Трамп — человек проживший долгую бурную жизнь, привыкший бороться и побеждать, до сих пор демонстрирующий выдающиеся бойцовские качества (чего стоит хотя бы его возвращение в Белый дом, после украденных демократами выборов и четырёх лет преследований со стороны мечтавшей посадить его и посадившей многих его сторонников команды Байдена). И вот этот человек как-то странно вяло и уступчиво ведёт с Россией переговоры по вопросу украинского урегулирования.
Он сам, ещё до начала переговоров, публично заявляет Зеленскому, что если тот не согласится на уступки, то его государство будет уничтожено. Более того, он же публично оценивает способность Украины отстоять свою независимость как нулевую, даже при условии сохранения полномасштабной помощи Запада. Он постоянно даёт понять, а непонятливым открытым текстом поясняет, что США не станут вымешиваться даже в том случае, если Россия решит добить Украину до конца и не станут помогать своим европейским союзникам, если те захотят вмешаться.
Так переговоры не ведут. Безусловно, США в принципе всё равно, какая Украина будет создавать проблемы России: отдавшая часть территорий, но сохранившая формальную независимость, или полностью вошедшая в состав России — в обоих случаях военное, дипломатическое и ресурсное, включая демографическое, экономическое и финансовое, напряжение российской политической системы будет огромным, и США могут рассчитывать на некоторую свободу рук в иных регионах. Тем не менее, заявления о готовности заключить сделку за счёт слития Украины и ослабления американской поддержки ЕС изначально ослабляют переговорную позицию США, ухудшая условия сделки для Трампа. Москва не имеет стимула идти на минимальные уступки Вашингтону, если тот изначально продемонстрировал готовность сдать украинскую позицию.
Возникает логичный вопрос: зачем стремиться к переговорам, если изначально собираешься сдать свою позицию? Тем более, зачем привлекать к ним внимание СМИ и общественности? Сдал бы себе Украину тихо и все дела.
Но, если мы внимательно приглядимся к стратегии Трампа, то обнаружим, что она заключается в максимальном затягивании переговоров, без выхода на какой-то конкретный результат. Он давит на Зеленского с требованием согласиться на территориальные уступки России, выдавливает из него неопределённое заявление на эту тему, но тут же заявляет, что США будут накачивать Украину оружием и укреплять её армию и после заключения мира. Это якобы будет для неё гарантией безопасности.
Это абсурд. Военный конфликт как раз и возник как реакция России на опасность активной военной деятельности Запада на Украине. Москва постоянно заявляет, что для неё неприемлем мир, в результате которого Украина будет продолжать пользоваться военной поддержкой Запада — только полная демилитаризация и нейтрализация Киева могут удовлетворить Россию. Если Трамп хочет мира, то его действия нелогичны. Они ещё более нелогичны, с учётом его заявлений о том, что США намерены выйти из украинского кризиса, переложив ответственность за поддержку Киева на страны ЕС. Зачем, в таком случае заявлять о намерении оказывать Украине военную поддержку уже после заключения мира?
Если сконцентрироваться только на украинском кризисе, то действия Трампа могут показаться абсолютно алогичными. Но ведь украинский кризис лишь часть глобального. Россия сама постоянно напоминает Вашингтону, что ведёт с ним переговоры по всему спектру глобальных проблем, а не только по Украине. Что же касается Трампа, то его лозунг «Сделать Америку вновь великой!», благодаря слову «вновь» предполагает, что Трамп планирует вернуть США то величие, которое у них было, а не достичь какого-то нового. Бывшее же американское величие предполагает глобальную гегемонию.
Возвращение глобальной гегемонии предполагает последовательный разгром союзников — России и Китая, которые всеми американскими администрациями последних полутора десятилетий рассматриваются как опасные конкуренты США в военно-политической и торгово-экономической сферах, соответственно. Трамп явно не настолько наивен, чтобы предполагать, что у него выйдет то, что не получилось у администрации Байдена — заставить Россию и Китай отказаться от поддержки друг друга, с тем, чтобы облегчить США их удушение по-очереди. Он должен найти некий иной, не столь очевидный, но не менее эффективный путь борьбы с российско-китайским союзом.
Давайте вспомним, что было для России важнее украинского кризиса, куда Москва, в отличие от Украины, более десяти лет назад отправила войска немедленно, в каком регионе Россия до последнего времени добивалась наиболее значимых успехов? Это был Ближний Восток в целом и Сирия в частности.
Ближний Восток тысячелетиями является солнечным сплетением мировой торговли. Военная история человечества началась с битвы при Мегиддо и ею же (Армагеддоном) должна завершиться. Кто владеет Ближним Востоком — владеет миром, поэтому войны в этом регионе никогда не прекращаются.
