На пути к эмиграции ч7: И тебя вылечат...или нет⁠⁠

Продолжение истории о нашем с мужем пути к эмиграции из России в Канаду. Эта часть посвящена прохождению медицины. Важно: все это было актуально тогда, когда мы ее проходили.

Медосмотр для канадской визы включает в себя экспресс-анализ мочи; анализ кровушки на ВИЧ, гепатит С и В и сифилис; рентген легких и общий осмотр врача. Сделать все эти приятности можно в строго определенных клиниках, официально на то уполномоченных. Обычно вся процедура сдачи анализов и осмотра занимает полдня, в конце которого (или в начале) вам дают лист А4 с кодом. Вы его сканируете в PDF и грузите в систему вместе с другими доками. Результаты анализов, естественно, получаются позднее, но вас от загрузки доков это никак не отвращает. В какой-то момент просто в графе «Медицина» в вашей анкете в системе появляется «passed», и это значит, что теперь у вас все хорошо, можно спокойно ждать дальше. Если же все не хорошо, то вам сделают запрос на дополнительные обследования.

Медосмотр должны пройти и основной заявитель и его супруг(а). Если есть дети, то и они. В общем, все члены семьи, собирающиеся получить визу.

Казалось бы, все просто. В нашем случае оказалось не совсем.

Начнем с клиники. У нас с мужем было два варианта действий: делать медицину в Москве или ехать для этого в Питер. На сайте канадского правительства для Москвы, в отличие от остальных российских городов, указана не клиника, а нечто другое: Международная организация по миграции (МОМ). Сначала нужно обратиться к ним, а уже потом они отправят в клинику. В Санкт-Петербурге просто указана Американская клиника.

Главное отличие – цена. В Питере пройти медицину значительно дешевле. Понятно, что с дорогой медкомиссия выйдет на ту же сумму (если не больше), но у нас накопилось достаточное количество бонусных миль в одном сервисе, так что мы могли бесплатно съездить вдвоем в Северную столицу и обратно.

Второе отличие обнаружилось при просмотре форумов. Многие их обитатели жаловались, что якобы в Москве обожают отправлять на дополнительные обследования (особенно это касается рентгена).

В общем, решив сэкономить деньги и время на дообследованиях, мы записались на осмотр в Питере и собирались поехать туда. Однако проведение внесло в эти планы свои коррективы.

Так уж получилось, что я не смогла пройти медкомиссию в этот день. Муж поехал в Питер, а я записалась на следующую неделю на комиссию в Москве. Таким образом, у нас появилась великолепная возможность сравнить ситуацию в обеих столицах.

Медосмотр мужа занял чуть больше трех часов. Результаты анализов обещали быть готовы на следующий же день. Все прошло без проблем и зависаний. Ответственный за осмотр врач лично провела его по всем процедурам. Рентгенолог при нем проверила, получились ли снимки.

Правда, листок с кодом врач почему-то довольно долго не высылала, но это не самая большая проблема.

Мой медосмотр оказался несколько противоположным. Из МОМ нас направили в поликлинику Минэкономразвития. Она, безусловно, лучше среднестатистической районной, но и не без недостатков, к сожалению.

Итак, сначала в МОМ вы заполняете анкету, фотографируетесь, и ваши данные заносят в систему. Потом вы оплачиваете медкомиссию и двигаете на автобусе или метро в поликлинику.

Заплатив гораздо большую, нежели в Питере, сумму за обследование, вы в порядке живой очереди проходите процедурный кабинет и рентген. Благо, когда я проходила, очередь на рентген была маленькая, а в процедурный не было никого. Это и понятно: толпы желающих поделиться своей кровью обычно скапливаются у таких кабинетов в районе восьми утра, а был уже второй час.

Потом вас осматривает доктор и вносит данные осмотра в систему.

Кстати, результаты анализов здесь, в отличие от Питера, делаются неделю (пять или семь рабочих дней). Зато бумажку с кодом дают сразу, еще в МОМ.

Дальше у меня начались проблемы.

Немного предыстории. Еще в 16 лет у меня обнаружили несколько фиброаденом (доброкачественные опухоли молочных желез). Их тогда же благополучно удалили. Потом они выросли опять, расплодившись в геометрической прогрессии, но я уже не спешила от них избавляться, ибо бессмысленно – опять вырастут. Таким образом, во-первых у меня были опухоли. Во-вторых, на них была операция. В-третьих, они были на момент обследования в количестве аж четырех штук.

Все это заставило систему выдать требование на дообследование: справку от онколога с описанием текущего состояния и, внимание, прогнозом на пять лет. Угадайте, кто из российских врачей любит давать прогнозы на пять лет? Правильно: никто! А без такого прогноза канадцы, как мне сказал проверяющий доктор, справкой не удовлетворяются и требуют еще.

Мне был предложен выход: пойти к своему маммологу и попросить его такую справку накатать. Проблема была в том, что «своего» маммолога у меня не было. Я спросила, есть ли маммолог в этой самой поликлинике. Мне сказали, что не знают, но позвонят. Оказалось – есть. Далее последовала оплата консультации онколога, оплата УЗИ. Оооочень долгое ожидание маммолога у кабинета, ибо в поликлинике как раз в этот самый день в это самое время очень удачно проходило какое-то совещание. Результатом стала выписка от врача с рекомендацией консультации хирурга и операции. Мне также удалось убедить ее написать какой-никакой прогноз. Она избежала указывания пяти лет, просто отметила: «Прогноз – благоприятный».

