С тегами:

повесть

Любые посты за всё время, сначала свежие, с любым рейтингом
Найти посты
сбросить
загрузка...
141
Письма для Вальки.
52 Комментария  

«Было мне что-то между двенадцатью и тринадцатью годами, совсем зеленая была. В то лето у нас дома был ремонт, поэтому нас с младшим братом отправили к бабушке в соседний город, ехать до которого нужно было ни много ни мало, а целые сутки. Как я уже упоминала, дома у нас был ремонт и поэтому моя домашняя библиотека отправилась «в добрые руки», как называла это моя мама, а мне, чтобы я не скучала, купили свежий выпуск журнала «Пионер».

Я человек читающий с детства и журнал прочитала в первые пару часов поездки, так что, желаемого эффекта достигнуть не удалось. Но в конце журнала была колонка с письмами «Юных пионеров». Там ребята, примерно моего возраста или чуть старше, писали о себе и приглашали начать переписку, обмен письмами и всякие прелести. Так как мне ничье письмо особенно не понравилось, я решила по приезде, уже у бабушки, написать свое письмо в редакцию журнала и тоже, если получится, подружиться с кем-нибудь.


Уже на следующее утро мы были у бабушки, я разобрала вещи и села писать письмо в журнал. Хотя дорожный романтизм во мне иссяк и я не так уж верила в удачность этой затеи, я все-таки написала письмо, в котором рассказала чуточку о себе и конечно, как и многие девчонки, накинула себе годик, а обратным адресом, куда присылать ответы, я записала свой домашний. Мы с бабушкой сходили на почту и она помогла отправить мне письмо. Это было мое первое письмо в жизни. Поэтому я испытывала смешанные эмоции. В голове спорили два голоса. Один говорил «Жалко будет, если мне совсем никто не ответит…» , а второй ему отвечал «А ты только представь, друг по переписке - это же так круто!».


Лето пролетело незаметно и я даже не успела соскучиться по родителям, а возвращаясь домой, совсем забыла про письмо написанное еще в начале лета. Я приехала за две недели до конца лета, а папа почти с порога вручил мне конверт. Если бы не он я бы так и не вспомнила о своей маленькой афере.


Любопытство, безусловно, кусало меня за уши, но из-за позднего приезда, моих сил хватило лишь на то, чтобы разобрать вещи и разложить их по местам. Пока я занималась этим безумно важным делом, папа успел сбегать в магазин за тортом, между прочим, моим любимым, то был наполеон, и когда я уже собиралась лечь спать, родители позвали меня и брата в кухню пить чай и отмечать наш приезд. Конечно же, мы подверглись допросу, мол «чем занимались этим летом?» или «что успели сотворить?» , вопросы, как полагается, задавались строжайшим тоном. Я очень устала и спешила допить чай и даже то, что торт был безумно вкусным, не подкупило меня терпеть усталость и папины пытки. После чаепития я поцеловала родителей и быстро удалилась в свою свежеотремонтированную комнату.



Утром мое любопытство разбудило меня лучше самого крутого будильника и около семи утра я уже стояла у стола в своей комнате, абсолютно бесцеремонно и неаккуратно разрывая конверт.



«Привет! Меня зовут Валя! Но я мальчик!» - я хихикнула от такого забавного приветствия.


«Я когда увидел твое письмо в «Пионере», сразу решил, что мы похожи и точно подружимся. Кажется, наши родители чуточку шутники, не так ли , Виталина?»



От первых строк мои уши и щеки и вспыхнули жаром. «Боже мой, мне написал мальчик!» - от этой мысли я взвизгнула и начала прыгать по комнате. Немного успокоившись и села на краешек кровати и продолжила чтение:


«Сразу хочу немного рассказать о себе. Мне четырнадцать, но скоро уже пятнадцать. Я люблю читать книги и журналы. Увлекаюсь робототехникой. Я живу в городе N. А мой папа работает инженером- строителем и я тоже, когда подрасту и отучусь, хочу работать как он.


Я вот хотел спросить:


Скажи, ты никогда не спрашивала своих родителей, почему они назвали тебя как мальчишку?»


Письмо от этого мальчика заканчивалось таким бестактным вопросом , что минут на пять я даже обиделась и не хотела отвечать. Да и до того возраста я даже не подозревала, что Виталий - мужское имя, ну, не встречала я мальчиков с именем Виталя и поэтому для меня мое имя было вполне себе девчачьим, очень необычным и красивым. Это потом, через какое-то время я спросила у папы и он подтвердил, что вообще-то так и мальчиков называют.


-Так если это имя для мальчиков, почему вы меня так назвали, вы что- совсем? - насупившись и очень строго спросила я у папы.


-Ну, так, это…мама твоя так придумала. Говорит «оригинально же!», а я согласился. - немного растеряно ответил папа. - А куда мне спорить? Ты знаешь что она мне заявила? Говорит «Я ношу, я рожаю, я и имя буду выбирать!» , я тогда решил, что с твоей беременной мамой лучше не спорить, да и ты б ее видела! - оправдывающимся тоном папа поведал мне историю моего имени.


«Хм, забавно. То есть, только потому, что папа не смог предложить варианта получше, меня зовут как мальчишку? - думала я.


А в тот же день ко мне пришло понимание, почему многие люди удивлялись моему имени, а бывало, даже переспрашивали. Вот он, корень зла. Эх, мама-мама…


Еще немного времени спустя, я решила написать ответ этому бестактному мальчишке, и пусть он даже старше, но это ведь не повод меня обижать!


«Привет Валентин! Сначала я не хотела тебе отвечать, потому что немного обиделась, я ведь даже не знала, что мое имя, оказывается, мужское, но так как ты оказался прав (хоть это и не совсем вежливо) я тебя уже простила.


Раз уж ты рассказал о себе, то и я расскажу тебе о себе. Мне тринадцать лет, где я живу ты и сам знаешь, ведь как-то ты письмо отправил. У меня есть мама, папа и младший брат. Журналы я не очень люблю, и мне случайно, можно сказать, попал в руки журнал «Пионер». Я вообще по книгам больше, а еще люблю с родителями по вечерам смотреть телевизор. Иногда гулять с подругами, но не сказала бы, что они очень-то интересные. В основном, я сижу дома, потому что у меня всегда много дел. Сейчас лето и я почти свободна, но в учебном году я хожу на уроки, понятное дело. В какие-то дни после уроков у меня занятия по бальным танцам, в другие рисование. Поэтому гуляю я редко, но особо от этого не страдаю.


Хотела сказать, что не отвечала я долго, потому что письмо писала, когда была в гостях, а сейчас только вернулась домой. Вот.


Спасибо, что обратил внимание, рада знакомству, Виталина!»


Так и завязалась наша дружба по переписке. То письмо я попросила отправить свою двоюродную сестру, ведь мне еще не было четырнадцати, а без паспорта на почте делать нечего.


Отправив письмо я доживала лето, томясь в ожидании. А примерно через три недели мне пришло письмо и бандероль, мне их опять же отдал папа.


-Ох ты интриганка моя, дружишь с кем-то? - подмигнул отец вручая мне презенты.


Я молча выхватила то, что мне предназначалось и исчезла за дверью своей комнаты. Ну, не рассказывать же ему, что я общалась с мальчиком. Не думаю, что он бы стал меня ругать, но в двенадцать лет такие темы как-то смущают.


Второе письмо я вскрыла уже аккуратнее, на сей раз пользуясь канцелярским ножом.



«Привет, Виталина!


У тебя очень красивый почерк, я буду рад если ты и дальше будешь дружить со мной, хотя бы даже ради него. Я показал письмо папе(честно признаюсь), на что он высказал пару мыслей. Во-первых, он сказал, что ты, судя по почерку, скорее всего отличница и «настоящая пионерка». Во-вторых, он напомнил мне о книге, которую я читал и сказал, что не плохо было бы поделиться ей. Я отправил тебе свою книгу «Республика Шкид» , возвращать ее не надо, я тебе ее дарю. Когда прочитаешь, то можешь открыть второе письмо, там я написал рецензию, и я очень жду твоего ответа с твоим мнением об этой книге!


Жду ответа, Валя!»


Я отложила письмо и кинулась открывать книгу, порвала упаковочную бумагу, внутри которой, меня ждала толстая книга в твердом переплете. На обложке были изображены мальчишки в кепках, а краткое описание сзади сразу зацепило глаз. В тот же день я натаскала в комнату печенья и притаранила термос с чаем и до поздней ночи читала первую книгу моей новой личной библиотеки.


Через пару дней я закончила чтение и с чистой совестью смогла открыть второе письмо, в котором была рецензия на книгу. Как ни странно, но если бы я не знала, что это Валино мнение, я бы решила, что кто-то вынул эти слова из моей головы и записал их без моего участия. Настолько я была согласна с каждой буквой этого отзыва. Поэтому, решила немного схитрить и переписала его письмо своим «красивым почерком», ведь мне действительно нечего было добавить к написанному Валентином. А чтобы не отставать от него, я, предварительно разорив свою копилку, пошла в магазин и купила книгу «Чучело», которую читала еще в начальной школе, и которая меня очень впечатлила. Прежде чем оправлять ее, я написала на форзаце свою рецензию и пару пожеланий ее получателю от себя. А так как деньги были на исходе, решила на сей раз обойтись без письма. Вложила в «Чучело» листочек с «моим мнение» о Валиной книге т снова побежала к своей сестре с просьбой отправить книгу по почте.


Ожидание писем было похоже на увлекательную игру, а сами письма на дверку в мир другого человека. Но в один день все прекратилось. Обычно, за почту у нас отвечал папа и он вполне адекватно относился к моим писулькам, но в тот день в наш почтовый ящик, зачем-то, залезла мама и нашла письмо, которое было адресовано мне. А мама у меня строгих нравов и совсем немножко параноик.


-Чье это письмо? - кричала мама, потрясая моим конвертом у меня перед лицом. - Да откуда ты можешь знать, что это Валентин, которому четырнадцать, а не Степан, которому сорок пять?!


-Мам! Помнишь, ты мне летом журнал купила? Я туда написала и мне ответили. Мы дружим. - почти плача пыталась докричаться до мамы я.


-Ты головой своей подумала вообще? Ты наш адрес на всю страну открыла! Сейчас этих бандитов как картошки по осени! - не унималась мать.


-Ну, мам. Это мой друг! - я попыталась отобрать письмо, беспомощно подпрыгивая в воздухе я никак не могла его ухватить.


-Не мамкай! Кто тебе помогал? А ну, говори, аферистка!


- Леля. - честно сдала я свою сестру.


-А теперь забудь и про Валю и про Лелю. - строго наказала мне мать выходя из моей комнаты.


Письма я так и не получила, а на следующий день нашла его разорванным в мусорном ведре. По восстановленным кускам мне удалось понять, что книга моему другу понравилась, что меня, конечно, обрадовало.


Мама сказала сестре, папе и вообще всем, чтобы никто не смел помогать мне отправлять письма.


-Будет тебе четырнадцать, тогда и поговорим. - безапелляционно заявила она мне.


То ли у мамы был незыблемый авторитет среди всей нашей родни, то ли они просто были вредными, в общем, никто мне ,действительно, не помогал.


Спустя месяц пришло еще одно письмо и мне, слава богу, удалось добыть его первой.


С раскрасневшимися ушами я пробралась в собственную комнату, пряча под курткой заветный конверт и моля бога, лишь бы не шуршал. У себя в комнате я села прямо на полу у двери, так уж мне не терпелось и открыв его , я не смогла сдержать слезу.


«Виталина, я скучаю! Почему ты не отвечаешь?


Если я что-то не так написал, просто ответь мне и скажи, что именно. Я в любом случае не имел цели ни обидеть тебя, ни перестать общаться. В общем, надеюсь, что ты, например, была занята или уезжала куда-то, поэтому и не ответила.


Кстати, насчет поездок. Мы с отцом недавно разговаривали, он сказал, что в вашем городе я, скорее всего ,буду учиться. Представляешь как хорошо? Я по окончании школы перееду в твой город и мы сможем познакомиться и видеться.


А еще, раз уж пошла такая традиция, то хочу тебе посоветовать прочитать повесть «Кортик» , она хоть и мальчуковая, но очень хорошая. Сам недавно прочитал и тебе советую. Надеюсь, мой совет придется тебе по вкусу.


Жду твоего ответа, твой Валя!»


Утирая слезы и сопли я думала лишь о том, как же не справедлива ко мне жизнь и как было бы хорошо сбежать из дома. Сделать это, мне правда не позволял страх, но желание от этого меньше не становилось.


С тех пор я каждый день проверяла почтовый ящик. Утром, перед школой, в обед, после школы и вечером, на случай если мне придет еще одно письмо. И письма были, примерно 2 письма в месяц. В них Валя рассказывал о себе, как живет, советовал новые книги, которые я незамедлительно брала и читала. К восьмому марта мне пришло письмо следующего содержания:


«Привет, Виталина!


Это письмо должно прийти к празднику восьмого марта, но даже если оно пришло не вовремя, я все равно тебя поздравляю! Отец сказал, что если письма не приходят назад ко мне, то значит, получатель их забирает. Поэтому, я почти уверен, что письма ты получаешь, но почему-то не отвечаешь. Надеюсь, причина не очень серьезная. Хочу верить, что ты жива и здорова, и вообще, что с тобой все хорошо. Прошу, Виталина, как только появится возможность, ответь мне!»


«Валенька, прошу, только дождись меня. Только дождись. Не прекращай писать!» - про себя я повторяла это как молитву или заклинание.


«Скоро весенние каникулы, и мы с классом едем на экскурсию в ваш город на один день. Я точно знаю, что мы будем ходить по Эрмитажу, скорее всего утром. Поэтому приходи 27 марта, бери с собой мою книгу, а я возьму с собой «Чучело», так мы сможем узнать друг друга.


Жду нашей встречи, Валентин!»


Маленький огонек надежды, что разгорелся у меня в душе в тот момент, но сразу потух.


Переписываться с кем-то, говоря что тебе тринадцать - не так уж страшно.


«А если он увидит меня и поймет?» - жутко испугавшись от приглашения я подошла к зеркалу и начала разглядывать свое почти подростковое тело.


Угловатые коленки и локти выдавали во мне ребенка, едва наметившаяся грудь говорила о том, что перед зеркалом все-таки стоит будущая девушка и когда-нибудь женщина. Вообще, это был первый раз когда придирчиво оценивала свою внешность в зеркале, думая о том, как на меня посмотрят со стороны. И я, конечно же, как любой подросток, себе не понравилась. В тот день я решала «быть или не быть».


В пользу «быть» был сильный аргумент, ведь если я бы не пошла, то он точно мог бы решить, что я умерла, например или не хочу общаться и точно перестал бы писать мне письма. А то, что я могла бы быть не такой, как он представлял, не так уж и страшно. Да и откуда мне знать, как он там меня себе представлял? В общем в голове гуляли какие-то детские глупости, которым там и положено быть.


Поколебавшись, наверно, больше ради приличия, я сделала запись в блокноте на 27ое число, чтобы не забыть. Две недели учебы прошли сплошь в контрольных , конец четверти, как никак, поэтому я не особо следила за течением времени и опомнилась лишь за три дня до встречи, когда мама сказала мне:


-Вита, вещи приготовь к выходным, мы на каникулы едем к бабушке.


-Но мам… - начала было я, но помня о ее запрете на стала раскручивать тему.


План созрел почти моментально, а на следующий день я несла записку в Эрмитаж. Там я передала ее охраннику , предварительно рассказав всю историю. И про летнюю поездку к бабушке и про журнал «Пионер», и про моего друга Валю. Я попросила его :


- 27 марта здесь будет мальчик с книгой «Чучело», если увидите, передайте ему эту записку пожалуйста. - Сказала я, для убедительности, вручая ему тетушкины блинчики, вот такая коррупция с детства.


Охранник согласился, но я все равно была не уверена в успешности кампании, поэтому каникулы переживала как тюремное заключение. Каждый день ждала вечера, чтобы скорее лечь спать, и наступил новый день.


На следующий день после приезда, с раннего утра я уже стояла у дверей Эрмитажа, благо встретил меня тот же охранник. В руках у него был клочок бумаги . Мое сердце екнуло когда я увидела, что это та же записка, которую я ему передала две недели назад.


-Разверни. - уже уходя безразлично бросил мужчина.


Со слезами на глазах я развернула записку, снаружи было мое послание, а внутри, карандашом было торопливо написано «Я знал что ты читаешь мои письма, жди, я буду писать еще!»


Я получала письма еще и еще, после нашей «встречи» они стали чуть оптимистичнее и он пообещал подождать.


Так мы «переписывались» еще почти год, я всегда была в курсе событий жизни своего друга Вали, пусть даже мы и жили в разных городах. А за неделю до моего четырнадцатилетия, опять же на весенних каникулах, когда мы были у бабушки, мне пришло еще одно письмо следующего содержания:


«Виталина, здравствуй!


Моему отцу предложили работу в другой стране, он мне толком ничего не говорит куда и в какой город мы переезжаем. Но я постараюсь написать сразу, как приеду. В любом случае, он обещал, что отпустит меня учиться к тебе в город. А до того момента я даю тебе задание: каждый день, пока мы не встретились пиши мне письма своим красивым почерком, а когда я тебя найду, я их все-все прочитаю. Обещаю.


Пиши мне…


Твой Валентин!»



Когда мы приехали с каникул, мне уже исполнилось четырнадцать, и я впервые за время молчания села писать ответное письмо.



«Привет, Валя!


Ты дождался, дождался! Понимаешь? Я теперь тоже смогу писать тебе в ответ, а когда ты приедешь мы сможем лучше скоординировать место и время нашей встречи. Столько всего накопилось за это время, мне есть что тебе написать…» - вдохновенно начала я. На то письмо я потратила 10 альбомных листков и закончила его лишь к вечеру следующего дня.



Бережно упаковав его в конверт, я приложила к нему один из своих рисунков,» - Виталина Георгиевна порылась в стопке бумаги, которую держала в своих руках. - Да, вот же он! - воскликнула женщина , вытягивая сложенный вдвое листок, на котором было изображение какого-то летнего пейзажа.


-Ладно, вы ребят бегите, приходите ещё как-нибудь. Только давайте договоримся, в следующий раз, если вам понадобится бумага, попросите ее у меня. Больше не нужно лазить по моим шкафам и тумбам. - строго проговорила женщина. - Вот, возьмите. Вам на оригами же? А давайте, вы сделаете не самолетики, а как я учила, журавликов - чтобы желания исполнялись, а? - заговорщицки подмигнула женщина детям.


Когда все ушли, женщина любовно сложила своё бумажное богатство на стол, взяла листок, ручку и устроилась рядом. От нахлынувших воспоминаний и эмоций, и может быть, немного от возраста, дрожащими руками она написала пару фраз, но почерк был уже не такой красивый:



«Валька, ну где ты? Я ведь жду!».

Показать полностью
30
Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Главы 11- )
2 Комментария в Авторские истории  
Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Главы 11- ) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, история, Русский север, повесть, длиннопост

Из Петрозаводска я выехал поздним, …белым вечером. Мне предстояло проехать ещё несколько десятков километров вдоль Онежского берега, до знакомого по прошлогоднему путешествию залива («губа», по-местному). Ибо, после разговоров с Фёдором, я вспомнил об интересном валуне на его берегу.

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Главы 11- ) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, история, Русский север, повесть, длиннопост

Камень тот, прошлым летом, привлёк моё внимание своей …подозрительной поверхностью. Казалось, (точнее, я в этом убеждён) на нём что-то изображено. Вся его поверхность покрыта какими-то петроглифами (?). Но, они — настолько древние и настолько, проросли лишайниками в микротрещинах его поверхности, что увидеть какие-то определённые, узнаваемые объекты, в этих изображениях — крайне затруднительно. Но, тем не менее, чем-то он меня …зацепил. Вспоминался потом неоднократно. Особенно, после того как, некоторое время спустя, я, добравшись, увидел наскальные изображения археологического комплекса «Беломорские петроглифы». Те из них, что находились под слоем почвы, до вскрытия их археологами, — выглядят как «новые». Чёткие и свежие. А вот — та их часть, что почвой укрыта не была, — точно так же, как и мой валун, испорчена лишайниками. И изображения там столь же невнятны.

Но, и то, что мне там, на скалах низовья реки Выг, рассмотреть и понять удалось, предоставило богатую пищу для размышлений и умозаключений.


Здесь отвлекусь от основной темы данного повествования. Расскажу об этой галлерее наскальной живописи.


7 - 8 тыс. лет назад, во времена своего создания , эта галерея была морским побережьем. Но, этот Беломорский берег поднимается. И теперь, от петроглифов до воды - километров 10. (Кстати, соседний городок с интригующим названием Кемь (таким же словом называли свою страну египтяне) ещё 500 лет назад был приморским. Теперь он, по тем же причинам подъёма, - в 20 км. от берега).

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Главы 11- ) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, история, Русский север, повесть, длиннопост

Это река Выг. На её островах и находятся скалы с петроглифами (Всего- порядка 2500, если верить тем. кто считал).


Нам сюда:). От места, куда можно добраться на машине, - ещё ...немножко километров пешей прогулки по лесной тропе.

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Главы 11- ) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, история, Русский север, повесть, длиннопост

За 8000 лет своего существования каменные картинки ...не становились чётче. К тому ж, на момент когда я добрался до места, солнце стояло уже довольно низко. И фото получились- не лучшего качества. Потому, прибегну к этой "шпаргалке", чтобы прокомментировать нек. из петроглифов.

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Главы 11- ) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, история, Русский север, повесть, длиннопост

Смотрим правый столбец картинок. На верхнем рисунке изображена сцена морской охоты на белуху(?) группой из нескольких лодок с экипажами. Судя по фалам, тянущимся от лодок к зверю, охотники уже метнули свои гарпуны, и они достигли цели.


Под ним - самое древнее изображение людей на лыжах. (8000 лет назад концы лыж уже загибали вверх, как положено). Любопытно ещё то, что эти ребята на лыжах изображены ...голыми(?). Во всяком случае, на оригинале видны их мужские достоинства. (На шпаргалке эту подробность не отразили). И самый нижний рисунок - самый знаменитый. Используется в качестве логотипа одной из Норвежских фирм. И - в школьном учебнике истории. Изображает морскую охоту большого судна, с экипажем из 12(!) охотников. Запечатлён момент метания гарпуна в морского зверя. С разматывающимся за гарпуном фалом. Чуть выше - силуэт, похожий на судно с ...парусом(?)...


А вот в левом столбце левый верхний символ ...ничего вам не напоминает? Это же - почти египетский анх! «Ключ жизни». А ведь Египта в те времена ещё и в проекте не было...


Топаю далее, к скалам с петроглифами. (Данные скалы - горизонатьные, плоские).

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Главы 11- ) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, история, Русский север, повесть, длиннопост

...Знаку бесконечности - уже 8000 лет?...

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Главы 11- ) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, история, Русский север, повесть, длиннопост

Сцена, изображающая групповую охоту на лосей. Автор последовательно изобразил неск. важных моментов охоты. Загон, преследование группы животных, метание копий разными охотниками в разных лосей, добивание (скинув лыжи). Вообще, большинство петроглифов сгруппированы по принципу совр. комиксов. Последовательно изображают ключевые сцены деятельности древнего человека. В частности,- способы, приёмы охоты на того, или иного зверя. Общее впечатление: это - доисторическая школа. Место, где обучали теории промысловой профессии древние поколения NEXT.

Т.е., назначение этих петроглифов — сугубо прикладное. В отличие от Онежских, скажем, изображений. Созданных, как мне кажется, …доисторическим романтиком. Стаи длинношеих лебедей, трогательный новорожденный лосёнок — т.п.… (Покажу в след. посте).

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Главы 11- ) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, история, Русский север, повесть, длиннопост

Здесь персонаж, вооружённый луком, выгнулся от боли(?), словив две стрелы в спину и шею. Напротив него - сцена охоты из засады на медведя. (картинка перевёрнута отн. первой). Охотник поражает зверя копьём сверху, видимо с дерева, зависнув на нём вниз головой. Прорисована даже цепочка медвежьих следов.

