Книга по мотивами Героев 3.
– Невежда! – некромант Серокрон стоит от меня на расстоянии десяти метров, в его руке небольшой посох, полностью сделанный из человеческой кости. Из его плеча вытекает нечто чёрное, похожее на кровь. Его глаза безумны и наполнены кровью. – У вас нет ни единого шанса, жалкие людишки!
Моя рука с сапфиром направлена в его сторону, на моей правой ноге глубокая рана, что даже виднеется кость.
– Эрафия будет принадлежать Сандро! Эрафия будет принадлежать некромантам! – он делает резкий взмах посохом, из которого появляется ядовитое облако дыма и летит в мою сторону, некромант делает это без слов, невербально. Создавать заклинания без слов – это высшая магия.
– Murus defensivus, – передо мной появляется защитная стена, которая поглощает облако, но не полностью, дым сильно обжигает лицо.
Справа от меня на земле лежат мёртвые Амбела и Титаниус, они пытались помочь мне, но некромант сразил их без единого шанса.
– Еxcidium mortuorum, – из моих наручей вырывается яркий луч света и несётся в сторону Серокрона. Луч ещё не долетает до некроманта, а я уже произношу следующее заклинание. – Ictus criticus.
Серокрон успевает отразить первое заклинание, но не реагирует на второе, которое ломает ему обе ноги. Он падает на землю, выпуская посох из руки.
– Эрафия принадлежит живым, – я достаю меч из ножен и подношу к его голове. – Драконы пробудились, все фракции вступили в единый союз, мы уничтожим всю нежить, которая прорвалась в наш мир.
Один сильный удар, и его голова откатывается в сторону от тела.
Правая рука Сандро пала в бою, успев принести столько горя и бед. От бессилия я кричу в небо и оборачиваюсь назад. Перед моим взглядом предстаёт ужасающая картина – Мануфэктир, объятый огнём.
Я просыпаюсь в поту, надо мной звёздное небо, глубокая ночь.
Рядом сидит Ингрид и в задумчивости смотрит на потухший костёр. Мы похоронили чародея Эльмаза и решили идти в Форестглен. В том лесу к нам вышел не Эльмаз, а Риона, которая предстала в его облике. Ингрид и сама по долгу службы часто принимала облик другого человека, чтобы следить и внедряться в разные группы, и собирать информацию. Это далеко не самое сложное заклинание изменения, тем обиднее, что нас так легко провели.
И теперь мы питали чувство вины и тревоги за Аэриса. Видимо, Риона задумала похитить артефакт под видом союзника, обычного чародея из Трэнсома.
– Опять кошмар? – Ингрид провела ладонью по моим волосам.
– Да…Я как будто бы проживаю во снах своё будущее…
– Это всего лишь сны, Ярик, никто не может предсказать будущее, и уж тем более увидеть его во сне, – она нежно поцеловала меня, пытаясь успокоить и прогнать дурные мысли, и это, как и всегда, сработало.
– Скоро рассвет, если выдвинемся сейчас, то к полудню будем в Форестглене, – я провожу пальцем по карте, которую оставил нам Аэрис.
Мы шли по эльфийской территории, поэтому немного расслабились.
Живописные поляны и леса, неведомые растения и животные.
Мы даже встретили единорогов! Я сначала принял их за лошадей, белых и грациозных, но потом заметил длинный спиральный рог на лбу.
– Считается, что из их рога можно сделать самый сильный в мире антидот, он способен затянуть любую рану и вернуть человека или эльфа буквально с того света, – Ингрид давала мне краткий опус по ним, но в целом по сказкам и фильмам я уже был знаком с этими существами.
Пройдя через очередной овраг, мы наконец-то увидели замок. Он был точь-в-точь таким же, каким я видел его в первый раз. Ничего не изменилось, даже тот же небольшой хаотичный рынок перед воротами был на месте.
Стража на воротах с неодобрением взглянула на нас, но в одном из них я узнал эльфа, который сопровождал меня в трактир «Два сапога».
