Журнал «Калашников» получил дополнительную информацию о пулемётах Одколека

Цикл статей Риммы Тимофеевой и Руслана Чумака об опытном пулемёте австрийского барона Адольфа Одколека для русской армии приподнял пласт малоисследованного периода отечественной оружейной истории, представив общественности лишь один из неизвестных российским любителям оружия образцов. Неожиданно, точка, поставленная в серии публикация «Оружейные похождения двух баронов в России и окрестностях», превратилась в запятую…

Автор – главный редактор журнала «КАЛАШНИКОВ» Михаил Дегтярёв

Цикл статей о пулемёте Одколека:
Оружейные похождения двух баронов в России и окрестностях. Часть четвёртая

Напомню, что в 1890-1893 гг. Одколек запатентовал в нескольких странах конструкцию автоматического оружия (пулемёта) с оригинальной системой запирания с перекосом в вертикальной плоскости специальной боевой личинки (рычага), расположенной в задней части затвора (патенты: Германия, № 65953, 1890 г., Швейцария, № 4903, 1892 г., США, № 486938, 1892 г., Дания, № 686, 1893 г.). Рисунок из германского патента опубликован можно видеть на подзаголовочной иллюстрации.

В 1894 году часть патентов он продал французской компании Hotchkiss et Cie, сотрудники которой Бене (L. V. Benet) и Мерсье (H. A. Mercie) использовали их в механизме запирания пулемёта Гочкисса образца 1897 года, конструкцию которого в 1896 году запатентовали уже под своими именами. Этот пулемет стал одним из первых в мире массовых образцов станковых пулеметов, состоял на вооружении армий нескольких стран и использовался на полях сражений до Второй мировой войны включительно.

В 1900 году барон представил свой пулемёт русскому военному ведомству, которое всесторонне исследовало образец, придя к следующему выводу, «...в его настоящем состоянии обладает такими несовершенствами, что не может представить из себя ничего интересного для стрелкового дела». По мнению Арткома пулемёт был абсолютно непригоден для вооружения армии.

Однако, в результате подключения связей Одколека в высших кругах Российской империи, было принято решение об изготовлении нескольких опытных образцов, один из которых в дальнейшем был передан с Сестрорецкого оружейного завода в Артиллерийский исторический музей (ныне — Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи) где и хранится до настоящего времени. Именно ему был посвящён цикл статей «Оружейные похождения двух баронов в России...».

При этом, фактически за рамками публикаций осталась первоначальная модель пулемёта Одколека под германский 7,92-мм винтовочный патрон, который барон привозил в Россию в демонстрационных целях. Помог нам продолжить тему зарубежный читатель «Калашникова» — Ян Скрамоушский, хранитель собрания оружия Военно-исторического института армии Чешской республики. В собрании этого музея хранится один из пулемётов той самой модели. Чешский оружейник предоставил журналу «Калашников» фото характерных частей этого пулемёта, дополнив иллюстрации интересной информацией.

Оказалось, что всего сохранилось два образца пулемёта Одколека модели 1900 года: экземпляр с номером «1» находится в собрании оружия Военно-исторического института армии Чешской республики (г. Прага), а второй пулемёт с номером «6» хранится в собрании Швейцарского стрелкового музея в Берне. Оба пулемёта Одколека практически не отличаются друг от друга, поэтому рассматривать их конструкцию будем на примере пулемёта из Праги.

В принципе, никаких особых описаний в данном случае делать не нужно — человек, который разбирается в оружии поймёт суть конструкции пулемёта из приведённых фото и чертежа из патента.

Первоначальная модель пулемёта Одколека отличается от «русской» модели разработанной и изготовленной бароном в 1901-1902 гг. на Сестрорецком оружейном заводе расположением газоотводной системы — она находится под стволом, и конструкцией механизма запирания — с перекосом затвора, и конечно типом используемого патрона (7,92-мм германский винтовочный патрон).

Как можно видеть на фото, лента с патронами подводится с левой стороны оружия и, будучи переброшенной через верхнюю часть специальной откидной дверцы приёмника, опускается вниз к окну ствольной коробки, через которое патроны досылаются затвором в ствол.

На левой стороне казённой части ствола установлена рукоятка с круглым шариком на конце. Очевидно, что она является элементом системы принудительного водяного охлаждения ствола и выполняет функцию крана, перекрывающего подвод воды из ёмкости в канал ствола на время стрельбы и пускающего воду в ствол, когда стрелок сочтёт необходимым приступить к охлаждению ствола.

Аналогичное устройство предполагалось установить и на «русской» модели пулемета, но под него было только подготовлена площадка на стволе, а сам кран не устанавливался.

Пулемёт Одколека модели 1900 года № 6 хранящийся в Швейцарии отличается от пулемёта № 1 только отсутствием системы принудительного водяного охлаждения ствола

Таким образом, на основании очно-заочного анализа систем, можно сказать, что главным отличием русской модели пулемёта Одколека от первого варианта стало изменение конструкции механизма запирания затвора — с перекоса его корпуса целиком на перекос специальной личинки (запирающего рычага), что было однозначно более перспективным решением.

Но, в свою очередь, оптимизированный узел запирания так и не стал основой по-настоящему жизнеспособной конструкции, оставшись в истории элементом курьёзного и дорого обошедшегося России эксперимента.

Редакция журнала «Калашников» благодарит Яна Скрамоушского за предоставленные фото и информацию.

Основные типы электромагнитных орудий, разрабатываемых в СССР в 30-е годы ХХ века

История с советскими разработками 30-х годов ХХ века в области оружия на новых физических принципах удивительна ещё и тем, что эти научные исследования были инициированы властью в тяжелейший для страны период индустриализации, когда, казалось бы, все силы должны быть брошены на становление базовых отраслей промышленности.

Авторы - Руслан Чумак (к.т.н.), начальник отдела фондов ВИМАИВиВС, член редколлегии журнала «КАЛАШНИКОВ» и Римма Тимофеева (к. иск.)

Одновременно работы велись по орудиям различных типов, что позволило собрать уникальную базу данных, которая легла в основу последующего анализа перспектив направления и использовалась при очередных «подходах» советской науки к данной тематике.

Турбоэлектрические орудия (1932–1934)

В СССР исследовались два вида турбоэлектрических орудий: турбоасинхронное (ТАСО) и турбосинхронное (ТСО). В основе их принципа лежит разгон метаемых снарядов или пуль электрическим приводом, построенным на базе принципов действия асинхронного и синхронного электродвигателей.

Принцип действия асинхронного двигателя состоит в том, что электрический ток в обмотках статора создаёт вращающееся магнитное поле. Это поле наводит в обмотках ротора ток, который начинает взаимодействовать с бегущим магнитным полем статора, таким образом, что ротор начинает вращаться в ту же сторону, что и магнитное поле статора стремясь занять такое положение, при котором поля статора и ротора станут взаимно неподвижными (будут находиться друг напротив друга).