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Главы 11- ) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, история, Русский север, повесть, длиннопост

Это- вовсе не асфальт, как может показаться. Это- скальная платформа. Полотно, на котором "самовыражёвывались":) художники неолита.

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Главы 11- ) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, история, Русский север, повесть, длиннопост

Здесь (в верхней части фото) - то самое 12-местное судно. (См. выше коммент к "шпаргалке")

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Главы 11- ) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, история, Русский север, повесть, длиннопост
Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Главы 11- ) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, история, Русский север, повесть, длиннопост

Здесь хорошо видна разница между тем, что было скрыто почвой и тем, что было от почвы свободно (Левая верхняя часть. Там тоже есть изображения, но "не вооружённым глазом" мало что разберёшь).

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Главы 11- ) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, история, Русский север, повесть, длиннопост

Нафотографировал много. Но большинство из фото - маловразумительны, как это. Потому, дальше грузить- не вижу смысла. Если где попадётся буклет с Беломорскими петроглифами - рекомендую купить. (В природе он существует. Я купил на обратном пути в Петрозаводске). Там фото сделаны с рисунков, заполненных предварительно красителем, для контрастности. Представляются гораздо более понятными и осмысленными).


В заключение- эта картинка. (Заимствована из сети).

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Главы 11- ) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, история, Русский север, повесть, длиннопост

Мысленно, почему-то сразу же назвал его "Гаргантюа":) НЕкто, горбатый, с клиновидным затылком, с одной рукой, одной ногой с непропорционально огромной ступнёй, оттопыренными ягодницами и гигантским фаллосом. Изображение, похоже, карикатурное. Автор явно не испытывал симпатий к своему персонажу, подчёркивая его физические уродства. Но, если верить публикациям исследователей, ...это - единственное изображение (там) руки и ноги с ПЯТЬЮ пальцами. Все прочие- трехпалые. И что бы это значило? Пятипалость ...тоже считалась уродством?... Ведь здесь она - явно автором подчёркнута. Даже кисть и ступня непропорционально увеличены для этого.

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Главы 11- ) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, история, Русский север, повесть, длиннопост

И ещё (возвращаясь к лыжникам): почему они - таки- на лыжах нагишом?...


Но, возвращаюсь в фарватер своей повести. Еду на Янь - губу.

К своей прошлогодней, прионежской находке («подозрительному» камню) я решил добраться ещё раз — больше — для Фёдора. Не то, чтобы меня очень уж всерьёз впечатлили его фантастические гипотезы. Скорее, даже, — наоборот. В моём отношении к теме его поисков преобладал, как раз, скепсис. И ощущение, что сказал—то мне Фёдор …не всё. Чувствовалось, что откровенен он был со мною лишь …очень отчасти. (Да и, вообще, …даже сомнения в его адекватности, порою, возникали…). Но, …ведь пообещал же человеку. Посильно посодействовать в его изысканиях. Вот и …изволь «содействовать» теперь.


Продолжение следует.


Сергей Сунгирский

Показать полностью 14
35
Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Глава 10)
17 Комментариев в Авторские истории  

…Утро случилось ветреным. На Онеге поднялась волна. Отчаливший теплоход на Кижи сильно качало. Но, после часа болтанки по зыбким озёрным «ухабам» мы, наконец, причалили к пристани на острове.


…Ну, что вам рассказать про остров Кижи? Здесь всё ещё живёт солнечный бог Гипербореи…

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Глава 10) Белоночные хроники, путешествия, Русский север, история, повесть, деревянное зодчнство, длиннопост

Погода на Русском Севере, в общем, очень переменчива. Меняться может по нескольку раз на дню. Но мне повезло. День выдался ясным, тёплым и тихим. И легкокрылая чудо — лебедь, церковь Преображения, смотрелась, на фоне яркого, ультрамаринового неба, не реально — сказочно. Словно бы, парящею над землей… И, если вы её ещё не видели — (Фото — не в счёт. Они не передают того великолепия и восторга, кое даровано вам будет в реале) — то поспешите. Ибо, ежегодно, молнии попадают в устремлённые к Небесам купола… Горят деревянные храмы Севера. И гниют. Потому, от Гипребореи и не остаётся материальных следов.

Показать полностью 24
94
Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Глава 8)
56 Комментариев в Авторские истории  
Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Глава 8) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, Русский север, повесть, длиннопост

…Мысли такие, в связи с увиденным на Воттовааре, у меня, конечно же, возникали. Ещё как! Вообще, то путешествие одарило меня впечатлениями от щедрот своих, — по полной. Как визуальными, так и мистическими.

Гора Воттоваара (Смерть-гора) — самая высокая точка рельефа в западной Карелии. Находится она в Карельской тайге, в 25-ти км от поселка Гимолы Муезерского района. Вершина горы представляет собой довольно обширное плато. (Площадь, примерно: 6 кв. км.). Известна стала благодаря открытому здесь, в 1982-м году, доисторическому ритуальному комплексу, состоящему из сотен сейдов, кладок камней, каменной «лестнице» в скале. Имеются на плато и объекты, наводящие на мысль о деятельности здесь некоего разума, гораздо более высокого уровня, нежели неизвестные древние строители сейдов.


Добирался я туда — не без приключений. Сначала, дважды проскочил нужный мне поворот на Гимолы. Дело в том, что на карте деревня, где нужно свернуть, обозначена стоящей прямо на дороге. В действительности же она стоит немного в стороне. И с дороги её не видно. И указателя нет. Просто в сторону уходит грунтовка. Потом, по этой пыльной, тряской грунтовке — километров сто — до посёлка Гимолы.


…Ехал ночью. Белой… Возле деревни Совдозеро, полузаброшенной, как и большинство карельских деревень, меня остановил какой-то, парень. Светловолосый и тощий. Спички попросил. (Ему повезло. Думаю, за всю ночь, я — единственный, проехавший мимо этой глухой деревни). Поинтересовался, куда я путь держу?


— На Воттоваару.


— …И чего вас туда потянуло? …Не ездите. Ничего Вы там интересного не найдёте.


— А ты там был?


— …Нет.


— Так как же ты можешь утверждать, что я там ничего интересного не найду?


— Ну… я так думаю.


Затем, неожиданно для меня он сказал: «…А можно, я с Вами поеду?»


— Нет


— Почему?


— Я тебя впервые вижу. К тому ж, обратно я буду возвращаться другой дорогой.


Парень, однако ж, был настойчив. До занудства. Мне, в конце концов, пришлось просто дать газу и уехать.


А где-то на пол — пути (дело было уже утром) я увидел у дороги мужика лет 50-ти, нарезавшего берёзовые ветки для банных веников. Остановился, подошёл к нему. Сразу мысленно окрестил его: «Вий». Ибо внешность у веникозаготовителя была …несколько необычна. Крупный, клиновидный торс на коротких ногах. Непропорционально короткие, толстые руки. И ещё более непропорционально огромная лысая голова. С аномально высоким лбом. Набрякшие веки почти прикрывали его маленькие глазки. Спрашиваю его, правильно ли я еду на Воттоваару?


— …Не знаю — последовал, после паузы, неприветливый ответ.


— Вы — не местный?


— Местный.


— И не знаете Воттоваару?


— …А чего тебе там?


— Я путешествую. Хочу добраться до капища на горе, увидеть тамошние сейды.


— …Не знаю. …И не езди! Не найдёшь ты там ничего!


(Посты у них тут, что ли? Как сговорились). Откровенно неприязненное отношение Вия меня, однако ж, разозлило: «А найду! Если она реально есть, и я сюда приехал, я её найду». На том и расстались.


В Гимолах меня приняли более доброжелательно. Женщина, которую я спросил, на улице, о Воттовааре, указала мне дом, где живёт местный шерпа.


Шерпа оказался похожим на Карлсона. С животиком, краснощёкий и пыхтящий. Он мне скороговоркой пару раз изложил маршрут. Так, чтоб я мало что успел понять и запомнить. А потом предложил проводить меня, за отдельную плату. Я согласился. Как оказалось — правильно. Ибо, на 25-ти экстремальных километрах раздолбанных лесовозами лесных троп — наверняка — сам поплутал бы.


«Только я — на своей (машине) поеду. Доведу тебя до горы. Дальше — сам» — заявил Карлсон.


…Путь к Воттовааре представлял собою колею через заболоченный участок тайги. И колея эта обильно перекрыта ручьями и очень большими, глубокими лужами. Но Карлсон, видимо, отлично знающий фарватер, уверенно в эти лужи нырял на своей «пятёрке». Я следовал в арьергарде за ним. Заметил: «Пятёрка» у шерпы не совсем обычная. Подвеска её была существенно выше стандартной. И колёса — бОльшего диаметра, с вездеходовским протектором. Доработка, конечно же, — местная. Но, — насколько удачная и эффективная! Обычный жигулёнок давно увяз бы на этой таёжной тропе, не преодолев и пары километров.


До самой горы мой проводник меня не довёл. Километров пять ещё оставалось. Он не поехал через хлипкий, разрушающийся мост через болотную речушку. Но сориентировал на местности правильно. Без плутаний, я, переехав «мост», добрался до места.

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Глава 8) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, Русский север, повесть, длиннопост

Через этот, с позволения сказать, мост:) я проехал к Воттовааре и обратно.


Подъехал я к горе с той стороны, где подъём — самый крутой. А значит, — самый короткий.

Оставив у подножия машину, начинаю взбираться вверх. Сразу же чуть не «наступил» (рукою) на змею. Змея имела окрас почти камуфляжный. Потому я её не заметил. Но она вовремя среагировала. Скользнула по мху, из-под моей руки, в расщелину меж камнями. Надо внимательнее под …руки смотреть.


…Свидетельства пребывания лосей здесь встречаются повсюду. Шерпа сказал, что водятся тут и волки, и медведи. (Видел только кабана. На обратном, уже, пути. Выскочил прямо перед моей машиной очередной, такого, задиристого вида, хрюндель. Довольно крупный. Всем своим видом демонстрируя готовность идти на таран. Но, пока я доставал фотоаппарат, раздумал. Сочтя, видимо, демонстрацию силы достаточной, свалил в лес. Мудрое решение. Как говорил генерал Лебедь: «Умный силу демонстрирует. Дурак …её применяет).


Во время подъёма заметил: чем выше по склону, тем больше попадается деревьев с обугленными следами от ударов молний в их стволы. От крон до корневищ — сплошные, обугленные полосы. Видимо, грозы здесь случаются — серьёзные.


Последние пара сотен метров подъёма — почти вертикальные.

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Глава 8) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, Русский север, повесть, длиннопост

…Открывающаяся на верху картина могла бы стать богатой пищей для мрачных фантазий Эгдара По. Впечатление такое, будто здесь случился конец света, в масштабах одного, отдельно взятого, горного плато. …Масса мёртвых деревьев, со следами термического воздействия на стволах. Но, насколько я могу судить, это — не результат лесного пожара, а плоды грозовой деятельности. Потому, что среди погибших деревьев встречаются и живые. И нет сгоревших деревьев. Они только обожжены. Причём, обугленные следы от ожогов — не сплошные. Как правило, это — чёрные вертикальные полосы, вдоль стволов. От вершин до корней. Т.е., это — явные следы от поражений молниями.

…Бросается в глаза множество деревьев сюрреалистической, уродливой формы. Кроны их имеют столь странную форму, что кажется, будто деревья эти растут …корнями вверх. (Возникала ассоциация с Мировым Древом из древнеиндийского эпоса. Оно тоже растёт …корнями вверх. Присутствует оно и в славянской мифологии).

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Глава 8) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, Русский север, повесть, длиннопост

Встречаются деревья и ещё более …неестественной формы. Буквально — завязанные в узлы. Причём, они растут рядом с нормальными, обычными, деревьями. (Точнее сказать: росли. Ибо, большинство таких …экзотических елей и сосен пребывали, на тот момент, уже — в мёртвом (полуобугленном, засохшем) состоянии).

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Глава 8) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, Русский север, повесть, длиннопост

…На Воттовааре, похоже, совсем нет птиц. За всё время моего там пребывания не увидел, не услышал ни одной. (Комары, кстати, тоже никак себя там не проявили).

И сейды… Они там повсюду. Счёт им, видимо, — на сотни.

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Глава 8) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, Русский север, повесть, длиннопост

Этот сейд, своей позой, явно глумится над здравым физическим смыслом:)

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Глава 8) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, Русский север, повесть, длиннопост

…Скоро, однако ж, я замечаю появление у себя странной головной боли. Необычной, глубинной. Она нарастала со временем моего пребывания на Воттовааре. Появилось чувство тревоги и желание …покинуть это место. Возникло ощущение, что за мной …наблюдают. И моё присутствие здесь — явно — не желательно. Гора определённо давала понять: я тут — «персона нон грата». (Несколько раз даже замечал боковым зрением присутствие неких антропоморфных сущностей. А поворачиваешься — и никого. Глюки…).

…Потом появился какой-то монотонный, заунывный звук. Сильно приглушённый расстоянием, он — то угасал, то возникал снова. Будто кто-то, где-то далеко, неумело играл на некоем этническом музыкальном инструменте. К тому ж, реакция, похожая на аллергическую, там возникла. Находясь на плато, я постоянно чихал и, то и дело, доставал носовой платок.


Впрочем, так враждебно гора, видимо, принимает не всех. По рассказам Сусанина — Карлсона, моего шерпы, некоторые паломники (нео-адепты каких-то шаманистских, экзотических верований) подолгу лежат на вершине, на сейдах. Подзаряжаются… (Это — какими же тёмными силами?!). И даже ночевать там остаются. Для себя же, по своим ощущениям, я сделал вывод: без сомнений, гора — аномальная зона. Энергетика её необычайно высока. И энергетика эта — явно — со знаком «минус». Во всяком случае, по отношению ко мне. (Самочувствие потом вернулось в норму, когда я отдалился от Воттоваары километров на 10).


…И теперь, после слов Фёдора, я, вспоминая Воттоваару, размышлял: а ведь возможно, что в его предположениях есть доля истины. И установка сейдов, это — подражательные действия какого-то примитивного древнего народа какому-то …высокоразвитому и ещё более древнему народу. (Без понимания истинного смысла объекта подражания. Как, скажем, туземец, увидевший у европейца наручные часы, делает себе похожий муляж из дерева). Но, …КОМУ и ЧЕМУ?! эти неизвестные примитивные древние подражали? — Вот вопрос…


Там же, на Воттовааре, помимо сейдов, встречаются и объекты, возникновение которых трудно объяснить природными процессами или деятельностью людей каменного века. Например, горизонтальный скальный массив, большой площади. А в нём — большой прямоугольный «бассейн». Совершенно очевидно, что когда-то этот скальный массив был монолитом. И зияющая пустота в нём («бассейн») наводит на мысль, что из него когда-то, очень давно, вырезали прямоугольный блок (тонн под сто), вынули его и …использовали по назначению (Какому?).

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Глава 8) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, Русский север, повесть, длиннопост

И этот пример там — не единственный. Есть ещё. Другой горизонтальный скальный выход заставляет думать, что его когда-то …«попилили». Потому, что трещины (?) в скале подозрительно параллельны и перпендикулярны. А поверхности расколов (?) неестественно плоские. Правая часть …расчленённой скалы как бы сдвинута относительно левой. И там — сейды. Причём, расположены они таким образом, что не остаётся сомнений: сейды устанавливались здесь — гораздо позднее того, как скала была «попилена» (?), и из неё были «вынуты» (?) отдельные многотонные блоки. «Резка» горы, видимо, была произведена на значительное количество тысячелетий раньше, чем здесь были установлены сейды.

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Глава 8) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, Русский север, повесть, длиннопост

…Позволил теперь себе, под влиянием гипотез Фёдора, пофантазировать:

Некий Разум добывал там каменные блоки с какими-то, определёнными свойствами. Этим объясняется то, что блоки выпиливались и изымались выборочно, фрагментарно. Для чего?! — Может, для использования их в качестве …энергетических (полевых) резонаторов (?), информационных накопителей (?) и хранителей информации (?) … Типа — гиперфлешки (уже пользуюсь терминологией Фёдора). Для каких-то своих Высоких Целей в общем. И, может быть, какие-то из многочисленных, разбросанных по северам сейдов действительно являются таковыми функционирующими резонаторами до сих пор (?) … А массовое «сейдостроительство» было затем «запущено» этим разумом (сыграв на инстинкте подражания) в среде примитивных архаичных аборигенов. Для того чтобы замаскировать, спрятать среди них эти реально работающие информационные накопители (?)…

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Глава 8) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, Русский север, повесть, длиннопост

Очень ровный скол верней части сейда. Будто спиленный. И -случайно у природы получилось, что поверхность "спила" параллельна нижней поверхности... И таких примеров там много.

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Глава 8) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, Русский север, повесть, длиннопост

-В-ж-ж-ж-их!:)

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Глава 8) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, Русский север, повесть, длиннопост

...И вот в таком ...неудобном:) положении сейд стоит, быть может, уже- не первую тысячу лет. (И подобных ему- не мало).

Белоночные хроники. Достояние Атлантиды. (Глава 8) Белоночные хроники, путешествия, приключения, мистика, Русский север, повесть, длиннопост

Продолжение следует.


Сергей Сунгирский

Показать полностью 12
28
Отрывок из повести К.Паустовского "Бросок на Юг"
2 Комментария в Книжная лига  

Однажды пожилой грек Яни, сапожник с базара Нури, заказал Мише портрет с фотографии своей мамы. И притом в красках.Я рассмотрел фотографию и выяснил, что мама снималась в городе Воло в Греции в 1880 году и была невиданной красавицей. Она была похожа на ту гордую девушку во фригийском колпаке, что зовет людей на баррикады на картине Делакруа «Свобода ведет народ».Портрет «мамы» Миша сделал так, что от него трудно было оторваться. Особенно хороши были золотые глаза и немного приоткрытый рот. Казалось, что грудь гречанки тихо вздымается и с ее губ слетает душистое дыхание.– За такой портрет, – сказал Бабель, – не грех взять и четыре лиры. Смотрите, Миша, не обмишурьтесь.

Наутро Миша понес портрет заказчику. Я пошел вместе с ним. Мы решили потребовать с сапожника три лиры. Потом остановились на двух.Пожилой сапожник Яни жил в глубине ветхого и как бы театрального двора. Там носились с азартными криками греческие дети. Полные гречанки, положив на подоконники свои могучие груди, смотрели на нас из окон и посмеивались, обсуждая нашу наружность.Сапожник Яни сидел во дворе у дверей своей лачуги. Рот его был полон деревянных гвоздей. Он выплюнул их и сказал нам: «Кала мера».

Миша, не торопясь, вынул портрет и, не выпуская его из рук, повернул лицевой стороной к сапожнику.Тогда произошло величайшее чудо, какое может сотворить только высокое искусство, только живопись, равная по силе творениям лучших мастеров человечества, таких, как Боттичелли, Рафаэль или Вермеер Дельфтский-Яни взглянул на портрет и зарыдал.

У себя за спиной мы услышали возбужденные возгласы гречанок, лежавших на подоконниках.

Я, не меньше сапожника восхищенный Мишиным искусством, все же не потерял здравого смысла, толкнул Мишу в бок и тихо сказал:

– Бери три лиры.

Мы ждали, когда Яни успокоится. Но он долго сморкался в фартук, всхлипывал и вытирал глаза рукавом.За его спиной стояла маленькая и черная, как пережженная корка ржаного хлеба, женщина и тупо смотрела на мамин портрет. Это была жена Яни. Она одна не выражала восторга.Наконец Миша решился и, уважая сыновние чувства Яни, мягко напомнил ему, что мы ждем и нам следует получить с него три лиры.Тогда Яни начал качаться, как мусульманин, когда он совершает намаз, или гяур, когда у него болят зубы, обхватил голову руками, застонал и сказал злым и жалобным голосом:

– Это не мама! Это совсем не мама! И вы не получите ничего, потому что вы обманули бедного человека.

Мы оторопели. Во всем дворе наступила звенящая тишина. Двор ждал дальнейших событий.

– Как не мама? – спросил потрясенный Миша.

– Не мама! – закричал Яни и стукнул колодкой по табурету. Во все стороны полетели деревянные гвозди.

– Мама была старенькая, седая. Я ее хорошо помню. Она умерла, когда мне было семь лет, а старшему брату было уже пятьдесят. А ты что сделал? Ты нарисовал какую-то девчонку-арфистку из ресторана «Мирамаре». Тьфу и тьфу! Забирай свой портрет и уходи. Еще требуешь три лиры! Три фиги ты получишь за этот портрет, аферист, а не три лиры!

Яни три раза показал Мише кукиш. Этого нельзя было вынести и нельзя было спустить безнаказанно.

Миша побагровел, схватил Яни за ворот, заставил встать и сказал тихо, но так, что было слышно во всем дворе:

– Ты что же? Подсунул мне карточку мамы, когда ей было шестнадцать лет, и хочешь, чтобы я сделал тебе столетнюю старуху?! Плати сейчас же, или я вытряхну из тебя душу!

– Это не мама! – снова пронзительно закричал Яни и начал извиваться в руках у Миши, пытаясь вырваться.

Несмотря на серьезность положения и угрозу остаться на время без хлеба, я прислонился к стволу сухой шелковицы во дворе и начал хохотать.

Тогда Миша выпустил сапожника, повернулся к окнам, где гроздьями висели жильцы, и крикнул:

– Граждане греки! Потомки великих людей! Что же вы смотрите на это безобразие?!

Тотчас поднялась буря. Из всех окон и дверей десятки голосов закричали:

– Яни, опомнись! Это же мама! Вылитая мама! Глупец! Настоящая мама! Сейчас же заплати человеку! Слышишь?

Несколько мужчин в одних жилетах выбежали во двор. Они трясли Яни за плечи и кричали:

– Ты позоришь, нас, Яни! Стыдись! Это же чистая мама! Нам будет просто приятно видеть ее каждый день. Такая красивая греческая женщина! Ай, какая красивая! Плати деньги и успокойся. Плати!

– Три лиры? – прохрипел с недоумением Яни и обвел всех покрасневшими глазами. – Не дам!

– Хорошо! – закричали греки. – Две лиры. Две! И пусть они уходят себе на здоровье, эти молодые люди!

Яни швырнул на стол две лиры. Миша взял их, и мы пошли, провожаемые дружными напутствиями обитателей дома.


Через полчаса выяснилось, что одна лира была фальшивая.

Показать полностью
38
Человек, который хотел все исправить. #46
53 Комментария в Авторские истории  

Глава 1 ... Глава 45

-------------------------



Глава 46



В тот момент я умер. По крайней мере ни капли в этом не сомневался. Вокруг было темно, тихо и… Пусто, что ли? Не в том смысле, что я ничего не видел, не слышал и ни к чему не прикасался. Не было даже намеков на все эти чувства. Даже лишившись своего тела, тогда, после первой активации большого ретенсера, у меня было больше обратной связи с внешним миром. Сейчас же не было вообще ничего.


Но нет, как выяснилось, жизнь все еще продолжалась. Темнота, окружающая меня, начала постепенно рассеиваться и стало ясно, что это не мрак загробного мира, а плотное облако дыма и пыли. Мощные системы вентиляции гаражного помещения Корпуса разрывали это облако, истощали его, выбрасывали за стены. Словно колоссальных размеров организм пытался очиститься от внезапного загрязнения.


Слуха не было. Все звуки теперь превратились в один тихий-тихий звон, который одной нотой непрерывно звучал где-то прямо в мозгах. Так же я не ощущал ни запахов, ни вкуса. Зрение еще оставалось, но очень слабое: больших трудов стоило сфокусировать на каком-нибудь объекте. А вскоре стало очевидно, что вижу я только одним глазом – левым. Второй застилала пелена.


Я вдруг увидел Бонда. Вернее, только часть его. Перед самым моим лицом лежала белая, в бетонной пыли, рука со скрюченными пальцами. Чуть дальше – плечо и затылок с коротко стриженными волосами. Все остальное тело было погребено под тяжелым куском плиты. Не знаю к чему, но первая мысль, которая появилась в голове, это: как Андрею Николаевичу удалось так странно вывернуть руку?


