Карл назначил 16-летнего Людовика на пост главного королевского наместника в Лангедоке, передав ему в руки все полномочия управления этим краем, включая право назначения чиновников.
Что то знакомое. В наше время нигде не встречалось?
Людовик XI .
Предыдущая часть лежит здесь - Столетняя война. Финал
3 июля 1423 года в семье короля Франции Карла VII и его жены Марии Анжуйской родился сын, получивший от родителей имя Людовик. Первенец королевской семьи появился на свет в крайне тяжёлое для французского государства время. В результате серии поражений в ходе Столетней войны Франция фактически попала под английскую оккупацию, а ее король Карл VI Безумный в мае 1420 года подписал с англичанами мирный договор в Труа, по которому французский престол после его смерти должен был унаследовать английский король Генрих V. Сын же французского монарха, дофин Карл, навеки отстранялся от престола. Взбешенный таким решением своего невменяемого отца, Карл бежал на Юг Франции и, собрав там вокруг себя всех недовольных английским владычеством баронов, повел активную кампанию по возвращению своих законных прав. В конечном итоге, после многолетней борьбы и во многом благодаря помощи небезызвестной Жанны д’Арк, опальный принц все же сумел надеть на свою голову вожделенную французскую корону и очистить свою страну от проклятых англичан.
Коронация Карла VII в присутствии Жанны д’Арк.
Стоит отметить, что утверждению власти Карла VII во Франции мешали не только англичане, но и его собственный сын. В мае 1439 года Карл назначил 16-летнего Людовика на пост главного королевского наместника в Лангедоке, передав ему в руки все полномочия управления этим краем, включая право назначения чиновников и сбора налогов. Обрадованный таким доверием Людовик рьяно взялся за дело и провел в Лангедокской области настоящую кадровую революцию, что, впрочем, не очень понравилось королю. Уже в ноябре того же года Карл снял Людовика с должности наместника Лангедока и назначил его наместником в Пуату, но уже не полновластным, а номинальным, передав реальную власть в регионе местным баронам.
Такое решение отца крайне взбесило юного Людовика и спровоцировало его примкнуть к вспыхнувшему против короля мятежу. Этот бунт против законной власти с подачи самого Карла VII получил название Прагерия - в честь Праги, которая в то время была охвачена гуситским движением за реформацию церкви. Таким образом, король показательно приравнял всех мятежников к еретикам. В феврале 1440 года некоторые французские бароны, недовольные королевским ордонансом, по которому им запрещалось иметь наёмное войско, организовали против монарха заговор. Согласно разработанному плану, заговорщики хотели сместить Карла VII и посадить на престол его сына Людовика, однако все их начинания были крайне быстро разбиты королевским войском. После подавления мятежа король никак не стал наказывать своего буйного сына и даже назначил его своим наместником в область Дофине.
Миниатюра Марциала Овернского из "Вигилии на смерть короля Карла VII", посвещенная "Прагерии".
Впрочем, королевское прощение никак не способствовало пробуждению совести в душе Людовика, и он продолжил свои попытки заручиться поддержкой разных оппозиционных баронов. В результате Карл VII, желая удалить сына подальше от своего двора, поставил Людовика во главу войска, набранного из кошмаривших французское население рутьеров (наемников), и отправил воевать его в Швейцарию. Дело в том, что после окончания во Франции 28-летней гражданской войны между группировками арманьяков и бургиньонов, боровшихся за контроль над решениями французского короля, в стране "без работы" осталось множество наемных солдат. Не желая возвращаться к мирной жизни, эти ребята принялись заниматься грабежами и разбоями, опустошая огромные территории, за что получили среди местного население прозвище "живодеры". В попытке очистить Францию от воинствующих маргиналов Карл издал ордонанс, согласно которому все "живодеры" зачислялись в отряды королевских вассалов и отправлялись в их родную стихию, благо в соседней Швейцарии вспыхнула гражданская война, а Франция вызвалась на помощь одному из противников. В швейцарской кампании было задействовано около 20 000 тысяч рутьеров, большая часть из которых была благополучно утилизирована в разных битвах.
Банды "Живодеров".
Что же касается дофина Людовика, то он после заключенного 28 октября 1444 года мира с Швейцарским союзом благополучно вернулся во Францию. Начиная с этого момента его отношения с отцом вошли в крутое пике, из которого выйти уже так и не смогли. Вернувшись в Париж, Людовик немедленно начал плести против своего отца новые интриги, в результате чего король от греха подальше вновь удалил своего ненадежного сына от королевского двора, выслав его из столицы в Дофине. Когда 28 декабря 1446 года королева Мария Анжуйская родила своему супругу второго сына, которого в честь отца также назвали Карлом, положение Людовика совсем ухудшилось. Отныне он перестал быть единственным наследником французской короны, а значит, теперь Карл VII в случае очередных интриг своего старшего сына мог применить к нему самые жестокие меры, не боясь при этом потерять своего единственного престолонаследника.