ПЕРВАЯ ЧАСТЬ СТАТЬИ:
Сталинские рейлганы. Часть первая

В 1932 году на описанном выше принципе ВЭИ разработал криволинейное (центробежное) ТАСО, а в 1933 году на базе его главных конструктивных решений создал макетный образец 7,62-мм пулемёта с криволинейным (кольцевым) разгонным устройством и в 1934 году провёл его испытания. Кроме того, в 1930 году А. Г. Иосифьян разработал и запатентовал принцип асинхронного орудия с прямолинейным стволом, как он его назвал «электрической машины с единым цилиндрическим статором, поле которого движется поступательно».

Суть предлагавшегося им принципа электрического асинхронного орудия состоял в том, что обмотки статора в количестве кратном 3 располагались на стволе не по кругу, как в обычном электродвигателе, а последовательно в одну линию, что при подаче на них трёхфазного переменного тока обеспечивало возникновение бегущего поступательно вдоль ствола магнитного поля. Это поле, в свою очередь, взаимодействовало с обмоткой снаряда («ротора»), заставляя его втягиваться внутрь цепочки катушек статора и постепенно ускоряться.

В отношении турбосинхронного орудия нашлось упоминание о том, что такое орудие исследовалось в электротехническом отделе АНИИ, но в 1932 году было снято с испытаний вследствие получения отрицательных результатов. В дальнейшем это направление создания электрических орудий развития не получило.

Магнитоэлектрические орудия (1931–1937 гг.)

Магнитоэлектрические орудия были первой разновидностью электроорудий, которые подверглись детальной разработке в АНИИ. В основе принципа магнитоэлектрического орудия лежит действие силы Ампера на проводник с током, находящийся в магнитном поле. При подаче тока в такой проводник, если он расположен перпендикулярно вектору магнитной индукции поля, в системе возникает сила, стремящаяся вытолкнуть проводник (в исследуемом случае — снаряд, через который пропущен электрический ток) за пределы магнитного поля.

С целью оценки возможности использования описанного выше принципа в электрической артиллерии в июле 1931 года в электротехнической лаборатории АНИИ была изготовлена экспериментальная установка МЭ 1. Она представляла собой электромагнит длиной 1 метр с обмоткой в 250 витков и движущегося вдоль него якоря (имитатора снаряда) в виде прямоугольного металлического бегунка. По сути, установка являлась примитивной моделью линейного униполярного электродвигателя, на которой исследователи проверяли расчёты возможностей электромагнитных сил к движению объектов, находящихся под их воздействием. В октябре 1931 года по описанной выше схеме в электротехническом отделе АНИИ А. П. Коноплёвым была разработана усовершенствованная экспериментальная модель магнитоэлектрического орудия МЭО-10 с прямолинейным разгонным устройством, а в январе 1932 года — экспериментальная модель электрической пушки МЭП 2 с криволинейным (кольцевым) разгонным устройством, при этом в основу обоих проектов был положен патент Фошон-Вильпле 1916 года с дополнениями М. П. Костенко, касающимися источников питания.

В ходе её испытаний были получены результаты, позволившие спроектировать и изготовить существенно более совершенную модель электрического орудия МЭО-60, представляющую собой завершение первого этапа НИР в области использования электрической энергии для целей метания снарядов и способную к стрельбе. Предполагалось, что с помощью этой опытной установки экспериментально решится вопрос пригодности и эффективности самого принципа метания снарядов электрической силой, а также будут проверены другие технические решения, в первую очередь конструктивное оформление узлов передачи электрической энергии на движущийся в стволе снаряд и возможность придания снаряду вращения.

Детальная разработка орудия МЭО-60 с начальной скоростью снаряда 60 м/с по эскизным чертежам АНИИ выполнялась по договору марта 1932 года отделом специальных машин завода «Электросила». Орудие представляло собой линейный четырехполюсный электродвигатель постоянного тока, в котором статор (неподвижная часть двигателя) выполнял функцию ствола, а якорем (подвижной частью двигателя) являлся снаряд, на который для обеспечения функционирования электрической схемы через специальную щёточную систему подавался электрический ток.

Основную частью орудия составлял ствол (стреляющая часть), имеющий обозначение БК 25/150. Тело орудия представляло собой сборку из двух массивных стальных частей, скрепляемых болтами, и устанавливалось цапфами на станке, состоявшем из двух вертикальных стоек, вмонтированных в бетонный фундамент, при этом обеспечивался поворот тела орудия только в вертикальной плоскости в диапазоне углов от −10º до +45º. Противооткатные приспособления не применялись по причине значительного веса ствола.

Орудие было выполнено с расчётом на первый вариант невращающегося снаряда с хвостовым стабилизатором, составляющим нераздельное целое с корпусом. Второй вариант невращающегося снаряда («Ракета БК») имел стабилизатор из двух сдвоенных V-образных крыльев, изолированных от корпуса диэлектрическими пластинами и четыре продольных направляющих ребра на корпусе. Проектный вес снаряда достигался путём заливки в его полость свинца.

Для придания снаряду вращения к орудию МЭО-60 был разработан вариант ствола с 11 глубокими нарезами и снаряд оригинальной конструкции («нарезной ракеты») со свободно вращающимся оперением (крыльчатками). Оперение не имело аэродинамического назначения и выполняло функцию подвижных контактов (щёточной системы), снимающих ток с неподвижных шин, расположенных в стволе орудия. Снаряд, имеющий готовые выступы на корпусе, двигался по нарезам ствола и получал вращение, а крылья его оперения двигались в продольных прямолинейных пазах ствола и вращения не получали. После вылета снаряда из ствола оперение отсоединялось от его корпуса, и снаряд продолжал движение по траектории без него.

Некоторые характеристики невращающегося снаряда первого варианта к орудию МЭО-60 приведены в таблице 1.

Питание орудия осуществлялось от ударного турбогенератора Т-285/50 (230 V, 3180 A) мощностью 800 к кВт, переконструированного на однофазную систему с усиленным креплением ротора для устойчивости к прохождению токов внезапного короткого замыкания. Некоторые расчётные характеристики орудия МЭО-60 приведены в таблице 2.

Орудие МЭО-60 с комплексом обеспечивающих его работу электрических устройств было изготовлено и в ходе испытаний 19 и 25 декабря 1934 года показало начальную скорость снаряда 70,8 м/с при КПД 4,63%.

В последующих отстрелах была получена максимальная скорость снаряда 138 м/с при его весе 1,02 кг. Наибольшая дальность стрельбы в 500 м была достигнута при весе снаряда 2,175 кг и его начальной скорости 89,7 м/с при этом снаряд летел правильно, не кувыркаясь.

