Здравствуйте читательницы и читатели! Сегодня я хочу поздравить девушек и женщин с Международным женским днем! Желаю Вам ощутить всю красоту этого дня, наслаждаться цветами, улыбками и приятными словами, которые вы обязательно услышите от своих близких и друзей. Пусть в вашу жизнь приходят только яркие эмоции, радость и успехи. Желаю быть счастливыми и любимыми, здоровыми и успешными. Вы, женщины, делаете мир ярче и прекраснее!

В сегодняшнем посте я изначально хотел затронуть историю происхождения данного праздника, а именно рассказать про то, как 8 марта 1908 года в Нью-Йорке прошел 15-тысячный женский митинг с требованием предоставления женщинам избирательного права. И хотя данная демонстрация и была жестко подавлена властями в тот день -данная акция имела огромный резонанс и далеко идущие последствия. И уже через 2 года, на Второй международной Копенгагенской конференции женщин-социалисток, был учрежден Международный женский день, который должен был стать днем солидарности в борьбе за политические и социальные права женщин по всему миру. Первоначально у праздника не было фиксированной даты. В 1911 году его впервые отметили 19 марта в Австрии, Германии, Дании и Швейцарии. В последующие годы даты продолжали меняться, пока в 1914 году он не пришелся на воскресенье 8 марта, что позволило провести скоординированные акции в нескольких странах. В России женский день впервые был отмечен в 1913 году в Санкт-Петербурге. А уже 8 марта (23 февраля) 1917 года, в Международный женский день, произойдет цепочка событий, которые приведут к Великой русской революции и к падению самодержавия в России. Про эти события я и хочу сегодня Вам рассказать в сегодняшней статье.

Первые днт революции

Предыстория этих событий коренилась в тяжелейшем положении, в котором оказалась Российская империя к началу 1917 года. Третий год войны привел к хозяйственной разрухе, инфляции и перебоям с продовольствием в столице. В Петрограде (Санкт-Петербург был переименован в 1914 году) сложилась крайне напряженная обстановка: люди часами простаивали в очередях за хлебом, росло недовольство как войной, так и политикой правительства. За несколько дней до событий, 3 марта (18 февраля), началась забастовка на Путиловском заводе, а 7 марта (22 февраля) администрация завода закрыло предприятие и оставило без работы 20 тысяч человек, которые вышли на улицы, что стало дополнительным катализатором недовольства.

Сама акция 8 марта (23 февраля) началась стихийно. Утром работницы текстильных фабрик на Выборгской стороне, одной из самых пролетарских окраин Петрограда, бросили работу и вышли на улицы с требованиями хлеба и возвращения мужчин с фронта, то есть окончания войны. Социал-демократы, в частности большевики, вели в тот день агитацию среди работниц, посвященную Международному женскому дню, что способствовало успеху протеста. Женщины, выведенные из себя тяжелыми условиями жизни и муками голода, требовали «хлеба, свободы, мира». К десяти утра к протестующим присоединились рабочие, и число демонстрантов достигло двадцати тысяч, а к концу дня, по разным оценкам, выросло до 78-90 тысяч человек. Работницы ходили от предприятия к предприятию, снимая с работы мужчин, останавливали движение трамваев, разбивая в них стекла, и громили булочные. Демонстрации проходили под лозунгами «Хлеба!», но уже появились и красные знамена с революционными призывами.

Власти первоначально не придали событию большого значения. Министр внутренних дел Протопопов отметил в дневнике, что «в целом ничего ужасного не произошло». Полиция пыталась разгонять демонстрантов, используя конные отряды и шашки, но толпу разогнать не выходило.

Точка невозврата

На следующий день, 9 марта (24 февраля), стачка резко пошла на рост, охватив уже около 200 тысяч человек. Требования из социальных («Хлеба!») начали трансформироваться в политические: все громче звучали лозунги «Долой самодержавие!» и «Долой войну!». Рабочие с окраин под красными знаменами устремились к центру города, на Невский проспект, прорываясь через полицейские заслоны на мостах. Войска, введенные в город, действовали нерешительно. Были зафиксированы случаи, когда казаки отказывали полиции в поддержке, что вселяло в демонстрантов надежду. 10 марта (25 февраля) забастовка стала всеобщей, охватив, по разным данным, от 300 тысяч человек. Схватки с полицией становились все ожесточеннее, лозунги уже звучали как «Да здравствует революция!». К вечеру полиции удалось временно очистить улицы, и командующий округом генерал Хабалов приказал рабочим выходить на работу, угрожая отправкой на фронт.

Именно в этот момент массовые, но преимущественно мирные, волнения переросли в революцию. Вечером 10 марта (25 февраля) из Ставки в Могилеве, где находился Николай II, поступила телеграмма с повелением: «Повелеваю завтра же прекратить в столице беспорядки, недопустимые в тяжёлое время войны с Германией и Австрией». И уже утром 11 марта (26 февраля) по городу были расклеены объявления о запрете уличных сборищ с предупреждением о применении оружия. Во второй половине дня на Невском проспекте и в других районах войска открыли огонь по демонстрантам, убив и ранив несколько десятков человек. Однако кровопролитие не подавило протест, а вызвало обратную реакцию - ожесточение и переход армии на сторону народа.

