Сегодня мы вспоминаем один из самых трагических моментов нашей истории - страшный день 22 июня 1941 года, когда в 4 утра фашистская Германия и её союзники вероломно, без объявления войны, напали на Советский Союз.

В 12 часов 15 минут из Центрального телеграфа в Москве в прямом радиоэфире к людям СССР обратился народный комиссар иностранных дел Вячеслав Михайлович Молотов (далее - отрывок из прозвучавшего в эфире текста его выступления, первоначальный текст незначительно отличался):

"Граждане и гражданки Советского Союза!

Советское правительство и его глава товарищ Сталин поручили мне сделать следующее заявление:

Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбёжке со своих самолётов наши города — Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причём убито и ранено более двухсот человек. Налёты вражеских самолётов и артиллерийский обстрел были совершены также с румынской и финляндской территории.

Это неслыханное нападение на нашу страну является беспримерным в истории цивилизованных народов вероломством.

(...) до последней минуты Германское правительство не предъявляло никаких претензий к Советскому правительству, (...) Германия совершила нападение на Советский Союз, несмотря на миролюбивую позицию Советского Союза, и что тем самым фашистская Германия является нападающей стороной.

По поручению Правительства Советского Союза я должен также заявить, что ни в одном пункте наши войска и наша авиация не допустили нарушения границы и поэтому сделанное сегодня утром заявление румынского радио, что якобы советская авиация обстреляла румынские аэродромы, является сплошной ложью и провокацией. Такой же ложью и провокацией является вся сегодняшняя декларация Гитлера, пытающегося задним числом состряпать обвинительный материал насчёт несоблюдения Советским Союзом советско-германского пакта.

Теперь, когда нападение на Советский Союз уже свершилось, Советским правительством дан нашим войскам приказ — отбить разбойничье нападение и изгнать германские войска с территории нашей родины.

В нашем видео - документальный фильм из серии образовательных передач советского телевидения по истории для учащихся 4 классов - о начале Великой Отечественной войны и проявленных мужестве и героизме советских людей в боях за Брестскую крепость, сражениях под Киевом и Смоленском, в битве за Севастополь и под Москвой в 1941 году.

Мы обязаны сохранять память об этом времени и о людях, на чью долю выпало жить в те годы и сражаться за мир и свободу!

Низкий поклон и вечная память каждому, кто воевал, трудился в тылу и кто ждал дома, сохраняя очаг и веря в победу и жизнь...

История. 4 класс. О начале Великой Отечественной войны. Гл. ред. науч.-поп. и обр. пр., 1986. Источник: канал на YouTube «Советское телевидение. Гостелерадиофонд России», www.youtube.com/c/gtrftv

Пакт Молотова-Риббентропа — это Договор о ненападении между Советским Союзом и Германией от 23 августа 1939 года. Сам по себе договор этот ничего особенного не содержит, но в дремучем лесу вашингтонском в конце сороковых годов появился вдруг некий «Секретный дополнительный протокол» к этому договору, опубликованный в американском сборнике Nazi-Soviet Relations 1939–1941. Washington, 1948 (Нацистско-советские отношения 1939—1941 годов. Вашингтон, 1948). (Часть 1. Часть 2. Часть 3, Часть 4)

Одним  наиболее дискуссионных эпизодов советской истории 30-40-хх годов является подписание Советским союзом пакта Молотова-Риббентропа 23 августа 1939 года.

Истерики в его отношении не могут быть поняты без знания стратегии США и Британии в ХХ веке. Одной из ее целей после Первой мировой войны было изъять Восточную Европу из-под влияния, как России, так и Германии, создав под своим контролем ярус мелких несамостоятельных государств от Балтики до Черного моря. (То, что осуществляется сегодня).

Гитлеровские планы завоевания восточного «жизненного пространства», казалось, полностью ломали схему. Однако известно, как Британия всемерно подталкивала Гитлера именно на Восток. Секретные переговоры Дж. Саймона – министра иностранных дел Великобритании с Гитлером в Берлине в марте 1935 года стали достоянием советской разведки. На вопрос Риббентропа об Австрии Саймон прямо санкционировал аншлюс, заявив: «Правительство Его Величества не будет беспокоиться об Австрии так же, как, например, о Бельгии, находящейся в самом близком соседстве с Великобританией». Гитлер поблагодарил Британию за ее «великодушную позицию».