Очередное обострение отношений Карла и Людовика произошло в 1451 году в результате женитьбы последнего на дочери савойского герцога Шарлоте (первая жена Людовика, Маргарита Шотландская, умерла в 1445 году). Карл VII не дал благословение на этот брак, ведь до этого он долгое время уговаривал сына в политических интересах Франции взять в жены Элеонору Португальскую, дочь португальского короля Дуарте I, однако Людовик думал только о своих интересах. В момент бракосочетания Людовик заключил союз с савойским герцогом, по которому тот торжественно пообещал поддерживать и защищать супруга Шарлотты от кого бы то ни было и даже от короля: "Если Карл VII выразит неудовольствие оной женитьбой и задумает причинить ущерб господину дофину, я приду ему на помощь со всей своей силой".
Заручившись поддержкой столь мощного союзника, Людовик начал яростную клеветническую кампанию против своего отца, рассылая письма королевским советникам, в которых он обвинял монарха в "пошлых нравах и распущенности", а также упрекал его за возмутительные расходы на своих фавориток. В конечном итоге Карлу надоело терпеть наглое поведение своего сына, и в 1456 года он отправил против Людовика мощную армию с целью сместить его с поста наместника Дофине. Понимая, что ему не под силу противостоять королевскому войску, Людовик спешно покинул границы Дофине и бежал в Бургундию, где впоследствии выпросил у тамошнего герцога Филиппа Доброго, давнего врага французской короны, что-то вроде политического убежища.
Филипп Добрый.
Находясь в изгнании, Людовик продолжил плести интриги против своего отца и, придерживаясь старой тактики, вновь начал рассылать письма французским баронам, склоняя их перейти на свою сторону. В декабре 1456 года королевской стражей было арестовано семь человек, которые в ходе допроса признались, что они получили деньги за то, чтобы захватить короля Карла VII в замке Сен-При и "отвезти его силой, куда им заблагорассудится". Заговорщиков сдал Жан Шенар, также участвовавший в заговоре, но в последний момент решивший сохранить верность королю. Он сообщил королевскому совету, что против монарха готовится мятеж, и что заговорщики смогли собрать более 400 жандармов, готовых к выступлению против законной власти.
Из-за козней сына у Карла вскоре развилась настоящая паранойя. В голове короля плотно засела навязчивая идея, что его непременно отравят по приказу Людовика, после чего Карл окончательно перестал доверять всем своим советникам. Все же, несмотря на откровенную вражду с сыном, король предпринял последнюю попытку с ним примириться. В 1458 году, после того, как Карл серьёзно заболел (на его ноге появилась незаживающая рана, по всей видимости, связанная с развитием диабета, вследствие чего у короля началась лихорадка), он призвал Людовика вернуться из изгнания, чтобы подготовить его к передаче французской короны. Однако Людовик к тому времени настолько сильно возненавидел своего отца, что не только отказался возвращаться, но и нанял астрологов, чтобы предсказать точный час смерти "проклятого деспота и тирана", испортившего ему жизнь. Неизвестно, что сказали астрологи Людовику, но Карл сумел прожить ещё два с половиной года. В конце жизни рассудок короля окончательно помутился, вследствие чего он, боясь отравления, отказался принимать пищу. 22 июля 1461 года Карл VII умер от голода.
Карл VII.
В этот же день в Бургундию был направлен гонец, сообщивший наследнику престола о смерти его отца. Обрадованный такими новостями, Людовик щедро наградил гонца, после чего решил отпраздновать данное событие "праздничной охотой"... На отпевании короля, состоявшемся сначала в соборе Парижской Богоматери, а затем в базилике Сен-Дени, Людовик не присутствовал и никого не прислал себя представлять. Он вернулся во Францию только спустя три недели после смерти Карла VII и 15 августа 1461 года был коронован в Реймском соборе на французский престол под именем Людовика XI.
За следующие 22 года своего правления Людовик превратил Францию в одно из сильнейших государств Европы, а за умение выпутываться из сложных ситуаций путём переговоров и интриг он получил от своих современников прозвище "Всемирный паук".
Продолжение следует.
Предыдущая часть лежит здесь - Конец "Войны Алой и Белой розы"
Генрих VII был провозглашён королем Англии 22 августа 1485 года после победы в битве при Босворте, в которой его армия разгромила королевское войско и убила предыдущего английского монарха Ричарда III. Так началась 118-летняя эпоха правления династии Тюдоров на английском престоле. Захватив трон с помощью грубой силы, Генрих вполне естественно столкнулся с серией заговоров против себя, во главе которых стояли английские бароны, недовольные появлением узурпатора в своей стране. В 1487 году заговорщики попытались возвести на престол 10-летнего самозванца Ламберта Симнела, выдав его за Эдуарда Уорика, племянника английского короля Эдуарда IV, которого Генрих Тюдор, опасаясь возможных династических притязаний со стороны мальчика, заключил в Тауэр сразу после своего восшествия на престол. Мятежные бароны распространили слух, что Эдуарду удалось бежать из заключения с помощью одного из вельмож двора, изменившего королю, после чего он был перенаправлен в Ирландию, которая в то время стала убежищем для многих противников Тюдора. 24 мая 1487 года в кафедральном соборе Дублина заговорщики короновали "беглеца" на английский престол под именем Эдуарда VI.
