- Ну вот, Крестник, докосим, собъем копенки, тогда уже и немного отдохнуть можно, посмотрим.

- Дядь Вить, поедем тогда на реку Поле?

- Не буду ничего обещать, аж, гляжу, глаза заблестели и весь задергался, сорванец, смотри, никому не трынди, иначе ах

-Нее, я могила, никому не скажу…

- Бабуле, особенно, молчок, а то она нам устроит с тобой рыбалку на картофельном огороде.

Наступил тот вечер, когда мы вместе пошли в сарай готовить велосипеды, спиннинги и блесна, чтобы с утра пораньше покинуть деревню и начать петлять по тропам глухого мещерского леса среди вековых сосен и раскидистых елок. Путь предстоял в районе километров пятнадцати, но я крутил педали и совершенно не чувствовал усталости, словно легкий аэроплан, летевший на всех порах к сказочной водяной цели. И вот, мы у реки, теперь надо было перетащить велосипеды по бревну на другой берег, бревно – это было все, все что осталось от деревянного моста, который сгорел. Крестный сказал, что если я хочу ловить, то должен сам перетащить свой «Орленок» на другой берег, ну а если упаду, то это мои проблемы. Помню, как я шел и нес велик, пытаясь держать равновесие, а коленки тряслись с непривычки, но к счастью, все получилось и начала сбываться давняя мечта - покидать блесну и поймать щуку. В этот день удача была на нашей стороне, и зубастая хватала несколько раз, но почему –то, сходила с крючка. В итоге, нам удалось вытащить на берег только двух щук, штук восемь, а может и более было упущено, но и это было для меня большой радостью. Касаемо сходов я выяснил позднее, что Крестный специально обжигал тройники, чтобы они становились мягче и разгибались при зацепе, так как в реке Поле много всяких коряг, а он (дядька) очень берег блесна, не хотел их дарить речному Хозяину.

Время близилось к обеду, и желудок давал знать о себе, периодически погуживая. Запасливый Крестный не приметнул взять с собой мытые картофельные клубни, свежий зеленый лук, всякую зеленушку, половинку черного и соль.  Мы развели костер на том месте, где это уже неоднократно делали до нас, ожидая углей, сидели на берегу, разговаривали и пили по очереди теплый чай из термоса. Настроение было на высоте, к тому же, щука радовала, и вот, наступил момент, когда нужно было доставать печеный картофель из углей. Сверху картошка выглядела совсем неаппетитно, и дядя Витя научил меня тогда, как правильно обедать в лесу.

- Берешь аккуратно картоху, дуешь, разламываешь на две половинки, солишь и ешь вприкуску с молодым луком, зеленью и хлебом, торопиться не надо, горячая, обжечься можно.

- Крестный, а кто тебя научил печь картошку?

- Так мы с ранних лет научены (он родился в послевоенные годы), есть особо нечего было, родители на работе и по хозяйству, а хотелось всегда, вот, найдем несколько картофелин, разведём костер в палисаднике, дождемся углей и точим с пацанами. Нас за это здорово гоняли, вокруг бараки деревянные, любая искорка и пожар, мы потом специально подальше уходили. Несложная эта наука- печеная картошка, но в жизни очень пригодилась. На Северах мужики меня ох как уважают за мои навыки, как куда ехать, все в один голос- только с Витькой.

Оставшиеся картофелины мы прихватили с собой, чтобы бабушку угостить, еда на огне –она совсем другая, особый вкус- с дымком, да ещё на свежем воздухе в дремучем лесу на берегу реки- такое остается в памяти на всю оставшуюся жизнь, как и вкус той самой простой и вкусной еды моего советского детства- печеной картошки.

