Самый важный советский пленный
Эта история могла бы стать основой для блокбастера – лихо закрученный сюжет со счастливым концом. То, о чем мы расскажем – правда. Жизнь иногда подкидывает и такие сценарии. В этой статье пойдет речь о советском подводнике Сергее Прокофьевиче Лисине.
Герой нашего рассказа родился 13 июля 1909 года в Саратове. Начал работать слесарем, но, как и многие в те годы, по комсомольской путевке пошел на флот. Тогда было несколько таких призывов, поэтому судьба Сергея, в общем, была типичной.
В 1931 году он поступил в военно-морское училище имени Фрунзе.
В 1936 году окончил его. Молодой штурман Сергей Лисин служил на подводной лодке Щ-313 Балтийского флота, а потом Щ-401 Северного флота.
Когда началась война в Испании, Лисина направили в качестве советника в эту страну. Добирался до места он окольными путями: из Ленинграда на рейсовом теплоходе «Мария Ульянова» доплыл до Гавра, а оттуда поездом до Парижа. В Париже у него было всего несколько часов до отъезда в Испанию. Именно тогда, прогуливаясь по столице Франции, Лисин увидел в витрине магазина золотые часы, лежащие в изящной коробочке. Они запали в душу подводника. Потом эти часы сыграют в его жизни немаловажную роль.
Как старший помощник командира, он служил на подводных лодках С-4 и С-2 флота республиканской Испании. В Испании 29-летний Серхио Леон - под таким псевдонимом Сергей Лисин воевал – набрался боевого опыта. Подводные лодки, на которых служил, Лисин, не потопили ни одного корабля франкистов. Но опыт боевых походов, экстренных погружений при атаках авиации, поиска целей и боевого маневрирования был бесценен для молодого подводника.
Когда закончился срок его командировки, Лисин снова оказался в Париже. В этот раз он задержался в городе на неделю – консульский отдел советского посольства долго оформлял документы, так что у Диего Венсарио – с документами на это имя Лисин находился во Франции – было значительно больше времени на знакомство с Парижем.
Первое, что сделал Лисин – пошел в магазин, и на сэкономленные суточные купил понравившиеся ему золотые часы, и только потом стал осматривать Эйфелеву башню, Лувр и Елисейские поля.
После возвращения из Испании его назначили командиром строившейся в Горьком (теперь Нижнем Новгороде) на заводе №112 – ныне «Красное Сормово» - подводной лодки С-7 IX-бис серии. Буква С в названии обозначало – «средняя». На флоте такие лодки называли «эски». Лодки IX серии спроектировали в Германии по заказу Советского Союза.
В СССР их строили тремя сериями - IX, IX-бис и XVI. Первые три лодки первоначально назывались Н-1 – Н-3, где буква Н обозначало «немецкая». Правда, очень быстро букву Н убрали, заменив ее на С.
Немцы умели проектировать субмарины, и подводные лодки IX, IX-бис и XVI серий получились удачными и надежными. Только один пример.
Во время Второй мировой войны «эски» Тихоокеанского флота через Тихий и Атлантический океаны и Панамский канал были переброшены на Северный флот, а после войны по Северному морскому пути вернулись домой. Лодка С-56, как памятник, установлена на Корабельной набережной Владивостока. Во время строительства С-7 будущий командир занимался формированием и подготовкой экипажа. С-7 предназначалась для Балтийского флота.
Война
Воевал Лисин отчаянно и красиво. Он был талантливым подводником, а самое главное, его всю жизнь хранила его звезда. Он по максимуму использовал возможности своей «эски». Лодки типа С имели более мощное пушечное вооружение, чем предшествующие им средние лодки типа Щ. Если у «щук» было две 45-мм зенитные пушки, то у «эски» была одна 100-мм пушка и одна 45-мм. Лисин всплыл на С-7 в Нарвском заливе и из 100-мм орудия обстрелял железнодорожную станцию и прилегающий к ней завод.
До того, как немцы отреагировали, С-7 погрузилась и ушла. Часть историков флота утверждают, что это был первый обстрел побережья из орудий подводных лодок в Великую Отечественную войну.