На самом же деле, Ламберт Симнел был выходцем из семьи зажиточного оксфордского горожанина, который был то ли торговцем, то ли пекарем. Когда отец отдал своего сына на обучение 28-летнему выпускнику Оксфордской теологической школы Ричарду Саймону, тайному стороннику Йоркской партии, выступающей оппозицией Тюдорам, тот обратил внимание на внешнее сходство ребёнка с племянником Эдуарда IV. В его голове немедленно созрел план выдать Симнела за Эдуарда Уорика, тем более, что в то время по Англии активно распространился слух о казни Эдуарда в заточении, а значит, легко можно было сочинить легенду о побеге, ведь нынешняя власть никак не сможет ее опровергнуть ввиду смерти оригинального Эдуарда. Для осуществления переворота Саймон заручился финансовой поддержкой сторонников прошлого короля, среди которых была и правительница Нидерландов Маргарита Бургундская - старшая сестра Ричарда III, не смирившаяся с приходом к власти в Англии рода Тюдоров.
Узнавший о вспыхнувшем против него заговоре Генрих VII решил разрушить все планы мятежников, и 2 февраля 1487 года по его приказу настоящего Эдуарда Уорика вывели из Тауэра и провели по улицам Лондона. Впрочем, заговорщиков это не остановило. После коронации самозванца в Дублине 4 июня 1487 года его войско, набранное из полутора тысяч немецких наемников и четырех тысяч ирландских крестьян, высадилось на северо-западном побережье Англии и устремилось вглубь страны. 16 июня мятежники сошлись в битве с королевской армией в местечке Стоук-Филд и потерпели в ней сокрушительное поражение, а 10-летний Симнел был захвачен в плен и отвезен в Тауэр. Генрих VII прекрасно осознавал, что мальчик был лишь пешкой в руках его врагов, а поэтому помиловал самозванного короля и устроил его работать на кухню при своем дворе. Чуть позже Симнел дослужился до должности сокольничего и до конца своих дней оставался на королевской службе. Неудавшийся самозванец скончался в районе 1535 года в возрасте около 58 лет.
Битва при Стоук-Филд.
Впрочем, с пленением Симнела мир в Англии так и не наступил, ведь на политическую арену тут же вышел еще один "претендент на престол". Нового самозванца звали Перкин Уорбек, ему было 17 лет, и он выдавал себя за младшего сына короля Эдуарда IV, который, по всей видимости, был убит Ричардом III в Тауэре в 1483 году. Уорбек родился в городе Турне на границе Франции и Нидерландов около 1474 года в семье городского инспектора. В возрасте 10 лет родители отдали сына учиться торговому делу, вследствие чего мальчик стал активно путешествовать по Европе. В 1491 году Уорбек оказался в Ирландии, где привлек внимание мэра города Корк Джона Атватера, который поддерживал связи с бежавшими из Англии опальными баронами. Эти самые бароны, заметив сходство юноши с Ричардом Йоркским сыном Эдуарда IV, уговорили его присоединиться к заговору и растрезвонили по всей Западной Европе весть о воскресшем принце.
Первым, кто решил воспользоваться новым самозванцем, стал король Франции Карл VIII, который в то время грезил о присоединении к Франции герцогства Бретань, на чьей стороне выступал Генрих VII. Желая вывести английского короля из политической игры во Франции, Карл приютил у себя самозванного Ричарда и фактически признал его права на престол Англии, надеясь, что тот начнет на Туманном Альбионе смуту. Разумеется, такая выходка Карла привела Генриха в бешенство. Английский монарх, недолго думая, собрал 15-тысячную армию, с которой он переплыл через Ла-Манш, и начал наступление на французскую территорию, взяв в осаду город Булонь. Такой поворот событий изрядно испугал Карла VIII, ведь тот хоть и хотел насолить своему английскому коллеге, но ни в коем случае не планировал реанимировать только недавно затухшую Столетнюю войну. В результате Карл вступил с Генрихом переговоры и вскоре заключил с ним мир, по которому Англия была обязана отказаться далее преследовать свои интересы в Бретани, а Франция, в свою очередь, согласилась компенсировать англичанам их военные расходы, а также обязалась выплачивать щедрую сумму в размере пятидесяти тысяч золотых крон в год в течение следующих пятнадцати лет. А самое главное, Карл VIII согласился больше не укрывать у себя претендентов на английский престол.
Перкин Уорбек.
