Железный Робин Гуд
На картинке – вовсе не иллюстрация из научно-фантастической книги. На этой картине изображен реальный персонаж в реальных доспехах. Это доспехи Неда Келли.
Нед – австралийский преступник и это у него семейное. Отец был сослан на каторгу, мать тоже была замечена в махинациях. В итоге он украл коня, устроил перестрелку с полицией и стал вне закона.Нед сколотил свою банду, которая пользовалась популярностью у народа. Он воспринимался кем-то вроде Робина Гуда.
Нед смастерил броню из листов железа, толщиной 6 мм, которая держала пули. Но и у этой конструкции были слабости – руки и ноги были открытыми. К тому же броня сковывала движения. Другие бандиты сконструировали броню попроще – из досок.В итоге его банду перебили, а самого Неда схватили живым и казнили. Ему едва исполнилось 25.
Пули наносили Неду травмы, но так ни разу и не пробили его броню. Броня Неда Келли дожила до наших дней и хранится в Государственной библиотеке штата Виктория
Девяностые. День за днём. 27 августа 1992 года
🛬 При заходе на посадку в аэропорт «Иваново-Южный» разбился борт «Аэрофлота» Ту-134. Авиалайнер, следовавший по маршруту Минеральные Воды — Донецк — Иваново, перевозил на борту 84 человека, в том числе 7 членов экипажа и 21 ребёнка.
Весь полёт проходил штатно, без нарушений. Комиссия, занимавшаяся выяснением причинам катастрофы, установила, что при заходе на посадку был нарушен ряд посадочных параметров. В итоге ошибки пилотирования привели к трагедии. Почти в 3 км от края посадочной полосы самолет на скорости 370 км/ч начал цеплять крыльями верхушки деревьев. После разрушения крыла лайнер опрокинулся вправо и, пролетев около 500 метров, рухнул на жилой дом в поселке Лебяжий луг. Из жителей двухэтажки никто не пострадал, все находившиеся на борту пассажиры и члены экипажа погибли.
🇨🇿 🇸🇰 На встрече в г. Брно Премьер-министр Чехии Вацлав Клаус и Премьер-министр Словакии Владимир Мечьяр достигли соглашения о том, что с 1 января 1993 г. Чехия и Словакия станут независимыми государствами.
🍬 Газета «Комсомольская правда» 27 августа сообщала: «Истосковавшиеся по конфетам юные грабители научились останавливать поезда различными способами. К традиционному махновскому перемыканию рельсов они добавили и свой, оригинальный, – “смазной”. Рельсы густо вымазываются салом, и состав весом до 5 тысяч тонн начинает буксовать на подъеме, становясь легкой добычей для любителей сладкого».
Материал проекта «30 лет назад», в котором я ежедневно рассказываю о событиях, произошедших в этот день, ровно 30 лет назад.
PAYDAY по-техасски. Банда Санта-Клауса
Автор: Алексей Шухартской.
Знаете, есть такое мнение, дескать, товарищ Кольт своим детищем уравнял всех американцев, позволив решить любой вопрос не только добрым словом, но и пистолетом. А как известно, добротное оружие, прикрепленное к словам, способно сделать годного оратора практически из любого человека. А также слабых сделать сильными, тем самым уравняв всех и каждого. Но из всего этого появилась и другая проблема — да, все люди стали равны, но теперь на долгие века у полицейских проблемы и дело не в мордах криминальной наружности, те и так найдут способ добыть ствол. Тут дело в законопослушных гражданах, которые редко бывают хорошими стрелками, а значит опасны как для себя, так и для окружающих.
Дело было так.
20-е годы 20-го века. Тогда банки Америки не грабил только ленивый. Более-менее все к этому привыкли, обыденность, свободная страна, все дела. Но банкирам Техаса это маленько надоело, мальчики-налетчики сидели уже в печенке, дохода от них никакого, доверие клиентов тоже теряется, в общем, сплошные финансовые расходы. Потому придумали простое и гениальное решение — за каждого пойманного или грохнутого грабителя платили налом пять тысяч долларов, что по тем временам весьма неплохие и довольно-таки весомые деньги. Потому желающих поучаствовать в сафари на гангстеров нашлось много. Но времена такие, что есть либо живые, либо мертвые, потому бандитов эти награды за их головы не напугали, желающих сорвать куш меньше не стало. Так и жили.
И вот в один прекрасный день несколько отчаянных парней решили, мол, доколе, и подготовили план по ограблению банка. В те времена, как уже говорилось, всё было проще как с моралью, так и с планированием. Никаких тебе подкопов, разведки, вербовки работника банка или ещё чего. Нет. Вломились, всех мордой в пол, деньги в мешок и рвать когти. По мужицки просто и грубо, но это Дикий Запад, иначе тут не бывает. Как говорится, зашли, вышли — операция на пять минут.
Участвовали в этом опасном но прибыльном дельце следующие товарищи: Генри Хелмс, Маршал Рэтлифф, Луис Дэвид и Роберт Хилл. Банк они выбрали не то чтобы значимый, но по местным меркам вполне солидный — Первый национальный банк города Циско. Время выбрали чудесное, буквально перед самым Рождеством, видно осознав, что будучи ребятами плохими, они подарков от Санты в этом и последующем году не получат, но... кто помешает сделать подарок самому себе? Смекалочка, смекаешь?
Тот самый банк
Пикантность ситуации, кстати, не только в том, что ребята решили себе сделать подарки. К этому вопросу они подошли креативненько — один из налетчиков пошел на дело в костюме Санта-Клауса, дабы, наверное, внести в предпраздничные дни немного волшебства и настроения. Наверное, после этого случая появилось мода на костюмированные ограбления, так что парни были ещё и новаторами в своём преступном ремесле.
Итак, пацаны пошли на дело, к успеху. Для начала они угнали тачку, на ней и приехали к банку. Рэтлифф, одевшись Сантой, отправился в здание. Войдя в денежный храм, поприветствовал улыбающихся охранников и посетителей, махнул рукою, мол, здрасте, праздник к вам пришел — те действительно подумали, что это праздник и сейчас символ Рождества раздаст подарки. Да, раздал не то слово. Пока всё внимание окружающих было сосредоточено на персонаже, подельники воспользовались минутной заминкой и ворвались в зал. Это было словно ушат ледяной воды, которым окатили всех присутствующих. Как только пришло осознание случившегося и что это совсем не чудо-чудное, стало поздно. Всех, угрожая «Кольтами», уложили лицом в пол. В героя играть никто не решился, а потому на предложение грабителей выдать им всю наличность ответили положительно. Мешок Санты быстро наполнился «подарочками». И всё бы было хорошо, план сработал, дело сделано, пора валить, но тут в банке появилась миссис Блассенгейм. С дочуркой. Ну те заорали, мол, с праздником, тётя, лицом низ. Но женщина не спешила подчинятся, более того, прикрывая собою, вытолкнула дочку к выходу, а та в свою очередь оповестила всех, что старый хрыч в красном трико совсем оборзел, банк грабит.
