Дубликаты не найдены

+1

Это не ВИКА им. Можайского.

Цитирую человека владеющего вопросом: "Шевроны не наши и здание не наше."

раскрыть ветку 1
0
Мне видео скинул коллега. А ему его бывший сослуживец.
+1

Ненавижу расизм и негров

0

Ангола, мой флаг из трек мании

0

Интересно, а как они у нас реагируют на расизм? Так же, как и у пиндосов?

раскрыть ветку 1
0
Не, тут страшно)
0

поинтереснее лезгинки будет

0

ритуал возвращения африки в африку)))))

0

Может это просто шахтеры?

0

а потом съели преподавателя

0

"Ночные войска"

0

Ну этих на (или в) черное море

Похожие посты
3048

Не профессиональная деформация.

Во время учебы на факультете ветеринарной медицины, выпало как-то нам дежурить на кафедре терапии. Почти как в ветеринарной клинике, преподаватель и несколько студентов вели прием и занимались лечением, в основном  кошек и собак. Одним из посетителей оказался майор с дочкой лет пяти. Девочка гордо раскрыла корзинку и выпустила великолепную пушистую белую кошку. Пока кошке делали осмотр и профилактическую прививку, Лена, одна из студенток, записывала данные "пациентки" в журнал:

- Девочка, а как твою  кошечку зовут?

- ПУШКА! Мою кошечку зовут ПУШКА! - неожиданно громким голосом гаркнула девочка.

Лена выразительно посмотрели на отца-военного. Тот густо покраснел и принялся оправдываться:

- Вы не подумайте, это не профессиональная деформация. Мы думали это котик, назвали его "Пушок", но потом оказалось, что это кошка, вот и пришлось имя поменять на женский вариант...

Не профессиональная деформация. Штурм-Ветеринары, Студенты, Военные, Профессиональная деформация, История, Ветеринарная клиника, Кот
1044

Абитура.

При Омском танковом училище собрали абитуриентов со всего СибВО. Командование решило что чем каждому абитуриенту выдавать проездные до училища, в которое он хотел поступать и оплачивать ему командировочные, проще собрать всех в одном месте, провести вступительные экзамены и уже затем, поступивших отправлять к месту учёбы.



Тем, кто действительно собирался стать кадровым военным, такое решение было даже немного на руку. Всё же сдавать экзамены при училищах было немного сложнее, экзаменационная комиссия более придирчиво относилась к тем, кого впоследствии эти же преподаватели будут обучать. Неприятно удивило это решение лишь тех, кто просто хотел «откосить» от службы месячишко, да прокатиться через полстраны на казённый кошт.



Ваське было это решение параллельно. С одной стороны, он действительно очень хотел стать офицером. А с другой… отмаявшись на КМБ, а затем пройдя «боевое крещение» в роте, которую окрестили в дивизии «маленьким дисбатом», ему просто очень хотелось хотя бы на недельку сменить обстановку.



Неприятности начались с самого написания рапорта. Улуча минутку, когда в канцелярии остался один командир роты, Васька постучался в дверь:


- Да!- Рявкнул гулким басом ротный. Васька отворил дверь, сделал пару шагов, и отрапортовал:


- Товарищ капитан! Разрешите обратиться!


- Чего тебе, боец?! В узбеки решил перекреститься?! Тоже сержантом хочешь стать?!


- Никак нет, товарищ капитан. Русский я. И сержантом не хочу.


- А чё так? Весь твой узбекский призыв, почти в полном составе, неделю меня достаёт. Все хотят в учебку. Если весь урюк, который они мне наобещали, в роте сложить, то вам на улице спать придётся!!!


- Я с Урала, товарищ капитан. Урюк у нас не растёт. А я хочу рапорт написать, на поступление в военное училище.


- А-а-ахренеть!!! Военный, ты с дуба гикнулся?! Иди служи! Через год придёшь!


- В таком случае, разрешите обратиться к начальнику штаба батальона, товарищ капитан!


- Упрямый значит? – Ротный заинтересованно взглянул на Ваську, затем заорал:- Дневальный!!! Старшину роты ко мне!!!- Затем опять оглядел с ног до головы своего бойца, предложил:- Ну что ж, тогда присаживайся, будущий коллега.