Самым существенным результатом испытаний стало заключение о том, что «система в действительности работает лучше, чем ожидалось согласно расчётам, причём это расхождение не настолько велико, чтобы их опорочить». Данные расчётных и опытных значений параметров орудия МЭО-60 приведены в таблице 3.

Орудие МЭО-60 стало первым в СССР действующим образцом электрического орудия. Материалы о его разработке и испытании стали основой для проекта сверхдальнобойного магнитоэлектрического орудия полной мощности со снарядом весом 100 кг, начальной скоростью 2000 м/с и дальностью стрельбы 150 км и более при постоянном угле возвышения 45—55º.

Параллельно с магнитоэлектрическим орудиями с прямолинейным стволом в течение 1931–1934 годов в АНИИ А. П. Коноплёвым изучался принцип МЭО с криволинейным (кольцевым) разгонным устройством (стволом). В идеальном для электромагнитного орудия случае для придания снаряду высокой начальной скорости требовалось длительное (порядка 10 секунд) воздействие на него электрических сил, при этом длина ствола получалась большой. Для оптимизации размеров ствола предполагалось использовать разгон снаряда до требуемой начальной скорости по кольцевой траектории. После достижения снарядом необходимой скорости должно было происходить отключение электромагнитов, удерживающих снаряд, и он, покинув пусковое устройство орудия по касательной к кольцевой разгонной траектории, получал необходимое направление движения. В 1933 году были выполнены детальные исследования темы. Для проработки использовалась модель орудия МЭ-4, были проведены предварительные расчёты внутренней баллистики для снаряда весом 100 кг и начальной скорости 2000 м/с. Отдельное внимание уделялось вопросу выхода снаряда из разгонной круговой траектории внутри орудия, для чего наиболее подходящим было принято сбрасывание снаряда на ходу (по аналогии со сбрасыванием торпед на торпедных катерах).

Модель МЭ-4 была спроектирована в VIII отделе АНИИ для начальной скорости 25 м/с в двух вариантах и изготовлена опытной механической мастерской НИАП’а. Она состояла из кругового электромагнита, бронзового основания, стального бегунка, токоподводящей системы и направляющих для бегунка, проекция кольцевого жёлоба на прямую 1355 мм. Основная цель разработки модели МЭ-4 состояла в изучении движения бегунка и уравновешивания центробежной силы.

По результатам опытов с моделью была доказана принципиальная возможность реализации предложенного принципа метания, однако расчётное КМЭО большой мощности получалось чересчур громоздким (диаметр не менее 1600 м), требовало слишком больших затрат железа (6162 т) и меди (205 т). Кроме того, артиллерийская составляющая (снаряд, его вылет, придание угла возвышения и направления), благодаря своей новизне, являлись чрезвычайно трудными для реализации. Рассчитанный КПД — 27,5% — оказывался ничтожно малым, поэтому дальнейшее продолжение работ было признано нецелесообразным.

Общий вывод, сделанный по итогам испытаний орудия МЭО-60, состоял в том, что эта установка не может являться основой для проектирования мощных орудий — как минимум потому, что оно возможно только при использовании ведущего поддона, в котором будет размещаться снаряд, вес которого практически равен весу снаряда. Несмотря на прекращение в АНИИ практических работ с МЭО, в комплексе отчётов АНИИ встречаются и более поздние проекты магнитоэлектрических орудий: стационарного МЭО 100/2000 (автор И. М. Постников, 1934 год), МЭО-120-25-1000 (автор И. А. Гулярин, 1936 год) и МЭО-200-100-2000 (дипломный проект ВЭТ, автор Я. Ш. Шур, 1936 год). Их появление объясняется некоторыми преимуществами орудий этого типа над ЭДО, от которых инженеры АНИИ считали невозможным отказаться без максимально полной проверки.

Эти проекты никогда не были реализованы, поскольку разработка магнитоэлектрических орудий прекратилась на основании анализа результатов испытаний их моделей. Для мощных электромагнитных орудий в тот период исследований было признано целесообразным использование видоизменённой системы — электродинамического орудия (ЭДО), речь о которой пойдёт далее.

Продолжение следует...

Проект «автоматически действующего ружья» барона Б. Э. Сосинского

Второй образец автоматического оружия, предложенный бароном Сосинским русскому Военному ведомству, был тоже, как он сам его назвал, «автоматически действующим ружьём» и «ружьём-пулемётом», но уже в том смысле, в котором этот термин понимался в России в начале ХХ века, т. е. ручной пулемёт

Автор - Римма Тимофеева (к. иск.), Руслан Чумак (к.т.н.), начальник отдела фондов ВИМАИВиВС, член редколлегии журнала «КАЛАШНИКОВ»

Сам конструктор характеризовал новинку следующим образом: «Действие этого ружья-пулемёта настолько удобно, что и самый простой солдат может свободно справляться с ним...», а её описание и чертежи датированы апрелем 1906 года. В Арткоме проект рассматривался в июле того же года.

С учётом того, что проект ручного пулемёта Бронислава Эдуардовича Сосинского 1906 года является, пожалуй, единственным подробно отработанным отечественным изобретателем в дореволюционный период истории России, его анализ целесообразен для оценки потенциала отечественных оружейников в деле разработки автоматического оружия в начале ХХ века.

Изучение чертежей и описания ружья-пулемёта Сосинского модели 1906 года выявило следующие его главные особенности.

Ствол предполагалось заимствовать от 3-лин. винтовки обр. 1891 года без изменений. Принцип действия автоматики — использование энергии отведённых из канала ствола пороховых газов, направляемых к газовому поршню ведущего звена автоматики. Для этого в стволе пулемёта недалеко от пульного входа выполнен поперечный канал, через который при выстреле пороховые газы поступают в кольцевую полость (газовую камеру), образованную казённой частью ствола и цилиндрическим отводом передней части ствольной коробки, передний торец которой закрывается ввинчивающимся кольцом с лабиринтным уплотнением. Из кольцевой газовой камеры пороховые газы по короткому газопроводу направляются внутрь ствольной коробки к газовому поршню подвижной системы.

Запирание канала ствола осуществляется продольно скользящим затвором с поворотом при запирании на два боевых упора. Извлечение стрелянных гильз осуществляется пружинным извлекателем, смонтированным на правой стороне затвора, отражение стрелянных гильз осуществляется качающимся отражателем, смонтированным в ствольной коробке.

Подвижная система состоит из трёх частей — затвора, рамы затвора и газового поршня и размещается в продольном канале ствольной коробки. Поворот затвора при отпирании и запирании осуществляется специальным выступом ударника, входящим в винтовой паз на трубке затвора, при этом ударник перемещается под действием газового поршня. Взведение подвижной системы (её постановка на боевой взвод в заднем положении) осуществляется перемещением назад рукоятки управления огнём пулемёта, которая после этого должна быть возвращена в первоначальное положение.