– Ярослав? Не может быть? Ты до сих пор жив и невредим? Потрясающая удача! – он тепло пожал мне руку, и остальные стражники расслабились.
– Есть такое, даже вот чародеем успел стать, – я выставил вперёд руку с наручем.
– Ничего себе! Ну ты даёшь, чужеземец! А что привело тебя и твою спутницу в Форестглен?
– Несколько дней назад должен был возвратиться Аэрис, вместе с ним была…был чародей.
– Я слышу знакомый и ставший уже родным голос или мне показалось? Вас же не должно быть здесь, – из-за ворот, сверкая лучезарной улыбкой, вышел Аэрис.
– Ты цел! – я крепко по-дружески обнял эльфа.
– А почему мне не быть целым? – он настороженно посмотрел на наши угрюмые лица.
– Мы можем поговорить наедине?
Аэрис провёл нас в свой дом, уютный, без излишеств, двухэтажный домик.
– Когда я вернулся, друиды рассказали мне, что Фаелин пытался осуществить захват города. Ну, как захват, его войско было разгромлено дендроидами ещё на подходе, поэтому он в очередной раз сбежал в никуда.
– Аэрис, послушай, по дороге мы встретили настоящего Эльмаза, смертельно раненного, последнее, что он сказал нам, что его не было в том лесу…
– Что за ерунда? Мы с ним без происшествий дошли до Форестглена, он попросился остаться на пару ночей в городе, чтобы восстановить силы, а сегодня утром, взяв моего пегаса, отправился на поиски Калберда и Халона.
– Заклинание изменения! Это была Риона, Аэрис, где монета трёх драконов? – Ингрид обеспокоенно посмотрела на него.
– Изменения? Но…почему она тогда не убила меня?
– Аэрис!!! Монета! Где она?! – я понимал, что он пытается понять мотивы Рионы, но в данную секунду было кое-что поважнее.
– Она хранится у друида Алагара, пошлите, – он быстро выскочил из дома, мы с Ингрид следом.
Добежав до дома друида Алагара, мы постучались, но никто не открыл и не ответил.
Ударом плеча Аэрис вышиб дверь, и мы оказались внутри. Всё было как в прошлый раз, огромный шкаф, доверху набитый разными книгами, свитками и пергаментом, в углу стол с пробирками и инструментом. Вот только не было самого друида.
Мы поднялись на второй этаж и открыли дверь в комнату. За столом, спиной к нам сидел Алагар, его голова немного наклонена вниз, как будто он читает книгу.
– Друид Алагар? – Аэрис медленно подходил к столу.
Когда он обошёл друида, то громко ахнул и застыл в оцепенении. Пустые глазницы. Ни крови, ни следов ножа. Точно такой же почерк, как и в Трэнсоме, когда были убиты двое чародеев.
Перед друидом на столе стояла маленькая коробочка, она была пуста, а это значит, что Риона собрала все пять артефактов.
– Это моя вина, это моя вина, – Аэрис пустым взглядом смотрел на лицо друида.
– Нет, это вина только Рионы! Не смей брать на себя чувство вины за чужие деяния, – Ингрид подошла к эльфу и обняла его. – Ты не мог знать, она сильнее и хитрее всех нас.
– Главное, что ты жив, Аэрис, а всё остальное мы преодолеем вместе, мы сорвём планы Рионы, в чём бы они ни заключались, – я хлопаю его по плечу.
Мы решили всё-таки отправиться в Химрофт. Во-первых, нужно разнести весть по эльфийским землям о том, что все пять артефактов у Рионы. Во-вторых, нам нельзя больше появляться в землях людского королевства, для короля мы сейчас цель номер один.
Мы взяли трёх пегасов и взмыли в небо.
– Сколько всего городов у людей? Не могут же они все быть под контролем короля? Где-то же должны быть такие же умные правители, каким был Тарнум? – первые десять минут я молча летел, со всех сил вцепившись в шею пегаса, но потом привык и позволил себе задать вопрос.