Через пару минут прибежал старшина, прапорщик Данилов.


- Вызывали, товарищ капитан?


- Проходи садись, Данилыч. Старшина, я смотрю у нас в роте, личный состав от безделья изнывает? И от того безделья, у них в головах всякие странные кунштюки появляются.


- Никак нет, товарищ капитан! Личный состав при деле, занимается по распорядку!


- Данилыч. Я не видел в распорядке дня пункта, о вытрахивании мозга командиру роты.


- А что случилось, товарищ капитан?


- Ладно старшина, об этом потом. Дай с бойцом разобраться.- Обратившись к Ваське, продолжил:- В общем так, боец. Согласно приказу командира дивизии, учебное подразделение для подготовки абитуриентов ВВКУ формируется через две недели. Вот к концу второй недели, если не передумаешь, то придёшь и мы с тобой напишем рапорт. И вместе с тобой отнесём его в штаб дивизии. Свободен!



Подождав пока за солдатом закроется дверь, ротный спросил:


- Ну и что мы с этим кадром делать будем, Данилыч?


- А что мы с ним сделать можем? Если рапорт не примешь, так он начштабу его отдаст. Кстати, и в приказе про это сказано, что военнослужащие пишут рапорта на имя начальника штаба дивизии, и подают его или непосредственным командирам, ИЛИ в штаб батальона или дивизии. Перепрыгнет через голову, и будешь ты свою майорскую звезду ещё год ждать.



- Ну а ты понимаешь, что если я сейчас у него рапорт приму, то все чуреки которые вчера жаждали стать сержантами, сразу же возмечтают стать офицерами? Ладно твои мордовские земляки, они и призывом старше, и никто не знает что они рапорта подали. А если я рапорт приму у пацана с их призыва, то все пятнадцать узбеков через две недели свалят в подготовительную группу. Плюс 6 твоих земляков. А начался дембель. И уже через 2 недели, нам с тобой некого будет в караул и наряды выставлять. В общем так, старшина. Пусть твоя мордва попрессуют его, чтоб глупости из башки вылетели.


- Не жалко мальчишку, Степан Ильич? Сломают ведь его «фазаны».


- Мне нас с тобой жалко. Я-то ещё ладно, не будет людей, я начальником караула перекантуюсь. А по столовой и во внутренний, ты ходить будешь вместе со взводными и во главе с замполитом. Кстати где он? Пни его ко мне, если встретишь. Ну а сломается если пацан… туда ему и дорога. А выдержит,- сам сопроводиловку напишу такую, что хоть сразу в Академию Генштаба без экзаменов примут.



Следующие десять дней, стали для Васьки сущим адом. Бить его особо не били. Во-первых по войскам шла очередная кампания «по борьбе с дедовщиной», и за любой синяк можно было угодить в дисбат. А бить без синяков, было удобно только того кто не сопротивлялся. Васька сопротивлялся. Озлобленно, словно зверёк загнанный в угол, он отбивался от нескольких «фазанов». А так как ему было по хрену на синяки, то в ход шло всё: кулаки, ремень, зубы. После трёх уроков «оборзевшего щегла», пятеро солдат отслуживших по году, щеголяли синяками на мордах, разной степени фиолетовости и размера. Ещё у двоих были сломаны носы. Досталось конечно и Ваське, ему сильно отбили почки или какие-то другие потроха, и от каждого резкого движения, его от паха до грудины пронзала резкая, дикая боль.



«Учителей» с разбитыми мордами, выставлять в наряд было никак нельзя. Так как на дивизионном разводе, заступающих в наряды и караулы осматривало дивизионное начальство. Старшина роты понял, что если «учёба» продлится теми же темпами, то дежурным по роте или столовой, он рискует заступить уже через неделю. Тактика «учёбы» сменилась. Стали давить «законными» методами.



Подшитый вечером на ХБ подворотничок, к утру волшебным образом испарялся. На утреннем осмотре Ваське объявлялись наряды вне очереди. Которые он дежурил с теми же «учителями». Все десять дней Васька практически не спал. В столовой, он так же «чудесным» образом оказывался за столом не со своим отделением, а в компании старослужащих. Соответственно все десять дней, он практически ничего не ел.