Маршал Рэтлифф, сыгравший в ограблении роль Санты
Само собою народ такое терпеть не стал. Оружие нашлось практически у всех — винтовки, пистолеты, ружья и дробовики. Кто поскромнее, вооружились ножами, дубинами… камнями и кулаками. Всех помимо активной гражданской позиции объединяло одно — желание заработать награду за поимку негодяев, воров народных (нет) денег и осквернителей доброго праздника. Судя по дальнейшим событиям, любой ценой, не считаясь с жертвами и потерями. Прибывший на место происшествия шериф препятствовать толпе не стал, толпою бороться с организованной преступность сподручнее и в каких-то моментах безопаснее для здоровья и жизни.
Тут стоит сделать небольшую ремарку. В те суровые времена это было вполне себе нормой — по территории тогдашней свободной Америки, хоть и на дворе уже двадцатый век, бродило полно народу, порою весьма вооруженного и не шибко добропорядочного, местами творился форменный беспредел. А чтобы бороться со всем этим сквадом, нужны были значительные силы, которыми местная полицейская власть чаще всего не располагала. Потому всякие дружинники одобрялись и поощрялись. В общем, анархия — мать порядка.
Гордые техасские дружинники
Ну а грабители, увидев деяния рук своих, мягко говоря, офигели. Ещё бы — десяток-другой человек обложили здание банка и жаждали крови. Ну или, как минимум, добровольную сдачу для последующей передачи шерифу. Можно, конечно, и не добровольную, как уже отмечалось, за трупы тоже платили. Но бандиты были не из робкого десятка. Времена суровые, характеры у людей грубые, жесткие. В общем, «понтами» не запугать. А потому, заорав, мол, сейчас всех тут положим, идите своей дорогой, Роберт Хилл выстрелил в толпу через окошко, дабы припугнуть маленько. И тут же пожалел об этом, потому что толпа эта не испугалась и открыла шквальный огонь в ответ из всего того арсенала, что имела при себе. Уже бандитам пришлось лечь мордой в пол. Обрушившийся град пуль разбивал стекло окон и разрушал декор, свистели над головою и рикошетили от стен. Кому-то попало в ногу, кому-то в челюсть.
Казалось бы, самое время сдаваться, но не для того банда пошла на такие риски, чтобы так легко слить всё мероприятие. Само собою, они начали стрельбу в ответ и, прикрываясь заложниками, выстроив из них «живой щит», покинули здание банка. Шериф, видя, что дело дрянь, приказал остановить огонь, но всё было тщетно, толпа вошла в азарт. А потому вместе с грабителями — Дэвисом и Рэтлиффом, были ранены несколько заложников и лично президент банка. Последний, возможно, ранен был не случайно, но история об этом умалчивает. Вскоре шериф на подмогу позвал помощника, дабы утихомирить толпу и остановить перестрелку, да так рьяно старались, что оба погибли смертью храбрых, сраженные пулями черт знает с какой стороны.
А банда кое-как смогла добраться до своей машины. Да, ей пробили колесо и чуть ли не разнесли в хлам, но всё же они в неё забрались, уложив награбленное, попутно прихватив двух девочек. На окраине города машину пришлось бросить, пересели в другую, отобрав её у местного селюка. К этому времени их нагнали вооруженные горожане. Отстреливаясь и прикрываясь девчушками, они перегрузили деньги и только собрались смываться, как обнаружили, что ключей нет. Хозяин авто, убегая, прихватил их с собою. Всё, приехали. Теперь каждый был сам за себя. Раненого Дэвиса бросили, он был больше не в кондиции. Деньги тоже. Вернулись к старому автомобилю и кое-как под градом пуль, поехали дальше. Через несколько миль закончился бензин. Девчонок тоже бросили, ломанулись в лес.
Гнали их как зверей трое суток. Всё в лучших традициях эпичного вестерна. Рейнджеры, шерифы, гражданские — пешие, на лошадях или машинах. Ещё бы чуть-чуть и привлекли бы армию. Преступники же несколько раз сменили машины, отбирая их под угрозой оружия, отстреливались от охотников за головами в лице местных и так же, со стрельбою, прорывались через полицейские засады. В общем, весело проводили время. Но в итоге раненых, голодных и обессиленных, их всё же взяли — не осталось уже ни морального духа, ни тем более патронов продолжать дальнейшее сопротивление, а потому они добровольно-принудительно сдались.
Итог всего это мероприятия — 11 человек ранены и трое убиты, двое копов и один преступник, скончавшийся от потери крови. Оставшихся раскидали кого куда. Роберту Хиллу выписали 99 лет лишения свободы. Само собою, мужику это не понравилось, и потому он трижды пытался бежать, но увы. Потом успокоился и за примерное поведение в 40-х годах его выпустили. Дожил аж до 1996 года. И надо признать, ему повезло куда больше, чем товарищам, так как тех приговорили к электрическому стулу. Они проходили как главные обвиняемые в убийстве несчастного шерифа и его помощника, а потому должны были ответить по всей строгости.
И если Генри Хелмса зажарили без проблем и трудностей, то с Маршалом Ретлиффом вышел конфуз. Надо полагать, костюм Санты ему доверили не только за красивые глаза, но и какие-никакие, а актерские способности и харизму. Потому что роль сумасшедшего стала для него лучшей, дело было отложено и судьи решали, казнить его или лечить. А пока «чесали репу», этот Джокер возьми и убеги, попутно грохнув охранника из револьвера. Правда, далеко не убежал, поймали.
В итоге добропорядочные граждане, прознав о том, что в их тюрьме сидит сумасшедший Санта-Клаус, убивший охранника, который приходился чьим-то другом, братом, сватом и так далее, решили, что в этом пикантном деле на закон полагаться нельзя. И отправились к тюрьме, где сидел Ретлифф, потребовать его освобождения и сдачи, дабы совершить над ним самый гуманный народный са-мо-суд. Естественно их послали в пешее эротическое. Тогда люди решили, что если гора к ним не идет, то пойдут они и вынесли тюремную охрану. Нет, в этот раз, слава богу, никого не убили, просто слегка побили. А Санту, который Рэтлифф, вытащили, вывели на городскую площадь и повесили на фонарном столбе. Правда, видно, торопились с казнью, узел был сделан халтурно, а потому Санта шмякнулся о брусчатку. Казалось бы, божье вмешательство и чудо, отпустите парня с миром. Но жители были иного мнения. Завязывать узел доверили более толковому парню, а потому повторная экзекуция прошла без эксцессов. Забавно, что рядом, в местном театре в это самое время шла пьеса «Петля». Ирония жизни, не иначе.
Власти за такое самоуправство никого наказывать не стали. В конце концов, ну вломились в тюрьму, ну раздали тумаков надзирателям, никого же не убили? А бандита этого и так казнить собирались, так что ещё доброе дело сделали, полиции помогли. Да и незачем народ обижать, сегодня он преступников вешает на столбах, а завтра судей и прокуроров. На том и замяли дело.
Банк же, в свою очередь, событие всячески пиарил. В фойе повесили целую картину с изображением налета бандитов. А в 1967 году так ещё и мемориальную доску разместили, в память об этих славных днях.