– Ну, смотри, столица Армитстоун и одна из лучших армий королевства Трэнсома безоговорочно на стороне короля теперь. Все города, которые имеют границы с ними тоже под покровительством столицы. На востоке лишь небольшие города и поселения, и они скорее нейтральны, но в настоящее время, конечно, их статус неизвестен. А на западе…– Ингрид сделала паузу, прикусив губу.
– Самый западный город людей – Стоунбинд, он никогда не признавал столицу и другие города, он всегда стоял особняком, государство внутри государства, они ведут торговлю с кем угодно, эльфами, орками, гномами, но не с людьми. Они даже не принимали участия в сорокалетней войне…
– Почему бы не попробовать достучаться до них? Призвать к союзу?
– Достучаться? Да они только счастливы, что в королевстве людей идёт междоусобная война, там живут люди без чести и долга, которые думают только о своём достатке.
– Получается, что Стоунбинд – это Москва, – я засмеялся, и Ингрид тоже. Я часто ей рассказывал о своём мире, о своей работе и городе, где я жил, ей было искренне интересно.
– Смех смехом, Ярик, но если уж Калберд выбрал идти за помощью в Мануфэктир, а Халон в Элементон, а не в Стоунбинд, то это о многом говорит.
– Со всеми можно договориться, любого можно убедить…Когда мы отправились в Элементон, то тоже не питали надежд касаемо помощи.
– Давай оставим посещение Стоунбинда на самый чёрный день, – Ингрид улыбнулась. Ветер в это время усилился, и закапал небольшой дождь.
Мы летели несколько часов среди облаков. Честно говоря, я так до конца и не понял, каким образом пегасы знают, куда нам лететь, но Аэрис уверял, что у эльфов особая связь с этими существами и что мы прилетим куда нужно.
Когда солнце уже начало медленно садиться за горизонт, пегасы пошли на снижение.
– Мы в землях Химрофта, – сквозь ветер прокричал Аэрис.
Когда мы приземлились на небольшом тракте, в сотне метров от городских ворот, к нам сразу же подбежали шесть эльфов городской стражи.
– Аэрис? Сколько лет! – эльфы тепло поприветствовали своего соплеменника. – Мы давно уже ждём вас!
– Мы? – Аэрис удивлённо приподнял бровь.
Из городских ворот вышли две фигуры, до теплоты нам знакомые.
– Калберд! Халон! Слава Богу, вы живы! – Ингрид бросилась обнимать чародеев.
– Нам есть что обсудить, пройдёмте, – маги были угрюмы, но целы и невредимы.
Нам любезно предоставили большой двухэтажный дом на берегу речушки, где мы все разместились.
– Ну, как ваши успехи? – Ингрид первой начала расспросы.
– Совет владык орков выслушал меня, и мне удалось посеять зерно сомнения в них, поэтому единогласного решения о невступлении в войну они не приняли, – Халон провёл рукой по волосам, и я заметил на его ладони глубокий порез.
– Ну, это не плохо, они, конечно, не грезят проливать свою кровь, но понимают, что не смогут остаться в стороне, если начнётся война, и готовы выделить армию, в случае её начала, но не раньше.
– Что с твоей ладонью, Халон? – я обратил внимание на это всех присутствующих.
– Ах, это? – он взглянул на порез. – Это итог нашей встречи. Я был связан кровью с пятью владыками. Это договор о том, что если на землях орков окажется враг, то Мануфэктир придёт на помощь.
– Куда вы отправились после?
– В Трэнсом…– в голосе Халона прозвучала горечь. – В одном дне пути от него мы встретили отряд из двухсот лучников и трёх наших чародеев, все, кто смог уцелеть и сбежать оттуда. Они и поведали нам историю предательства и смертей Тарнума, Уинтера и Фромса.
Мы рассказали Калберду и Халону о том, что было после битвы у ворот Трэнсома, о смерти Эльмаза и о хищении последнего артефакта.