Переломный момент наступил в ночь на 12 марта (27 февраля). Солдаты, не желая стрелять в народ, начали восставать. Первой взбунтовалась учебная команда запасного батальона Волынского полка, убив своего командира. К ним присоединились Преображенский, Литовский и другие полки. Мятеж охватил половину 160-тысячного Петроградского гарнизона. Восставшие солдаты освободили заключенных из тюрьмы «Кресты», захватили арсенал и раздали оружие рабочим. К концу дня под командованием Хабалова оставалось не более двух тысяч человек, а столица оказалась во власти восставших.

Последствия

Последствия этих событий были стремительны и необратимы. Уже 12 марта (27 февраля) февраля был создан Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов, а депутаты Государственной думы образовали Временный комитет.

Петроградский Совет немедленно приступил к практическим действиям. В ночь на 13 марта (28 февраля) были назначены комиссары для установления народной власти в районах города. Позднее было принято решение о вооружении рабочих (планировалось вооружить до десяти процентов рабочих). Также Петроградским Советом была создана Продовольственная комиссия, которая установила, что запасов продовольствия в столице достаточно, и начала координацию подвоза продуктов. Позднее Совет реквизировал лучшую типографию для издания своей газеты «Известия», первый номер которой вышел вскоре после революции.

Решающим событием стало отречение императора Николая II. Узнав о революции Николай решил прорваться в Царское село, чтобы успеть эвакуировать своих родных находящихся там. Параллельно с ним в путь выдвинулся «карательный отряд» под командованием генерала Николая Иванова. Генералу Иванову было поручено двигаться на Петроград для наведения порядка и усмирения волнений. Планировалось, что впоследствии к нему присоединятся дополнительные полки с фронта. Но этому не суждено было сбыться, царский поезд был остановлен на станции Малая Вишера, где поступила информация о захвате революционерами ближайших станций. Такая же судьба ожидала и отряд генерала Иванова. Не имея другого выхода Николай II и генерал Иванов выдвинулись в Псков, где находился штаб Северного фронта генерала Николая Рузского. В Пскове под влиянием Рузского и после получения телеграмм от командующих фронтами, которые высказались за отречение, Николай II 2 марта в три часа дня принял решение отречься от престола. Первоначально он отрекался в пользу своего сына Алексея при регентстве великого князя Михаила Александровича, однако затем изменил решение и отрекся за себя и за сына в пользу брата Михаила.

Одновременно с отречением, 15 (2) марта в Петрограде было создано Временное правительство. В своей декларации от 16 (3) марта Временное правительство провозгласило широкую программу демократических преобразований: полную политическую амнистию, свободу слова, печати и собраний, отмену всех сословных и национальных ограничений, замену полиции народной милицией и подготовку к созыву Учредительного собрания на основе всеобщего, равного и тайного голосования. Ну а судьба монархии окончательно решилась 16 (3) марта , когда великий князь Михаил Александрович после переговоров с деятелями Временного правительства отказался принять престол до решения Учредительного собрания. Россия стала фактически республикой.

В течение марта - апреля 1917 года новая власть установилась по всей территории бывшей империи. Однако новая политическая система оставалась неустойчивой: Временное правительство не имело реальной силы, опираясь лишь на авторитет общественного признания, а Петроградский Совет, контролировавший армию и рабочих, сохранял за собой право «контролировать» действия правительства. И именно это двоевластие и породило почву для нового конфликта, который впоследствии перерастет в Октябрьскою революцию 1917 года...Но впрочем это уже совсем другая история....

P.S Подписывайтесь, чтобы всегда быть в курсе интересных обзоров и событий. Ваша поддержка очень важна! С большим количеством обзоров и историй вы можете ознакомиться на дзене и в телеграм-канале. Спасибо!

Полин Опанго стала женой Лумумбы в возрасте 14 лет. Патрису было 26 лет, и это был его третий брак; первые были недолгими и распались за год-два, а с Полин он был до конца своей жизни, хотя и не отличался супружеской верностью. У них было четверо детей, и Полин нередко приходилось справляться с ними в одиночку, когда Лумумба в очередной раз оказывался в тюрьме.

Леони Або в первый раз тоже вышла замуж в 14 лет, только, в отличие от вполне удачного брака Опанго, она с ужасом вспоминала о своей первой брачной ночи, полной боли и крови. Брак вышел категорически неудачный, и в 1962 году муж подал на развод, мотивировав его изменой жены, которой тогда было 17 лет. После месяца тюрьмы за супружескую измену Або попала в партизанский отряд (не особо добровольно, фактически повстанцы её просто похитили, потому что им нужны были медики), где встретила Пьера Мулеле и вскоре стала его женой. Мулеле любил жену, и в отряде её уважали – будучи акушеркой по образованию, она занималась организацией медицинской службы и иногда командовала небольшими группами солдат, – но, несмотря на неплохое по конголезским меркам образование и маоисткие убеждения, он не отказался от традиционной полигамии и взял вторую жену. Несмотря на конфликт с Леони, он подумывал и от третьей жене, но планам помешали бельгийские парашютисты, вмешавшиеся в ход восстания Симба, когда те захватили множество белых заложников в Стэнливиле. Отряд Мулеле был разгромлен, и он был вынужден бежать в Конго (Браззавиль).