На деле в этом не было противоречия. Британия вовсе не полагала умиротворить Гитлера. Напротив, самое страшное для англосаксов случилось бы, если бы Германия удовлетворилась Мюнхеном и аншлюсом Австрии. Это было бы соединение немецкого потенциала в одном государстве – кошмар для Британии со времен Бисмарка. А заставить вернуть назад было бы потом нелегко – ведь гитлеровские акты были признаны «демократическим сообществом», а Чехословакия до Первой мировой войны была территорией Австро-Венгрии и как таковая не оспаривалась.

Британия рассчитывала подтолкнуть Гитлера к дальнейшей экспансии, причем только на Восток, и в принципе англосаксонский расчет на необузданность амбиций и дурман нацистской идеологии был обоснован. Сегодня опускают, что печать и политические круги в Англии открыто обсуждали следующий шаг Гитлера после Мюнхена – поход на Украину.

В этом вопросе и была активна Польша, которая вовсе не была невинной жертвой. Как только Гитлер отнял у Чехословакии Судеты, Польша заявила претензии на Тешинскую часть Силезии, отошедшую по Версалю к Чехословакии после четырех веков в составе Габсбургской империи. А в январе 1939 года польский министр иностранных дел Бек в Берлине уже предлагал свои услуги для завоевания Украины, если Гитлер поддержит ее претензии на выход к Черному морю. Но вот наркому Литвинову польский посол Гжибовский неизменно отвечал: «Польша сохраняет отрицательное отношение к комбинациям, направленным против Германии».

Хрестоматийная история бесконечных проектов коллективной безопасности показывает: западные страны отказывались дать гарантии балтийским государствам, отделявшим от Гитлера западную границу СССР. В августе 1939 года был заключен пресловутый пакт Молотова – Риббентропа 1939 года. Агрессия против СССР была отложена до разгрома Западной Европы.

Договор вовсе не приблизил войну. Ее приблизили уже начатые захваты с благословения западных «демократий», первыми подписавших Мюнхенский сговор, отдавших Гитлеру Судеты и санкционировавших аншлюс Австрии.

Договор поменял расписание неизбежной войны, а, следовательно, послевоенную конфигурацию, сделав невозможным для англосаксов войти в Восточную Европу как в начале войны, поскольку надо было оборонять Западную Европу, так и после победы – там уже был СССР. Пакт Молотова-Риббентропа 1939 года – является крупнейшим провалом английской стратегии за весь ХХ век, вот почему его демонизируют.

Сегодня, однако, ни Мюнхен, ни аншлюс, а именно «Пакт Гитлера-Сталина» называют «прелюдией» ко Второй мировой войне и обрушиваются на секретный протокол о разделе сфер влияния. Но готовность Сталина за отсрочку нападения на собственную страну закрыть глаза на устремления Гитлера в отношении Польши, предлагавшей Гитлеру завоевывать Украину, как и воспользоваться случаем для восстановления территории Российской империи, утраченной из-за революции, ничем не отличалась по прагматизму или, если угодно, цинизму от слов Саймона, открывшего Гитлеру, что Британия «не будет беспокоиться об Австрии так же сильно, как, если бы это была Бельгия».

А прибалтийские режимы, полуфашистские, диктаторские, отказавшиеся от парламентаризма и осуждаемые тогда всей Европой? Они занимали однозначно прогерманскую позицию. Как сообщал посол США, балтийские государства «стремились остаться вне коалиций, направленных против Германии».

Советско-германский договор сегодня именуют пактом «войны» и «раздела», который, якобы, не имел аналогов в европейской истории, ибо это были «тоталитарные государства». Это может вызвать только иронию.

Сколько раз в истории одни державы чертили границы для других! Наполеон в Тильзите предлагал Александру I уничтожить Пруссию. Венский конгресс 1815г. добавил Швейцарии стратегические горные перевалы, чтобы те не достались более динамичным государствам. В секретном соглашении 1905 года Япония и США обменялись согласием на захват Филиппин и оккупацию Кореи. В Версале в 1919 г. Антанта расчленила Австро-Венгрию, предписав, кому и в каких границах можно иметь государственность, а кому нет, кому, как Галиции перейти от одного хозяина к другому. В Потсдаме были изменены границы многих государств и судьба бывших колоний. А как в демократическом настоящем? – В Дейтоне в 1995-м столпы демократии «начертили» и силой навязали свое территориальное статус-кво на Балканах.