Уорбек был вынужден покинуть Францию и перебраться ко двору Маргариты Бургундской, которая, как мы помним, люто ненавидела Тюдора и один раз уже оказала финансовую поддержку самозванцу Симнелу. На этот раз помощь Маргариты не ограничилась лишь одними деньгами. Она познакомила Уорбека с самыми знатными людьми континента, среди которых был и император Священной Римской империи Максимилиан I, а также пыталась спровоцировать английскую знать на восстание против Тюдора. Вскоре ей удалось склонить на сторону самозванца барона Джона Рэтклиффа, сэра Роберта Клиффорда, а также настоятеля собора Святого Павла Уильяма Уорсли. Весной 1493 года английский король узнал, что эта группа заговорщиков отправила сыра Клиффорда в Бургундию на встречу с Уорбеком, чтобы удостовериться, что он действительно Ричард Йоркский. Клиффорд удовлетворился увиденным и сообщил "принцу", что если он решится пересечь пролив и заявить права на трон, его ожидает теплый прием. Воодушевленный таким обещанием, Уорбек с небольшим отрядом наемников 3 июля 1495 года высадился в Кенте в надежде получить широкую народную поддержку уже в самой Англии, однако все его надежды были моментально разбиты. Войска самозванца были разгромлены уже при высадке на берег, а сам Уорбек был вынужден бежать сначала Ирландию, а затем в Шотландию, в которой он нашел поддержку в лице ее короля Якова IV. Шотландский король, чья страна издавна была врагом англичан, признал самозванца "английским принцем Ричардом", предоставил ему людей, щедро оплатил его расходы на одежду, слуг и лошадей, а также нашел ему жену-аристократку - леди Кэтрин Гордон, дочь графа и дальнего родственника короля. В сентябре 1496 года шотландцы от имени Уорбека вторглись на север Англии, грабя и сжигая приграничные деревни. Однако знамени самозванца не вызвал у англичан ничего, кроме безразличия, а поэтому почти сразу же после вторжения Яков и "английский принц" поспешно отступили назад, так ничего и не добившись.
Узнав, что шотландцы поддержали неугомонного Уорбека, Генрих одобрил крупные налоговые сборы для того, чтобы профинансировать мощное военное наступление на севере и "надлежащим образом пресечь жестокие и злонамеренные деяния Якова IV". Однако запланированное на лето вторжение в Шотландию так и не началось, так как повышение налогов привело к бунту среди английских подданных Генриха. Тем не менее, серьезность намерений английского короля убедила Якова IV в том, что от Уорбека больше проблем, чем пользы, а значит, самозванцу пришло время снова пришлось отправиться в путь.
Перкин Уорбек и английские крестьяне.
В своей последней попытке заполучить корону Уорбек решил воспользоваться недовольством крестьян английским королем. В сентябре 1497 года он со своей небольшой кучкой сторонников высадился в Корнуолле, где призвал местных жителей вступить в его войско, обещая им в случае своего восшествия на престол снизить высокие налоги. На его зов откликнулись несколько тысяч крестьян, с которыми Уорбек направился к Эксетеру, самому сильному и богатому городу в тех краях. 17 сентября мятежники осадили Эксетер, но уже через четыре дня, понимая, что у его народной армии нет никаких шансов взять этот укрепленный город, самозванец снял осаду и двинулся к городу Тонтон. Там он и завершил свою карьеру "Ричарда Йоркского". Королевская армия с легкостью разбила повстанцев, а самого Уорбека захватила в плен.
И вновь Генрих проявил милосердие. Он заставил самозванца публично признаться в своем обмане, после чего Уорбеку позволили жить при королевском дворе, правда, передвигаться по дворцу он был вынужден под присмотром охраны. Однако Уорбек, что называется, принял доброту Генриха за слабость и в 1499 году попытался сбежать вглубь Англии, чтобы вновь поднять крестьян против законного короля. Впрочем, эта попытка оказалась неудачной. Уорбек был схвачен и на этот раз был приговорен к пожизненному заключению в Тауэре. Но и там он не угомонился. В тюрьме он вступил в связь с Эдуардом Уориком, тем самым, за которого себя выдавал первый самозванец Ламберт Симнел, и на пару с ним стал строить план побега. Их заговор был довольно скоро раскрыт, и парочка предстала перед новым судом. В обвинительных документах значилось, что Уорбек вновь провозгласил себя королём, а Эдуард присягнул ему на верность и планировал созвать сторонников своего отца под знамёна самозванца. Также существовало донесение, в котором говорилось, что заключённые планируют сжечь тюремную башню, бежать во Фландрию и объявить Эдуарда Уорика королём. В результате обоих заговорщиков признали виновными в попытке переворота и приговорили к смерти. Уорбек был повешен 23 ноября 1499 года, а Эдуард Уорик был обезглавлен шесть дней спустя на Тауэрском холме. После этих казней на английскую корону больше не осталось претендентов, кроме законного короля, а поэтому Генрих смог наконец-то полностью посвятить себя делам Англии.
В том же 1499 году Генриху удалось окончательно договориться о браке своего сына Артура на Екатерине Арагонской, дочери испанских правителей Фердинанда II и Изабеллы Кастильской. Брачный контракт содержал ряд взаимообязывающих и взаимовыгодных финансовых договорённостей. Родители Екатерины давали за нее приданое в размере двухсот тысяч крон, которое полагалось выплатить в два этапа, а Генрих, в свою очередь, обязался выделить Екатерине во владение треть земель, принадлежавших Артуру, в случае его смерти становившихся её вдовьей долей. По задумке Генриха, этот брак должен был поднять статус рода Тюдоров в глазах европейской знати. В свою очередь, и для Испании сближение с Англией было на руку, так как Фердинанд и Изабелла видели в англичанах союзника против Франции, с которой у обеих странах были давние территориальные споры.