Мне не удавалось двигать даже зрачком уцелевшего глаза, не говоря уже об остальном теле. Поэтому смотрел я только в одну точку: на мертвое тело, лежащее рядом, на куски бетона и на постепенно проявляющиеся контуры уцелевших автомобилей, которые стояли поодаль.


И тут пришла боль. Она появилась внезапно, охватив все тело. Это было странное чувство: казалось, каждый орган, каждая часть тела страдали по-разному и вместе с тем все это было одним большим клубком боли. Заторможенный мозг не успевал обрабатывать поступающие сигналы: дикая боль в ногах – скорее всего переломаны; тупая, но жгучая боль в правом плече; в груди страшно ломит; лицо горит. И все это нарастало и нарастало, превращаясь в адскую пытку. Но мое переломанное тело не смогло испустить даже слабый стон. Я ощущал, как сердце колотится из последних сил, все чаще сбиваясь с ритма. Возможно, какая-то конечность была оторвана, а может было множество рваных ран. Я не мог этого узнать, но крупицы логики и понимания мира, оставшиеся где-то в глубине сознания, подсказывали, что раны слишком серьезные. Тело теряло кровь, а вместе с ней уходила жизнь.


От одной из машин в дальнем углу гаража отделился силуэт и начал приближаться к горе обломков. Сгорая в огне собственной боли, я все еще оставался в сознании и наблюдал, как человек осторожно пробирается между кусками бетона. Он не пытался тушить горящие то тут, то там очаги пламени, не звонил по телефону, не искал раненных. Он четко шел туда, где лежал я. Подойдя к телу Бонда, человек склонился над ним, смахнул горку мелких осколков и несколько секунд смотрел на него. Затем повернулся ко мне, и я его сразу узнал. Это был Андрей Николаевич. Пихнув меня в плечо, он вытянул откуда-то из-под живота мою руку. Я видел, как он разжимал мои пальцы, по одному, пока ладонь не оказалась полностью раскрытой. На ней лежал черный брелок. Взяв его, Бонд поднял ретенсер над головой и принялся разглядывать.


И вдруг боль в конечностях пропала. Последние секунды ее было столько, что небольшое послабление сразу же стало заметно. Я очень ясно ощутил, что ноги теперь болят только до колена, и перебитые кисти рук тоже не беспокоят. И это чувство облегчения, освобождения от нестерпимой боли, неспешной волной двигалось по моему телу, начиная от кончиков пальцев. Я решил, что теперь то уж действительно умираю и даже обрадовался этому, потому что это было спасение от страданий. Хотя в глубине души было обидно, что жизнь заканчивается таким вот образом. Жить бы еще и жить…


С окоченевшей рукой Бонда, все еще лежащей перед моим лицом, начали происходить странные вещи. Ногти, а затем и пальцы, фаланга за фалангой, теряли цвет, форму и начинали рассыпаться, словно это была не рука человека, а слепок из мельчайшего песка. Падающие частицы продолжали разрушаться на все более мелкие и просто растворялись в воздухе. Я завороженно смотрел, как рука мертвого Андрея Николаевича рассыпается в прах. Через секунду тот же стремительный процесс ветшания охватил его голову. А следом в мерцающую пыль начало превращаться все вокруг: обломки бетона, куски большого ретенсера, кабеля, мусор. Очевидно, то же происходило и со мной, что и являлось истинной причиной избавления от боли. Пусть так, мне уже было все равно.


Но был еще один Бонд. Живой, стоящий над руинами, которые когда-то были его лабораторией. Я видел, как он отступил на шаг назад. Затем еще и еще. Его тело так же, как и все вокруг, начало покрываться серебристым налетом и, Андрей Николаевич резкими ударами принялся сбивать его с себя. Белесая пыльца разлеталась вокруг него облаком, но вскоре вновь появлялась на одежде и коже. Однако, чем дальше в глубь гаража он отходил, тем меньше подвергался этому необычному и завораживающему воздействию саморазрушения. Там же, где лежал я, ветшание происходило довольно быстро. Вся огромная куча обломков медленно оседала вниз, словно утопая в светящейся пыльце. И я вместе с ней. Под конец даже стало хорошо: тела я больше не чувствовал, боль исчезла. Последнее, что я увидел, как далеко-далеко от меня Бонд стряхнул остатки частиц с рук, скинул куртку на пол и сел в машину. Затем наступила темнота. И в ней прозвучали спокойные тихие слова:


— Вот оно… Спасибо, брат. Прощай.


И я улыбнулся ему в ответ. А может это было уже просто моей фантазией.



***



Часы на руке негромко пикнули ровно в 22:00, отмечая окончание рабочей смены на шиномонтажке. Я выглянул в окно, обвел взглядом пустую стоянку перед нашим вагончиком, и начал собираться домой. На смену одежды, уборку инструмента и оборудования ушло минут десять. Накинул свою потрепанную куртку, натянул шапку и вышел на улицу. На дворе поздний сентябрь создавал картину, от которой даже на заядлого оптимиста нападает тоска: темнота пустых улиц, мерзкий моросящий дождик и холодный ветер в лицо.


Спустя несколько минут я стоял недалеко от подземного перехода и смотрел на автотрассу над ним, по которой проносились редкие автомобили. Лил дождь, но я не обращал на него внимания. Лишь поднял воротник, сунул руки в карманы и продолжил ждать. Черного автомобиля не было. Не было Бонда. Не было ретенсера. Не было Голоса.


Через полчаса дождь кончился. Постояв еще минут пятнадцать, я пошел домой…



***



С того дня, 14 сентября, прошло полгода. За все это время я так и не смог найти никакой информации о таинственной организации, которая именовалась Корпус. Да, признаться, и не искал особо. Первые дни было чувство тревоги, я плохо спал, все время ожидая, что возле дома появится синий микроавтобус. Но вскоре оно прошло, и жизнь пошла своим чередом. Со здоровьем тоже было все в порядке, никаких болей и голосов в голове. Только лишь раз, в начале февраля, случилось странное событие. Меня мучала внезапная бессонница и я большую часть ночи провел на кухне, сидя за столом, пялясь в телек. Там и уснул. А утром обнаружил текст на столе, криво намалеванный кетчупом: «Привет, брат! Как ты там? У меня все супер! Ставь на победу Зенита завтра!». Поначалу меня это испугало, но вопреки ожиданиями Голос больше никак себя не проявлял. Решив, что это все же исключительное событие, я решил прислушаться к нему в последний раз. Собрав всю имеющуюся наличность, сделал крупную ставку на победу нашей футбольной команды. Ставка сыграла, и я неплохо наварился. В тот же вечер направился в «Дохлый Енот», чтобы отпраздновать это событие. Но, если быть до конца честным, то не столько для того, чтобы напиться, сколько ожидая встретить… Кого? Катю? Бонда? Себя самого? Но, как бы то ни было, тот вечер я провел один. Весело, в окружении самых разных веселых фанатов, но – один. А может, это и к лучшему…



КОНЕЦ



------------------------------------------------------------------------------------

Макс Дрончак

Человек, который хотел все исправить

08.04.2017


http://dr-max.ru

Показать полностью
41
Человек, который хотел все исправить. #45
23 Комментария в Авторские истории  

Глава 1 ... Глава 44

-------------------------



Глава 45



Следующие двери оказались не заперты. Я вбежал в лабораторию и остановился. Освещение было отключено, но десятки различных устройств и приборов светились множеством разноцветных лампочек, создавая причудливую картину. Словно я оказался в темной пещере, заселенной светлячками-мутантами.


— Свет включается слева, — послышалось в голове.


Как же это все-таки удобно, когда тебя направляют и подсказывают! Взглянув на стену, увидел ряд подсвеченных выключателей. Восемь штук. Быстро шлепнув по каждому ладонью, я зажег все потолочные и настенные лампы, залив весь огромный зал ярким светом. Голос тут же активизировался:


— Значит так! Охрана задержится у дверей. Доступ по отпечаткам рук и по голосу сейчас отключен, а код аварийного доступа знает только инженер, которого сразу найти у них не получится. Все разъехались по домам уже. Отсюда есть еще два выхода вон там, в другом конце зала, — Голос подождал, пока я отыщу глазами силуэты дверей, — Все ходят через них, а мы вообще-то зашли через пожарный выход. Ну да не суть важно. У каждого из выходов сейчас будет по три-четыре человека. Двери ломать не будут, у них даже при ЧП по инструкции положено максимально бережно относиться к лаборатории.


— Откуда ты столько знаешь? — спросил я, медленно бредя по залу.


— Ты не поверишь, но один раз Бонд все же принял Игоря на работу. Местным охранником с самым низким уровнем доступа. Как выяснилось, чтобы был под присмотром.


— Ого! И чего случилось с тем… Игорем?


— То же, что и с остальными, кто остался в стенах Корпуса – погиб.


— Как это произошло?


— Да какая разница? Вроде был застрелен другим охранником, когда полез не туда.


— Полез потому, что ты его направил?


— Ну… — Голос замялся, — Это была его инициатива. Я честно пытался помочь.


— Ясно, — хотя, разумеется, ничего мне было не ясно, — Сколько у нас времени? Где искать малый ретенсер? Что делать, если ничего не получится?


— Двери откроют через десять минут. Если ничего не получится, очень рекомендую встать на колени, заложить руки за голову и виновато смотреть в пол.


— Спасибо, блин, — я огляделся, — Так, где чертов брелок?


— Погоди, еще одно: давай сначала включи большой ретенсер.


— Ну… Хорошо, — я подошел к кабинке.


— Сзади рубильник, вон там – переноска, ее тоже включи. Еще вон те две вилки в розетку, — я четко следовал инструкциям в голове, — Так, теперь на пульте время выстави. Пока минуток на пять назад. Просто, на всякий случай. Ага, и теперь вон там кнопочку еще. Все, отлично, лифт к полету готов! За минуту управились.


— Хорошо, где малый ретенсер-то?


— А я не знаю, — просто ответил Голос, — В предыдущих попытках мы его ни разу не нашли.


Я сжал кулаки, едва сдерживая нахлынувшую волну злости.


— Тогда какого черта ты меня сюда привел?!


— Потому что из доступных мест в том варианте, по которому пошел ты, остается только лаборатория, — вздохнул Голос, — Сказать по правде, мне не довелось здесь обшарить каждый уголок. Так что, может брелок и тут. Да и где ему быть, как не в самой охраняемой зоне?


— Ладно! Там? — я посмотрел на шкафчики сотрудников, стоящие рядком в одном из углов.


— Искали. Вскрыли все. Не там, — грустно ответил Голос.


— Столы? Ящики?


— Нет. Но там есть интересные документы, в которых…


— А там? — перебил я его, кивнув в сторону стендов с большим количеством разобранной техники.


— И там нет.


Лаборатория была большая, но выходило, что искать больше, по сути, негде. Все значимые для поиска зоны я обозначил.


— А где еще не искали?


— Подойди к столам, вот к тому, на котором куча желтых папок.


Я в два прыжка оказался в указанном месте и нетерпеливо спросил:


— Дальше что?


— Дальше загляни под его. Там сейф.


Под столешницей действительно обнаружился солидный тяжелый ящик. На дверце имелась скважина под ключ и лимбовый замок. Схватившись за ручку, я, не питая особых надежд, дернул дверцу на себя. Конечно же, она не открылась. Сейф был заперт.


— Вот, собственно, и есть то единственное место, в которое мне еще не доводилось заглянуть, — прокомментировал Голос.


Я резко вскочил, едва не ударившись головой о крышку стола, и закричал:


— То есть шансов никаких? Чем мне его открыть? Зубами грызть?


— Погоди, не паникуй! — попытался меня успокоить невидимый наставник, — Ключ, например, в кармане халата во втором шкафчике справа, вон у той стены…


Я уже бежал через весь зал, сбрасывая задетые на столах канцелярские принадлежности. В отличие от Голоса попытка у меня была только одна, и тратить впустую мне ее ой как не хотелось. Подскочив к шкафчику, дернул дверку на себя, но и она оказалась заперта. Проклиная все на свете, я зло пнул шкафчик, оставив на железной поверхности глубокую вмятину.


— Из консервных банок шкафчики делают, — с упреком произнес Голос, — На стенде есть молоток, отвертки и здоровые кусачки. Но курочить дверку придется долго, один раз мы…


Не дослушав его, я отошел на несколько шагов, разбежался, и, подпрыгнув, обеими ногами с грохотом врезался в шкафчик. Упал на бок, вскочил и с удовлетворением увидел, что дверца вогнулась аж до задней стенки, а хлипкий замок был вывернут вместе с металлической пластиной от стенки.


— Э… Так и сделали! — закончил фразу Голос.


Распахнув все еще державшуюся на одной петле дверцу, я сдернул белых халат с крючка и быстро обшарил карманы. В одном из них действительно нашлась связка маленьких одинаковых ключей.


— Этот Денис, он такой рассеянный, вечно в карманах важные вещи оставляет, — продолжал делиться знаниями Голос, пока я бежал обратно к сейфу.


— Сколько времени осталось? — запыхавшись, задал ему вопрос.


— Да я что-то не считаю, но по ощущениям минут семь-восемь. Ты шустрый.


Не добегая до нужного стола метра три, я плюхнулся на пол и к сейфу доехал уже на собственной заднице, остановившись четко перед ним.


— На рекорд идешь!


Эта спокойная сволочь комментировала каждое действие. Конечно, ему то что, сиди да наблюдай, это мне тут метаться по всей лаборатории надо.


Вставив ключ, я повернул его, но ничего не произошло.


— А крутилку вращать кто будет? — деловито спросил Голос.


— Код говори!


— А код я не знаю, в том и беда.


— Ты же говорил, что все знаешь про Корпус! — я зло ударил в дверцу сейфа кулаком.


— Почти все. Когда-нибудь узнаю и код от сейфа. А сейчас давай пробовать.


— Что, наугад крутить?


— Ну, почему же наугад? На этот раз у меня припасены целых четыре комбинации. С прошлой попытки, когда мы рылись в ноутбуке Дениса, я запомнил кое-какие вещи, на всякий случай.


— Давай, давай, — поторопил я его, — Потом подробности расскажешь, говори код какой-нибудь!


— Вначале пробуем запись из безымянного файла. Как же там… 20-10-40. Значит так, крути против часовой стрелки три полных оборота, потом останови метку четко на «20». Так, теперь по часовой два полных оборота и фиксируй «10». Теперь снова против часовой один оборот и «40».


Я быстро выполнил инструкции, но замок оставался запертым.


— Ничего страшного, — подбодрил Голос, — пробуем еще вариант: 15-40-40. По той же схеме.


И снова названный код не подошел. Больше попробовать мы ничего не успели. Со стороны дверей, через которые я сюда попал, послышался топот ног. «Что-то как-то рановато!» — отметил Голос. Приподнявшись, я выглянул из-за стола и увидел идущего к столу Бонда с тремя охранниками. Заметив меня, тот беззлобно произнес:


— Слушай, ну ты не перестаешь меня удивлять! Мы же уже все решили вроде?


Затем достал из нагрудного кармана черный брелок и показал его мне:


— Ты там не это ищешь?


«Не понял! А почему Бонд сам пришел?» — послышался удивленный шепот в голове.


Ну, если даже всезнающий и ко всему готовый Голос был удивлен, то что говорить обо мне.


— Что там у тебя? Руки подними! — скомандовал Андрей Николаевич.


Я медленно распрямился и поднял руки, показывая, что ничего в них нет.


— Молодец, теперь шагай к нам. Без фокусов только, договорились?


В голове роем носились мысли, лихорадочно строя планы спасения. До Бонда и его людей семь-восемь шагов. До большого ретенсера – столько же, но в другую сторону. На обдумывание последствий времени не было, и я рванул к кабинке со стеклянными дверями. Ее тихое гудение и неоновый свет, струящийся изнутри, манили и обещали шанс на спасенье. «Да, да, туда!» — поддержал Голос.


Шаг, второй, третий. Дверца, пульт, большая кнопка. Ударив по ней кулаком, я запрыгнул внутрь капсулы и, обернувшись, захлопнул дверцу, готовясь удерживать ее изо всех сил. Однако, этого не понадобилось. Преследователи еще только подбегали, а в ушах уже раздался знакомый свистящий звук и вокруг все потемнело. Спустя мгновенье свистящий звук отыграл в обратном направлении и вновь появился свет.


Я сидел на полу большого ретенсера. Через стеклянные стенки было видно, что в лаборатории никого нет. Поднялся, прижал пальцы к вискам, пытаясь сообразить, куда меня перебросило. Как всегда, на помощь пришел Голос:


— Ну, ты понял, да? Всегда слушайся старших. На пять минут нас отмотало.


Пошатываясь, я вышел из капсулы и вновь направился к столу с сейфом.


— Эй, але, парень! — раздался призыв в голове, — Ты еще не понял? Нам этот ящик теперь не нужен. Малый ретенсер у Бонда, который зайдет сюда через пять… нет, уже через четыре минуты. Вон через ту дверь. Намек понял?


Намеки я понимал хорошо. Быстро бросил взгляд на стену с выключателями, затем бегло оглядел зал в поисках подходящего ударного инструмента. Словно угадав мои намерения, Голос посоветовал:


— Молоток возьми!


— Да ну, это как-то слишком, — я даже удивился его жестокости.


— Вот это номер! Тебе Андрей Николаича жалко стало?


— Нет, но молотком и убить можно.


— Ишь ты, добродетель какой. Ну, тогда подножку ему поставь, а потом защекочи до потери сознания.


В конце концов мой взгляд упал на большой огнетушитель там же, рядом с выключателями.


— Нет, ну а что? — тут же услышал я саркастический комментарий, — В кино тоже всех лупят огнетушителями. Вроде не до смерти.


Я ему не ответил. Просто подошел, снял со стены тяжелый красный баллон, затем выключил во всем зале свет и направился к дверям.


— Большой ретенсер не забудь снова включить и запрограммировать.


— На сколько?


— Ну, давай снова на 5 минут. Неплохо же получилось.


Быстренько повторив операцию с настройкой кабинки, я подошел к дверям, стал сбоку от них и обнял огнетушитель. Сердце бешено колотилось в предчувствии того, что должно было случиться вот уже совсем скоро.


За время своей жизни, если это можно назвать жизнью, Голос, очевидно, отлично натренировал не только память, но и внутреннее чувство времени. Сейчас он совершенно четко объявлял, через сколько откроется дверь и войдут люди:


— Минута… Полминуты… Десять секунд!.. Пять! Четыре! Три! Два! Один!


Я выдернул предохранительное кольцо на клапане огнетушителя. Первым вошел Бонд, взмахнул рукой и произнес:


— Включите свет! — и внезапно повернулся прямо ко мне.


Для него увидеть мое лицо на расстоянии вытянутой руки тоже оказалось полной неожиданностью. Он еще не успел закрыть рот, как круглое красное дно баллона впечаталось ему в лицо, сбивая с ног. Тут же повернувшись к троим охранникам, только собиравшимся входить, я нажал на рычаг огнетушителя, выпуская в их сторону шипящую струю, закричав при этом дурным голосом:


— Это кислота!


Люди в форме отпрянули и бросились в рассыпную. Швырнув баллон им в след, я упал на колени рядом с Бондом. Он лежал на спине, держась одной рукой за лицо. Сквозь пальцы донеслось злое:


— Ну, все, щенок! Ты меня достал! — и он попытался схватить меня второй рукой.


Увернувшись, я засунул пальцы в карман у него на груди и выгреб содержимое. Помимо ретенсера, в руке оказалась зажигалка и флешка. Не тратя время на сортировку добычи, вскочил и дернулся в сторону кабинки, которая светилась голубым светом в центре лаборатории. И все-таки Андрей Николаевич явно был когда-то хорошим солдатом. Настолько, что даже к этим годам сохранил былую силу и ловкость. Он успел схватить меня за ногу, и я с размаху растянулся на полу. Падая, больше всего испугался того, что выпущу ретенсер и уже не смогу найти его в темноте. Но пальцы не разжались, черный брелок вместе с другими находками остался в руке. Развернувшись, я два раза ударил Бонда свободной ногой, попав один раз по руке, второй раз снова по лицу. Это помогло – он отпустил меня. Однако за спиной у него уже появились отошедшие от первой атаки охранники. Дальнейшее длилось какие-то считанные мгновенья.


С пола мы поднялись практически синхронно. Я, одновременно разворачиваясь в сторону капсулы, а Бонд – стирая кровь с лица и помогая себе второй рукой. До стеклянной дверки я добежал, казалось, за два прыжка, несмотря на то, что до нее было метров десять. Мне не удалось затормозить, и я врезался в кабинку. И тут же сзади меня на меня навалился Андрей Николаевич. Схватив меня за волосы на затылке, он сильно ударил меня головой об твердое стекло. Из глаз посыпались искры, а уши заполнил пронзительный звон. Ничего не видя, я начал шарить правой рукой по дверце, пытаясь нащупать пульт. В этот момент тяжелый ботинок врезался мне в ногу сзади колена. Удар был сокрушительным, я буквально каждой клеткой тела ощутил боль, разошедшуюся от разрываемых связок. Но, даже падая, пытался найти кнопку. И мне это удалось. Скользнув по гладкому пластиковому кругляку, пальцы вдавили его в пульт. В этот момент Бонд еще раз ударил меня головой об дверцу. «Держись! Держись!» - закричал Голос. Вероятно, он все же обладал какими-то неизвестными мне возможностями, а может и нет, но в любом случае мне удалось остаться в сознании и после этого удара. Размазывая кровавый отпечаток собственного лица на стекле, я дотянулся до ручки и наконец позволил себе спокойно упасть, собственным телом отодвигая дверцу. Воротник на куртке натянулся и затрещал, сдавливая мне горло. Уже не обращая внимания на такие мелочи, я протянул руку с зажатым кулаком внутрь кабинки. Неоновая подсветка становилась все ярче, где-то под капсулой все громче нарастало гудение, переходя в шипение, а затем в пронзительный свист. Последнее, что мне удалось увидеть, это как раскрывается моя ладонь, как падают с нее флешка и зажигалка. И черный автомобильный брелок, словно царь горы, остается один. Но в это мгновенье появилась огромная волосатая рука, которая стремительно схватила меня за запястье. Просто удивительно, как быстро начинают двигаться люди в критические моменты. Не успела еще падающая зажигалка коснуться пола, а я уже отвел руку, одновременно сдвигая пальцы. И нажал на кнопку. Это не было сознательным действием. Это был бездумный рефлекс, инстинкт самосохранения, фол последней надежды. Последнее, что я услышал, был отчаянный вопль Голоса:


— Не нажима-а-й!


Мгновенно наступившая тишина обманчиво дала надежду, что не случится ничего плохого. Но, как и все прочее, продлилась она ровно один миг. Следом раздался оглушительный грохот. Вся центральная часть лаборатории взлетела вверх, утопая в огненной вспышке, разрушаясь на куски и смешиваясь в одну большую черную мешанину взрыва. Мгновенно оглохнув, и практически ослепнув, я все равно продолжал оставаться в сознании. Может быть вновь благодаря Голосу, только теперь это было не благом, а мукой. Я в полной мере прочувствовал всю силу взрыва. Как тело становится невесомым, подлетая к самому потолку, как ломаются кости по всей нижней части, как тысячи мельчайших раскаленных осколков сдирают кожу с лица. Вместе с огромной частью лаборатории я провалился вниз, в подземный гараж. И прекрасно чувствовал, как мое изломанное, изорванное тело падает на твердые острые куски бетона. И как сверху меня засыпает горящими частями техники, рассыпающимися обломками и осколками стекла…

Показать полностью
40
Человек, который хотел все исправить. #44
18 Комментариев в Авторские истории  

Глава 1 ... Глава 43

-------------------------



Глава 44



В целом, пребывание в камере не отличалось от прошлого раза. Вскоре после объяснения Голоса, мне принесли плотный обед и пакет с одеждой. Еще через час появился старичок-доктор, взял у меня кровь на анализы, вручил бутылочку с таблетками на случай «если голова заболит», после его ушел. И позже, уже вечером, из динамика раздался голос Бонда:


— Добрый вечер, Игорь. Судя по последнему отчету, нам больше нет нужды вас задерживать. Приходите ко мне, уладим оставшиеся вопросы, подпишем кое-какие бумаги и вы свободны.