Ствольная коробка в виде профильной стальной трубы закрывается сзади затыльником с плечевым упором, изготавливаемым из алюминия. На правой стороне коробки выполнено окно для прохода отражаемых гильз, на левой стороне установлен механизм подачи патронной ленты. В боковых стенках передней части коробки смонтированы боевые упоры. На левой стороне коробки установлен качающийся отражатель стрелянных гильз, устроенный по типу отражателя пулемёта Гочкисса.

Ударный механизм ударникового типа с приводом от возвратно-боевой пружины. Спусковой механизм рычажный, имеет два режима стрельбы — непрерывными очередями и одиночными выстрелами, для переключения которых в его конструкции имеется переводчик. В режиме стрельбы одиночными выстрелами разобщение шептала со спусковым крючком осуществляется за счёт срыва зацепа спускового крючка с шептала после спуска подвижной системы с боевого взвода.

Возвратно-боевая пружина состоит из двух частей, соединённых через переходную втулку таким образом, что её части входят одна в другую.

Механизм подачи патронной ленты выполнен в виде надетой на ось зубчатки с шестью зубцами и рычагом, приводится в действие движением подвижной системы (газового поршня с наклонным пазом на левой боковой стенке). По проекту Сосинского в его пулемёте должна быть использована металлическая звеньевая лента, но её вид или описание конструкции, к сожалению, в документах не приводятся.

Интересной особенностью механизма подачи ленты разработанного Сосинским является подбуферивание подающей ленту зубчатки, реализуемое за счёт связи рычага и зубчатки через цилиндрическую пружину кручения. При стрельбе лента с патронами подаётся к приёмнику ствольной коробки, расположенному на левой стороне оружия в направлении сначала снизу вверх, после чего будучи при заряжании перекинутой через верхнюю часть зубчатки, опускается вниз к окну ствольной коробки, где встречается с затвором. Такую же компоновочную схему имел и механизм подачи ленты всех моделей пулемётов Одколека, за исключением того, что в нём ленту нужно было тянуть вручную.

Здесь следует остановиться на конструкции ленты к пулемету Сосинского. Как уже указывалось выше, Сосинский предложил для своего пулемёта металлическую звеньевую ленту. Общая идея работы механизма досылки патронов в патронник у этого пулемета предполагает прямую подачу патронов из ленты в патронник, для чего лента должна иметь открытое (т. н. «прошивное») звено. В пулемёте Одколека функцию такого звена выполняли нитяные петли удерживающие патрон до момента его досылки затвором прямо в патронник. Но в металлической звеньевой ленте пулемёта Сосинского, хотя её изображение отсутствует, могло быть применено только открытое звено близкое по смыслу конструкции звену ленты чешского пулемёта ZB-53.

Возможно, русский барон Сосинский был первооткрывателем металлической звеньевой пулемётной ленты с открытым (прошивным) звеном, но предметно доказать его приоритет не представляется возможным — принципиальное отношение барона о защите своих привилегий на разработанное оружие лишило его потомков такой возможности.

Охлаждение ствола пулемёта задумано Сосинским в двух вариантах: жидкостным с водой, наливаемой в окружающий ствол кожух и принудительным газовым. Второй способ охлаждения представлял особый предмет заботы изобретателя. Он обосновано считал, что для ручного пулемета водяное охлаждение ствола является неудобным и предлагал охлаждать ствол вдуванием в него сжатого воздуха или другого сжатого газа.

Конструкцию устройства воздушного охлаждения он не отобразил в чертежах, но описал в тексте. Его суть состояла в том, что газ заранее нагнетался в специальную металлическую трубку, снабжённую автоматическими клапанами и размещающуюся под стволом пулемёта. При нагреве ствола выше определённой температуры клапаны должны открыться и пустить сжатый газ в канал ствола, тем самым охлаждая его. После отстрела 1000–5000 патронов трубка, в которой охлаждающий газ будет израсходован, должна заменяться новой. Пустые трубки предполагалось сдавать в тыл для отправки на компрессорную станцию с целью последующего наполнения сжатым газом и потом снова выдавать на позицию.

Пулемёт предполагалось комплектовать патронными лентами двух размеров — на 50 и на 300 патронов, при этом ленты на 300 патронов должны укладываться по две штуки в специальный чемодан, а всего при пулемёте автор предполагал иметь не менее 6 таких чемоданов с лентами (3600 патронов).

Анализ конструктивной стороны проекта ружья-пулемёта Сосинского 1906 года показывает, что для своего времени проект разработан очень детально, вплоть до мельчайших подробностей. Описание конструкции и функционирования оружия составлены грамотным языком своего времени, хотя и с определёнными терминологическими издержками. Чертежи выполнены с хорошим качеством и достаточно подробно для понимания особенностей устройства всех деталей проекта.

Автоматика спроектированного пулемёта организована функционально, её работоспособность не вызывает сомнения. Пулемёт имеет компактную компоновку, которую сейчас называют «с линейной отдачей» (затыльник приклада размещается на продолжении продольной оси канала ствола), в которой пространство приклада использовано для размещения некоторых механизмов автоматики.

Такое решение позволяет разместить внутри оружия механизмы автоматики без излишнего уменьшения их размеров и перемещений, сокращения длины ствола или увеличения общей длины оружия. Вероятнее всего, Сосинский добивался именно такого эффекта — в качестве преимущества своего пулемёта он называл длину, не превышающий длины пехотной винтовки обр. 1891 года — 1253 мм против 1280 мм.

К другим оригинальным решениями можно отнести кольцевую газовую камеру значительного объема, которая обеспечивает существенное снижение давления отведённых из казённой части ствола пороховых газов — в данной части проекта пулемёта наблюдается преемственность конструкции газоотводного двигателя автоматики, использованного Сосинским в его проекте переделочной автоматической винтовки 1906 года, описанном выше.

Целесообразно устроен механизм поворота затвора при запирании и отпирании. Интересное решение содержится в предложенной конструкции возвратно-боевой пружины, состоящей из двух частей, входящих одна в другую. Это обеспечивает компактность механизма и существенно повышает живучесть пружин. Боевые упоры выполнены отдельно от ствольной коробки и могут быть при необходимости заменены.

Для изготовления трубчатого приклада и кожуха водяного охлаждения ствола изобретатель предлагал использовать алюминий, что для начала ХХ века было необычным явлением. Металлическую звеньевую патронную ленту на 50 и на 300 патронов тоже можно считать новшеством — существовавшие в то время пулемёты использовали патронные ленты из ткани или жёсткие металлические ленты-кассеты.

