16 ноября 1874 года родился Александр Колчак – полярный исследователь, адмирал, Верховный правитель России (ограниченной Сибирью и частью Урала).
Адмирал Колчак является одним из самых известных в массах лидеров Белого движения. И дело вовсе не в том, что он был самым успешным из лидеров. Тем более что это не так. Однако, в отличие от других вождей Белого движения, ставших известными в основном уже во время Гражданской войны, Колчак был весьма известной фигурой еще до революции.
К тому же он был одним из самых высокопоставленных чинов старой армии, участвовавших в войне (вице-адмирал примерно равнялся генерал-лейтенанту) и самым высокопоставленным деятелем Белого движения, попавшим в руки большевиков. К тому же он был единственным из Белых вождей, кто попытался установить самую настоящую военную диктатуру.
Согласно популярной легенде род Колчака шел от некого турецкого военачальника, в середине XVIII века взятого в плен в ходе очередной русско-турецкой войны, да так и осевшего в России. Впрочем, никаких подтверждений этой легенды нет. Достоверно можно проследить род только до прадеда адмирала – Лукьяна Колчака, который был сотником Бугского казачьего войска, существовавшего недолгий период в начале XIX века. В 1843 году род Колчаков получил потомственное дворянство.
Его сын Иван Лукьянович родил троих сыновей, один из которых и стал отцом будущего полярного исследователя. Василий Колчак был участником Крымской войны, на знаменитом Малаховом кургане помогал командовать артиллерийской батареей. В ходе решающего штурма позиций попал в плен к французам. После возвращения прошел курс горного инженера и долгое время работал на Обуховском заводе, занимаясь вопросами, связанными с артиллерией.
Его сын Александр родился уже в Санкт-Петербурге. Учился в 6-й гимназии, где его одноклассником оказался Вячеслав Менжинский – будущий руководитель ОГПУ, а тогда – тихоня-отличник. В отличие от Вячи Божьей Коровки, как его прозвали товарищи, Колчак учился плохо, перебивался с двойки на тройку, и отучившись три класса, оставил гимназию.
Колчак перешел в морской кадетский корпус, чтобы стать морским офицером, как его дядя и крестный отец, являвшийся капитаном 1-го ранга. В кадетском корпусе Колчак переосмыслил свой подход к учебе и стал одним из лучших учеников.
В звании мичмана Колчак был выпущен из корпуса и назначен вахтенным офицером на броненосный крейсер «Рюрик». Однако вскоре в молодом человеке проснулся исследовательский интерес. В то время мировые державы завершали процесс закрытия белых пятен на мировой карте и за Арктику и Антарктику развернулась настоящая гонка. Барон Толль – видный русский полярный исследователь, загорелся идеей обнаружения Земли Санникова на Севере и начал готовить экспедицию. Колчак встретился с Толлем, но тот пока еще не знал точных сроков экспедиции. В конечном счете, через год барон прислал вызов молодому офицеру и Колчак был переведен с военной службы на исследовательскую.
Главной задачей Колчака была гидрологические исследования, картографирование и проведение всевозможных наблюдений. В партию, которая отправится искать Землю Санникова, Колчак не был включен, оставшись проводить изыскания на шхуне «Заря». Так и не найдя искомую землю, Толль отправился на изучение неисследованного острова Беннета приказав экипажу шхуны покинуть стоянку, когда уголь будет израсходован до такой степени, что его хватит только на обратный путь. Это надлежало сделать даже если сам Толль не вернулся бы.
В итоге «Заря», так и не дождавшись Толля, покинула место стоянки и ушла в Тикси. Затем из Якутии Колчак добирался до Петербурга, где выступил с отчетом перед Академией наук. За свою работу он был награжден орденом св. Владимира 4-й степени и включен в состав Императорского русского географического общества.
Колчак намеревался сразу же после возвращения организовать поисковую экспедицию, ради чего даже отложил свою свадьбу. Уже через месяц Колчак возвращался в Якутию, откуда должна была стартовать поисковая экспедиция.
Поисковая команда исследовала возможные маршруты группы Толя, побывала на острове Беннета. Им удалось найти записки, оставленные группой Толля, из которых следовало, что они не остались на зимовку, а отправились на материк. Однако их никогда так и не удалось найти.
В ходе экспедиции Колчак провалился под лед. Его удалось достать, но после этого он всю жизнь страдал от ревматизма.
Вскоре после его возвращения началась русско-японская война. Колчак вновь перевелся в военной ведомство, став командиром эскадренного миноносца «Сердитый». Затем перевелся в Порт Артур, где командовал артиллерийской батареей. После взятия крепости японцами оказался в плену, но уже через несколько месяцев вернулся.
После возвращения он на время сосредоточился на научной деятельности, написав по материалам своих экспедиций несколько монографий. В 1910 году была организована масштабная Гидрографическая экспедиция Северного ледовитого океана, главной задачей которой было исследование северного морского пути и точное картографирование побережья.
Колчак был назначен командиром одного из двух ледоколов, принимавших участие в экспедиции. Исследования заняли три года, но Колчак участвовал только первый год, а затем был отозван в Морской генштаб. Его направили на Балтийский флот, где он сначала командовал миноносцем, а затем был включен в состав штаба Балтфлота. Незадолго до начала Первой мировой он получил звание капитана 1-го ранга.
Во время войны Балтийский флот по большей части скучал. Из всех театров боевых действий в Европе он был одним из самых спокойных, как правило все ограничивалось только минированием. Колчак, знавший толк в минном деле, был назначен командующим минной дивизией.
