Как судят о людях?
Немного накипело). Я человек эмоциональный, а значит, лёгкая добыча для троллей. Но это ничего страшного, так как любые, даже плохие комменты, это движуха и созидание новой темы. Не было бы плохих комментов, не было бы сейчас этого поста.
Итак, как я поняла, сложилось такое впечатление, что мы, парочка ленивых челов, которые никогда ее любили работать, а сейчас, к сорока, настолько обленились, что, решили открыть копицентр, чтоб вот совсем не работать). Вот такая, видимо, сложилась картина. Те, кто работает на себя всё понимают, мало того, что пашешь без выходных, еще и тряпкой машешь после каждого клиента, чтоб чистенько и приятненько было. И жрец и жнец и на дуде игрец.
Пост пишу на позитиве, не жалейте меня). У меня вообще сегодня настроение хорошее (от чего, расскажу в след. посте, а то каша будет). И задело то меня не это, что мы мол бездельники, на это вообще пофиг. Задело меня то, что меня отправили разгружать вагоны и на завод (а уж с чем с чем, с этим я хорошо знакома). С дивана, оно всегда виднее и про жизненный опыт и про остальное. Сразу было разблокировано воспоминание. Делюсь вкратце. Тайга, Амурская область, леса, где не ступала нога человека. Я в телогрейке (шоб не продуло) и с ружьем наверху вездехода (на самом деле, это списанный танк без башни). Попа горит даже через толстую сидушку из старого одеяла (греется машина). Выкатываем на открытую местность, на марь. Всегда осматриваем гусеницы, вижу, выскакивает палец, кричим вездеходчику что есть мочи:"Стооой!". Слышит нас он обычно раз на пятый, уж больно громко стрекочет машина, спрыгиваю (мне тогда 18 было)), забиваю молотком палец обратно в гусеницу. Сводка: геологический молоток, это продолжение руки геолога, практически, несъёмная его часть). Поэтому молотком мне махать было настолько привычно, как дать пожрать себя болотному гнусу или комарью. Все это было накануне того, как этот же вездеходчик, пятидесяти трех лет отроду, напившись (был сухой закон, где взял не ясно) самогону, раскатал полевую кухню, просто сравнял с землёй ночью и потом утопил вездеход в болоте. Что ночью творилось, выскакивали в чем мать родила и вытаскивали рабочих из палаток. Было минус 5 ночью. А еще через неделю, случилась большая вода не по графику и мы были на неделю отрезаны от всего мира. Курильщики представили, наверное, картину. Про пожрать я вообще молчу. Дробь для ружья закончилась, помню, как бегали за косулей с лопатой. Конечно, не догнали. Ели одни грибы до тошноты. А мне нужны были таблетки, супрастин, я аллергик. А лекарство не пришло. Вот тогда я заново родилась. Что нас не убивает, делает нас сильнее. Сколько было в моей жизни командировок, карьеров, где я работала, вертушек с углем и с породой, шахт и штолен, Белазов. ГОКов, заводов (отдельная тема), камеральных работ и ситуаций, где я была на грани, даже и не вспомню. Хотела бы сказать таким вот комментаторам это:" Что знаешь ты о жизни, мальчик!" Но лучше отвечу так:" Да, копировальный центр, это очень тяжелая работа, ничего тяжелее в моей жизни не было!" Ведь это они хотели услышать).