И Лумумба, и Мулеле быстро взлетели вверх во время резкой активизации политической жизни Бельгийского Конго в середине 1950-х годов, превратившись из мелких клерков в известных на всю страну политиков, которые ездили в другие страны, пытаясь донести свои идеи. Патрис Лумумба участвовал в переговорах с бельгийским королём Бодуэном, а Пьер Мулеле бывал в СССР и КНР, где и проникся коммунистическими идеями, от которых Лумумба, кстати, был весьма далёк. В политической, а затем и вооруженной борьбе оба потерпели неудачу, но имели хорошие шансы на спасение. И обоим не повезло, так что их жёнам пришлось перенести в жизни страшные трагедии.

В конце 1960 года Лумумба и Мулеле пытались бежать в родную Восточную провинцию, где их ждало множество сторонников под командованием Антуана Гизенги. Им почти это удалось, но при переправе через реку Санкуру солдаты Касавубу захватили Полин с детьми, и уже находившемуся на другом берегу Лумумбе пришлось вернуться. Полин солдаты отпустили, а вот Лумумбу вместе с соратниками Морисом Мполо и Жозефом Окито передали правительству мятежной провинции Катанга, где они после недолгого тюремного заключения были убиты. Лумумбу сначала жестоко избивали, а потом добили выстрелом в затылок. Полин Опанго неоднократно приходила с обнажённой грудью и детьми на руках к штабу ООН в Леопольдвиле с просьбой найти тело мужа, чтобы похоронить его. В феврале 1961 года такие марши полуобнажённых женщин проходили несколько раз, и сотрудники ООН пообещали оказать содействие, но глава Катанги Моиз Чомбе отказался выдать тело Лумумбы, которое к тому моменту уже было выкопано и растворено в кислоте.

Пьер Мулеле сначала смог ускользнуть от солдат на берегу Санкуру, уехал из страны, побывал в СССР и Китае, проникся идеями маоизма, вернулся обратно и стоял у истоков восстания Симба, окончательно погрузившего страну в кровавый хаос. После поражения восставших он покинул Конго (Леопольдвиль) и укрыться в соседнем Конго (Браззавиль), но пришедший к власти Жозеф Дезире Мобуту смог выманить его обратно, пообещав амнистию и сотрудничество. За Мулеле тянулся длинный и очень кровавый след (именно он был пионером в использовании детей-солдат на Африканском континенте, по сути породив это явление в его современном виде), но и популярность в обществе у него была, так что Мобуту не собирался выполнять обещание и учинил над пленником жуткую расправу. Пьеру Мулеле вырезали глаза, вырвали гениталии, после чего отрубали конечности одну за другой, следя при этом, чтобы он не умер. По одним данным изувеченного, но ещё живого Мулеле и части его тела выбросили в реку Конго, где он и утонул. По другим к этому моменту Пьер Мулеле всё-таки был уже мёртв. Леони удалось бежать обратно в Браззавиль. Кроме того, мать Мулеле, Агнес Луам, солдаты Мобуту застрелили посреди её деревни на глазах сотен односельчан, после чего тело женщины разрубили на куски и закопали их по отдельности. Мобуту пытался стереть всю память об одном из своих самых непримиримых врагов. С Лумумбой, что интересно, он поступил ровно противоположным образом – в честь него называли улицы, ставили ему памятники и всячески подчёркивали статус национального героя, погибшего от рук врагов независимого Конго-Заира.

После гибели мужей и Полин Опанго, и Леони Або посвятили свои жизни в первую очередь их памяти. Они участвовали в написании биографических книг, давали интервью, снимались в документальных фильмах. Обеим женщинам надолго пришлось покинуть ставшее небезопасным Конго, где установилась власть Жозефа Мобуту, который переименовал страну в Заир и принял имя Мобуту Сесе Секо, но обе они не переставали бороться за права конголезских женщин, на которых в поздние годы мобутизма пала огромная экономическая нагрузка. Кроме традиционной для народов банту обработки земли, они очень часто занимались и мелкой розничной торговлей, что давало их семьям хоть какой-то доход в окончательно разорённой к концу 1980-х годов стране.

Полин Опанго смогла вернуться в Демократическую Республику Конго после падения режима Мобуту и прожила там последние годы, не прекращая политической активности, завещанной ей Патрисом Лумумбой. Леони Або также вернулась в ДРК и по сей день живёт в Киншасе.

Заходите на телеграм-канал автора, там тоже много интересного.