Небольшие мемуары моего деда, участника Великой Отечественной Войны
Здравствуйте все.
Читатель, если у тебя возникнут вопросы по поводу прочитанного, задавай их в комментариях, я постараюсь на них ответить.
Для начала, я хочу извиниться перед моими подписчиками за то, что почти на год пропал. На это был ряд причин, одна из них - смена места работы. Большинство подписавшихся на меня, сделали это из-за моих историй, которые произошли со мной во время моей службы в ОУР. Сегодня я хочу отвлечься от привычной темы и рассказать о своём дедушке, ветеране Великой Отечественной войны, а также опубликовать небольшие мемуары, которые написал он сам. В своих заметках он писал больше о боевом пути дивизии, чем о собственном, поэтому описания личных подвигов не будет.
Вкратце о моём дедушке:
Смолин Сергей Порфирьевич, 25.09.1923г.р. В настоящее время ему 96 лет, он жив и, для своего возраста, неплохо себя чувствует.
На военную службу был призван в октябре 1941 года, по достижении 18 лет. Вот его фото сделанное во время прохождения им службы:
Далее будет приведён его рассказ, написанный от первого лица.
"Надеюсь, что обобщенные мною сведения о 166 стрелковой дивизии кому-нибудь помогут в работе по воспитанию молодого поколения, в восстановлении незыблемой истины о Великой Отечественной войне и ее конечном результате – ВЕЛИКОЙ ПОБЕДЕ СОВЕТСКОГО НАРОДА
Военную службу я проходил в составе 735 стрелкового полка 166 стрелковой дивизии второго формирования и выбыл из нее 06.03.1943 года после тяжелого ранения в бою за Рамушевский коридор под Демянском.
Как ветеран 166 стрелковой дивизии, был участником встречи бывших соратников, которая состоялась 10.09.1984 года в городе Алма-Ате.
Духовная близость с этой дивизией побудила меня, используя сведения военных корреспондентов и других официальных лиц, опубликованные в печати, кратко воссоздать ее боевой путь в годы войны.
Официальное формирование 166 стрелковой дивизии состоялось 27 сентября 1939 года. Дивизия была сформирована на базе 260 стрелкового полка 71 стрелковой дивизии в городе Томске и вошла в состав 52 стрелкового корпуса Сибирского военного округа. Личный состав дивизии призван в основном из Новосибирской области, а также из Алтайского и Красноярского краев. Командиром дивизии был назначен полковник Холзенев А. Н.
22 июня 1941 года в дивизии был праздник по случаю официального открытия летних лагерей у Юрги. В Юргинских лагерях бойцы совершенствовали свою боевую выучку. В ходе занятий широко использовался опыт боев на озере Хасан, у речки Халкин-Гол и финской компании. В дивизии проходили службу многие участники этих боев.
Около 16 часов 22 июня 1941 года в дивизию пришло сообщение о начале войны, а чуть позднее получен приказ о возвращении на зимние квартиры в город Томск, где общая численность дивизии была доведена до 16400 человек. Ее первый эшелон был отправлен на фронт 26 июня 1941 года. 14 июля 1941 года прибыл на станцию Вязовая и приступил к разгрузке в районе большака, ведущего к городу Белый.
Передовые отряды дивизии, прибывшие к месту военных действий несколько раньше основного эшелона, уже вели жестокие бои с немецко-фашистскими захватчиками под Ельней. Именно здесь, под Ельней, фашистские войска несли настолько большие потери в живой силе и технике, что в начале августа командование армий «Центр» было вынуждено неоднократно обсуждать вопрос о целесообразности удержания Ельнинского выступа.
Командование 166 стрелковой дивизии, прибывшее во втором эшелоне 15 июля на станцию Сычевка, приказало без промедления провести автоколонну из 60 автомашин ЗИС-5 с боеприпасами на передовую. В целях маскировки, автоколонна выехала ночью. Но как только начало светать, машины были обнаружены, но и под бомбежкой и обстрелом колонна продолжала путь. В полдень домчались до шоссе, ведущему к городу Белый. Фронт рядом, боеприпасы доставлены.