Наконец, само нападение гитлеровской Германии на СССР снимает все обвинения. Впрочем, борзописцы внушают, что Гитлер всего лишь упредил нападение агрессивного СССР. Да только в дневнике Геббельса задолго уже было написано: «Россия должна быть расчленена. Нельзя потерпеть на Востоке такого колоссального государства». Гитлер лишь продолжил геополитические планы пангерманистов перед Первой мировой войной. В 1914 году границу Германии по Волге требовали установить берлинские интеллектуалы, а «тоталитаризма» еще не было, была Россия.

Г. Киссинджер в труде «Дипломатия» демонстрирует смесь досады и невольного восхищения, определив «мерой сталинских достижений то, что он пусть даже временно, поменял местами приоритеты Гитлера». Этот успех дипломатии он назвал высшим достижением средств, которые «могли бы быть заимствованы из трактата на тему искусства государственного управления ХVIII века».

И У.Черчилль, и министр иностранных дел Лорд Галифакс, представляя советско-германский договор в Палате Лордов, признали действия СССР, всего лишь восстановившего свою дореволюционную территорию, правомерными!

Нынешняя мода отождествлять гитлеровский фашизм и советский коммунизм возникла не сразу с началом холодной войны, хотя тогда острота взаимоотношений с недавними союзниками была сильнее, чем сегодня.

Эту идею не приняли бы в 50-е годы те, кто обнимался на Эльбе, и сопровождал северный конвой. В домах миллионов на Западе еще хранились британские газеты, исполненные восхищения перед защитниками Сталинграда. Все помнили, как союзники ждали от СССР объявления войны до победного конца, боясь, что он остановится на собственных границах.

«Спор об истории» был открыт крупным германским историком Э. Нольте в начале 1970-х годов, когда оправданием геополитического давления на СССР стала борьба «тоталитаризма и демократии». Борьба с «империей зла» требовала новых идеологем, и книги Э. Нольте пришлись как нельзя кстати. В них виртуозно решалась задача: развенчать СССР как главного борца против фашизма, при этом не реабилитировать сам фашизм, но освободить Запад от вины за него.

Э. Нольте интерпретировал Вторую мировую войну не как продолжение извечных стремлений к территориальному господству, а как начатую Октябрьской революцией «всеевропейскую гражданскую войну» между двумя «идеологиями раскола». Европа же, по Нольте, впала в грех фашизма исключительно для защиты либеральной системы от коммунизма и, лишь потом уподобилась своему сопернику. В такой схеме мишенью возмущенного сознания становился «советский тоталитаризм» и пресловутый пакт 1939 года, которые, якобы, и стали причиной Второй мировой войны.

С легкой руки Э.Нольте коммунизм, всегда и везде считавшийся главной антитезой фашизму, стали называть его прототипом. Концепция Э. Нольте сумела даже затушевать различие между фашизмом итальянского типа и национал-социализмом Гитлера, всегда признаваемого наукой о политических учениях. Теперь главный критерий – отсутствие «американской демократии». Однако желание или нежелание какого-либо народа установить у себя демократию в разных формах есть его право, и само по себе не несет угрозы миру, если только не сопровождается насильственным навязыванием этого выбора.

Оказывается, что война США и Британии против Гитлера велась не за то, чтобы французы и датчане оставались французами и датчанами, не за то, чтобы латыши и поляки не превратились в свинопасов и горничных у арийцев, а за «торжество американской демократии». И эта война продолжилась в Европе, пока второй «тоталитарный монстр» – СССР не самоустранился, чтобы «бедняжечка Запад», уже его не пугаясь, мог доставлять свою демократию наискорейшим образом – с бомбардировщиков.

Но целью всей стратегии была замена итогов Второй мировой войны итогами «холодной войны». Вот ключ к пониманию беспрецедентных слов Дж. Буша на праздновании приглашения Литвы в НАТО 23 ноября 2002 года: «Мы знали, что произвольные границы, начертанные диктаторами, будут стерты, и эти границы исчезли. Больше не будет Мюнхена, больше не будет Ялты».

Объявление ялтинской системы тождественной гитлеровской агрессии – это полная ревизия духа и смысла Второй мировой войны и сотрудничества в ней Антигитлеровской коалиции. И об этом надо напомнить бывшим союзникам.

Отречение от общей победы – это вызов памяти не только русских, но и погибших американцев и англичан. Это оскорбление России, разрушенной дотла фашистской агрессией и отдавшей миллионы жизней не только за право на собственную историю. Они погибли, в том числе и за то, чтобы поляки, эстонцы, латыши и литовцы не прекратили бы свою национальную историю вообще. По нацистскому плану они должны были бы едва читать на немецком географические указатели в «Ингерманландии». В СССР они получили свою долю от всего – и плохого, и хорошего, но они становились академиками и генералами, литераторами и изобретателями и награждались Государственными премиями. Плохи или хороши законы, но, если они одни для всех, никакого оккупационного режима нет!