Однако семейная жизнь Артура и Екатерины окончилась, практически не успев начаться. Весной 1502 года английский принц сильно заболел (скорее всего, туберкулёзом) и 2 апреля скоропостижно скончался. Так как смерть принца фактически разрывала англо-испанский союз, что не входило в планы Испании, по-прежнему нуждавшейся в союзнике в противостоянии с Францией, Фердинанд и Изабелла немедленно отправили в Англию нового посланника для ведения переговоров относительно будущего Екатерины. На сей раз её предлагали в невесты младшему сыну короля, принцу Генриху. Английский монарх согласился на это предложение, однако для заключения нового брака необходимо было решить одну проблему. Дело в том, что по церковным законам того времени будущий Генрих VIII не мог жениться на вдове своего покойного брата, так как по каноническому праву состоял с ней в первой степени родства. Выход был только один - объявить брак Екатерины и Артура недействительным, сославшись на то, что между ними не было интимной близости. В общем-то, трудно себе представить, что молодые люди за год брака ни разу не занялись сексом, однако это мало кого волновало. Генрих VII предъявил церковному совету дуэнью Екатерины донью Эльвиру Мануэль, которая поклялась, что принцесса по-прежнему непорочна, как и в момент появления на свет. В конце концов, сватья обратились к Папе Римскому Юлию II с просьбой признать брак Артура и Екатерины недействительным и благословить испанскую принцессу на новый брак. После длительных переговоров Папа дал разрешение Екатерине повторно выйти замуж за еще одного Тюдора, "невзирая на то, что первый её союз с принцем Артуром, возможно, был осуществлён".
Екатерина Арагонская.
Так как на тот момент принцу Генриху было лишь 13 лет, свадьбу отложили до наступления его совершеннолетия (15 лет). Однако смерть Изабеллы Кастильской в конце 1504 года резко изменил взгляд англичан на это брак. Дело в том, что Изабелла оставила наследницей всех своих владений свою дочь Хуану, в последствии получившую прозвище Безумная (о жизни Хуаны можно почитать тут - Хуана Безумная и ее извращенная любовь к трупу своего мужа ), тем самым фактически превратив Екатерину Арагонскую во второсортный актив. Да и Испания после смерти королевы оказалась на грани гражданской войны, так как в Кастилии король Фердинанд считался лишь супругом королевы Изабеллы, и после её смерти Кастилия по праву принадлежала не ему, а его дочери Хуане. Разумеется, Фердинанд попытался прибрать эту часть испанского королевства в свои руки, однако наткнулся на противоборство мужа Хуаны Безумной Филиппа Красивого. Погрязший во внутриполитических проблемах своей страны, Фердинанд постоянно откладывал выплату обещанного приданого за Екатерину Арагонскую, тем самым ещё более принизив ее статус в глазах английского короля.
Вскоре Генрих VII начал подыскивать своему наследнику более выгодный брачный союз и заставил того 27 июня 1505 года официально опротестовать его помолвку с Екатериной ввиду отсутствия выплаты обещанного приданного. Английский король практически посадил испанскую принцессу на хлеб и воду, лишив ее всякого финансирования в надежде, что Екатерина не вынесет таких условия и сама уедет обратно в Испанию. Однако девушка оказалась не из робкого десятка. Она осталась в Англии и продолжила ожидать момента, когда ей все-таки удастся выйти замуж за принца Генриха, который ее, судя по всему, искренне любил, даже несмотря на то, что по наущению своего отца пытался расторгнуть брачный договор.
В 1507 году Фердинанд II разобравшийся, наконец, со смутой в своем королевстве, отправил своей дочери 2 тысячи дукатов, а также верительные грамоты, наделив ее полномочиями посла при английском дворе. Теперь, став первой женщиной-послом в европейской истории, Екатерина могла самостоятельно отстаивать свои интересы в Англии. В апреле 1509 года Фердинанд сообщил английскому королю, что он готов выплатить недостающую часть приданого Екатерины. К тому моменту Генрих VII уже находился при смерти из-за туберкулёза, мучившего его на протяжении нескольких лет. Первый король из династии Тюдоров скончался 21 апреля 1509 года в возрасте 52 лет.
Генрих VII
На следующий день на английский престол был коронован 17-летний Генрих VIII, который тут же распорядился начать подготовку к его свадьбе с Екатериной Арагонской, и уже 11 июня королевская пара обвенчалась в часовне в Гринвиче. Как показала история, брак Генриха с Екатериной стал поворотным моментом в судьбе английского государства, ведь чтобы избавиться от надоевшей ему супруги и жениться на своей новой фаворитке Анне Болейн, английский король, разъяренный отказом Папы Римского дать ему развод, в 1532 году разорвет связь своей страны с католицизмом и повергнет ее в протестантизм. О том, как именно это произойдёт, а также какая участь будет уготована многочисленным женам Генриха VIII, речь пойдет в следующей части.