Атаку целей на побережье Лисин повторял еще не раз. Во время похода в 1942 году С-7 потопила финский транспорт «Kothe» («Коте»). Через несколько дней С-7 встретила еще один финский транспорт «Pohjanlahti» («Похьянлахти»). От пущенной торпеды транспорт уклонился, Лисин дал команду на всплытие и обстрел транспорта из 100-мм орудия. Но орудие заклинило.
Тогда Лисин приказал преследовать финский пароход и обстреливать его из зенитной 45-мм пушки, пока пароход не утонет. Уже после войны выяснилось, что «Похьянлахти» перевозил не военные грузы, а картофель. В тот поход лодка потопила и повредила 5 транспортов противника. Справедливости ради надо сказать, что из этих пяти два были транспортами нейтральной Швеции.
Еще до 22 июня 1941 года немцы перегородили Финский залив мощным минно-сетевым заграждением «Юминда». Балтийский флот оказался заперт в Кронштадте, Ленинграде и Ораниенбауме (ныне Ломоносов). Мины стали проклятием советских подводников. Всего во время войны погибли 46 подводных лодок Балтийского флота. 24 из них пропали без вести. Большая часть погибла при форсировании «Юминды». С-7 многократно проходила через минные поля. Лисин всегда успешно форсировал их. Забегая вперед, скажем, что в декабре 1942 года Лисину было присвоено звание Героя Советского Союза.
Гибель С-7 и плен
Но однажды военное счастье отвернулось от Лисина. После результативного летнего похода С-7 вышла в осенний поход. В штабе Балтийского флота для «семерки» был нарезан квадрат поиска у берегов Швеции, между шведским побережьем и Аландскими островами.
Благополучно преодолев минные заграждения, С-7 вышла в квадрат поиска. Вечером 21 октября 1942 года, С-7 всплыла для подзарядки аккумуляторных батарей. Историки до сих пор не установили, что же произошло. Была ли встреча С-7 и финской подводной лодки случайностью, или финны ждали советскую лодку и действовали из засады. В финском ВМФ перед Второй мировой войной было пять подводных лодок – три средних и две малых. Акустик одной из средних лодок, «Весихииси» «Vesihiisi» («Водяной») обнаружил С-7.
«Эску» расстреляли практически в упор. Через несколько минут лодка ушла под воду. Спаслись только четверо, находившихся по боевому расписанию на мостике при нахождении лодки в надводном положении – командир, капитан 3-го ранга Лисин и трое матросов-сигнальщиков. Финская лодка после атаки всплыла и четверых советских моряков подняли на палубу «Водяного». Пленным дали спирта, переодели в сухую одежду и… заметили на руке командира золотые часы Longines.
Версия засады опирается на первый допрос-разговор двух командиров Лисина и Олави Айттола. Финский подводник сказал, что давно ждал С-7, так как имел информацию о времени выхода советской лодки из Кронштадта. Правда это, или нет – неизвестно. Теоретически, можно предположить, что финны знали шифр, с помощью которого С-7 осуществляла связь со штабом.
У Аландских островов Лисин столкнулся с опытным подводником. Капитан-лейтенант Олави Айттола начинал войну командиром малой подводной лодки«Vesikko», и на ней потопил советский пароход «Выборг». После перевода на «Весихииси», он выставил несколько минных заграждений в Финском заливе. Айттола был награжден финскими, шведскими и немецкими орденами. После потопления С-7 Айттола назначили в оперативный отдел флота, а потом в Генеральный штаб.
В советской военной литературе нахождение в плену капитана третьего ранга Лисина описывается словами концлагерь, голод, побои и освобождение в 1944 году. Протоколы допроса подводника были переданы советским представителям, но они не публиковались. Недавно появились интересные подробности с финской стороны.
Дело в том, что финский историк Тимо Лааксо нашел в архивах воспоминания финского офицера морской разведки Юкки Мякеля, который допрашивал Лисина. С этими материалами Лааксо ознакомил наследников Лисина.
Капитан 3-го ранга вначале пытался выдать себя за штурмана лодки. Но, во-первых, изъятые у него золотые часы говорили о том, что он не рядовой штурман. А, во-вторых, финская морская разведка предъявила ему советскую военную газету, где был сфотографирован «герой балтиец, командир подводной лодки Сергей Лисин». Пришлось признать, что он командир С-7. Финны очень гордились, что захватили в плен командира советской подводной лодки.