В первых боях томичи показали себя храбрыми, решительными и находчивыми бойцами и командование стало доверять им все более сложные задачи.
В боевом приказе командующего 24 армии отмечено, что противник 14-15 июля 1941 года пытался высадить авиадесант в районе Земцы у озера Щучье.
166 стрелковой дивизии необходимо подготовить и упорно оборонять рубеж - Петрушино, Скворцово, Батурино, Мякишево, который занять к 8.00 17 июля 1941 года с задачей – не допустить прорыва танков, мотомехчастей противника и немедленно выдвинуть подвижной отряд для уничтожения авиадесанта противника в районе озера Щучье.
Для выполнения приказа была создана мобильная группа, в которую назначили 1-й и 2-й батальоны 735 стрелкового полка и батарею 400-го гаубичного полка. Ответственным за операцию назначен командир 735 стрелкового полка подполковник Койда С. М.
18 июля под вечер группа погрузилась на автомашины и высадилась десантом у озера Щучье в 60 км западнее от города Белый. Утром предстоял бой.
Перед восходом солнца 19 июля 1941 года первый батальон под командованием Б. И Кобера пошел в атаку на железнодорожный разъезд Ломоносово.
Незаметно подойти к вражеским позициям не удалось. По первому сигналу часовых фашисты высыпали из домов, зерновых и дровяных складов, завязалась перестрелка, перешедшая в рукопашную схватку.
Третьей роте было приказано обойти противника и ударить с тыла. Гитлеровцы не выдержали удара и отошли к деревне Шиково, что в 1,5 км западнее разъезда. Было приказано преследовать врага и наши бойцы приблизились к деревне на 200-300 м. Немцы ввели в бой все силы и огневые средства, но сбить нас с занятых позиций не смогли. Немцы несли потери, уже горел на поле один их танк, но они все больше наседали.
Было принято решение провести скрытую от противника ночную атаку.
Создали 8 групп, всем определили боевые участки, распределили дома и другие постройки. У каждого бойца на левом рукаве была белая повязка, чтобы отличить своих от чужих. Каждый участник штурмовой группы шел в бой с винтовкой и двумя гранатами. Другого оружия и снаряжения приказано не брать. Штурмовые группы бесшумно заняли исходные позиции для атаки.
В час ночи поступила команда: «Вперед». Через несколько минут ночная тишина была нарушена грохотом боя. Рвались гранаты, брошенные в люки танков, в окна домов. Фашистов, выскакивавших в окна и двери, уничтожали штыками.
В результате ночного боя немцы потеряли несколько танков, много машин и мотоциклов, было уничтожено 52 немецких офицера.
Утром к врагу пришло большое подкрепление, наши позиции подверглись налету авиации, силы были неравные, отряд нес большие потери. Несмотря на это, задача была выполнена, продвижение врагов остановлено.
В июле и августе 1941г. 166 стрелковая дивизия вела непрерывные упорные бои с немецко-фашистскими захватчиками, нанося им существенный урон.
Только за один день 11 августа 1941 года 735 и 512 стрелковые полки 166 стрелковой дивизии решительным наступлением прорвали линию фронта противника. В этом бою было уничтожено 1500 солдат и офицеров противника, 80 автомашин, 15 батарей артиллерии.
В качестве трофеев взято у противника 10 танков, 11 автомашин, 15 мотоциклов, 11 пушек, 36 пулеметов, 7 минометов, винтовки, автоматы, боеприпасы, снаряды.
Одному из подразделений 735 стрелкового полка была поставлена задача уничтожить вражеский аэродром и заправочную базу.
В результате удачно проведенного ночного боя было уничтожено 40 самолетов, взорвана заправочная база, повреждена взлетная полоса.
В начале сентября 1941 года по приказу нового командующего 19 армии генерал-лейтенанта М. Ф. Лукина 166 стрелковая дивизия сменила 119 стрелковую дивизию и отошла в расположение населенных пунктов Новоселищево, Иванниково, Степанидино, Турово, Лопатники по рекам Вопь и Ватра, где и началось строительство оборонительных рубежей. Немецкие войска подошли к позициям 166 стрелковой дивизии, завязался неравный жестокий бой и по приказу командования армии, дивизия была отведена в район деревни Федино, но оторваться от противника не удалось. Моторизированные корпуса немцев шли по пятам и лишили дивизию возможности создать новый оборонительный рубеж.
