История моего Хексадина: мем зашёл слишком далеко
Терай – защитник Фандалина // Art by LIXA
Всем привет! Давно не виделись)
В предыдущих статьях мы уже подробно разобрали практические преимущества билда хексадина (редакция 2014 года), поговорили о природе паладинской силы и попытались понять, кто же такой колдун Ведьмовского клинка на самом деле.
Все эти тексты были реакцией на мой опыт игры в кампейне «Затерянные рудники Фанделвера» — за персонажа, которого я, честно говоря, и не планировал делать хексадином. Это был мемный герой (паладин-коммунист, ха), неожиданно для меня самого выросший в одного из любимейших персонажей, с которым я провёл почти полтора года. Теперь, когда кампания подошла к концу, пришло время рассказать его историю.
Эта статья — не гайд и не анализ правил. Это скорее небольшой художественный пересказ событий, которые, на мой скромный взгляд, сложились в яркую и насыщенную историю.
P.S. Отдельная благодарность Тане — нашему потрясающему мастеру, которая воплощала в реальность мои безумные затеи и помогла мне по-настоящему полюбить D&D. А также неподражаемой художнице и участнице кампейна LIXA, чьи арты я буду использовать в качестве иллюстраций для этой статьи.
Начало истории
История Терая началась в Амне, в городе Эшпутре, где мерилом достоинства служил размер кошелька. Сын одинокой прачки, Терай рос в атмосфере честного труда. Когда же мать умерла, он, не в силах терпеть пустоту родного дома, записался в отряд стражи, сопровождавший шахтёров в Горы Троллей. Там Терай привык работать за двоих: и как воин, и как простой рудокоп – чем заработал всеобщее уважение.
Именно оно впоследствии сплотило шахтеров и солдат вокруг Терая, когда на его отряд напали тролли. Тогда же в тифлинге пробудилась священная магия: раненый товарищ исцелился, стоило красному свету, источаемому руками Терая, коснуться его. Какое божество наделило его этим даром, новоиспеченный паладин не интересовался. Куда больше его заботила возникшая в сознании мысль: те, кто рискуют жизнью, получают меньше всех, а богатство стекается к праздной знати.
Терай исцеляет раненного шахтёра // ChatGPT
Это откровение положило начало первому рабочему движению, созданному Тераем. Несколько месяцев он и его товарищи инсценировали нападения на шахтёрские партии, чтобы затем сбыть награбленное и раздать прибыль тем, кого они же и ограбили. Но власть не терпит, когда кто-то пытается менять правила, и вскоре этот небольшой заговор раскрылся. Друзья помогли Тераю, подвергавшемуся гонениям, бежать, и он покинул родину, оставив за спиной свой первый несостоявшийся бунт.
Красный — цвет борьбы
Странствуя по Побережью Мечей, Терай понял: мир невозможно изменить без денег. Чтобы их заработать, паладин нанялся наёмником к дварфу Гундерну Роксикеру и последовал за ним в Фандалин — тихий городок, некогда известный своими шахтами. В пути отряд авантюристов сумел избавить местное племя гоблинов от тирании багбиров и обратить их в идеологию всеобщего трудового равенства.
По прибытии в Фандалин оказалось, что его держит страхе банда Красных Плащей. Повод для столкновения нашелся быстро. Ночью один из разбойников (отрядный колдун по воле своего покровителя) убил сына трактирщика. Преисполнившись праведной ярости, наемники перебили бандитов и, проникнув в их логово в трофейных плащах, уничтожили его. С тех пор рваный красный плащ стал неотъемлемой частью образа Терая.
И совсем скоро он стал красным ещё и от крови. Насмотревшись на жестокость в ходе своих похождений, паладин понял, что не сможет создать утопию, покуда те, кто ей угрожают, не будут истреблены. Эта мысль легла в основу его Клятвы Мести – обещания жестоко карать всякого, кто посягнул на свободу простого народа. Охваченный тягой к праведному насилию, Терай уподобился фанатику и буквально купался в крови врагов.