А украли налетчики 12 200$ наличными и 150 000$ ценными бумагами.
Такие дела.
Автор: Алексей Шухартской.
Оригинал: https://vk.com/wall-162479647_348317
А ещё вы можете поддержать нас рублём, за что мы будем вам благодарны.
Яндекс-Юmoney (410016237363870) или Сбер: 4274 3200 5285 2137.
При переводе делайте пометку "С Пикабу от ...", чтобы мы понимали, на что перевод. Спасибо!
Подробный список пришедших нам донатов вот тут.
Подпишись, чтобы не пропустить новые интересные посты!
«Перестрелка в Норко». Ограбление Security Pacific Bank (округ Риверсайд, штат Калифорния) 9 мая 1980 г. Часть I
Позволю себе предупредить читателей- история будет длинной и растянется на несколько постов, публикуемых по мере завершения.
Предисловие. «До Ларри и Эмиля» [1][3][9][14].
Если верить американским источникам, среди прочих штатов США Калифорния уверенно держит первое место по многим показателям: самое большое количество населения, самый многонациональный штат, самый большой ВВП- и это если не считать мелочей, вроде наибольшого количества профессиональных спортивных команд. Но есть среди этих «первых мест» и достижения, мягко говоря, сомнительные. Например, Калифорния уверенно лидирует по количеству вооруженных ограблений банков, а Лос- Анджелес владеет титулом «мировой столицы» подобного рода преступлений, по меньшей мере, с начала 1970-х годов [3][9]. Об одном из таких ограблений, произошедшем 9 мая 1980 г. в городе Норко (округ Ривердейл, Южная Калифорния), решил я рассказать подробно.
Почему именно о нём? Есть несколько причин, по которым произошедшее выбивается из ряда аналогичных происшествий.
Причина первая. Беспрецедентный для того времени уровень насилия.
Мне уже неоднократно доводилось писать о событиях, приведших в 1997 г. к запуску программы по перевооружению полиции США (известной также, как «Программа 1033»), в рамках которой армия передала правоохранительным органам тысячи винтовок М-16, бронемашины, тяжелые СИБЗ (средства индивидуальной бронезащиты) и прочее снаряжение. Дело в том, что именно в феврале 1997 г. произошли события, получившие название «Перестрелка в Северном Голливуде», когда во время ограбления Отделения № 384 «Bank of America» вооруженные автоматическим оружием под промежуточный патрон и упакованные в бронежилеты преступники Ларри Юджин Филлипс- младший и Эмиль Десебал Матасариану подавляли своей огневой мощью офицеров полиции Лос- Анжелеса, гоняя патрульных и детективов, вооруженных револьверами 38-го калибра и дробовиками, словно охотник- зайцев.
Надо заметить, что в США этот случай был не первым , когда подозреваемые этак вот некорректно обошлись с правоохранителями. До указанных выше событий имела место «Бойня в Майами» 1986 г., когда бывший рейнджер (а на момент перестрелки- опять- таки банковский грабитель) Майкл Ли Платт практически в одиночку сумел нанести восьми сотрудникам ФБР, решившим «взять» его с подельником, «неприемлемые потери»- в ходе операции были убиты двое и ранены пятеро агентов. Одной из основных причин такого неблагоприятного для ФБРовцев расклада стало опять- таки превосходство преступников в вооружении- против отморозка с карабином Ruger 14 Mini (калибр 5, 56×45 мм) 9-миллиметровые пистолеты и револьверы оказались малодейственны.Эти случаи давно и подробно описаны. А вот ограбление в Норко- во многом terra incognita (по крайней мере для Рунета), но это не значит, что оно уступает двум предыдущим историям по уровню насилия и ожесточенного сопротивления, оказанного преступниками полисменам. В ходе ограбления и последовавшей погони грабители расстреливали полицейских из полуавтоматических винтовок, забрасывали их самодельными осколочными и зажигательными гранатами, едва не сбили полицейский вертолет и чуть не подорвали местную газораспределительную станцию- и именно поэтому события, имевшие место в Южной Калифорнии 9 мая 1980 г., больше известны не как «ограбление Security Pacific Bank», а как «перестрелка в Норко».
Причина вторая. Личности грабителей и их мотивы.
Что касается личностей тех, кто спланировал это ограбление- то это были не «торчки», которым не хватало на очередную «дозу» (хотя отношение подозреваемых к психоактивным веществам- это отдельная тема [1]); не озлобившиеся обыватели, которых пороки вроде азартных игр, тотализатора и «тяги к красивой жизни» довели до банкротства; и даже не профессиональные грабители, сделавшие преступление своим ремеслом. Это были «выживальщики», твердо уверенные, что грядет «конец света» и только хорошо вооруженные и подготовленные люди смогут его пережить. Кроме того, они не имели до описанного случая хоть сколько- нибудь серьезной криминальной биографии (кроме мелких правонарушений).
Что касается мотивов ограбления- то здесь тоже все не совсем обычно. Целью всех вооруженных налетов на банки в США всегда (начиная с того момента, когда молодчики из банды Джеймса Янгера 13 февраля 1866 г. вломились в Сберегательный Банк округа Клэй в Миссури и похитили 60 000 $) являлось одно и то же- деньги; так было и в этом случае, но вот то, что с этими деньгами собирались сделать- вот это уже интересно. Организаторы банды планировали пустить награбленное не на «казино, Black Jack и шлюх», а ни много ни мало- на спасение человечества (ну, или хотя бы его части). Подготовка к грядущему Апокалипсису оказалась вопросом затратным…
На этом, пожалуй, закончу с затянувшимся предисловием и перейду к самому повествованию.
Глава 1. «Дети своего времени». Мира Лома, Калифорния. Апрель 1980 г. [1][14][15].
Кристофер Харвен прислонил лопату к стене ямы и отодвинул набитую землей плетеную корзину в сторону. Порывшись в кармане джинсовой рубашки, он выудил из кармана «косяк» и прикурил; надолго задерживая в лёгких дым и выпуская его затем через нос, Крис огляделся- да, прогресс налицо… В этот момент сверху раздался голос:
- Слышь, это какой уже по счету «косяк» за сегодня?
Подняв голову, Харвен увидел на фоне узкого прямоугольника синего калифорнийского неба одутловатое лицо с азиатским разрезом глаз, обрамленное нечесаной шевелюрой и такой же нечесаной бородой.
- Третий. Всего лишь…
- Ага, «всего лишь»… И это при том, что еще часа дня нет. Ты вообще зачем туда спустился- балдеть или работать, я не понял?- осведомился обладатель буйной растительности.
- Чья бы уж корова мычала. Я-то хоть работаю, а ты только пиво наверху дуешь. Кстати, мне бы тоже сейчас баночка не помешала..
- Ага, щас… Только «баш на баш»- ты мне- «травку», я тебе- пиво!
- Ладно, давай, спускай ведро,- еще раз затянувшись, согласился Крис.
Сверху послышалось какое- то копошение и вскоре в яму плюхнулось деревянное ведро на веревке, на дне которого перекатывалась банка «Brew 102». Достав банку, Крис положил на ее место косяк и ведро шустро исчезло наверху. Спустя несколько минут, которые потребовались для того, чтобы добить «джойнт», лицо с бородой возникло вновь.
