Поезд "дружбы" от бандеровцев в 1992г. Воспоминания одного из них
«Сразу после провозглашения независимости Украины в Крыму начал усиливаться сепаратистское движение. УНСО решила продемонстрировать, что в Украине есть сила, которая может стать на защиту территориальной целостности государства, — рассказывает член УНСО Владислав Мирончук. — Весной 1992 года мы организовали символический «поезд дружбы» для проведения крестных ходов и молебнов по погибшим украинским в Одессе, Херсоне и Севастополе. С нами ехали священники, киевский хор «Гомон» и летние вояки УПА в униформе. Для охраны мобилизовали около 500 унсовцев — мы заняли аж десять вагонов. Помню, что тогда нам как раз впервые издали шевроны УНСО, и мы их нашили просто на ту одежду, в которой были.
Первой была Одесса. На Привокзальной площади провели молебен, двинулись колонной на Дерибасовскую, провели «воспитательную беседу» в прокуратуре (одесские члены УНА-УНСО тогда подвергались гонениям). Сделали «замечания» местным властям, что в городе нет украинской церкви.
Интересно, что, как прибыли в Херсон, тамошние власти нам сразу «отчиталась»: а мы, мол, помещение для церкви уже нашли. Молебны и митинги прошли также в Николаеве.
С Севастополем сложнее: адмирал Касатонов, командующий Черноморским флотом, заявил, что не пропустит в город «бандеровцев». Тогда провод направил Касатонов шутливую телеграмму: «Выезжаем. Будем 1 марта. Целуем. Твоя УНСО ».
На подъезде к Севастополю нас остановили. И мы перекрыли на три часа железнодорожный путь, парализовав любое движение, — стояли, пели повстанческие песни. Нас должны были пустить в Инкермана, а оттуда в Севастополь доставили двумя катерами. Мы шли морем с государственными и унсовский флагами. Нас встречала огромное количество милиции, были и пророссийские пикетчики. Однако мы провели запланированный молебен и митинг, загрузились обратно на катера. А когда проходили бухту, увидели на одном из подводных лодок команду, которая выстроилась под сине-желтым флагом.
Тогда благодаря походу на юг Украины о УНА-УНСО заговорили не только в нашем государстве ».
Первой была Одесса. На Привокзальной площади провели молебен, двинулись колонной на Дерибасовскую, провели «воспитательную беседу» в прокуратуре (одесские члены УНА-УНСО тогда подвергались гонениям). Сделали «замечания» местным властям, что в городе нет украинской церкви.
Интересно, что, как прибыли в Херсон, тамошние власти нам сразу «отчиталась»: а мы, мол, помещение для церкви уже нашли. Молебны и митинги прошли также в Николаеве.
С Севастополем сложнее: адмирал Касатонов, командующий Черноморским флотом, заявил, что не пропустит в город «бандеровцев». Тогда провод направил Касатонов шутливую телеграмму: «Выезжаем. Будем 1 марта. Целуем. Твоя УНСО ».
На подъезде к Севастополю нас остановили. И мы перекрыли на три часа железнодорожный путь, парализовав любое движение, — стояли, пели повстанческие песни. Нас должны были пустить в Инкермана, а оттуда в Севастополь доставили двумя катерами. Мы шли морем с государственными и унсовский флагами. Нас встречала огромное количество милиции, были и пророссийские пикетчики. Однако мы провели запланированный молебен и митинг, загрузились обратно на катера. А когда проходили бухту, увидели на одном из подводных лодок команду, которая выстроилась под сине-желтым флагом.
Тогда благодаря походу на юг Украины о УНА-УНСО заговорили не только в нашем государстве ».