– И теперь мы понятия не имеем, что задумала Риона, – резюмировала наш рассказ Ингрид.
– Все пять порталов до сих пор стоят в целости и сохранности, я не получал никаких сигналов ни от меток, установленных на них, ни от Лабеты, а значит, чтобы она не задумала, это не связано с ними. – Калберд задумчиво посмотрел на Халона.
– У нас мало сил, чтобы вести локальные войны, Мануфэктир, Элементон и орки присоединятся только тогда, когда начнётся настоящая война с врагом извне, но они не будут участвовать в наших междоусобицах, – Халон встал и подошёл к окну. – А наша армия сейчас – это двести лучников, три чародея, один чужеземец, бывший глава тайной службы, эльф и два почтенных мага.
– Эльфы тоже не будут вмешиваться в междоусобные войны, – Аэрис с грустью посмотрел на Халона. – Но на меня вы всегда можете рассчитывать, ваше магичество, – он приклонил одно колено и склонил голову.
– Мой меч к вашим услугам, – рядом с ним на одно колено встала Ингрид.
– Моё оружие и я с вами до последнего вздоха, – я последовал примеру остальных.
– Моя магия до последней пульсации силы с вами, – Калберд присел рядом.
– Друзья мои, это очень трогательно…Я ценю это, и отдам жизнь за каждого из вас, – в глазах Халона проступила одинокая слезинка.
– Каковы наши дальнейшие действия? Свергнуть короля? Найти Риону? Найти Фаелина? – в глазах Ингрид плыл огонь страсти.
– Нам нужен мощный союзник среди людей, и мне на ум приходит только один город и только один наместник, – Халон подошёл к Ингрид и взял её за руки. – Мы отправимся в Стоунбинд.
Ингрид с грустью посмотрела на Халона. – Если другого выхода нет…– после чего вышла из дома.
– А что не так между Ингрид и этим городом? – я обратился к Калберду.
– Она родилась в Стоунбинде, в возрасте двенадцати лет Ингрид отправили в Холмингер для обучения боевому искусству. До шестнадцати лет она обучалась у лучших мастеров меча и лука, после чего должна была вернуться домой, продолжить обучение уже у своего отца и со временем стать командиром армии Стоунбинда. Но тогда, в Холмингере появился Тарнум…Он отбирал лучших учеников для того, чтобы завербовать их в свою армию. Он убедил её, что ей нет смысла прозябать на краю королевства и вариться внутри одного города, пусть и родного, что ей предназначен куда более интересный и опасный путь.
И Ингрид согласилась, она не вернулась в отцовский дом и отправилась в Трэнсом. Спустя месяц гонец принёс ей письмо, в котором её отец отрёкся от неё и сказал, что у него больше нет дочери. С того времени Ингрид ни разу не была в Стоунбинде.
– И это всё? Ну, подумаешь, всегда можно помириться, найти точки соприкосновения, в конце концов, её отец, может быть, уже умер или покинул город, – для меня было удивительно, как из-за такого пустяка можно держать обиду на целый город.
– Нет, Ярослав, её отец не умер, он был тогда, и есть сейчас наместник города Стоунбинд, – теперь я понял, в чём сложность ситуации. Возвращение изгнанной дочери, а вместе с ней будут те, к кому она ушла, ради которых предала отца и Стоунбинд.
– Да, шансов заручиться их поддержкой у нас не так много, – я иронично улыбнулся и вышел из дома, чтобы найти и поговорить с Ингрид.
Она сидела на берегу реки и смотрела на водную гладь.
– Мне рассказали про твоего отца…Знаешь, я очень редко виделся со своими родителями, после того как стал жить один, мы редко разговаривали и сейчас я очень жалею об этом, – я присел рядом с ней.