- Мда, надо бы укрепить чем-то стенки, а то осыплются,- заметил Джордж Уэйн Смит, критически оглядывая сверху плоды труда Криса. Яма уже достигла 12 футов в ширину, 8 футов в ширину и 10 футов в глубину (3,6х2,4х3 м); потолок рукотворной пещеры был бетонным- его образовывал фундамент гаража.
- Ясное дело. Но еще раньше они осыплются, если ты так и будешь топтаться на краю,- ответил Харвен, который к этому моменту уже успел ополовинить банку. Допив пиво, Крис выбрался из ямы по самодельной деревянной лестнице и окунулся в удушающую жару калифорнийского полдня. Первым делом он как следует потянулся, разминая затекшие в яме мышцы спины. 8 лет тяжелого труда в качестве «специалиста по ландшафту» при городском парке не прошли даром- при росте в 6 футов (~180 см) и весе 190 фунтов (~86 кг) он был хорошо сложен, мускулист и очень силен.
Кроме крепкого телосложения, эта работа дала Кристоферу Харвену кое- что еще- именно на ней он познакомился в 1973 г. с Джорджем Уэйном Смитом. Совместно перекопанные гектары земли муниципальных парков города Сайпрес (округ Орандж, штат Калифорния) и перетасканные горы мешков с удобрениями быстро сблизили двух молодых (в 1980 г. Смиту было 27, Харвену- 29) мужчин из рабочих семей и они крепко подружились, несмотря на изрядную разницу в характерах.
Джордж Уэйн Смит появился на свет в 1951 г. в городе Каспер, штат Вайоминг, в семье нефтяника Уолтера Смита. В 1956 г. Уолтеру вместе с женой Джуди, старшей дочерью Патрицией и 4-летним Джорджем пришлось перебраться на жительство в Буэно Парк, штат Калифорния- дело в том, что Джуди была японкой, и дети унаследовали от неё характерные черты лица; отношение к азиатам вообще и к «джапам» в особенности в Вайоминге начала 50-х было, скажем так, далеко от благожелательного- особенно если вспомнить, что совсем недавно отгремела Вторая Мировая с ее боями на Тихом океане. Для Калифорнии же с ее расовой и национальной пестротой смешанные браки давным- давно стали обыденностью, поэтому на желтоватый оттенок кожи и иной, чем у европейцев, разрез глаз всем было наплевать.
В раннем детстве Джордж почти не доставлял родителям проблем- каждый год они получали благодарственные письма «за отличную успеваемость» сына и гордились тем, что он с завидной регулярностью выигрывает первенство школы по теннису; Джордж даже тащил в классе «общественно- полезную» нагрузку, вроде выпуска стенгазет, и состоял в рядах молодежного христианского движения.
Трудно сказать точно, в какой момент характер Смита- младшего начал меняться и он стал склоняться к определенному религиозному радикализму- но произошло это еще до достижения им 18 лет. Причин тому было несколько.
Причина первая была самого общего характера- помимо экономического кризиса, в 70-х Америку настиг кризис идеологический, связанный с крушением идеалов предыдущего десятилетия. Оказалось, что употребление наркотиков «для расширения сознания» ведет только к наркотической зависимости; эпоха «свободной любви» обернулась эпидемией венерических заболеваний и ростом количества брошенных «нежелательных» детей; идеализм и свобода Вудстока сменились гедонизмом и жестким фейсконтролем «Студии 54»; борьба за гражданские права цветного населения выродилась в расовые бунты и убийства на той же самой почве. Крушение старых идеалов привело к поиску новых, и эти «новые идеалы» зачастую оказывались несколько эмм… страшноваты. В стране возникло огромное количество сект, внушающих своим последователям идеи о грядущем «конце света»- вроде «Храма Народов» Джима Джонса, «прихожане» которого в ноябре 1978 г. совершили крупнейшее массовое самоубийство (одновременно покончили с собой 918 человек). То тут, то там возникали организации радикалов (вроде «Симбионистской Армии Освобождения», «Подполья Синоптиков» и «Черной Армии Освобождения»), с самого начала ориентированные на вооруженное противостояние с властями и избравшие основным средством борьбы террор- за 18 месяцев 1971-1972 г. в США произошло 2500 случаев применения взрывных устройств. Полицейских открыто называли «свиньями» и считали защитниками «прогнившего старого порядка».
К тому же не следует забывать, что «холодная война» находилась в самом разгаре, что явно не способствовало снижению напряжения в обществе. Когда детей в школе учат, как правильно укрываться при взрыве ядерной бомбы, не ожидать роста «апокалиптических» настроений среди населения трудно.
Не избежал этого и Джордж Уэйн Смит. Дело в том, что он состоял в организации, носившей название «Движение Иисуса» (Jesus Movement); пасторы «Движения» целенаправленно насаждали среди последователей идеи о грядущем Апокалипсисе, Втором Пришествии Иисуса и Страшном Суде; в этом не было бы ничего особенного (в конце концов, христианство возникло не вчера), если бы в их проповедях не говорилось о скором и неминуемом наступлении этих событий, и о том, что еще нынешнее поколение станет свидетелями «последних дней человечества». От всех этих мрачных видений будущего Джорджа могла бы отвлечь семья, но с ней у него тоже не заладилось, причем с самого начала. Когда ему стукнуло 18, он женился на Рози, сестре своего приятеля, которая была на год младше его. Через месяц после свадьбы Джордж добровольно завербовался в Армию США, которая отправила его для прохождения службы в Западную Германию; спустя еще 2 месяца рядовой Смит получил письмо от все того же приятеля, что жена «сделала ему ручкой» и сбежала из города с новым бойфрендом. Естественно, характера Джорджа Смита и его отношения к окружающим это событие не улучшило.
Слева- Джордж Смит во время службы в армии (~ 1970 г.). Справа он же, в 1980 г., вскоре после описываемых событий.
Спустя два года окрепший и возмужавший артиллерист Джордж Уэйн Смит уволился из рядов вооруженных сил и вернулся в Калифорнию. С работой в то время было не очень, и поэтому даже место муниципального садовника можно было считать удачей. После армии Смит продолжил посещать собрания «Движения Иисуса» и вскоре его коллеги по новой работе уже не знали, куда деваться от его бесконечных речей о конце света, Армагеддоне и страшных знамениях грядущих событий, которые он видел чуть ли не в каждой новостной телепередаче; каждое столкновение арабов и евреев на ближнем Востоке, кризис с захваченными в Иране заложниками, массовое самоубийство в Джонстауне* - все это он умудрялся укладывать в свою «предапокалиптическую» картину мира.