Уроженцы «солнечного Узбекистана», насмотревшись на Васькино «учение», благоразумно перестали доставать ротного. Даже трое земляков старшины, втихаря сходили к ротному и забрали свои рапорта.



Параллельно с Васькиным «учением» в роте стали происходить странные ЧП. Сначала 9 старослужащих, вместе с которыми обедал Васька, угодили в инфекционное отделение госпиталя с подозрением на дизентерию. После обеда, все девятеро не успев добежать до казармы, притулились за мусорными контейнерами, обдристав всё вокруг в радиусе десятка метров. Списали всё на сало присланное в посылке, которым угощались на обеде старослужашие.


Затем одного из самых «заслуженных учителей» укусил каракурт, прямо в постели. Откуда под простынёй, в казарме на третьем этаже, взялся ядовитый паук, выяснить не удалось.



В один из дней, сразу у десяти солдат и сержантов роты, появилась на шеях странная сыпь. Их на всякий случай также отправили в изолятор.


Апофеозом «странностей» стали взорвавшиеся «дембельские» сапоги замстаршины роты. Он первым из роты уходил в дембель, и вот во время прощания с сослуживцами, под марш «Прощание славянки» он пошёл строевым шагом, чеканя шаг…


Учитывая что замстаршины был уже практически гражданским человеком, и не желая вешать на роту ЧП, командир роты со старшиной засунули его в гражданскую больницу. Ступни врачи спасли, но дембель попал домой не скоро.



Прапорщик Данилов подошёл к двери канцелярии, постучался, и не дожидаясь ответа, вошёл.


- Разрешите, товарищ капитан?


- Вошёл уже. Опять что-то случилось?


Старшина постучал по столу:


- Тьфу, тьфу, тьфу. Пока ничего. Сегодня.


- Ну а чего тогда? Ну если уж пришёл, наливай чайку. Попьём.


- Не, спасибо товарищ капитан. Я уже неделю и пью и ем, только то, что из дома приношу. В сейфе храню.


- Чё это ты? Дизентерии боишься?


- И её тоже. Степан Ильич, когда там абитуриентов этих, собирать начнут?


- Да уже. Казарму им выделили, и уже из некоторых полков стали откомандировывать. А что?


- Это. Степан Ильич, рапорта земляков моих, выбросить можешь. Не хотят они уже поступать.


- Почему?


- Да сволочь этот, Башкирцев который, напугал их. На тумбочке он ночью стоял. А когда его сменили, он книжку забыл. Так пацаны с этой книжкой ко мне прибежали. От той книжонки я и сам в осадок выпал.


- Что за книжка-то?! Что ты кота за хвост тянешь?!


- «Яды растительного и животного происхождения» называется. Товарищ капитан, отправляй его нахер, быстрей! 19 человек на больничке уже! Не считая дембеля.


- Ты думаешь что это он всё закрутил?


- А кто??? Когда у нас ещё такое было? 20 человек, за 10 дней в госпитале?!



Желающих стать офицерами, с дивизии собралось немного. Всего 40 человек, из части с полуторатысячным личным составом. Видимо и в остальных подразделениях командиры были не в восторге от оттока военнослужащих. По сроку службы наблюдалось редкое единообразие. 37 человек отслужили по году. 1 человек отслужил полтора. Один уже должен был уехать домой, но написал сразу два рапорта. Один на поступление в ВВКУ, другой на сверхсрочную службу. Ну и Васька Башкирцев, отслуживший всего полгода.



Количество жаждущих защищать Родину уменьшилось вдвое в первый же день. Когда было объявлено, что после подготовки абитуриенты поедут не в места экзотические и обетованные, вроде Владивостока, Калининграда или Питера а в прославленный город Омск, находившийся всего в сутках езды, 15 человек сразу же позабирали рапорта и вернулись в части.



Ещё через день сразу трое отправились в госпиталь с дизухой. На улице буйствовала весна, и вместе с сиренью и черёмухой, в части пышным цветом расцветала эпидемия дизентерии. Поэтому дивизионное начальство, от греха подальше, и ради сохранения здоровья будущих коллег-офицеров, оставшихся абитуриентов заперло в одном из дальних учебных корпусов, со строжайшим приказом даже в курилку выползать пореже.