P. S. В закрепленном комментарии лежит небольшой рассказ о том, как Генрих VII преследовал граф Саффолка Эдмунда де ла Поля, которого он подозревал в очередном заговоре против своей персоны. Чтобы не "перегружать" статью и не ломать ее структуру повествования, я решил вынести данную историю за скобки основного текста.
Продолжение следует.
Тайные дневники первого председателя КГБ, найденные через 25 лет после его смерти / Под ред., с коммент. и прим. Александра Хинштейна
Глава 9. Снова Польша. 1944-1945 годы
Последняя встреча с генералом Окулицким. 1945 год (февраль-апрель)
...Утром к 10 часам я вместе с Окулицким поехал на аэродром, где стоял самолет из Москвы. Туда же были подвезены все остальные министры. По дороге на аэродром мы с Окулицким непринужденно разговаривали, и я к слову ему сказал, что напрасно лондонское эмигрантское «правительство» затеяло резню в Варшаве Бур-Комаровским перед наступлением Красной Армии.
Окулицкий оправдывался и хотел подчеркнуть этим «участие войска польского» в боевых делах против немцев. Я ему ещё раз сказал, что погибли тысячи поляков, а результата никакого. Он сказал: «Но Красная Армия умышленно не помогла нам». Я ему на это сказал, что Красная Армия всё время настаивала вместе бить немцев, но [аковцы] отказывались *.
* Примечательно, что при аресте у Окулицкого было изъято его письмо командующему познанским подпольем, где он излагал следующие оценки и военно-политические установки: «В случае победы СССР над Германией — это будет угрожать не только интересам Англии в Европе, но и вся Европа будет в страхе... Считаясь со своими интересами в Европе, англичане должны будут приступить к мобилизации сил Европы против СССР... Ясно, что мы станем в первых рядах этого европейского антисоветского блока». (Из Варшавы. Москва, товарищу Берия... Документы НКВД СССР о польском подполье 1944-1945 гг. М.-Новосибирск: Сибирский хронограф, 2001. С. 186-191.)
...Моя характеристика министру обороны Польши Роля-Жимерскому вызвала у Верховного некоторое недоумение (я сказал, что он больше занимается парадами войск и приёмами и церемониями). Сталин повернулся ко мне и говорит: «А почему, вы думаете, он так себя ведет?» Я промолчал.
Затем он сам ответил на свой вопрос: «Потому что в 1917 году мы власть у буржуев сами добывали, с оружием в руках, с боями, а ему власть преподнесла Красная Армия на тарелочке, вот он и радуется». Я согласился и был доволен, что он сам ответил.
Примечание: Как мне потом стало известно, 28 апреля Черчилль обратился к Сталину о 15 поляках, арестованных военными властями фронта в районе Варшавы, и просил их освободить и включить в состав польского правительства. Сталин ответил: «Во-первых, не 15, а 16 поляков арестовали военные власти фронта. Во-вторых, они обвиняются в подготовке и совершении диверсионных актов в тылу Красной Армии, в содержании нелегальных радиостанций, передаточных и т. д. За это они будут преданы суду Верховного трибунала». Американцы также настойчиво требовали их освободить. Сталин не согласился,
кроме Миколайчика...
18 июня в Колонном зале начался над ними суд. Окулицкий признался по основным пунктам обвинения, но отрицал ответственность за убийства советских офицеров и солдат. Затем, когда общественный обвинитель задал вопрос ему: «А зачем подпольно хранили оружие?» — Окулицкий был вынужден признать, что для борьбы против Красной Армии.
Окулицкий был приговорен к 10 годам, а остальные — от 5 до 8 лет *. Когда Миколайчик прибыл в Польшу и [был] включен в правительство, правые элементы более активно повели враждебную Польше работу, чтобы показать их намерения против Польши и СССР. В Кракове организовали демонстрацию, чтобы показать, что подполье действует, и убили 2 наших бойцов.
* Согласно обвинительному заключению по делу Окулицкого, Янковского и других («процесс шестнадцати»), следствие считало установленным, что обвиняемые:
«...после освобождения территории западных областей Украины и Белоруссии, а также Литвы и Польши, являлись организаторами и руководителями польских нелегальных организаций на этой территории, проводивших активную подрывную работу в тылу Красной Армии; действуя по указаниям польского эмигрантского „правительства“, ложно заявив Советскому военному командованию о роспуске „Армии Крайовой“, в действительности сохранили её штабы, офицерские кадры и на этой базе создали новую законспирированную военно-политическую организацию под наименованием „НЕ“ — „Неподлеглость“ („Независимость“), в целях продолжения подрывной работы в тылу Красной Армии и подготовки военного выступления в блоке с Германией против СССР; руководили подрывной деятельностью созданных ими подпольных организаций, направляли её на совершение террористических актов против бойцов и офицеров Красной Армии, диверсий на коммуникациях Красной Армии, неся таким образом всю моральную и политическую ответственность за диверсии и за террористические акты, совершенные в тылу Красной Армии...»