К недостаткам предлагаемой Сосинским автоматики пулемёта можно отнести гарантированное существенное загрязнение газовой камеры и полости ствольной коробки оружия продуктами сгорания пороха, открытое расположение лентоподающего механизма, который будет подвержен засорению, а также способ расположения патронной ленты, подающейся к приёмнику сверху вниз. Такое направление движения ленты является единственно возможным, если автор проекта по каким-то причинам не захотел пропускать её сквозь ствольную коробку, но в эксплуатационном отношении весьма неудобным.

Взведение подвижной системы за счёт перемещения рукоятки управления огнём кажется удобным, но на самом деле вызывает больше проблем, чем удобств, а без принятия специальных конструктивных мер является ещё и опасным для рук стрелка.

Для реализации проекта пулемёта Сосинский выставил условия получить возможность изготовить его на одном из казённых оружейных заводов за государственный счёт за 6 месяцев и получать в это время жалование в размере 720 рублей в месяц. Но несмотря на то, что проект пулемёта был разработан грамотно, он не заинтересовал ГАУ и был отклонён, причем одним из мотивов называлось то, что к этому времени на вооружение Русской армии уже находилось ружьё-пулемёт Мадсена обр. 1902 года.

Интерес Арткома вызвала только содержащаяся в предложении Сосинского система принудительного газового охлаждения ствола. По поводу этой системы охлаждения предполагалось запросить у автора дополнительные сведения, но ответ так и не поступил — очевидно, автор не смог довести свои эксперименты до приемлемой степени готовности.

В данном случае причиной неудачи, скорее всего, стали физические законы нашего мира. Сейчас совершенно точно понятно, что реализовать предлагаемую Сосинским систему принудительного воздушного охлаждения с требуемыми параметрами теплосъёма, невозможно. Теплоёмкость воздуха, да и любого другого доступного газа, слишком мала для того, чтобы эффективно охлаждать пулемётный ствол на протяжении 1000–5000 выстрелов без того, чтобы сосуд для сжатого газа не превратился в порядочных размеров и веса баллон, переноска которого закреплённым на оружии вряд ли возможна.

Оценивая описанный выше проект ручного пулемёта Сосинского с позиции современного знания об автоматическом стрелковом оружии, можно прийти к выводу, что несмотря на имеющиеся недостатки, по состоянию на дату подачи (1906 год) это было одно из самых продуманных и адекватно выглядевших предложений. По качеству заложенных в проект технических решений он на два порядка превосходил примитивные проекты автоматического оружия, разрабатывавшиеся в то же самое время другими русскими изобретателями-оружейниками.

Это соображение даёт возможность выдвинуть тезис о том, что в начале ХХ века в России существовали талантливые изобретатели с большим творческим потенциалом, которые при должной организации процесса проектирования и доработки оружия были способны создавать его современные образцы. Но такого творческого руководства и организации со стороны ГАУ не наблюдалось, а свободный от государственного участия рынок разработок автоматического оружия, который мог бы сформировать в России потребность в таком оружии и, соответственно, создать для изобретателей-оружейников востребованную и конкурентную среду, отсутствовал как явление.

И ещё одно соображение по поводу проекта Сосинского. Изучение проекта пулемёта подталкивает к мысли о том, что при его разработке не обошлось без влияния... нашего старого знакомого барона Одколека! Причём речь идёт не о влиянии «русской» модели его пулемёта, созданного в России в 1901–1902 году, а первоначальной модели, той, что была им разработана ранее в Австро-Венгрии. Прямого заимствования деталей пулемёта Одколека в проекте Сосинского не обнаружено, но концептуально сходные решения имеются. К их числу относятся общая компоновка пулемётов с «линейной отдачей» и размещением некоторых механизмов внутри приклада, расположение газоотводного двигателя под стволом, способ перезаряжания за счёт подвижной рукоятки управления огнём, размещение механизма подачи ленты на левой стороне ствольной коробки без пропускания ленты сквозь оружие в сочетании с направлением её движения к приёмнику в направлении сверху вниз. Сложно сказать, что означает такое сходство. Были ли знакомы друг с другом оба барона — австрийский и русский? Видел ли Сосинский пулемёт Одколека, чтобы вдохновиться какими-то его техническими решениями? Ответа мы не знаем. Но такой оборот дела вполне возможен. Судя по некоторым деталям писем Сосинского в ГАУ, его присутствие в оружейных заведениях некоторых стран Западной Европы было обычным явлением, что создавало поле возможностей для знакомства со своим предшественником в пулемётном деле бароном Одколеком или его пулемётом.

Как указывалось выше, проект пулемёта Сосинского был отклонён, причём не последнюю роль в этом решении сыграло недавно произошедшее принятие на вооружение русской армии пулемёта Мадсена. Явный мотив военных понятен — на вооружение взято новое оружие хорошего свойства, оно поступает в Россию в готовом виде, нет необходимости финансировать сложный и долгий проект доводки до надёжного состояния оружия собственной разработки — всю эту работу выполнила зарубежная фирма, чьё затраченное время и силы оплачиваются при заказе продукции (в данном случае пулемётов Мадсена).

Однако как выяснилось уже вскоре, зависимость России от западных технологий и поставок наукоёмких изделий (в начале ХХ века пулемёт относился к их числу) привела к тому, что на фронтах Первой мировой войны Русская армия оказалась фактически без ручных пулемётов и полагалась исключительно на зарубежные поставки от союзников, а попытка «пересадить» из Дании завод по производству пулемётов Мадсена обошлась России в весьма внушительную сумму, но так и не была осуществлена.

Трагедия дореволюционной и ранней послереволюционной оружейной России состоит ещё и в том, что русским оружейникам в то время было практически нечего предложить промышленности к производству взамен имеющихся в армии и остро востребованных иностранных образцов пулемётов — как станковых, так и ручных.

Ещё до начала Первой мировой войны они сконцентрировали свои весьма ограниченные интеллектуальные силы только на создании автоматической винтовки, практически проигнорировав все прочие направления развития оружейного дела. Именно этой бедностью предложений объясняются намерение уже в ходе Гражданской войны организовать в Коврове производство французских ручных пулемётов Шоша, максимально долгое использование и организация поддержания ресурса имеющегося в РККА и сильно изношенного парка английских ручных пулемётов Льюиса и французских Шоша, в том числе с переделкой пулемётов Льюиса под русский патрон, попытка создать унифицированный комплекс пулемётного вооружения (ручной, станковый, авиационный, танковый пулемёты) на неподходящей конструктивной базе автомата Фёдорова[8], а так же разработка и принятие на вооружение РККА «суррогатного» ручного пулемёта Максима-Токарева МТ. Только создание в СССР своей собственной школы проектирования автоматического стрелково-пушечного оружия позволило вывести нашу страну из зависимости от необходимости приобретать за рубежом соответствующие разработки.

Завершая повествование, следует остановиться на личности изобретателя изученного проекта пулемёта барона Бронислава Эдуардовича Сосинского (1863–1937 гг.). Кем он был — несомненный яркий талант, который в силу разных обстоятельств не смог себя проявить на практике?