– Тут всё гораздо сложнее, Ярик, отец возлагал на меня большие надежды, он спал и видел, как на троне Стоунбинда будет восседать он, по правую руку я, а по левую моя сестра Диррид. Он грезил, как мы создадим династию, как Стоунбинд со временем станет столицей королевства людей. Он отправил меня и Диррид в Холмингер спустя две недели после того, как погибла наша мама. Нас отпускали домой один раз за год, на две недели, и отец души в нас не чаял, когда мы возвращались к нему. Так шли годы нашего обучения, Диррид полностью разделяла мнение отца, что Стоунбинд стоит на отшибе королевства и заслуживает лучшей участи. А я…Мне просто хотелось повидать мир, мне хотелось приключений, я не хотела прозябать в этом закрытом городе вместе с отцом. Когда пришёл Тарнум, он вербовал не только меня, но и Диррид. Она ответила категоричным отказом и вернулась домой. Ну, а я, как видишь, выбрала другой путь и вот уже прошло почти пятнадцать лет с того дня, когда я видела отца и Диррид в последний раз.
– Может быть, попробовать подойти к нему со стороны твоей сестры? У вас с Диррид были хорошие отношения?
– Мы были не разлей вода. Диррид спокойно отнеслась к моему отказу возвращаться домой, и каждые три месяца мы обменивались длинными письмами о том, как у нас дела и что нового произошло. Но пять лет назад письма перестали приходить, а я всё слала и слала, каждые три месяца, гонцы говорили, что она их получает, но ответ так ни разу и не дала. Последнее письмо я отправила ей три недели назад.
– Может быть, отец запретил ей общаться с тобой?
– Или она стала его копией, и сама решила разорвать отношения, – Ингрид бросила камешек в воду.
– В любом случае, ты наше единственное связанное со Стоунбиндом звено…Как бы больно тебе ни было, но у нас нет другого выбора и нет других союзников. Если мы не объединим королевство людей, то Риона разрушит его интригами и убийствами изнутри.
– Я знаю, Ярик, но от этого не легче.
Мы просидели в тишине ещё полчаса, а затем вернулись в дом. Нам предоставили небольшую комнату на втором этаже. Впервые я буду делить ложе с Ингрид, если не считать тех ночей под звёздным небом, когда мы были в пути.
Кровать оказалась достаточно просторной, чтобы вместить и троих, и четверых человек. Умывшись в ледяной воде, я отбросил все мысли в сторону и зашёл в комнату.
«Какой у нас с Ингрид статус?», «Принято ли в этом мире спать на одной кровати до замужества?» – эти вопросы вертелись у меня в голове. Я робко взглянул на неё в поисках ответов. Она была одета в лёгкий полупрозрачный эльфийский сарафан, и мне было непривычно видеть её такой… женственной и желанной.
– Я могу лечь на полу, если нужно, – моё лицо залилось краской от одного взгляда на неё.
– В вашем мире так принято? – она улыбнулась, её явно веселила моя робость и застенчивость.
– Я просто не знаю, как принято в вашем, – помимо кровати в комнате был небольшой деревянный стол, на котором стояли две свечи, ярко освещая всё вокруг.
– Сильно сомневаюсь, что наши миры принципиально отличаются в плане любви между мужчинами и женщинами, – Ингрид присела на край кровати и постучала рукой по месту рядом с собой.
Любви… Люблю ли я Ингрид? Не знаю. Я не знаю, что такое любить по-настоящему. Но если любовь — это бояться потерять человека, думать о нём каждую минуту и желать быть всегда рядом, то да, я люблю.
Я сел рядом с ней, и она провела своей тёплой рукой по моей щеке, нежно поцеловав меня. После этого она встала, задула свечи на столе и легла на кровать.
– Иди уже ко мне, Ярик, – это была лучшая ночь в моей жизни, наши тела и наши мысли сплелись воедино, закружив в танце страсти. Моя Ингрид. Моя любовь.
– Все, кого ты любил мертвы, ты потерял всё, что у тебя было, но я милостив и я уважаю то, как ты бился до последнего, – я сижу на земле, опершись на какое-то дерево, туника насквозь пропитана кровью, но я не чувствую боли, только ненависть и злость, на себя и на Сандро, стоявшего передо мной.