Замначштаба по физподготовке, которого назначили ответственным за процесс подготовки абитуриентов, появился в корпусе всего однажды. Назначил старшину Мамедова (того самого, который уже дома должен был быть) своим заместителем, пообещал что если кто совершит залёт, то до самого дембеля будет слезать с турника, только чтоб отдохнуть во время шестикилометрового маршброска, и исчез.



Чтоб не заморачиваться с доставкой абитуриентов в столовую и обратно, командование вновь поступило мудро. Так как учебный корпус предназначался и для проживания, в нём имелась и кухня с соответствующим инвентарём. А посему, будущим офицерам привезли сухпай и всяческие крупы и макароны, из расчёта на 20 человек и на месяц.


Прошаренные «фазаны», быстро сообразив что тушняк, сгуха и масло, это практически свободноконвертируемая валюта, шустро организовали обмен пары ящиков на водку. И вечером закатили шумный банкет, в честь приобщения к славной когорте «абитуры».



Посреди банкета, в чью-то светлую голову пришла гениальная мысль о несправедливости существующего миропорядка. Посовещавшись, они пришли к общему решению, что так как их было подавляющее большинство, то и рулить в данном коллективе должны они. И всей толпой пошли смещать с руководящего поста старшину Мамедова.



Тот о демократии не имел даже отдалённого понятия. Зато обладал дьявольской вспыльчивостью, проворностью камышового кота и приличных размеров кулаками. В первые же несколько секунд «переворота», ниспровергатели потеряли троих бойцов, с травмами разной тяжести.


Васька и третий представитель меньшинства уже сообразили, что при наступлении торжества демократии, их ждёт судьба угнетаемой прослойки и моментально вмешались в перераспределение властных функций. Победили организованность, азербайджанская ловкость Султана Мамедова, казахская невозмутимость и напористость Таукена Акташева и природная русская смекалка Васьки Башкирцева.



РЭволюционЭры разбежались и забились по щелям, откуда были с помощью пинков и зуботычин извлечены на свет. Старшина выстроил всех на ЦП и объявил что с этой секунды, в их маленьком коллективе наступает покой и благодать. По законам и правилам предписанным уставами СА. Всякое отступление от буквы уставов будет караться единственным действенным методом в этих условиях,- членовредительством.


Поскольку в уставах, да и в армии вообще, особая роль отведена чистоте и порядку, то до поздней ночи (или раннего утра) весь дружный коллектив занимался приборкой.



Закономерно что к вечеру абитуриентов осталось всего пятеро…


Через месяц «подготовки» абитуриенты поехали в Омск.



Экзамены шли своим чередом. Васька уже написал сочинение. Сдал устную математику пожилой тётеньке, и наполовину отбрехался, наполовину та просто его пожалела, и всё же сдал и математику. На контрольной, заранее изучив схему раздачи вариантов, сел так чтоб был с Таукеном один и тот же вариант, и тупо списал контрольную. Но на всякий случай влепил пару ошибок.



В этот день сдавали физику. Погода была замечательная, настроение приподнятым, и вообще всё было замечательно. За физику Васька не волновался в принципе, это был единственный предмет, по которому он имел уверенные знания, и не только в объёме средней школы. Экзамен принимал пожилой, седовласый мужчина в форме полковника.



Билет попался лёгкий, минут за 5 Васька накидал план ответов по вопросам, решил задачу, и занялся разглядыванием аудитории. Профессор ( уже позже, Васька узнал, что сдавал экзамен действительно профессору, имеющему учёные степени в нескольких областях науки и проректору ВВКУ ), увидев отсутствующий Васькин взгляд, строго спросил:


- А вы молодой человек вижу уже готовы?!


- Так точно, товарищ полковник!


- Вы уверены? У вас ещё много времени на подготовку в запасе.


- Уверен товарищ полковник! И готов отвечать.


- Ну что ж, прошу к столу.



Васька уверенно начал тарабанить ответ на первый вопрос. Полковник после нескольких слов, его прервал попросив переключиться на следующий вопрос. Все ответы заняли буквально с минуту. Посмотрев решение задачи и спросив откуда получилось какое-то значение, прервался. Откинулся в кресле, внимательно оглядел Ваську.