Теперь Латвию патрулируют натовские самолеты, а этнократические режимы лишают русских права на язык и культуру, гражданских прав на том основании, что Латвия и Эстония были под оккупационным режимом. Президент Латвии Вике-Фрайберге не постеснялась сказать, что «русские должны стать латышами русского происхождения». Это принудительная ассимиляция или вытеснение. И вот парламентарий Кирштейнс уже требует «вывезти всех оккупантов на поезде». Накануне Дня Победы возводятся мемориалы бывшим эсэсовцам. Такая демократия теперь – норма «объединенной» Европы, представляемой эталоном. Не похоже ли именно это на нацистские времена? И какую реакцию вызвало бы гипотетическое требование какого-нибудь русского президента, чтобы, например, татары стали «русскими татарского происхождения»?

Не схватка «идеологий раскола» и не «борьба демократии и тоталитаризма» составляют суть истории ХХ века. Похоже, все еще «нельзя потерпеть на Востоке такого колоссального государства». Но главным инструментом нашего унижения является разрушение нашего собственного исторического и национального самосознания. Не пора ли защитить от глумления нашу Победу и нашу Родину?

Пакт Молотова-Риббентропа — это Договор о ненападении между Советским Союзом и Германией от 23 августа 1939 года. Сам по себе договор этот ничего особенного не содержит, но в дремучем лесу вашингтонском в конце сороковых годов появился вдруг некий «Секретный дополнительный протокол» к этому договору, опубликованный в американском сборнике Nazi-Soviet Relations 1939–1941. Washington, 1948 (Нацистско-советские отношения 1939—1941 годов. Вашингтон, 1948). (Часть 1. Часть 2. Часть 3)

В 1999-м на канале НТВ вышел документальный фильм Светланы Сорокиной о 1-м съезде народных депутатов. Среди прочего она вспомнила и о «секретных протоколах», вызвавших разбирательство на съезде. Спустя десять лет после работы комиссии Сорокина интервьюировала ее главных героев — А.Яковлева, М.Горбачева и других.

Яковлев недоумевал:

«Меня до сих пор поражает, почему Михаил Сергеевич не дал их («протоколы»)... И не сказал, что они есть?.. Почему он вместе со всеми суетился, что их нет? Он даже на Верховном Совете... выступал: «Уважаемые делегаты, мы их искали и там и там, всех запросили, но нет оригиналов...» А они у него...»

Затем Сорокина спрашивает у Горбачева:

«Михаил Сергеевич, Вы были знакомы с документами пакта Молотова — Риббентропа до съезда?»

Горбачев:

«До сих пор я их не видел».

И это в 1999 году!

Сорокина:

«А почему Яковлев и тот же Лукьянов говорят, что вы были знакомы, то ли в 85-м, то ли в 86-м даже стоит на документах ваша запись «ознакомлен»?»

Горбачев:

«Как я думаю, что на этот счет существовало две или три папки. Копии, кстати, лежали. Копии! Но подлинников не было. И самое интересное, что копия подписана Молотовым немецким шрифтом».

Сорокина:

«Подпись Молотова по-немецки?»

Горбачев:

«По-немецки. Странно для меня это было».

Сорокина:

«То есть копии вы видели?»

Горбачев:

«Копии да-а-а... Так копии были у всех. Где подлинники?.. Ну а копии что же, у нас подлинники изобретают, а уж копии... Мастера большие».

С одной стороны, хитрить и обманывать аудиторию Горбачеву в 1999-м смысла не было никакого. С другой — трудно представить, чтобы генсек не смог получить интересующий его документ.

Поэтому когда в 1992-м «нашелся» т. н. «пакет №34», в котором якобы был подлинный «секретный протокол», его вполне уместно рассматривать сквозь призму горбачевского тезиса «у нас подлинники изобретают... Мастера большие». Материалы «пакета №34» были опубликованы Г.Севостьяновым и Б.Хавкиным в журнале «Новая и новейшая история» (№1 за 1993 г.).

Кстати, именовался сей документ по-новому: «Секретный дополнительный протокол к Договору о ненападении между Германией и Советским Союзом». «Пакт» заменили на «договор». Тогда же, в октябре 1992 года, перед общественностью потрясали «секретной разграничительной картой» за подписью Сталина, представляя это событие суперсенсацией... На самом деле эта «секретная» карта, на которой фиксировался раздел Польши, была официально и открыто напечатана в СССР еще 28 сентября 1939 года в газете «Правда»...