Замок в двери негромко щелкнул, словно сообщая, что время заточения подошло к концу. Я поднялся, переоделся в принесенную одежду: белье, носки, джинсы, рубашка, легкая куртка – все новое, все по размеру. Подошел к двери, постоял, ожидая реплики Голоса. Тот, видимо поняв мои ожидания, ответил:


— Сейчас идем к Бонду, там будет короткий разговор, ничего интересного. Подпишешь бумаги: открытие банковского счета, договор задним числом на прохождение экспериментального лечения, отказ от претензий и прочая хренотень. Затем вызовут охрану, чтобы вывести тебя за территорию Корпуса. Андрей Николаевич не дождется и уйдет раньше времени. На выходе у КПП тебя будет ждать Катя, она отвезет тебя домой. В общем, это неплохой вариант будущего, вот только через несколько дней они за тобой вернутся. Поэтому давай, пока иди к нему, а дальше как получится.


Я вышел из камеры. Пусто. Через несколько десятков шагов коридор упирался в дверь Бонда, расходясь направо и налево. Видимо, заметив мой мечущийся взгляд, Голос произнес:


— Окей. Чтобы без недомолвок. Если выходишь отсюда и едешь домой, у тебя неделя на спокойную жизнь с нехилым гонораром. Потом возврат сюда и конец. Или жизнь в бегах, но все равно с возвратом сюда. И все это время со мной в голове. Есть другой вариант: найти малый ретенсер, добраться до лаборатории и попробовать сделать то, что задумали. Второй вариант связан с кучей рисков: схватят, убьют, тяжело ранят, или сам себя жизни лишишь, был и такой случай. Решать тебе, я буду помогать в любом случае. Ну, давай, вперед!


В кабинет Бонда в этот раз я вошел без стука. Встречал он меня очень радушно. Поднялся с кресла, пожал руку, предложил чашечку кофе. Поделился, что у Корпуса теперь все отлично и в этом есть большая моя заслуга. И вдруг предложил:


— Слушай, а может, пойдешь к нам работать? В теории ты, конечно, слабоват, но такого практического опыта нет ни у кого из моих ребят.


«Ответ не имеет значения, даже не заморачивайся», — подсказал Голос.


— А почему бы и нет? — ответил я.


Бонд весело рассмеялся и, сощурившись, ткнул в мою сторону пальцем:


— Шутка! Не хватало, чтобы ты мне лабораторию развалил! Сейчас подпишем все бумаги и, надеюсь, никогда больше тебя не увижу. Иди сюда.


Я подошел к столу. Андрей Николаевич подвинул ко мне папку, на которой лежал мой паспорт, страховой полис, банковская карта, ключи и шариковая ручка.


— В папке договора. Все места, где надо поставить подпись, отмечены галочками. Можешь читать, но давай поскорее, ничего страшного там нет, обычные формальности. Я держу свое слово.


На все про все ушло несколько минут. Не читая бумаги, я расписался везде, где были отметки, закрыл папку и вернул ее Андрею Николаевичу. Все, что лежало сверху, распихал по карманам.


— Ну, что ж, отлично! — довольный Бонд потер руки и убрал папку в ящик стола.


Нажав кнопку на вмонтированном в стол пульте, он вызвал охранника и поднялся с кресла. Убрав руки за спину, несколько секунд молча смотрел мне прямо в глаза. Я тоже не отводил взгляд. Игру в гляделки прервал звонок сотового телефона в кармане Андрея Николаевича.


— Да, дорогая, — ласково ответил он, поднеся трубку к уху, — Скоро! Уже собираюсь.


Спрятав телефон обратно в карман, Бонд бросил взгляд на часы и направился к двери. Но не той, через которую вошел я, а другой, которая находилась в стене за его креслом. Прежде чем выйти, он обернулся и сказал:


— Посиди пока тут, за тобой придут.


Как только дверь за ним закрылась, я тут же услышал Голос:


— Тот самый момент, когда нужно принять решение. У тебя минуты полторы, не более.


Столько времени мне не требовалось. Я принял решение еще до того, как войти в кабинет. Вскочив на ноги, я бросился к столу Бонда.


— Нет! — вмешался Голос, — Стол у него хитрый, все ящики запираются автоматом. Ничего полезного ты здесь не найдешь.


Я выбежал в коридор. Посмотрел налево – путь ведущий в лабораторию. Направо – неизвестно, но, очевидно выход там. Ну и был еще один путь, обратно в мою камеру.


— Куда?! — громко спросил я.


— Сейчас, сейчас, — торопливо ответил Голос, видимо, припоминая все варианты развития событий, — Спрячься за углом, охранник не посмотрит в эту сторону, он сразу подойдет к двери Бонда.


Послушно встав в указанное место, я прижался спиной к стене. Наставник в голове торопливо зачитывал инструкции:


— Послушай, сейчас надо будет ударить его так, чтобы сразу вырубить. Бей сзади, наотмашь, ребром ладони, снизу вверх под углом, целься туда, где череп с шеей соединяется. Если не получится, тащи шокер, только кобура застегнута, учти.


Услышав шаги, я напрягся все телом. В драках принимал участие последний раз в школе, а бить так, чтобы лишить человека сознания, и вовсе не доводилось. В последние секунды даже перестал дышать, стараясь слиться со стеной.


Не поворачивая головы, скосив глаза влево, я увидел, как мужчина в форме прошел на шаг мимо меня и, повернувшись к двери Бонда, задержался в нерешительности. Дверь была приоткрыта, но он все же решил постучать. В этот момент я неслышной тенью подошел к нему на расстояние удара. Сжав губы и сощурив один глаз, я поднял перед лицом руку, распрямив ладонь и сжав пальцы так, что они превратились в каменную плиту. Ну, по крайней мере, именно такие ощущения у меня были в тот момент. Стоя в позе пионера, отдающего честь, я неожиданно засомневался. Голос говорил, бить надо снизу вверх. Не дыша, медленно развернул руку ладонью вверх и отвел ее в другую сторону, назад. Черт, тоже как-то не так. Когда я начал примеряться для удара в третий раз, Голос не выдержал и закричал:


— Да бей уже, е.. твою мать!


И я ударил. Резко, сильно, аккурат под полосу коротко стриженых волос. Охранник мешком свалился у моих ног. Падая, он своим телом захлопнул приоткрытую дверь.


— Получилось! — восхищенно воскликнул Голос, — Теперь в лабораторию, бегом!


— А с ним что? — я посмотрел на лежащего на полу мужчину.


— Ничего! Сейчас его товарищи набегут, давай в лабу!


Я побежал по пустым коридорам, направляясь туда, где, как запомнил, размещалась лаборатория, спрашивая на ходу:


— Так это что, сейчас прибежит подкрепление и мне конец?


— Скорее всего, да, — подтвердил Голос, — Но я же предупредил, что этот путь рискованный, и ты сам его выбрал. Но ничего, у меня тоже найдется парочка идей в запасе. Прорвемся!


— Угу, — ответил я, переводя дыхание, — Если не порвемся.


Вот и двойные двери. Схватившись за ручки, я потянул их на себя. Заперто!


— В это время они закрыты, — тут же прозвучала подсказка, — Панель справа, видишь?


Повернув голову, я увидел на стене большой гладкий квадрат черного цвета и услышал:


— Приложи ладонь.


Как только моя вспотевшая пятерня прикоснулась к экрану, он вдруг ожил, по нему пробежали цветные полоски, затем из стены раздался нежный женский голос:


— В доступе отказано.


Я в недоумении посмотрел на свою ладонь и быстро спросил:


— Слушай, а с фига ли у меня должен быть доступ?


— У тебя его и нет, — спокойно ответил Голос, — Надо было просто активировать панельку. Теперь смотри, там внизу справа есть красный треугольник, жми.


Я послушно нажал на треугольный значок с восклицательным знаком в углу экрана. В нижней четверти появилось окно с изображением цифровых клавиш.


— Четыре, четыре, четыре, пять, пять, пять, один, один, один, — быстро пробубнил мой подсказчик.


Я набрал названную комбинацию, и панель на стене ответила тем же нежным женским голосом:


— Аварийный доступ подтвержден. Доступ по отпечатку отключен.


— Круто, да? — весело спросил меня Голос.


Я кивнул ему в ответ и вновь дернул на себя двери. В этот раз они послушно распахнулись, впустив меня в тамбур перед лабораторией.

Показать полностью
45
Человек, который хотел все исправить. #43
19 Комментариев в Авторские истории  

Глава 1 ... Глава 42

-------------------------



Глава 43



Понимая, что это мои последние минуты, я отчаянно сопротивлялся, но силы были неравны. Охранник волоком протащил меня в камеру и попытался закинуть на кровать. В этот момент мне удалось изловчиться и ударить его в подбородок.


— Ах ты гад! — он прижал меня одной рукой к кровати, а другой потянулся за шокером.


— Нет-нет, нельзя! — остановил его один из врачей, — Просто подержите ему руки пять секундочек.


Я почувствовал, как в шею воткнулась игла. Медики здесь были высший класс. Укол и инъекция были сделаны одним неразрывным движением, которое заняло долю секунды. С рычанием, чувствуя, как изо рта летят слюни, я резко мотнул головой, но было уже поздно. Вниз по телу понеслась расслабляющая мышцы волна, следом за которой появилось непреодолимое желание спать. Мне казалось, что борьба все еще идет, что, наконец, удалось вырваться. А на самом деле я просто лежал на полу и смотрел, как темнеет белый потолок и лампа на нем. И как расплываются лица склонившихся надо мной сотрудников Корпуса. Напоследок мне послышалось ободряющие слова Голоса:


— Да спи уже. Увидимся через несколько дней…


И я уснул.



— Что… Что произошло?.. Где я?.. Эй! Э-э-э-э-эй!!! Здесь есть кто-нибудь?


— Есть. Не кричи.


— Где ты?


— Тут, совсем рядом.


— Я тебя не вижу! Я ничего не вижу!


— Правильно, потому что здесь ничего и нет.


— Здесь есть кто-то еще?


— Бывают… Но ты с ними не встретишься.


— Где мы? Что это за место? Почему темно?


— Потому что здесь не бывает света.


— Как я сюда попал? Как выбраться?


— Но ты ведь уже бывал в этом состоянии.


— Когда? Я не помню.


— Потому что ты сейчас не Воспоминание. Ты сейчас Страх.


— Что за бред? Прекрати это! Прекрати!


— Только сам. Только ты сам. Смирение, Понимание, Мудрость, Гармония.


— Ты что, гребаный тибетский монах?


— Молодец. Меняй Страх на Любопытство.


— Хватит нести чушь! Прекрати издеваться!


— Ну вот. Это Злость. Жаль, конечно, что у тебя не так много времени. Впрочем, вы все такие.


— Кто мы?


— Неважно. Тебе уже пора.



Пробуждение было приятным: без головной боли и неприятных ощущений. Открыв глаза, сощурился – в комнате было очень светло. Прямо надо мной посреди идеально ровного белого потолка висела квадратная лампа с матовым колпаком. Я пошевелил конечностями. Руки и ноги свободно двигались, никаких фиксаторов и ремней. Так уже было! Память услужливо вернула целый ворох воспоминаний. Пришлось, правда, потратить время, чтобы разложить их по полочкам. Повторяющиеся события сбивали с толку, а потому то, что случилось перед тем, как я оказался на кровати, вспомнилось в последнюю очередь.


Я начал медленно садиться и почувствовал, как натянулся шланг от капельницы, и больно кольнула игла в руке. Убрав ее, поднялся, осмотрел себя. Голый, помытый, побритый, в халате-распашонке. Отлично, блин. Значит, они сделали все, что хотели. Интересно, сколько прошло времени? Три, четыре дня? Не было никакой возможности сориентироваться. И вдруг я хлопнул себя ладонью по лбу! Это же я! Я! До сих пор – Я! Вытянув перед собой руки, немного покрутил ими, сжал и разжал кулаки. Прошелся вокруг кровати. У них не прошел этот, как там… Личностный трансфер! Голос не подавил мое сознание, не занял мое тело, как в свое время я сделал это с тем Игорем. Пусть и не особо желая того и не зная, как это вышло, но я вновь обрел тело. И сейчас мне удалось его сохранить!


— О, да! Все получилось! — восхищенно воскликнул я и, повернувшись к изголовью кровати, крикнул: — Ты слышишь, Бонд! Все получилось! У меня получилось!


Я в возбуждении потер губы, потом глаза, виски. Наверное, со стороны это выглядело немного безумно. Скорее всего, за мной наблюдали через скрытые камеры, но меня это не волновало. Пусть знают, что победа моя!


— Вы слышите? Я победил! Я! Моя личность оказалась сильнее! И тот, предыдущий Игорь и…


«…И этот Голос, все исчезли!» — хотел было продолжить я свой радостный вопль, но внезапно отчетливо услышал в голове:


— Тс! Тихо-тихо! Не пались раньше времени!


От неожиданности я замер с открытым ртом, не договорив свою фразу. Так и стоял, держась за спинку кровати и тупо смотря на стойку с приборами. Голос никуда не исчез. Он все так же обитал в глубинах моего сознания и, судя по всему, вполне уютно себя чувствовал. Опасаясь, видимо, чтобы я не успел еще что-нибудь сказать, он начал быстро говорить:


— Так! Закрой рот, утри слюни, сядь на кровать. Да отпусти ты эту трубу! Сядь я сказал. Молодец, — похвалил он меня, когда я послушался, после чего продолжил: — Прежде всего, хочу извиниться. Понимаю, последняя ситуация была э.. не очень приятной и у тебя могло сложиться впечатление, что тебя обманули.


— А… — я попытался задать вопрос.


— Молчи! Молчи, бл..! — очень резко и грубо оборвал меня Голос, — Если поймут, что ты – до сих пор ты, это конец. Поверь, девять таких как ты не послушалось, и у всех этот день был последним. Поэтому молчи и слушай! Почеши коленку, если все понял.


Нервно сглотнув, я почесал сразу оба колена.


— Отлично! — Голос снова был спокоен и дружелюбен, — Так вот, у тебя могло сложиться впечатление, что все это было для того, чтобы кинуть тебя. Но на самом деле, кидать мы будем Бонда. Ты братец, не обижайся, но пока ты малость туповат, чтобы все понять. Просто поверь, что так, как случилось, сделать было нужно. То, что никакого замещения сознания не пройдет, я знал.


Голос вздохнул и недолго помолчал, видимо подбирая нужные слова. Затем продолжил:


— Вероятно, у нас больше не будет времени пообщаться напрямую. Скоро начнется наш последний этап в этом дьявольском квесте. Все здесь, в коридорах и даже в душевой, утыкано камерами и микрофонами. Поэтому молчи везде. Я сам постараюсь ответить на все твои вопросы. Ты, наверняка, хочешь знать, почему ты до сих пор в теле?


Я едва удержался, чтобы не кивнуть. Спохватившись, начал чесать колено.


— Угу, — продолжил Голос, — Насколько мне удалось разобраться в этом вопросе, процесс замещения личности идет непрерывно. И в твоем случае с Игорем он длился бы несколько дней или, скорее недель, но алкоголь значительно ускорил процесс. Ученые в Корпусе об этом ничего не знают, поэтому пока держали тебя в коме, прокапали экспериментальными препаратами, которые, по их мнению, должны были сработать. Но фишка в том, что у них, как мне показалось, обратная реакция. Микроконтроль, который у меня уже появился над тобой, пропал. В общем, если прямо сейчас покинуть Корпус, мы с тобой до старости будем жить вместе. Конечно, это хреновый расклад и он нас не устраивает.


Я вновь почесал колено. Голос не останавливался:


— Скоро, если все будет гладко, Корпус выплатит тебе значительную денежную компенсацию и отпустит. Но уже через пару дней за тобой вновь начнется охота, потому что Андрей Николаевич слишком рано обрадовался. Возврат малого ретенсера не решает всех проблем, которые он создал. Можно убежать, можно спрятаться, но все равно вернут в Корпус, а там… — Голос вздохнул, — В общем, я пробовал, отметаем этот вариант. Поэтому, не будем ждать милостей от Бонда, а решим проблему сам. Кардинально.


И он замолчал. Я поскреб колено. Тишина. Почесал еще раз, уже настойчивее. В этот раз Голос отозвался:


— Чего тебе? Вроде все рассказал. Что ты еще хочешь знать? Про Корпус что-то? про ретенсер? Про Катю? Про Бонда?


При последнем упоминании мои ногти впились в колено.


— Окей, что тебе про него рассказать? А, понял! Ты про аварию и про мертвого Бонда? Ну, тут, дружище, хочешь верь, хочешь не верь, а я действительно не знаю. Для меня это осталось единственной загадкой. Я многое успел узнать о Корпусе за все те многочисленные случаи, что побывал здесь. Точно знаю планы подземного, первого и второго этажа. Вот на третий ни разу не попадал, да и там, вроде нет ничего, ремонт еще идет. Знаю по имени-отчеству почти весь местный персонал. Их тут тридцать человек и еще с десяток в других городах или странах. Знаю, где и как включается большой ретенсер и другое оборудование. Мне известно, как попасть в лабораторию. Я в курсе, про то, что у нашего тезки, кривоносого Игоря, проблемы с алкоголем, а у Дениса – астма. Про Катю знаю… — Голос подозрительно запнулся и, показалось, даже смутился, — ну, некоторые вещи. Хорошая девушка. И даже некоторые секретные коды от электронных замков знаю. Один раз с одной стороны подсмотрел, как набирают, в следующий – с другой… Так и насобирал информации. Тебе интересно, как все запомнил? А ты вспомни, как был на моем месте? Когда ничего не можешь делать, только болтать с хозяином тела и думать. Думать. Думать. Поневоле и память станет отличной и логика на новый уровень выйдет, и задачи научишься решать любой сложности. Так, о чем это я? А, так вот. Знаю про Корпус много всякого. Но как произошла авария – не знаю. Такие дела…


Голос снова замолчал. Заговорил лишь спустя четверть часа и произнес всего пару фраз:


— Довериться мне или нет, решать тебе. Но, клянусь, я каждый раз пытался вытащить из этого дерьма не только себя, но и тебя. Всех вас…

Показать полностью
74
О экзаменах в Российской империи (отрывок из повести К.Паустовского "Далёкие годы")
3 Комментария в Книжная лига  

Была еще вторая сходка. На ней мы условились, кто из нас должен помочь писать сочинения некоторым гимназисткам Мариинской женской гимназии. Не знаю почему, но письменный экзамен по русской словесности они держали вместе с нами.Переговоры с гимназистками вел Станишевский. Он принес список гимназисток, нуждавшихся в помощи. В списке было шесть имен.Мне поручили помочь гимназистке Богушевич. Я ее не знал и никогда не видел.

Сочинение мы писали в актовом зале. Каждый сидел за отдельным столиком - гимназисты слева, а гимназистки справа. По широкому проходу между гимназистками и нами прогуливались надзиратели. Они поглядывали, чтобы мы не передавали друг другу записок, промокашек и других подозрительных предметов.Все шесть гимназисток из списка Станишевского селя около прохода. Я старался угадать, которая из них Богушевич. Фамилия "Богушевич" вызывала представление о полной украинке. Одна из гимназисток была полная, с толстыми косами. Я решил, что это и есть Богушевич.

Вошел директор. Мы встали. Директор с треском распечатал плотный конверт, вынул из него бумагу с темой сочинения, присланной из учебного округа, взял мел и тщательно написал на доске: "Истинное просвещение соединяет нравственное развитие с умственным".

Тревожный гул прошел по залу - тема была гробовая.Мне нельзя было терять времени. Я тотчас начал писать конспект сочинения для Богушевич на узкой полоске бумаги.

Во время выпускных экзаменов нам разрешалось курить. Для этого мы поодиночке отпрашивались в курительную комнату в конце коридора. Там дежурил одряхлевший сторож Казимир - тот самый, что привел меня в приготовительный класс.

По дороге в курилку я свернул в тонкую трубку конспект и засунул его в мундштук папиросы. Я выкурил папиросу, а окурок положил на подоконник, на условленное место. Казимир ничего не заметил. Он сидел на стуле и жевал бутерброд.Моя задача была окончена. После меня в курилку пошел Литтауэр. Он бросил на окно свой окурок с конспектом, а из моего достал шпаргалку и, возвращаясь на место по проходу, подбросил ее на стол гимназистке Богушевич. После Литтауэра это же проделали Станишевский, Регамэ и еще двое гимназистов. Их работа требовала ловкости и верного глаза.Я уже начал писать свое сочинение, когда в зал возвратился Литтауэр. Я следил за ним. Мне хотелось посмотреть, как и кому он подбросит шпаргалку. Но он сделал это так быстро, что я ничего не заметил. Только по тому, как одна из гимназисток начала судорожно писать, я понял, что дело сделано и Богушевич спасена.

Но писать начала не гимназистка с толстыми косами, а совсем другая. Я видел только ее худенькую спину, перекрещенную полосками от парадного белого передника, и рыжеватые локоны на шее.На сочинение дали четыре часа. Большинство из нас окончило его раньше. Только гимназистки еще сидели, мучаясь, за столами.

Мы вышли в сад. В нем в этот день пело такое множество птиц, будто они собирались здесь со всего Киева.В саду чуть не вспыхнула ссора между Литтауэром и Станишевским. Литтауэр сказал, что Станишевский бездарно устроил всю эту помощь гимназисткам. Станишевский вскипел. Он сиял от успеха своего предприятия и ожидал славы, а не критики.

- В чем дело? - спросил он Литтауэра задиристым тоном, не предвещавшим ничего хорошего.

-А в том, что нам ни на какого черта не надо было знать фамилии гимназисток, которым мы пишем. Шесть гимназисток - шесть шпаргалок. Любую шпаргалку получает любая гимназистка. Зачем мне знать, что я пишу для Богушевич или Яворской? Не все ли мне равно! Это только осложнило дело, когда мы подбрасывали шпаргалки.

-- Боже мой! - Станишевский горестно покачал головой.-Ты форменный кретин! У тебя нет никакого полета фантазии. Так знай, что я сделал это нарочно.

- Зачем?

- Мне это показалось ин-те-рес-нее! - веско ответил Станишевский.Может быть, на этой почве вспыхнет между спасителем и спасенной жгучая любовь! Ты об этом подумал?

- Нет.

- Ну и балда! - отрезал Станишевский.- А теперь - к Франсуа. Есть мороженое.

Показать полностью
39
Человек, который хотел все исправить. #42
15 Комментариев в Авторские истории  

Глава 1 ... Глава 41

-------------------------


Глава 42



Меня вели по темным узким проходам нижнего уровня Корпуса. За все то время, что мы шли, нам не встретилось ни единой живой души. Не знаю, как на других этажах, но этот, похоже, сплошь состоял из коридоров с дверями. Наконец, мы свернули за очередной угол, и стало ясно, в какую камеру меня ведут. В ту самую. Впереди по левую руку была дверь в кабинет Бонда, дальше вел коридор, по которому можно было попасть в лабораторию, а мы, значит, сейчас свернем направо. Так и случилось. Через минуту меня подвели к знакомой двери, вот только надпись на ней изменилась. Теперь черной краской под трафарет было выведено: «ПП 100».


Дверь открылась, и чувствительным тычком в спину меня отправили внутрь. Сзади тут же щелкнул электронный замок. Я огляделся. Все та же белая чистая комната с единственным предметом мебели – кроватью-трансформером. Только, в отличии от прошлого раза, сейчас в изголовье кровати не было стойки с медицинскими приборами. Вздохнув, я сел на кровать и сказал, обращаясь к Голосу:


— Ну, чего молчишь?


— А что ты хочешь услышать? — спокойно ответил тот.


— Хочу услышать, что делать дальше.