– Ты умираешь, Ярослав, слишком сильные ранения, слишком много потерянной крови. Я чувствую злость в тебе…Но почему ты злишься на меня? Почему не на людей, которые тебя предали? Не на союзников, которые не пришли на помощь? Не на того, кто впустил меня в этот мир? – Сандро садится рядом со мной и кладёт руку на моё сердце. – Осталось совсем мало времени…
– Что тебе нужно? – я бросаю взгляд на свои наручи, сапфир, вставленный в них, треснул и больше мне не помощник.
– Я хочу помочь тебе, я хочу дать шанс тебе отомстить. Отомстить оркам, отомстить Рионе, отомстить Халону…– Сандро проводит рукой по моему лбу, и жар сменяется на приятный холодок. – Я могу дать тебе вторую жизнь, сделать тебя королём Личём, я могу вернуть тебе твою возлюбленную Ингрид…
Я чувствую, как веки тяжелеют, как по всему телу распространяется умиротворяющая и убаюкивающая теплота. Я ещё не готов. Мне нужна месть, я должен наказать предателей.
– Я согласен…– слова срываются с моих сухих губ.
Сандро осторожно достает несколько пробирок с таинственной жидкостью и, не колеблясь, вливает их содержимое мне в рот. Затем он кладет руки на мою голову, и в этот момент браслеты на его запястьях начинают светиться ярким салатовым цветом. Словно под воздействием магии, он произносит незнакомые мне заклинания. Мои глаза закрываются, и сознание уносит меня в бездну небытия.
Я открываю глаза, смотрю на своё тело, все мои раны на месте, но они больше не кровоточат. Я пытаюсь встать, и мне даётся это на удивление легко. Рядом стоит Сандро и удовлетворённо наблюдает за мной.
В нескольких шагах от меня большая лужа, оставленная дождём. Я подхожу к ней и смотрю в своё отражение.
Мои выразительные зелёные глаза стали ещё ярче. Веснушки, доставшиеся мне от мамы, пропали. Внутри меня кипит ярость и чувство мести, по моим венам словно яд разливается магическая сила. Сила некроманта.
Сандро вытаскивает сломанный сапфир из моих наручей и вставляет в них зелёный хризолит.
– Отныне, ты больше не чужеземец, Ярослав, теперь ты король Лич.
– Халон!!! Калберд! – крик Ингрид частично возвращает моё сознание в реальность. Перед глазами всё расплывается в зелёных тонах. Сердце бешено колотится. Я пытаюсь открыть рот, чтобы набрать воздух, но ничего не получается. Я смотрю на Ингрид, но перед глазами вижу Сандро.
В комнату вбегают Калберд и Халон.
– Я не знаю, мы спали, а потом он резко начал кричать ни с того, ни с сего, и не просыпается, он весь горит, Халон, сделай что-нибудь, – я слышал голос Ингрид, но он был как будто вне этого мира.
Халон положил руку на мой лоб, и я почувствовал тепло.
– Вернись к нам, Ярослав, иди на мой голос, ты в мире снов и иллюзий, он не настоящий, вернись к нам, – после этих слов Халон начал быстро бормотать какое-то заклинание.
Спустя несколько секунд начали проявляться очертания предметов и людей вокруг меня, зелёный фон и лицо Сандро пропали, я смог полной грудью вдохнуть воздух.
– Что это было, Халон?!? – Ингрид приложила холодный мокрый платок к моей голове.
– Это была моя ошибка. Мы не верили Ярославу и его снам, но теперь мне кажется настало время углубиться в это в полной мере, – Халон присел рядом со мной, а у меня в голове стоят слова Сандро «отомстить Рионе, отомстить Халону». – Расскажи нам всё, Ярослав, и в самых мелких подробностях.
______________________________________________________________________________________________________
Если понравилось и интересно что будет дальше, подписывайся на меня, ставь лайк, пиши комментарии!
