Пока системные аналитики Царь-башни безуспешно брутфорсят сервер Кощея, Иван-дурак действует по старинке. Зачем взламывать файрвол, если можно просто найти «иглу» — единственный аппаратный ключ доступа к системе Бессмертного? Сундук на дубе — это всего лишь внешний накопитель, а Кощеева смерть — это критическая ошибка в коде, записанная на одну маленькую флешку. Главное — вставить её нужной стороной с первого раза...Сможет ли Иван подобрать пароль или «матрешка» из вирусов сожрет его систему первой?
В Тридевятом Царстве не было системы сложнее, мрачнее и запутаннее, чем «Игла-X» — личный сервер Кощея Бессмертного. Говорили, что его код написан на мертвом языке программирования, который понимали только тени, а ключи шифрования были спрятаны по принципу вложенных реальностей. Виртуальное яйцо находилось в утке-архиваторе, та — в зайце-процессоре, а вся эта матрешка из данных крутилась на «железном дубе» — массивном суперкомпьютере, подключенном к бесперебойному питанию напрямую от самой Тьмы.
Многие хакеры пытались взломать Кощея. Приезжали заморские спецы с квантовыми установками размером с избу, бились лучшие криптографы Царства, но стоило им коснуться «Иглы», как их системы сгорали от проклятия «Синего экрана смерти», а на мониторах проступали лики предков, качающих головами. Кощей был гением паранойи: его файервол обновлялся каждую секунду, меняя структуру так, что вчерашние отмычки сегодня превращались в мусор.
Иван же, которого в народе за отсутствие профильного образования, диплома «Кибер-Академии» и привычку работать без антивируса звали Дураком, сидел на печи. Печь была непростая — самоходная мобильная платформа с педальным приводом, встроенным подогревом сиденья и функцией выпечки калачей в режиме реального времени.
— Чего вы, мужики, мудрите? — спросил Иван, откусывая горячую корочку и глядя на группу хакеров, которые в очередной раз пытались реанимировать свои сгоревшие станции. — Зачем вы в эту железку лазерами тычете, если можно просто по-человечески спросить?
— Отойди, Ваня, не мешай серьезным людям! — отмахнулся старший программист в очках с двойной линзой. — Тут 256-битное динамическое шифрование. Чтобы это «брутфорсить» (перебирать пароли), нам нужно триста лет вычислительной мощности и энергия небольшого солнца! У Кощея там пароль такой сложности, что его сама Вселенная не сразу вспомнит.
Иван пожал плечами, подогнал свою печь к главному терминалу Кощея, который выглядел как огромный черный обелиск, покрытый светящимися рунами, и достал из бездонного кармана старый, обшарпанный джойстик от приставки «Денди-99», перемотанный синей изолентой.
— Ну-ка, посмотрим, что тут за забор... — пробормотал Иван.
В это время на главном экране «Иглы-X» всплыло окно, от которого веяло могильным холодом: «Введите пароль. Осталось 3 попытки. После неудачного ввода — полная аннигиляция вашего жесткого диска, биометрии и родовой памяти».
Иван занес палец над кнопками джойстика. Хакеры замерли, кто-то даже начал крестить монитор.
— Ваня, стой! Ты же не знаешь алгоритма! Ты даже не представляешь, сколько там возможных комбинаций! Это математический ад!
— Да ладно вам, математика — это когда всё сложно, а жизнь — она проще, — Иван уверенно набрал: 1234.
Экран зловеще мигнул красным: «Неверно. Осталось 2 попытки. Запущена процедура охлаждения вашего оптимизма».
— Ваня, ты нас всех погубишь! — зашипели спецы, прячась за стойки с оборудованием. — Кощей — мастер шифров! Он заложил туда всё: от даты своего первого злодеяния до координат центра Галактики!
Иван почесал затылок, выуживая из бороды крошку от калача.