из примечаний
...Кстати, накануне чекисты обезвредили верхушку люблинского округа АК, при посредстве которой был установлен контакт с Янковским и Окулицким, о чем последние не догадывались. 21 марта 1945 г. 6 офицеров-подполыциков во главе с комендантом округа полковником Францишеком Жановским были задержаны на конспиративной квартире. При аресте у них было изъято 100 тыс. злотых, 5 тыс. долларов, а также списки работников Министерства общественной безопасности Польши, подлежащих уничтожению. (Из Варшавы. Москва, товарищу Берия... Документы НКВД СССР о польском подполье 1944-1945 гг. М.-Новосибирск: Сибирский хронограф, 2001. С. 134-135.)
Глава 10. Охота на Гитлера. 1945 год (январь—май)
...Георгий Константинович, вернувшись, приступил к разработке плана наступления на Берлин. У меня же теперь главная задача — захватить живьём фашистских главарей и не забывать о польской армии Андерса, которая двигалась вместе с английскими войсками *.
Попутно следует сказать, что 13 апреля была освобождена от немцев Вена. Союзники, открывшие второй фронт, начали двигаться активнее, да если учесть, как передавало радио, что их встречали немецкие бургомистры городов с белыми флагами в то время, как наши войска вышибали немцев артиллерией и танками. Союзники рвались к Берлину. Особенно Черчилль подстрекал Рузвельта в этом, так как боялся, что у народов Европы сложится впечатление, что Красная Армия является освободительницей Европы, а после смерти Рузвельта подстрекал в этом Трумэна.
* Армия генерала В. Андерса, сформированная в СССР в 1941 г. из находившихся в тюрьмах и лагерях польских граждан, была через Иран выведена за границы Советского Союза и вошла в состав британской армии. В 1944-1945 гг. воевала в Италии. Поскольку почти все солдаты и офицеры армии Андерса были настроены антисоветски, в Москве справедливо опасались, что она станет опорой лондонского польского правительства и помешает установлению советского режима в послевоенной Польше. Ключевую роль в итоге сыграла позиция Черчилля, отказавшего польскому эмигрантскому правительству в поддержке. В 1946-1947 гг. польские подразделения британской армии были распущены.
Провести профессиональное расследование обстоятельств гибели Михаила Лермонтова попросил Следственный комитет первый зампред думского Комитета по развитию гражданского общества Николай Бурляев. Почему дуэль поэта могла быть подставной, мог ли причиной его смерти стать масштабный заговор, и почему гибель Лермонтова и Пушкина связаны теснее, чем может показаться
Николай Бурляев
- Николай Петрович, почему, на ваш взгляд, именно сейчас необходимо тщательное расследование убийства Лермонтова?
- Смысл расследования в том, чтобы восторжествовало чувство правды, которое, как говорил сам Лермонтов, есть в сердце каждого человека. Понимаете, вопрос об убийстве Лермонтова возник не вчера. Он регулярно поднимается вот уже на протяжении более чем 180 лет! Свои голоса подают и лермонтоведы, и криминалисты, и потомки рода поэта, и ученые-баллистики, и многие, многие другие. Все говорят о том, что первоначальное расследование, проведенное тогда, в 1841 году, было поверхностным и неполным. Но до недавнего времени все эти чаяния оставались без ответа.
- Как вы пришли к этому намерению?
- 4 ноября прошлого года я посетил Следственный комитет, где у меня состоялась часовая беседа с его председателем Александром Бастрыкиным. Я изложил ему все свои доводы, передал целую папку документов и мой депутатский запрос с просьбой расследовать убийство Лермонтова непредвзято и досконально.
- Как отреагировал Бастрыкин?
- Он принял от меня документы, все выслушал и сказал, что это очень интересно. Так что, надеюсь, результат не заставит себя ждать.
- Какие факты указывают на то, что Лермонтова могли целенаправленно убить?
- Лично для меня то, что это было именно убийство, стало очевидным еще 40 лет назад, когда я делал авторский фильм о Лермонтове и общался с профессионалами в разных областях. В частности, у меня была беседа с полковником бронетанковых войск, экспертом по баллистике Виктором Кезеневым, который сам ездил на место дуэли с баллистическими приборами и изучал обстоятельства случившегося. Так вот, он выяснил, что на ровной поверхности угол, под которым пуля могла войти в тело Лермонтова, должен был составлять не более трех градусов. В то время как она, по свидетельствам медика, обследовавшего тело в 1841 году, вошла под углом в 38 градусов. А современные криминалистические исследования говорят, что он был еще больше — вплоть до 50! Это значит, что в Лермонтова стреляли снизу вверх, чего, конечно, никак не могло быть при честной дуэли.
- Есть ли другие свидетельства?
- Конечно. Например, как говорил мне один кандидат медицинских наук, если бы Лермонтов действительно был убит наповал, на месте его гибели практически не должно было остаться крови. Сердце останавливается, кровообращение прекращается — в итоге кровь из тела либо не вытекает вовсе, либо вытекает в очень малых количествах. В то же время якобы мертвого Лермонтова сначала бросили на месте гибели, потом вернулись за ним через несколько часов — при этом за это время там успел пройти дождь с грозой — и обнаружили, что все вокруг испачкано кровью. Следовательно, какое-то время после ранения Лермонтов еще был жив. Десять минут, полчаса, час — неизвестно, но все на это указывает.
