Чавес и ростовские пацаны
Такую историю у нас рассказывают.
Как–то в середине двухтысячных Уго Чавес со своей многочисленной богатырской свитой прибыл в Ростов–на–Дону пополнить парк боевых вертолетов. Он сходил на вертолетный завод, побывал на президентских скачках, где свиделся с Путиным, нахлобучил казачью папаху, щелкнул нагайкою, а ближе к ночи благополучно отбыл в резиденцию, где у нас селят дорогих сердцу гостей.
Однако ж вся свита, состоявшая из крепких и, по всему видать, темпераментных молодых людей, в резиденции уместиться не смогла, потому частично была размещена в одной из городских гостиниц, где и предалась ураганному веселью с водкой и приотельными дамами.
К рассвету зыбкий расцвеченный чад карнавала начал утихать, а волшебство — неминуемо таять. И оказалось, что гостиничные дамы, хоть душою и за социализм, но плату за услуги получить желают. Непременно! Венесуэльские ребята были глубоко оскорблены и унижены таким поворотом событий: неужели гринго так встречают своих идейных попутчиков и друзей — и платить отказались.
Уже через полчаса у гостиницы припарковался целый кортеж автомобилей, заполненных крепкими вооруженными пацанами. Приехала и милиция, но вела себя тактично, найди себе место в зрительном зале. Венесуэльцы размахивали автоматами и что–то тараторили на испанском, братва смотрела на них слегка удивленно, но пыталась пока только на словах донести мысль, что девочкам–таки платить надо.
В конце концов кто–то додумался позвонить в областную администрацию, и в итоге недоруземение приехал разрешать… губернатор Чуб. Увидев Чуба, которого в городе звали «батей», пацаны отступились.
И простили долги венесуэльским товарищам.
Как–то в середине двухтысячных Уго Чавес со своей многочисленной богатырской свитой прибыл в Ростов–на–Дону пополнить парк боевых вертолетов. Он сходил на вертолетный завод, побывал на президентских скачках, где свиделся с Путиным, нахлобучил казачью папаху, щелкнул нагайкою, а ближе к ночи благополучно отбыл в резиденцию, где у нас селят дорогих сердцу гостей.
Однако ж вся свита, состоявшая из крепких и, по всему видать, темпераментных молодых людей, в резиденции уместиться не смогла, потому частично была размещена в одной из городских гостиниц, где и предалась ураганному веселью с водкой и приотельными дамами.
К рассвету зыбкий расцвеченный чад карнавала начал утихать, а волшебство — неминуемо таять. И оказалось, что гостиничные дамы, хоть душою и за социализм, но плату за услуги получить желают. Непременно! Венесуэльские ребята были глубоко оскорблены и унижены таким поворотом событий: неужели гринго так встречают своих идейных попутчиков и друзей — и платить отказались.
Уже через полчаса у гостиницы припарковался целый кортеж автомобилей, заполненных крепкими вооруженными пацанами. Приехала и милиция, но вела себя тактично, найди себе место в зрительном зале. Венесуэльцы размахивали автоматами и что–то тараторили на испанском, братва смотрела на них слегка удивленно, но пыталась пока только на словах донести мысль, что девочкам–таки платить надо.
В конце концов кто–то додумался позвонить в областную администрацию, и в итоге недоруземение приехал разрешать… губернатор Чуб. Увидев Чуба, которого в городе звали «батей», пацаны отступились.
И простили долги венесуэльским товарищам.