Судя по набору терминов, содержащихся в описании проекта пулемёта («пазик», «дырочка» «цилиндрик», «лапка», «спускная щеколда», «транспортный механизм», «патронная цепь» и т. п.), барон Б. Э. Сосинский был далёк от профессионального оружейного дела. Авторам удалось установить, что он был гражданским инженером, выходцем из Венгрии. По косвенным данным, сфера деятельности Б. Э. Сосинского была связана с железными дорогами и паровозостроением, в частности, на Луганском паровозостроительном заводе. В семье внука Б. Э. Сосинского — А. Б. Сосинского — существует предание о том, что Бронислав Эдуардович получил из рук Николая II модель паровоза, разработанного при его участии. Несомненным является тот факт, что Б. Э. Сосинский был грамотным и талантливым инженером, который хорошо знал и любил оружейное дело, обладал большим потенциалом оружейного конструктора. Но эти свойства его личности в силу особенностей оружейной эпохи в России, остались не использованными в должной мере.

За свою жизнь Б. Э. Сосинский был дважды женат: первая супруга — Анна Шёнборг, вторая — Эмма Августовна Семихат (1873–1947 гг.). Семья часто переезжала из одного города в другой: в 1900 году они проживали в Луганскезатем в Боровичах (Новгородская область), Венёве (Тульская область), в 1917 году — в Бердянске. По словам внука, после февральской революции 1917 года Бронислав Эдуардович перешёл на преподавательскую деятельность, однако подтвердить документально это пока не удалось. Скончался Б. Э. Сосинский в 1937 году.

Барон Одколек вновь пытается попасть в Россию...

Ну а что же барон Одколек? Неужели после своего эпичного провала в России он пре-кратил продвигать заведомо нежизнеспособную конструкцию пулемёта и навсегда оставил мечты о русских возможностях? Ничуть не бывало! Как говорится, мы их в дверь — они в окно!

Автор - Римма Тимофеева (к. иск.), Руслан Чумак (к.т.н.), начальник отдела фондов ВИМАИВиВС, член редколлегии журнала «КАЛАШНИКОВ»

В период с 1902 по 1906 год Одколек оформил патенты на ряд своих изобретений в наиболее промышленно развитых странах Европы и в США:

— немецкий № 155673 от 1 марта 1903 года на запирающий механизм, реализованный в конструкции русской модели пулемёта и варианты его исполнения;

— французский № 329861 от 2 марта 1903 года на запирающий механизм, реализованный в конструкции русской модели пулемёта и варианты его исполнения;

— американский № 726187 от 21 апреля 1903 года на запирающий механизм, реализованный в конструкции русской модели пулемёта и варианты его исполнения;

— австрийский № 16349 от 1 мая 1903 года на запирающий механизм, реализованный в конструкции русской модели своего пулемёта и варианты его исполнения;

— австрийский № 26117 от 15 июня 1905 года на конструкцию газоотводных двигателей автоматики;

— английский № 5799 от 20 августа 1903 года;

— американский № 799884 от 19 сентября 1905 года на конструкцию пулемёта изначальной системы с нижним расположением газоотводной системы, перезаряжанием подвижной рукояткой управления оружием и ручной подачей ленты, патроны к которой крепились верёвочными петлями.

Анализ содержания перечисленных выше патентов показывает, что после отъезда из России Одколек озаботился международным признанием своего приоритета на самый удачный узел пулемёта — подвижную систему (затвор), а также усовершенствованием газоотводной системы пулемёта. Однако при этом в части общей компоновки оружия, и главное — системы питания с ручной подачей ленты и её странной конструкцией, воззрения Одколека остались неизменными.

Тем не менее, прогресс в развитии конструкторской мысли Одколека удалось отследить, и опять он проявился в документах, связанных с... Россией! По свидетельству чешского историка оружия Я. Скрамоушского, им были выявлены сведения о том, что в 1903–1904 годах Одколек представлял свой пулемёт Австрийской технической военной комиссии, причём он был приспособлен для стрельбы русскими 3-х линейными винтовочными патронами, снаряжёнными австрийским порохом. Испытания этого пулемёта оказались неудачными.

Выдержав благородную паузу длиной в несколько лет (вероятно, для того чтобы в русском Военном ведомстве утихли страсти, и рутина дней сгладила неприятные воспоминания об огромных затратах на реализацию провального проекта пулемёта) и усовершенствовав свой пулемёт, в 1906 году Одколек предпринял новую попытку войти в сношение с русским правительством на предмет пристроить своё изобретение. В журнале Арткома № 318 от 27 апреля 1906 года содержится информация, поданная председателем приёмной комиссии при патронном заводе фирмы «Вейс» в Будапеште полковником Н.В. Шульгой, об изготовляемых на заводе «Шкода» в Пильзене пулемётах системы Одколека и «Шкода». К рапорту прилагались составленные полковником описания и чертежи обоих пулемётов, а также 18 фотоснимков пулемёта «Шкода» на различных установках и в различных положениях.

Фотоснимок пулемёта «Шкода» из комплекта фотоснимков фирмы «Шкода» в Пильзене. ВИМАИВиВС

Про пулемёты Одколека указано, что они являются примерами той же системы, которая бароном разрабатывалась на Сестрорецком оружейном заводе применительно к русскому патрону. Отмечался ряд усовершенствований, введённых с того момента.

Во-первых, это автоматическая подача патронной ленты, избавляющая стреляющий номер от необходимости протягивать её после каждого выстрела.

Во-вторых, это использование медной муфты на казённой части ствола, что предохраняло руки стреляющего от ожогов. Также содержится пометка, что в дальнейшем изобретатель предполагает применить на пулемёте водяное охлаждение.

Но для питания пулемёта по-прежнему использовались матерчатые ленты на 25 патронов, которые прикреплялись к ней верёвочными петлями, обрываемыми затвором при досылке патрона. Кроме этого обстоятельства, которое ранее вызывало утыкание пули в коробку в случае перекоса ленты, в этом пулемёте также присутствовал ряд технически нецелесообразных решений, а именно: большое удаление опорных плеч затвора от казённого среза ствола, снабжение всех болтов, служащих осями вращения, защёлками с крошечными спиральными пружинами и прочие «нежные приспособления», нежелательные в военном оружии.

Несмотря на готовность барона принять заказ на производство двух пулемётов с последними усовершенствованиями под русский патрон, Артиллерийский комитет посчитал невозможным вновь затрачивать средства на проект барона Одколека, особенно при «неопределённости условий, какой изобретатель желал бы обставить заказ», и его предложение отклонил.