— Ничего не делать. Все прошло как надо.


— То есть, как это – как надо?


— То есть так, как и было запланировано. Нашей целью было попасть в Корпус. Мы тут.


Голос был чертовски спокоен. И это не вязалось с ситуацией, в которой мы с ним оказались. Сам я только-только начал отходить от шока, который испытал, увидев Бонда живым и здоровым. Может, Голос что-то сможет разъяснить?


— Слушай, а такое было? — спросил я его, — Ну, ты в какой-нибудь из твоих прошлых девяносто девяти попыток, чтобы ты встретил Бонда?


— Конечно, — последовал невозмутимый ответ, — Он всегда нас встречает.


— Ну охренеть! Но он же там, в машине… Ну…


— Да, он там, в машине.


— Да ты что, издеваешься надо мной? — взорвался я и, вскочив с кровати, начал ходить вокруг нее.


— Отнюдь. Но мертвый Андрей Николаевич в машине и живой Андрей Николаевич здесь, в Корпусе, это одна из вещей, о которых я не могу тебе ничего сказать. Просто потому, что не знаю.


— Но ты знал, что он тут будет!


— Знал, — все так же спокойной подтвердил Голос.


— Знал, что меня поймают и я снова окажусь в этой камере!


— Знал.


— Ну! И что дальше?


— Ничего. Сиди, отдыхай. Можешь полежать.


После этого ответа я натурально психанул. Носился вокруг кровати, пинал ее, громко материл своего невидимого собеседника, Бонда, Корпус, ретенсер и всех остальных. Все это мне порядком надоело и нервы были на пределе. Но больше всего раздражали невозмутимость и спокойствие Голоса. Мне все больше становилось понятно, что он ведет какую-то свою игру. То есть вел ее с самого начала, манипулируя мной. И я все время шел по предлагаемому им пути. Сам, добровольно, соглашаясь и слушаясь его советов. До того, как меня вытащили из машины, я даже успел поверить в то, что мы с ним одна команда и вместе идем к общей цели. Да и шло то все, надо сказать, неплохо.


Следующий час меня никто не беспокоил. Голос молчал, динамики в изголовье кровати тоже и все это время я провел в размышлениях. Развалился, по-хозяйски, на матрасе, даже обувь не снял, и думал. Если все опять повторяется, а, похоже, так оно и есть, то через некоторое время мне снова предстоит оказаться в большом ретенсере. Очевидно, отправившись назад, я снова окажусь в теле несчастного Игоря, которое станет моим. И вот в этом месте возникала масса вопросов. Что же будет с Голосом? Он останется в моей голове, в то время, как мне придется прописаться в голове Игоря десятидневной давности? Стоп! Я резко вскочил с кровати и снова начал ходить от одной белой стены к другой. В тот раз прошло десять дней. Эти мои приключения, затем тут меня в коме подержали, потом в камере. Сейчас же прошло от силы несколько часов от той самой «точки ноль». До этого ход событий имел отличия, но так или иначе все события выравнивались, если можно так выразиться. Не особо значительные изменения не влияли на картину в целом, которая складывалась из ключевых моментов. А десятидневный срок никак не был похож на незначительное изменение.


Прийти к какому-то выводу я так и не смог. Размышления были прерваны голосом Бонда, который внезапно зазвучал из динамиков в изголовье кровати:


— Иди в кабинет с литерой «Д», прямо по коридору.


И тут же, тихо щелкнув скрытым запором, приоткрылась дверь. Я хмыкнул. Ну вот же! Хорошо помню, что именно так и было в прошлый раз.


— Чего делаем, Голос? — не знаю почему, но вновь спрашивал его совета, — Идем?


— Можно подумать, у тебя выбор есть. Иди.


Хотя да, какого ответа еще можно было от него ожидать. Выйдя из камеры, я быстрым шагом прошел по коридору со светло-зелеными стенами и остановился у двери Бонда. Постучал, но входить не стал. Решил подождать. Просто для того, что проверить…


— Да заходи уже, не томи! — раздался насмешливый голос из-за двери.


Подняв ладони, я пожал плечами, всем своим видом изображая жест: «Ну, а хрен ли вы хотели?». Зрителей не было, кривлялся больше для себя.


В кабинете Андрея Николаевича все было точь-в-точь, как и тогда. Не спрашивая разрешения, я сразу прошел к дивану и развалился на нем. Бонд рассмеялся. Он выглядел очень довольным. Про себя я отметил, что в прошлый раз он был совсем в другом настроении. Предоставив мне полминуты на раздумья, директор Корпуса весело сказал:


— Ну что, сынок, не устал бегать?


— Устал, — честно ответил я и картинно прикрыл глаза, — Очень устал.


— Вот и мы устали, — улыбка пропала с его лица, — Два с половиной года нервы мне мотаешь. У меня Екатерина Павловна столько крови не выпила за тридцать лет супружества, сколько ты!


— Катя что ли? — я заинтересованно приподнял брови.


— Да ну бог с тобой! Эта мелкая еще не доросла до того, чтобы я ее по имени-отчеству называл, — Бонд довольно хохотнул, — Да и сравнивать ее с моей супружницей, все равно что щенка йорка со старым бульдогом!


Мне не были понятны причины веселья Андрея Николаевича и это настораживало. И Голос пока молчал. Чувствую себя неуютно, я поерзал на диване и сцепил руки в замок на коленях. Заметив мое беспокойство, Бонд сказал:


— Да ты волнуйся! Все уже кончилось. Ты больше не бегаешь, а я больше не догоняю. И это чертовски прекрасно!


— То есть больше не будет экспериментов и переносов в прошлое? — задал я осторожный вопрос.


— Не будет, — согласился он, — Я, как и обещал, выполняю свою часть сделки. Бонд – человек слова!


Эти слова меня озадачили.


— Но мы с вами, вроде бы, ни о чем не договаривались?


— Все верно, с тобой, сынок, не договаривались. Ты слишком молод, глуп и горяч. Мы договорились с Игорем Владимировичем, как с гораздо более опытным, а, главное, мудрым товарищем.


Страшное осознание лишило меня дара речи. Я прижал ладони к вискам, растерянно посмотрел на собственные ноги, затем на Бонда. Он, продолжая улыбаться, сказал уже явно не мне:


— Ваша идея с потерей ретенсера после переноса в вагончик шиномонтажки оказалась верной на сто процентов. Подумать только, такая мелочь, а все наконец разрешилось.


Он говорил с Голосом в моей голове! У меня не было сомнений, что Бонд знал про его существование. Более того, оно обращался именно к нему, игнорируя меня:


— Личностный трансфер завершится через два дня. На этот срок, плюс еще пару-тройку дней, мы погрузим вас в кому, чтобы максимально обезопасить процесс. Разумеется, так же произведем ряд оздоровительных процедур. Все, как обещал.


«Поблагодари его», — произнес Голос.


— Что? — сквозь зубы процедил я, сжав кулаки.


«Передай, что я благодарю Андрея Николаевича за сотрудничество и нисколько не сомневался в его честности», — прозвучало в голове.


Я вскочил с дивана и со всей силы ударил себя кулаком в правый висок:


— Заткнись! Заткнись, тварь! Как ты мог?!


И снова ударил. В этот раз так, что в глазах потемнело.


Бонд поднялся со своего кресла, сжал меня в каменной хватке и повел к дверям, где уже стоял один из местных охранников. При этом он ласковым, отеческим голосом успокаивал:


— Ну-ну, достаточно! Я понял, что Игорь Владимирович меня услышал. Я доволен, и он доволен. Все хорошо. Не надо себя бить, не порти тело, хорошее ведь.


Передав меня в мускулистые руки молодого парня, Андрей Николаевич вернулся в кабинет. Извиваясь в тщетных попытках вырваться, я лишь смог со злостью пнуть закрывающуюся дверь. В это же мгновенье в поясницу ткнулись две острых иглы и все мышцы скрутило судорогой от мощного разряда электричества. Я обмяк и теперь лишь бессильно хныкал. Охранник убрал электрошокер в кобуру, перехватил меня поперек тела и легко потащил по коридору. У дверей камеры ждали два человека в медицинских халатах. Один держал в руках красный пластиковый чемоданчик, а второй – подготовленный для меня шприц.

Показать полностью
39
Человек, который хотел все исправить. #41
21 Комментарий в Авторские истории  

Глава 1 ... Глава 40


-------------------------


Глава 41



За окном проносились огни ночного города. Автомобиль Кати летел с явным превышением, но девушку, казалось, это не заботило. Уверенно обгоняя попутные машины, она торопилась в место, о котором я знал лишь название – Корпус. Мельком взглянув на меня, Катя спросила:


— А что именно случилось с Андреем Николаевичем?


Я подождал подсказки Голоса, но тот молчал. Пришлось отвечать самому:


— Его автомобиль попал в ДТП. Он перевернулся, вылетел с трассы и загорелся. Мне удалось его потушить, но, боюсь, твой шеф к этому времени уже был мертв.


Катя нахмурилась:


— Значит, ты не выполнил задачу, ради которой мы тебя отправили?


«Скажи, что ты все сделал согласно плану, но Бонд отказался от помощи, и случилось то, что случилось», — в этот раз Голос решил помочь.


— Я сделал все, как планировалось, но Андрей Николаевич отказался от помощи. При самой аварии я не присутствовал, подоспел, когда уже все произошло.


— Почему отказался? — новый вопрос девушки вновь поставил меня в тупик.


Спустя секунду я повторил слово в слово ответ Голоса:


— Потому что он и похитил малый ретенсер.


От неожиданности девушка дернула руль, едва не отправив машину на встречную полосу.


— То есть как это? Зачем ему красть разработку Корпуса? Он же им руководит!


«Дальше можешь импровизировать, подробностей я пока не узнал. Более того, они тоже их не знают и не узнают», — пробубнил мой наставник и замолк. Пришлось выкручиваться:


— Катя, я не знаю. Вы же задание мне давали. Я просто ваш э-э…


— Ты из оперативной группы? — сама того не осознавая, подсказала Катя.


— Да, — облегченно выдохнул я, — Из нее.


— Из какой?


Я с досадой почесал подбородок. Вот же пристала! Пришлось быстро вспоминать, какие там группы упоминались в ее отчете. Вроде «первая» и «вторая». А, была, не была:


— Из четвертой!


Девушка вновь бросила на меня удивленный взгляд.


— Они же в Китае?


В голове раздался хриплый смешок, а потом слова: «Давай, давай, наваливай, как ты умеешь». И снова смех. Я выкручивался, как мог:


— Были в Китае. А потом всех отозвали, чтобы найти пропажу.


— Как всех? Почему я об этом не знаю?


— Потому… — и тут меня осенило, — Потому что это еще не случилось. Я же из будущего. Все закрутится только через недельку-другую.


— А, ну да, никак не могу привыкнуть, что у нас получилось кого-то назад отправить.


«Скажи, что ты новенький и сейчас, в этом времени, не оформлен в Корпусе. Это важно!» — посоветовал Голос.


— А еще ты меня не помнишь, потому что я в Корпусе недавно. Только прибыл и сразу на спец. задание. Так что, фактически, в сегодняшнем дне я у вас еще не работаю.


— Странно, — задумчиво произнесла девушка, — Новенького и сразу на эксперимент?


— И не говори, — вздохнул я, и продолжил врать: — Меня ведь даже не предупредили. Из бывших-то сотрудников, небось, никто не соглашался.


— Как?.. Не может такого... Я разберусь! — горячо пообещала девушка.


Несколько минут мы ехали в тишине. Я уже успел было порадоваться, что не придется выдумывать новые истории из псевдо-будущего. Но Катя вновь задала вопрос:


— Андрей Николаевич погиб? Это точно?


«Да», — произнес мой невидимый напарник и, я повторил его ответ.


— Это ужасно, — голос девушки дрогнул, — Что теперь будет? Кто возглавит Корпус?


И я снова озвучил подсказку из головы:


— Пока Денис. А через несколько дней пришлют нового шефа. Это будет женщина.


Катя притормозила, сворачивая с проспекта на одну из боковых улиц. И продолжила пытать меня своими вопросами. Успела задать добрую дюжину вопросов. На часть из них мне пришлось придумывать ответы, навирая с три короба. На остальные же помог ответить Голос и тогда я, вместе с Катей, узнавал интересные вещи.


Сначала учеными Корпуса был разработан и построен большой ретенсер, который представлял из себя закрытую капсулу, которая отправляла в прошлое все, что находилось внутри нее. Проблема была в том, что перемещаемые предметы были жестко привязаны к местности, а именно – к пространству внутри кабинки. И тогда началась разработка мобильной версии ретенсера, который мог отправлять в прошлое объект, с которым непосредственно контактировал. Самым сложным в его разработке был механизм вычисления того объема, который устройство отбрасывало назад во времени. У тестовых манекенов при нажатии на кнопку пластиковые пальцы тут же рассыпались в труху. В конце концов, талантливые разработчики создали алгоритм, по которому ретенсер корректно вычислял «рабочий объем». Теперь было неважно, какой из частей манекен активировал устройство, сработка происходила более-менее корректно: вся кукла и ретенсер мгновенно проходили процесс старения и обветшания, буквально рассыпаясь в столь мелкую пыль, что ее невозможно было даже собрать. При этом за час до эксперимента, в специальной тестовой камере появлялся тот же самый манекен вместе с малым ретенсером. Целые и невредимые. И в тот день, когда удалось добиться этого впечатляющего результата, сверхсекретная разработка исчезла. После очередного эксперимента, при проведении которого присутствовали все, в том числе и Бонд, из будущего вернулся только манекен. Сначала решили, что устройство разрушилось и ничего особо не предпринимали. Но в тот же день Анализатор – уникальная машина, способная фиксировать временные аномалии и создавать прогнозы на обозримое будущее, выдала тревожный отчет. В нем были обозначены появившиеся временные дыры: на территории Корпуса, а так же в нескольких местах города, включая мой район. А прогнозы, до того стабильные, внезапно изменились. И в каждом новом отчете, а они подготавливались и выдавали два раза в сутки, вероятностное будущее менялось снова и снова. И тогда в Корпусе была объявлена тревога. Стало ясно, что малый ретенсер не только не разрушился, а вовсю работает. И кто-то им активно пользуется. На поиски неизвестного были брошены все силы. Операцией руководил непосредственно шеф, имеющий реальный опыт поисковых операций в горячих точках. Незадолго до того, как произошла авария с машиной Бонда, были определены области, где нужно искать ретенсер. Это был район, где я живу, где работаю и еще несколько соседних. Туда сотрудники Корпуса и отправили почти в полном составе. Там и состоялась наша встреча с Катей.


Когда мы подъехали к территории Корпуса, сомнений в том, что я говорю правду, у девушки уже не было. Несмотря на значительную часть откровенного вранья, ключевые моменты, которые подсказал Голос, могли быть известны только их сотруднику. А значит, в глазах Кати, я был именно им. Оперативником, отважным добровольцем, который рискнул первым воспользоваться не до конца отлаженной технологией, чтобы спасти своего шефа от беды.


Район, куда мы приехали, был мне не знаком. Я не следил за дорогой и сейчас даже не представлял, где мы находимся. Последнюю сотню метров Катя вела машину вдоль ровной бетонной стены, высотой в три метра, огораживающей огромную, судя по всему, территорию. И охранялась она как военный объект. На въезде размещался КПП с вооруженной охраной, перед которым девушка остановила автомобиль. Пока один сотрудник в форме бегло осматривал машину, второй проверил документы Кати, затем указала на меня:


— Это кто? Пропуск есть?


— Код: пять, ноль, ноль, два, — ответила девушка, — Под мою ответственность.


Лицо человека в форме удивленно вытянулось. Он попросил немного подождать и отошел в домик охраны. Вскоре вернувшись, он склонился к окошку Кати, еще раз внимательно посмотрел на меня и сказал:


— Первый раз по этому коду. Проезжайте. Только не по главной, а через «красный» сектор. Ну, вы знаете инструкции. Там оформят, как положено.


Катя кивнула и медленно проехала через открывшиеся ворота. За стеной располагалась чудесного вида местность, которую можно было спутать с крохотным жилым районом. Причем очень уютным и опрятным. Несмотря на ночь, все было залито ярким светом мощных уличных фонарей. В центре возвышалось массивное трехэтажное здание с шикарным подъездом. Вокруг дороги, ведущей к нему, рядками стояли аккуратно подстриженные кустарники, растущие на ровном, как ковер, газоне. Сам здание ничуть не напоминало мрачную секретную контору, а было больше похоже на гостиницу с курортной открытки. Красивое, величественное, строго, но со вкусом оформленное. Свернув с центральной дороги, Катя вывела машину на боковую, усыпанную щебенкой, и объехала здание. В задней части этого комплекса обнаружились въезды для машин, спускающиеся под землю. В один из них мы и заехали. Вырулив на подземную стоянку, Катя остановила машину и заглушила двигатель.


— Сейчас подождем, тебе пропуск сделают, — пояснила она, — Ты же у нас еще не числишься. Да и по коду регистрацию проведут. Первый раз, кстати! Самой интересно.


К машине сзади подошли трое. Еще не успев увидеть их, я услышал властный голос:


— Выходите. Катя, ко мне в кабинет. А этого в камеру!


В ту же секунду дверь с моей стороны резко распахнулась, двое крепких парней выволокли меня из машины, поставили на ноги и крепко взяли за руки с двух сторон. Передо мной стоял Андрей Николаевич Бонд. Живой. И выглядел он относительно молодо и свежо, по сравнению с тем, которого я видел в горящей машине.


— Вот и все, сынок, — улыбнулся он знакомой волчьей улыбкой и махнул рукой, — Уводите!

Показать полностью
46
Человек, который хотел все исправить. #40
14 Комментариев в Авторские истории  

Глава 1 ... Глава 39

-------------------------



Глава 40



Место аварии было оцеплено в радиусе пятидесяти метров. Там были все: полиция, скорая, пожарная машина и еще парочка без опознавательных знаков, но явно из какого-то важного ведомства. Разумеется, к оцеплению я даже подходить не стал. Посмотрев издалека на скопление людей вокруг помятой машины, я тихо спросил вслух:


— Где искать Катю?


— Давай через дворы домов справа, — незамедлительно ответил Голос, — Там ее машина, в ней еще тот, кривоносый. Но он, узнав об аварии, побежит на место, а Катя останется. У них там мобильный пеленгатор, они обследовали район на наличие аномалий. Через несколько минут ее отзовут в Корпус. Но мы должны успеть.


Пока он говорил, я успел пробежать ряд домов, перемахнуть через покосившийся ржавый забор и оказаться на параллельной улице. Здесь был длинная двухполосная дорога, вдоль обеих сторон которой высились дома. У тротуара справа стояли припаркованные автомобили. Много автомобилей. Я растерянно огляделся.


— Красный седан «Рено», — тут же прозвучала подсказка, — Не туда смотришь, с другой стороны.


Наконец, я увидел нужную машину в паре десятков метров от себя. Ее двигатель не работал, а при скудном уличном освещении трудно было понять, есть ли кто в салоне.


— Та машина?


— Да, та, — подтвердил Голос, — Сейчас все делай так, как я скажу. Это самый сложный момент. Помни, что она тебя еще не знает.


— Просто подойти?


— Значит так. Замки в машине закрыты. Катя вся в работе, видит только свой планшет. Дернешь ручку – она посмотрит на тебя, потом долго придется объяснять, что ты за тип. Не делай так. Подойди со стороны пассажира, встань вплотную к двери. Пару раз стукни по крыше и скажи: «Катюха!», ничего больше. Это рабочий вариант. Дальше повторяй мои ответы.


Я подошел к машине сзади, неслышно обошел ее, встал у передней пассажирской двери. Из салона можно было увидеть разве что часть моего торса. Легонько стукнув костяшками пальцев по крыше, я неуверенно произнес:


— Катюха?


Замки в дверях легонько щелкнули. Ого, сработало!


— Достань ключ от тачки Бонда и садись.


Команды Голоса были четкими, ничего лишнего. Очевидно, не в первой он усаживал своего подопечного в эту машину. Сжав в руке брелок, я открыл дверцу и сел в кресло. Катя даже не взглянула на меня. На руле был закреплен планшет, и девушка была полностью поглощена изучением информации с него. Экран ярко освещал ее сосредоточенное лицо. Прошло несколько секунд, прежде чем она спросила, так и не глядя на меня:


— Ну, что там?


— В машине был Андрей Николаевич. Он мертв. Ретенсер у меня, — я слово в слово повторил прозвучавшую в голове подсказку.


Катя, наконец, повернулась в мою сторону. Сощурившись, пригляделась. Затем подняла руку, включила лампу на потолке. Салон машины наполнился неожиданно ярким светом. Глаза девушки расширились, она испуганно вжалась в кресло.


— Кто вы? Где Игорь? — нервно спросила она, имея в виду, конечно, своего напарника.


Я ждал подсказки от Голоса, а он молчал. Пауза затянулась. Девушка отстегнула ремень и приоткрыла дверь со своей стороны. Не выдержав, я произнес:


— Говори блин!


Конечно, это выглядело странно, но как я еще мог обратиться к Голосу? И он ответил:


— У нас есть целых восемь минут, пока ей позвонят. Давай пока сам, нравится мне этот момент неловкости.


Ну, не сволочь? Я услышал, как он буквально давится смехом. Нашел время развлекаться. Стараясь не пугать девушку еще больше, протянул ей руку, собираясь отдать ретенсер. В ответ прямо у моего лица молниеносно появились ее тонкие пальцы, сжимающие газовый баллончик.


— Гелевый! Только в больнице отмоешься! — быстро пролепетала она.


Не смотря на страх в голосе, я ни секунды не сомневался в решимости девушки. Поэтому на всякий случай зажмурился изо всех сил и замер, боясь получить жгучую струю в лицо. «Гхы-гхы-гхы!» — раздался в голове смех. Я еле сдержался от гневного комментария. Вместо подсказки, Голос глумился:


— Если она пшикнет этой дрянью, ты будешь валяться возле машины и жалобно скулить. Такая ржака, жаль на видео записать нельзя!


Мысленно обложив его матом, я попробовал сосредоточиться. Приоткрыв один глаз, я сморщился еще больше, превратив свое лицо в пересохший изюм. Наверное, так оно и выглядело со стороны, потому что губы на лице Кати неожиданно дрогнули. Она едва сдержала улыбку. Не самая плохая реакция, это радует. Все еще держа руку вытянутой, я медленно разжал пальцы.


— У меня то, что вы ищите. Ретенсер. Вы не подумайте, мне ничего не надо. Я никоим образом не причастен к аварии. И я…


Катя оборвала мой словесный поток, схватив ретенсер. Быстро взглянув на него с обеих сторон, она расстегнула кармашек куртки на груди и спрятала туда брелок. Баллончик все еще был в опасной близости от моего лица.


— Кто вы? — вопрос был простым и сложным одновременно.


— Меня зовут Игорь…


— Я не собираюсь с вами знакомиться. Кто вы?


— А, в этом смысле? Тогда я, как бы это правильно сказать, жертва вашего эксперимента.


— Какого? — в ее строгом голосе наконец появилась нотка интереса.


— Прыжки во времени, или перемотка, не знаю, как у вас называется все это дело. Маленький ретенсер, большой ретенсер, вот это все.


— Откуда вы про них знаете?


— Да ниоткуда, ты сама про это рассказывала! — не выдержал я, — Кинотеатр там, сеансы свои-чужие. Все смотрят, а я пересматриваю один фильм по пять раз. А можно уже баллончик убрать?


Было видно, что последними словами я ее сильно удивил.


— А, да, — растерянно произнесла Катя и опустила руку с баллончиком.


И тут в дело включился Голос:


— Ну, значит в этот раз веселухи не будет. Прошел по минному полю, хвалю! Что ж, теперь давай ускорим процесс. Скажи ей: «Даже в вечности нельзя продлить мгновенье». А потом: «Код пять ноль ноль два».