Завершая рассказ о характере Джорджа Уэйна Смита, нельзя не упомянуть еще одну его черту, непосредственно повлиявшую на ход грядущих событий. Он терпеть не мог полицейских; дело в том, что после переезда в Калифорнию его отец, Уолтер, устроился на службу в полицию, планируя в будущем сделать карьеру. Однако прямой и честный Уолтер Смит пришелся в полиции того времени «не ко двору»- он обнаружил, что вместо того, чтобы «служить и защищать»**, органы правопорядка погрязли в коррупции и связях с криминалом. Через полтора года службы Уолтера вынудили уйти- он подвергся обструкции со стороны других полицейских после того, как задержал двух своих коллег, вздумавших «поживиться» на месте недавнего ограбления магазина. О причинах своего увольнения и разочарования в службе Смит- старший перед детьми не особо распространялся, но «шило в мешке» в небольшом городе утаить трудно.
* См. выше- «Храм Народов» Джима Джонса.
*«To Protect and to Serve»- девиз полиции США.
В отличие от Джорджа, бывшего в детстве практически пай- мальчиком, Кристофер Харвен всегда был «бунтарем» и «занозой в заднице». В свое время он тоже оказался в армии, но если Смит после двух лет службы был «уволен с почестями», то Харвена «вышибли» из рядов вооруженных сил спустя всего два месяца с формулировкой «Непригодность к службе в армии, расстройства личности и поведения» (SPN-264- “Unsuitability, Character and Behavioral Disorders”)- он просто отказывался делать то, что ему приказывали и никакие взыскания на него не действовали. И если Джордж при увольнении получил благодарственную грамоту, то Крис- «напутствие» от командира, заканчивавшееся словами: «Лучшее, что я сделал для Армии США за 30 лет службы- это избавил ее от тебя, Харвен».
Что касается семейного положения Криса, то к апрелю 1980 г. оно ничем не отличалось от положения Смита. Вся разница между приятелями заключалась в том, что прожил Харвен в браке гораздо дольше и успел обзавестись ребенком. Но жене Криса в конце концов надоело, что за 8 лет их совместной жизни он так толком и не повзрослел- на уме у него по прежнему были только марихуана и «пушки». Кристофер мог сидеть без работы, без денег, но без этих двух вещей он свою жизнь не представлял; все остальное ему было, по большому счету, «побоку». Последней каплей для Лэйни Харвен стало то, что муж завел на стороне интрижку с некоей Нэнси Битетти; прознав про это, Лэйни забрала с собой пятилетнего сына Тимми и ушла.
Кристофер Харвен женой и сыном.
Глава 2. «Что в лоб, что по лбу…». Мира Лома, Калифорния. Апрель 1980 г. [1][3][7][13][15].
Когда в 1973 г. Кристофер Харвен устроился на работу в муниципалитет и его напарником стал Джордж Смит, то менеджер заранее предупредил Криса о том, что у Джорджа, судя по всему, «не все дома» и попросил пропускать мимо ушей его «сумасшедшие проповеди». Однако оказалось, что эти двое практически «нашли друг друга»- круг их интересов ограничивался марихуаной, оружием, рок- музыкой и постапокалиптическими теориями. Копая землю или высаживая рассаду, Джордж и Крис вели нескончаемые разговоры об оружии, бомбоубежищах и «конце света», по поводу причин и сроков наступления которого они, правда, несколько расходились во мнениях.
Смит был убежден, что грядущая катастрофа будет носить библейский характер- семь печатей, четыре всадника и прочие «прелести» из откровения Иоанна Богослова. Кроме того, в 1978 г. пастор Чак Смит из «Движения Христа» издал книгу «Конец Времен», в коей (по присущей подобным кликушам бредовой логике) вывел дату Второго Пришествия, которое, по его мнению, должно было состояться в 1981 г. Джордж, знавший Чака Смита уже более 10 лет, пастору верил и недвусмысленно обозначил для себя момент «дедлайна».
Что касается Криса Харвена, то ему «конец света» виделся более прозаично и «наукообразно», что ли…За прошедшие 10 лет он успел побывать сторонником теорий о гибели человечества в результате ядерной войны, падения астероида, «взрывного» роста населения Земли, глобальной экологической катастрофы и много чего еще- причем в каждую из теорий он в свое время верил искренне. В настоящий момент его внимание привлекала изданная в 1974 г. псевдонаучная книга «Эффект Юпитера», в которой двое «британских ученых», Джон Гриббин и Стивен Плейджманн, утверждали, что в результате грядущего «парада планет» произойдет вспышка «солнечной активности» и замедлится вращение Земли; это должно было (по их мнению) вызвать смещение тектонических плит, массовые извержения вулканов по всему земному шару и серию мощнейших землетрясений. Калифорнию в этом случае, по мнению авторов, должно было просто разорвать по линии «разлома Сан- Андреас»; датой сего прискорбного события в истории человечества «астрофизики» назначили 10 марта 1982 г.
В августе 1979 г. руководство муниципалитета города Сайпресс решило «оптимизировать расходы» и уволило Смита и Харвена «по сокращению». Держа в руках чеки с «выходным пособием», приятели обсудили сложившуюся ситуацию и пришли к выводу, что, несмотря на некоторые разногласия по поводу причин и сроков надвигающейся катастрофы, она все же неминуема. Как говорится, «что сову об пень, что пень об сову- один хрен сове не жить»… На месте совы ни Джордж, ни Крис оказаться не хотели, и решили предпринять ряд мероприятий по подготовке, чтобы встретить грядущий Апокалипсис во всеоружии.
Для этого нужно было несколько вещей.
Пункт первый: необходимо было место, где можно будет отсидеться. Скинувшись, приятели приобрели в ипотеку небольшой дом в Мира Лома (округ Риверсайд)- небольшом городе, больше напоминающем деревню. Дом был приобретен на имя Джорджа с выплатой первоначального взноса в 10% от общей стоимости в 56 000 $. Первое, что сделали новые хозяева дома- это нарастили на 3 фута забор, отделяющий их от соседей, дополнительно утыкав его здоровенными гвоздями и пустив поверху колючую проволоку. Сделано это было с несколькими целями: во- первых, забору предназначалась роль «первой линии обороны периметра» этого будущего «свободного владения Фарнхэма»; тех же, кому удалось бы перебраться через «укрепление», Смит и Харвен собирались встретить «из всех стволов», которых у них (с их- то гипертрофированной тягой к оружию) хватало.
Во- вторых, теперь высоты забора было достаточно, чтобы полностью скрыть то, что происходит во дворе старого дома на 50-й улице, от любопытных глаз соседей и предупредить расхищение «ценного имущества» «разными проходимцами». Что это были за «дела хозяев» и «ценное имущество», станет ясно из «пункта второго».
Кроме того (и это была идея Харвена), Джордж и Крис принялись рыть «бункер» под гаражом, который должен был сыграть одновременно роль бомбоубежища, склада припасов и пути экстренного отступления, если что- то «пойдет не так» (запасной выход, по задумке Криса, должен был выходить на задний двор).
