.
- А по судовой роли? – не давал я себя запутать.
- Сам пойди и у него спроси – вдруг огрызнулся «трёшка».
Возвращаться в каюту к Хабарову мне очень не хотелось. У меня же нет такого навыка многократных и разнообразных зимовок, как у этого опытного полярника – так что мне столько не выпить.
- Дай мне судовую роль на приход - потребовал я у третьего помощника.
Тот молча протянул лист бумаги. Фамилии «Хабаров» в списке экипажа не было.
- Толик – начал я угрожающе. И Толик раскололся. Хабаров оказался… бомжом.
Несколько лет назад, когда героический полярник учился зимовать на крайнем юге, жена объявила его без вести пропавшим, заочно с ним развелась и выписала из квартиры. Теперь Хабаров кочует по знакомым пароходам, а когда к какому-нибудь судну прибиться не получается, то побирается у станции метро Василеостровская.
«Маринка, жена электрика, явно лучше» – решил я: «не оставляет своего Стасика без штанов, то есть оставляет, но в прямом, а не переносном смысле».
- А давно Хабаров зимует на пароходе? – продолжал я допрос Толика.
- Не знаю – ответил тот – когда мы в марте менялись, он уже был.
- Супер – возмутился я – то есть этот полярник, хрен знает сколько времени, ничего не делает, ни за что не отвечает, только катается на пароходе без документов по всему миру?! Ест, спит и бухает на халяву?!
- Завидуешь? – спросил Толик
Я удивленно посмотрел на третьего помощника и понял: «а это умно!»
Было над чем задуматься: «почти все тоже самое, что и у нас, только ответственности никакой и делать ничего не надо».
- Так, стоп – сказал я – это же преступление. Контрабанда человека через границу!
- Человек не товар – возразил Толик – его таможить не надо, он беспошлинно.
- Но границы то он пересекает незаконно – не соглашался я – за это кто будет отвечать
- Вот Хабаров сам и ответит – успокаивал меня Толик – экипажи сокращают, свободных кают много, тебе что, жалко?
- Нет – огорошено согласился я
- Всё! – вдруг оживленно объявил Толик – полночь, вахту сдал. Судовой журнал на штурманском столе – и он выскользнул с навигационного мостика.
«Обалдеть!» - я был потрясён: «дела не принял, с экипажем толком не познакомился, даже в каюту не заселился! Какой идиот назвал пароход, в честь великого, но спившегося человека».
Продолжение: Первая вахта-3