Звучало как бред. Я даже сначала подумал, что Голос снова пытается спровоцировать меня на что-то, что испугает девушку, и она все-таки зальет мне лицо жгучим гелем. Но в этот раз голос Голоса (хм, какая забавная тавтология) был вполне себе серьезным, без ужимок и усмешек. На всякий случай, снова зажмурившись, я произнес:


— Даже в вечности э-э.. — от волнения запнулся, — нельзя продлить мгновенье.


— Что-о-о? — Глаза девушка расширились настолько, что казалось, сейчас выпадут из орбит. Газовый баллончик наконец исчез в ее кармане. Значит, не подстава от Голоса, уже хорошо.


— И это, — уже более уверенно продолжил я, — Код пять ноль ноль эм…


— Два! — услужливо подсказал мой второй я.


— Да, пять, ноль, ноль, два!


Хотел бы я парой фраз производить на девушек такое же впечатление, какое сейчас на Катю. От испуга и напряжения на ее лице не осталось и следа. Вместо этого оно теперь выражало крайнюю степень удивления и… Восхищения? Восторга? Наконец, она смогла взять себя в руки и произнесла:


— Откуда вы знаете коды?


— А что это за… — я начал задавать вопрос, но не успел.


Голос прервал меня на полуслове, быстро все объяснив:


— Это у них специальные секретные фразы для тех, кого будут отправлять в прошлое. Чтобы человек из будущего не доказывал целый день, что он в самом деле оттуда.


— А что за удивление? — быстро сориентировался я и поменял вопрос, — Ты сама мне и сказала их. Потом, через несколько дней.


— Чего ты порешь отсебятину-то? Ничего она тебе не говорила, — упрекнул меня Голос.


Девушка все еще пребыла в состоянии легкого шока. Потерев лоб, она глянула на экран планшета, затем снова повернулась ко мне:


— Если вы знаете обе кодовые фразы, значит вы точно оттуда. Значит, это мы вас отправили. А для чего?


Вновь вмешался Голос:


— Скажи ей, чтобы спасти Бонда! Только так! Пока мы нашли правильный ответ, твои предтечи страданули как надо.


Я не стал с ним спорить и сказал:


— Вы отправили меня, чтобы спасти Андрей Николаича. Который погиб несколько минут назад в странной аварии. Ты еще не в курсе, тебе чуть попозже сообщат.


В голове прозвучала похвала: «Молодец!». И в этот момент из колонок в машине раздался мелодичный короткий сигнал, после чего молодой женский голос произнес:


— Екатерина Павловна, у нас ЧП! Андрей Николаевич, возможно, погиб. Игорь на месте, контролирует ситуацию. К нему отправили первую оперативную группу. Вам надо срочно вернуться в Корпус.


Закусив губу, Катя посмотрела на магнитолу в машине, затем на планшет и вновь – на меня. В ее глазах читались десятки вопросов. Чувствуя, как неожиданно становлюсь хозяином положения, я уже уверенно и бодро поторопил ее:


— Ну, поехали, Катя, поехали! Надо спасать шефа!


Девушка кивнула, сняла планшет с руля и бросила его на заднее сиденье. После чего завела машину, еще раз взглянула на меня. Я с важным видом кивнул ей. Автомобиль вырулил на дорогу и, набирая скорость, помчался в центр города.


— Красавчик! — вновь похвалил меня Голос. И я был с ним согласен.

Показать полностью
39
Человек, который хотел все исправить. #39
10 Комментариев в Авторские истории  

Глава 1 ... Глава 38

-------------------------



Глава 39



Въезд на стоянку шиномонтажной мастерской, где я работал, никогда не имел ограждений, поэтому синий фургон я заметил издалека. К тому времени было уже достаточно темно, но два прожектора освещавшие площадку, развеивали любые сомнения – это был автомобиль «ТрансТелекомСервиса». Он стоял перед самым входом в наш рабочий вагончик, полностью закрывая собой дверь. Агентов видно не было, но я был уверен, что они уже внутри. Я не стал выходить на освещенное пространство, предпочитая оставаться пока незамеченным. Тихо спросил вслух:


— Похоже, мы опоздали. Смотри, как шустро они прибыли.


— Это да, — с сожалением ответил Голос, — Последний «прыжок» был слишком заметным, он теперь светит как маяк на несколько километров.


Что-то в его последних словах меня смутило. Но что именно – пока не понял. На минуту воцарилась тишина. Картина у вагончика не менялась. Синий фургон все так же стоял перед ним. Снаружи никакого движения не было, да и то верно, что им делать на улице. И тут до меня дошло:


— Слушай, — обратился я к невидимому собеседнику, — Если последний «прыжок» был на несколько дней, значит, ретенсер сейчас будет перезаряжаться такое же время?


— Ну, выходит что так…


— Тогда объясни мне, как бы он сейчас помог при встрече с оперативниками?


— Не с оперативниками, а с Катей, — поправил меня Голоса.


— А Катя не оперативник?


— Катя научный сотрудник.


— Научный сотрудник, который выезжает вместе с группой для захвата?


— Не совсем так, — Голос подбирал слова, похоже, мне удалось его смутить, — Она специалист по психологической работе и…


— И тебя, похоже, обработала как надо, — перебил я его, — И возможно даже не раз.


— Я не собираюсь с тобой спорить! — раздраженно прозвучало в голове, — В любом случае мы могли все сделать как надо, а ты все запорол!


— Я так-то чуть не скопытился после прыжка, а ты мог бы и проследить за мной. Все-таки сам таким был!


— Я не обязан возиться с тобой как с маленьким ребенком!


— Ну и помалкивай тогда.


— Ну и пошел на хрен!


— Ну и всё!


— Ну и всё, да!


Очень захотелось ударить этого гада, даже пальцы сами собой сжались в кулак.


— Давай, давай, прям в глаз! — подначивал меня Голос.


Поняв, что это глупо, я, сжав губы, легонько ударил кулаком в стоящий рядом столб.


— Вот, то-то же! — прозвучал комментарий в голове, — Я бы тебе тоже хорошенько двинул, да не могу. А ты можешь, но тоже э-э… Не можешь. Ситуация, да?


И он особенно мерзко захихикал. Вот же скотина какая.


Звук хлопнувшейся автомобильной двери разом сбил с нас воинственный пыл. Похоже, агенты закончили поиски. Словно в подтверждении моих слов, двигатель микроавтобуса завелся и тихонько заурчал на холостых оборотах. Включились фары. Еще раз хлопнула дверь. Кто садился в автомобиль, видно не было, все происходило с противоположной от меня стороны.


— Чего делать-то? — спросил я у Голоса.


— Пусть уедут сначала, потом решим. К этим соваться нельзя.


Зажглись фары, микроавтобус неспешно начал выруливать со стоянки. Я отошел подальше от дороги и отвернулся, ожидая, пока он проедет мимо. Выждав еще полминуты, поспешил к вагончику.


Дверь была заперта, и замок на ней оказался целым. Аккуратно работают «связисты». Отперев дверь, я вошел внутрь, включил свет. Все было на своих местах, хотя наше рабочее помещение было так захламлено, что даже если здесь устроить небольшой погром, разницы заметно не будет. Я бегло осмотрел место, где свалился без сознания после перемещения во времени. Конечно же, ретенсера не было.


— Эй, Голос?


— Чего тебе?


— Что ты молчишь-то? Говори, что дальше делать, ты же командир.


— Не знаю я что дальше, — мне снова явственно послышался его вздох, — Периодически случаются ситуации, открывающие новые пути. Вот сейчас как раз такая.


— А что с Катей? Для чего нужно было встретиться?


Голос не отвечал. Я посидел в тишине пару минут, затем повторил вопрос. На этот раз он ответил, при этом обращаясь словно не ко мне, а к самому себе:


— Да впрочем, какая уже разница. Сотая попытка накрылась, как и все остальные…


— Эй, ты меня слышишь вообще?


— Да слышу, слышу.


— Так чего ты там бубнишь, на вопрос ответь? Зачем нужна была встреча с Катей?


— Затем, чтобы ты отдал ей ретенсер, а она вернула мне тело.


— Нормально! А я?


— А что ты? — ответил Голос, — Тебя нет. Ты воспоминание.


— Это с какой стороны посмотреть. Я вот считаю, что это тебя нет. Ты всего лишь голос в голове. Как ни крути, а я более реальный.


— Ну да, ну да… — слишком легко согласился он.


— Мне хочется остаться самим собой, а не подарить тебе свое тело. Я уже побыл без него, лучше и правда сдохнуть.


— Вот! А представляешь, какого мне?


— Слушай, а как ты, ну, возвращаешься? Если верить, что я твоя сотая попытка, значит, ты должен как-то возвращаться?


— В том-то все и дело, — вновь пространно ответил он, — В том-то все и дело…


Похоже, никаких пояснений я от него не добьюсь. Но, неожиданно, он вдруг сказал:


— Из всего гребаного Корпуса только Катя желает решить проблему так, чтобы я остался цел. Всех остальных вполне устраивает вариант, в котором я умираю. А я не хочу умирать. Понимаешь?


О да, тут я его понимал. Еще как! Голос продолжил:


— Ты не представляешь, каких трудов стоило установить контакт с ней и найти варианты, при которых она согласилась помочь.


— Погоди, — я перебил его, — То есть вы уже пробовали что-то сделать с ней?


— Да, но до конца дело ни разу не дошло. Всегда что-то мешает.


— Что нужно сделать?


Голос помолчал, что-то обдумывая. Затем, решив, что скрывать уже нечего, заговорил:


— Если кратко, то нужно сломать мелкий ретенсер. Но не ресколотить молотком и не сжечь. Это ничего не исправит. Эта дьявольская штука после первого запуска стала копией самой себя и любой способ ее разрушить приводит лишь к тому, что где-то, хрен его знает где, срабатывает ее оригинал. В результате снова запускается эта чертова петля, ну, и с каждым разом появляются все эти копии, и… А, к черту! Я так и не смог запомнить все Катины пояснения. Там редкостная бредятина, чтоб понять все, надо иметь мозг размером с тыкву. Но, вроде как, если сломать ретенсер, то этот геморрой прекратится. Теоретически, ты останешься сам по себе, если выживешь, конечно. А я отправлюсь в «точку ноль». Если выживу, конечно.


Меня внезапно осенило:


— Погоди, я, кажется, знаю, что нужно сделать!


— Ох, посмотрите, какие мы умные! — Голос был полон сарказма, — Давай, расскажи мне, как ты придумал засунуть малый ретенсер в большой и таким образом его спалить.


— Бл..! — я ругнулся от неожиданности, — Как ты узнал?


— А ты что, реально считаешь себя самым умным? Ты не забывай, что я – это ты через много, очень много, дней. И все что ты придумал, я придумал еще раньше.


— Но это же сработает? Мой телефон сдох при первом же «прыжке».


— Вот и я так же решил. Но проверить до сих пор не смог. До сих пор, представляешь? Каждый раз что-то мешает. Сегодня вот ты…


— Значит, мне надо попасть в Корпус? — перебил я его.


— Угу. А провести туда тебя может только Катя. А чтобы сделать первый шаг в этом квесте и добиться ее расположения, нужно отдать ей ретенсер. А ты его благополучно…


— Катя где-то там, у машины Бонда, да? — вновь перебил я его.


— Да, должна быть, если уже не ушла. Она после аварии долго не задерживается, ее срочно отзывают в Корпус, чтобы попытаться спасти Бонда. Ну, там свои заморочки, ничего не выйдет, спасти его можешь только ты. Впрочем, это не важно.


Не говоря больше ни слова, я выбежал из вагончика и вновь побежал к подземному переходу. Пробегая мимо одного из домов, я услышал старческий крик из темноты подъезда:


— Ты чего здесь бегаешь туда-сюда, наркоман проклятый? Я сейчас милицию вызову!


Не сбавляя темпа, я бежал дальше. И никто меня не мог остановить. Голос сначала держался, давая понять что все мои действия ему заранее известны, но в конце концов не выдержал и спросил:


— Чувак, а ты куда, собственно, говоря, бежишь?


— К… кх… К Кате, — задыхаясь, но стараясь не сбить дух, ответил я.


— А зачем? Что ты можешь ей предложить?


Вместо ответа я крепко сжал лежащий в кармане ключ от автомобиля Бонда.


— О-оу! — впервые в интонации Голоса было удивление, — Понял, понял! Нормуль, нормуль!

Показать полностью
42
Человек, который хотел все исправить. Глава #38
8 Комментариев в Авторские истории  

Глава 1 ... Глава 37

-------------------------



Глава 38



В этот поздний час на улице, по которой я стремительно передвигался, было удивительно тихо. Звук моих шагов эхом разлетался средь сонных домов. Стремительный бег казался неуместным в этом спокойном спальном районе.


В том, что я стремлюсь в очередной раз в точку, где все началось, было что-то безумное и, вместе с тем, неизбежное. Казалось бы, чего проще, остановись и просто не мешай ходу Времени. Пусть то, что должно случиться, пройдет без твоего участия. Пусть эта проклятая машина сгорит вместе с Бондом и этим дьявольским устройством, которое завернула твою жизнь в бараний рог. Но нет! Я бежал именно туда и именно для того, чтобы вновь исполнить свою роль. Мне вспомнилось, как Игорь, тот, чье тело я занял, в последние пару дней совершал нелогичные и непонятные для окружающих поступки. Он просто шел по намеченному курсу, совершенно утратив волю и, похоже, даже не осознавая, что и зачем делает. В отличие от него, я отдавал отчет своим действиям, но спросите меня сейчас: «Зачем ты это делаешь?» — и ответа у меня не будет. Самым большим моим желанием было разорвать эту бесконечную спираль событий, в которой я запутывался все больше и больше. И вместе с тем было четкое понимание, что не я породил ее, а она меня. То состояние, в котором мне приходилось сейчас находиться: в чужом теле и с Голосом в голове, было следствием всех произошедших событий. Временная аномалия – причина, а я – следствие. Устранив первое, автоматически уничтожу второе. Таково было мое состояние в тот момент. Человек, спешащий вновь запустить механизм своей вечной пытки, при этом горячо желая его сломать.


Все время, пока я бежал, Голос помалкивал. Лишь пару раз бубнил что-то вроде «Быстрее, быстрее». Запыхавшись, я свернул за последний угол и увидел подземный переход. Успел: машины еще не было. Переведя дух и держась за бок, в котором кололо, я пошел дальше уже обычным шагом, поглядывая наверх. В этот раз решил не спускаться в переход, а посмотреть, как все случится. Стоял метрах в тридцати от края насыпи, по которой шла автотрасса и с этого места мне были видны лишь крыши автомобилей, проезжающих в левом ряду.


Все произошло в тот момент, когда мне пришло в голову забраться наверх, к дороге, чтобы в подробностях узнать, как произошла авария. Только я об этом подумал, как услышал глухой резкий удар и визг тормозов. В следующее мгновенье появилась вылетающая с трассы машина. Она начала переворачиваться уже там, наверху. С силой ударив в металлический отбойник, ограждающий дорогу, смяла его и полетела вниз. Еще секунда, и помятый автомобиль с жалобным скрежетом упал на ступени подземного перехода. Трасса наверху неожиданно опустела.


— Ну, хорош смотреть, — прозвучал голос в моей голове, — Лезь в машину.


В этот раз я не стал предпринимать попыток вытащить Бонда, а сразу полез за ключом. Вытащив его, выбрался из салона и в нерешительности замер, глядя на брелок в руке.


— Давай, жми!


В интонации Голоса я услышал что-то похожее на насмешку. И все еще не решался нажать на кнопку. Что будет дальше? Я отменю аварию и просто пойду домой? А завтра ограблю магазин? А послезавтра напьюсь до обморочного состояния? А что потом – Голос в моей голове вычеркнет меня из этой истории и все, наконец, закончится?


Чувствуя мое смятение, Голос решил подбодрить:


— Не тормози, дружище! Все будет хорошо, точно тебе говорю.


Я смотрел на руку, которая начала мелко трястись. От осознания неизбежного прошиб мелкий пот, и пробирала дрожь. Голос продолжал:


— Смотри, Бонд сейчас начнет поджариваться! — пламя и в самом деле уже облизывало нижнюю часть авто под капотом, — Ты же не можешь этого допустить?


Становилось жарковато. Причем во всех смыслах этого слова. Я отступил на шаг от машины. Голос не отставал:


— Слушай, мы просто тратим время. Все равно ты ее нажмешь. Поверь, ты не первый мой, э-э, напарник. Я здесь уже в шестьдесят-какой-то-там-раз. И каждый раз приходится уговаривать. Представляешь, как это бесит?


Я попытался понять смысл его слов. То есть, я далеко не первый, кого он пытается заставить пройти весь этот круг еще раз? Но как? Кто же он, черт возьми?


— Жми, давай! — внезапно рявкнул Голос, — Сейчас салон загорится.


Нервы не выдержали, рука дрогнула и я, зажмурившись, нажал на кнопку. Раздался тихий щелчок. И ничего более. Все так же ощущался жар пламени. Я открыл глаза и убедился, что ничего не изменилось. Горящая машина по-прежнему лежала на боку рядом со мной. Я посмотрел на брелок в ладони. Еще раз нажал кнопку. Ничего! Для меня это стало шоком.


— Вот это поворот, да? — Голос был очень довольным.


— Но почему? — я продолжал ошарашено смотреть на ладонь с лежащим на ней ретенсером.


— Что почему?


— Почему он не работает?


— Потому что тот, что работает, лежит у тебя в кармане.


Я начал шарить по карманам, но ничего не находил. Голос, тем временем, снова начал командовать:


— Ты машину то потуши, не будь засранцем! Потом займешься своими делами.


Спохватившись, я подбежал к багажнику. Он был приоткрыт - очевидно, тут брелок как раз сработал. Распахнул его и к ногам тут же посыпались какие-то коробки и пакеты. Голос прокомментировал:


— Тут можешь даже не рыться, ничего интересного. Это все детали от оборудования, которое перевозили в Корпус. Тебе ценности не представляет. Огнетушитель там, у правой стенки, пристегнут жгутом на липучке.


Красный пухлый бочонок действительно нашелся в указанном месте. Сдернув его с держателя, я оббежал машину. Остановился у капота, выдернул колечко и нажал рычаг огнетушителя. Широкая белая струя с шипением ударила в пламя, сходу сбивая и гася его. Не прошло и нескольких минут, как с пожаром было покончено. Довольный собой, я громко выдохнул, утер пот и снова полез в салон, но Голос остановил меня:


— Да брось ты его. Он умер. Причем еще до того, как сюда свалился.


Я замер. Посмотрел на постаревшего Бонда, бесформенным мешком лежащего на водительской дверце. Сейчас, весь усыпанный мелкими осколками стекла, залитый смесью из огнетушителя, он и правда больше был похож на причудливую восковую куклу, чем на человека. Меня охватила злость. Выбравшись из машины, грубо спросил:


— А какого хрена ты меня гоняешь туда-сюда, если это его не спасет? Какой смысл был тушить его?


— Не люблю, понимаешь, когда горелым мясом воняет. А он дюже вонюч, поверь мне!


Эта сволочь в голове откровенно надо мной издевалась. Я сплюнул и отошел от машины. Голос решил не сориться и миролюбиво заявил:


— Да ладно, чего ты. Разве тебя не греет осознание того, что ты попытался совершить доброе дело?


Не дождавшись ответа, он вновь стал серьезным:


— Окей. Так, должен тебе сказать, что в дальнейшем количество возможных вариантов сильно сужается. Ты же понимаешь, что чем дальше мы с тобой идем, тем более уникальным становится наш путь. Наш – это меня с тобой. И я очень надеюсь, что ты, наконец, окажешься тем, с кем получится найти правильную дорогу.


— А если не получится, что будет? Что стало с остальными, которые были до меня? — задал я терзающий меня вопрос.


— Ну, там по-разному бывало, — уклончиво ответил Голос, — Но лучше нам попытаться сделать все как надо.


— Что именно сделать? Хватит говорить загадками!


— Да если б я знал. Открою небольшую тайну, только не падай. Ты у меня юбилейный – сотый!


— Как это?


— Ну, до этого было девяносто девять неудачных попыток. Очень хочу надеяться, что число «100» в этом плане окажется удачным.


Я промолчал, переваривая новую порцию информации. Всего за несколько дней меня провели через несколько состояний: человек, бесплотный дух и теперь вот непонятно кто. Попытка номер сто. И как к этому отнестись?


Где-то далеко послышался вой сирен. И снова Голос принялся руководить:


— Ну, все, хорош нюни распускать. У нас все получится! Я верю, и ты верь. Итак, сейчас у нас по плану встреча с Катей. Ретенсер держи при себе, его надо использовать в нужный момент. Полтора десятка неудачных попыток, пока понял, как выкрутиться, прикинь? Так что не запори все.


Не отвечая ему, я вновь принялся шарить по карманам в поисках ретенсера. Но его там не было! Тот ключ-брелок, что был в машине, до сих пор лежал в руке, но, как уже выяснилось, он был бесполезен. А другой, о котором упоминал Голос, пропал. Я шарил по карманам, напрягая память, когда последний раз его видел. У себя дом в коридоре, покрутил отверткой, собрал, нажал кнопку. И все. Потом шиномонтажка, там отключился, затем рванул сюда. Голос все понял по моим движениям, ему не нужно было читать мои мысли. Впервые его тон перестал быть спокойным, и он зазвучал громче обычного:


— Ты что, не подобрал его?


— А где я должен был его подобрать? — удивился я.


— На полу в шиномотажке! Ты же там провалялся сорок минут, баклан!


— А ничего, что я не просто так отдыхал, а в обморок грохнулся, — я отметил, что Голос был взбешен, и меня это обрадовало, — А ты, такой умный и всезнающий, как пропустил этот момент?


— Ты всегда брал его! Всегда! На полном автомате, поднимался, запихивал его в карман и потом только начинал обтирать кровавые сопли с лица! Ни хрена теперь не выйдет, без ретенсера тебя опять отправят в Корпус, придурок бл..! — выругался Голос. Он был очень раздражен.


— Не ори! — я тоже начал заводиться, — Ты не забываешь, что ты – это я? Это к вопросу о придурках.


— Короче. Беги отсюда, здесь сейчас будут и менты и фэбосы и оперативники Корпуса. Потом ругаться будем. Давай махом в шиномонтажку. Без ретенсера шансов нет.


Не смотря ни на что, тут я с ним был согласен. И снова несся, что есть духу по пустынным улочкам, только теперь в обратном направлении. В голове печально вздыхал Голос:


— Господи, ну с какими идиотами приходится работать… Как же вы меня все заколебали.

Показать полностью
53
Человек, который хотел все исправить. #37
18 Комментариев в Авторские истории  

Глава 1 ... Глава 36


-------------------------


Глава 37

Я решил послушаться внутреннего голоса и побежал в коридор. Нашел набор отверток и принялся разбирать брелок прямо там же, в коридоре. Из-за двери доносились громкие визжащие звуки вгрызающегося в металл сверла. Сначала не понял, что именно надо крутить, но Голос подсказал:

— Заднюю часть надави пальцем и сдвинь.

И правда, с легким щелчком задняя панель брелока отделилась и открыла небольшой отсек, в котором находилась батарейка и, чуть сбоку, шляпка винта.

— Откручивай, — продолжал командовать Голос, — Затем осторожно раздели две половинки. Смотри, чтобы ключ из корпуса не выпал, он тут что-то типа антенны.

Я выкрутил винт, вытряхнул его на ладонь и тут же выронил – тряслись руки. Крохотный черный винтик едва слышно стукнулся об пол, отскочил и тут же исчез. Я вслух выругался. Мне его никогда не найти, а дверь вот-вот вскроют. Предвосхищая мой вопрос, Голос сказал:

— Нет, этот винтик не важен. Но, если что, он под тумбочкой, сразу за ножкой.

После такой подсказки мне удалось найти мелкую пропажу практически сразу. Только засунул руку под тумбу, и пальцы нащупали винтик. Я аккуратно положил его на видное место и принялся разъединять брелок на две половинки.

— Ты, главное, не торопись. У тебя еще есть пара минут. Там хитрая защелка, просто сдави пальцами лицевую сторону с обеих сторон. Ага, вот так.