Пункт второй: и Смит, и Харвен понимали, что как бы ни были велики запасы «на черный день», долго протянуть на них не получится- необходим будет источник дохода, причем стабильный и котирующийся в грядущем «дивном новом мире». После недолгих размышлений на эту тему оба решили выращивать в теплице марихуану, убив тем самым аж трех зайцев сразу. «Заяц номер раз»: «травку» можно будет продавать и выменивать на прочие «ништяки» в мире постапа. «Заяц номер два»: продажа марихуана должна была стать не только источником будущего дохода, но и немалым подспорьем в делах нынешних- из-за покупки дома и безработицы приятели оказались «на мели», а между тем взносы по ипотеке никто не отменял, и пособия по безработице, мизерных разовых заработков «по соседям» и доходов от перепродажи «чужой» травки было явно недостаточно для их погашения. Ну и «заяц номер три»- и Крис, и Джордж сами «дунуть» были не просто «не прочь», а всегда «за»; как же тут не совместить «приятное с полезным»…
Но вот с частью второй «пункта два» в настоящее время явно выходила промашка. Сорвав лист с одного из кустов в теплице, Крис задумчиво растер его между пальцами и понюхал зеленую кашицу.
- Ну, что думаешь?- донесся сверху голос Джорджа. Харвен поднял голову и увидел Смита, пристроившегося на самом верху стремянки и протягивающего под потолком теплицы проволоку, к которой можно будет потом подвязать кусты.
- Я думаю, что через три месяца все будет в ажуре…
- У нас нет этих трех месяцев, и ты это знаешь. Мы потеряем дом- и все труды тогда насмарку…
- Ну, и что делать будем?
Смит слез со стремянки и остановился напротив приятеля, стягивая с рук перчатки. Он был также широк в плечах и узок в талии, как и Харвен, но на дюйм ниже и на десяток фунтов легче.
- Ты знаешь, что надо делать. Перестать «жевать сопли» и последовать моему плану.
Крис поморщился. Не то чтобы ему так уж претила идея ограбить банк, но в плане, составленном Джорджем было слишком много, на его взгляд, «слабых мест».
- Ладно, я подумаю… Схожу пока до почтового ящика- может чек на пособие пришёл…
Смит сидел за столом на кухне и пил воду из- под крана, когда хлопнула входная дверь и вошёл Харвен. В руках он держал конверт, и, судя по раздосадованному выражению лица, в нем явно был не чек из службы социального обеспечения.
- На, читай!- швырнул Крис конверт приятелю. Пробежать глазами содержимое письма заняло у Джорджа всего несколько секунд. Все было и так ясно- это было «последнее китайское предупреждение» от компании- заемщика- в случае просрочки следующего платежа Джордж и Крис оказывались на улице.
- Да уж, этого я и боялся…- нахмурился Смит. – Мы не можем позволить себе потерять дом.
- Я знаю,- ответил раздраженно Крис, стягивая наплечную кобуру с Browning'ом 45-го калибра. Он вообще никогда не выходил из дому без оружия, даже если предстояло пройти всего 30 футов (~9 метров) до почтового ящика. Несколько минут Харвен просидел молча, затем встал, напился воды прямо из- под крана и принялся шарить по придверной полке в поисках ключей от своего Chevrolet Camaro Z/28.
- Ты куда это намылился?- хмуро поинтересовался Джордж.
- К брату. Скину ему остатки той тайской «травы», пусть продаст…
- Расс? Продаст? Ну- ну… Надеюсь, этот «утырок» не скурит все подчистую,- с сомнением протянул Смит.- Ты же знаешь, братец твой- редкостный болван, даже по меркам вашей семейки. Ну и потом- что нам даст эта пара сотен? Ты собираешься с ним поговорить о … деле?
- Еще чего! Да ну его на хрен, сам же только что сказал, что он идиот, и чем он меньше знает- тем лучше…
- Поздно,- заметил Джордж, пряча глаза.- Мэнни уже с ним поговорил. Он все знает и он согласен…
- Да твою ж мать! За каким хреном ты велел Мэнни все разболтать Расселлу, не спросив меня??? Я ни в жизнь не поверю, что мальчишка сам решил это сделать!
- Успокойся. Так было надо,- наконец поднял взгляд на Криса Смит. Побуравив приятеля несколько секунд взглядом, Харвен резко развернулся на каблуках и вышел, хлопнув от злости дверью. «Вот в этом он весь»,- думал Крис. «Вечно уверен, что знает все лучше всех, и хоть кол ты ему на голове теши… Уже сколько его жизнь мордой по столу возила- и хоть бы хны…».
Говоря о Мэнни, Джордж Смит имел в виду Мэнни Дельгадо, их с Крисом коллегу по работе на муниципалитет города Сайпресс, с которым они вместе проработали 5 лет. Мэнни исполнился 21 год и он уже был женат, имел двухлетнего ребенка и готовился обзавестись вторым. С учетом этого денег в семье хронически не хватало, и однажды Дельгадо за пивом поделился с Джорджем своими планами грабануть ресторан «Деннис» в Короне (город в округе Риверсайд, штат Калифорния). В ответ на это Смит заявил, что его молодой приятель «слишком мелко плавает», и если уж грабить- то банк.
- Ну их к черту, эти рестораны… Визгу много, а шерсти мало- как сказал черт, обдирая кошку. А вот банк…- мечтательно протянул Джордж и Мэнни немедленно с ним согласился. Смит вообще был для него непререкаемым авторитетом еще со времени их совместной работы- несмотря на неоднократные предупреждения менеджера, что «общение с этим чокнутым Джорджем не доведет такого хорошего парня до добра».
С тех пор идея об ограблении накрепко засела в головах у обоих и всё крепла- по мере ухудшения их материального положения.
Мэнни Дельгадо. Фото сделано незадолго до описываемых событий в полиции, куда Мэнни «загремел» за какое- то незначительное правонарушение, обошедшееся ему в несколько дней тюрьмы.
Глава 3. «Старший и младший». Норко, Калифорния. Апрель 1980 г. [1][15].
Своего брата Расселла Харвена Крис обнаружил там, где и предполагал- в спальне дома их родителей; сам дом находился в Норко, в 30 милях (~ 48 км) от Мира Ломы. Расс, по своему обыкновению, предавался любимому занятию- «ничегонеделанию», то есть валялся на смятой постели и пялился на плакаты из журнала «Playboy», которыми были обклеены стены комнаты. По стеклянным глазам младшего брата, валяющемуся у кровати «бонгу» и витающему в воздухе запаху Крис безошибочно определил, что тот еще и «накурен». Они с Расселом были очень похожи внешне- те же голубые глаза, тот же нос «картошкой», доставшийся в наследство от отца, те же волосы песочного цвета. Кристофер был лишь на дюйм (2,54 см) выше, но на целых 30 (~12 кг) фунтов тяжелее: к 26 годам Расс не изнурял себя физическим трудом- как, впрочем, и никаким иным. Младший Харвен не был тупым, каковым его считало большинство окружающих- он просто был пофигистом. Этот его пофигизм с одинаковым успехом распространялся на все стороны жизни, включая внешний вид- вот и сейчас он был нестрижен и космат, давно не знавшая расчески борода, казалось, превратилась в один большой колтун; соблюдением правил личной гигиены он тоже себя не утруждал, поэтому он него, что называется, «попахивало». Наплевательски Расселл относился даже к собственному здоровью- в 11 лет ему поставили диагноз «диабет», но вместо предписанной диеты он лопал шоколадные батончики и дул сладкую колу литрами, прекрасно при этом зная, что такими темпами может не дотянуть и до тридцати лет. «Вот же наградил Господь братцем»,- разглядывая брата, брезгливо подумал Крис.