Но судьба подарила ему свет — эльфику Гараэль, жрицу Тиморы. Когда один из товарищей Терая погиб, именно она при поддержке отрядного волшебника Сил’Маша, пожертвовавшего трофейным посохом, вернула его к жизни. Небрежное прикосновение рук положило начало связи, которая стала для Терая такой же важной, как идея справедливости. С тех пор, возвращаясь в город из походов, он искал глазами лишь возлюбленную.
Гараэль – жрица Тиморы // ChatGPT
Союз красного и черного
Преследуя колдуна по кличке Паук – корень всех проблем Фандалина – отряд пришел в заброшенную магическую кузницу. Разобравшись с врагами, чья злая аура глушила его сверхъестественное чутье, Терай услышал зов сущности, заключённой в куске руды. Ощутив родственную душу, паладин решил освободить пленника. Для этого в той же кузнице он выковал боевой молот, вплавив в него свой сломанный рог. Магическое оружие стало воплощением пакта между Тераем и Безымянным – живой тенью, имеющей аналогичную цель: отомстить всем, кто сеет несправедливость.
Используя новообретенную силу, Терай вместе с отрядом уничтожили Паука. Но на этом беды не кончились. Фандалином заинтересовались иллитиды, решившие использовать осколки нетерильского обелиска для превращения его жителей в себе подобных и призыва отражение своего падшего божества – Илвааша. Осознав масштаб угрозы, к отряду присоединилась Гараэль. Так начался их с Тераем разлад.
Увидев любимого в бою, жрица ужаснулась его фанатичной жестокости. Позднее начались разногласия уже из-за разницы взглядов: если Терай считал сокровища храма деньгами, которые нужно раздать нуждающимся, то для Гараэль подобная логика была святотатством. Ситуация усугублялась тем, что на жрицу положили глаз иллитиды. Как и волшебник Сил’Маш, она начала видеть пугающие видения, слышала потусторонние голоса. Эта ноша постепенно сводила ее с ума, причиняя страдания как Гараэль, ненавидевшей новую себя, так и Тераю, пытавшемуся сохранить их связь.
Терай и Гараэль в краткие моменты близости // Art by LIXA
Последний клин между ними был вбит в одном сражении. Оказавшись в безвыходной ситуации, паладин раскрыл товарищам тайну своей силы и дал Безымянному занять свое тело. Ко всеобщему удивлению, тот начал разить врагов не тьмой, а божественным светом. Узнав таким образом, что Терай продал душу, Гараэль окончательно разочаровалась в нём, чем только подтолкнула к сближению с покровителем.
Беседуя с ним, Терай узнал, что под маской Безымянного скрывался ангел Ремиил. Когда-то бывший слугой Латандера, он осудил бездействие богов, и за свою дерзость был наказан ссылкой в План Теней в качестве слуги Королевы Воронов. Но и там Ремиил не смог унять свой нрав. Он нарушил приказ госпожи о невмешательстве в дела смертных и спас двух младенцев, умирающих от болезни. За это богиня развоплотила его и поместила в кусок руды, погребенный под толщей скалы. Там Ремиил провёл в муках одиночества века, мечтая изменить несправедливый миропорядок.
Точка невозврата
Поворотным моментом в истории Терая стала его смерть. Оглушенный психической волной, он не смог отразить нападение Пожирателя Интеллекта, и тот выел ему мозг, заместив его собой. Не желая терять паладина, Ремиил удержал его душу от ухода в посмертие и сам вселился в тело тифлинга, подавив волю паразита. Отряд принял ангела в своих рядах — из уважения к памяти Терая, который ему доверял. Только Гараэль не смирилась, видя в Ремииле лжеца и захватчика.
Раздавленная гибелью Терая, жрица вскоре нашла свой конец на Дальнем Пределе, куда отряд отправился в поисках фрагмента обелиска. Её смерть потрясла всех и заставила Ремиила пересмотреть своё отношение к миру. Привыкший видеть в себе и в смертных лишь инструменты, он узрел в гибели Гараэль истинную жертвенность. А любовь Лии и Вергилия, не угасшая под тяжестью новой потери, показала ему, насколько сильной может быть воля тех, кто сражается за своё счастье.