В 1986-м 97-летним ушел из жизни Вячеслав Михайлович Молотов — непосредственный участник тех событий. Из книги Феликса Чуева, долгие годы общавшегося непосредственно с Молотовым и издавшего записи своих бесед с ним, мы видим, что до конца жизни Вячеслав Михайлович отрицал наличие «секретных протоколов». Феликс Иванович неоднократно задавал этот вопрос бывшему наркому, но ответ всегда был один и тот же. Вот выдержка одного из их диалогов, состоявшегося 29 апреля 1983 года:

«Чуев: «На Западе упорно пишут о том, что в 1939 году вместе с договором было подписано секретное соглашение...» Молотов: «Никакого». Чуев: «Не было?» Молотов: «Не было. Нет, абсурдно». Чуев: «Сейчас уже, наверно, можно об этом говорить». Молотов: «Конечно, тут нет никаких секретов. По-моему, нарочно распускают слухи, чтобы как-нибудь, так сказать, подмочить. Нет, нет, по-моему, тут все-таки очень чисто, и ничего похожего на такое соглашение не могло быть. Я-то стоял к этому очень близко, фактически занимался этим делом, могу твердо сказать, что это, безусловно, выдумка» (Ф.Чуев. Молотов. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2000, стр. 25—26.).

При этом Молотов никогда не отрицал существования договоренностей с Германией относительно Прибалтики, Бессарабии, Польши. И напоминал, что границы были еще тогда опубликованы в прессе вполне открыто. Более того, можно отметить, что в беседах с Чуевым Вячеслав Михайлович не скрывал многих деликатных подробностей относительно переустройства границ.

Вот, к примеру, как он описывает присоединение Прибалтики: «Министр иностранных дел Латвии приехал к нам в 1939 году, я ему сказал:

«Обратно вы уже не вернетесь, пока не подпишете присоединение к нам»... Нашим чекистам я дал указание не выпускать его, пока не подпишет. Из Эстонии к нам приехал военный министр.., мы ему то же сказали» (там же, стр. 19.).

Если Вячеслав Михайлович вполне откровенно поведал, что означало «добровольное» вступление Прибалтики в СССР, то с чего бы ему отрицать наличие секретных протоколов?

Павел Судоплатов, который был одним из руководителей советской разведки, пишет, что ничего не знал о секретных протоколах (П.Судоплатов. Спецоперации. Лубянка и Кремль 1930—1950 годы. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 1997, стр. 148). И это странно, поскольку обычно разведка получает установки на проведение работы в развитие определенных политических решений и дипломатических договоренностей. Можно предположить, что эти протоколы считались какими-то сверхсекретными. И Сталин с Молотовым держали их в глубокой тайне. Но разве информация о протоколах была более секретной, чем та, которой обладала разведка в других сферах, скажем, ликвидация Троцкого или материалы по атомному проекту? Да и в политическом плане, о тех же самых сферах влияния разведка постоянно вела работу. Павел Судоплатов описывает, например, зондаж пакта о ненападении с Финляндией в 1938-м: «Предложение Сталина включало также разделение сфер военного и экономического влияния в Балтийском регионе между Финляндией и Советским Союзом» (там же, стр.143). Все тот же вопрос — раздел сфер влияния.

Но что такое «сфера влияния» или «сфера интересов»? То, что договоренности по этому вопросу между СССР и Германией были, сомнений не вызывает. Другое дело, в какой форме и о чем именно. В частности, что подразумевали стороны под «сферой влияния»?

С началом войны Германия передала СССР ноту, в которой пояснялись причины немецкого нападения (нота от 21 июня 1941 г.). Речь в этом документе шла и о «сферах интересов».

В частности, о московских договорах в ноте сказано: «Суть этих договоров заключалась 1) во взаимном обязательстве обоих государств не нападать друг на друга и жить в мирном добрососедстве и 2) в разграничении сфер интересов с отказом Германского Рейха от какого-либо влияния в Финляндии, Латвии, Эстонии, Литве и Бессарабии, причем области бывшего Польского государства до линии Нарев — Буг — Сан по желанию советской России были включены в ее состав» (здесь и далее цитирую по «2000», 05.05.2000 г.).