В Сирии Россия находилась на паях с Ираном. Москва обеспечивала воздушно-комическую поддержку, поставки оружия сирийской армии, прикрытие ПВО/ПРО, а также демонстрацию военно-морского флага, а Иран, при помощи своих прокси, обеспечивал Асада живой силой. Что там точно случилось мы пока не знаем, возможно когда-нибудь узнаем, но когда началась явно хорошо подготовленная операция по свержению Асада, российские ВКС стандартно приступили к нанесению ракетно-бомбовых ударов по мятежникам, которые продолжались вплоть до бегства Асада из страны, а проиранские прокси начали выдвижение на фронт. Начали, но не закончили — то ли не успели, то ли им помешали успеть (сирийская армия явно развалилась слишком внезапно даже для самих сирийцев).
В результате позиции России на Ближнем Востоке пострадали, но не катастрофически. У Ирана же от мощной «шиитской оси», тянувшейся до самого Средиземного моря, остались только собственно Иран и шииты Ирака. Позиции Исламской республики ослабли катастрофически. Иран предпринимает попытки поправить дело с опорой на хуситов, усиливших антиизраильскую активность, что уже вызвало резкую реакцию США. При этом надо иметь в виду, что для большинства арабских стран региона (Египта, Саудовской Аравии, ОАЭ) хуситы тоже враги. В придачу ко всему администрация Трампа, в отличие от администрации Байдена, является убеждённым союзником Израиля и не менее убеждённым врагом Ирана.
В общем, у США появилась возможность сложить антииранскую коалицию и начать против Тегерана активные боевые действия. Но Иран является третьим звеном в российско-китайском партнёрстве. Он самое слабое в военном и экономическом плане, но кране важное географически звено, так как обеспечивает не только прикрытие морских путей, связывающих Дальний и Ближний Восток, но и сухопутных коммуникаций, связывающих Россию и Китай через Среднюю Азию. Если Иран будет выбит из союза, то резко усилится Турция, претендующая на позицию регионального лидера не только на в Сирии — Палестине, но и в Закавказье и в Средней Азии. Роль Ирана в сдерживании турецких амбиций сложно переоценить. Без него под ударом окажутся и российско-китайские коммуникации, и коммуникации, связывающие Китай с его африканскими партнёрами, а Закавказье и Средняя Азия могут с лёгкостью превратиться в антироссийские плацдармы, ведь в таком случае у Турции в этих регионах останется один конкурент — Россия.
Китай сегодня не в состоянии оказать Ирану серьёзную сухопутную поддержку — слишком растянуты коммуникации, слишком сложный рельеф — армию на помощь не пошлёшь. Китайский флот пока также не готов к проведению стратегических операций в Индийском океане. Противостоять американцам и их союзникам в Тихом океане готов, а в Индийском у него не хватает как опыта плавания, так и мест базирования. Поддержка Ирана союзниками (в основном военно-техническая) может надёжно осуществляться только через территорию России.
Следовательно, США для того, чтобы выбить из цепочки Москва-Тегеран-Пекин самое слабое, но центральное, скрепляющее всю цепочку, иранское звено необходимо снизить уровень поддержки Ирана с севера. Для этого, Кремлю, который до сих пор пытается избежать необходимости занятия и включения в состав России всей Украины, предлагают приманку с переговорами по Украине, которые идут «трудно, но успешно». Расчёт простой — пытаясь не выпустить синицу из рук, не спугнуть удачу на украинском направлении, Россия не бросит Иран (на это американцы не рассчитывают), но будет более пристально обдумывать каждый свой шаг, в результате чего оказание помощи, в том числе и политической Ирану замедлится, а у США и их союзников появится шанс выбить иранское звено из евразийской цепи, так долго и с такими трудами выковывавшейся Москвой и Пекином.
После падения Ирана Россию можно будет надолго связать борьбой с «великотуранскими» амбициями, так что Китай, как до этого Иран окажется не в полном одиночестве, но в условиях весьма ограниченной поддержки. При этом не исключаю, что если к завершающему этапу переговоров судьба Ирана будет решена, то США будут готовы в украинском вопросе максимально принять и поддержать российскую позицию, так как в нынешнем своём виде она гарантирует сохранение некоей Украины, с нейтралитетом которой будут готовы согласиться США, но это не значит, что с ним согласится Европа, и без того обеспокоенная усилением России. Европейские интриги вряд ли приведут к полноценному столкновению, но создадут России дополнительные проблемы, ещё сильнее связав её ресурсы.
Можно, конечно, предположить, что Трамп идеалист, желающий установить во всём мире мир и обеспечить народам благоденствие. Но это предположение мало согласуется со всем, что мы о нём знаем и со всеми его текущими действиями, поэтому с куда большей вероятностью его действия продиктованы циничным расчётом, призванным вновь обеспечить США величие через гегемонию.
США не могут победить Россию, Китай и Иран до тех пор пока они выступают единым фронтом и не могут добиться их отказа от этого союза. Следовательно, для того, чтобы иметь минимальную надежду на успех, им необходимо создать условия в которых эффективность этого союза хотя бы временно снизится, открыв перед ними окно возможностей.