Справку и описание УЗИ пришлось переводить, заверять в бюро и высылать в МОМ. МОМ может и сама перевести справки. Однако стоит это гораздо больше, чем в среднестатистическом бюро переводов, и занимает неоправданно много времени – целую неделю!

Через пять рабочих дней я написала представителям МОМ, чтобы узнать статус моего обследования. И здесь выяснилось, что они моего письма с инфой от онколога не получали. Пять дней я думала, что все выслала, мои результаты уже внесены в систему, а оказалось – нет! Оказывается, их почта не пропускает большие по весу письма. И сообщить о лимите объема письма они, конечно же, забывают по какой-то причине. Ох, как же у меня пригорело, ведь без законченного медобследования процесс рассмотрения остальных документов не начинается.

Спустя пару дней все анализы и исследования, наконец-то, были благополучно загружены в систему, оставалось лишь ждать, когда канадский врач их рассмотрит и примет решение: либо медицина пройдена, либо требуются какие-то дополнительные анализы.

2 февраля врачи из канадского Лондона прислали запрос на дополнительное обследование. Онколог-маммолог, как я уже писала выше, указала в своей справке консультацию хирурга. Именно ее и затребовали канадцы: биопсию, рекомендации и план лечения. На получение этих данных и перевод мне дали 60 дней.

В московской клинике делать биопсию мне отказались, аргументируя это тем, что и так видно: фиброаденомы большие, надо удалять, а потом делать гистологию. Я заволновалась: канадцы ведь затребовали именно биопсию. Не лучше ли мне получить сейчас биопсию и справку от хирурга с датой операции и отправить их канадцам? С другой стороны, дальше они вполне могли затребовать выписку об операции. Все растянулось бы еще на неопределенно долгий срок.

В панике я попыталась записаться к другому хирургу, в питерскую Американскую клинику, рассчитывая, что уж там-то точно знают, что написать, чтобы удовлетворить ожидания канадских врачей. Однако маммолог из Северной столицы тоже сказал, что не видит необходимости в биопсии.

По его словам, канадцам нужна не биопсия как таковая, а подтверждение того, что это были обычные фиброаденомы, а не рак. С этим вполне справится гистология, раз уж мне все равно суждено делать операцию. Кроме того, мне дадут выписку о том, что опухоли удалены. Это все должно устроить заграничных докторов. Биопсия была бы нужна, реши я сохранить свои родные опухоли. Или если бы сроки предоставления документов истекали раньше, чем была бы проведена операция. Всего этого в моем случае не было, и я записалась на операцию на конец февраля.

Перед операцией, естественно, нужно было сдавать много анализов крови и флюорографию или рентгенографию легких. Так как рентген легких входит в стандартное медобследование на канадскую визу, я его уже сдала. Одна загвоздка – мне не дали результат, только диск со снимком без описания. А вот хирургу на диск было наплевать, ему нужно было описание: «бумажка с печатью», как он выразился.

Общеизвестно, что делать рентген легких чаще одного раза в год не рекомендуется. Поэтому я была твердо намерена заполучить эту «бумажку с печатью». Начался веселый квест под названием «Добудь результат рентгена в той же поликлинике, где ты его проходил».

Я предположила, что приеду в поликлинику Минэкономразвития, покажу им диск и попрошу дать мне «бумажку». Не тут-то было.

Мой квест начался в рентген-кабинете, где мне сказали, что они дают только диск, а «бумажку» выдает лечащий врач, который вас туда направлял. Я спустилась в кабинет, через который проходила комиссию. Там врач сказал, что он ничего не выдает, запрашивайте в МОМ. Тут я, честно говоря, запуталась, и мой квест значительно удлинился.

Я подумала: «Причем здесь МОМ? Я ведь делала рентген в этой поликлинике, вот у меня и диск есть. Что им сложно, что ли, дать справку с печатью «сдано»?» Сразу признаюсь, что в тот момент я не осознавала, что флюорография и рентген легких это вовсе не одно и то же. В моем мозгу прочно укрепился образ поликлиники, куда вы ходите раз в год на флюорографию, получаете картонку с печатью «Флюорография сдана такого-то числа» и храните ее в паспорте до следующего раза.

Из-за этих заблуждений я решила не сдаваться и пошла за помощью в регистратуру. Объяснила ситуацию. Меня послали к заведующей регистратурой. Я пошла туда, объяснила ситуацию. Меня послали в администрацию поликлиники. Я пошла туда, объяснила ситуацию. Меня послали к заместителю главврача. Я пошла туда и, как вы догадываетесь, объяснила ситуацию.

В итоге, заместитель главврача, выпытав у меня абсолютно все детали предстоящей операции, наконец, объяснила, в чем состоит проблема. В процессе медосмотра на визу поликлиника делает рентген, этот снимок отправляется канадцам, а они сами там его описывают себе же. То есть, в поликлинике нет описания моего снимка. Для этого дополнительно должен работать рентгенолог. Я ему за это не платила, и к этой поликлинике я не приписана. Поэтому все дополнительные действия – через МОМ.

Пришлось писать запрос в МОМ, благо, пока я бессмысленно моталась по кабинетам, заместитель главврача сама туда позвонила, и они были наслышаны о моей проблеме.

Описание рентгена я получила по почте на следующий день. Этот квест завершился, остались операция и гистология.

Операция состоялась 27 февраля, выписку вместе с гистологией мне выдали 9 марта. Еще два дня потребовались на перевод, и вот, 13 марта через МОМ все необходимые документы были отправлены канадцам.

Passed в графе медицины появилось спустя три дня – 16 марта. И наступила пора томительного ожидания, но это уже отдельная история.