Расселл Харвен (слева).
Впрочем, тот тоже отнесся к его визиту без особого восторга- по мнению Расса, единственной предназначением Кристофера Харвена в жизни было служить живым упреком ему, Расселлу. Старший брат, по словам окружающих, всегда был лучше, сильнее, умнее, удачливее; ему всегда доставалось больше внимания, денег и женщин- и Расселла постоянно тыкали в это носом.
- Я к тебе по делу,- обратился к брату Крис и бросил на кровать пару пакетов.- Это хорошая «травка», высший сорт- прямиком из Таиланда. Не то, что это «якобы колумбийское» дерьмо, которым ты «упыхиваешься». Я вообще не понимаю, как тебе это удается- его же стог надо скурить, чтобы «вставило»…
- И тебе «здрасьте»!- издевательски произнес Расс и открыл пакет. Увидев выступившие на «продукте» кристаллы ТГК, он присвистнул. – Да уж, в этот раз ты прав- товар действительно «первый сорт»! Ты оттуда, от двери, мой «бонг» не видишь?
- Ты учти- то, что сейчас скурить собираешься- денег стоит!
- Да ладно тебе… Считай, что я курю свою прибыль!
- Когда ты отдашь мне за всё две сотни баксов- можешь хоть все скурить. Я тебя предупредил…- настаивал на своем Крис.
- Какой же ты «душный», а… Кстати, раз уж ты, как говоришь, пришёл «по делу»- вы когда это… собираетесь?
Уже развернувшийся, чтобы уйти, Крис застыл на месте.
- Я тебя предупреждаю- держись от этого подальше!
- Да ладно тебе, Крис…- заныл Рассел.- Я тоже «на мели»- алименты на дочку уже хрен знает на сколько просрочил, скоро в тюрягу загребут! А тут как раз вы со своим планом…
- План не мой, он Джорджа…
- Да без разницы, без бабок мне вообще труба!
«Твою мать…», - подумал Кристофер, вертя на пальце ключи от Camaro. «Теперь пристанет, как банный лист к заднице…».
- Хорошо,- угрюмо ответил он спустя полминуты молчания.- В субботу поедешь с нами на Литл Крик, опробовать новые пушки. Как ими пользоваться, я тебя научу…
- Да знаю я, как ими пользоваться!- сразу повеселел Харвен- младший.
- Только не такими…- все также угрюмо бросил Крис и вышел.
Продолжение следует.
Источники информации:
[1] Peter Houlahan “Norco ’80: The True Story of the Most Spectacular Bank Robbery in American History”, Counterpoint, Berkeley, California, 2019
[2] https://www.vice.com/en/article/j55wwk/how-a-1980-bank-robbe...
[3] https://www.latimes.com/books/la-ca-jc-norco-80-peter-houlah...
[4] https://web.archive.org/web/20020911174143/http://www.af.mil...
[5] https://www.police1.com/police-products/firearms/precision-r...
[6] https://www.police1.com/police-books/articles/book-excerpt-n...
[7] https://thepodcastbeat.medium.com/norco-80-the-robbery-that-...
[8] https://www.lamag.com/culturefiles/bank-robbery-norco-80/
[9] https://www.npr.org/2019/06/14/732052722/norco-80-is-a-gripp...
[10] https://ru.scribd.com/document/33842036/Norco-Shoot-Out
[11] https://www.police1.com/police-products/firearms/articles/ho...
[12] https://www.ladbible.com/latest/interesting-death-toll-of-th...
[13] https://www.mirror.co.uk/news/real-life-stories/gruesome-dea...
[14] https://www.dailynews.com/2020/05/17/norco-80-part-1-before-...
[15] https://www.dailynews.com/2020/05/19/norco-80-part-2-would-p...
Мародёрство - грязная традиция
Даже если вы пережили кораблекрушение, существует сорок тысяч способов подохнуть в ожидании помощи. Не последнее место среди угроз для судов, терпящих бедствие, занимают другие люди. Далеко не всегда они спешат на сигнал SOS с благими целями. Как раз наоборот, в трудный момент корабль становится уязвим для разнообразных пиратов и мародеров.
Долгое время для жителей некоторых деревень ограбление терпящих бедствие парусников являлось главным источником средств к существованию. Они внимательно наблюдали, не занесло ли на ближайшие скалы какое-нибудь неудачливое суденышко. Например, средневековый французский город Кале сказочно разбогател, занимаясь пиратством в прибрежных водах.
Не последнюю роль в это ситуации играло так называемое «Береговое право» — морской обычай, согласно которому прибрежные жители могли присваивать себе имущество, выброшенное на берег. Естественно, потерпевшие крушение моряки были против такой практики, поэтому аборигены зачастую пускали их в расход, чтобы не путались под ногами. Поскольку ждать у моря погоды можно неограниченно долго, то лучше подстроить все так, чтобы проходящий корабль сам налетал налетал на скалы. Для этого маяки и сигналы, предупреждающие об опасности уничтожали, или наоборот путь на рифы обозначали в качестве безопасного фарватера.
Ситуация доходила до того, что в церквях возносились молитвы о ниспослании добычи пожирнее. Так, сын пастора с Подветренных островов, расположенных у побережья Венесуэлы, вспоминал, что как-то раз во время церковной проповеди в храм вбежал человек с криком: «Корабль тонет!» Забывшая обо всем паства бросилась к выходу. «Проклятие! — взревел священник, стараясь перекричать поднявшийся шум. — Дайте мне полминуты, чтобы кончить проповедь, и мы все побежим на берег!» Саму службу он завершил словами: «О Боже, смилуйся над нашими грешными душами и сделай так, чтобы это кораблекрушение было большим!»
Не прервалась эта традиция и в наше время. Например, одно из крупнейших кораблекрушений последних лет — катастрофа лайнера «Коста Конкордия» в 2012 тоже сопровождалась актами мародерства. Поэтому, находясь в любой ситуации, не следует забывать, что «человек человеку волк», а в данном случае волк морской.
Автор: Дмитрий Сувеев.
Оригинал: https://vk.com/wall-162479647_247149
«Шоу» Эжена Вейдмана
Он родился во Франкфурте-на-Майне 5 февраля 1908 года. Настоящее его имя — Ойген. Отец Вейдмана был успешным бизнесменом, семья ни в чем не нуждалась, и в мальчике не чаяли души. Однако уже в раннем детстве Ойген стал пугать близких вспышками ярости, а также тягой к воровству.
Во время Первой Мировой войны Ойген жил у бабушки с дедушкой. Престарелые родственники не имели никакого влияния на ребенка, который все увереннее шел по пути криминала.
Его первая встреча с Парижем никак не была связана с романтикой. Вейдман сбежал во Францию, чтобы избежать призыва в армию. Затем он переехал в Канаду. Там Ойген совершил ограбление, был задержан и приговорен к году тюрьмы. После этого его выслали назад в Германию.