«...В Москве при разграничении сфер интересов советское правительство заявило рейхсминистру иностранных дел, что, за исключением находившихся тогда в состоянии распада областей бывшего Польского государства, оно не намерено оккупировать, большевизировать или аннексировать находящиеся в его сфере влияния государства. Но в действительности, как показал ход событий, политика Советского Союза в это время была направлена исключительно на одну цель, а именно на то, чтобы везде, где можно, продвинуть на Запад военную власть Москвы в пространстве между Ледовитым океаном и Черным морем...»

Обратите внимание: «при разграничении сфер интересов советское правительство заявило...» Устно? Ведь если немцы открыто (а эта нота, отметим, не была какой-то секретной, ее текст сразу же узнал весь мир) заявляют, что разграничивались сферы интересов, то есть ли смысл скрывать форму, в которой это разграничение происходило. Не все ли равно, был ли это «секретный протокол» или «секретная устная договоренность». Важна ведь суть.

При этом отметим следующее: немцы, нападая на СССР, имели в союзниках Финляндию и Румынию, а прибалтов — Литву, Латвию и Эстонию — намеревались обратить в свои союзники. Если бы договоренности (за спиной указанных стран) носили некий крамольный характер, вряд ли они стали бы говорить о них во всеуслышание. Наконец факт договоренностей о разделе Польши признается открыто.

В ноте немцы выставляют СССР претензии относительно отторжения части территории Финляндии, Румынии, захвата Прибалтики. И настаивают, что при разграничении сфер интересов об этом речь не шла. К примеру:

«...СССР оккупировал также Латвию и Эстонию. Вся Прибалтика, вопреки заверениям Москвы, была большевизирована, а через несколько недель после оккупации аннексирована... торговые соглашения Германии с этими государствами, которые по московским договорам должны были остаться в силе, были односторонне аннулированы Советским Союзом».

«Оккупировав и большевизировав всю предоставленную СССР на переговорах в Москве правительством Рейха сферу интересов в Восточной Европе и на Балканах, советское правительство явно и однозначно нарушило Московские соглашения»...

Для чего тогда понадобился «секретный протокол», «пакт Молотова — Риббентропа»?.. Для антисоветской пропаганды, затем для развала СССР — представить страну «тюрьмой народов», которые были «порабощены».

Ведь все территориальные приобретения Советского Союза (вкупе с Польшей, Прибалтикой, частью Финляндии и Румынии) были официально признаны по итогам Второй мировой войны в Ялте, Потсдаме и др., европейские границы также были подтверждены серией международных договоров 50—70-х гг.

Вот и потребовалось переиграть ситуацию. Дескать, оказывается, произошедшее — результат сговора, тайного плана двух агрессоров. А фабриковался этот «секретный протокол», судя по всему, уже после (и на основе) произошедших исторических событий, поданных как умышленный провокационный сговор советских политиков с руководителями фашистской Германии. И это коррелируется с тезисом М.Горбачева: события, мол, развивались так, что совпадали с «текстами секретных протоколов». Однако нельзя не добавить, что задним числом можно состряпать все что угодно, ход мировой истории можно представить как следствие неких «секретных договоров» (иные так и делают, вспомните «протоколы сионских мудрецов»).

Потому, видимо, особый упор сделан на «секретность» («секретный дополнительный протокол») — сразу ассоциации с чем-то крамольным, нечистым, мол, было бы все по-честному, не скрывали бы.

Источник

В дополнение к постам

Фальсификация изменившая историю. Часть 5. Терминология

Фальсификация, изменившая историю. Часть 1

В прошлом году наткнулся на неплохую статью о "секретном протоколе". Думаю, она стоит внимания. Далее с небольшими вырезками оригинал.

Вопросы договора (пакта) о ненападении между СССР и Германией широко обсуждаются в современном медиа-пространстве в сети. Интерес к этой теме не утихает, доказательством чего является намерения журнала «Дилетант» выпустить следующий номер, посвященным этой теме.

<...> (см. оригинал статьи)

Обучая способам, методам и самому перечню существующих подделок, историки и общество вовсе не оказываются защищены от новых фальсификаций. Так называемые секретные протоколы «Пакта Риббентропа-Молотова», являющегося на самом деле договором о ненападении, одно из ярких тому доказательств.

Вопрос возможности подделок документов в архивных, в том числе секретных папках, так же уже поднимался на обсуждение обществом и научными кругами. По этой причине сам факт представления документов архивами, не является однозначным аргументом в пользу их подлинности.