Среди всех мотиков был один, который мне особо запал в душу- это «Минск». У мужа моей тетки, который был заядлым рыбаком, был именно он. Одним летом я упросил родителей отправить меня на несколько недель в ее деревню, дядя Петя уже давно обещал взять с собой на рыбалку. Именно с тех времен в моей памяти сохранилось множество интересных мещерских историй про рыбалку на Ялме и Пре, про походы в лес, озера, бескрайние цветущие луга и высокое голубое небо с белыми драконьими облаками и, конечно, про основного героя всех приключений- малыша «Минск». Мотоцикл был достаточно легким и застрять на нем было просто невозможно, мы с дядей Петей, если где-то в полях начинали буксовать, вдвоем вытаскивали его руками из колеи и ехали дальше. При небольшой собственной массе, он (мотоцикл) легко перевозил нас двоих и большой рюкзак с рыбой по ухабистым лесным и просёлочным дорогам. Как-то дядя Петя договаривался с егерями насчет лодки и мотоцикл надо было спрятать., от деревни идти было далеко, поэтому мы нашли ров в лесу у берега и вдвоем закатили в него «Минск», прикрыли лапником- такая вот была простая маскировка. Что касается надежности и ремонтнопригодности, то дядька говорил, что пока мот новый, нечего в него лазить, заправляй, мой и катайся, только с умом, без перегазовок, и будет тогда тебе счастье- при бережном отношении он прослужит долгие годы. Сколько было поймано и перевезено на нем щуки, карасей, плотвы, грибов, ягод, а какие яркие воспоминания остались от путешествий на озеро Белое- за все это надо сказать огромное спасибо малышу «Минск».

Прошло много лет, и мой дядька покинул этот мир, но остались те светлые воспоминания, как мы вместе ездили в наши путешествия и на рыбалку. Однажды, мама попросила отвезти ее к сестре (моей тетке). Пока они разговаривали на огороде, я зашел в сарай, увидел в углу наши старые рыбацкие снасти, потом повернул голову и обомлел- за тряпицей торчала часть не прикрытого колеса того самого «Минского», Боже мой, сколько лет прошло. Он, мотоцикл, был сохранен, как добрая память и, уверен, однажды обретет вторую жизнь- должен быть у такой техники настоящий хозяин, как дядя Петя, такой же увлеченный, внимательный и заботливый. Время проходит, а память о добром всегда остается, всегда жива, как тот мотоцикл «Минск» и его хозяин из моего звездного, лесного, речного и озерного, и очень теплого далекого советского детства.

#Ростов80х

Лето в деревне (часть 2-я).

Читая первую часть воспоминаний о моих сельских каникулах, у Вас могло создаться впечатление, что все “житие моё” в деревне состояло из сбора и поедания клубники. Плюс натуральная еда и катание по трассе на великах. Но это не совсем так. Точнее, совсем не так.

К концу клубничного сезона начиналась пора смородины. Её тоже продавали, делали варенье и компот. Собирать её было пыткой, поскольку кусты с ягодами были сплошь укутаны паутиной. Я всячески отлынивал от этого “счастья”. Было много чего интересного кроме огорода.

Начну с описания двора. Сам дом был небольшой. Он соединялся с системой сарайчиков, амбаров и прочих пристроек, образующих замкнутый квадрат двора. Содержалась там и живность: кролики и куры. В амбаре был погреб. Там же находились массивные сундуки с одеждой и разным барахлом. Запирались они на висячий замок, ключи от которых бабушка прятала. А уж коль ключики хранились в тайне, значит и в сундуках было что-то поинтереснее старых шмоток.

Однажды ключи попали все же мне в руки и я с замиранием сердца открыл первый сундук, в котором помимо одежды оказались документы и деньги. Бабушкина пенсия, плюс накопления от продаж с огорода. Около 700 рублей. Приличная сумма для того времени. И кто сказал, что в “застойные времена” в деревнях бедно жили? Да отрежут лгуну его гнусный язык! За мной мой читатель и только за мной, и я открою второй сундук.