- Мог ли это быть масштабный и хорошо спланированный заговор?
- Да, такая версия тоже существует. Скажу вам даже больше: к убийству Лермонтова и убийству Пушкина могли быть причастны одни и те же люди. Например, согласно сохранившимся архивным документам, Карл Нессельроде, занимавший в те годы пост министра иностранных дел России, был фактически австрийским шпионом и отчитывался о происходящем в государстве императору Австрии. В частности, в одном из своих писем он называл Пушкина, я цитирую, «главой русской партии». Также известно, что Дантес в окружении Пушкина появился не просто так. Он был лучшим стрелком Франции, специально вызванным из Парижа. О некоем постановочном действе, в частности, говорит то, что Дантеса в России усыновил барон Геккерн — и это при том, что у Дантеса был жив отец! Зачем это потребовалось? А затем, чтобы ввести его в тот круг, в который входил Пушкин. Дальше — подметные письма, хорошо просчитанная реакция поэта и в конце концов дуэль. Причем крайне примечателен тот факт, что пистолеты для нее Дантес одалживал у сына французского посланника Эрнеста де Баранта, который впоследствии сам вызвал на дуэль Лермонтова. Так что вполне возможно, что двух величайших поэтов в истории России могли попытаться убить (а одного в итоге и убили) одним и тем же оружием, что вряд ли может быть простым совпадением.
- Известно, что у Лермонтова были враги и внутри государства. Могли ли они «содействовать» его гибели?
- Да, этого тоже исключать нельзя. Видите ли, в последние два года жизни Лермонтов входил в так называемый «Кружок шестнадцати». Современные исследователи называют его «кружком единомышленников». Но вот что странно — его составляли очень молодые люди, лет 18, дети особ, приближенных к императору. Лермонтову на тот момент было уже 24—26, а по умственному и психологическому развитию он, по словам современников, опережал свой возраст на десять лет. Что у него могло быть общего с этими юнцами? Тем не менее «Кружок шестнадцати» неотступно следовал за ним, куда бы он ни отправился: во время ссылки на Кавказ, во время отпуска в Петербурге, куда он ездил, чтобы навестить бабушку. И незадолго до своей роковой дуэли сам Лермонтов заявил им: «Не вернусь я с Кавказа». А отец одного из участников «Кружка шестнадцати», князь Васильчиков, написал в письме своему сыну: «Ну вы уж там сами разберитесь с этим неуемным поручиком». Одним словом, загадок превеликое множество. И именно поэтому требуется непредвзятое и тщательное расследование.
- Если расследование завершится успешно, может ли эта работа быть продолжена? В частности, вы упомянули ряд загадок, связанных с гибелью Пушкина, — не планируется ли для их раскрытия привлечь Следственный комитет?
- Я не хочу забегать вперед, тем более что никаких новостей о расследовании гибели Лермонтова у меня нет и никаких предварительных сроков его окончания тоже. Но, думаю, если все пройдет хорошо и правильно, мы, безусловно, попросим Следственный комитет так же расследовать и убийство Пушкина, а вслед за ним и Грибоедова.
Юлию Адлесич из Словении приговорили к двум годам тюрьмы за то, что она решилась остаться без руки для получения страховки в миллион евро, сообщает ABC News.
Незадолго до инцидента она заключила договоры с несколькими страховыми компаниями. Если бы мошенническая схема удалась, Юлия получила бы половину этой суммы сразу, а остальные деньги равными частями в качестве ежемесячных платежей.
После того как молодой человек девушки отсек ей руку циркулярной пилой, пара поехала в больницу, где заявила, что произошел несчастный случай.
При этом отрезанную часть руки они предусмотрительно оставили дома, чтобы ее не пришили обратно и дали девушке инвалидность. Но полиция нашла часть тела и ее все таки пришили.
Дополнительным доказательством в деле стало то, что следователи нашли в истории поиска молодого человека Юлии в интернете запросы вроде "как работает искусственная рука".
Девушке дали два года тюрьмы за мошеннические действия со страховкой, а ее парню – три года лишения свободы.
https://ria.ru/20200912/strakhovka-1577129363.html
Странное дело. Европейское население России к азиатскому примерно 3:1 как вроде, хотя заметить не сложно , что ближе к полуночи по мск. рунет вымирает целиком и полностью.. Интересно, чем вы там занимаетесь, пока мы все тут спим?
Зачем? и на куя придуманы унитазы с эффектом всплеска воды обратно на пятую точку при нахождении на сей белом троне по большой нужде.
Эт современные европейские унитазы, а наши советские были с системой "антивсплеск" и такой фигни не было.
P.S. передвижение пятой точки по ободку в разные места дислокации не помогают, а выкладывание небольшого количества туалетной бумаги срабатывает в 50-60%.
Это всё заговор))))