— Раз он мастер шифров, значит, он ждет, что его ломать будут такие же умники, как вы. А умники ищут сложное. А Кощей — он ведь старый, ему лень каждый раз вводить формулу бесконечности, чтобы почту проверить. Ему надо что-то, что под рукой.
Иван набрал: Koshchey_Nomer1.
Экран налился багровым светом: «Неверно. Осталась 1 попытка. Активирован режим испепеления провайдера и всех сочувствующих».
В серверной отчетливо запахло жженой проводкой. Хакеры начали медленно, по стенке, отползать к аварийному выходу. Иван же замер, глядя на мигающий курсор, который казался кончиком той самой иглы. Он закрыл глаза и попытался представить себе Кощея. Не как грозного тирана, а как очень одинокого, очень старого админа, который сидит в своем цифровом подвале сотни лет. Чего он боится больше всего? Что он прячет за всеми этими стенами кода?
— Смерти он боится, — шепнул Иван сам себе. — Но ведь для того, кто бессмертен, смерть — это не событие. Это то, чего нет. Это пустое место. Дыра в системе. А как мы в коде обозначаем то, чего не существует?
Иван решительно нажал три раза по клавише: 000.
Тишина. Хакеры зажмурились, ожидая, что сейчас их атомы расщепит на субатомные частицы. Но вместо взрыва из недр сервера раздался тихий, жалобный звук, напоминающий вздох старой гармоники. Экран «Иглы-X» внезапно стал девственно белым, и на нем появилась одна-единственная надпись шрифтом «Old Russian»: «Пароль принят. Смерть инициализирована. Форматирование вечности... 1%... 2%...».
В глубине «железного дуба» что-то хрустнуло с сухим звуком ломающейся ветки. «Заяц-процессор» выдал критическую ошибку перегрева, «утка-архиватор» в панике улетела в облачное хранилище, а всё содержимое «яйца» — черная бухгалтерия Кощея, списки заговоров и пароли от всех домофонов Царства — начало превращаться в нули.
— Как?! — кричали хакеры, выбегая из укрытий и бросаясь к терминалу со своими накопителями. — Как ты догадался?! Почему три нуля?! Мы проверяли все комбинации с датами и именами!
Иван слез с печи и аккуратно завернул остатки калача в салфетку.
— Так всё на поверхности лежало. Кощей сам себя убедил, что он «Единица» — начало всего и конец всего. А смерть для него — это полное отсутствие данных. Пустота. А пустота — это ноль. Ну, я и нажал «ноль». А три раза — это потому, что у нас в Царстве так положено: три попытки, три дороги, три нуля. Троица, так сказать, цифрового разлива.
В этот момент из всех динамиков раздался дикий, искаженный помехами голос Кощея:
— Кто?! Кто посмел обнулить мою вечность?! Какой квантовый алгоритм меня вычислил?! Я прокляну твой процессор до десятого колена!
Иван подошел к микрофону и вежливо, по-деревенски, ответил:
— Это не алгоритм, дедушка. Это Иван. Ты извини, если что не так, но пароль у тебя больно логичный был. Ты сам свою смерть в ноль возвел, а я просто кнопку нажал. Отдыхай теперь, вечность — штука тяжелая.
Через пять минут «Игла-X» окончательно погасла, превратившись в груду дорогого, но бесполезного железа. Кощей, лишившись своих цифровых архивов и магии контроля, превратился в обычного ворчливого старика-программиста на пенсии, а Тридевятое Царство впервые за столетия вздохнуло без надзора «Большого Брата».
Иван неспешно поехал обратно на своей печи, а хакеры еще долго сидели в баре «У Лукоморья», споря, можно ли считать «метод Дурака» официальной кибер-угрозой. В итоге сошлись на том, что против такой логики не поможет никакой брандмауэр, если у атакующего есть калач и полное отсутствие страха перед Синим Экраном.
Так Иван-дурак доказал, что любая, даже самая бессмертная система, пасует перед простым нулем, если его применить в правильном месте и в правильное время.
Все выпуски читайте в серии Кибербылины