А сундук №2 уводит меня в иное время. Было такое впечатление, что его не открывали с 50-х годов. Среди разного барахла я нашёл старые патефонные пластинки, фотографии и самое главное - деньги. Да да, снова деньги, только царские. Банкнотами времен Николая и денежными знаками правления Керенского была обклеена вся крышка большого сундука. Это было так, словно давно ушедшая царская эпоха смотрит на тебя из сумрака деревенского амбра. А ведь среди более мелких трёшек и десяток находилась и Катенька - банкнота достоинством в 100 рублей, на которую можно было купить - 150 килограмм парной говядины или 30кг чёрной икры. Лошадь ломовая стоила сотку, а дойная корова 60р.Выходит не так бедно жили при царе крестьяне Тамбовской губернии. По крайней мере моя прабабушка.

От возможности иметь у себя все эти денежные раритеты перехватывало дыхание и я стал лихорадочно отдирать купюры от крышки. Несколько из них надорвал или сильно попортил. Дурак! Ведь в роли клея выступало простое тесто. Надо было просто провести по деньгам мокрой тряпкой и они целые и невредимые оказались бы в моих руках.

Надо сказать, что мои любимые дядя с тётей жили в городе, а у бабули проводили только отпуск и выходные за огородно-рыболовными делами. Поэтому если у бабушки я оставался один в доме, то на полную катушку включал свою фантазию. Чтобы не скучать, я прихватил с собой из Ростова полную сумку игрушек. Там были машинки, солдатики и даже три колоды игральных карт. В дождливые дни, когда на улице грязь, я использовал карты как материал для строительства крепостей. Карточные крепости и построенные в ряды солдатики занимали всю большую гостиную и я очень огорчаться, если баба Маша или её знакомые старушки нечаянно разрушили цитадель, зацепив её ногой или подолом платья.

А когда лень и скука мешали полёту фантазии, на помощь приходили книги. При “проклятом застое” в деревне работала библиотека, и я на сдующий же день после приезда взял почитать сразу штук пять книжек. Конечно не Дюма или Купера, но вполне интересных.

Но вот появлялось солнышко, грязь высыхала и можно было сходить на речку искупаться. Поначалу бабуля сопровождала меня в этих походах, а потом перестала. Поняла, что мне уже 12 годков и для своих лет плаваю я очень даже хорошо.

Река называлась “Лесной Воронеж” и была кристально чистой с песчанным дном. Вдоволь водились рыбка. Короче, идеальное место для рыбалки и купания. Иногда я брал дядину удочку и сам рыбачил с берега. Бывало и со своей сестрой Светой. Мы были с ней одногодки и наши интересы часто совпадали. Вплоть до ловли стрекоз.

Моя мама еженедельно писала мне письма в которые выкладывала денежку - один рубль. Поэтому мы с нетерпением ждали прихода почтальона. До сих пор в груди это щемящее чувство радости, когда она открывала нашу калитку и доставала заветный конверт.

Ну и как не вспомнить настоящую рыбалку с лодки! Дядя иногда брал племянника с собой на ловлю рыбы. Хотя пользы от меня было меньше чем вреда. Я все время путал снасти и дядя терпеливо их распутывал. Причём уходить на рыбалку надо было рано. В пять утра. И разбудить меня не всегда удавалось. Тогда дядюшка уходил без меня, а я сильно обижался. Была ещё и вечерняя рыбалка, но уже без лодки. Выловленная рыбка по размеру была не чета донской, но в жареном виде была даже вкуснее.

Где-то через месяц пребывания в гостях у бабушки, я получил письмо о том, что мама с отцом приедут на недельку в деревню. А следом пришла ещё одна приятная новость. Вслед за моими родителями должны приехать ещё одни близкие родственники. Дядя с тётей и две их дочки - мои кузины.

Следующая часть моего пребывания в гостях обещала быть интересной. Об этом в 3-ей части.

Г. Малыгин

https://vk.com/@detstvo80x-leto-v-derevne-chast-2-ya