1916 года стал звездным для Колчака. В апреле он становится контр-адмиралом, а уже в июне – вице-адмиралом. И назначается командующим Черноморским флотом. Колчак как член Морского генштаба в своей время привлекался к работе оборонных комиссий Государственной Думы и был близок к оппозиционным кругам, чем, в некоторой степени, и объяснялось такое неожиданное назначение, изумившее всех. Ведь молодому вице-адмиралу доверили командовать главным русским флотом, при том, что прежде он не имел соответствующего опыта командования.
Колчаку было поручено разработать Босфорскую десантную операцию, которая так и не состоялась по форс-мажорным причинам – в стране началась революция. Вопрос об отношении Колчака к февральской революции до сих пор вызывает споры. Активно участвовать в ней он не мог в силу того, что находился далеко от Петрограда. Но и явно против не выступал. Скорее, он занял осторожную позицию.
Все попытки удержать хоть какую-то дисциплину на флоте провалились. Если поначалу Черноморский флот выглядел явно лучше и собраннее разгулявшегося Балтийского, то к лету ситуация стремительно ухудшилась. В июне под угрозой ареста он покинул Черноморский флот и выехал в Петроград.
Там незадачливые февралисты, уже понявшие, что началась полная шляпа, начинали подумывать о военной диктатуре и присматривались к Колчаку. Керенский, боявшийся угрозы справа, под надуманным предлогом на время сплавил вице-адмирала в Америку.
По пути в Америку он заехал в Англию, где к нему присмотрелись местные деятели. В США он пробыл недолго и отправился обратно, уже будучи кандидатом в Учредительное собрание от кадетской партии. Однако в пути он узнал, что произошла новая революция. Доплыв до Японии Колчак обратился к англичанам с просьбой о его зачислении на службу.
Колчак был зачислен на британскую службу и отправлен на месопотамский фронт. Однако по пути работодатели передумали и отослали его обратно, рассчитывая сделать его фигурой для притяжения оппозиционных большевикам кругов.
В Сибири взбунтовались чехословаки, а в Поволжье власть в свои руки взял Комуч. Колчак едет в Харбин, где руководство КВЖД отказалось признавать большевиков. Его вводят в состав правления железной дороги и назначают командовать ее охранными отрядами. Вскоре он едет в Японию, чтобы урегулировать спорные вопросы, однако у японцев уже был свой кандидат – атаман Семенов, к Колчаку они отнеслись прохладно, как и он к ним.
Тем временем антибольшевистские правительства Поволжья и Сибири объединились в Директорию. Колчак отправился на Дон, но по пути заехал в Директорию, где местные офицеры предложили ему присоединиться к ним как популярной фигуре. Правительство директории было левым – эсерско-меньшевистским. Колчак был включен в его состав военным и морским министром.
Однако коалиция была шаткой, левые и военные не доверяли друг другу. В конце концов, в ночь на 18 ноября правительство было арестовано группой казаков. Новым Верховным правителем России был назначен Колчак, получивший также адмиральский чин.
Военная диктатура была шансом победить. Вместо раздираемой противоречиями Директории установилась единоличная власть. Однако этот переворот испортил отношения с левыми, которые фактически перешли на сторону большевиков. Кроме того, недовольной осталась самая влиятельная сила в Сибири – чехословаки.
Под контролем Колчака оказался золотой запас, а также огромные территории. Однако проблема была в том, что почти вся промышленность в то время находилась в центральной части России, контролируемой большевиками. А огромные территории оказались слабозаселенными.
Но поначалу ему способствовал успех. Весной 1919 года началось наступление армии. Большевики, тем не менее, быстро переориентировались с Деникина на Колчака и быстро мобилизовали многократно превосходящую армию, которая остановила весеннее наступление.
Осенью 1919 началось наступление превосходивших красных сил. Армия Колчака начала отступление, известное как Великий Сибирский Ледяной поход. Отступление осложнялось тем, что спешившие домой чехословаки забили главную транспортную магистраль – Транссиб. К тому же союзники уже были настроены на то, чтобы работать с большевиками и прекратили поддержку Колчака. Вдобавок у него сильно испортились отношения с генералом Жаненом, командовавшим союзнической миссией.
Жанен по взглядам был скорее левым (во всяком случае, в мемуарах он всех русских обвинял в свирепой реакционности и непонимании «передовых убеждений»). Кроме того, он находился в конфронтации с английскими союзниками. Уже после войны в яростной переписке британский генерал Нокс и Жанен бранили друг друга. Жанен утверждал, что это англичане – гады и монархисты, устроили колчаковский переворот и пошли против передовых взглядов местных жителей и что он не намерен был рисковать жизнями 50 тысяч благородных чехов ради горстки русских реакционеров и подлецов.
Жанен и чехи, у которых отношения с Колчаком дошли до открытой конфронтации, совершили тихий переворот, арестовав адмирала и завладев золотым запасом. В обмен на выдачу Колчака и золотого запаса они рассчитывали оформить себе «зеленый свет» по всему Транссибу вплоть до Владивостока.
Колчак был передан иркутским эсерам из Политцентра. Жанен также предупредил белые части, которые попытаются отбить Колчака и подавить эсеровское движение в городе, что он прикажет чехам всей мощью обрушиться на них. Каппелевцы, собиравшиеся отбить Колчака, вынуждены были отступить от Иркутска.