Голос комментировал мои действия настолько буднично и спокойно, что, волей-неволей, и мое напряжение стало потихоньку спадать. Наконец между двумя половинками появилась щель.

— Вот сейчас очень аккуратно! — предостерег меня мой внутренний собеседник, — В этом месте у тебя часто все рассыпается.

Я замер, выдохнул и аккуратно раскрыл черный пластиковый корпус. Раздалось тонкое «динь» и мимо моего лица что-то пролетело. Тут же последовал комментарий:

— Ай, это пружинка, которая ключ выталкивает. Даже не пытайся ее найти. Я пару раз ради интереса пробовал, но так и не выяснил, куда он улетает. Ключ теперь не будет сам выдвигаться, да и черт с ним.

Две половинки брелока лежали у меня на ладони. Одна, по сути, являлась крышкой с круглым отверстием под батарейку. Во второй же размещалась компактная электронная плата с микроскопическими деталями.

— Так, Игорек, теперь бери отвертку, вон ту, вторую слева, — Голос подождал, пока я выполню команду, — А теперь смотри на плату, внизу слева видишь нарисованный круг с полоской? Это ни фига не рисунок. Это регулятор, который можно крутить отверткой.

В этот момент из двери раздался жуткий скрежет, после чего все стихло. Я испуганно посмотрел на нее. Голос поспешил меня успокоить:

— Не боись! У Петровича сверло заклинило. Он его сейчас еще три минуты выбивать будет, но учти, как выбьет – дверь откроется.

— Петрович? Это кто? — задал я, несомненно, самый важный в данной ситуации вопрос.

— Слесарь местный, в соседнем подъезде живет. А, впрочем, ты с ним не встретишься, мы эти варианты даже пробовать не будем.

— Какие варианты? И кто это – мы?

— Мы – это ты и я. Ну, по сути, это только я. Потому что ты, это тот же я, только малость в предыдущей версии. Ты давай, отверточку-то в паз ставь! — несмотря на несмолкающую болтовню, Голос четко контролировал мои действия, — Сейчас нужно убежать. А поговорим попозже.

Я послушно ткнул отверткой в указанное место. Чуть шевельнув, вроде бы смог нащупать едва заметную бороздку. И сразу же услышал следующую подсказку:

— Теперь аккуратно крути против часовой стрелки шесть полных оборотов и потом еще примерно на одну треть. Лучше чуть перекрутить, чем не докрутить. Нам лишние прыжки не нужны, ну ты в курсе.

Из-за двери раздались резкие и громкие удары молотка. Я не отвлекался. Когда команда была выполнена, Голос продолжил:

— Поздравляю! Ты теперь умеешь настраивать этот проклятый девайс! Теперь давай собирай все обратно, а то он в таком виде не работает.

— А что я только что сделал? — собирая корпус, спросил я.

— Увеличил длину прыжка с десяти минут до трех с лишним суток. Я считаю, что, если бежать, так бежать конкретно и далеко. А ваши эти скачки десятиминутные, это все баловство.

Переваривая обилие новое информации и впечатлений, я собрал брелок, вкрутил крохотный винтик, и задвинул декоративную панельку. Ради любопытства нажал на кнопку, которая выдвигала ключ – безрезультатно.

— Если потрясти, то он вывалится, — Голос комментировал любое мое действие, — А вообще забей. Не покататься тебе в той машине.

Все это время я стоял в коридоре на коленях и только сейчас обратил внимание на то, как затекли ноги. Встал, размял их немного. Посмотрел на дверь, из внутренностей которой раздавались причудливые звуки. Когда мой наставник произносил следующую фразу, мне, ей-богу, показалось что он зевнул:

— Ну, все, чего смотришь? Сейчас Петрович еще пару раз стукнет молотком, потом громко поматерится, и где-то секунд через двадцать дверь откроется. Первым войдет участковый, за ним еще один из полиции, потом Петрович, но его почти сразу прогонят. Это если ты встречать их с распростертыми объятиями будешь. А если в драку полезешь, так они тебя втроем скрутят.

Он так буднично пересказывал варианты событий, что я невольно заслушался.

— А иногда ты в окно прыгаешь. Но тогда или коленом на обломок кирпича, или рукой в собачье дерьмо, под которым острый кусок ржавой жестянки, или спину прострелит. Ну, с различными вариациями, но что-то одно из трех. При любом раскладе не убежишь, поймают и побьют маленько.

С интервалом в полсекунды раздались два сильных удара молотком по железу. Внутри двери что-то со звоном обвалилось. Голос, как ни в чем не бывало, продолжал:

— И мебелью мы в них кидались, и денег предлагали, и сумасшествие симулировали. Особенно люблю, когда ты в драку лезешь, — он внезапно хихикнул, — Тебя с одного удара вырубают. В челюсть тебе прилетает справа. Но это знание никак не спасает, ты все равно пропускаешь удар.

В этот момент дверь начала открываться. Я сделал шаг назад. Не меняя интонации, мягко, спокойно, словно читая книгу ребенку перед сном, Голос сказал:

— Поэтому давай обойдемся без всякой самодеятельности и просто сделаем, как надо. Ну, и чего ты ждешь? Давай, жми кнопку.

Я незамедлительно выполнил команду. В последний момент перед тем, как сработал ретенсер, успел увидеть лицо участкового за распахивающейся дверью. И услышать веселое «Уиииииииииииииииии!» от Голоса в голове. Словно он не во времени перемещался, а летел по рельсам на американских горках. Похоже, я во всех своих версиях немного того… Вспышка.

Шиномонтажка. Тот самый вечер. Это все, что я успел понять. В голове стоял даже не шум, а ужасный гул. Перед глазами расплывались фиолетовые круги. Кровь шла из носа и ушей. Кроме того, онемел язык во рту и отнялись ноги. Я рухнул на пол. Откуда-то издалека, словно из другой вселенной, донесся тихий голос:

— Полежи, дружище, просто полежи. Примерно полчасика у тебя есть. Все пройдет…

Возможно, он говорил что-то еще, но в этот момент я потерял сознание.

Позже Голос привел меня в чувство. Кричал, как заведенный «Подъем! Подъем!», пока я не открыл глаза. Голова болела, но не смертельно. И еще оставался шум в ушах, а на лице запеклась кровь. Но в целом все было не так уж и плохо, по сравнению с моментом сразу после «прыжка».

Я посмотрел на часы, висящие на стене: 22:00. Надо же, какая пунктуальность. Кажется, в этот момент у меня должны были пикнуть часы на руке, но их давно уже не было. Кряхтя, я поднялся, взял первую попавшуюся тряпку и начал обтирать лицо. Но Голос снова командовал:

— Брось ее на хрен, времени в обрез! Чутка не довернул ты отверткой. Надо бежать.

— Куда? — спросил я, выходя из вагончика.

— А то ты не знаешь! Беги, давай! Пора уже с этим заканчивать.

И я побежал.


Показать полностью
50
Человек, который хотел все исправить. #36
18 Комментариев в Авторские истории  

Глава 1 ... Глава 35

-------------------------


Глава 36



Проснулся я часов в десять утра. С диким похмельем, жуткой головной болью и ломотой во всем теле. Сжав руками голову, простонал:


— Боже, никогда больше не буду так пить!


Звук собственного голоса сначала озадачил, а потом вдруг до меня дошло. Сейчас мои слова не были неслышным эхом в чужом сознании, они прозвучали в реальном мире. И мои руки – я поднял перед собой ладони – они двигаются так, как я хочу! Все еще боясь поверить, я аккуратно сел в кровати. Повернулся в одну сторону, в другую. Затем и вовсе встал, и сделал пару шагов. Меня мутило после вчерашнего, все еще покачивало и немного шатало из стороны в сторону. Но, парадоксальным образом, я безумно радовался этому отвратительному состоянию. У меня снова было тело! Я его ощущал в полной мере, я им управлял. На радостях начал крутиться и желудок тут же среагировал. Я побежал в туалет, упал на колени перед унитазом и минут пятнадцать освобождал организм от вчерашнего пережора и перепоя. Блевал и утирал слезы радости.


Освободившийся желудок успокоился, и в целом мне стало значительно лучше. Прошла тошнота и неприятные ощущения. Я стоял в ванной, чистил зубы, смотрел на себя в зеркало и думал об Игоре. О том, Игоре, который до сегодняшней ночи был хозяином тела. В которое я так бесцеремонно вторгся и захватил. Нет, конечно, это было мое тело, но тот, другой я, ощущался совсем чужим человеком. Интересно, что с ним стало? Бедолага последнее время сходил с ума усиленными темпами. Следующая мысль, пришедшая в голову, внезапно поразила меня настолько, что я даже перестал двигать щеткой во рту. А что, если сумасшествие так и происходит: в голову человека вторгается другая личность и выживает хозяина. Вот жил-был человек, ничем не выделялся, а потом бац – и начинает совершать неадекватные поступки. И забирают его в дурку, потому что окружающие видят, что человек сошел с ума. А на самом деле этого человека уже нет. Есть другой, который его заменил. Да не, бред какой-то. И я продолжил туалетные процедуры.


Позже я сидел на кухне, пил свежезаваренный чай, и радовался тому, что не случилось описанное в отчете Кате. Хотя кто знает, что подразумевалось под «ликвидацией ПП». Может, они просто ошиблись?


Мои размышления за приятным утренним чаепитием прервал настойчивый стук в дверь. Интуиция подсказывала, что это полиция – больше некому. А вот память немного запуталась, пытаясь восстановить события. За какой грех меня пришли задерживать? За магазин? За банк? За нападение на полицейского? Сосредоточившись, я все-таки вспомнил, что было нападение в магазине. Всего остального пока не случилось. Быстро промотав в голове всю известную информацию об уголовном кодексе, пришел к выводу, что в магазине произошло не что иное, как разбой. А значит извинениями и обещаниями больше так не делать, обойтись не получится. Стук в дверь продолжался.


Так, что делать? Теперь я полноценный, так сказать, человек. У меня есть тело (черт, как это круто!), есть знания о будущем, есть чудо-штука. Кстати, о штуке, не потерял ли? Я аккуратно, на носочках, прокрался из кухни в коридор. Мало ли, может, там за дверью прислушиваются. Проверил карманы куртки. Ага, вот она, черная коробочка. Я вытащил ретенсер, зажал в руке. Прислонился ухом к щели между дверью и косяком. С той стороны тихо переговаривались двое.


— …не появлялся. Сказали, что сегодня не его смена.


Слова второго человека было не разобрать, он что-то спросил.


— Да, дали. Не отвечает, с утра названиваю, — ответил первый.


«Названивает он. Ну, звони, звони», — подумал я, вспомнив, что мобильный телефон приказал долго жить после первого же путешествия во времени.


В дверь снова постучали. Несколько секунд была тишина, потом голос в коридоре что-то неразборчиво пробубнил, и воцарилась тишина. Ушли? Или будут ждать? Блин, что делать-то? Повторять историю с побегом из участка очень не хотелось.


Выждав несколько минут, я открыл дверь. За ней стояли старые знакомые: участковый и следователь. По всей видимости, первый как раз снова собирался постучать в дверь – рука его была поднять, а пальцы сжаты в кулак. Похоже, они не ожидали, что дверь все же откроется и на мгновенье, как мне показалось, растерялись даже.


— Добрый день, господа полицейские! — я был образцом вежливости.


— Кхм… Здравствуйте, — участковый опустил руку и как бы незаметно поставил ногу так, что носок его ботинка уперся в дверь, не позволяя ее закрыть, — Кремин Игорь Владимирович?


— Он самый. Рад был познакомиться. До новых встреч!


С этими словами я улыбнулся и нажал на кнопку ретенсера.


Вспышка. Кухня. Стук в дверь. Я сидел за столом и смотрел на светящийся огонек на брелоке. Так, в общем, будем исходить из того, что полиция так просто не отстанет. Буду караулить под дверью, а потом может, и вовсе вышибут ее. Кто его знает, как там за подозреваемыми охотятся. Я еще раз прокрутил воспоминания о прошлом задержании. Нет, этот вариант мне не нравился. Совсем. Может, попробовать уйти через окно? Второй этаж, внизу газон, рыхлая земля, ноги, поди, не переломаю. Но вот беда, окна моей квартирки выходили на ту же сторону, куда и подъездные двери. Я осторожно приподнялся из-за стола и выглянул в окно. Заметив крышу полицейской «Газели», тут же сел обратно. Нет, окно тоже не вариант.


Следующие два часа я провел в напряжении, периодически подкрадываясь к двери и слушая, что там, в коридоре. Слышно ничего не было. Выглядывал в окно: «Газель» исчезла, но вместо нее тут же появился «Уазик», и уже никуда не уезжал.


Я предпринял еще одну попытку выглянуть в коридор. За дверь в этот раз никого не было. Но, когда, наскоро одевшись, вышел в подъезд, сразу попался. Хитрый полицейский ждал меня на лестнице между этажами. Я едва не налетел на него. Успел нажать кнопку и убежать в прошлое в последний момент. Оказался в квартире и с сожалением отметил, что негативные последствия «прыжков» никуда не делись: в ушах появился шум, правда, негромкий, а из одной ноздри потекла тоненькая струйка крови.


Сидя на краю ванны и прижимая салфетку к носу, я снова думал, как убежать и никак не мог решить эту задачу. Более того, до меня вдруг дошло, что если сейчас меня повезут в участок, то уже не будет тех благоприятных условий для побега, который были в первый раз. Тогда там шла какая-то разгрузка, и решетчатые двери на входе держали открытыми. Сейчас они наверняка захлопнутся сразу, как меня туда заведут и сбежать уже будет невозможно.


Тем временем в дверь опять постучали. И снова я тихо-тихо подошел к ней, чтобы послушать, о чем будут переговариваться визитеры. Но прислушиваться в этот раз не пришлось, так как вполне себе громко из-за двери сообщили:


— Игорь Владимирович! Откройте, полиция!


Снова стук. И дальше:


— Предупреждаю, что мы будем вынуждены вскрыть вашу дверь. Еще раз предлагаю впустить нас добровольно.


Ну вот. Значит, бежать придется не из полицейского участка, а прямо из собственной квартиры. Представил, как открывается дверь, и я прорываюсь через стоящих за ней людей. Сколько их там, интересно? Как минимум двое: участковый и какой-нибудь МЧСник с дверной «открывашкой». Но, скорее всего, больше. Нет, наверное, все-таки лучше через окно. Спрыгну и побегу сразу к гаражам за домом, там всяких закоулков много, может и удастся скрыться. А нет, так ретенсер даст вторую попытку. За дверью, тем времени, началась какая-то возня, что-то там упало на пол с металлическим стуком. Говорили о чем-то – не разобрать. У меня была самая обычная дешевая железная дверь. Им понадобится не так много времени: вырежут дырку у замка, подвигают ригели и откроют.


Значит, решено – окно. Я был одет еще с прошлой попытки сбежать через подъезд, поэтому сборов особых не было. Проверил деньги, ключи, среди которых был и тот, от квартиры товарища-моряка. Еще взял паспорт и засунул его во внутренний карман. На случай, если придется бежать совсем далеко. Спрыгну из окна на кухне, перед ним большой куст, хоть чуть скроет. Хотя, конечно, глупо надеяться на то, что удастся уйти незамеченным. Я снова осторожно выглянул в окно. Как раз в этот момент из полицейского автомобиля вышел человек в форме и закурил. Вот блин, выбрал же время. Ладно, попробую дождаться, пока назад в машину сядет. А пока, на всякий случай, я повернул защелку на окне. Теперь останется его только распахнуть и сигануть вниз. Как там учили, в армии? Ноги вместе, чуть согнуты в коленях, при касании с землей сразу валиться на бок. Тогда ничего не сломаешь. Окей, ждем. Я оглядел кухню. Взгляд остановился на деревянном держаке, в который были вставлены ножи. Нет-нет-нет, даже не думай! Больше это не должно повториться. За дверью в этот момент раздался металлический скрежет. Я облизнул пересохшие губы и снова выглянул в окно. Полицейский все еще дымил своей сигаретой. До фильтра он ее тянуть собрался, чтоли?


— Разбери брелок!


Что? Где? Кто? Я ошарашенно начал озираться, вжавшись спиной в дверцу холодильника. Голову пронзила внезапная острая боль и тут же прошла.


— Быстрее! Времени совсем нет! Возьми отвертки в тумбе в коридоре и вскрой гребаный брелок!


Теперь узнал. Это был мой собственный голос. Уверенный, волевой, голос в голове.


«Ну, е.. твою мать!», — это была единственная мысль, которую смог выдать ошарашенный мозг.

Показать полностью
41
Человек, который хотел все исправить. #35
14 Комментариев в Авторские истории  

Глава 1 ... Глава 33-34

------------------------------

Глава 35



Вот уже полчаса Игорь сидел за столиком в самом углу уютного заведения и поглощал жареное мясо, запивая его темным пивом. Парня было не узнать: живой, активный, ест со зверским аппетитом. Человек явно радовался жизни. Я ему мешать не собирался. Откровенно говоря, мне было уже на все наплевать. Ну, почти на все. Дела идут так, как было написано в Катином отчете. А, значит, завтра меня не станет. Но мне все еще предстояло помешать плану оперативников «ТрансТелекомСервиса», намеченному на сегодняшний вечер. Учитывая обстоятельства, у меня не было причин вмешиваться в предстоящий ход событий, но я все же решил, по возможности, помочь Игорю. Пусть он далеко не образец порядочности, как выяснилось. Пусть он жадина, хам и думает только о себе. Не смотря на все это, я ощущал потребность сделать что-то полезное напоследок. Просто потому, что перестал быть эгоистом.


Двери заведения распахнулись, впустив целую толпу пестро разодетых и раскрашенных людей. Это были футбольные фанаты. И зал, темный, теплый, сонный, внезапно заполнился гулом веселых голосов, засветился десятками огней, заиграл веселой музыкой, гулко застучал барабанами. Молодые и пожилые, толстые и худые, бедные и богатые – вся эта шумная толпа одной огромной семьей заполнила сразу все пространство.


К столику шел парень в красной куртке. Первый из тройки, тезка. Странно, что потом ни разу не появлялся. Катюха и Дэнчик встречались на моем пути неоднократно, а этот, с кривым носом – нет. Завидев его, я отметил тот факт, что рядом были свободные столики, но парень шел именно ко мне. В прошлый раз я таким внимательным не был. Ну, что ж, начинаем. Сейчас они будут меня спаивать, доводить, так сказать, до кондиции, в которой должен был сам все отдать.


— Зенит чемпион? — задорно спросил Игорь. Чужой.


— Конечно! — весело ответил Игорь. Мой.


И – понеслась!


Признаться, в глубине души я сожалел о том, что знаю, кто эти люди и для чего они здесь. Тогда, в первый раз, для меня они стали просто очень хорошими случайными знакомыми, с которыми прошла одна из самых ярких ночей в моей жизни. Катюха с Игорем и сейчас совершенно искренне веселились и пили так, словно находились не на боевом задании, а и правда отмечали победу любимой команды. Застенчивый Денис первое время вел себя очень настороженно, но вскоре расслабился и он. Мой же подопечный и вовсе отрывался от души. А ведь он тоже, по идее, знает, что за люди подсели к нему за столик. Хотя, чем дальше, тем больше я убеждался, что его память старательно отторгает любые воспоминания обо мне.


Веселье было в самом разгаре, народ постепенно пьянел. Я же оставался абсолютно трезвым и с интересом наблюдал за всем, что попадало в поле зрения. Тот, другой я, уже порядком надрался. У него были деньги и теперь он их с удовольствием тратил. Пил так, словно это была последняя пьянка в его жизни.


В какой-то момент случился интересный диалог с Катей. Ее друзья куда-то отлучились и она, как опытный психолог, решила использовать этот момент. Забавно выпятив нижнюю губу, она сдула растрепавшуюся челку, падающую на глаза и перегнулась через столик. Ее лицо было совсем рядом, и я уловил аромат ее духов, губной помады, пива и разгоряченной, чуть вспотевшей кожи. Стараясь говорить тихо, но при этом громче царившего вокруг гула, она спросила:


— А у тебя девушка есть?


— Неа! — весело ответил Игорь и отхлебнул пива.


— А почему?


— Потому что мне жена не разрешает!


И они вместе засмеялись над старой шуткой.


— Шучу! Я одинокий волк. Не нашел еще своей волчицы, — с пафосом заявил Игорь. Где-то в глубине его сознания я прикрыл глаза и покачал головой. Пикапер, блин, уровня «бог».


Катю, однако, фраза ничуть не смутила. Она продолжала атаку:


— И что мешает найти? Вон нас, волчиц, сколько!


— Работал я…


Дальше Игорь начал беззастенчиво врать о том, как он тяжко вкалывал на нефтяном промысле долгие годы, а теперь, буквально на днях, наконец, вернулся. И заработанного хватит на безбедную жизнь и ему и будущей девушке. Пьяная фантазия развернулась настолько, что я сам слушал его, раскрыв рот. Катя старательно делала вид, что впечатлена до глубины души. А может и правда оценила, если не финансовое положение (конечно, им было известно реальное положение вещей), то хотя бы размах вранья, которое Игорь городил для нее. Неожиданно он достал автомобильный брелок. Я напрягся. Так, шутки кончились. У меня никак не получалось вспомнить, как же в тот раз мне удалось сохранить его у себя.


— А хочешь, поехали кататься? — с этими словами он положил ключ перед ней.


Увидев ретенсер прямо перед собой, Катя прищурилась, и на мгновенье перестала улыбаться. Но, несмотря на выпитый алкоголь, девушка отлично себя контролировала. Улыбка вернулась на ее лицо, а тонкий пальчик принялся легонько крутить брелок. Поучительным тоном она произнесла:


— А пьяному за руль нельзя!


— Вот черт! Ну, давай тогда завтра покатаемся?


— А давай!


Игоря, что называется, понесло. Он увлекательно рассказывал историю про то, как на новой машине первый раз попался за превышение скорости. В подробностях описывал, как чистил салон, когда пролил дорогущий коньяк. И прочее, и прочее. Я слушал и балдел. Этот гад знал, что девушка никуда с ним пьяным не поедет, поэтому смело врал про несуществующий автомобиль. А Катя знала, что у ее собеседника есть только ключ, но с неподдельным интересом в глазах слушала его истории. Обоих абсолютно устраивал этот театр, который они разыгрывали друг для друга. И настолько здорово у них получалось, что я на какое-то время даже забыл про свои тревоги и просто с удовольствием наблюдал.


Алкоголь тем временем все больше затуманивал рассудок Игоря. Он по-прежнему был бодр и весел, но вместе с тем становился все более рассеяным, и все чаще его язык заплетался. Тем временем вернулись отсутствовавшие все это время парни. Тезка похлопал Игоря по плечу:


— Бро, в туалет не хочешь? В тебе уже поди канистра пива!


— О, точняк! — Игорь с готовностью поднялся и вышел из-за стола.


Когда он поворачивался, чтобы уйти, я мельком успел заметить, как девушка аккуратно, двумя пальцами, поднимает ретенсер со стола.


Стой! Ты забыл! Надо забрать!


Это был даже не крик, а эмоциональная команда, в которую я вложил все силы. Игорь резко развернулся и ловко выхватил брелок из пальцев Кати. И это было сделано с точностью, ловкостью и даже какой-то грацией, которые просто недоступны пьяному человек. В тот момент я готов был поклясться, что это было именно мое движение. Вместе с тем у Игоря подкосились ноги, и он едва не упал. Спасибо Денису, успел подхватить.


— Эгей, кому-то уже хватит, да?


— А вот ни хрена! Я пил, пью и буду пить! — пьяно рассмеялся Игорь.


Он спрятал ретенсер в карман и поглядел на Катю. Я увидел разочарование на ее лице, но Игорь, конечно, этого не заметил. Он погрозил ей пальцем и весело сказал:


— Нельзя нажимать на кнопку багажника! Нельзя его открывать.


— Да я и не собиралась… — попыталась улыбнуться девушка.