Может показаться удивительным, но упомянутые выше фотоснимки пулемёта «Шкода» (см. подзаголовочное фото), присланные в 1906 году в Россию из Будапешта полковником Шульгой, сохранились до настоящего времени в собрании фотодокументов Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи. На них представлены изображения всех разновидностей артиллерийской техники, выпускавшейся в начале ХХ века на заводе фирмы «Шкода» в Пильзене, в том числе пулемёта «Шкода».

Необходимо особо отметить, что оформление указанного комплекта фотоснимков выполнено с известной степенью совершенства, как художественного, так и технического. Качество изображений имеет высочайший уровень чёткости, позволяющий изучить мелкие подробности. Сами фотоснимки оформлены в большие паспарту с золотым обрезом и подписаны тушью безупречным каллиграфическим почерком на французском языке. Весь комплект фотографий уложен в закрывающийся на ключ обтянутый кожей деревянный футляр на фигурных ножках, декорированных узорчатыми металлическими накладками. Внутри футляр выстлан муаром синего цвета, на крышке закреплена металлическая пластина с фирменной надписью.

Футляр изготовлен фабрикой кожаных дел мастера Августа Кляйна в Вене (August Klein. Wien Graben № 20). Данный комплект фотоснимков поступил в музей в 1906 году из собрания Великого князя Михаила Николаевича (1832–1909 гг.), который в то время занимал должность генерал-фельдцейхмейстера, то есть являлся главным начальником артиллерии русской армии. К сожалению, снимков новой модели пулемёта Одколека, его чертежей или каких-то других графических материалов при описанном комплекте фотокарточек не выявлено...

Казалось бы, после сурового русского отказа, хождения барона Одколека вокруг столь сомнительного в своих качествах пулемёта должны закончиться. Но барон был настойчив в желании пристроить куда-нибудь своё детище. Его активность на оружейном поприще продолжалась и в последующие годы. В 1907–1908 годах Одколек получил на свои изобретения ряд патентов:

— японский № 4204 от 23 сентября 1907 года на конструкцию пулемёта изначальной системы с нижним расположением газоотводной системы, перезаряжанием подвижной рукояткой управления оружием и ручной подачей ленты, патроны к которой крепились верёвочными петлями;

— швейцарский № 28416 от 12 марта 1908 года на запирающий механизм, реализованный в конструкции русской модели пулемёта и его варианты.

Последнее выявленное упоминание о пулемёте Одколека в русских материалах содержится в «Оружейном сборнике» и относится к 1909 году: «Испытания ручного автоматического пулемёта системы Одколека ещё производятся. Пулемёт этот по системе запирающего механизма сходен с пулемётом Гочкисса и сравнительно лёгок. Скорость стрельбы из него достигает 600 выстрелов в минуту». Но в итоге изобретение барона Одколека оказалось никому не интересным и не получило реализации.

За весь период работы барона Одколека над ручными пулемётами им было разработано и изготовлено как минимум три их основных модели:

— первоначальная модель с ручной подачей патронной ленты. Таких пулемётов к настоящему времени сохранилось 2 образца: один с серийным номером № 1 под германский 7,92-мм винтовочный патрон находится в собрании оружия Военно-исторического института армии Чешской республики (г. Прага), второй такой же образец с серийным номером № 6 находится в собрании Швейцарского стрелкового музея в Берне. Некоторые особенности конструкции этой модели пулемёта будут описаны в отдельной публикации;

— русская модель с ручной подачей патронной ленты. Пулемёт был изготовлен в единственном экземпляре на Сестрорецком оружейном заводе в 1901 году, в настоящее время находится в собрании оружия Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи (г. Санкт-Петербург). Некоторые особенности конструкции пулемёта этой модели были продемонстрированы в предыдущих статьях авторов;

— последняя модель с автоматической подачей патронной ленты (ориентировочно 1906–1910 гг.). Образцы этого пулемёта в настоящий момент не выявлены, их внешний вид и технические особенности неизвестны.

Что же это было за явление в отечественной оружейной истории — «Пришествие барона Одколека в Россию»? Видный русский и советский оружейник В. Г. Фёдоров в одном из документов своей переписки по вопросам издания книги, посвящённой его биографии, назвал Одколека «проходимцем» и указал, что на его работу было истрачено около 70 000 рублей — огромная по тем временам сумма!

Можно ли присоединиться к мнению Фёдорова и считать барона Одколека проходимцем и мошенником, целенаправленно обманывавшим русское Военное ведомство с целью получения незаслуженной финансовой выгоды? Ответ может показаться не вполне очевидным.

Оценивая результат работы Одколека по созданию ручного пулемёта с позиции современного знания, можно прийти к выводу о том, что этот проект просто оказался ему «не по плечу». Одколеку удалось создать законченную конструкцию оружия, но не хватило технического видения или квалификации устроить его современным образом. Быть может, не стоит сильно винить Одколека в том, что ему не удалось создать хороший ручной пулемёт. В начале ХХ века спроектировать такое автоматическое оружие вообще было мало кому в мире по силам.

Да и много позднее, в том числе и в нынешнее время, разработка ручного пулемёта, соответствующего актуальным требованиям армии, является «высшим пилотажем» конструкторского мастерства, для которого одного желания, таланта, производственных возможностей и тем более денег может не хватить. Ведь ни за какие деньги невозможно купить знания и опыт конструктора-оружейника.

Главная проблема работ барона Одколека в России состояла в не поддающемся рациональному объяснению несоответствии между абсолютно справедливой негативной оценкой, данной специалистами ГАУ прототипу его пулемёта на демонстрационных испытаниях в августе 1900 года, исключавшей какое-либо дальнейшее развитие взаимоотношений Одколека и России, и разрешением на проведение сопровождавшейся огромными преференциями работы, данным ему теми высшими сановниками Российской империи, которые были лишь опосредовано знакомы с автоматическим оружием.

Единственное объяснение лежит в области, хорошо известной современникам и участникам описываемых событий — видный русский и советский оружейник В.Г. Фёдоров назвал это явление «подобострастие перед иностранными работниками». И не один он видел данную проблему, она была давно и хорошо известна в царской России. В архиве ВИМАИВиВС имеется дело с перепиской ГАУ, в котором подшита газета 1904 года, содержащая заметку «Терпеливый изобретатель». Она посвящена деятельности русского изобретателя паровозной техники М.И. Савельева, который долго не мог заинтересовать своей многообещающей разработкой русские официальные инстанции. После многолетних мытарств ему это удалось, но видимо такой ход событий был, всё же, случайностью, потому что в заметке имеются рассуждения редакции о сути проблемы, достойные быть приведёнными здесь целиком.