Интересно, что всё началось с публикации 22 мая 1946 г. в «St. Louis Post-Dispatch» плёнок Карла фон Лёша, которые, как нам рассказывали, снял Секретные Протоколы на плёнку (широкую известность документ приобрёл в 1948 году , когда был опубликован в сборнике Госдепартамента США "Нацистско-советские отношения. 1939—41 гг."), чтобы сберечь в горах Баварии, а архивы МИД Германии сгорели во время бомбёжек, поэтому и в Германии никакой Маврик Вульфсон, Лёва Безыменский, Фалин ничего увидеть и найти не могли!

А теперь оказывается, что Ратификационный Акт и Грамота, подписанная Председателем Президиума Верховного Совета Союза Советских Социалистических республик, скреплённая Государственной печатью и подписью Наркома НКИД Молотова и сам "Договор о ненападении между Германией и СССР" на русском и немецких языках, спокойно лежали в нетронутом бомбёжками и пожарами архиве МИД Германии! Вообще это всё очень странно.

Многие и частые фальсификации исторических документов, в новой истории России, были связаны с интересами политических, властных, и даже религиозных групп.

Отечественные исследователи и ранее обращались к вопросам подлинности секретных протоколов и причин, вынуждающих определённые группы настаивать на этой самой подлинности.

«Главная цель все более активных в последнее время антисоциалистических, советоненавистнических, русофобских атак на Победу советского народа над фашистской Германией - поставить на одну доску, отождествить СССР и Германию, социализм и фашизм, Сталина и Гитлера. Одним из козырей буржуазного Запада в этой фальсификации объявляется вынужденный договор СССР с Германией - "пакт Молотова - Риббентропа" и особенно секретный протокол к нему.
В.А. Сидак на протяжении ряда лет серьезно исследует все публикации в российской и зарубежной печати по этой теме. У него свой профессиональный взгляд на рассекреченные архивные документы: ведь за плечами Валентина Антоновича многолетний опыт службы в Комитете государственной безопасности. С конца 80-х годов вплоть до контрреволюции августа-91 он работал на руководящих должностях в секретариате КГБ СССР. Несмотря на скромное название, это управление выполняло функции основного штабного органа в системе государственной безопасности страны.»
«В ходе Нюрнбергского процесса адвокат И. Риббентропа Альфред Зайдль попытался внести в число доказательств текст "секретного дополнительного протокола к советско-германскому пакту о ненападении 1939 года". Однако Международный трибунал поставил под сомнение его доказательную силу.
Впоследствии в своих мемуарах А. Зайдль признавал: "Я до сих пор не знаю, кто передал мне эти листы.
Однако многое говорит за то, что мне подыграли с американской стороны, а именно со стороны обвинения США или американской секретной службы".
В государственных архивах США, ФРГ и Великобритании хранятся фотокопии из этой пресловутой "коробки" риббентроповского чиновника. Других копий до 1989 года не существовало и в помине.»
Источник: https://kprf.ru/rus_soc/50380.html

Посмотрим же сами на предлагаемые нам акты. Для начала 11 фотографий, представляющих собой, по нашему мнению, фальшивки.

На чем основано такое мнение? На следующих размышлениях:

1. Первая страница русского текста Договора, сверху листа по центру тиснением выполнен герб СССР, первый абзац пронумерован вместо римской цифры - "1", нет красной рамки по периметру документа;

2. Вторая страница русского текста Договора, абзацы пронумерованы вместо римских цифр "IV,V,VI,VII" "1У, У,У1, У11", корявыми почерками, от руки обозначено место подписей (за кого подписывают) и нанесены подписи сторон на разном уровне одна относительно другой, нет красной рамки по периметру документа, отсутствуют печати красного сургуча и прошивка красной тесьмой;

3. Первая страница немецкого текста Договора, нет красной рамки по периметру документа;

4. Вторая страница немецкого текста Договора, нет красной рамки по периметру документа;

5. Третья страница немецкого текста Договора, нет красной рамки по периметру документа, присутствуют только подписи сторон и от руки описание за кого подписывают, подпись Молотова выполнена латинскими буквами, отсутствует текст договора на странице (это невозможно, ибо подпись удостоверяет текст - подпись на листе отдельном от текста договора быть поставлена не может), отсутствуют печати красного сургуча и прошивка красной тесьмой; нет красной рамки по периметру документа;

6. Секретный Дополнительный Протокол на русском языке, первая страница, нет красной рамки по периметру документа, сверху листа по центру тиснением выполнен герб СССР;