- Молодой человек, не потрудитесь ответить на несколько дополнительных вопросов? Вы можете отказаться, твёрдое «отлично» вы уже заработали.


- Мне торопиться некуда, товарищ полковник.



«Ответы на несколько дополнительных вопросов» плавно перетекли в беседу, изредка переходящую в дискуссию по каким-то спорным вопросам. Продолжалось это больше часа, за это время профессор автоматически штамповал в ведомости положительные оценки всем желающим сдать экзамен.


Наконец открылась дверь аудитории, и заглянувший в неё дежурный по учебному корпусу, сообщил что за полковником прибыла машина.


- Ну что ж, молодой человек. Очень интересно было с вами пообщаться. Жаль что поступаете не в наше училище, был бы рад такому курсанту!- Профессор попрощался и ушёл.



Через два дня вывесили результаты экзаменов. Васька нашёл в списках свою фамилию. Всё было вполне ожидаемо, как и дважды до этого. Физика,- отлично. Сочинение,- хорошо. Математика устно,- удовлетворительно. Математика письменно.- плохо. Даже особого огорчения или разочарования не было. Ну, никак с математикой было, просто никак. Он отошёл от стенда, сел на лавочку и закурил. Какие-то мысли медленно ворочались в голове. Над Васькой, застывшим в позе Роденовского мыслителя, раздался голос:


- Здравствуйте молодой человек! Задумались о будущей карьере полководца?


Васька подскочил, увидел давешнего полковника-физика, на этот раз бывшего в цивильном костюме.


- Здравия желаю, товарищ полковник!


- Ну что ж вы так кричите?! В гражданском я, можно и просто по-людски поздороваться.


- Ой! Извините товарищ профессор. Здравствуйте!


- Ну вот, это другое дело! Можно вас поздравить? Когда к месту учёбы отбываете?


- Нет, поздравлять меня не с чем. А отбываю завтра, к прежнему месту службы.


- Как так?! Что случилось?


- Да всё как обычно. Не сдал экзамен, и посему ждёт меня родная часть.


- Так. Сочинение наверное плохо написали? Обычное дело, естественникам тяжело гуманитарные науки даются. Но вы не огорчайтесь, подготовитесь за год, и обязательно поступите на следующий год.


- Нет, товарищ профессор. Хватит мне уже поступать. Не поступил с третьего раза, знать не судьба. Ну и хватит её испытывать. А не сдал я математику, непростые у меня с ней отношения.


- Но это же невозможно! Иметь такие блестящие знания по физике, и не сдать элементарный экзамен по математике! Это нонсенс!



Васька грустно улыбнулся:


- Нонсенс перед вами стоит.


Профессор на минуту задумался, затем сказал:


- К сожалению результаты экзаменационной комиссии, даже мне не под силу изменить. Но в некоторые военные училища в этом году огромный недобор. Если память мне не изменяет, то в Самаркандское училище вас могут взять, в Уссурийское артиллерийское училище недобор. Более подробный список я сейчас вам принесу, подождите меня здесь.


- Не стоит, товарищ профессор. Я же не ради абы каких звёздочек поступал. Я именно в Рязань хотел. Не судьба, значит не судьба. Ничего не попишешь.



Профессор вновь задумался. Затем задумчиво стал говорить:


- Не знаю. Не знаю. Правильно ли я делаю. Скажете ли вы мне спасибо впоследствии, или проклинать будете. Есть один вариант, вам в следующем году начать учёбу в выбранном вами ВВКУ. Давайте сделаем так. Сейчас сходим в штаб, там я предупрежу чтоб вас с довольствия не снимали и командировку продлили до особого распоряжения.



В штабе профессор распорядился чтоб рядового Башкирцева оставили при училище до особого распоряжения полковника Семёнова. Штабные, при упоминании этой фамилии как-то сразу поджались, и оглядели Ваську сострадательными взглядами.



Время тянулось утомительно медленно. Абитуриенты из войск очень быстро разъехались. Кто к местам учёбы, кто к местам прежней службы. Уехали, тепло попрощавшись и Васькины друзья. Султан поехал в родной город Баку, учиться в тамошнем ВВКУ, а Таукен в Алма-Ату, учиться в Алмаатинском общевойсковом военном училище.