К осени 1941 года немецкие войска еще более усилили давление на защитников столицы, осуществляя выполнение операции «Тайфун» по захвату Москвы. 166 стрелковая дивизия с 9 августа до 30 сентября вела непрерывные наступательные бои и только в конце сентября, после 75 суток непрерывных боев дивизия была отведена во второй эшелон армии для укомплектования и отдыха, но отдыха не получилось.
Под натиском противника передовые 91 и 89 дивизии начали отход, а 166 стрелковая дивизия, удерживая противника на протяжении 3-ех суток на подготовленном тыловом рубеже армии, приняла на себя всю тяжесть вражеского удара.
29 сентября пришла смена и 166 стрелковая дивизия передала свои позиции 91-ой Ачинской дивизии, а сама отошла на пополнение и формирование, надеясь отдохнуть. Но войска тут же вернули на передовую, но на другой участок, где создалась угроза прорыва нашей обороны противником. Однако немцы изменили направление прорыва на Холм – Жирковский.
По сообщению командующего 19 армией генерал-лейтенанта М. Ф. Лукина главный удар немецких войск при наступлении на Москву был нанесен по 166 стрелковой дивизии и соседней справа 30 армии.
3 октября 1941 года немцы на участке 30-й армии прорвали фронт и создали угрозу всей 19 армии.
К исходу 4 октября группа советских войск в составе 19,16, и 20 армии Западного Фронта а так же 32 и 24 армии Резервного Фронта оказались в окружении.
8 октября 1941 года был отдан приказ окруженным войскам прорываться в сторону Гжатска, но атака на прорыв 12 октября 1941 года успеха не имела, так как не было горючего, на исходе были боеприпасы и продовольствие. Был получен второй приказ об отходе войск в южном направлении. 166 стрелковая дивизия вновь прикрывала этот маневр. По приказу командарма, только 13 октября 166 стрелковая дивизия оторвалась от противника и начала отход в сторону города Вязьмы.
После форсирования реки Вязьмы, дивизия вступила в тяжелые бои с обороняющимися здесь частями противника. В ходе боев было уничтожено 600 гитлеровцев. Наши потери составили 400 человек.
Даже попав в окружение, сибиряки продолжали сражаться, отвлекая на себя крупные силы врага, предназначенные для наступления на Москву.
Убедившись, что все силы на исходе, командование приняло решение: идти на прорыв.
Утром 13 октября, на рассвете, артиллеристы сделали последние залпы по участку намеченного прорыва, привели в негодность орудия, автомашины и другие ценности, и по приказу командира дивизии двинулись в избранном направлении. Штаб выехал из леса на машине вслед за наступающими частями.
Впереди скошенное ржаное поле, за ним овраг, речка Бебря и кустарник, севернее – деревня Бородицкое. Впереди, за речкой – Обухово. Все противоположные холмы заняты немцами, с которых и обстреливалась наша колонна.
Перебежками, стреляя на ходу, бойцы продвигались по краю ржаного поля. Позади наши заслоны отбивали непрерывные вражеские атаки, впереди редкими цепями шли стрелковые роты полков. Кругом все горело, в ушах сплошной шум, немцы уже на расстоянии броска ручной гранаты. Бросали их одну за другой, в рядах фашистов замешательство. Многие бойцы дивизии уже работали штыками, стрельба стала стихать, кажется, атаку немцев отбили.
Связь с командованием не прерывалась, продвигались по заданному участку на следующий рубеж.
Впереди показалась деревня Обухово, это от речки Бебря 200-300 м. Деревню Обухово заняли наши передовые части. Ползком и перебежками продвигались к роще по направлению к большаку Вязьма – Холм-Жирковский.
Со стороны большака послышался гул, показались немецкие танки, идущие прямо на наши части. Бойцы залегли, танки сделали несколько выстрелов и ушли.