Вейдман продолжал совершать кражи и ограбления, вследствие чего вскоре оказался в тюрьме уже на родине. Срок был более серьезным — пять лет лишения свободы, но Ойген времени даром не терял. В тюрьме он познакомился и подружился с заключенными Роже Мильоном и Жаном Бланом, которые потом стали его подельниками.
Еще в тюрьме Вейдман предложил Мильону и Блану план дальнейших действий — после освобождения переехать во Францию и там зарабатывать грабежом богатых иностранных туристов.
Во Франции Ойгена стали именовать Эженом. Для своих операций преступники сняли виллу в пригороде Парижа Сен-Клу. Туда предполагалось заманивать жертв.
Но первая же попытка завершилась провалом. Отчаянный турист сумел отбиться от трех злоумышленников и сбежал.
После этой неудачи Вейдман не отказался от своих планов, а только ожесточился.
21 июля 1937 года на Парижской выставке Вейдман познакомился с 22-летней американской танцовщицей Джин де Ковен, которая приехала во Францию к родственникам.
Вейдман умел произвести впечатление и совершенно очаровал американку. Он представился ей Зигфридом. Джин написала знакомому в Нью-Йорк: «Я только что познакомилась с очаровательным и умным немцем по имени Зигфрид. Может быть, я исполню одну из вагнеровских ролей, кто знает? Я собираюсь встретиться с ним завтра на его вилле в красивом месте, рядом со знаменитым особняком, подаренном Жозефине Наполеоном...».
Свидание на вилле в Сен-Клу состоялось 23 июля. Джин ничего не подозревала, веселилась и наслаждалась обществом «Зигфрида». Вейдман угостил ее молоком, в которое был подмешан наркотик. Когда девушка стала отключаться, убийца задушил ее. Добычей стали 430 долларов и 300 франков в дорожных чеках.
После ареста Вейдман признался, что Джин де Ковен была единственной, о чьей смерти он сожалеет: «Она была очень милой и до последнего мгновения ни о чём не догадывалась... Когда я потянулся к её горлу, она обмякла, как кукла».
Тело убитой закопали в подвале виллы. Вейдман собирался заработать еще, требуя выкуп у тетки Джин, но этот его замысел провалился.
Однако преступники вошли во вкус. Их жертвами, вопреки первоначальным планам, становились не только богатые иностранцы.
1 сентября 1937 года Эжен Вейдман нанял шофера Жозефа Коффи для поездки во Французскую Ривьеру. В лесу в районе Тура убийца попросил водителя остановить машину. Ничего не подозревавший Коффи вышел из автомобиля вместе с Вейдманом, и тут же был убит выстрелом в затылок. Добычей бандитов стали автомобиль и 2500 франков.
Уже через два дня произошло новое преступление. Вейдман и его подельник Роже Мильон познакомились с медсестрой Жанин Келлер. Женщина искала работу, и преступники обещали ей найти хорошее место. Жанин заманили в лесную пещеру в Фонтенбло, где и убили выстрелом в затылок. Цена загубленной жизни — 1400 франков и кольцо с бриллиантом.
Театральный деятель Роже Леблонд нуждался в средствах для реализации своего проекта. Познакомившиеся с ним в октябре 1937 года Вейдман и Мильон обещали привлечь инвесторов.
16 октября окрыленный Леблонд пришел на встречу с новыми друзьями, где его ждала смерть. На сей раз преступники завладели 5000 франков.
Роже Мильон считал, что Вейдман слишком часто выходить на «дело», но главаря уже было не остановить.
22 ноября 1937 года Ойген-Эжен ограбил и убил Фрица Фроммера, своего бывшего товарища по тюремному заключению.
27 ноября 1937 года Вейдман пригласил на виллу в Сен-Клу агента по недвижимости Раймона Лезобра, заявив, что хочет продать особняк. Выждав удобный момент, преступник убил агента, после чего его тело было закопано в подвале дома. Преступление принесло ему еще 5000 франков.
Самоуверенность стала причиной роковой ошибки бандита. В офисе Лезобра осталась его визитная карточка. Полицейские явились к Вейдману 8 декабря 1937 года, чтобы задать несколько вопросов.
При этом в тот момент его рассматривали лишь как свидетеля. Главарь банды, не знавший об этом, открыл огонь по полицейским. У детективов не было оружия, но они не растерялись, и сумели обезвредить его при помощи молотка, валявшегося на лестничной площадке.
Вслед за Вейдманом взяли и его подельников, которые сразу стали давать признательные показания. После этого разоткровенничался и главарь.
Процесс над бандой Вейдмана стартовал в марте 1939 года. Это дело стало самым громким во Франции со времен суда над маньяком Анри Ландрю по прозвищу «Синяя борода».
Никто, включая самого Вейдмана, не сомневался в том, каким будет приговор. Вопрос был лишь в том, какая судьба постигнет его главного подельника Роже Мильона.
31 марта 1939 года суд в Версале приговорил Эжена Вейдмана и Роже Мильона к смертной казни. Жан Блан, выполнявший в банде вспомогательную роль, получил 20 месяцев тюрьмы.
16 июня 1939 года президент Франции Альбер Лебрен заменил Роже Мильону смертный приговор на пожизненное заключение. Эжена Вейдмана ждала встреча с гильотиной.
Казнь была назначена на 17 июня, причем она была объявлена публичной. Это вызвало небывалый ажиотаж. Желающие посмотреть на экзекуцию начали собираться еще накануне вечером. Все местные питейные заведения были заполнены любителями казней, так что хозяева кабаков продали практически все запасы алкоголя.
Обычно казнь на гильотине проходила рано утром, но в этот раз процедуру затянули до того момента, когда стало совсем светло.
Есть подозрение, что к задержке приложил руку палач Жюль Анри Дефурно. Весьма возможно, что он договорился об этом с тем самым анонимным кинооператором, снимавшим гильотинирование. Для качественной съемки тому был нужен хороший дневной свет, и Дефурно его обеспечил.
Национальной гвардии пришлось силой расчищать площадь от зрителей, чтобы была возможность возвести гильотину. Да и потом толпу едва удавалось сдерживать. В давке пострадали несколько человек.
Сам Эжен Вейдман разыграл настоящий спектакль. Он закатил истерику, молил Бога сжалиться над ним и отпустить все грехи. Наконец, помощники палача подвели его к гильотине, и через несколько секунд обезглавленное тело преступника уже сбросили в ящик.
Но это было еще не все. Солдаты Национальной гвардии, решив, что худшее позади, расслабились, и толпа прорвалась к гильотионе. Люди желали крови Вейдмана: они вымачивали в ней свои носовые платки, превращая их в своеобразные «сувениры».
Среди тех, кто бесновался в тот день на месте казни, были 17-летний Кристофер Ли, будущий знаменитый английский актер, исполнитель ролей Дракулы, Григория Распутина и Сарумана.
Когда президенту Лебрнену доложили о том, в каких условиях проходила казнь Вейдмана, он инициировал запрет публичных казней на гильотине. Так что немецкий безжалостный убийца стал первым и последним человеком во Франции, чье гильотинирование попало на кинопленку.