Тем временем в отряде едва не случился раскол. Сил’Маш и его ученик-колдун Бабай обезглавили тело Гараэль, намереваясь создать из её черепа могущественный артефакт, но товарищи остановили их, а мощи жрицы доверили Лие. Глубокая привязанность юной чародейки стала одной из нитей, что вернули душу Гараэль — очищенную от иллитидской скверны — в мир в обличье призрака. Второй причиной её возвращения стало милосердие: даже после смерти она уберегла Бабая от проклятья, наложенного разгневанным покровителем, лишив юношу жизни прежде, чем оно успело сработать. Сил’Маш пережил это тяжелее всех.
Лия и призрак Гараэль // Art by LIXA
Примирившись с Гараэль, Ремиил понял: чтобы вернуть Терая — того, кого он к тому моменту уже считал другом, — ему необходимо принести жертву. Так ангел решил слиться с паладином. Убедив разбитую душу Терая продолжить путь, Ремиил растворился в ней, создав тем самым новое существо — Тераила. Этот аасимар унаследовал пылкий характер и чувство справедливости Терая, а также вековую память и мудрость Ремиила. Вобрав в себя эти качества, но став самостоятельной личностью, обновлённый паладин воспылал чувствами к призраку Гараэль — и она, наконец, ответила ему взаимностью.
Тераил в боевом обличье аасимара готовится уничтожать врагов // Art by LIXA
Финал
Преодолев бесчисленные опасности, герои добрались до цитадели иллитидов, зависшей в пустоте на границе Астрального плана и Дальнего Предела. Там Сил’Маш, изнурённый непрерывным психическим давлением свежевателей разума, не выдержал — и, сломленный их волей, обратил оружие против своих спутников, встав на сторону врага.
Сражаясь на пределе сил, авантюристы удержали натиск иллитидов, но им всё ещё не хватало мощи для решающего удара. Тогда Гараэль воззвала к Тиморе, и богиня сама вошла в её призрачное тело, позволив героям одолеть зло: Сил'Маш погиб, Илвааш так и не смог вернуться, а тлетворное влияние иллитидов рассеялось вместе с их гибелью. Однако для Гараэль это стало последним подвигом — изнурённая страданиями, долгим посмертием и силой самой богини, она отправилась в домен Тиморы, чтобы обрести покой. Богиня позволила Тераилу проститься с любимой, но тот замыслил иное.
Представ перед Тиморой, Тераил вспомнил путь Терая и Ремиила — двух жертв несправедливости, пытавшихся изменить мир силой. Обладая опытом обоих, аасимар понял: равенства так не добиться. Поддержать справедливость можно, лишь посвятив себя силе, которая помогает каждому беспристрастно — удаче. Поэтому Тераил «поставил всё» и предложил Тиморе принять его как своего ангела. Богиня согласилась, и благодаря полубожественной природе паладина, влиянию Дальнего Предела и энергии, накопленной иллитидами за время ритуала, вознесла его.
Оставшись последними из отряда, Вергилий и Лия вернулись в Фандалин и открыли приют имени Гараэль. Сил’Маш и его ученик Бабай были рождены заново в новых обликах их общим другом, друидом Альтоном. А Тераил тем временем верно служил богине удачи, наслаждаясь обществом души Гараэль на вершинах Целестии и время от времени навещая тех, кого любил при жизни.
Тераил – Ангел Удачи. Долгожданное воссоединение // ChatGPT
Заключение
Ну вот и всё. Полтора года игр уместились в одной статье. Этим текстом я могу считать свой путь с хексадином завершённым. Конечно, здесь удалось рассказать далеко не обо всём — полный вариант летописи нашей кампании перевалил за 350 страниц: там и конфликты Бабая с покровителями (а их было целых два, и обоих он кинул), и соперничество Терая с Вергилием, (броманс воспетый в легендах) и множество других историй, расписывать которые пришлось бы часы.
Я искренне рад, что прошёл этот путь, и желаю каждому найти такую кампанию, которая сделает D&D чем-то большим, чем просто настольной ролевой игрой в ваших глазах.
Спасибо всем, кто дочитал до конца!
P.S. Больше артов и эскизов, посвященных кампейну, вы сможете найти в телеграмм канале LIXA, а лучшие игры – у мастера Тани.
P.P.S. Ну и немного эскизов на дорожку)
Терай и Вергилий. Лия и её любимый друид в зверином облике. Бабай и его покровительница // Art by LIXA