«Русскому изобретателю у нас исстари не везло. Бьётся, бьётся такой русский Кулибин, ходит, просит, подаёт прошения, так проходит год, другой, третий и, наконец, ничего не добившись, русский изобретатель решается на то достаточно хорошо использованное средство, к которому по старой традиции всегда прибегали русские мученики идеи, — отыскивается обыкновенно какой-нибудь бельгиец, или англичанин и покупает наше изобретение, а спустя много лет, испытанное и давно вошедшее в употребление за границей, такое изобретение попадает к нам. Платим мы за право его утилизации бешеные деньги, фирма изобретения — не русская и мы сетуем на то, что всё у нас — заграничное и нет ничего родного и своего. [...] Пусть хоть этот изобретатель составит счастливое исключение из обычного правила, по которому на долю нашего отечественного технического гения выпадают одни лишь неудачи».

Применительно к описываемой истории деятельности барона Одколека в России по созданию пулемёта, можно сказать, что даже высочайший уровень названного В.Г. Фёдоровым «подобострастия перед иностранными работниками» в данном случае не дал результата — разработанный Одколеком за большие деньги пулемёт никаким образом не был пригоден для боевого применения.

Интересно, что несмотря на очевидный и громкий провал всего описанного выше дела во главе с Военным министром России генералом Куропаткиным, понимание деструктивности вмешательства чиновников в работу профильных технических специалистов и необходимости активного развития своего военного инженерно-конструкторское дела, так и не возникло. Впоследствии это явление ещё не раз произойдёт в высших эшелонах власти Российской империи и будет способствовать развитию тяжелейшего военно-экономического положения царской России в годы Первой мировой войны, завершившегося в конечном итоге разрушением государства в ходе двух революций 1917 года.

Проблемой практически тотальной интеллектуальной зависимости России от западных разработок в области стрелкового оружия и некоторых других видов вооружения озаботилась уже новая, советская власть, с первых дней своего правления взявшаяся создавать собственные научные школы и центры проектирования оружия.

Герой нашего повествования барон А. Одколек до конца своей жизни будет заниматься созданием новой техники, причём в самых разных её областях, в том числе далёких от стрелкового оружия. Например, сохранились фотоснимки 1912 года, где Одколек занимается испытаниями парашюта собственной конструкции в ангаре на военном аэродроме Исси-ле-Мулино. При этом в своих предложениях он демонстрировал на редкость творческий ум и большую изобретательность мышления. Умер Адольф Одколек в Штоккерау (Австро-Венгрия) 1 января 1917 года в 62-летнем возрасте.

Продолжение следует...

Приветствую всех заглянувших!
Давайте снова поговорим о Венеции...

Великолепный Дворец Дожей и заплесневелые трущобы, широкие каналы и замусоренные протоки, богатеи-купцы и шайки портового отребья. Кинжалы-чинкведеи "Длань Господня"...

...и длинные "славянские" мечи - скьявоны.

Собственно, почему именно "славянские"?
Дело, в частности, в соседях.

Венеция - один из богатейших перекрёстков средневековья. Там встречались итальянцы и англичане, африканцы и азиаты, германцы и русские купцы. Здесь были представительства практически всех народностей - и неудивительно, что близкие соседи - балканские племена в этом разноплеменном "бульоне" встречались особенно широко.

В том числе и сербы, особенно после битвы на Косовом поле, когда на кривых клинках османов на Балканы пришёл ислам.

Часть сербских князей приняла новую веру, часть - разошлась по окрестным государствам, вкупе с роднёй, ближниками, подданными и личными дружинами. И это не говоря о простых беженцах.
Что им оставалось делать на чужбине? То, что привыкли - воевать и служить.

Таким образом, и в Далмации, и в самой метрополии появились наёмные войска из сербов, боснийцев, албанцев. Восточных славян.
И славяне эти предпочитали прямые мечи с S-образной изогнутой гардой и тяжёлым квадратным навершием.

Назывались эти мечи "скьявонеска" (SCHIAVONESCA) - в буквальном переводе "славянка". Не удивляйтесь "женскому" названию - в пору Высокого Рыцарства многие рыцари-поэты давали мечам женские имена (Дюрандаль тому примером), и вообще, та же шпага (spada) - тоже женского рода.

Существует, кстати, мнение, что знаменитые кацбальгеры немецких наёмников - плод культурного обмена с восточно-славянскими народностями, разве что у "немцев" навершие было иной формы, а вот форма гарды и клинка - вполне соответствуют. Впрочем, почему бы и нет.

Со временем навершие мечей-скьявонесок приобрело характерную форму "кошачьей головы" с выступами "ушей" по краям - здесь, скорее, идёт отсылка к геральдическому льву, а клинки так и оставались обоюдоострыми, около 70см длиной.

Со временем - в частности благодаря лихости сербских рубак, из которых набирали и морскую пехоту, и латную конницу - скьявонески вошли в моду. Их заказывали и простые воины, и благородные сеньоры.
Забавным фактом можно считать и то, что мечи эти постепенно подстраивались под оружейную моду Венеции вообще и Италии в частности - известны поздние образцы с дугообразным эфесом и "палюхом" - загибом под палец для диагонального хвата, характерного для венецианской школы.

"Поздняя" скьявонеска:

Типичный итальянский меч:

Шли годы, годы складывались в десятилетия и века, и настало время, когда огнестрельное оружие потеснило прямые мечи с простыми гардами на поле боя, доспехи ужались до трёхчетветрных, а после и редуцировались до комлекта шлем-наплечники-кираса.
А ещё в моду вошли дуэли, переродившиеся из судебных поединков-ордалий.

По всей Европе победно шествовала её величество шпага, а также и рапира - меч для ношения с гражданским платьем. А в Венеции...

В Венеции меч-скьявонеска получил логическое развитие - став скьявоной.
Коль скоро от латных рукавиц избавила неумолимая поступь истории, а калечить руки как-то не хотелось - скьявоны обзавелись массивным корзинчатым эфесом, сохранив, между прочим, знаменитое "кошачье" оголовье :)
Таким образом, меч превратился фактически в палаш.

Сохранив двулезвиный клинок, палаш-скьявона по сути остался рубящим оружием, хотя и фехтовать им также было возможно. Более того, многие оружейники оставляли один (или даже два - но намного реже) "ус" гарды, которым можно было зацепить и заклинить оружие противника.

Форма же корзинки-эфеса была произвольной, в зависимости от фантазии оружейника и толщины кошелька заказчика.

Известны также и парные дуэльные комплекты меч-кинжал, в подражание шпажным гарнитурам.

Бывали даже изогнутые скьявоны - на манер абордажных сабель. Ну, пожалуй, почему бы и нет...

В принципе, наиболее близки скьявоне шотландские палаши-клейморы и английские "траурные" (или "мертвецкие") мечи...

...но если "шотландцев" можно увидеть и в наши дни, так сказать, на службе...

...то скьявоны заняли почётные места в частных и музейных оружейных коллекциях.

Ну, потому что это просто красиво.

Лимит картинок на этом завершён - и я благодарю всех, кто дочитал.
Надеюсь, было интересно.

С вами был Корабельный КотЪ. Ещё увидимся!