По словам Мякеля, «долгое время Лисин был наиболее значительным нашим пленным». Как мы уже говорили, в декабре Лисину присвоили звание Героя Советского Союза. Юкки Мякель сообщил ему об этом. Содержали подводника не в тюрьме, а на офицерской гауптвахте тюремного комплекса «Катаянокка».
Присматривал за ним сержант комендантского взвода, бывший моряк торгового флота. В своих показаниях Лисин выдавал за ценные сведения информацию из морских учебников и должностных инструкций. Финны это быстро поняли, но вытягивать из пленного секретную информацию не стали. Дело закрыли.
Уже готовилось этапирование Лисина в лагерь, когда узнавшие о пленном командире подводной лодки немцы потребовали этапировать Лисина на допрос в Германию, что финны и сделали.
В Германии Лисина допрашивал Вернер Баубах, бывший военно-морской атташе Германии в СССР. Лисин прибегнул к старой тактике – весьма многословно пересказывал учебники и должностные инструкции. И тут случилось чудо. Почему абверу стал не интересен пленный командир подводной лодки – непонятно до сих пор, но немцы отправили Лисина обратно в Финляндию!
Старший лейтенант Юкка Мякеля очень удивился, когда в его кабинете раздался телефонный звонок от капитана порта Турку. Тот сообщил Мякелю, что прибывший из Германии на пароходе «Gotenland» («Готенланд») русский офицер пришел в администрацию порта, и просит его связать его с Юкка Мякелем.
Старший лейтенант спросил: «Как фамилия русского?» Ответ был: «Его фамилия Лисин». Через некоторое время, сидя напротив финского разведчика, Лисин рассказывал историю своего двухмесячного пребывания в Германии. Немцы так же поняли, что он пересказывает им материалы учебника, и тоже потеряли к нему интерес. Кроме этого, Лисин постоянно утверждал, что он чуть ли не в ежедневном режиме консультирует морскую разведку Финляндии, и просил как можно быстрее отправить его в Суоми.
Самое удивительное в этой истории было даже не то, что абвер почему то отпустил Лисина, а то, что в Финляндию на пароходе он добирался без конвоя!
Лисина перевели в офицерский лагерь №1 в Кёулиё. Через некоторое время там произошли волнения, и Лисин был признан одним из зачинщиков. Последовали репрессии – голод, побои, карцер. Неожиданно немцы снова потребовали Лисина к себе на допросы.
Но, на удивление, финны послали немцев нахер. Финская морская разведка, в какой-то мере, даже гордилась своим трофеем.
После войны
19 сентября 1944 года Финляндия вышла из войны. 21 сентября Лисина выпустили из лагеря. Он пробыл в плену ровно два года – день в день. Но война продолжалась, и Лисина перевели уже в советский лагерь под Подольском для проверки.
Ничего хорошего ему это не сулило, но опять случилось чудо. Когда жена подводника, Антонина Григорьевна, узнала о том, что её муж жив, и проходит проверку в лагере НКВД, она обратилась за помощью к старому другу семьи – высокопоставленному офицеру Наркомата ВМФ. Тот помог. Способствовало освобождению также и то, что в СМЕРШ попали финские протоколы допросов Лисина.
Из них было ясно, что капитан 3-го ранга Родину не предавал. Лисина реабилитировали, восстановили в воинском звании и вернули все награды, в том числе и звезду Героя.
Заключение
Службу Лисин продолжил на Тихом океане в Порт-Артуре, а потом переехал в Ленинград и стал преподавать в Высшем военно-морском училище. После выхода в отставку он работал в Ленинградском высшем инженерном морском училище имени адмирала Макарова, где готовили моряков гражданского флота.
Умер капитан 1-го ранга Лисин в 1992 году. У Сергея Лисина дома хранилась красивая коробочка от золотых часов. Сами часы финны ему не вернули.
Его визави, капитан 3-го ранга Олави Айттола тоже прошел советскую проверку и избежал репрессий. В конце 40-х годов он ушел с флота и стал работать в киноиндустрии. Много раз бывал в Советском Союзе. Фотографию Лисина он хранил у себя дома. Форму с орденами он надел только один раз – когда его первую лодку «Vesikko» установили на берегу в Свеаборге.
В 1998 году «С-7» была обнаружена группой шведских аквалангистов-любителей вблизи пролива Южный Кваркен в Балтийском море.