Овраг выходит к опушке леса, впереди деревня, а к ней опять ведет овраг и ручей, здесь и собрались солдаты и командиры для отдыха.
Внезапно начался артобстрел. Пришлось срочно сняться с отдыха, оказав необходимую помощь раненым. По приказу командования, у всех погибших было изъято оружие, боеприпасы, гранаты, чтобы иметь возможность отражать нападение непредвиденных заслонов гитлеровских частей.
Вышли из окружения 15 ноября 1941 года на фронте 49 армии в районе Серпухова. Выведено людей 517 человек: 400 человек рядового и 117 человек командного состава. Все переданы штабу 19 армии Западного Фронта.
Бои за прорыв из окружения велись и в других направлениях, так как 166 стрелковая дивизия в боях за Москву не была уничтожена, хотя и понесла потери в живой силе и технике.
Из окружения вышли сотни бойцов и командиров, вынося с собой дорогие реликвии - боевые знамёна дивизии, а также артиллерийского и стрелковых полков.
Знамя дивизии, с поля последнего боя, вынес капитан Семенец П.Ф.
Боевые знамена и штабные документы были отправлены на Урал. Здесь, в Чебаркульских военных лагерях, проводилось второе формирование 166 стрелковой дивизии.
Осенью 1941г. я был призван на военную службу и зачислен в 735 стрелковый полк, в котором состоял до марта 1943г., когда выбыл из него после тяжёлого ранения в бою.
Второе формирование завершилось зимой 1941г. и дивизия была вывезена из г. Чебаркуля железнодорожным транспортом через Ярославскую область, города Любим и Осташков.
На месте расквартирования дивизии, по населенным пунктам, в окрестностях указанных городов , велось пополнение дивизии людскими резервами и необходимыми техническими средствами, проводилась боевая подготовка вновь влившегося в дивизию молодого пополнения.
К маю 1942г. дивизия была выдвинута в непосредственную близость к местам боевых действий и остановлена в прифронтовом лесу на отдых.
1 мая 1942г., после краткого отдыха и праздничного обеда, дивизия, подготовившись к встрече с врагом, из леса вышла на передовые позиции и завязала жестокий бой, пытаясь прорвать оборону противника, которая им была сильно укреплена.
Силы противника значительно превосходили возможности 166 стрелковой дивизии. Бой получился неравным.
Дивизия понесла большие потери в живой силе и технике и к утру 2 мая 1942 года была выведена из боя и отведена на другой участок фронта.
По прибытии на новое место, командованием было объявлено, что здесь дивизия задержится для полного восстановления численного состава и обеспечения необходимой техникой.
Для продолжительного нахождения дивизии на отведённом участке фронта, было приказано провести надлежащее обустройство оборонительного рубежа. Построить блиндажи, ДЗОТы, пулемётные ячейки и другие огневые точки, в пределах расположения каждого полка проложить длинные пути сообщения.
В процессе работы по обеспечению безопасности и устройства быта личного состава дивизии, порой совершенно забывали элементарные правила бдительности, допускали непростительную беспечность, чем решило воспользоваться командование противника и произвести разведку боем.
Замыслу немецкого командования способствовал рельеф местности, представляющий собой низину, доходящую до самых траншей нашей обороны и поросшую густым кустарником.
Соблюдая осторожность, используя заросли кустарника, можно было незаметно приблизиться к траншеям нашей обороны.
Внезапное появление противника в расположении первого батальона 735 стрелкового полка вызвало вспышку паники, которую умело погасило командование первого батальона и организовало активное сопротивление немецкой разведывательной группе в рукопашной схватке.
Используя значительное численное превосходство над противником, бойцы батальона быстро ликвидировали возникший инцидент.
В рукопашной схватке несколько красноармейцев получили ранения, а большинство солдат противника были уничтожены прямо в траншеях и лишь нескольким удалось выбраться из траншей и вернуться назад.
Пополнение дивизии людскими резервами и её обеспечение техническими средствами завершилось зимой 1942г.
