Чем нас так привлекают котики?⁠⁠

Почему они такие мимимишные?

Количество фотографий милых котиков в Сети может сравниться разве что с количеством снимков обнаженных красоток. И хотя не все готовы перепощивать их в соцсетях, а многие даже плюются, глубоко в душе они трогают каждого. Впрочем, такой мимимишностью знамениты не только кошечки, но и маленькие дети. В этом есть особый смысл.

Способность умиляться, глядя на эти прелестные создания, коренится в эволюционной предыстории и истории нашего вида. Большая голова младенцев и суженный из-за прямохождения просвет таза у женщин делают роды занятием не только опасным, но и, по меркам прочих животных, преждевременным. Дети появляются на свет совершенно беззащитными и требуют внимания и ухода еще долгие годы. По большому счету период созревания и полноценной адаптации в сложном человеческом социуме занимает до четверти жизни. Недаром многие ученые любят называть нас «инфантильными обезьянами».

Однако и на этом фоне младенчество – период особый, требующий повышенного внимания и заботы со стороны матери, отца, а в идеале и других членов человеческого сообщества. Это и привело к тому, что глубоко в нейронных паттернах нашего мозга укоренены чувства умиления и заботы, накрепко «сшитые» с образами младенцев. А образы эти более или менее универсальны.

Голова, круглая и непропорционально большая по отношению к общим размерам тела, кругленькие щечки, высокий лоб и общая припухлость – все это маркеры, на которые мы реагируем практически безусловно. Легендарный этолог, лауреат Нобелевской премии Конрад Лоренц назвал их «схемой младенца» (Kindchensche-ma), и все они характерны для детей не только нашего вида. Котята, щеночки и даже бельки, детеныши морских котиков, так же пухлы и округлы, так что наша реакция на них столь же непроизвольна, как и на младенцев. Как показали эксперименты, такую реакцию могут вызывать даже неодушевленные предметы, напоминающие детей. Впрочем, это известно всем, кому доводилось сталкиваться с чьей-либо страстью к мягким игрушкам.

Вид «схемы младенца» активирует работу мезокортиколимбической системы мозга, которая чаще называется «эндогенной опиоидной», а в популярной литературе – «системой внутреннего вознаграждения». В самом деле, именно на нее воздействуют многие наркотические вещества и, стимулируя ее работу, вызывают чувство эйфории. В случае с «мимимишностью» она работает естественным образом, и активация дофаминергических нейронов приводит к чувству чистой радости без всяких запрещенных и опасных веществ.