Палаточный городок опустел, и брезентовые шатры сиротливо стояли в ожидании следующего потока абитуры, на этот раз с гражданки. Ни к работам ни к нарядам Ваську не привлекали. Солдаты из роты обслуживания, обходили стороной этого бесцельно болтающегося типа, не зная чего от него ожидать. Немного сошёлся он лишь с несколькими курсантами, оставшимися при училище то ли из-за неуспеваемости, то ли по каким другим причинам. Они с уважением отнеслись к знаку «Гвардия» на груди у Васьки, и хоть тот ничего героического им рассказать не мог, но с ним охотно общались, и даже пару раз приглашали на маленькие сабантуйчики.



К исходу второй недели, в опустевший городок прибежал посыльный из штаба. Отыскав Ваську, объяснил что вызывают его в штабной корпус, в кабинет 302 к полковнику Семёнову. Оглядев Ваську с ног до головы, солдатик спросил:


- Слушай, а чего от тебя ГРУ понадобилось?


Васька, недоумённо глянул на посыльного:


- Что за Гру? Так меня Семёнов или Гру вызывает?


- Да ладно, ладно. Нафиг мне ваши секреты!- И умчался обратно в штаб.



Оправив гимнастёрку и подтянув ремень, поплёлся в штаб и Васька, меланхолично размышляя по пути о множестве всяких чудных фамилий в СССР. Вот в роте у них, замполит был по фамилии Пупу, теперь какой-то Гру нарисовался…



Перед дверью в кабинет №302, Васька опять поправил обмундирование, постучал и дождавшись приглашения вошёл. В кабинете за столом сидел человек средних лет, в кителе с майорскими погонами и петлицами танкиста. Васька доложился. Майор поднял голову от бумаг лежащих перед ним:


- Ну проходи, присаживайся. Гвардии рядовой Башкирцев.


Майор несколько минут опять вчитывался в лежащую перед ним толстую папку, изредка поглядывая на Ваську.


- Почему вопросов не задаёшь?


- Зачем? Надо будет, сами всё объясните.


- Логично. И совсем не удивило что вызывали к полковнику, а разговариваешь с майором?


- Слишком много вариантов чтобы гадать. Поэтому принял всё как есть.


- Хм. Опять логично. Если я тебе скажу что я и есть полковник Семёнов, удивишься? Потребуешь подтверждений?


- Удивлюсь конечно. Но что-то требовать не имею права. А насторожиться,- насторожусь.



Майор рассмеялся. Затем вынул из кармана кителя удостоверение, и протянул его Ваське.


- Читай, чтобы не было настороженности.


Васька сравнил фото с оригиналом, прочитал фамилию и звание. Выходило что перед ним сидел действительно полковник Семёнов. Вернул удостоверение.



Затем майор-полковник продолжил:


- Я вот твоё личное дело читаю. Редко я встречал, чтоб на восемнадцатилетнего пацана, такое досье накопилось. Давай сразу договоримся, я у тебя спрашиваю о том, что меня заинтересовало, а ты отвечаешь максимально честно. Хорошо?


- Так если весь этот талмуд обо мне, так мне и рассказывать нечего будет.


- Ну про некоторые моменты, мне именно от тебя услышать хотелось бы. Например вот справка из военкомата и из контрразведки, что тебя в 75м году, задержали возле секретного объекта. Мне интересно как ты оказался возле него, в тайге, в 50ти километрах от посёлка?


- Честно отвечать?- Полковник утверждающе кивнул. Васька глубоко вздохнул, и начал рассказывать:- За кладом я пошёл. В книге прочитал, что когда разбили войско Пугачёва, то не нашли его казну. В другой книге было написано что возможно с казной сбежал соратник Пугачёва,- Салават Юлаев. Я долго копался в книгах и картах, и решил что казну могли спрятать в наших местах. А в горах, в полусотне километров и несколько пещер подходящих имеется. Вот я туда и отправился. Родителям сказал что с друзьями, к их родне в деревню уходим, а сам туда.- В рассказ вклинился полковник:


- Что, так все полсотни вёрст, по тайге и через горы?