По завершении комплектования, дивизия походным маршем стала продвигаться в сторону Демянска, в окрестностях которого советскими войсками были заблокированы значительные силы немецких войск. Но оставался Рамушевский коридор, через который немецкие войска получали всё необходимое для ведения активной деятельности. Задача сводилась к тому, чтобы перекрыть Рамушевский коридор.
С приходом 166 стрелковой дивизии к месту событий, развернулись жестокие бои с немецкими войсками, которые оказывали сильное сопротивление.
В одном из боёв я был тяжело ранен. Нашли меня и вынесли с поля боя санитары 735 стрелкового полка. По льду реки Ловать, на собачьей упряжке, я был доставлен в медсанбат 735 стрелкового полка, где, около разогретой буржуйки, моя смёрзшаяся одежда оттаяла, её немного просушили, меня угостили водкой, раненую ногу уложили в шину. Затем меня отправили в полевой госпиталь. Дальнейшая эвакуация в глубокий тыл закончилась прибытием в эвакуационный госпиталь города Кострома.
После излечения в госпитале, возвратиться в строй я уже не мог, став инвалидом Великой Отечественной войны.
Заканчивая повествование, считаю нелишним напомнить читателям, что полчища немецко-фашистских войск неудержимо стремились прорваться к столице нашей Родины. Они хотели быстрее завершить операцию «Тайфун» по захвату Москвы любыми средствами и любой ценой, методично увеличивая давление на ее защитников.
Чтобы максимально обеспечить безопасность Москвы, бойцы 166 стрелковой дивизии, совместно с другими соединениями Западного Фронта, бесстрашно и самоотверженно сражались с немецко-фашистскими захватчиками, отвлекая на себя их огромные силы, препятствуя продвижению противника вглубь нашей страны.
Побывав на позициях 166 стрелковой дивизии, писатель М. А. Шолохов об этом красноречиво написал в своих воспоминаниях:
«С гордостью и радостью свидетельствую о том, что части 166 стрелковой дивизии героически сражались с немецко-фашистскими захватчиками в 1941 году на подступах к Москве. Принимая на себя мощные удары врага, 166 стрелковая дивизия, как и другие соединения Западного Фронта, летом и осенью 1941 года во многом способствовали зимнему разгрому немцев под Москвой, это было ясно в то время и стало неопровержимым теперь».
Дивизия начавшая свой боевой путь на Смоленщине, в июле 1941 года, завершила его в Лиепае, пройдя с боями тысячи огненных километров по Смоленщине, по Новгородской и Калининградской областям, участвовала в Курской битве, освобождала Украину, Псковщину и Белоруссию.
После успешно завершенной в Белоруссии наступательной операции, дивизия была награждена орденом Красного Знамени, а командир 735 стрелкового полка стал первым в дивизии Героем Советского Союза".
От себя посмею уточнить обстоятельства ранения.
В ночной атаке в боях за Рамушевский коридор, мой дед поймал осколок от миномётной мины в левое колено. Та атака захлебнулась, части РККА вынуждены были отступить, раненные, в их числе и мой дед, остались лежать на месте атаки. С раздробленным коленом мой дед заполз в старую воронку от взрыва и почти сутки пролежал на льду на дне воронки. Один раз слышал неподалёку шаги, немецкую речь и одиночные выстрелы. Судя по всему, немцы добивали раненных. Повезло, что прошли мимо него.
Следующей ночью, военнослужащие санитарного полка начали собирать раненных, в числе спасённых оказался и мой дед. В результате ранения у него оказался уничтожен коленный сустав, который в последствии был удалён. В результате чего, левая нога у него не сгибается.
В госпитале, на излечении, находился около полугода.
Награждён орденом Отечественной войны 1 степени, орденом Красной звезды, медалями "За победу над Германией" и "За боевые заслуги".
После войны поступил в ВУЗ, на юридический факультет, который и окончил, получив высшее образование. Работал адвокатом, юрисконсультом на заводе, руководил отделом в Облисполкоме.
Это очень скромный, честный и принципиальный человек, который для меня всегда был примером.
В завершение этого поста, прикрепляю недавнее фото моего деда, сделанные около двух недель назад.