7. Секретный Дополнительный Протокол на русском языке, вторая страница, нет красной рамки по периметру документа, корявыми почерками, от руки обозначено место подписей (за кого подписывают) и нанесены подписи сторон на разном уровне одна относительно другой, подпись Молотова выполнена латинскими буквами, отсутствуют печати красного сургуча и прошивка красной тесьмой;

8. Секретный Дополнительный Протокол на немецком языке, первая страница, нет красной рамки по периметру документа;

9. Секретный Дополнительный Протокол на немецком языке, вторая страница, нет красной рамки по периметру документа, корявыми почерками, от руки обозначено место подписей (за кого подписывают) и нанесены подписи сторон на разном уровне одна относительно другой, отсутствуют печати красного сургуча и прошивка красной тесьмой;

10. Разъяснения от 28 августа 1939 года к "Секретному Дополнительному Протоколу" на русском языке, сверху листа по центру тиснением выполнен герб СССР, нет красной рамки по периметру документа, в отличии от Договора и Протокола место "за кого подписывают" пропечатано (а не выполнено от руки) и нанесены подписи сторон на одном уровне одна относительно другой, но подписи радикально отличаются, как от подписей под Договором и Протоколом, как Риббентропа, так и Молотова, отсутствуют печати красного сургуча и прошивка красной тесьмой;

11. Разъяснения от 28 августа 1939 года к "Секретному дополнительному протоколу" на немецком языке, нет красной рамки по периметру документа, в отличии от Договора и Протокола место "за кого подписывают" пропечатано (а не выполнено от руки) и нанесены подписи сторон на одном уровне одна относительно другой, но подписи радикально отличаются, как от подписей под Договором и Протоколом, как Риббентропа, так и Молотова, подпись Молотова выполнена латинскими буквами, первая буква инициала выполнена русской буквой "В", отсутствуют печати красного сургуча и прошивка красной тесьмой.

Одного визуального сравнения оформления документов и форматирования текста с текстами Договора в Ратификационном Акте от 8 сентября 1939 года и другими Договорами между СССР и другими странами от 1941 года, не считая текстуально-смыслового анализа, достаточно, чтобы понять, что перед нами грубые и неумелые подделки. Настоящие договора выглядели так же, но только с прошивкой красной тесьмой, подписями сторон и сургучными печатями, как, например, Договор СССР с Королевством Югославия от 1941 года или Протокол СССР с Великобританией от 1941 года.

Протокол с Великобританией 1941 год

Договор с Югославией 1941 год

Сравнение с оригиналами документов позволяют прийти к подобным выводам.

Они оказались публичны, так как их сфотографировали явно в немецком архиве.

В составе 10 фото:

1. Папка-коробка архивного хранения с надписями на немецком языке;

2. Папка Ратификационного Акта, в которой сам Акт, аутентичные подписанным Молотовым и Риббентропом, договоры на русском и немецких языках (потому что Ратификационная Грамота передаётся стороне договора, и означает, что подписанные договоры, их текст, будут исполняться до пункта, до буквы);

3. Объявление Президиума Верховного Совета Союза Советских Социалистических Республик;

4. Верховный Совет ратификовал Акт;

5. Первая страница русского текста договора;

6. Вторая страница русского текста договора - нет печатей и нет подписей сторон - так как физически это не сам договор, а его текст, но полностью аутентичный и идентичный;

7. Первая страница немецкого текста договора;

8. Вторая страница немецкого текста договора;

9. Третья страница немецкого текста договора - нет печатей и нет подписей сторон - так как физически это не сам договор, а его текст, но полностью аутентичный и идентичный;

10. Ратификационная Грамота с Государственной печатью, с подписями Председателя Президиума Верховного Совета Калинина и Народного Комиссара Иностранных Дел Молотова, удостоверяющие, что "всё изложенное будет полностью соблюдаемо", как заявил Президиум Верховного Совета Союза Советских Социалистических Республик.

Обратите внимание: именно нахождение этих текстов договоров в Ратификационном Акте с Грамотой и утверждает, что, именно, эти тексты договора и были обязательны для исполнения и соблюдения сторонами.

Следует обратить, также, внимание на оформление самих текстов договоров: формат листов, формат набора текста, листы с красной рамкой по периметру - это важно для сравнения с подделками!!!

Важным остается вопрос: Кому и для чего именно сейчас понадобилось представление на самом высоком уровне спорных, а то и откровенно фальшивых документов по столь важному вопросу? Думается, что выводы каждый может сделать сам.

Источник: https://istoriki.su/istoricheskie-temy/vtoraya_mirovaya_voyn...

P.S. @moderator, проставьте тэг Политика, если требуется.