- Не-е-е. Километров 30 с лесовозами проехал. А дальше в сторону от дороги нужно было, дальше пешком.


- Ночью страшно было?


- Нет. Чего бояться? Идти только трудно, ветки по глазам норовят хлестнуть. Пришлось на ночь остановиться. Ну а на следующий день меня и поймали. Только в справках этих, брехня. Не возле объекта меня выловили, а на объекте. Когда я дверь в скале пытался открыть. Но меня подполковник очень просил сказать, что выловили меня за три километра до объекта. Ну я и сказал, дяденька хороший был, сгущёнкой меня угощал.



Полковник несколько секунд рассматривал Ваську.


- А сам не брешешь? Я хорошо знаю систему охраны таких объектов. Там несколько периметров сигнальных датчиков и мин. Пройти их, даже зная схему расположения, трудно.


- Зачем мне врать? Это давно было. Просто скучно идти было, вот я и играл в индейцев. А первая заповедь индейских следопытов такая: «Если ты видишь место, где сам бы поставил капкан или сделал засаду,- обойди его». Вот я и обходил.



Полковник опять помолчал.


- Хм-м. Тогда с тебя и подписку взяли. На моей памяти, это впервые чтоб у 13ти летнего пацана, подписка о неразглашении такого уровня была. Хорошо, давай следующий момент. В 78м году, у твоего соседа сгорела машина. Он подавал на тебя заявление в милицию, но его не приняли, так как машина у него загорелась на ходу, и далеко от дома. В акте экспертизы написано что возгорание произошло из-за неисправности электропроводки. Но сосед абсолютно был уверен, что это твоих рук дело. Расскажешь?


Васька, уже в который раз тяжело вздохнул.


- Так и посадить могут ведь.


- Обещаю что из этого кабинета, ни одного слова не выйдет.


- Придётся верить. У этого гада, пацаны ночью яблони обобрали и ветки поломали. А он на следующий день меня выловил. Пьяный в дым, и с ружьём. Из двух стволов, картечью мне под ноги выстрелил. Он здоровый сильно, сволочь. Я бы с ним не справился, а отомстить хотелось. Я заикаться из-за него сильно стал. Сначала хотел дом спалить, но у него детишки маленькие были,- жалко. А тут он «Жигули» новенькие купил. Пылинки с них сдувал. Вот я по самому больному и ударил. Уверен что даже если бы его дети сгорели, он бы так не убивался. Гад. Жмот.


- А если бы в машине дети были? И как ты это сделал?


- Семью он только на мотоцикле возил. А на машине ездил всегда один, и только в областной центр. А как… Химией я увлекался. Смесь азотной и серной кислот залил в воздушный шарик. Шарик сунул в бензобак. Постепенно бензин проел резину,- реакция и возгорание.



Долго Васька рассказывал про свои фокусы по-малолетству, наконец перешли к последним событиям:


- Вот бумажечка интересная. Про 9 дембелей-дристунов, и одного дембеля который в космос рещил без ракеты взлететь. Рассказывай. За что и как.



Васька, прихлёбывая крепкий чай с печенюшками, которым его угостил полковник, начал рассказывать:


- Прессовали меня сильно. В столовую, за стол всегда с дембелями сажали, так они твари, даже щей из тухлой капусты мне поесть не давали. Про пурген знают все, да и растворяются таблетки не так, как нужно. А вот что перекись водорода, тот же пурген только жидкий, мало кто знает. Вот я пару ампул им в компот и вылил.



Ну а замстаршины, очень любил смотреть, как я с фазанами дерусь. Учил их, да и сам исподтишка пнуть старался. А когда я к нему рвался, чтоб морду разбить, убегал быстренько. За пару месяцев до дембеля, он кандидатом в члены партии стал, ротный ему характеристику написал, для поступления в школу милиции. Очень он ментом хотел стать. Его счастье, что я бертолетки не нашёл, по самые муди бы ампутацию ему произвёл. А с фосфором и селитрой со спичечных коробков, совсем не тот эффект…



Выслушав Васькину исповедь, полковник долго молчал, о чём-то размышляя. Затем продолжил беседу:


- Да-а-а, Василий. С одной стороны, ты самое то, что для ГРУ нужно. А с другой, так даже я тебя опасаться начинаю.