— Нельзя открывать. А знаешь почему? — он наклонился к самому ее лицу, сделал страшные глаза и продолжил: — Потому что у меня там труп! Оп!


И громко засмеялся. Затем махнул рукой парням и пошел в туалет. Очень хотелось посмотреть на лицо Кати, но, как назло, этот пьяный гад ни разу не обернулся. Когда он вернулся, она вновь была беззаботна и мило улыбалась.


Вечер незаметно перешел в ночь. Были еще тосты, танцы, пьяные песни. Но в какой-то момент я стал понимать, что тело Игоря перешло в автономный режим. Он практически не отвечал за свои действия. Он все еще держался на ногах, пил, даже продолжал что-то рассказывать, но речь все больше становилась бессвязной. И чем больше он терял над собой контроль, тем больше получал его я. Первый раз это проявилось тогда, когда понадобилось забрать ретенсер из рук Кати. В следующий раз уже ближе к полуночи, когда началась заварушка с короткой дракой. Ничего серьезного, просто кто-то сильно пихнул Игоря и он, будучи в дупель пьяным, с готовностью упал на пол вместе со стулом. Его новые друзья тут же кинулись на обидчика, но драку быстро растащили. Я почувствовал, как тело подхватывают несколько рук и усаживают обратно на стул. А еще четко ощутил чьи-то пальцы в кармане. Игорь, конечно, этого не замечал. По карманам шарил, кажется, его тезка, хотя могу ошибаться. В любом случае он ошибся карманом, а в нужный залезть не успел, потому что я сам сунул туда руку и сжал брелок. И это действительно сделал я. Позже была еще одна попытка с их стороны, когда после очередных тостов, два Игоря решили поменяться футболками. Я видел, как Катя аккуратно проверяет карманы снятой и забытой на стуле куртки. Такая милая, такая честная Катюха. Эх ты. Ретенсера в куртке она не нашла, потому что он в этом время уже лежал в кармане джинсов. И это тоже сделал я.


Игорь пил и пил, но все еще держался на ногах. На самом деле хозяин тела уже давно отключился, и в тот момент мне удалось получить минимальный контроль. Я бы в восторге! Не передать словами чувства, охватившие меня, когда я смог сделать шаг, другой и тело меня послушалось. Это все больше походило на дерганье марионетки за веревочки, но худо-бедно тело двигалось. И со стороны смотрелось вполне себе органично: пьяный и пьяный, что с него взять. Несчастные агенты в попытках споить Игоря до бессознательного состояния, сами упились, что называется, в хлам. Бедолага Денис блевал аж три раза. Один раз вместе со мной, за углом паба. В этот момент я, воспользовавшись ситуацией, спрятал брелок под досками забора.


Веселье между тем продолжалось. Теперь уже от души веселился и я. Да что там веселился, я был счастлив! Мне на прощанье дали тело! Оно было пьяное и непослушное, но все же я его ощущал вполне своим. Что еще можно пожелать обреченному? Это было божественно.


В завершении этой волшебной ночи были катания на лимузине. Продлились они, правда, недолго. Мы сделали круг по городу и вернулись к «Дохлому Еноту». Едва машина скрылась за поворотом, я вывернул карманы и пожаловался:


— Вот черт, кажется я ключ от своего болида в том драндулете оставил.


Заботливые «друзья» с моего полного согласия обшарили всю мою одежду, посочувствовали и тут же начали собираться по домам. Через пару минут вся тройка погрузилась в такси и унеслась в ту сторону, куда укатил лимузин. Возле закрывшегося «Дохлого Енота» осталось только лишь одно мое тело, которое сейчас больше напоминало зомби. Хохочущего зомби. Скрюченный, едва передвигающийся, и хрипло смеющийся над тем, как ловко обвел вокруг пальца всех на свете.


Ну, а потом я забрал спрятанный под забором ретенсер, тоже поймал такси и поехал домой. И уже под утро, чувствуя безмерную любовь к этому телу, я его помыл и уложил спать в чистую постель. Закрыл глаза. И уснул.

Показать полностью
39
Человек, который хотел все исправить. #33, #34
14 Комментариев в Авторские истории  

Глава 1 ... Глава 32

-------------------------


Глава 33



Дальнейшие события развивались слишком быстро. Игорь перехватил руку парня, повернулся к нему и ударил левой, попав в челюсть. Охранник рухнул, как подкошенный. Девушку охватила паника, она присела на пол и пронзительно закричала. Я в шоке наблюдал, как взгляд вновь устремился на нее, как тело перегнулось через прилавок, как кулак с силой жахнул по кассовому аппарату.


— Открывай! — потребовал Игорь.


Из-за собственного крика кассирша не услышала его слов. Тогда он, не глядя, сгреб в ладонь конфеты, жевательную резинку и еще какую-то мелочевку у кассы. После чего широко размахнулся и швырнул в ее сторону. Это возымело некоторый эффект: девушка перестала кричать и теперь лишь громко всхлипывала. Игорь повторил:


— Открывай! Открывай гребаный кассу!


Продолжая тихо рыдать, девушка подошла, открыла ключом лоток и тут же отбежала подальше. Во всем происходящем было что-то безумное. Глаза продолжали смотреть на нее, а руки собирали деньги и рассовывали по карманам. Когда касса опустела, Игорь быстрым шагом направился прочь из магазина. Я в недоумении наблюдал за его действиями. В них не было никакой логики. Мой альтер эго только что просто ограбил магазин и пошел домой.


Оказавшись в квартире, Игорь не разуваясь прошел на кухню. Сел на табурет, достал все деньги, смял их в большой комок и положил в центре стола. Выждав несколько минут, он сгреб мятые купюры в кулак и активировал ретенсер. Вернувшись на десять минут назад и получив копии похищенных купюр, засунул их в карман. Потом дождался, когда погаснет индикатор и повторил. И еще раз. И еще. Это продолжалось почти два часа. На мои слова Игорь не реагировал, повторяя одни и те же действия, словно робот. После очередного прыжка у него пошла кровь из носа. В ушах давно стоял шум, голова гудела, но лишь темные красные капли, упавшие на поверхность стола, остановили его. Словно придя в себя, он, наконец, снял куртку и ботинки, отнес их в коридор и теперь сидел на краю ванны, останавливая кровь. Неожиданно обратился ко мне:


— Эй, Голос!


— Я тут, говори, — ответил я.


— Голос, ты здесь?


— Здесь я, здесь! — в этот раз мой ответ был громче.


— Что с тобой? Почему так тихо? Ты наконец решил сдохнуть? — Игорь хрипло засмеялся.


Я мысленно поежился. Похоже, ретенсер влиял на него сильнее, чем на меня. То, что он сам решил заговорить, обнадеживало, но вместе с тем я был крайне озадачен:


— Как ты себя чувствуешь?


— Что? Не слышу.


Я повторил вопрос громче, почти криком. В этот раз он услышал и ответил:


— Отлично! Отлично я себя чувствую. Я все сделал, как ты хотел. И теперь ты не такой громкий. Это хорошо. Это хорошо…


— Слушай, прекрати говорить, как долбаный псих! По-твоему, я хотел, чтобы ты устроил разбой в магазине?


— Ты хотел, чтобы все повторялось. Весь день хотел. Весь день хотел.


— Чувак! Я весь день молчал!


— Нет, ты хотел! Ты хотел!


Эти его фразы с постоянными повторами выводили меня из себя. Он или правда свихнулся, или специально доводит меня. И я не знал, что ему еще сказать. Возникла неловкая пауза. Затем Игорь произнес:


— Я тебя не слышу. Значит, все правильно. Значит, правильно.


И на следующие мои вопросы уже не отвечал. Неужели и правда не слышит? И что же мы с тобой будем теперь делать? Я почесал затылок. Рука поднялась и почесала затылок. В тот момент это произошло настолько естественно, что осталось незамеченным ни мной ни им.


Приведя себя в порядок, Игорь отправился спать. Едва его голова коснулась подушки, он тут же захрапел. Я же вновь остался наедине с собой. Прошла половина ночи, прежде чем случилось новое событие, которое может показаться незначительным, но для меня было очень важным. Собственный храп, оказывается, ужасно раздражает, когда ты не спишь и слышишь его. Промучавшись несколько часов, я, забыв о своем нынешнем положении, попытался повернуться набок. И лежащее на спине тело, его тело, в этот момент действительно повернулось на правый бок. Храп прекратился. Но даже если бы он продолжался, я уже не обращал на это никакого внимания. Меня захватила мысль о том, что у меня есть возможность управлять этим телом. Остаток ночи прошел в попытках шевельнуть какой-нибудь частью тела. Однако, как ни напрягался, ничего не выходило. Лишь пару раз дернулись пальцы на руке, но это было столь мимолетное действие, что вполне могло сойти за совпадение. А мне так хотелось надеяться, что это не случайность.



Глава 34



Состояние Игоря утром можно было сравнить с глубоким похмельем. Проснувшись, он долго не мог подняться, борясь с сильной головной болью, которая появилась с пробуждением. Через какое-то время ему все-таки удалось заставить себя встать с постели. Он сходил в туалет, затем долго отмокал в душе. Когда немного полегчало, Игорь решил позавтракать и зашел на кухню. Обнаружив целую кучу мятых купюр, он замер и не двигался добрых пятнадцать минут, силясь вспомнить, что произошло вчера вечером. У него не получалось. Тогда он вспомнил про меня.


— Голос! Что это? Что я наделал?


Я принялся рассказывать ему про магазин, но он меня не слышал. Теперь уже совсем. Я даже кричал – бесполезно. В отличие от меня, его этот факт сильно обрадовал. Он весело поминал меня самыми нелестными словами, специально произнося их вслух. На некоторые гадости я отвечал. Иногда гневными воплями. Иногда даже матом. Он ничего не слышал. В итоге неверующий Игорь впервые в жизни вслух поблагодарил бога за то, что приступ сумасшествия оказался временным. По понятным причинам, я его радости не разделял. Теперь я был не только безучастным, но и безмолвным наблюдателем. Осталось перекрыть мне зрение и слух и мое существование окончательно превратится в пытку. А может, это и есть мое наказание за грехи? Ну, чем не ад?


Судя по всему, позже Игорь все же вспомнил, откуда взялись деньги. Настроение его испортилось, и он сидел, обхватив голову руками. Долго о чем-то думал. Я еще пару раз пытался его позвать, но связь пропала окончательно. Его внутренний голос теперь был не слышим.


Внезапно мне вспомнился Катин календарь с отчетом, в котором упоминался некий «ПП», мешавший оперативникам схватить меня. А ведь наверняка этим «ПП» был я. Мне удалось заставить Игоря нажать на кнопку при первой встрече с агентами. И, вероятно, как-то я еще смогу ему помочь. Но в памяти так же всплывала строка, в которой упоминался факт ликвидации «ПП». В какой же из дней это случилось? Вернее, должно случиться. По началу я не относил это на свой счет, но чем дальше, тем больше выходило, что это все-таки обо мне. Если представить, что утрата возможности общаться с хозяином тела, в котором я оказался заперт, это первый намек на мое уничтожение (или самоуничтожение?), значит, осталось уже недолго. Осознав это, желание что-то делать, пропало. Да и что я теперь мог? Только подглядывать чужими глазами и подслушивать чужими ушами. Игорь и был настоящим человеком, а я – всего лишь бесплотный сгусток сознания, случайно продолжающий свое существование. Вероятно, моя смерть наступила в большом ретенсере, но по какому-то стечению обстоятельств, я все еще ощущал себя живым. Похоже, скоро этому наступит конец.


Тем временем Игорь прошел через стадию переживаний и самокопания. Махнув рукой, он взялся за деньги. О да, как это на меня похоже: пострадать немного, затем смириться и найти утешение в приятном. Теперь он сосредоточенно занимался сортировкой наличности. Взял лист бумаги, на который выписывал номера купюр, разглаживал мятые бумажки и раскладывал в разные пачки. Спустя полчаса перед ним образовался с десяток ровных стопочек с деньгами. Сколько там было, не знаю, я не считал. Игорь разложил половину по карманам, остальное спрятал дома в шкафу. Затем начал куда-то собираться.


Ближе к обеду он вышел из дома и направился к автобусной остановке. Путь лежал мимо злополучного магазина. Издали заметив стоящий у входа полицейский УАЗ, Игорь развернулся и пошел в противоположную сторону. Добравшись окольными путями до остановки, он не стал ждать автобуса, поймал такси. После вопроса, куда ехать, Игорь вновь впал в ступор и долго не отвечал. Просто сидел в машине и хмуро смотрел на водителя.


— Парень, ты под кайфом чтоли? — видимо, таксисту подобные пассажиры попадались нередко.



Ответа не было. Я мысленно покачал головой, хлопнул себя по лбу и обреченно подумал: «Да вези его прямиком в дурку, чего уж». Спустя несколько секунд Игорь помотал головой, приложил руку к голове, и, запинаясь, произнес:


— Вези… Прямиком… — в этот момент его ступор прошел, — Вези меня в банк.


Он назвал адрес того филиала, в котором мне довелось разжиться миллионами. Водитель кивнул, и машина тронулась с места. Пока мы ехали, я прикидывал, что может случиться дальше. Очевидно, что Игорь все больше терял связи: со мной, с реальностью, с собственным телом. Неужели, в финале его ожидает состояние овоща? Мне стало жалко его. И себя.


Доставив пассажира по адресу, таксист получил щедрое вознаграждение. Я видел, как рука протягивает ему столько купюр, сколько было взято из кармана. После этого Игорь вышел из машины, зашел в банк, сел в одно из кресел в центре зала и замер. Для прихода лысого с портфелем, набитым деньгами, было еще очень рано. Насколько я помнил, он должен был появиться после пяти часов вечера, а сейчас было немногим позднее полудня.


Не шелохнувшись, Игорь просидел два часа, прежде чем к нему подошел один из охранников. Он вежливо поинтересовался:


— Добрый день. Вам нужна какая-то помощь?


— Нет, спасибо, — ответ был произнесен обычным будничным голосом.


— Вы кого-то ждете?


— Да, я кого-то жду.


— Хорошо, извините, — с этими словами охранник отошел и больше не беспокоил.


Прошло еще три часа. Я ощущал, как затекла спина, но хозяину тела это, похоже, ничуть не мешало. Наконец, в зале появился пузатый лысый мужчина с кейсом. Я его сразу узнал. Он прошел мимо и исчез из поля зрения – кассы находились за спиной. И ничего. Мы продолжали просто сидеть (он в кресле, а я у него в голове) и чего-то ждать. Спустя несколько минут лысый вновь прошел мимо нас, уже обратно. И вновь никаких действий. Я уже было подумал, что придется сидеть здесь до закрытия, как вдруг Игорь все же поднялся. Размял немного ноги и направился к выходу.


— И что? Для чего мы тут сидели полдня?


Мой вопрос ожидаемо остался без ответа.


Выйдя из банка, Игорь снова поймал такси. Следующим адресом был назван «Дохлый енот». Не «какой-нибудь душевный паб», а конкретное питейное заведение. Парень старательно двигался по пройденной программе. Иногда сбиваясь, иногда озадачивая окружающих странным поведением, но, тем не менее, упорно и целенаправленно.

Показать полностью
41
Человек, который хотел все исправить. #32
16 Комментариев в Авторские истории  

Глава 1 ... Глава 31

-------------------------



Глава 32


Работа на шиномонтажке, когда туда пришел Игорь, кипела вовсю. Он с ходу включился в общие дела и не отвлекался до самого вечера. Я ему не мешал. В плане новых ощущений, это был интересный день. Довольно любопытно наблюдать, как твое тело совершает привычные действия, а сам ты, вроде как, и не участвуешь в процессе. При иных обстоятельствах я бы не отказался от таких способностей. Нет, ну а что? Пришел на работу, запустил руки-ноги в автономный режим, и не заботься ни о чем. Хочешь, размышляй о вселенной, хочешь - спи. Да, вот насчет сна, конечно, как-то нехорошо вышло. Я же теперь не сплю…


День все тянулся и тянулся, изматывая меня бесконечным ожиданием вечера. Предпринять я ничего не мог, только ждать, когда мой второй я освободится от дел и пойдет, наконец, домой. Времени подумать обо всем на свете у меня теперь было более, чем достаточно. В конце концов, я пришел к выводу, что ничего кардинально мы изменить не можем. Даже с учетом того, что я знаю грядущие события и могу поделиться своим знанием, а Игорь может предпринять какие-то действия. Как ни крути, а ведь мне придется в результате встретиться с Бондом, оказаться в Корпусе и отправиться назад, в 14 сентября. Если этому не дано случиться, значит и меня здесь не будет. Но, что же это получается? Выходит, проклятый ретенсер завернул мою судьбу в петлю, из которой нельзя выбраться? Времени у меня было много, и я раз за разом вспоминал ключевые события и выстраивал их в цепочку, в которой искал слабое звено.


Авария, горящая машина, мертвый Бонд на водительском кресле.


Ретенсер. Активация. «Перемотка» времени на 10 минут назад. Машина не попадает в аварию, Бонд остается жив.


Грабеж в магазине. Это след, который выведет на меня полицию. Тоже ключевое событие.


Грабеж в банке. Играл ли он важную роль? Наверное, уже нет.


Встреча с тройкой агентов «ТрансТелекомСервиса» в пивном пабе. Да, это явно была не случайность и так же является ключевым событием.


Мое задержание полицией и последующий побег. Тут я не пришел к однозначному выводу. Сам побег, очевидно, был важным событием, а вот ранение полицейского – неизвестно. Если закрыть глаза на душевные терзания, повлияло ли оно как-то? Нет. Хотя, стоп! Я получил пулю в плечо. Но это, по сути, тоже каких-то критичных последствий не имело.


Что там дальше? Разговор с Катей по телефону? Ничего, кроме потраченного времени. А вот потом – меня схватили. Хитрый Андрей Николаевич вероятно, хороший шахматист. Я только сейчас попытался представить весь его план. Они гнали меня по городу, пока не вывели в удобный район. Вызвали туда полицию. И в финале Бонд лично включился в игру, искусно выиграв нужное ему время. Рассчитал все до минуты.


Но, по сути, кардинальное изменение любого из этих событий отменяло бы мою отправку в прошлое из капсулы большого ретенсера. Значит, они в любом случае должны произойти. Так или иначе. И я вновь буду вынужден дойти до конечной точки и отправиться в начало. Ну, только уже не я, а мы – нас же теперь двое. Стоп! «Конечная точка»! Момент отправки меня на десять дней назад и есть самый важный ключевой момент! Я еще раз вспомнил все, что случилось за эти дни. Да, именно в тот момент моя линия времени не продолжилась, а завернулась в кольцо. И если ничего не предпринять, будет сворачиваться и дальше, в бесконечную спираль. И, вероятно, уже без моего участия. Кто знает, как повлияет следующий перенос в большом ретенсере? Нынешний Игорь, в голове которого я обитаю, окажется в еще одном Игоре? А что будет со мной? Меня вычеркнут из этого мира или мы постепенно превратимся в кошмарную матрешку? В этом месте я окончательно запутался. Если бы у меня могла болеть голова, сейчас бы мне точно понадобилась пара таблеток анальгина.


Наконец, этот день завершился. Уставший и голодный Игорь медленно брел домой. Он спокойно вошел подземный переход, словно забыв, какой опасности здесь удалось едва избежать несколько часов назад. Посреди туннеля ему неожиданно стало плохо. Он пошатнулся, сжал руками голову, закрыл глаза и так шел дальше. Я обеспокоенно спросил:


— Эй, чувак! Что с тобой?


Игорь не ответил. Шатаясь, он продолжал идти вдоль стены, задевая ее локтем. Глаза были по-прежнему закрыты. Я почувствовал неладное. Что, черт возьми, опять происходит? Боли не было. Почему он держится за голову?


Через несколько шагов Игорь подошел к лестнице и запнулся. Казалось, он и не заметил, что носок ботинка ударил в ступеньку и тело начинает медленно заваливаться вперед.


— Ты падаешь! — в испуге закричал я, — Руки! Руки!


Глаза открылись, и руки резко вытянулись вперед в последний момент. Игорь упал, растянувшись на бетонных ступенях. Я машинально отметил вспышки боли: колено, локти, кисти рук. Но ничего серьезного, мелкие ушибы. А вот если бы продолжал держаться за голову, то наверняка бы приложился лицом.


Встав на ноги, он на секунду замер. Поднялся по ступеням, снова остановился. Потер пальцами висок, словно пытаясь что-то вспомнить. Затем, смотря в землю перед собой, тихим голосом спросил:


— Зачем ты это делаешь?


— Что делаю? — не понял я.


— Ты все равно не помешаешь мне.


— Ты о чем?


Вместо ответа Игорь сильно, до кругов в глазах, зажмурился, задержал дыхание и так стоял еще с полминуты. Затем резко выдохнул, широко открыл глаза и посмотрел на свои ладони. После достал из кармана брелок и долго разглядывал его. С парнем явно что-то было не так. В конце концов, он отдышался, пришел в себя и вновь зашагал по направлению к дому.


— Поговорим? — я все еще пытался наладить контакт.


В ответ послышалось злое бурчание:


— Заткнись! Заткнись!


Нет, так нет. Я не навязывался.


Игорь перешел улицу и направился к круглосуточному магазину недалеко от дома. Будь у меня сердце, оно бы сейчас бешено колотилось. Я никак не ожидал, что он отправится туда, где я совершил свою первую ошибку. Ведь ему все было рассказано, и он относительно подробно знал последствия. И, тем не менее, решительно направлялся именно туда.


Двери магазина послушно разъехались в стороны, гостеприимно впуская припозднившегося посетителя внутрь. Игорь прошел мимо охранника и сразу свернул к стеллажам с алкоголем. При этом задел бедром тележку и стоящие рядом пластиковые корзинки, которые с грохотом упали на пол. Это его ничуть не смутило, он шел дальше, словно и не слышал. На кассе девушка, болтавшая по телефону, резко замолкла и с открытым ртом проводила взглядом странного покупателя, пока тот не скрылся за полками с продуктами. Игорь шел, уставившись в одну точку и не оборачиваясь, так что я не видел охранника, который остался за спиной. Я все ожидал, что тот подбежит, схватит за руку, но этого не произошло.


Игорь остановился перед полками с водкой, коньяком и виски. Его глаза принялись изучать бутылки. До меня уже дошло, что именно он ищет, но все еще оставалось загадкой – зачем? Найдя, наконец, ту самую бутылку с дорогим алкоголем, Игорь направился к кассе. Когда он повернулся, я смог увидеть охранника. Тот молча складывал упавшие корзинки, но при этом не спускал нахмуренного взгляда с меня. То есть с Игоря, конечно. Беспорядок навел он, а стыдно почему-то было мне. Кроме того, я с тревогой ждал, что он будет делать дальше. Денег, которые были в тощем бумажнике, явно не хватило бы эту бутылку виски, а значит, платить никто не собирался.


Подойдя к кассе, Игорь протянул бутылку. Девушка улыбнулась и спросила:


— Пакет?


— Да. И, судя по всему, не один, — фраза была произнесена совершенно серьезным, спокойным голосом.


На лице кассира отразилось удивление, но она быстро справилась с ним. Провела покупку через кассу, достала пакет, положила в него бутылку.


— С вас двадцать четыре тысячи шестьсот рублей… Что-то не так?


Игорь пристально смотрел ей в глаза. Пауза затягивалась. Я понимал, что если до этого он просто мог показаться чудаковатым, то сейчас кассирша видела перед собой явного неадеквата. Надо было выручать парня. Я попытался достучаться до него:


— Брат, ты ее пугаешь!


Продолжая смотреть прямо в лицо девушки, Игорь закричал:


— Заткнись! Заткнись!


Она отшатнулась, плюхнулась на свой стул, снова вскочила и отбежала назад. Я не видел, но почувствовал, как охранник положил руку на плечо. Единственная мысль, которая появилась в этот момент в голове, была: «А еще говорил, это я раньше времени с катушек съехал…».

Показать полностью


Пожалуйста, войдите в аккаунт или зарегистрируйтесь