- Товарищ полковник, а кто такой этот Гру? Мало ли что я ему нужен, а может он мне параллелен?



Полковник изумлённо воззрился на Ваську:


- Башкирцев, совсем ты меня удивил. Такие знания в тебе плещутся, а что такое Главное Разведывательное Управление Генерального Штаба Министерства Обороны не знаешь???!!!


- Как-то не слышал, теперь буду знать.



Через два дня, гвардии рядовой, Василий Башкирцев был откомандирован на спецкурсы от 5го отдела ГРУ.



© Александр Новиков 37

Показать полностью
2506

В тихом омуте

Он был странный, нелюдимый, простой преподаватель ВУЗа, и предмет вел, на первый взгляд, не серьёзный – «Основы техники безопасности». О его прошлом доподлинно мало что было известно. Ходили слухи, что он был то ли военным летчиком, то ли военным инженером - конструктором самолетов. Версии разнились, но военное прошлое было видно и по выправке и по манере себя держать. Говорили, что после какой-то аварии связанной с его военной карьерой, он некоторое время лечился в клинике для душевнобольных.


Скорее всего, так и было, потому, что на лекциях его порой «заносило». То он на полном серьезе утверждал, что каждая хозяйка должна иметь на кухне ящик с песком в целях пожарной безопасности, то, что жена должна в конце дня сдавать мужу кухонную утварь по описи. Однажды под новый год, прочитал целую лекцию, о глупости и бессмысленности рождественских праздников, настаивая на том, что нормальным, по его мнению, людям достаточно часов в девять пройти строем по улицам города с революционными песнями, а в десять – отбой. Когда человек шутит, это заметно, даже если он это делает с невозмутимым выражением лица, а он явно не шутил и это отталкивало от него людей.


Предмет он свой знал отлично, да и с высшей математикой проблем не было. Однажды, один заочник, оббегавший всю кафедру математики, отчаявшись решить заданный ему сложный интеграл, обратился к нему (видимо кто-то посоветовал), и тот решил его буквально за несколько секунд и потратил время только на запись решения.


Наша группа сдавала ему зачет. Отношение к ТБ у вчерашних школьников было наплевательское, а преподаватель он был строгий, итог - больше половины группы пошло на пересдачу. Одна девушка, вылетевшая в первых рядах, выразила свое возмущение в стихах на трех листах, и когда зачет закончился, попросила разрешения прочитать свое творение преподавателю. Она читала с выражением, очень эмоционально, а он, молча, сидел и слушал, а потом сказал: «Давай зачетку. И позови тех, кто под аудиторией томится» В результате, все кто не пошли пить пиво, заливая горе, получили зачет.


Жил он скромно, в общежитии, а потом, неожиданно умер, и после его смерти в вещах нашли огромную пачку квитанций с денежными переводами. Оказалось, что он более двадцати лет почти всю свою зарплату переводил в детские дома и больницы, оставляя себе только на питание. И платежи на очень приличные суммы, потому что кроме зарплаты преподавателя, он получал как бывший военный приличную пенсию, и еще шли какие-то выплаты, может быть за изобретения, но это уже мои предположения.


P.S. Недавно был пост про хорошего человека, который семье телевизор подарил. http://pikabu.ru/story/im_nuzhnee_4410280
Что сказать, сам плюсанул и считаю, что поступок достойный, но он человек обеспеченный, а почему так поступил простой преподаватель? Ведь если бы не смерть, так бы об этом никто не узнал.

2188

Разработаем.

Подполковник Миронов, как и большинство военных, был поставщиком армейских цитат. Стоит значит группа студентов на военной кафедре перед классом, ждет когда преподаватель его откроет. Тут один начинает другого толкать. Препод поворачивается:

- Толстоусов, руки свои знаешь куда засунь?!

- Пробовал, товарищ подполковник, не влезают!

Он думал, что подколол старого вояку, но Миронов тоже за словом в карман не полез, все-таки двадцать лет в армии. Он повернул лицо, на котором была ухмылка гиены и, глядя в глаза курсанту, елейным голосом произнес:

- Это не беда, скоро разработаем.

Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: