21

Звонок

Когда я учился на первом курсе психологического университета, то мне, впрочем, как и каждому студенту, нужна была хоть халтурная, но работа. На полный рабочий день я бы никуда не устроился, но и бездельничать не хотелось. Я съехал от родителей и нужно было хоть чем-то расплачиваться за аренду квартиры. Знакомая отца мне сильно помогла и где-то в середине второго семестра я смог устроиться в call-центр услуги «телефон доверия». График с 6 до 10 вечера меня устраивал, хоть работал я и без выходных. Доход был ощутимый, а по моим скромным запросам – вполне достаточный, даже удавалось откладывать на «грандиозную покупку». Что за покупка – не могу сказать. Я и сам не знаю. Просто откладываю деньги. У меня ещё с детства – никогда не тратил всю сумму сразу, часть оставляя на что-то ещё не придуманное. Часы работы проходили для меня достаточно легко, так что время летело незаметно. Дни быстро сменяют дни, когда ты попадаешь в ритм. А я попал. После учёбы задерживался в библиотеке ВУЗа, чтобы посидеть за учебниками или же просто полазать в интернете, когда учить было особо нечего, а читать вперёд не хотелось. Психологию я любил всей душой, как-то сразу у меня сложилось, что именно в этой области я преуспевал больше всего. Так что возможность проверять на практике полученные знания меня только радовало. После заседаний в библиотеке я спешил на работу, после в полудрёме доезжал до съёмной квартиры в спальном районе большого города и утром вновь выезжал на учёбу. Выходные я бездарно просаживал, как и большинство людей, у которых нет планов на воскресный поход по магазинам или поездку на дачу. Ничего такого. Мой главный план был всегда один: «Учёба – Библиотека – Работа – Кровать».

Так прошло даже больше года. Меня не напрягало, что я единственный парень в call-центре. Да и зачем на этот счёт заморачиваться? Времени на общение с коллегами я оставлял себе немного. Неистово надрывающийся телефон, учебник, курсовая и другие насущные занятия съедали и так очень много моего времени. Конечно, я не могу забыть и то, что при каждом звонке передо мной лежал блокнот, который я привычно заполнял по факту получения информации. Блокнот я вёл, к слову, с самого первого дня пребывания на месте своей первой работы. Я писал номер звонка. Вкратце описывал ситуацию позвонившего и записывал свой совет в конце. Этот статистический архив я вёл исключительно для себя и без какой-либо конкретной цели. Предполагал, что смогу составить на его основе дипломную работу, либо провести отдельное исследование, может, написать книгу, что оставлю после себя, вместо унылых мемуаров, когда маразм завладеет рассудком… В общем не знаю для чего – просто скрупулёзно выводил слова, ведя летопись звонков, не отрываясь от трубки.

Это иногда даже оказывалось полезно, ведь многие из позвонивших, так сказать, постоянные клиенты, далеко не первый раз звонившие сюда. Для некоторых это была отдушина, для других – место отчаяния. Своих «постоянных клиентов» я далеко не всегда мог бы узнать по голосу, одни звонят наплывами – раз в полгода у них начинается кризис, и они каждый день занимают линию, другие же отчитываются каждую неделю, третьи могут звонить каждый час, а потом пропадать на определённый срок. Хуже всего вспоминать тех, кто звонил часто, а потом исчез. Это жутковато пытаться предположить по какой причине они пропали. Вот именно для не одноразовых я завёл отдельный листочек. Наша служба анонимна и у нас нет ничего, кроме голоса. Иногда, правда, клиенту это неважно, и он готов легко назвать хотя бы имя. Я ещё помню девушку, которая каждый раз называлась разным именем. Она даже иногда забывала, какое имя назвала и в процессе разговора цитировала обращения к себе, применив другое имя. Я её называл «Дама паспортного стола». На отдельном листке для «своих» я как раз указывал прозвища заядлых анонимусов. Могу отыскать один из них и, взглянув, по этим самым прозвищам припомнить их случаи. Рядовые, конечно, меня интересовали не сильно, но были настолько чудные, что забыть было бы крайне сложно. Каждое безумие уникально, за год у меня таких уникальностей набралось на мешок баек и ещё по карманам распихивать.

Но сильнее всего мне запомнился случай, о котором я бы хотел поговорить именно сейчас.

Незадолго до конца смены на линию поступил звонок, и я снял трубку. Хриплый мужской голос прошептал в микрофон: «Добрый вечер, зовите меня Некто. Я хочу поведать вам свою историю, и вы её непременно выслушаете. Скажу сразу, что мне станет известно, как хорошо вы меня слушаете и слушаете ли вообще.».

- Да, конечно, - ответил я, в глубине души насторожившись. – Мы вас слушаем.

- Это хорошо, - Хмыкнул он, и мне стало не по себе, совсем на мгновение, ведь он хмыкнул именно в тот момент, когда я менял позу, чуть поёжившись на кресле. – Мне есть, что рассказать.

Он начал рассказывать о чём-то отрешённом и далёком, какие-то неприметные истории из детства. О том, как ходил на рыбалку, как зацепился за крючок и пропорол палец, вытаскивая его, а потом тащил тяжёлое ведро, замызгав всю одежду кровью, не прекращавшей литься из ранки. Как пытался курить. Рассказывал он их практически на одном дыхании достаточно неплохо, приводя красочные описания, так бывает, когда человеку и вправду нужно выговориться, а общения не хватает. Люди сидят в одиночестве, множество раз прогоняя события в голове, от чего речь становится зарепетированной и обрастает слоем красочных эпитетов, можно было бы даже расслабиться, словно за аудиокнигой, но от интонации его голоса мне становилось жутковато. Да и сам голос прекрасно подходил для придания такого эффекта любой, даже самой миролюбивой речи. Хрипловатый, протяжный, постоянно оканчивающий предложения и слова так, что создавалось впечатление, будто за этими событиями последуют совершенно другие, куда менее радужные. Неприятные холодные мурашки начинали карабкаться вверх по спине, но я в любом случае должен был дослушать его до конца.

Он рассказывал, как получил в глаз от парней, что постоянно бегали курить за гаражи, и вообще часто там толпились, иногда слишком подозрительно озираясь по сторонам, поджигая не очень обычные самодельные сигареты. Он изливал огромное множество историй, одну за другой, постепенно переходя в какое-то возбуждённо-бредовое состояние, словно со мной говорил пьяный любитель откровений или извергались они из поражаемого маразмом мозга, старавшегося низвергнуть из горящей библиотеки своей памяти последние ценности. Но ни старческим, ни нетрезвым голос назвать было нельзя. Почему-то мне начало казаться, что мой собеседник неизлечимо болен и просто желает исповедаться напоследок.

Где-то в глубине сознания я знал, что эти рассказы лишь вступление, подводка к чему-то особенному. Между строк я, будто бы, читал его намерение заинтересовать или объяснить, возможно даже оправдать то, что я услышу в кульминации этой истории. И, если быть честным, то это мне совсем не нравилось. Я предчувствовал, что развязка мне очень не понравится, хотя ничего необычайного в его рассказах о жизни без отца. Пьющая мать, гнавшая сына из дому, когда к ней приходили незнакомые дядьки. Отсутствие нормального общения со сверстниками. Достаточно распространённая картина. Я бы даже назвал это классикой трудного детства.

Но меня это не успокаивало. Человек на том конце провода далеко не плакался. Это было отнюдь не нытьё, которое я уже привык слушать из динамика. Он просто наслаждался самим фактом того, что рассказывает. Упивался теми мыслями и предвкушениями, что возникали в его голове параллельно рассказу. Смаковал подробности. Всё сильнее навязывалось ощущение, что он заранее готовил речь для звонка. Не просто подсознательно, а репетировал. И это мне очень не нравилось, сам не знаю почему. Позвоночник в области поясницы словно сжали костлявой ледяной рукой, охватили длинными холодными пальцами, ногтями, задев спинной мозг. Ледяное прикосновение вымышленной руки вызывало дрожь, дёргающую всю кожу спины, вдобавок покрывая её мурашками.

- … когда гналась за мной эта собака. Знаете, когда я совершил это в первый раз, то мне совершенно не понравилось. Меня воротило от самого себя. Её было жалко. Я, весь извалявшийся в глине, скатился со склона, казалось, что скатился так неудачно, что вывихнул себе всё, что только можно вывихнуть. А она догнала. Спрыгнула за мной попятам, вцепилась в ногу и стала мотать из стороны в сторону. Её зубы стискивались всё крепче, она почти оторвала от меня кусок мяса. Тогда меня объял страх, захватил власть над каждой клеточкой тела. Меня жрали заживо! Вас когда-нибудь пытались съесть? Руки сами по себе суматошно стали ощупывать землю, старались ухватиться хотя бы за частичку надежды, которая непременно должна была быть рядом, в доступе, где-то тут, на земле, вот-вот и она уже сжата в ладони… Но её не оказалось, – в его голосе, словно, что-то надломилось. Эффектнейшая пауза заставляла с интересом вслушиваться в тишину, ожидая продолжения. – Рядом не было ничего, рядом не было ничего, кроме земли, бешеного зверя и густого страха, которым я весь пропах.

Не знаю, что заставило меня вовремя схватиться за карман, как раз перед тем, как эта тварь захотела растерзать мне лицо своими вонючими слюнявыми зубами. Но я успел вонзить ей сжатые в кулаке ключи прямо в глаз. И, знаете, я открыл для себя целый новый мир!

Из трубки донёсся безумный хохот, видимо, произнёсшему шутку весьма импонировал собственный юмор. Затянувшийся непривычный хохот сменился кашлем. В голове невольно пронеслась ассоциация с запнувшимся на скорости бегуном, что прокатился по камням пару метров, прежде, чем окончательно остановился.

До конца моей смены оставалось всего несколько минут, а я в первый раз еле боролся с желанием послать всё и бросить трубку, прям оторвать её от провода и разбить об стену мощным броском. Так, чтобы увидеть фееричный салют из разлетающихся во все стороны кусков пластика и финальное падение на пол навечно заглохшего динамика, так и не выпутавшегося из сети проводов. Стыдно признавать, но тогда я очень сильно боялся человека, назвавшегося никем, несмотря на то, что вокруг меня всё ещё были люди, которые, наверное, долго потом будут обсуждать мой вид. Не знаю наверняка, но, кажется, видок был тот ещё.

- Знаете, а мне потом показалось, что та собака стала неким символом свободы, который я открыл для себя тем самым ключом. Мне более никто не мешал. Я, словно, нашёл лекарство от всех болезней. Все свои мучения я стёр, смыл универсальным растворителем для души.

Никогда бы не догадался, что обычный нож подарит мне столько наслаждения. Моя тупая мамаша даже подумать не могла, что привела к нам в дом своего ПОСЛЕДНЕГО хахаля. Пока они лежали в постели, синюшные от выжранного вечером, я прокра… - на секунду он замолчал, резко оборвав себя на полуслове, и из трубки прозвучал сдержанный сжатый звук, прозвучал плохо, словно он произнёс его в сторону, но я готов поклясться, что услышал смешок. Я кожей чувствовал, как он выразительно широко улыбается. Он получает удовольствие от того, что зловещими щупальцами своих слов, произнесённых нарочито слащаво, проскальзывает по электропроводу, вылезая из динамика просачивается в мой разум и лапает мозг липкими присосками. Только сейчас я заставил себя вспомнить все подробности и проанализировать их. Теперь мне всерьёз кажется, что он был мастером гипноза. Иначе как можно объяснить, что меня, словно, примотало к трубке и, несмотря на весь ужас и омерзение, я не смог оторвать свои уши от динамика и просто положить трубку, недослушав его?

- Нет! Я не прокрался. Я гордо прошёл на кухню и вырвал из стола ящик с приборами, – он намеренно выделял интонацией глаголы, резкостью произношения подчёркивая своё вероломство. - Никогда не любил громких шумов. Они меня угнетали. Резали слух. А эта сучка… Она постоянно визжала своим мерзким голоском. Но как же приятен мне был этот звон в ту ночь! Я бы повторял его ещё и ещё, но, как всем известно - хорошего понемножку.

Я наклонился и подобрал нож, короткий такой, немного изогнутый серпом. Мне всегда нравился этот нож. Им бы можно было вскрывать ей глотку одним красивым размашистым движением – кхрррык. – он спародировал, довольно паршиво, звук разрезаемой глотки. – Уже хотел идти с этим, но мне на глаз попался другой – средней длины, с большими зубцами на лезвии. Только посмотришь на него и уже представляешь, как кромсаешь его зубами плоть, как каждый шип цепляет волокна мяса и рвёт их. Предчувствуешь, как он будет цепляться за тело, как пиратский корабль абордажными крюками. Тут я подумал, что как раз это не хорошо. Он же может застрять внутри! А это не очень приятно, если хочешь вымести из головы все плоды этой гниющей любви. Мне нужно было воткнуть нож ей в сердце. Разворошить грудину, чтобы посмотреть, что оно у неё хотя бы есть.

Тогда я подошёл к поварскому ножу, крупному, с широким массивным лезвием. Взяв его в руки, я почувствовал мощь предмета. Таким даже хлюпик, вроде меня, мог бы порезать толстые хрящи. Именно таким бы я и резал свиней. Я провёл пальцем по лезвию и разочаровался. Вы знаете, что такое разочарование?! Это когда ты уже готов расквитаться за все обиды, а нож в твоих руках ещё тупее этой суки! Мой нож был слишком тупым. Он не рассекал плоть, как я мечтал. А мечта на половину – это не мечта. Я собрал все ножи и разложил их на столе. Выбирать было сложно. Как сейчас помню, что очень долго выбирал СВОЙ нож, тот, что станет мне товарищем в этой резне. Выбор был так сложен. А что бы выбрали вы?

В воздухе повисла звенящая тишина. Психопат явно нериторический вопрос задал. Он ждал моего ответа. А я онемел от ужаса – язык обмяк и не ворочался. Лежал смирно, как пристреленный. Я хотел взбелениться, вскочить, кричать. Ором послать его по всем известному маршруту… но это всё лишь желание. Как те грёзы, что вы сейчас возьмёте и красиво подойдёте к красивой девушке, чтобы познакомиться, скажите пару витиеватых фраз на французском, что сразят её сердце наповал, но всё, что вы можете – это невразумительно мычать. Так и я. Но я даже промычать ничего не мог. Просто сидел на стуле, вжимая трубку в висок, и слышал, как капли пота текут по моему лбу, медленно скатываются по его поверхности.

- Во-о-от! – наконец протянул он. – Я тоже долго не мог выбрать. Всё думал: «Какой должен быть моим первым?». Так волнительно и трепетно было делать столь важный выбор. Это так же как девственность – потом будет много, но первый раз должен быть чем-то особенным. Не будет возможностей повторить это. Нужно ответственно отнестись ко всем этапам. Это останется в памяти, как нечто ключевое… первое впечатление всегда очень важно.

Тогда я решился на нож, чуть более моей ладони в длину. Изящный, с плавным изгибом. В меру громоздкий и широкий. Вполне должен будет пройти у неё под ключицей. Ну, по крайней мере, мне так показалось. Все остальные я смёл в сторону, как ненужный хлам. Смёл, ка бы не было жаль. Может я ошибся, выбрав лишь один?

Я, скрипя зубами, заставил себя не завопить самыми злостными словами, в самой жёсткой форме всех непечатных выражений. Еле сдержался, чтобы не рассказать этому мерзкому отбросу о своём отношении к нему. Так хотелось выкрикнуть своё сожаление, что этого ублюдка не растерзала та собака.

Когда я подошёл они дрыхли. Храпели в самых неприятных позах. С голыми задницами, выставленными мне на встречу. Вся их одежда была наполовину стянута. Они были то ли друг на друге, то ли друг под другом. В нос бил мерзкий запах. Смесь пота, мирской грязи и алкоголя, переработанного человеческим телом лишь наполовину. Не люблю это слово, но иначе как перегар – не охарактеризуешь эту вонь.

Всё это было омерзительно. И мне даже было мерзко не только от неё и его, но и вообще от всего. От этой комнаты. От этой квартиры. От воздуха. Даже от самого себя, ведь я происхожу от неё. Я унаследовал что-то, от чего никогда не избавлюсь. Я – частично она. И это отвратительно.

Тогда я размахнулся, занеся нож выше головы, и со всей силы всадил его в неё. Даже не понял в этом человечьем клубке – были это спина или бок. Но отчётливо чувствовал, как остриё колупнуло по рёбрам и изменило направление. Чуть пододвинулось, прежде чем впиться в сочное мясо. Проскользило по костям и нырнуло в пучину. Это было приятное ощущение. Руки так и остались на рукояти. Я бы сказал, они были на неё наложены, как бы не сжимали ручку ножа с крепостью бравого воина, но и далеко не висели на ней, как макароны. Слово «наложенные» подходило, как нельзя кстати. В голове даже промелькнула мысль. Одна из тех мыслей, что можно считать искорками озарения. Такие не зажигают тебя сразу, а падают в стог подготовленных рассуждений и медленно тлеют, оттягивая момент инсайда на потом. Позже до меня дошло, что именно так я наложил на неё руки, а не нож, а вместе с ней убил своё омерзительное прошлое. С хирургической точностью отрезал его.

Пока мои руки касались ножа я мог чувствовать, как всё ещё пульсирует её сердце, так близко к ножу, что почти толкает его. Мышцы сжались в спазме, крепко обнимая мой нож. Через нож я чувствовал, как трепещет захлёбывающееся в крови лёгкое. Всё её тело сжималось и брыкалось, в лёгком всё заполнялось кровью, как пробитый трюм корабля морской водой. И тело отчаянно билось за жизнь. Грудина стала лихорадочно биться в кашле, брыкаясь, как заарканенный бычок. Становилось всё сложнее удержать нож, а ещё я понял, как глупо поступил, ведь сейчас она заорёт и разбудит мужика. От страха я стал бить куда придётся: в плечо, в шею, в грудь – всюду. Уже не разбирал ничего, а месил ножом её тушу. Кажется, даже несколько раз попал по мужику, который лежал с ней.

Я отпрянул от них, тяжело дыша, сжимал в руке окровавленный нож. И последнее, что я увидел, было её озлобленное лицо, широко открытые, выпученные из орбит глаза, в которых пылало пламя ненависти, надвинутые на переносицу брови, сложившаяся рельефными складками кожа, вздувшиеся ноздри, пышущие злобным дыханием. Ноздри так быстро вздувались и сдувались. Это пугало ещё больше. Мне казалось, что вот-вот и она зарычит, или кинется на меня, словно бык. И оскал, её озлобленный, озверевший, буквально за секунды, оскал, из грязных жёлтых зубов, стиснутых между собой, оголённых, из-за сбежавшей на другие части лица кожи. Это омерзительное жестокое выражение лица, содержащее в себе искреннюю ненависть, презрение, решительность пьяного, и, кажется, нотку недоумения. Она точно хотела сейчас вскочить, наорать, избить до полусмерти. Этот взгляд. Это лицо. Меня полоснуло по самым глубинным слоям души. Он так и оставался перед глазами, мерещился, снился ночами.

Мать ничего мне не успела сказать. Её лицо закрыл тяжёлый кулак мужика, который очнулся. Он быстро и энергично месил по её лицу, превращая его в ещё более уродливое подобие человеческой ненависти, в то, что она носила последние несколько лет. Бугай, которого она привела в свой дом, не стал ни в чём разбираться. Он безраздумно отмутузил ту же, с кем недавно предавался любовным утехам. А потом улёгся, как ни в чём не бывало, заглушив её беспомощные стенания своим гортанным храпом.

Пока я смотрел на это, то был ничтожен как никто другой. Жалкий. Слабее хромого щенка и трусливее самой безвольной крысы. Я просто смотрел, как этот говнюк избивает мою маму. И мне стало мерзко за то, что я мечтал навредить ей. Она лежала передо мной. Кашляла, захлёбываясь собственной кровь, которую громко и тяжело отхаркивала, после чего продолжала бессознательно постанывать. Жирная туша этого свинтуса придавила её, всем весом навалившись сверху. Она была просто задавлена этой пьяной скотиной, поднявшей руку на мою мать! Я не мог этого оставить. Я ДОЛЖЕН был её защитить, как хороший сын! Я сжал рукоять ножа и прыгнул на них сверху. Я упал на них, коленями уперевшись в их тела, нанося один за другим удары в его жирную свиную тушу. А хочешь, расскажу интересный факт? Ножом череп не так уж и легко проломить. Он бьётся обо что-то твёрдое, тупится, отколупывает куски кости, которые отходят от него, оставаясь под кожей.

Я неистово бил, не считая удары. Нож расколупал его плоть настолько, что уже далеко не после каждого удара, даже через время, поступала кровь. Кроша его голову, я не всегда попадал. Нож, видимо, зацепил сонную артерию, и меня обдало фонтанирующей кровью, но после удара чуть ниже затылка произошло самое страшное. Видимо, я задел спинной мозг, или ещё как-то спровоцировал, но он стал конвульсивно дёргаться и его брыкания могли дать фору любому быку на родео. Но я не мог остановиться. Я снова запрыгивал, держался всеми правдами и неправдами. Я не мог позволить ему встать. Знаете ли вы, как вгрызается в морду коту, загнанная в угол крыса? Именно так вёл себя я - бился, пока сердце позволяло это делать, пока мне не стало настолько плохо, что в глазах потемнело, и я кувырком не скатился на пол. Мне было прекрасно ясно, что если бы он встал, то я бы уже никогда не поднялся.

Он продолжал подскакивать и брыкаться, словно обезглавленный петух. Я задыхался на полу от усталости, а он без устали ерепенился, судя по грохоту, так же свалившись с кровати и, продолжив свои конвульсии там, ползая, как червяк под адреналином. Когда я поднялся, то ощутил, как болело всё тело, вытер набирающуюся на кончике носа кровавую юшку. Это не привело мой внешний вид в норму – чувствовалось, что кровь размазана по всей верхней губе. Просто капля под носом мешала. Звуки с противоположной стороны кровати не прекращались. Очень медленно угасали. Он бился всё реже, но всё равно было страшно. Я отполз к двери и прижался спиной к стене. Так сидел, пока окончательно не убедился – он даже не шуршит. Всё! Смотреть, как он задыхается в предсмертной агонии было и жутко, и приятно. Свинтус метался и визжал, не контролируя своих действий, и даже не осознавая по какой причине превратился в искалеченное месиво. «Перед смертью все равны» - слышали такое выражение? Так он был перед смертью равен себе же перед жизнью. Такой же гнилой и жалкий маргинал. В жизни у него оставались только гниль, да водка. Не знаю, были ли у него родственники, которым было как-то важно есть ли он. Но, думаю, что я оказал им услугу, убрав из жизни это… отребье. Можно сказать, я даже спас его. Он умер, напоминая, хотя бы, животное, а не овощ с атрофированным мозгом и отказавшей печень.

…я нервно сжимал в руке край крышки стола, напрягая свой мозг до головной боли, лишь бы выкинуть из головы то, что только что слышал. Все усилия прилагая к тому, чтобы забыть. Я уже и не знаю, как выглядел со стороны, но это должно было быть жутковатым зрелищем. Мои ноги непроизвольно вздрагивали, словно уже чувствовали, как пускаются наутёк, спешно унося мои, как назло, прилипшие к телефону уши от этого ирода на другом конце провода.

- Я ещё несколько раз пнул его окоченевшее тело и понял, что это мразина, наконец, мертва. Я посмотрел в глаза своей обессилевшей матери, задыхавшейся в собственной крови. Мне стало больно. В груди всё защемило. Я уже не понимал, как мог ненавидеть её… Я ведь должен был помочь! Я мог ей помочь куда раньше. Эта маленькая грызня по имени совесть карябала всё в пределах рёбер. Она резвилась в груди, покусывала душу в самых недоступных местах, цепляясь за скользкое сердце. Она прыгала на нём сверху, заставляя аорту больно булькать кровью. Она тянула сердце вниз, причиняя тяжкие ощущения. Мне стало так жалко мою маму… я не мог не заплакать, но слёзы не лезли. Они застряли в пазухах и из-за этого было ещё больнее. Я чувствовал, как лицо перекосило в уродливой гримасе.

- Мам прости, что заставил так долго терпеть. – прошептал я её, потерявшему чувство реальности, телу. – Я должен был спасти тебя. Прости, что не спас.

Я вновь занёс нож и перерезал ей глотку. И этот нож я вёл дрожащей рукой, давясь слезами, которые заставляли всего меня дрожать, но так и не выступили на глазах. Они душили у челюсти и глотки, мешали глотать, но не выступили на глазах… Но я всё же вырезал жизнь из её тела, и нам обоим стало легче, когда я вышел из дома, неся в руке окровавленный нож. Уже было не до окровавленных рукавов, липнущих к рукам. Я был весь вымазан в крови, но счастлив. Я чувствовал себя Леонидом Рогозовым – тем самым хирургом, что сам себе вырезал аппендикс в условиях продолжительной вахты на полюсе. Я тоже, в какой-то степени, вырезал страшную опухоль, и не только себе. Мою маму уже не один год травила тварь, живущая в ней, заставлявшая нажираться её до свинячьего визга. И Я спас её от той скверной участи – гнить в душе, не имея надежды на спасение. Я СПАС ЕЁ от всего!

Напоследок он нервно расхохотался. Я не выдержал (или же правильно сказать нашёл в себе силы?) и отбросил трубку. Положил её мимо аппарата и, выхватив висящую на спине сумку, проскользил по лестнице вниз, вывалившись из входной двери. Тогда я зацепил случайного прохожего и вместе с ним повалился на землю. Уже не вспомню кто это был, может, даже коллега с работы. Я уже ничего не разбирал. Просто поднялся и, не отряхиваясь, понёсся прочь. Меня так подстёгивал страх, что я забыл о всякой аккуратности и напролом перебежал оживлённую трассу. Не знаю каким чудом я увернулся ото всех машин, сейчас бы я не повторил этот подвиг даже за внушительную сумму денег. Но тогда я сделал это, не колеблясь, даже на миг не притормозив.

Я старался забыть это всё, но история, рассказанная тем мужчиной, звенела в моих ушах во время ночных кошмаров. Из телефона доверия я уволился. Нервно вздрагивал ещё с месяц по завершению того ночного разговора, но всё же смог со временем успокоиться.

Сдав летнюю сессию, я отправился на каникулы к родственникам. Бесплатный отдых, знаете ли – прогуляться по деревне вечерком, в реке искупаться. Благодать… а сложности со связью – так вообще дар судьбы. Я до сентября на телефон даже смотреть не мог.

Когда я вернулся домой… ну в съёмную квартиру, которая без меня пустела два месяца, так как хозяйка не смогла найти жильца, то в почтовом ящике обнаружил письмо. Без марок и обратного адреса. Чистый запечатанный конверт. Я удивился находке и распаковал её сразу по возвращении в квартиру.

«Знаете, Вы не ожидали, что я Вас найду. Уповали на то, что телефон доверия анонимный, Вы, видимо, считали, будто меня ничего не наведёт. В невозможности нашей встречи в будущем Вы безумно ошибались. Даже не представляете на сколько легко было понять, что это именно Вы такой курьёзной походкой выбегаете из здания. Адрес офиса я выяснил ещё до звонка и, конечно, уже ждал перед выходом. Не скрою, мне очень понравилось с Вами разговаривать. В этом я почувствовал некоторое облегчение, поэтому решил выделить вечер для написания этого письма. Меня всегда так увлекала идея анонимных переписок. Они мне кажутся такими устаревше-романтичными, как и рыцарские латы. В наш циничный век так сложно отыскать искреннюю романтику, так что я стараюсь как могу.

Я столько ещё не успел рассказать. Так что был просто обязан донести до Вас всю историю, чтоб моего дорогого собеседника не мучало неведение и чувство недосказанности…».

Звонок Длиннопост, Длиннотекст, Первый длиннопост, Рассказ, Ужасы, Страшилка, Авторский рассказ

Найдены возможные дубликаты

+2

честно признаюсь, очень не люблю такие посты на пикабу, начинаешь читать, думаешь, что все по правде, в нетерпении ждешь развязки, в середине ощущаешь раздражение, читаешь еще немного и вдруг доходит, что это какой-то очередной "шедевр" горе-писателя в поисках свободных глаз и мозгов. но этот рассказ меня потряс, я даже не верю, что это дело пера любителя, кажется, что читаешь бестселлер именитого автора, идет легко, я живо представляла картинку, парня, казалось, что это кто-то мне знакомый, даже голос маньяка в голове звучал по-особому, как будто из фильма Пила, полное погружение. Хоррор не мой жанр, осадочек страха остался, я его не люблю, но это определенно то, чего стремятся достичь авторы этого жанра. Так держать!

+1
Разрешите пожать ваши руки. Вы дочитали до конца.
раскрыть ветку 1
0
Я несколько фильмов и историй на эту тему видел и слышал. Не помню как называется но это американский точно. Про их нездоровую психику.
0
Жутковато! Но какой хороший слог у Автора ! Хотелось бы продолжения .
0

Современные технологии свели нахождение таких людей в обществе на нет.  Их находят всех сразу. И это не может не радовать.

раскрыть ветку 1
-2
Наверное, но это скорее реальность Китая, нежели всего мира. Хотя и движемся к этому.
0

Прелесть, просто прелесть !

А-А-А ! КТО ЭТО СТУЧИТ В ДВЕРЬ ?!!

0
Блин, чувак, мне же ещё ночь спать после этого!
А если серьёзно, то история хороша, я под впечатлением даже подпишусь
0

Отличный слог, приятный. но сама история бррр было так мерзко и противно что до конца не дочитал

раскрыть ветку 2
-1
Вы просто не любите такой жанр или моя ошибка состоит в построении сюжетной линии?
раскрыть ветку 1
-1

Слишком много душераздирающих подробностей, "полное погружение". У вас прекрасно получается, даже слишком. Это пугает))) но продолжайте) к жанру отношусь спокойно, но в этот раз уж слишком концентрированно для меня, думаю другие оценят по достоинству. Мне же очень понравился ваш стиль изложения, слог.

0

Да..Сильно..Подробно..Правдоподобно..Но признаюсь честно: читал наискосок..пролистал..В какой-то момент сильные эмоции и сильная эмоциональность оглушают и учишься выключаться...тоньше как-то надо: Котики..Телочки..музыка Шопена))..а так вообще да..Пиши исчо)

-1

Псих слишком много эпитетов применяет, очень похоже на автора. Ощущение, что это у него крышечку сорвало на расщеплении личности. Медицинские моменты не соответствуют действительности, для хорошего рассказа такое не годится. Почти сразу догадалась что это вымысел.

раскрыть ветку 2
-1
Рассказ не пытался себя позиционировать, как история из жизни. Мне интересно какой именно момент неточен. Я исправлю в будущем.
раскрыть ветку 1
0

Читается поначалу именно как история.  Считайте, комплимент)

К середине рассказ психа слишком похож на мысли самого психолога: ну сложно представить, что неадекват будет так витиевато рассуждать. Может быть я придираюсь, но если бы эти персонажи отличались - был бы знатный хоррор. У вас похоже на недопиленный психологический триллер. Впрочем, довольно годный.

Похожие посты
114

Милая старушка

Первый год голода было особенно тяжело. Муж умер от рака - в свои 75 лет, хотя всего на десять лет был ее старше. Дети разъехались кто куда. Анна Павловна вдруг осталась одна. Денег ни на что не хватало. Экономь, говорили соседи по лестничной площадке. Сами заносили жиденькие супы. Будто ими наешься! Вяжи и продавай – говорили подруги по двору. Но куда ей держать спицы в руках? Да и глаза давно не видят. Сдавай бутылки – советовали третьи. Руки у нее болели от холодной воды, а горячую уже давно отключили. Трость в руках, ноги еле поднимаются на второй этаж. Казалось, нет смысла жить дальше, она так и умрет одна в своей квартире в голодном сне. Была одна только радость у Анны Павловны – голуби. Она их подкармливала еще при муже, а сейчас чем придется. Иной раз на улице краюху подберет, в водичке размочит – и половину себе, а другую – друзьям своим. Антон Сергеевич, покойный муж ее, как-то сделал теремок небольшой, и прибил возле окошка на балконе.

- Чтобы радовали своим курлыканьем каждое утро, - говорил он, закуривая сигарету. От рака легких и умер. Чтобы им было не ладно, этой гадости.

Как-то вечером она вышла на балкон. Голова кружилась от недомогания, ноги совсем не держали, руки тряслись и успокаивались только, когда она хваталась за что-то, как за опору и двигалась дальше. Она закурила сигарету. Последнюю от мужа. Старушка еще тогда, в день его смерти, не смогла выкинуть его последнюю пачку. Решила, что когда закончатся сигареты, она сама уйдет. Легче всего - таблетки. Но они у Анны Павловны закончились, последняя простуда слишком сильно ударила. И эта соседка удивительно рьяно порылась в шкафчиках у Анны Павловны в поисках любых лекарств, чтобы спасти бабушку. Нет, бы свои притащить! Да, и вообще кто ее просил спасать то? Старушка «уйти» хотела и было бы проще это сделать от простуды с недоеданием, быстрее. Она затянулась и закашлялась. Кашель был хриплым, раздирающим, казалось, все внутренности старой женщины. Полегчало. Она обессиленная села на стульчик. И тут вдруг заметила, как что-то шевелится на полу балкона. Старушка замерла, не веря своим глазам. Маленький голубь настороженно выглядывал из барахла в углу балкона. Он выглянул сначала только чуть-чуть, головой, а потом вышел весь на свет, падающий с окна из квартиры Анны Павловны.

- А, это ты. Все еще прилетаешь поесть. Ну, молодец. Только нет ничего у меня для тебя.

Тут она заметила, что птица тащит за собой одно крыло.

- Ой, хоспади! Да ты тут с увечьями. Подожди, подожди. Я тебе что-нибудь принесу. Подожди, помогу.

Она впопыхах затушила сигарету о жестяной подоконник, раскрошив под окурком кусочки облупленной старой краски. Старая женщина бесформенной фигурой, шаркая тапками, поплелась на кухню. Она бесцельно, бессмысленно пошарила по ящичкам и полкам. Она сама не знала, что ищет. Анна Павловна помнит эту птицу с самого начала ее одиночества и теперь ничем не могла помочь. Она совсем испугалась, растерялась, голова кружилась от выкуренной сигареты, слезы заволокли и без того невидящие глаза. Это состояние казалось старушке невыносимым. Сердце разрывалось от стольких чувств, от жалости к себе, к птице. Старушка увидела свою трость у стола. И вдруг ей все стало ясно. Она всхлипнула, протерла рукавом глаза, в него же и высморкалась громко, звучно, так что наверняка слышали соседи. Бабушка все той же неуверенной походкой направилась на балкон. Птица ворковала и беспокойно ходила из стороны в сторону. Анна Павловна засунула руку себе в халат и нащупала печеньку. Она ее подсасывала и клала обратно в карман вот уже второй день. Старая женщина с трудом наклонилась и покрошила заначку на полу перед голубем. Птица на это время отошла в сторону.

- Сегодня до теремка видимо не дойдет, да?

Старушка отступила на шаг, потом в сторону, чтобы не загораживать свет из квартиры и видеть птицу. Голубь умер от первого же удара тростью. Он пришелся по маленькому черепу и оказался такой силы, что послышался хруст и череп превратился в скорее мешочек из кожи и перьев с чем-то бесформенным внутри. Таким его запомнила Анна Павловна, своего первого голубя. А еще она помнила вкус теплой крови у себя на губах. Эти перья, которые застревали в зубах и щекотали нос. Но она была так голодна, что просто не смогла остановиться. Вгрызалась, вгрызалась, кости хрустели на немногочисленных ее зубах. В следующий раз она наденет вставную челюсть. Подарок дочери лет так пятнадцать назад перед отлетом в Америку. Да, с зубами, пусть и чужими, все это живать много легче. А так она больше глотала. Проталкивала силой в горле. После она протерла все тем же рукавом рот и пошла на кухню за веником и совком.

На следующий день Анна Павловна сделала дома генеральную уборку. Она исследовала каждый угол своей маленькой квартирки и к вечеру сидела за столом перед своим сокровищем. Два сухаря, три засохших конфеты, горсть разношерстного зерна.

- Этого должно хватить, - пробормотала она.

Старушка вышла на балкон и посыпала зерно на пол. Пару голубей сели на перила и стали с интересом наблюдать за бабушкой. Она села на стул и закурила сигарету. Ей удалось найти целую пачку за комодом в зале. Анна Павловна неспешно курила и наблюдала за птицами. Трость стояла наготове у ее левой ноги…

Спустя две недели старушка бодрым шагом поднималась по лестнице в подъезде. Соседка спускалась вниз.

- Анна Павловна, здравствуйте, как вы поживаете? Вас давно не видно у нас на скамейке. Да, вы просто цветете, душенька, и глаза блестят. Надо же, надо же, ну, я побегу, мне пора.

Анна Павловна любила общаться с такими людьми. Сами чихнут, сами пожелают себе здоровья, пошутят – посмеются. Полная автономность. Но, что не нравилось старушке, так это голуби. Они перестали прилетать на ее балкон. Она даже посидела пару раз на проспекте Абая, выпрашивала денег, чтобы купить хлеб. Хоть в бульон покрошить, а то так и не наешься совсем. Да, и подкормить птиц. Но попытки ее были тщетны. Как бы она не мыла, не скребла щеткой пол на балконе, старушка подозревала, что птицы чуяли что здесь что-то неладное. Да и было хорошо только первые пару дней, а потом совсем пусто. Разве этим наешься? Супы из голубятины быстро приедаются, пусть ими и кормят в ресторанах. Нет, Анне Павловне нравился процесс. Сидеть и ждать. Она не могла забыть своего первого голубя, сколько жизни она почувствовала в его маленьком теле, сколько тепла.

А про еду - она просидела полдня, выпрашивая, и теперь вторую неделю так делает – сидит то в одном месте, то в другом – пока не выгонят. Хорошо хоть старая – не бьют. Но на еду хватает. И хлеб, и колбаса. Но все не то. Эта пища была серой для Анны Павловны, безвкусной, как картон. Голуби – другое дело, она их видела живыми. И она их ела после. В этом была какая-то красота для нее, поэзия.

- 28 панфиловцев, - прошептала она, когда открывала дверь квартиры. Губы старушки растянулись в ненасытной улыбке. Все зубы на месте, спасибо дочке за протез.

****

Настя уже некоторое время стояла на остановке. Пересечение Ташкентской и Розыбакиева. Один автобус останавливался за другим, размешивая свежий снег в черную грязь.

-Саяхат, Зеленый базар! – кричал мальчишка-кондуктор.

Настя сделала музыку погромче, чтобы перекрыть звук сигналов, обгоняющих друг друга автобусов, выворачивающих в последний момент в поток легковушек, или резко останавливающихся таксистов. Жизнь бурлила. Выходной день – оптовка в двух шагах. Люди, нагруженные покупками, будто в последний раз живут. Но больше всех Насте приглянулись старушки с тележками, с разноцветными сумками на колесах. Она и не знала, что те могут быть столь разными в использовании. Хочешь - будет и табуретом, если вдруг не осталось мест на остановке. Откинь седушку, а сама сумка будет спинкой и усаживайся. Или колеса трансформеры – по три с каждой из сторон, помогают преодолеть лестницы и пороги. Фиксация, скрытые зонтики, любая расцветка самих сумок.

Старушки с тележками сплывались со всех сторон. За десять минут ожидания Настя с легким ужасом поняла, что на остановке их уже человек пятнадцать. И все о чем-то весело переговариваются. Кто и где подешевле курицу купил, почем яйцо. Этот доллар, будь он неладен! – из-за него все цены подняли. И пенсию увеличили на десять процентов, чтобы потом продукты подорожали вдвое. Сейчас самая пора затариваться мукой, сахаром, спичками – грядет тот день, когда прилавки опять опустеют. И зря дети их не слушаются, не закупают. Но ничего – каждая из старушек готова поделиться своим закупом лишь бы никто не остался голодным. А на овощи, нет, вы видели какие цены на овощи?! Хорошо, что осенью затарили кто - по мешку, кто - по два картошки, лука, свеклы и моркови – теперь всю зиму можно и борщ, и салаты делать – много дешевле. Главное, чтобы было, где хранить…

По прошествии еще десяти минут Настя начала догадываться, что она и эта братия-любителей тележек ждут один и тот же маршрут. Он сегодня оказался редким гостем. Все остальные курсирующие тут автобусы уже прошли за время ожидания девушки. Тонкие, облегающие джинсы совсем не грели, и куртка оказалась холодной в снежную погоду. И почему Настя не взяла больше налички? Всего на 80 тенге больше и она могла бы уже с пересадкой умчаться куда угодно. А теперь девушка застряла здесь в окружении старушек, которые уже пару раз бросали в ее сторону неодобрительные взгляды.

- Стоит тут накрашенная, ты только погляди - какие тени, а помада какая яркая, - громким шепотом проговорила одна.

-Я своей внучке все лицо хозяйственным мылом вымыла, когда увидела, как она малюет, - проворчала вторая.

- Да, бросьте вы, какими мы были в ее годы! Будь чем - тоже бы красились, - проговорил тихий приятный голос.

Все засмеялись, загалдели и перешли на другую тему. Настя невольно обернулась и заметила милую старушку в косынке и зеленом пальто ниже колен. Такая опрятная, ухоженная, прям глаз не отвести, и тележка у нее была под стать другим. Яркая, разрисованная цветными кольцами на голубом фоне. У старушки была трость, на которую та опиралась.

Подъехал автобус, притормозил в самый последний момент, заскрипели шины по гравию, окатив из лужи самых торопливых. Настя не стала толпиться у задней двери, дожидаясь погрузки каждой тележки, и прошмыгнула к передней. Она уже поставила одну ногу на ступеньку, когда ее плеча кто-то легонько коснулся. Оказалась давешняя понравившаяся ей старушка, та, что вступилась за Настю.

- Не поможешь мне с сумкой, милочка?

- Да, конечно, - ответила Настя и улыбнулась.

Сумка не была тяжелой, как было думала девушка. Она даже удивилась этой легкости.

«Странно, я думала они их заполняют до краев».

- Я не покупаю, я продаю, - подмигнула старушка.

- И что же ты продаешь? – вмешалась из ниоткуда взявшаяся необъятная женщина в видавшей виды потрепанной, даже засаленной шубе.

- Мясо, - проговорила громче старушка в зеленом пальто, - двигатель автобуса взревел, и собравшиеся пассажиры качнулись в такт движению.

- За проезд! Карточки прикладываем, оплачиваем за проезд, - начал рутину кондуктор.

На одном из сидений примостилась продавщица попкорна. Перевязанный веревками вкусно пахнущий баул стоял, точнее, катался вперед-назад на колесиках возле ее ног, занимая места так, что еще двое могли стоять. Она придерживала ручку, чтобы тележка далеко не уехала.

- Будешь покупать попкорн? Горячий, - проговорила женщина, заметив взгляд Насти.

- Нет, спасибо, - ответила она, хотя очень хотелось.

- Эй, будешь тут продавать – еще плату попрошу, - налетел кондуктор. Просто подойти он не мог, так как автобус несся и парень еле удержался на ногах. Водитель весело с кем-то калякал по сотовому и курил сигарету.

- А я и не продаю! Это она тут смотрела, - женщина тыкнула пальцем в сторону Насти.

Та подумала, что лучше не ввязываться и спокойно доехать до своей остановки.

- Ниче она у тебя не спрашивала, я же видел! – вступился парень.

- Ах, ты бесстыжая! – вдруг воскликнула женщина в сальной шубе, - хоть бы глазом повела, нахалка! Ты посмотри на нее. Тут из-за нее спорит честной народ, а она молчит. Стоит тут в наушниках!

Настя только и могла, что глазами хлопать. Этого выпада она никак не ожидала. К женщине подключились еще пара старушек. Припомнили эту наглую молодежь, которая не здоровается, ни тебе места уступить, ходят тут в обтягивающих джинсах – все на виду, стыд да срам!

Настя покраснела. Она никак не могла найти, что ответить и самое главное, она решительно не понимала, что сделала не так.

В салоне были другие пассажиры. Все предпочли уставиться в окна. Даже водитель замолчал со своим телефоном и нет-нет поглядывал в зеркало заднего вида. Глаза его странно блестели.

Парня-кондуктора пару раз выслушали и потом жернова блюстителей нравов перемололи и его молодые кости, так что он, как мужчина предпочел не спорить с женщинами, а спровадить их уже восвояси, каждую на своей остановке.

Место перед Настей освободилось. Она, не помня себя, в него рухнула, чем подняла еще один шквал возмущений о старших и местах. И что надо же, ни разу тебе не посмотрят, не проверят, может тут кто больной и старый уже на ногах умирает. Стоит отметить, что все говорившие – это еще надо постараться перекричать ревевший мотор – сидели себе спокойно на креслах, и вообще в салоне кроме кондуктора, никто больше не стоял. Тот уставился каким-то отупевшим взглядом на дорогу. Он беспокойно теребил монетку в руке, в ожидании выходивших, чтобы постучать ею по стеклу в знак водителю, если надо будет остановиться.

Женщина с попкорном уже три остановки назад сошла с автобуса и поплелась по своим торговым делам, и думать уже забыла о бедняжке Насте. Да, и женщина, которая всю эту кашу заварила, та самая - в старой шубе, тоже довольно скоро освободила всех присутствующих от своего общества.

Вроде, наконец, в салоне замолчали. Настя не могла поверить, что галдеж прекратился, она поднялась с места и мельком оглянула салон. Осталось всего три старушки. Одна – в зеленом пальто и с тростью с сочувствием поглядела на Настю, две оставшиеся были увлечены своей беседой о внуках. И девушка для них уже не представляла былого интереса. Однако она все равно побаивалась поднять глаза. Парень постучал по стеклу двери. Автобус резко затормозил. Всех в салоне качнуло. Настя еле удержалась на ногах, ее за руку подхватил кондуктор.

Дверь открылась и девушка, наконец, вышла. Слезы хлынули из ее глаз. Она почему-то так старалась не заплакать в автобусе, что сейчас просто не могла остановить поток горячих слез.

Настя шла по маленькой улице, не разбирая дороги, среди двухэтажных старых домов и гаражей. Ей было так обидно. За все. За то, что она себя не защищала, за то, что точно также всегда молчит дома, когда ее ругают мама или бабушка. Просто теряется от страха, вдруг становится из взрослой двадцатилетней девушки - маленькой девочкой, которой хочется просто спрятаться куда-нибудь под стол и никого не видеть.

- Не надо так плакать, милочка, - услышала Настя знакомый мягкий голос.

Она обернулась и увидела милую старушку с тростью. И только сейчас Настя заметила, что трость была заостренной. Девушка, когда впервые такие увидела, подумала: «какая незаменимая вещь в гололед». Только сегодня не было гололеда, снег таял.

Девушке стало не по себе. Она вдруг поняла, что не знает, где находится. Не узнает ни тропинку, ни гаражи вокруг. Как ее сюда занесло?

Она еще раз взглянула на старушку, словно что-то спросить. Но не успела.

Старушка улыбнулась, добренькой улыбкой и вонзила трость девушке в шею. Кровь хлынула из раны. Девушка открывала и закрывала рот, будто обретя, наконец, дар речи. Старушка беспокойно оглянулась по сторонам и вытащила из тележки топор.

Лучшее, что могло произойти с Анной Павловной, уже произошло. Девушка сама пошла в сторону заброшенных гаражей. Глупо, глупо и бесполезно прожитая жизнь.

Анна Павловна тянула сумку-тележку на остановку. Заметила капельку крови на ладони и слизала ее.

- Женщина, у вас что-то течет из сумки, - подсказала старушке соседка по месту в автобусе.

- А это я на оптовке мясо купила, размораживается, наверное. Вы же знаете, как они много туда воды, льда суют. Ну, просто кошмар. Если бы не тележка – осталась бы голодной.

- Да, я сама на прошлой неделе взяла там говядину…

Анна Павловна смотрела на собеседницу с участием и пониманием. Со дна тележки упала на пол еще одна капля крови. Грязь, растаявший снег и целая лужа посередине салона автобуса, при очередном реве мотора перетекла под ноги Анны Павловны, под колеса ее тележки. От крови не осталось и следа.

- Я на следующей остановке выйду, а то помидоры забыла купить, - с улыбкой проговорила собеседнице Анна Павловна.

- Вам помочь?

- Нет-нет, что вы! У вас своего полно.

Старушка сошла с автобуса, с трудом одолела бордюр со своей тележкой, затем остановилась и закурила сигарету. Она так и стояла одинокой на остановке, тихо радуясь теплой алматинской зиме.

А на дереве неподалеку внезапно перестали курлыкать голуби.

Милая старушка Страшные истории, Рассказ, Триллер, Ужасы, Напряжение, Иллюстрации, Рисунок, Длиннопост, Авторский рассказ
Показать полностью 1
65

Если меня приснят

Сразу признаюсь, что рассказываю эту историю из чисто эгоистических соображений: есть гипотеза, что меня немного попустит, если я сделаю эту фантазию некой внешней, отдельной от меня, вещью. Вот и проверю.


До недавнего времени я работал на предприятии, производящем, предположим для конспирации, фингербоксы. Товар это ходовой, людям нужный, так что производство всегда обеспечено заказами и приносит неплохую прибыль. Да только мало что из той прибыли перепадает простым сотрудникам: если ты не относишься к числу нескольких "небожителей" из начальства, или не являешься кем-нибудь из их холуев, то даже весьма невысокую зарплату тебе будут отдавать очень неохотно, используя все более или менее законные возможности хоть немного задержать выплаты. Понятия не имею, чем это объяснить. О премиях, снабжении необходимым для работы и другом "нерациональном" расходовании средств и говорить не приходится – начальство собаку съело на затягивании поясов. Поясов рядовых сотрудников, конечно. В общем, начальство там "любят". Это для того, чтобы вы лучше представляли атмосферу предприятия и антагонизм классов.


Но в остальном мне грех было жаловаться. Работал я в административном крыле, и моя работа предполагала, что я в любой момент мог находиться где угодно на территории предприятия – начальник отдела не следил за мной, удовлетворяясь только вовремя сделанной работой. Разумеется, я злоупотреблял таким положением дел, растягивая перекуры иной раз до получаса. Курить я ходил не в нашу курилку для "белых воротничков", а на Бродвей – так у нас называли внутренний проезд к складам в дальней части здания. По сути прямо в стене здания установлены большие ворота, через которые грузовики (и даже фуры) заезжают в высокий пятидесятиметровый коридор, и в нем загружаются не имеющими аналогов фингербоксами, или выгружают сырье. Вот этот коридор-проезд и называют проспектом, бульваром или Бродвеем. Вокруг расположились цеха и машинные залы, снизу зловеще гудит насосами огромный подвал, а в самом коридоре недалеко от ворот – ниша со скамеечками и ведром в центре. Курилка на Бродвее. По проезду снуют водители, рабочие, инженеры, заглядывают на пять минут в курилку, наспех курят и/или обмениваются сплетнями, снова исчезают в круговороте производственных и логистических процессов. Истинный центр предприятия!


Разумеется, есть и постоянные посетители. В их число входил и, назовем его так, Петрович – замдиректора, редиска, западлист, баба базарная и, по слухам, стукач. Как видите, характеристика крайне неприглядная. Но были у Петровича и положительные черты! Был он очень харизматичным человеком, прекрасным рассказчиком и единственным начальником, который не строил из себя небожителя – на моей памяти, ни один другой гусь в пиджаке не входил под высокие своды нашей ниши, не садился на скамеечку рядом с простыми парнями и не заводил с ходу: "Влади-и-мир, ну что, головушка после вчерашнего бо-бо, да? А-ха-ха!" Он всех называл на "вы" и полным именем, зачастую умудряясь совмещать в одной фразе вежливость и трехэтажный мат. Знал он великое множество историй обо всем на свете, на все имел свое довольно дилетантское, но твердое мнение; были у него и характерные жесты и мимика. До сих пор перед глазами стоит картина, как он эмоционально хлопает себя по бедрам, подходя к кульминации очередной истории. Так что, хоть и успел он сделать немало дерьма обитателям Бродвея, но все же был желанным гостем. Главное было не распускать язык о состоянии дел на родимом предприятии, а то вдруг и вправду – стукач?


А почему "был", "было"? Вот послушайте.


В последний раз, когда я видел Петровича, на перекур пришел подсобный рабочий, допустим, Вася. Петрович весьма любил подкалывать и задирать его, не опускаясь, впрочем, до оскорблений. И вот Вася, подкурив сигаретку и хитро посмотрев на замдиректора, сказал:


"Ух, какой мне недавно сон приснился, целый триллер про чудовище, ну, как там еще Чужого по-научному называют, чупакабра..."


"Ксеноморф!" – подсказал я.


"Да, про ксеноморфа. И вы тоже там были, Петрович", – с недоброй улыбкой закончил вступление Вася.


Петрович, конечно, тут же высказался, что молодой гетеросексуальный парень во снах должен видеть телок (пардон, дамы, с чужого голоса пою), а не пожилых мужчин.


Вася никакого внимания на подколку не обратил, и продолжил:


"Приснилось, в общем, что за какой-то надобностью занесло меня в административный корпус, и вдруг там громкоговорители на стенах ожили! Все вокруг струхнули, все-таки, никогда эти раструбы не работали, все уже думали, что только в случае ядерной войны по ним что-нибудь передадут..."


"Х..ево вы думали, Василий. Ядерная война – слишком слабый повод; там как минимум Сам должен помирать, чтобы директор раскошелился на починку", – политика была одним из коньков Петровича, даже более любимым, чем половой вопрос.


"Ну вот, а вышло еще круче: передали, что по кабинетам гуляет космический монстр, и все должны выполнять какой-то протокол. Не знаю, что за протокол, но люди куда-то разбежались, а в кабинетах я нашел только несколько жутко истерзанных трупов", – продолжил Вася.


"А дирека тоже схавали?" – со странным вожделением спросил один из присутствующих слесарей.


"Не знаю, помню только, что так драпал оттуда, что кажется, будто телепортировался прыжками. Ну, во снах так бывает, все лучше, чем бежать как в молоке. И вот забежал я на какой-то балкон, а там девка из бухгалтерии стоит..."


"Я бы вам, Василий, сказал, что у нормального парня должно стоять наедине с девкой из бухгалтерии!" – не преминул вставить свои пять копеек Петрович.


"Вы не портите мой рассказ, – с укором глянул Вася. – В общем, показала она мне узкую длинную коробку и предложила в нее спрятаться. Сел я на четвереньки, она залезла мне на плечи, а сверху надела на нас коробку".


Тут, вполне ожидаемо, Петрович зашелся смехом на весь Бродвей, застучал себя по бедрам, и популярно объяснил незадачливому Василию, что такая диспозиция означает с точки зрения фрейдизма – в его, Петровича, понимании, конечно.


Вася, впрочем, не смутился и продолжал:


"А вот оказалось, что правильно все я сделал! Только спрятались, как рядом раздался шум, а потом стало светло. Поднимаю я голову, а большей части коробки уже нет, и девушки тоже нет, только следы когтей на цементе".


"Ну а кровь? Монстр бухгалтершу утащил, или задрал?" – не удержался я от вопроса.


"Не знаю. А потом откуда-то снаружи на балкон вылез Петрович и принялся рассказывать, как в прошлый раз ксеноморф приходил и что творил. И так вы, Петрович, во время рассказа смеялись и хлопали ладонями, что я от страха голоса лишился. Все-таки, рядом монстр ходит, того и гляди услышит, а прятаться больше негде!" – у Васи аж глаза округлились, как будто он до сих пор переживал этот кошмар.


"И как, пришел монстр?" – спросил я.


"Без понятия. На этом месте я понял, что сплю, и пожелал проснуться. И проснулся", – тут он повернулся всем корпусом к Петровичу и неприятно-зловеще процедил: "А вы, Петрович, там остались".


Я посмотрел на Петровича, и мне стало тревожно. Никак он не прокомментировал последнюю часть Васиного рассказа, и лицо у него было бледным, а рукой он как-то нехорошо, беспокойно теребил под пиджаком нагрудный карман рубашки.


То было в пятницу, а в понедельник эксцентричный замдиректора не появился на Бродвее. Позже я узнал, что на выходных у него стало плохо с сердцем. Не откачали.


Народ еще неделю посудачил о безвременной кончине Петровича, да и все, круги по воде разошлись и затихли. Только вот у меня из головы не шла та картина: "вы там остались" и бледный Петрович, обративший расфокусированный взгляд куда-то мимо. Уже не здесь...


Конечно, всего этого явно недостаточно, чтобы занимать ваше внимание. Так было потом еще кое-что!


Вскоре я после работы отвозил на поезд жену и мать ее, ну, в смысле, свою тещу. А вернувшись домой поздно вечером, извлек из недр книжного шкафа заначенную бутылку виски. Алкоголь я не жалую, но женатые читатели прекрасно понимают, как порою мужчине хочется хоть на несколько дней снова стать беззаботным холостяком! В общем, приземлился я на кухне с широкодонным стаканом и вискарем, приобщился к чуждой буржуазной культуре, полистал в телефоне новостную ленту, ничего, впрочем, не читая, да и одолела меня тяжелая сонливость. Надо перекусить, надо сходить в ванную, надо постель поменять. Но это подождет еще пять минут, а сейчас у меня есть время отодвинуть в сторону стакан и лечь лбом на стол, подложив в качестве подушки собственную руку. Просто немного полежать, поискать порядка в мыслях.


Спустя вечность или мгновение я обнаружил себя в узкой комнате с высоким потолком, с цементным полом и зеленой краской на стенах. Вдоль одной длинной стены стоял массивный пыльный стеллаж с какими-то приспособлениями и деталями, на противоположной стене замызганный плафон лампы дневного света освещал пару постеров с красавицами из 90-х. В дальнем торце комнаты всеми четырьмя расшатанными ножками цеплялся за жизнь видавший Брежнева стул. А я сидел на полу в другом торце, возле двери. Оглядевшись вокруг, я пришел к выводу, что занесло меня в одну из кандеек близ Бродвея – я был из административного, но общий, с позволения сказать, стиль наших производственных помещений узнал.


И на стуле том я в какой-то момент увидел Васю.


"Ты что здесь делаешь?" – как мне показалось, с досадой спросил Вася.


"Ну вот, свою-то с тещей на поезд проводил, теперь превращаюсь в обезьяну обратно, – честно признался я. – Ну а ты чего на работе так поздно?"


"Да понимаешь, я теперь каждый вечер перед сном изо всех сил представляю себе того ксеноморфа и кого-нибудь из неприятных мне людей, чтобы проснуться и оставить их наедине. А тут ты влез, но ты ведь парень нормальный. Уж не обессудь, ошибки всегда возможны", – отвечал Вася.


"Тогда не буду тебе мешать", – сказал я, встал и повернулся к двери. А руку к дверной ручке протянуть не могу. Не чувствую руку!


Тут я заметался, пробиваясь сквозь слои душной тьмы и вдруг ощутил боль во лбу, проехавшись им по чему-то чужому, бесчувственному. Я проснулся, резко выпрямившись на кухонной тахте. Саднил належанный лоб, начинало покалывать потерявшую чувствительность руку, от прежней неудобной позы болели ноги. А я все не мог отделаться от ощущения, что сейчас где-то там Вася продолжает сидеть в пыльной кандейке, пытаясь затянуть к себе жертву. Вторую жертву.


Вы, наверно, ждете, что я напишу, будто бы у нас начали помирать начальнички-ворюги, а Вася при встрече сделал жирный намек, что мы встречались по-настоящему в тех сонных эмпиреях? Вынужден вас разочаровать, ничего подобного не было. Я все реже ходил на Бродвей, потом вовсе бросил курить и перестал прошляпываться в курилках. А несколько месяцев назад нашел себе работу получше.


Так о чем история? Не знаю. Об идее фикс, наверно. Просто чтобы вы понимали, я не верю в мистику-шмистику, не верю в экстрасенсорные способности, да и вообще я скучный материалист. Я прекрасно понимаю, что Петрович мог маяться сердцем уже давно, а Вася приукрасил свой сон ради эффектного рассказа. И тогда, в последний рабочий день Петровича у него сердечко екнуло – и Васин рассказ тут не при чем; Петрович, скорее всего окончание уже не слушал, и Васино выступление было зазря. Ну а сны – иногда это просто сны.


А все равно я подспудно старался избегать встреч с Васей, пока работал на фингербоксовом заводе. Просто не хочу, чтобы он меня помнил. И сейчас стараюсь не думать обо всем этом на сон грядущий. И все чаще задумываюсь, не обидел ли я кого за день? А то мало ли, во что я там не верю. Можно не верить и гордиться этим, но что я буду делать, если меня приснят и не отпустят?



Автор: Коммандер Стась (CMDR Ctacb)


ВК: https://vk.com/public_cmdr_ctacb

Мракопедия: https://mrakopedia.net/wiki/Участник:CMDR_C

Показать полностью
27

Горькие звезды. Глава 6/7

Горькие звезды. Глава 6/7 Авторский рассказ, Темная романтика, Литература, Научная фантастика, Космическая фантастика, Инопланетяне, Ужасы, Хоррор стори, Мистика, Графоманство, Длиннопост, Крипота

Продолжение. Предыдущие главы: Первая, Вторая, Третья, Четвертая и Пятая.


6 Горькие звезды


Трудно было поверить в успех. Некоторое время эшмалеф не могла совладать с собой. Она действительно только что отправила сообщение, или ее истерзанному лишениями разуму это просто пригрезилось?


Немного отдохнув, она решила почитать логи передатчика, благо к регистратору вела отдельная нервная цепь, уцелевшая при всплеске нечестивой энергии. Из-за передачи в нештатном режиме записи состояли по большей части из предупреждений и бессмысленного мусора, но немного повозившись с фильтрами, эшмалеф получила довольно много полезных данных. Компьютерная грамотность и глубокие познания в теории межзвездной связи среди ее достоинств не числились, так что ей понадобилось много времени на чтение и перепроверку данных. Однако, ее усилия были вознаграждены сполна: по всему выходило, что с помощью груды железяк ей удалось отправить правильный сигнал, который будет обнаружен и распознан станциями связи.


С облегчением она отсоединила передатчик, втянула хоботок в защитную полость, и, насколько это было возможно, расслабилась. Даже такая приятная штука как эйфория может сейчас слишком дорого обойтись ее истощенному телу.


Но мощная волна ликования все равно медленно, но неумолимо затапливала ее сознание.


Она спасена!


Как только Звездное Войско получит сигнал, за ней отправят корабль. Более того, сейчас она находилась далеко впереди линии фронта, в пространстве, куда ни дэвы, ни эшмалеф не должны были добраться ранее пары сотен лет, если бы события развивались обычным порядком. Обнаружение обитаемой планеты так глубоко в неосвоенном космосе – огромное достижение! Основав здесь форпост, к приходу дэвов Звездное Войско будет иметь мощнейшую цитадель, возможно, даже целый кластер защищенных систем. Это укрепит позиции эшмалеф на этом участке фронта, повысит шансы Вселенной пережить дэвов.


Но что еще приятнее, это будет ее достижение! Ей дадут имя, имплантаты и новые органы высшего класса, повысят до младшей королевы. Она получит право на гвардейский отряд, на целый десяток, или даже – давайте мечтать нескромно! – сотню лучших воинов.


И дальше, наконец, начнется настоящая жизнь...


Замечтавшись, послушница сама не заметила, как стала погружаться в сон. Лунное притяжение усиливалось; ее единственная подруга, много лет напоминавшая своим вечным танцем, что эшмалеф еще не мертва, искрилась в свете звезд, улыбалась позолоченным лимбом. Так бы и кружиться с ней друг напротив друга, пока какой-нибудь большой красивый капитан с мужественными педипальпами не явится за ней в пещеру. Хорошо, что кираса послушницы осталась при ней – хоть видно будет, что здесь своего спасителя дожидается не девка простая, а благородная дева. А потом... настоящая королева должна уметь благодарить...


Эшмалеф резко проснулась с ощущением, будто забыла о чем-то важном. Благодарить, спаситель, благодарить... Человек!


О, Соборная душа, что за дура! Ксеносапиенс куда более хрупки, чем эшмалеф, нельзя их надолго оставлять в беспомощном состоянии.


Послушница лихорадочно выбросила хоботок и осмотрела пещеру. Ее помощник лежал там же, где она его оставила – на краю грязевой лужи. Она решила быстро осмотреть его, прежде чем будить. А то вдруг с его телом что-то не так, и его пробуждение будет болезненным? С добрыми помощниками так не поступают.


Человек неглубоко и редко дышал, пульс был слабым и нестабильным. Обеспокоенная эшмалеф проверила на вкус его кровь, и обнаружила, что та сильно загустела. Похоже, земляне довольно быстро теряют воду. Послушница спешно приготовила и влила человеку в рот немного слабого водного раствора солей – каковую жидкость обычно и предпочитают сухопутные разумные.


Вода оказала свое благотворное действие, тело явно стало оживать. Несколько дней без пищи вряд ли существенны даже для таких хрупких созданий. А вот с теплом были проблемы – температура тела человека была на несколько градусов ниже, чем ранее. Впрочем, эшмалеф быстро придумала выход, подключившись к нейрочипу помощника и заставив его скелетные мышцы сокращаться с высокой частотой. Спустя некоторое время человек согрелся. Послушница как раз успела проверить его раны, дабы убедиться в отсутствии нагноений.


Кажется, все в порядке, пора будить. Человек хорошо ей послужил, теперь пусть пойдет, проветрится, приведет себя в порядок, заодно поищет еды для нее. А как найдет еду, надо будет его отпустить, вдруг у него остались нерешенные человечьи проблемы, не возвращенные долги – пускай гуляет, а то скоро будет поздно. Для всех землян скоро будет поздно...


Эшмалеф подала соответствующие команды на нейрочип.


Человек не проснулся.


Стараясь не паниковать, эшмалеф ударила помощника электричеством. Ничего. Химические стимуляторы в кровь. Без эффекта. Электрошок через нейрочип. Выделил жидкие экскременты, но не проснулся.


На некоторое время послушница отсоединилась и стала обдумывать ситуацию. Что же это такое может быть? Его тело относительно здорово, от нескольких дней голодного сна еще никто не умирал. Особых признаков лучевой болезни не видно. Головой не бился... Вот оно! Когда человек вернулся с задания, она извлекла из его черепа неглубоко засевшую свинцовую дробь, продезинфицировала и заклеила раны. Только вот ранение в туловище, и ранение в голову – очень разные вещи.


Снова подключившись к нейрочипу, она запустила наиболее обширное сканирование нервной системы и стала проращивать внутрь мозга углеродные трубочки для биохимического зондирования. Поддерживающий имплантат хоботка запротестовал, но сейчас ей было не до того. Вскоре худшие опасения послушницы подтвердились: с одной из дробинок какая-то микроскопическая мразь проникла внутрь черепной коробки и нашла путь в мозг. Инфекция вызвала обширную энцифалопатию, в несколько дней разрушившую всю переднюю часть коры мозга.


Теперь она могла будить его сколько угодно: некого больше будить. Пока она занималась своими космическими делами, помощник просто тихо умирал у нее под боком.


Позволив медимплантату определить тип инфекции и закачать через хоботок антибиотики, эшмалеф отсоединилась и потерянно замерла. Будь у нее конечности – опустила бы их.


Что же за бестолковая дура! Угробила на ровном месте уже второго человека. Они на нее как на богиню смотрели, а она – такое ничтожество. Вроде бы все шло хорошо, судьба благоволила ей, но она все равно нашла, где облажаться. И, главное, как же это было на нее похоже...


Всю жизнь у нее все получалось хуже, чем у других, любое дело давалось труднее, чем другим. Не мудрено, что все удивились, когда она дэвам не ведомым образом смогла пройти отбор в монастырь боевых королев. А уж там она получала по первое число как будто по расписанию. До сих пор остается загадкой, как она вообще дожила до выпуска и даже получила сертификат кандидатки на должность капеллана Звездного Войска.


И, правды ради, даже обнаружение отличного места для форпоста нельзя назвать ее личным достижением. Хотя бы потому, что она выжила и подала сигнал, попутно провалив свое первое задание: вместо того, чтобы принести мобильный передатчик королеве, отвечавшей за транспортировку послушниц, она просто юркнула в автомат выброса планетарных дронов, как только все пошло в раздрай. Можно сколько угодно оправдываться, что тем самым она придала смысл подвигу безымянных навигаторов, в считанные секунды почувствовавших обитаемую планету, когда пожираемый дэвом корабль совершал невозможный прыжок через пространство. Но факт есть факт – ее заслуги в этом нет.


Если же говорить совсем честно, то она не может и утешаться, что принесла спасение землянам. Знай они, какое это спасение... разбомбили бы ее дэвову пещеру до литосферных плит. Вместо быстрой легкой смерти, которую им подарили бы дэвы, они теперь проведут тысячелетия в жестоком рабстве у военной машины эшмалеф. Дэвы убили бы... сколько там вообще землян?.. миллиард от силы. Но под властью эшмалеф родятся и погибнут в атомном огне миллиарды миллиардов. И вряд ли эти будущие винтики системы будут рады, что вообще родились и хоть немного пожили: всем разумным трудно и обидно быть дешевым органическим аналогом роботов.


И, главное, был бы еще во всем этом смысл. Ведь эшмалеф все равно никак не могут победить. Реальность обречена, и все они проводят свои единственные жизни не так как следовало бы. Она хотела бы просто спокойно жить где-нибудь на дне родного улья, делать то немногое, что у нее хорошо получается – вышивать золотые литании и петь старинные песни. Но в этой вселенной такое невозможно. Говорят, принять бесконечность войны, значит, избавиться от душевных метаний. Она приняла – и получила только боль.


Волны черной меланхолии захлестывали послушницу с головой, материализовались, тугими узами сжимали ее сердца́. Луна, ее бывшая подруга, насмешливо кружила вокруг нее, будто рисуя в пространстве круг страданий, из которого живым не дано вырваться. Луна – мертва, и мертвым не больно. Лживая, ложная подруга.


Жизнь – это ад.



Продолжение следует.



Автор: Коммандер Стась (CMDR Ctacb)


ВК: https://vk.com/public_cmdr_ctacb

Мракопедия: https://mrakopedia.net/wiki/Участник:CMDR_C

Показать полностью
92

Сектор 22

Это рабочий диктофон инженера С., он был найден в одном из подземных кабельных помещений, а именно в Секторе 22.
Записи диктофона пронумерованы по дате и вренени, начиная с непосредственного спуска в систему туннелей.


29 августа
23:16
В туннеле КТ-35 показывается обрыв линии, иду туда, чтобы убедиться, что это действительно так. Возможно, это опять ошибка.

23:30
Я на месте, в КТ-35. Прошел весь туннель, но так ничего и не обнаружил, все в норме. Иду наверх проверить, осталась ли неисправность.

23:32
Дверь из КТ-35 заклинило. Попытаюсь ее открыть, если не получится - придется идти в обход.

23:33
[Недолгая тишина]
Только что были какие-то странные звуки вдалеке за запертой дверью, хотел их записать, но они уже пропали. Если будут еще раз, постараюсь записать.

23:36
Не получается у меня открыть эту дверь. Придется идти в обход.

23:38
Туннель КТ-36 сильно затоплен, я не смогу пройти. Остается идти через Сектор 22.
[Глубокий вздох С.]
Не хочется мне туда идти. Но больше мне никак не выбраться.

23:41
[Вдалеке слышен неразборчивый шум, похожий на шипение]
Вот, слышно? Я же говорил, что слышал какие-то звуки.

23:43
Зашел в Сектор 22.
[Недолгая тишина]
Пока все тихо. Надеюсь, так и будет.

23:58
Я немного заблудился, но...
[Пауза, сопровождающаяся частым дыханием С.]
Но уверен, что скоро найду выход.

30 августа
0:14
Может я чего-то не знаю, но тут слишком уж много ходов-ответвлений.
[Небольшая пауза, вдалеке слышно неясное шипение]
Вот опять! Что это такое? Ни разу такого не слышал здесь. Постараюсь найти выход.

0:30
Какого черта я сюда поперся? Откуда тут, мать вашу, столько ходов? Не может быть этого! Я же...
[Слышен громкий свист, во время которого запись обрывается]

0:31
Что это сейчас было?
[Недолгая тишина]
Я даже выронил диктофон от удивления. Что это за фигня была?

0:33
Я пошел назад в КТ-35. Лучше как-нибудь по воде проплыву, чем здесь.

0:48
Отлично! Я теперь не могу найти то место, откуда я пришел!
[Глубокий вздох С.]
Это же чертов туннель, а не лабиринт! Здесь не должно быть столько проходов!

0:56
Теперь я иду по одному очень длинному туннелю.
[Непродолжительные звуки шагов и дыхания С.]
Я не вижу его конца. Это все, конечно, хорошо... Но в Секторе 22 нет таких длинных туннелей. Поэтому я не знаю, где я вообще сейчас нахожусь.

1:05
Здесь стены усыпаны странными рисунками или символами. Они напоминают глаза. Все еще иду по туннелю. Ну, художники...

1:19
Я уже устал идти. Я все иду и иду, а туннель все никак не заканчивается. Сколько я еще...
[Совсем рядом слышен звук хрипа, который перебивает голос С., после этого слышен крик С.]
Это что за хрень?
[Частое глубокое дыхание С.]
Ничего нет! Нигде ничего нет! Что это было?!

1:23
Иду и осматриваю все вокруг. Ничего пока не обнаружил. Не знаю, что это было. Туннель не заканчивается.

1:31
Я сейчас обернулся и вижу, что сзади вдалеке в туннеле стоит фигура человека.
[Недолгая тишина]
Он просто стоит и все. Я пойду к нему. Наверное, это меня ищут, потому что я уже который час тут хожу.

1:33
Я уже близко...
[Звуки шагов С., которые резко прекращаются]
Вашу мать!
[Звуки бега С. и его дыхания]

1:41
[Частое глубокое дыхание С.]
В общем, я пошел к этому человеку... До него оставалось метров 20, наверное, как вдруг он достает из-за спины чью-то голову... Я серьезно. Достает голову и, держа ее за волосы, показывает мне, вроде как "смотри, что у меня есть".
[Недолгая тишина]
Может меня кто-то решил разыграть? Если это так, то в гробу я видал ваши приколы! Это не смешно! Так можно и до инфаркта человека довести, уроды!

1:51
Все также иду по туннелю...
Не знаю, кто будет слушать эти записи, скажу для тех, кто не совсем в курсе о том, где я. Я нахожусь в кабельных туннелях глубоко под землей. Тут стоит кромешная темнота, только мой налобный фонарик дает небольшой свет. У меня с собой нет телефона, так как я не беру его туда, где нет связи, тем более, что могу уронить его в воду, грязь или еще куда похуже. Фонарик мой, кстати, уже светит не так ярко. Надеюсь, его хватит, чтобы выбраться... Но я понятия не имею, что это за место... Такого тут просто не должно быть.

1:58
Стою сейчас в том же длинном туннеле и вижу перед собой дверь на стене слева. Буду стараться все записывать..
[Скрип открывающейся двери]
Так... Тут небольшая комнатка. Посередине столик, 2 стула и куча разного хлама.
[Скрип и захлопывание двери]
Закрыл дверь, посижу тут пару минут, отдохну.

2:02
[Вдалеке слышится скрежет, повторяющийся каждые 2-3 секунды]
[Шепот С.]:
Что это такое?
[Пауза, на фоне которой звучит скрежет]
[Тихий шепот С.]:
Выключил фонарь. Спрячусь в этом хламе, не нравится мне это.
[Недолгие звуки копошения]
[Звуки скрежета, которые постепенно нарастают]

2:08
[Шепот С.]:
Вроде стихло. Надо вылезать.
[Звуки копошения и шаги]
[Скрип открывающейся двери]
Черт возьми!
[Скрип закрывающейся двери и недолгая тишина]
Там... голова. Висит на волосах, которые запутались с кабелями, идущими вдоль туннеля.

2:11
[Скрип открывающейся двери]
[Шепот С.]:
Надо идти. Не могу же я сидеть тут. Пока не видно никого, пойду дальше.
[Тихие шаги С.]

2:20
Туннель закончился. Прямо передо мной находится дверь. Попробую открыть...
[Тихие звуки открывающейся двери]
[Шепот С.]:
Это что еще такое?
[Недолгая тишина]
Тут коридор... Только этот коридор не выглядит, будто находится глубоко под землей. Это выглядит, как коридор какой-нибудь больницы или общежития... Я не вижу его конца впереди, а слева и справа находятся двери. Некоторые из них приоткрыты. Попробую заглянуть в одну...
[Тихие шаги С.]
Тут пусто. Вообще пусто. Нет ни мебели, ни окон, ни хлама - ничего. Голые стены. Пойду дальше.

2:23
[Шепот С.]:
Что-то я уже...
[Слышится громкий удар, перебивающий голос С.]
Вашу мать!
[Недолгая тишина]
[Шепот С.]:
Только что захлопнулась дверь позади меня, на расстоянии примерно 10 метров. Хочу сказать, что я не осматривал каждую из этих комнат, а просто прошел мимо последних... Я не видел, что там внутри... Или кто... Постараюсь просто пойти дальше.
[Тихие шаги С.]

2:25
[Где-то вдалеке едва слышен детский смех]
[Шепот С.]:
Кто-нибудь мне объяснит, что происходит?..
Попробую пойти назад и найти путь, откуда я пришел... И мне уже даже не важно, что там хлопнула дверь.

2:32
[Шепот С.]:
Тут висит замок.
[Недолгая тишина, на фоне которой вдалеке слышен детский смех]
[Шепот С.]:
Какого черта? Замок висит с этой стороны... Значит, тот кто его повесил, где-то рядом... Надеюсь, я никого не встречу. Мне остается только идти дальше.

2:38
[Тихий шепот С.]:
Только что видел вдалеке впереди какого-то человека, который зашел в комнату справа. Сзади закрыто, так что единственный путь - пройти мимо той комнаты. Попробую незаметно это сделать.
[Тихие шаги С.]
[Где-то поблизости слышится хриплый смех]

2:46
[Шепот С.]:
Удалось. Когда проходил мимо, то слышал, как кто-то смеется внутри. Проверять, кто именно, мне не хочется, так что я просто пойду дальше.

2:48
[Шепот С.]:
Впереди вижу лестничную клетку. Сейчас посмотрю, куда ведет этот путь.
[Шаги С.]
[Шепот С.]:
Лестница ведет наверх, но только на один этаж. Поднимаюсь.

2:49
[Шепот С.]:
Я поднялся на этаж выше. Вижу впереди какие-то кушетки на колесах, накрытые простынями. Под ними что-то лежит. Еще вижу на полу осколки стелка, всякие пробирки и шприцы. Наверное, я попал в какую-то заброшенную больницу или лабораторию. По бокам коридора есть двери в комнаты, некоторые открыты.
[Где-то вдалеке слышны голоса и крики]
[Шепот С.]:
Что это за звуки?..
Надеюсь, мне удастся выбраться.

2:55
[Тихий шепот С., голос слегка дрожит]:
Немного прошел по коридору. На полу и стенах вижу следы и пятна крови. Вижу на стене надпись, написанную кровью. Там написано: "Сектор 22". Я пока не понимаю, что все это значит...

2:58
[Тихий шепот С.]:
Здесь не только следы крови... Еще кисть руки, пальцы и лоскуты кожи повсюду.

3:02
[Очень тихий, едва слышимый шепот С.]:
Прошел дальше по коридору. Он сильно заставлен этими самыми кушетками, на <неразборчиво> что-то лежит под простынями. На некоторых видны следы крови, на <неразборчиво> кушетке недавно что-то дернулось. Стараюсь не шуметь, поэтому <неразборчиво> очень тихо.

3:04
[Громкое хриплое дыхание поблизости]

3:05
[Очень тихий шепот С.]:
Кто-то или что-то дышит на одной из кушеток. Я прошел мимо. Сейчас коридор уже не так сильно заставлен, так что...
[Грохот, доносящийся откуда-то неподалеку, перебивает голос С.]
[Сразу после грохота доносятся звуки скрипа колес кушетки, на которых запись обрывается]

3:07
[Звуки шагов босых ног где-то поблизости, сопровождающиеся хриплым дыханием и стуками, а также скрипами колес кушеток]
[Очень тихий, едва слышимый шепот С.]:
Что-то упало с кушетки. Оно <неразборчиво> просто ужасно. Я выключил фонарь и <неразборчиво> незаметно отойти подальше. Оно ходит там в темноте, натыкается на <неразборчиво> и хрипит. По крайней мере в полной темноте оно не видит. Постараюсь уползти подальше.

3:11
[Очень тихий шепот С.]:
Жаль, что у меня нет прибора ночного видения. Я поранил руку о битое стекло, пока ползал тут в темноте. На полу тут повсюду что-то мокрое, возможно, кровь или вода.
[Где-то на расстоянии слышатся звуки шагов босых ног и стуки со скрипами колес]
[Очень тихий шепот С.]:
Я уже немного отошел от этой твари, но если включу свет, то меня заметят, так что пока ползу в темноте.

3:17
[Тихий шепот С.]:
Фонарь не включается. Черт. Но зато я вижу вдалеке какой-то свет. Осторожно иду туда. От этой хрени я вроде оторвался.

3:20
[Очень частое дыхание где-то поблизости, звук сначала нарастает, затем постепенно затихает вдали]
[Очень тихий шепот С.]:
Что-то только что проползло по потолку. Из-за темноты я не видел, что это было. Я думаю, это у лучшему. Пошел дальше к свету.

3:24
[Тихий шепот С.]:
Это конец коридора. Тут небольшая комнатка, захожу в нее.
[Тихий звук закрывающейся двери]
На столе стоит лампа, которая и дает этот свет. А рядом с ней... Какие-то записи. Так... Несколько листов, на которых написаны непонятные мне символы. Таких я раньше не видел. Вот тут что-то можно разобрать... Посмотрим... "В результате последних экспериментов находиться в этой лаборатории стало невозможно. Присутствие здесь неизвестных форм жизни, а также пространственные аномалии заставили..."
[Звук открывающейся двери прерывает голос С.]
Какого черта?!
[Нарастающие звуки очень частого дыхания]
Отвали от меня! Не подходи!..
[Крик неизвестного происхождения перебивает С., после чего звучит уже крик С., на котором запись обрывается]

3:27
[Звуки непродолжительного хриплого смеха, на фоне которого слышны звуки разрывания плоти]


Были произведены поиски в Секторе 22, а также во всей прилегающей системе туннелей. Тело С. не было найдено, как и многие места, в которых якобы побывал С. Сектор 22 связан только с тремя туннелями, в которых практически отсутствуют какие-либо ответвления, поэтому хотя бы примерно найти места, о которых говорил С. не представляется возможным. До момента нахождения тела или его самого, гражданин С. будет считаться пропавшим без вести при загадочных обстоятельствах.

Показать полностью
47

Наследство

Глава пятая. Заключительная.

Глава первая - Наследство

Глава вторая - Наследство

Глава третья - Наследство

Глава четвертая - Наследство

Обеденное солнце выглядывало из-за темных и тяжелых штор гостиной. Денис смотрел в окно уже несколько часов. У него созрел план мести, в котором он в красках представил себе картину расправы над ненавистными родственниками. Его самого немного пугало понимание того, что он не чувствует жалости к этим людям. Только одно смущало его - как доставить бабку к ним. Так как ответов на эти вопросы у него не находилось, он направился в комнату, в которой обитала старуха. Денис не испытывал желания общаться с этим существом и с большой неохотой отправился по коридору уже опротивевшей ему квартиры. Бабка сидела на кровати с широко раскрытом ртом и закинутой назад головой, только в этот раз она не издавала звуков. Денис приблизился к ней, вид у старухи внушал ему ужас, он не мог привыкнуть к этому зрелищу. Глубоко вздохнув, он сказал: "Я знаю кого тебе скормить. Только туда нужно ехать. Как мы туда доберемся?" Бабка вернула голову в обычное положение, при этом закрыв рот. Она вскочила с кровати и быстро переставляя ноги, оказалась возле старого лакированного шкафа с ключом в правой двери. Она повернула ключ и шкаф распахнулся. Из него вывались несколько денежных купюр различного номинала. "Как? Такси возьмем", - с усмешкой ответила старуха.

У Дениса было ощущение, что все происходящее происходит не с ним. Таксист молча вел автомобиль и Денис видел его профиль с переднего пассажирского сидения. Солнечные лучи припекали, а прохладный воздух, который врывался в салон через окно, приятно охлаждал кожу. Сзади сидела бабка и пялилась в окно, периодически щелкая языком. От нее исходило нетерпение. Парень старался гнать мысли от себя о том, как череп собирается питаться. Но в голове упорно всплывали представления о вампирах, и о том как они впиваются в шеи своих жертв.

Такси уже ближе к полуночи въехало в городок, в котором вырос Денис. Знакомые улицы были объяты тьмой, но легко угадывались юношей. Старуха начала подпрыгивать на заднем сидении, и таксист с раздраженным видом посмотрел на Дениса. Тот только в ответ пожал плечами. Парень понимал, что не стоит пытаться угомонить то, что сидит сзади.

Возле подъезда пятиэтажки остановился автомобиль. Из него вышли двое: паренек и бабушка. Они подошли подъезду и парень ключом, который он достал из кармана открыл дверь. Уже подымаясь по ступенькам лестницы, Денис увидел, что у бабки из рта высовывается длинный язык, он был черного цвета и покрыт волдырями. У парня скривилось лицо от увиденного. Стоя у входной двери в квартиру, Денис начал тяжело дышать, ему казалось, что он потеряет сознание, но старуха громко щелкнула языком, тем самым приведя в чувства парня. Звук от поворота ключа в замочной скважине, казалось, отдавался эхом по всему подъезду. Денис втянул голову в плечи. "Можно я тебя здесь подожду?" - шепотом спросил он у старухи, которая тем времени уже начала стягивать с себя маску. Черные шарики вместо глаз смотрели на паренька. "Ну ладно, я справлюсь", - с нескрываемым возбуждением в голосе сказал череп. Он открыл дверь в квартиру и просочился внутрь. На полу подъезда осталась лежать маска. За дверью послышал шум и даже грохот. Первым послышался женский крик, через секунду он стих. Тишина длилась не долго. Следующий крик был подростка. "Леня", - подумал Денис и открыл дверь в квартиру. На полу коридора лежало два тела. У обоих были свернуты шеи, парень это понял по неестественному положению голов. Денис услышал возню в спальне опекунов. Издавалось сдавленное хрипение, и снова тишина. Из комнаты показалась спина бабки. Она тащила по полу тело дяди Игоря. Череп был отделен от тела, но витал в воздухе рядом с плечом старухи. Он облизывался своим длинным языком. Денис обратил внимание, что в полости рта монстра нет зубов. Бабка бросила тело мужчины рядом в шеренгу с телами остальных. "Неси ведро", - пыхтя сказал череп Денису. Юноша, стараясь не наступить на мертвецов на цыпочках пробежал в ванную и схватил пластмассовое ведро. Вернувшись в коридор, он увидел как бабка сидит рядом с телом двоюродного брата и гладит своей костлявой бледной рукой его волосы на голове. Парень подошел и поставил рядом ведро. В одну секунду рука старухи оторвала голову от тела, и взмыла в воздух, держа убитого вверх ногами над ведром. Кровь очень быстро начала наполнять емкость. Дениса начало тошнить, но он стерпел позыв. Старуха пару раз встряхнула труп за ногу, желая получить оставшуюся кровь из тела. Как только капли стали очень редкими, она бросила мертвеца на пол в угол, как выжатый пакетик чая. Опустившись на пол бабка взяла ведро, а череп встал на место головы старухи. Существо подняло "стакан" над собой и начало жадно причмокивая пить кровь. Капли падали на пол и, казалось, весь коридор был в крови. Закончив свою трапезу, череп улыбаясь сказал: "Хорошо, еще этих допью и идем". Дениса трясло. Череп проделал все манипуляции с оставшимися двумя трупами. Парень испытал удовлетворение, при виде, как старуха отрывает голову дяди Игоря и кидает ее в сторону. Денис не смотрел на то, как череп выливает кровь из тела дяди, он пялился на широко открытые глаза его мучителя. В них отражался ужас. Юношу, даже посетила мысль забрать с собой голову, но мысль о том, как ее прятать, а тем более хоронить, отбила данное желание. "Ну всё. Пошли", - произнес череп, отбросив дядю в кучу из тел. Они вышли в подъезд и череп поднял маску и натянул на себя. Денис понял, что стоит еще глубокая ночь - за окном на лестничном пролете было темно. Выйдя на улицу, Денис в абсолютной тишине слышал, как стрекотали сверчки. Рядом стояла старуха на удивление спокойная и тихая. "Домой? Будем ловить машину?" - спросил Денис и для себя отметил, что голос у него бодрый.

Они достаточно долго стояли на остановке, ловя машину. Видимо вид этой парочки смущал водителей. Но им повезло, замедлился, а затем и остановился "жигуленок". Когда Денис подбежал к пассажирскому окну, и крикнул в салон: "Подвезёте до Саратова?". В ответ пожилой сухенький старичок кивнул. "Я как раз туда", - выкрикнул он в ответ, стараясь перекричать, работающий двигатель автомобиля.

По пути домой бабка спала. Всю дорогу ее не было слышно. Старичок рассказывал Денису истории, и даже парочка из них заставили его смеяться. Уже во дворе дома, когда Денис начал искать по карманам деньги, чтобы расплатиться, водитель спросил: "А мне показалось, что ты с бабушкой?" Денис застыл и обернулся на заднее сиденье. Он не верил своим глазам. Вместо морщинистой старухи перед ним сидела молодая девушка, на вид лет семнадцати. Миловидная брюнетка с яркими жгуче-черными глазами. "Спасибо", - улыбнулась красавица и толкнула дверь "жигуленка".

Денис шел за ней и не заметил, как они уже оказались дома. Парень проследовал на захламленную кухню, в которой стояла девушка. Он внимательно ее рассматривал. На ней был тот же ситцевый халат и те же коричневые старушечьи ботинки, как и старухи когда они вчера покинули квартиру.

- Это ты? - тихим голосом спросил Денис.

- Конечно, а тебя удивил мой вид? - улыбаясь обворожительной улыбкой ответила девушка.

- Ты вообще кто?

- Я? До конца сам не знаю. Но более всего я похож на вампира. Пью кровь, жить могу только если со мной кто-то живет и находит мне пропитание.

- А сам почему ты не находишь ну... еду? - помявшись спросил Денис.

- Я пытался несколько раз, но ничего не вышло. Вообще-то твой отец мне кровь приносил, мне не нужно было даже убивать жертву, - ответила мне девушка.

- А ты женщина или мужчина?

- Я ни то и ни другое. Это лишь оболочка, когда я насыщаюсь кровью, она восстанавливается. Мне теперь надолго хватит, на месяц точно.

- А почему мой отец тебя кормил?- спросил парень.

- Да очень просто, он боялся меня. Я же напал на твою бабку, только убить сам так и не смог. Она сама от страха умерла. А я уже в свою очередь до смерти напугал твоего отца. Но ты не думай если решишь уйти от меня у тебя ничего не выйдет, - у девушки заблестели глаза.

- Почему? Ты же не сможешь меня убить?

- Да и не надо. Если попытаешь убежать, сам поймешь.

Красавица поправила густую копну волос и отправилась к себе. Денис молча смотрел в пол. Глубоко вздохнул и быстрым шагом пошел к выходу из квартиры. Вот он уже выбежал на улицу, но его остановила отдышка. Он согнулся пополам и начал глубоко дышать, лишний вес давал о себе знать. Как только он выпрямился, что бы продолжить свой путь, у него начало жечь руки. Боль становилась сильнее, он посмотрел на кисти своих рук и увидел, что они покраснели и начали покрываться пузырями. Боль становилась нестерпимой. Денис сделал несколько шагов назад к подъезду, и ему стало легче. Он отправился назад в унаследованную им квартиру. В дверях его ждала улыбаясь все такая же прекрасная девушка. "А если я не буду тебя кормить?" - корчась от боли спросил Денис. Девушка развернулась и опять пошла в свою комнату. "Свою кровь мне сам отдашь", - выкрикнула девушка из комнаты.

Уже поздно вечером Денис, сидя за просмотром телевизора подумал: "За один присест он убил троих и этого хватит ему на месяц, а одного на сколько же? На неделю приблизительно. Где же следующего взять?"...

Конец.
Показать полностью
69

Корона

«Я все смогу, я все смогу и все у меня получится», - думал Сер, пробираясь через заснеженное поле. Одет он был худо, очень худо. А королей в другом на испытание не отпускали, отпускали в том, в чем был одет самый бедный житель столицы. Отец Сера был правитель жесткий и видимо недальновидный, потому как досталось Серу совсем тоненькая одежонка для такой суровой зимы. Он шёл в тоненьких сапогах и казалось, что заледенелый снег вот-вот порвёт ткань и порежет кожу ног. Зубы нещадно стучали друг о друга, он уже давно перестал замечать этот звук. Снег был ослепительно белым, и глаза почти слезились от его яркости. Чем дальше от столицы, тем белее, ни копоти, ни следов повозок, бескрайность. Хотя, быть может слезятся у него глаза не из-за снега, а из-за того, что он болел второй день к ряду. Скудная еда (по тому же принципу ему выданная, как дневной паёк самого бедного человека в столице) кончилась примерно тогда же - пару дней назад. Дурацкие обычаи думал про себя, Сер. Жить всю свою принцову жизнь, чтобы однажды умереть от холода и голода. Но надо признать ему не повезло, что отец умер именно зимой, очень удобно для следующего после Сера - наследника престола, тот небось уже пару месяцев в тайне готовился к испытаниям, и теперь только осталось дождаться смерти принца - и все. А там дело за малым - найти пещеру королей и водрузить там корону, вулкан вспыхнет и дым его возвестит столицу, что король дошёл, прошёл испытание и возвращается домой. Конечно, к тому времени счастливчик в лучшем случае бредил в голодных судорогах и тогда к нему навстречу выезжала чуть ли не спасательная делегация, разворачивали лагерь, отпаивали, отмывали, откармливали, лечили беднягу и только потом он возвращался в столицу. И хорошо, если он не забудет этот опыт и будет помнить не только о богатствах своих и своих вельмож, но и о том, что однажды его сыну предстоит такое же испытание, и у него будет ровно столько, сколько у самого бедного человека столицы. И конечно первое, что делал каждый король - пытался избавиться от ненавистного обычая, но каждый раз иск в мэрию от короля поглощала беспощадная бумажная волокита и он умирал где-то там в недрах темных кабинетов под давлением беспощадной бюрократии. И вот обычай так никуда и не ушёл, а Сер оказался на мерзлой земле, уставший, обезумевший от голода, и мысленно повторяющий мантру: «я все смогу, я все смогу и все у меня получится». И у него неплохо выходило. Сначала он научился делать вид, что у него не мерзнут ноги, просто говорил себе, что ему тепло, что они совсем не немеют, и пальцы его не синие, после трёх дней, он увидел как мизинец его отвалился, хорошо, нога была застывшая, льдышка, и потому он не умер от кровотечения, рана практически не подавала никаких признаков жизни. Вся стопа была синей. Потом он придумал под каким углом наступать на ногу, чтобы не повредить ненароком остальные пальцы. Через какое-то время он нашёл палку и смог опираться на неё, как на костыль, но через некоторое время палка предательски заскользила по льду и он упал, больно ударившись о что-то твёрдое. Сил не было, они закончились тогда, когда он ещё верил, что выберется, нечаянно набредет на пещеру и все. Он ненавидел свой дикий народ за такие традиции, он ненавидел уже эту корону, которую держал в одной руке, он ненавидел себя, что согласился участвовать в этом испытании, что понадеялся, что ему поможет дядя и сможет незаметно помочь припасами, снастями, одеждой, но перед выходом за городские ворота он видел, как полицейская гвардия скакала в сторону дома дяди и он знал, ещё тогда знал, что того распутали, и что Серу ждать помощи не от кого. И тогда он мог отказаться, но он был зол, и даже по-детски обижен, а самое главное самонадеян, он подумал, что здоровье, его молодость и сила будут тут играть какую-то роль и он сможет вернуться, сможет довести это дело с запретом на испытание до конца, он сам лично готов ходить по всем кабинетам министерства и сделать так, как должны были давно сделать - убрать дурацкое испытание, эту дикость. Он будет первым, кто это сделает, он впишет своё имя в истории, и его наследники смогут спокойно один за другим восседать на троне. Но уже выйдя за ворота он подумал, что быть может погорячился.

Сер так и не встал после падения. Когда нашли его тело, оно было засыпано снегом, и на белый свет выглядывала голова, половина туловища, он держал корону перед собой.

- Он ею пытался себя откопать, - почти с благоговением сказал один служащий другому.

Он вытащил из замёрзших пальцев корону, не сразу, а сначала отрубив руку, а потом каждый из пальцев. От ударов топора на короне остались царапины. Свежие среди многих.


Иллюстратор, инста: @strange_art_kz
Корона Рассказ, Авторский рассказ, Страшилка, История, Крипота, Иллюстрации, Рисунок, Автор, Длиннопост
Показать полностью 1
168

Как я провел отпуск

18 августа
Я проснулся от странного гула, исходящего неизвестно откуда. Он был довольно громкий. Я прошелся по всем комнатам своей квартиры, но, естественно никого и ничего не нашел. На улице тоже все было, как обычно. Я не мог понять даже примерно, откуда он исходит. Во всех комнатах он звучал одинаково громко, когда я открывал окна, звук также не изменялся. Я подумал, что он, вероятно, доносится из глубины дома и пошел спать.
На утро я обнаружил, что шкаф в моей комнате был полностью открыт, хотя я не открывал его. Я не смог найти этому объяснение, но постарался забыть об этом и пошел смотреть разные фильмы на компьютере, благо был в отпуске. День прошел незаметно, и я спокойно пошел спать.

19 августа
Я очень сильно перепугался, проснувшись ночью от пронзительного крика из глубины квартиры. Было не ясно, кто кричал - мужчина или женщина, но это было просто ужасно. Крик продлился пару секунд и затих. Я сидел в ступоре, боясь пошевелиться, и не знал, что мне делать. Тишина и темнота давили на меня. Чувство страха активно пыталось перейти в панику, но я старался сохранять спокойствие. Так я просидел минут 15, внимательно вслушиваясь в тишину. Не услышав больше никаких звуков, я громко сказал:
- Тут кто-то есть? Вам нужна помощь?
Я спросил именно так, потому что в этом крике не было ярости, а было только отчаяние. Я подождал еще полминуты и понял, что вопросы останутся без ответов. После этого я резко встал и включил свет в комнате. Затем остановился и снова прислушался. Прошло еще пара минут, когда я наконец собрался духом и вышел в коридор, включив там свет. Ничего не обнаружив, я на волне решительности зашел в другую комнату и щелкнул выключателем. Никого. Посмотрел на балкон - некоторый хлам, который я там храню переместился со своих привычных мест. С первого взгляда незаметно, но если приглядеться - некоторые вещи явно переставлены. Я зашел внутрь и все проверил - никто нигде не прятался. После этого вышел в коридор и заглянул в ванную и туалет - все в порядке. Зашел на кухню и обнаружил, что один из стульев также повернут ко мне сиденьем, а только вчера вечером был задвинут под стол, "смотря" в противоположную сторону. Я задвинул стул и осмотрел всю кухню - остальные предметы были вроде на местах. Я еще раз обошел всю квартиру и все осмотрел. Источик крика мне найти не удалось. Пройдя к себе в комнату, я не выключая свет, начал играть в видеоигры, даже не пытаясь лечь спать. Я знал, что заснуть сейчас не получится. Пока не наступило утро, я постоянно оборачивался и смотрел по сторонам. Чувство тревоги не покидало меня. Казалось, что сейчас откроется дверь в комнату и войдет тот, кто кричал в ночной тишине. Примерно к обеду я сильно захотел спать и, несмотря на все еще непроходящий страх, лег на кровать и уснул.
Проснулся я уже вечером. Полежав немного в кровати, думая о том, что бы это могло быть ночью, я снова пошел проверять все в квартире. Все было так, как я это запомнил ночью - в этот раз ничего не сдвинулось. Я решил, что пора бы уже сходить в магазин. Собрался, оделся и хотел было уже выйти, как... Замок входной двери не поворачивался. Совсем. Постояв минут 10 и поругавшись на китайские фирмы, которые делают эти замки, я пошел за сумкой с инструментами, решив лично разобраться с этим делом. Я принес отвертку и попробовал выкрутить болты, на которых держится замок. У меня ничего не вышло. Было такое чувство, что они были намертво припаяны к замку. Повозившись с болтами еще минут 20, я понял, что так ничего не выйдет. Со злости я взял молоток и попробовал выбить замок. Безрезультатно. Я сел на пол и отдышался. Посидел минуту, думая, что делать. Куда звонить? Кого вызывать? Замочного мастера? Службу спасения? Только если ее. Но не хотелось вызывать таких серьезных людей при такой бытовой проблеме. Решил, что пока попробую сам разобраться. Повозился еще примерно час с замком и решил, что магазин подождет до завтра, так как уже наступила ночь. Эта проблема заставила меня забыть о крике и о перемещающихся предметах прошлой ночью. Поэтому я пошел играть в видеоигры, так как спать пока не хотелось.

20 августа
Ночью я оторвался от видеоигр через пару часов, потому что захотелось в туалет. Посмотрев в сторону двери, ведущей в коридор, я увидел, что она полностью открыта, как и дверь шкафа. Это заставило меня снова испытать чувство страха и вспомнить все события прошлых ночей. Я не видел движения краем глаза и не слышал вообще ничего. Это произошло слишком незаметно. Я встал и пошел вдоль стенки, стараясь держаться, как можно дальше от шкафа. Когда я проходил мимо него, то увидел, что внутри немного двинулась висящая там одежда. И тут я быстрым движением добрался до выключателя и в комнате стало светло. Закрыв дверь в комнате, я осторожно подошел к шкафу. Выложив и проверив всю одежду, я убедился, что в нем ничего нет, почесал голову и закрыл шкаф. После этого открыл дверь комнаты и вышел в коридор. Посмотрев в сторону другой комнаты, я увидел стоящий перед входом в нее стул, который был направлен сиденьем в мою сторону. На этот раз от страха я не остолбенел, а наоборот побежал в туалет, попутно включив там свет и закрыл за собой дверь. Тут меня посетила гениальная мысль, что я не могу выбраться из квартиры и в случае опасности есть только путь через окно, но 8 этаж делает этот вариант не очень примечательным. Все эти мысли только усилили мой страх, а когда я услышал громкий звук удара где-то во второй комнате, то чуть ли уже не впал в панику. Мне потребовалось время, чтобы успокоиться. Я тяжело дышал и немного тряслись руки. Я не мог сразу себя успокоить, потому что не мог найти логического объяснения тому, что происходит вокруг. Через некоторое время я все же смог понизить свой страх, не допустив, чтобы он перерос в панику или истерику. Осторожно открыв дверь, я увидел, что стул все также стоит там. У меня больше не было желания проверять, что издало звук из дальней комнаты. Решив не бежать сломя голову, так как это может усилить страх, я шагом дошел до своей комнаты и закрыл за собой дверь. Посидев пару минут в полной тишине на кровати с включенным светом, я не нашел объяснения тому, что здесь творится. Лучшим вариантом из возможных мне показалось провести остаток ночи за видеоиграми, чтобы отвлечься от всего этого и просто дожить до утра. Свет я выключать не стал. Начав коротать время, я постоянно оглядывался на чертов шкаф, ожидая увидеть его открытым, но он к счастью все время был закрыт. Где-то через час я уже более-менее успокоился, но тут в коридоре за раздался очень неприятный звук. У меня было ощущение, что прямо перед самой дверью в комнату кто-то взял и пластом рухнул на пол с грохотом. После того, как это произошло, я минут десять сидел и неотрывно смотрел на дверь. Стояла полная тишина. Подумав, что теперь я спокойно точно не смогу тут сидеть, я решил... что проверять я все равно не пойду. Посмотрев на дверь еще где-то полчаса в тишине, я попробовал продолжить играть. У меня это плохо получалось, так как я оглядывался чуть ли не каждые 10 секунд. Но со временем я все-таки смог успокоить себя и наконец увидел первые признаки рассвета за окном. Видя, что уже наступает утро, я обрадовался, страх почти полностью исчез. Я провел за играми еще несколько часов, после чего начал думать, что делать с замком. В интернете я наткнулся на объявление об услугах вскрытия и спиливания замков и дверей. Их слоган гласил что-то вроде: "Даже если вы сломали замок в бункере, мы сможем его открыть". Недолго думая, я начал звонить туда. Приведу примерный разговор:
- Служба вскрытия замков, слушаю вас.
- Здравствуйте, у меня замок заклинило, я не могу выйти из квартиры. А все шурупы так залипли, что снять его просто нереально. Вы можете помочь?
- Да. Мы можем попробовать вскрыть его, в крайнем случае - вырежем.
- О, отлично.
- Только у нас сейчас перед вами поступило еще 2 вызова, так что прямо сейчас приехать не сможем. Вы можете немного подождать?
- Могу, но хотелось бы конечно поскорее.
- Постараемся как можно быстрее. Диктуйте адрес.
Сказав им адрес, я остался довольный тем, что скоро смогу наконец выйти отсюда. Затем я пошел проверять квартиру. Открыв дверь комнаты, я увидел, что стул в коридоре стал немного ближе ко мне, чем был ночью. Я осторожно взял его и пошел с ним в комнату. Там все было нормально. Я поставил стул и заглянул на балкон. А там все было просто перевернуто. Я зашел туда и, убедившись, что кроме привычных вещей там больше ничего нет, вышел, ничего не прибирая. После этого я пошел на кухню. Там я увилел, что один из стульев стоял на столе, а сверху на нем была хлебница. Поставив все на место, я увидел, что на подоконнике стоят несколько кружек. Я подошел, чтобы их убрать и посмотрел в окно. По дороге туда-сюда сновали машины, но прохожих видно не было. Только один человек стоял на траве неподалеку от дома. Он был одет в серые штаны и черную кофту. Он просто стоял на газоне, опустив голову, засунув руки в карманы штанов, и не двигался. Я стоял и смотрел на него несколько минут, но он даже не шелохнулся. "Ну и черт с ним" - подумал я и пошел убирать стаканы на место. Закончив с этим, я отправился в комнату и начал смотреть разные фильмы. Посмотрев парочку, я стал беспокоиться, что ко мне до сих пор не пришли эти взломщики. Я начал звонить им. В ходе разговора мне сказали, что у них проблемы с одним из клиентов, но они уже заканчивают и где-то через полчаса направятся ко мне. Я иронично ответил, что буду ждать их дома и никуда не уйду. После этого я решил скоротать время за видеоиграми. Я не заметил, как вместо получаса прошло уже 2 с половиной часа, но никто до сих пор не пришел. Я с недовольством начал туда звонить.
- Служба вскрытия замков, слуша...
- Я вызывал вас уже полдня назад, а вы до сих пор не приехали! - перебил я. - Сказали, что через полчаса будете, а прошло уже больше двух часов!
- Извините за неудобства, конечно, но мы сказали, что через полчаса поедем, а не приедем. К тому же мы уже на месте и хотели сами позвонить вам, потому что мы прямо сейчас звоним и стучим, а нам никто не открывает.
- Как это так? Я ничего не слышал! Вы куда приехали? Может не в ту дверь стучите?
- Все как вы и говорили - ул. Винтовая 46 квартира...
- Какая еще Винтовая?! - крикнул я. - Я говорил Виловая!
- Вы точно уверены?
- Конечно! Я жду вас уже весь день! Надеюсь вы режете замки лучше, чем спешите на вызовы. Жду вас, что мне еще остается.
- Скоро приедем.
Бросив трубку я ударил себя ладонью по лбу и сказал вслух:
- Ну и дибилы.
Я прошел на кухню, положил телефон на стол и налил себе воды из крана в стакан. Подошел к окну, посмотрел туда и чуть не выронил стакан, когда увидел того же самого человека на том же самом месте. Стоит, опустив голову и не двигается.
- Что за фрик? Он что чем-то накидался? - опять вслух сказал я сам себе. Я решил немного постоять и посмотреть на него, совсем ли он не двигается или просто так вышло, что он опять стоит там. Я смотрел около минуты и вдруг увидел, что он начал медленно поднимать голову. Подняв голову он, как мне показалось, стал смотреть прямо на меня. Лицо я отсюда разглядеть не мог, но мне стало не по себе. В этот момент зазвонил телефон, который лежал на столе. Мне пришлось отойти от окна и взять трубку.
- Ало.
- Вы сказали, ваш адрес - Виловая 46?
- Да, - с большим недовольством подумал я. - В чем на этот раз проблема?
- Мы не можем найти этот адрес на карте. Может все-таки Винтовая? Мы еще не уехали оттуда.
- Ви... Ло... Ва... Я... Со... Рок... Шесть...Что вам непонятно?
- То, что дома с адресом Виловая 46 не существует...
- Пошли вы к черту! - закричал я и бросил трубку. После чего сказал вслух:
- Позвоню в службу спасения.
Подойдя к окну, я посмотрел туда, но улица была пуста. Того парня уже нигде не было. "Ну и фиг с ним" - снова про себя сказал я, однако, небольшое чувство тревоги все же появилось. Взяв телефон в руки, я открыл список контактов и остолбенел. Я был просто в шоке. Список контактов изменился - появились новые, незнакомые мне контакты и теперь почти у каждого стояла картинка, хотя я нигде не ставил ее. А самое главное, что это были не просто обычные картинки или фотографии, а скриншоты из каких-то фильмов ужасов. У контакта "Гниль" стояло фото зеленого мешка, из верхушки которого выглядывало несколько пальцев, у контакта "Выход" было фото окровавленного клочка волос, у контакта с именем "САЖУ" была картинка нарисованного парня, прикрывающего лицо руками так, что выглядывает только один глаз. У некоторых других контактов стояли фото каких-то пятен или следов крови, у контакта "Валера" было фото зуба, у контакта "Игорь" - кусок черной тряпки.
- Какой к черту выход?! Какая к черту гниль?! Какой к черту Валера?! - крикнул я в пустоту. - А это вообще бред какой-то! Рандомные наборы тупых символов! Кто это все сделал!? Это тупой розыгрыш или что!?
Сам не знаю зачем, но я нажал на контакт "Выход", чтобы посмотреть информацию о нем. В графе "номер" были не цифры. Там было написано "смерть". Увидев это я бросил телефон на пол и громко крикнул:
- Что блин за бред?!
Но тут я вспомнил, что надо позвонить в службу спасения, чтобы они открыли дверь, поэтому я поднял телефон с пола. Дрожащими руками я набрал нужный номер и стал ждать.
- Служба спасения.
- Ало! Мой замок на входной двери сломан и теперь я не могу выйти. Я уже целый день пытаюсь его открыть, но ничего не выходит. Я заперт в собственной квартире!
- Хорошо, скажите ваш адрес.
- Виловая 46, квартира номер...
- Секунду - оператор перебил меня. После непродолжительной паузы мне ответили. - Виловая 46 вы сказали?
- Да-да. Мне нужна помощь!
- Вы точно уверены? Потому что такого дома нет в нашем городе. Может Винтовая?
- Да нет же! Вы что там смеетесь надо мной? Мне уже задавали этот вопрос, но я вам точно говорю - Виловая 46. Как это нет такого дома, если я прямо сейчас нахожусь там!?
- Я вам говорю - такого дома не существует. Может не 46, а 26?
- Да нет же! - закричал я. - Точно 46 и точно Виловая! Точнее и быть не может! Всю свою жизнь знаю этот адрес также хорошо, как свое имя! Вы что все издеваетесь надо мной? Разыгрываете меня!?
- Вас разыгрывают? - ответили мне. - А по-моему это вы сейчас вызываете службу спасения на адрес, которого нет.
- Да помогите же мне! Существует этот адрес, говорю вам! Существует! Хватит надо мной издеваться! Вы что там оборзели что ли все?!
На том конце бросили трубку раньше, чем я успел договорить. Я не понимал, что происходит со всеми. Я начал в навигационном приложении в своем телефоне пробивать свое местоположение. Когда все загрузилось, то я увидел свою улицу и соседние дома, но на месте, где должен находиться мой дом, стоял пустырь. Там ничего не было, кроме одинокого значка, что я нахожусь на этом месте. Я начал перезванивать в службу спасения, думая, что это какая-то ошибка.
- Служба спасения.
- Ало. Послушайте, произошла ошибка с навигацией! Я вам только что звонил, Виловая 46! Из-за ошибки на карте этот дом не показывается, но на самом деле он там есть. Вы можете приехать к ближайшему дому и увидите дом, в котором я нахожусь.
- Вы все никак не успокоитесь...
- Да, потому что я заперт черт возьми! И не могу выбраться! Вы можете приехать к соседнему дому и увидите дом с адресом Виловая 46! Вот адрес соседнего дома это...
- Вы за кого меня принимаете? - возмущенно ответили мне.
- Да это ошибка с картами, говорю вам! Я не разыгрываю вас! Мне нужна помощь!
- Я могу сказать вам, что знаю те места, как свои пять пальцев. Там никогда не было никакого дома с номером 46. Никогда! Так что не...
- Да как не было?! - крикнул я. - Я в нем живу! Всю жизнь живу! Вы издеваетесь надо мной?! Мне нужна помощь!
- Все, хватит. Не занимайте линию.
- Да вы совсем что ли там обдолбались?! - закричал я во всю глотку и на том конце бросили трубку. - Твари! Уроды! Никакой помощи не дождешься от них!
От злости я бросил телефон на пол. Зашел в свою комнату, сел на кровать и стал думать о том, что вообще сейчас происходит. Спустя минуту я услышал громкий стук во входную дверь. С надеждой, что это те взломщики замков, я побежал смотреть в глазок. Там я увидел своего соседа - сороколетнего мужчину в майке и домашних штанах, - который стоял очень близко к двери и с выпученными глазами неотрывно смотрел прямо на глазок.
- У тебя есть болгарка?! - крикнул я ему через дверь. - Замок заклинило, надо выпилить замок. Эй! Жора! Ты слышишь?!
Но он стоял, не шевелившись, и пялился на глазок почти вплотную к двери. А спустя пару секунд на его лице медленно начинала появляться улыбка, которая в конце концов стала максимально большой.
- Это ты разыгрываешь меня?! - резко крикнул ему я через дверь. - Если не прекратишь, я вызову полицию! Ты понял меня?! Прямо сейчас вызову!
Я крикнул ему еще несколько резких фраз, но он ни разу не шелохнулся. Я стоял, смотрел на него через глазок и кричал все, что в голову взбредет. А он стоял, смотрел и улыбался до ушей. Тут раздался еще один стук, но уже в окно на кухне. Кто-то слегка постучал по стеклу. Я оторвался от глазка и посмотрел на кухню - там ничего не было. Затем раздался еще один стук по стеклу, но на этот раз в дальней комнате. Я стоял на месте, пытаясь понять, что мне теперь делать, как вдруг зазвонил телефон, лежавший в ближней комнате на полу. Я подошел и поднял его. Звонил мне контакт, имя которого состояло из дурацкого набора символов, а на весь экран красовалось фото моего унитаза, в котором лежит чья-то голова.
- Алло, - сказал я, ответив на звонок в надежде, что это может быть кто-то из моих знакомых или хоть кто-то, кто сможет мне помочь. В ответ я услышал непонятный шум и помехи. Не бросая трубку я пошел в туалет, чтобы проверить, что там ничего нет.
- Алло! Вас не слышно! Мне нужна помощь! Я заперт у себя дома! - кричал я в трубку. Зайдя в туалет и ничего в унитазе не обнаружив, я пошел к себе в комнату. Среди помех появился громкий писк, который так начал бить мне по ушам, что я сразу сбросил звонок. Закрыв дверь в комнату, я сел на кровать.
- Что тут творится? - шепотом сказал я сам себе. Спустя примерно минуту я услышал оглушительный звук разбивающихся стекол из соседней комнаты.
- С меня хватит! - крикнул я. - Если это ты, Жора, я тебя прибью!
Я пошел в ту комнату, войдя в которую увидел разбитое окно и осколки стекла повсюду. А в середине комнаты стоял завязанный веревкой зеленый мешок, который по высоте был примерно мне по колено. Я достал свой телефон и открыл Контакты. На картинке одного из них я увидел этот же самый мешок, только он был развязан, а из него выглядывало несколько пальцев. Убрав телефон, я внимательно вгляделся в мешок. Моя решительность и злость снова сменились страхом и тревожностью, когда мешок слегка двинулся. Я сделал шаг назад. Он снова двинулся, на этот раз завалившись на бок, издав при этом хрипящий звук. Я побежал в свою комнату и закрыл за собой дверь. Едва ли переводя дыхание, я трясущимися руками стал двигать шкаф к двери. Когда я закончил, то сел на кровать и уставился на шкаф, прислушиваясь к звукам. Сильный стук во входную дверь прервал тишину. Это опять сосед долбится. Хотя, наверное, никакой не сосед, а какая-то фигня, принявшая его внешность. Или, что еще более вероятно, я просто сошел с ума и все это - мою галлюцинации. Пока я об этом думал, мой телефон завибрировал. Я достал его и посмотрел, что там. А там оказалась какая-то приставучая новость, одна из тех, что вылезают в строке сообщений от какого-нибудь браузера или другого приложения, которые даже не хочешь читать. Но заголовок этой новости немного подходил под происходящее рядом со мной. Там было написано: "Мужчина посчитал грабителя в своем доме галлюцинацией и поэтому решил не защищаться, погибнув от его рук". Я не стал читать о подробностях и просто убрал телефон. Совпадение? Я не знаю. Пока я сидел и думал над этим из коридора начали доноситься непонятные звуки. Они были очень тихие. Прислушавшись, я смог понять, что это за звуки. Тяжелое, как у больного туберкулезом, дыхание. И шаги. Очень тихие и медленные шаги. Прошло несколько секунд и этот кто-то уже проходил мимо моей комнаты дальше по коридору. Хрипящее дыхание стало особенно хорошо слышно в этот момент. От него у меня пошли мурашки по всему телу. Я замер и сам старался не дышать и не издавать никаких звуков. Тихие шаги постепенно стали отдаляться. Кто бы это ни был, он прошел мимо. Появилось желание найти что-нибудь для обороны. Я посмотрел по сторонам - но ничего подходящего тут не было. Посмотрел в окно и... Увидел, что на меня оттуда смотрит какое-то существо. Выглядывает, высовывая только часть головы, со стороны дальней комнаты, держась, видимо, где-то на стене дома. Бледная белая кожа, густые черные волосы свисали на лицо, на котором были огромные безумные глаза. Рот был чуть приоткрыт, там виднелись темно-желтые зубы. По его губам было видно, как он дышит, смотря на меня безумным взглядом. "Похоже, я нашел того, кто стучал по стеклу" - пронеслось у меня в голове среди десятков панических мыслей, которые кричали, что я в ловушке и спрашивали, что теперь делать. Я сидел и смотрел на него, а он - на меня. Это продолжалось пару минут, после его голова медленно исчезла за окном, заглянув назад. Я трясущимися руками вытер бежавшие по щекам слезы и закрыл глаза.
- Может это просто страшный сон... - прошептал я. Через пару секунд тишины, я услышал как тихие шаги с тяжелым дыханием возвращаются. Вот они уже совсем рядом с моей дверью в комнату, к которой придвинут шкаф. Я стралася не шевелиться, но мое тело так тряслось, что я думал, что меня слышно за километр. Но тот, кто шел за дверью, похоже, не замечал этого. Он уже почти прошел мою дверь и вот-вот начал бы удаляться, как вдруг зазвонил телефон.
- Вашу ж мать, - шепотом выругался я и выключил телефон. Шаги за дверью остановились, было слышно хриплое дыхание. Где-то через полминуты в дверь комнаты последовал удар, от которого шкаф немного пошатнулся, но не сдвинулся. Я стал придерживать его, навалившись всем телом. Произошло еще несколько ударов, на этот раз уже посильнее. После очередного толчка я вместе со шкафом чуть не упал на пол, но успел вовремя восстановить равновесие и снова навалился на шкаф. В этот момент я услышал сзади какой-то стук. Посмотрев назад, продолжая наваливаться на шкаф, я увидел, что это стукнуло окно, открывшись на распашку. Вскоре толчки прекратились и я услышал за дверью постепенно удаляющиеся шаги. Я с облегчением выдохнул. Но теперь какие-то звуки раздались уже за моей спиной. Медленно повернув голову, я увидел то самое существо, смотрящее на меня с улицы незадолго до этого. Только теперь оно стояло в комнате рядом с открытым окном. То же бледное лицо с выпученными сумасшедшими глазами, прикотрытый рот с желтыми зубами. Вместо одежды на нем висели рваные грязные тряпки. Его тонкие трясущиеся руки были подняты перед собой на уровне груди. Босые тощие ноги также немного потрясывались. Я стоял и смотрел на него, думая о том, как удачно я забаррикадировал шкафом дверь. Это длилось несколько секунд. А потом он или оно просто рвануло в мою сторону. Резко побежало, издав громкий выдох. Неестественные дерганные движения, махания трясущимися руками перед собой. От страха я повалил в его сторону шкаф, словно он был сделан из бумаги и начал открывать дверь. Хоть шкаф я и свалил, но дверь все равно не открылась полностью, появился только небольшой проем. Но это все для меня было неважно, я, как осьминог, моментально вылетел через эту щель, ободрав себе руку и сильно ударившись плечом. Оказавшись в коридоре я чуть было не упал, подскользнувшись на луже крови около входа в мою комнату, от которой тянулись следы и пятна на кухню и в другую комнату. Мне на все это было плевать в тот момент, самое главное, что рядом не было никаких существ, пытающихся меня убить. Я забежал в туалет и запер дверь, благо тут была щеколда. Посмотрев в унитаз, я увидел, что в нем лежит голова. Я захлопнул крышку и сел на нее. Через пару секунд я услышал скрип отодвигаемого шкафа и открытия двери комнаты, после чего очень частое дыхание, прямо как у собаки, приближающееся ко мне. Затем в дверь забарабанили так, что я чуть не оглох, сидя тут. Но даже через этот грохот я слышал его громкое частое дыхание, повторявшееся примерно 2-3 раза в секунду. Сколько это все продлилось я не знаю. Может полчаса, может час. Эта фигня просто стояла там и барабанила по двери. А через какое-то время, вдруг перестала, рухнув прямо там, перестав дышать. В этот момент я тоже ненадолго перестал дышать, прислушиваясь. Вроде все было тихо. Я вытер свои щеки, полностью мокрые от слез и стал просто ждать. Прошло еще около получаса, все было тихо. Я стал потихоньку успокаиваться, как услышал какой-то тихий шепот. Я не мог разобрать слова, они были будто на неизвестном мне языке. Шепот был очень быстрый и неприятный. Он исходил откуда-то совсем рядом. Я осмотрелся по сторонам, на пол, потолок - нигде ничего не было. Затем открыл крышку и посмотрел в унитаз. На меня смотрела та самая голова, быстро шевеля губами и издавая этот самый шепот. "Смотрела" это сильно сказано, потому что на месте глаз красовались кровавые отверстия. Я закрыл крышку и лег на пол, рядом с унитазом. Я пролежал около десяти минут, слушая дурацкий шепот, перед тем, как на кухне засвистел чайник. Я лежал, даже не подняв головы, а он все свистел и свистел.
- Пошли все к черту. Я не выйду отсюда, хоть что делайте... И не сдамся, - пробубнил я себе под нос. Спустя минуту чайник перестал свистеть, будто его выключили. Я лежал и пытался заснуть под этот шепот. Он уже не казался страшным, только раздражающим. Не знаю сколько я так пролежал, но в конце концов мне удалось заснуть.

21 августа
Никогда не думал, что после того, как меня разбудят полицейские, я смогу так радоваться. Они сказали мне, что нашли следы взлома в квартире. А еще, что пропало несколько ценных вещей. Но мне было абсолютно плевать на это все. Никаких голов, никаких страшных существ уже не было. Полицейские показали мне фото предполагаемого грабителя. На нем был мужчина с довольно бледной кожей, в руках которого находился тот самый зеленый пакет. Только из него торчали не пальцы, а провода от электронных приборов. Меня спросили, не пострадал ли я. Я ответил, что только слегка ушибся, когда убегал. Они выслушали мою историю о том, что на меня хотел напасть грабитель, а я заперся в туалете, где меня и нашли. Затем они ушли. Я до сих пор не могу понять, что это черт возьми все было. Возможно, что мне в еду подсыпали что-то. То, что я видел, было просто неимоверно ужасно. Я взял свой телефон, увидел, что все мои нормальные контакты на месте. Нет никаких мерзких фото. Выйдя на улицу, я еще никогда так не радовался солнечной погоде. Я решил, что потрачу этот день, чтобы просто походить, погулять по улице. Потому что после этого всего я уже не мог оставаться дома. Я позвонил и снял номер в гостинице, думая, что мне теперь потребуется немного времени, чтобы я смог спокойно спать в своей квартире. Весь этот день я провел на свежем воздухе, наслаждаясь хорошей погодой.

22 августа
Проснувшись утром в гостинице, я со страхом проверял, все ли везде в порядке и не сдвинулись ли вещи. Убедившись, что все в хорошо, я начал писать этот дневник, чтобы записать все во всех подробностях, пока я ничего не забыл. Я потратил на это весь этот день и с небольшой опаской, но все же счастливый, я лег спать. Вот же странный отпуск у меня получается.

---

- Ну что? Дочитал? - спросил молодой полицейский у другого, который был уже почти пожилой. Они стояли в комнате рядом с телом мужчины, неподалеку от которого они нашли дневник. Все стены были исцарапаны разными надписями.
- Да, - ответил ему тот. - Если верить дневнику, он выбрался и снял номер в гостинице.
- Верить дневнику? - он насмешливо улыбнулся. - Тебя не смущает, какой бред там написан? Мы проверили его телефон. Он никому не звонил все эти дни. Вообще. Более того, он сам не отвечал ни на один звонок. Как и не реагировал на стуки во входную дверь. Я сразу, как увидел его, понял, что никуда он не выходил и ни с кем не разговаривал ни по телефону, ни как-либо еще.
- Ты уже встречал такое?
- Да, - ответил молодой полицейский. - И честно сказать лучше бы не встречал.
Они посмотрели на расцарапанные стены. На них были такие надписи, как "Помогите", "Оно следит за мной", "Когда же закончится эта ночь", "Не могу спать" и другие.
- Может ты и причину смерти знаешь? - спросил старший из полицейских.
- Да. Сердечный приступ скорее всего. Это уже третий случай на неделе, - мрачно ответил ему собеседник, смотря на тело.
- Не знаю, - сказал полицейский, указав на голову мертвого мужчины, под которой едва заметно виднелась кровь. Младший из них после этого перевел взгляд на одну надпись на стене, там было выцарапано "Не сдамся". Он посмотрел на своего напарника, который внезапно сказал шепотом:
- Это все равно его не спасло.
- Что? - спросил он его. - Что ты сказал?
- Ничего, - удивленно сказал старший. - Я ничего не говорил.
- Шутник, - раздраженно ответил ему младший и вышел из комнаты.

Показать полностью
267

Чертиха

Старая, помятая временем и большими температурами буржуйка, наспех сваренная отцом, была самым популярным предметом в квартире. Этот черный закоптившийся железный ящик, чья труба тянулась вдоль стены и выходила в форточку, был настоящим источником жизни. На ней готовилась еда, кипятилась вода, она защищала от холодной смерти.

Самого отца давно не стало.

— Чертиха утащила, — в очередной раз ответила бабка любопытным внучатам и, оборвав со стены кусок обоев, точно бересту, подожгла её и положила в печку. Туда же она подкинула несколько щепок, которые настрогала из ножки от стула, приволоченного из соседней квартиры.

По комнате тут же пошёл запах горящего обойного клея и лака, которым была когда-то пропитана мебель.

— Кто такая эта Чертиха? — постоянно спрашивал Вовка, словно ожидая, что бабка в этот раз расскажет что-то новое, но рассказ всегда был один и тот же и совсем не менялся с годами, точно квартира с забитыми окнами, в которой они жили.

— Злая ведьма. Она тяжело дышит, ломает кости, с собой приносит холод, а если посмотреть ей в глаза, то она навсегда заберет тебя туда, где море мертвяков и адский мороз, от которого леденеет душа.

Дети начинали жаться друг к другу, точно щенята, а бабка мгновенно доставала из кармана фотографию их отца.

— Вот папка ваш непослушный был, она его и утащила с собой. Красивый? — давала она подержать карточку малышам.

— Очень красивый, — умилялась Алёнка и целовала глянцевую карточку.

Вовка фотографию не целовал, но прижимал к сердцу.

— Я бы эту Чертиху убил! Я бы ей голову оторвал, — злобно бормотал мальчонка, сжимая свои кулачки так сильно, что

костяшки белели. — Придёт сегодня ночью, так и сделаю. Клянусь, что так и сделаю!

Бабка тут же хмурила брови и отбирала карточку, параллельно ругаясь и иногда роняя слезы.

— Взглянешь в глаза и заберет тебя! Сразу же! Понял?! Никто тебя не спасет!

Аленка тут же обнимала брата и просила, чтобы тот ни за что не смотрел на Чертиху. А ведь она являлась к ним каждую ночь.

Печку обычно разжигали ближе к вечеру. Она быстро протапливала помещение, можно было спокойно спать, не боясь замерзнуть насмерть. Готовила бабка исключительно ужин и всегда две кастрюли. Одна предназначалась ей и внукам, а вторая оставлялась для Чертихи в качестве подати, чтобы та никого не трогала и уходила в одиночестве. Обе кастрюли заворачивались в одеяло и ставились ближе к печке, чтобы не остыть до самого утра. Внуки всегда помогали бабке с этим. Это была такая игра — они превращали ужин в завтрак.

— Почему мы должны отдавать свою еду этой Чертихе?! — постоянно обрушивался Вовчик на бабку, когда та закутывала вторую кастрюлю.

— Потому что нужно быть добрым ко всем, иначе сам превратишься в Чертиху.

Мальчику это объяснение не нравилось, и он несколько раз плевал в кастрюлю, предназначавшуюся ночной гостье, за что получал подзатыльник от бабки и следом обязательно отправлялся в ссылку в самый холодный угол, где обычно хныкал и примирялся с чувством несправедливости.

Из квартиры дети не выходили никогда. Про такие вещи как солнце, луна, дождь, радуга, снег они знали лишь из тех книжек, что женщина периодически притаскивала. Она сама научила их читать и писать. Объяснила, как складывать и умножать, дала им столько знаний, сколько успела скопить в своей голове за долгую жизнь, но она никогда не рассказывала им о войне. Если вдруг кто-

то из детишек находил в книжке упоминания об этом свойственном для человечества жесточайшем процессе, она тут же отнимала книгу и бросала её в печку.

Если дети продолжали донимать её расспросами, она выходила из квартиры и пропадала на несколько часов. Дверь, естественно, запиралась на все замки.

Отбой всегда наступал в одно и то же время. Ровно в девять вечера гасились свечи, печка забивалась под завязку, точно щёки у хомяка, она благодарно начинала гудеть, заставляя иней на стенах таять.

Бабка всегда следила за тем, чтобы внуки ложились лицом к стенке и не поворачивались. Она выжидала, пока дети уснут, прислушивалась к дыханию, а когда становилось очевидным, что оба погрузились в глубокий сон, она тихонько подкрадывалась к двери и открывала замки. Затем она ждала.

Ждать всегда приходилось по-разному. Иногда дверь открывалась в полночь, иногда ближе к утру, но Чертиха всегда приходила.

И в этот раз она пришла. Петли скрипнули, дверь потихоньку пошла наружу, впуская внутрь темноту и ночного пришельца. Чертиха мягко, насколько это возможно сделать в сапогах, прошагала к печке, неся за собой лютый холод, который зацепился за её одежды, точно репейник.

На пол опустились пакеты с едой, развернулось одеяло, достался ужин. Чертиха уселась рядом с бабкой и принялась хлебать горячую еду, стараясь не чавкать.

Бабка сделала движение головой, что означало вопрос. Чертиха в ответ мотала своей, это означало, что всё по-прежнему плохо. Бабка начинала лить слёзы, но тихо, так, чтобы не разбудить внуков.

Чертиха гладила бабку по седой голове и тяжело вздыхала. Потом она ломала о колено несколько ножек от стульев и бросала их в печь.

Вовка не спал. Он решил, что сегодня ночью покончит с Чертихой раз и навсегда. В руках он сжимал карандаш, который тайком от бабки взял с собой в постель. Как только послышался звук «ломающихся костей», Вовка скинул с себя одеяло и, вскочив с кровати, побежал в сторону незваной гостьи, занеся над головой своё оружие.

Бабка ахнула. Она уже хотела было сбить внука на пути к неминуемой ошибке, но не успела.

— Вовка! — крикнула Чертиха невероятно знакомым голосом, и Вовка встал как вкопанный. Голос этот ударил точно в сердце мальчика и парализовал его.

— Не смотри, не смотри ей в глаза! — пищала с кровати проснувшаяся Алёнка, спрятав лицо под одеяло. Но было поздно. Вовка посмотрел.

Перед ним в грязном тулупе с перевязанной бинтами головой сидел мужчина. Лицо его было обезображено. Веки и губы отсутствовали. Нос был сплющен. Ожоги почти не оставили живой плоти. На мальчика смотрел всего один глаз, так как второй был серым, точно бетонные стены, с которых бабка срывала обои для розжига. Ничего страшнее Вовка и представить не мог, но глаза не отводил. В этом чудовищном лице, похожем на морду демона, о которых Вовка любил читать и рассматривать картинки в книжках, не успевших пройти цензуру бабки и спрятанные им, мальчик увидел что-то знакомое.

— Мне нужно уйти, — сказал демон.

— Нет! Стой! — закричал вышедший из транса мальчишка. — Папа?! — спросил он, всматриваясь в глаза Чертихи.

У злой «ведьмы» полились слезы.

— Ты не должен был видеть этого! — рявкнул мужчина и злобно зыркнул в сторону старушки, которая от стыда прикрыла рот.

Мальчик рванулся к мужчине и, несмотря на страх, обнял его. Холод с одежды тут же начал покусывать парнишке лицо, но Вовка

не обращал внимания. Он крепко сжал тулуп и сидевшего в нём человека.

Тут из-под одеяла вылезла Алёнка и, несмотря на смертельный ужас, рискнула взглянуть в глаза Чертихи.

Увидев уродство, она взвизгнула и снова спряталась под одеяло.

— Почему ты бросил нас?! — плакал Вовка, не разжимая хватки.

— Я никогда не бросал вас, — прохрипел растроганный мужчина и погладил мальчика по голове.

— Вы не должны были видеть меня. Вы последние, кто не видел ужасов войны. И вы должны пережить это в неведении. Кошмары должны обойти вас стороной! Моё лицо должно было обойти вас стороной, но ты такой непослушный паренек, весь в свою мамку.

Слезы у отца текли ручьем. Через минуту уже оба любимых ребенка сидели у него на коленях и жались к тулупу.

— Когда же всё это закончится? — спросила, наконец, бабка дрожащим голосом.

— Я слышал, что скоро все фронты будут пробиты. Мы обязательно победим, обязательно спасемся. Жаль вот только, что климат уже не изменится, и вечная мерзлота будет длиться еще сотни лет. Спасибо атомной войне.

— А кто такая война? — промычала Аленка, тычась носом в грудь мужчины.

— Война — это злая ведьма. Она тяжело дышит, ломает кости, с собой приносит холод, а если посмотреть ей в глаза, то она навсегда заберет тебя туда, где море мертвяков и адский мороз, от которого леденеет душа

(с) Александр Райн

Автор в соц. сетях

https://www.facebook.com/AlexandrRasskaz

https://vk.com/alexrasskaz

Чертиха Авторский рассказ, Страшилка, Война, Ядерная война, Ведьмы, Дети, Зима, Длиннопост
Показать полностью 1
62

Наследство

Глава четвертая.


Глава первая - Наследство

Глава вторая - Наследство

Глава третья - Наследство

Врач внимательно посмотрел на Дениса и достал из кармана телефон. "Я не трогал ее. У нее шизофрения, есть справка", - сбивчиво сказал Денис. Быстрым шагом он направился в гостиную на поиски своего рюкзака. Врач, который попросил позвонить в полицию, жестом дал понять, что нужно повременить со звонком и направился за парнем. Денис судорожно искал листок, затерявшийся в недрах подкладки рюкзака. "Вот нашел, держите", - и он протянул заключение, отданное нотариусом. Врач в свою очередь бегло прочел содержимое и вернул справку Денису. "Понятно. Бабуля с нами поедет!" - крикнул врач своему коллеге, который оставался в комнате со старухой. В ответ молчание. Парень и врач переглянулись. "Пульс не прощупывается!" - послышался голос из комнаты. Денис остолбенел, а работник «скорой» бросился назад в комнату. Когда Денис нашел в себе силы вернуться к старухе, то увидел ее, лежащую на кровати. Рядом с ней медработники вели осмотр. "Всё. Умерла. Нужно констатировать смерть", - произнес врач, смотревший заключение о шизофрении. Денис подошел ближе к кровати. Бабка лежала спокойно, руки были сложены на груди. Лицо имело умиротворенный вид и неестественную бледность. У Дениса сложилось впечатление, что ее посыпали белой пудрой, и не только лицо, но и руки, и ноги. Глаза старухи были закрыты. Юноша кончиком указательного пальца дотронулся до ее руки, кожа оказалась ледяной. Мужчины в белых халатах ушли из квартиры за носилками в машину скорой помощи. Денис не смог оставаться с умершей в одной комнате и вышел в коридор. "Она просто умерла. Всё закончилось", - юноша смотрел в одну точку и улыбался. В его голове пронесли мысли о том, как он начнет жить здесь один. Зачатки надежды на счастливую беззаботную жизнь поселились в его душе. От его размышлений отвлекла бригада «скорой», которая вернулась в квартиру за старухой. Они принесли какой-то черный мешок. Денис проследовал за ними в комнату. Один из врачей расстелил мешок на полу. Второй посмотрел на парня и махнул ему рукой. Денис повиновался и подошел. Врач показал на ноги бабки и вместе с тем взялся за простынь, заправленную в кровать. Парень взялся за лодыжки покойницы, они были очень костлявые и холодные. Врач покачал головой и кивнул в сторону простыни. Денис сообразил и тоже схватился за края простыни, на которой лежала бабка. Вдвоем они подняли старуху и перенесли ее на мешок. Врач ловко застегнул «молнию» и бабка исчезла из виду. Юноша вздохнул с облегчением. Врачи уже сами без участия Дениса понесли труп к выходу из квартиры. "Она будет в морге шестой городской", - крикнул один из бригады уже в подъезде у лифта. Врачи вместе с трупом скрылись в лифте. Парень задумался, о том как они втроем там поместились и ему представилось перед глазами, что бабка сложенная пополам в этом мешке едет в лифте, придерживаемая двумя работниками скорой. Он вздрогнул от этой картины.

В эту ночь Денис спал без задних ног. Он проснулся только к обеду. От ощущения одиночества в этой квартире, ему дышалось легко и свободно. День предвещал хлопоты, связанные с уборкой захламленной квартиры, походом в магазин и проведением приятного вечера в компании телевизора. Денис предвкушал свободу и безмятежность. Весь день, проведя за домашними делами, юноша чувствовал счастье, последний раз оно посещало его в глубоком детстве, еще при жизни с мамой. В приятных заботах время пролетело незаметно. За окнами стемнело, в квартире уже стало чище и уютней. Денис испытывал удовлетворение от проделанной работы. Он сделал себе пару бутербродов с колбасой и сливочным маслом, и расположился в кресле за просмотром фильма. Сюжет картины не особо ему был интересен, он получал удовольствие от того, что ему не нужно ничего опасаться, никого бояться. Все люди, которые ему причиняли боль, страх и обиды в прошлом. Денис понял, что мобильник он не включал весь день, и ему не нужно бояться расправы или наказания. Даже если опекуны попытаются забрать его, он расскажет соцработникам о мерзком поведении дяди Игоря. О чем, кстати, Денис предупредил его, на случай если тот явится и решит забрать парня назад к себе в их семейку.

Безмятежность и нагрузка за день сделали свое дело и Денис заснул в кресле. Во сне парень увидел цветущий сад, с выложенными плиткой дорожками. Узорчатые лавочки, залитые лучами солнца, манили присесть на них. Прогулка по этому саду сопровождалась пением птиц, которые перескакивали с ветки на ветку в кронах деревьев. Денис остановился напротив большого цветущего дерева. На нем было множество беленьких маленьких цветов. Рассматривая красивые ветви этого дерева, он заметил, как одна ветка начала двигаться. Движения ее были медленные и извивающиеся. Приглядевшись, Денис понял, что ветвь отлична по цвету от остальных. Как вдруг ветка скрылась из его поля зрения. Денис начал искать ее глазами, и в момент перед ним выскочила змеиная голова. Змея уставилась на него и выгнулась перед прыжком. Она широко открыла свою пасть и щелкнула языком. Парень распахнул глаза и не мог поверить в то, что увидел. Прямо над ним стояла согнувшись старуха, та которую вчера отвезли в морг. Она щелкнула языком, так же как и змея во сне. "Что? Этого не может быть! Ты же умерла!" - вскакивая с кресла вскрикнул Денис. "Я смотрю ты не особо горюешь", - хихикая сказала бабка. Денис помчался от нее в сторону выхода из квартиры, но не смог выбраться. Замок двери не поддавался. "Помогите!" - закричал паренек. Но почувствовал, что его схватили за ухо и с огромной силой дернули от двери. Денис упал на пол, а над ним висела в воздухе бабка. Она была обмотана белой простыней. Кожа ее тела была такой же бледной, как и простынь на старухе. Денис начал часто дышать. Черные неестественные глаза бабки неморгая смотрели на парня. И тут он увидел, что ее кожа на лице, словно отошла от ее черепа. "Это что? Маска?"- пронзила юношу ужасающая мысль. В это мгновение старуха раскрыла рот из него начала сочиться кровавая слюна. Денис почувствовал, что его сейчас стошнит. Бабка потянула к нему свои тощие костлявые руки, обтянутые белой кожей. Ужас окутал парня и он отключился.

Сколько времени Денис провел без сознания и, что в это время с ним творила старуха он не знал. Очнувшись, он обнаружил, что бабка сидит рядом с ним нога на ногу и сверлит его все тем же не моргающим взглядом. "Что ты хочешь?" - хныкая произнес Денис. Она поднесла костлявые пальцы к своему лицу и почесала его. Вместе с почесываниями кожа лица двигалась. Старуха сжала всё лица в кулак и сбросила его на пол. Денис взвизгнул. На месте лица старухи остался череп без носа с движущимися черными шариками вместо глаз. Череп её был покрыт черной кожей с волдырями. Существо захихикало. Парень зажмурился, но приоткрыв один глаз, увидел, что череп остался на месте. "Кто ты? Моя бабушка?" - со слезами спросил Денис. Череп широко открыл рот и расхохотался. "Считай я - твое наследство. Меня тебе передал твой папаня. Я с ним жил последние пятнадцать лет. А твоя бабка умерла в один день с мои появлением. Он был хороший мужик. Но помер, а теперь ты мой кормилец", - череп отделился от тела бабки и поднялся под потолок. Тело осталось сидеть на стуле. Денис попытался встать с кресла, но рука тела без головы усадила его место. "Если ты думаешь, что сможешь от меня убежать, то даже не старайся. Теперь мы неразлучны. Кстати, я очень голоден", - после того, как череп произнес эту фразу, он щелкнул языком. "Чем же ты питаешься?" - промямлил Денис. Череп приземлился обратно на шею старческого тела. "Кровь. Тебе будет просто ее добывать. Она есть у каждого", - захихикал он. Парень сглотнул слюну. "Лучше, конечно, молодая кровь и здоровая. В идеале детская", - продолжил череп. Денис увидел в окне рассвет. Череп проследил за взглядом юноши, увидел поднимающееся солнце, поднял с пола лицо и натянул обратно. Бабка уже в обычном виде, поднялась под потолок и двинулась в сторону своей комнаты. Денис тихонько заплакал. Одномоментно рухнули планы и исчезли мечты. Пришло понимание, что жизнь превратилась ещё в больший ад. Ему на глаза попался его мобильник, и Дениса осенила идея. "Так я и поступлю..." - прошептал парень себе под нос.

Конец четвертой главы. Продолжение следует...
Показать полностью
62

Наследство

Глава третья.


Глава первая - Наследство

Глава вторая - Наследство

Раннее солнце, которое взошло в районе четырех утра, обрадовало Дениса. Он лежал, вжавшись в диван всю ночь, и так и не смог сомкнуть глаз. Ужас от вида его бабушки не отпускал его. Он даже не мог собраться с силами, чтобы дойти до туалета, а желание помочиться было нестерпимым. Юноша собрал всю волю в кулак и быстрым шагом направился к выходу из квартиры. Замок не сразу поддался, пальцы не слушались и от этого у Дениса все похолодело внутри. Как только дверь открылась, он рванул в подъезд. Пробежал все лестничные пролеты, и как только оказался на улице, еле сдерживая нужду, пристроился к ближайшему дереву. После того как он облегчился, понял, что назад идти он не может. Растерянный он присел на ближайшую лавочку. Двор был пуст и освещен первыми лучами солнца. Оно уже припекало, что обещало днем жару. Денис взял тонкую веточку, лежащую рядом со скамейкой и начал рисовать на земле. В детстве он любил рисовать такие узоры. Это занятие успокаивало и отвлекало от переживаний. Веточка следуя, его движениям изобразила круги от них линии. В итоге вышел рисунок, напоминающий солнце. Денис увидел, как капля упала возле рисунка. Это была его слеза. Разочарование и безысходность посетили его душу и разум. Он совершенно не знал, что ему делать и куда идти. Но точно понимал, что назад в эту квартиру он не вернется. Чувство голода начинало развиваться в его желудке и перерастать в боль. Денис решил, что голодным он точно ничего не придумает. Оглядев двор, парень направился к центральной дороге. Ему встретился человек, который выгуливал собаку. «Извините, подскажите, пожалуйста, где находится ближайший круглосуточный магазин?» - спросил он у собачника. Прохожий махнул рукой в сторону, видневшегося перекрестка. Денис направился в указанном направлении. Показавшийся торговый центр, с вывеской, гласящей о режиме работы в двадцать четыре часа, безмерно обрадовал парня. Он шагнул в пекарню с торца здания. Там пустовали столики, и пахло свежей выпечкой. Лицо Дениса коснулась улыбка. Приветливая девушка приняла заказ и отправилась к кофемашине, а парень ,усевшись за один из столиков, стал ожидать свой завтрак. Он полез в свой рюкзак за пакетом с купюрами, но наткнулся на визитку, воткнутую во внутренний карман рюкзака. Денис достал ее, и его посетила мысль. Визитка была на имя нотариуса, который исполнял волю его умершего отца. Именно этот человек нашел Дениса и рассказал ему о наследстве. После того, как нотариус оформил все документы на наследование, он оставил Денису свою визитку. На ней были указаны его данные, в том числе и адрес места работы. Решение поехать к Андрею Юрьевичу, так звали нотариуса, было принято немедленно. Денис смёл все с тарелки и осушил чашку кофе, но чувство насыщенности не наступало. «Нет, я не хочу есть, я просто нервничаю», - пояснял себе мысленно Денис свое состояние. Осмелившись обраться к девушке за прилавком пекарни с просьбой вызвать такси, юноше сделал первый шаг в поисках выхода из сложившейся ситуации.

Офис нотариуса находился в пятиэтажке жилого дома. Денис приехал рано еще до открытия и решил подождать. Он расположился на лавочке возле входа в контору. Ожидание было томным, но не долгим. На горизонте показалась знакомая фигура Андрея Юрьевича. Нотариус размеренно шел с автомобильной стоянки к входу своего офиса. Парень и нотариус поравнялись. Поднятые брови юриста выдали удивление от визита Дениса.

- Здравствуйте, мне нужна ваша помощь, - без лишних предысторий начал юноша.

- Здравствуй, пойдем в кабинет. Я рад тебя видеть, - с улыбкой поприветствовал его Андрей Юрьевич.

Они зашли в светлый и уютный офис. Прошли мимо стойки секретаря и направились в кабинет на двери, которого висела табличка «Нотариус. Бахтеев Андрей Юрьевич». Сам кабинет был просторным и светлым. Денис сел в удобное кресло напротив стола, за который сел его собеседник. Юрист сложил ладони домиком, а локти его уперлись в стол. Такая поза говорила о том, что он готов слушать. «С моей бабушкой что-то не так. Возможно она сумасшедшая. То как она себя ведет, пугает меня, и я не могу с ней жить. Что мне делать? Может у вас есть варианты?» - поведал Денис свою проблему. Нотариус встал из-за стола, подошел к металлическому шкафу. Открыл один из ящиков и ловким движением пальцев достал бумажную папку. Натянув очки на нос, он начал бегло просматривать страницы в папке. Денис наблюдал и напряжение нарастало. «Я знаю. Я понял, что мы будем делать. У меня есть заключение психиатра о заболевании твоей бабки. Но эта болезнь не опасна для окружающих. Чтобы ты смог ее положить в больницу на принудительное лечение тебе требуется вызвать санитаров, когда у нее будет припадок. Они зафиксируют ее приступ и оставят на лечение», - с довольным видом выпалил Андрей Юрьевич. Парень помолчал, а потом произнес: «То есть мне придется с ней жить?» Юрист снял очки и кивнул в ответ. «Денис, ты не переживай. У тебя есть мой номер, звони в любое время. Твой отец был моим другом. У него были причины не забирать тебя. Он ведь все время о тебе говорил. У него были проблемы со здоровьем ,возможно которые ему передались от его матери. Твой отец всю жизнь лечился и проходил терапию. Вот держи заключение психиатра, в нем диагноз твоей бабушки», - нотариус протянул ему листок формата А4. В заключение были указаны данные бабушки и прописан диагноз «параноидальная шизофрения».

Денис вышел из нотариальной конторы ощущения были неоднозначными. С одной стороны он получил вариант выхода из сложившейся ситуации, а с другой стороны ему придется побыть с бабкой до ее приступа. Солнце уже поднялось высоко. Парень знал, что это означает обеденное время. Ему хотелось попасть в квартиру до наступления темноты. Денис быстрым шагом направился в сторону видневшегося такси. «Эй, жирный!» - услышал парень звонкий мальчишечий крик. Денис обернулся и увидел, как двое мальчишек кидают мелкие камешки в пухлого мальчика. Тот только пытался сжаться и прикрыть голову от летящих в него снарядов. В памяти Дениса всплыла похожая ситуация. Он вспомнил, как бежал из школы, а за ним гналась троица его одноклассников. Они харкали в его спину на портфель. Отвешивали подзатыльники и оскорбляли Дениса. Он вспомнил, как забежал домой и захлопнул за собой входную дверь. Ему навстречу вышел дядя Игорь. С нахмуренным лицом он подошел к мальчику и спросил: «Что это с тобой? Почему такой красный и запыхавшийся? Фу, у тебя вся спина в харчках. Знаешь, что с такими как ты делают на зоне? Я знаю, ведь я там работаю. Снимай свой рюкзак и иди в ванную»,- мужчина подошел к Денису и силой взял его за шею. Мальчик не мог сопротивляться, ему было всего девять лет. Дядя Игорь завел мальчика в ванную комнату, заставил раздеться и лечь в ванную. Затем он помочился на ребенка. Денис плакал, просил этого не делать, но тот не останавливался, а лишь ухмылялся. Дальше случилось, то после чего мальчик потерял сознание. В его памяти отложился лишь момент, как дядя Игорь взял его волосы на затылке и потянул их назад с такой силой, чтобы ребенок не смог закрыть рот. Денис видел, как его дядя взял в руку свой половой орган и начал запихивать ребенку в рот. После этого Денис отключился. Таких моментов домогательств со стороны педофила было еще множество, но тот к счастью Дениса, был импотентом, и так и не мог осуществить свои больные фантазии.

Денис очнулся от своих воспоминаний, а мальчишки уже пропали из его поля зрения. Парень поспешил к такси. В своих размышлениях он и не заметил, как оказался у двери квартиры. Ключей у него не было, пришлось звонить в дверь. Старуха так же, как и вчера показалась в щели дверного проема. Затем она распахнула дверь перед своим внуком. Она хихикала и внимательно рассматривала Дениса. Парень прошел в квартиру и почувствовал, что запах тухлятины стал сильнее. Бабка посеменила в свою комнату. Денис не решился идти за ней, а отправился в гостиную. Он обнаружил свой мобильник, включил его. Посыпались сообщения. Юноша удалил их не читая, он знал, что все они от одного «Урода».

Денис весь вечер пытался вникнуть в суть телепередач, но ничего так у него и не получилось. Бабка не заходила к нему комнату и вела себя тихо. Парень, было, успокоился и решил, что сегодняшняя ночь пройдет без происшествий, но услышал неприятный звук. Он напоминал гортанные хрипы. У Дениса застыла кровь в жилах от ужаса. Он очень не хотел идти и смотреть на то, что делает бабка. В этот момент его озарила мысль. Он схватил телефон, набрал номер 112. «Диспетчер службы спасения слушает. Что у вас случилось?» - спросила девушка на той стороне трубки. «У моей бабушки приступ, она хрипит, помогите, вызовите психбольницу», - почти шепотом говорил Денис. «Продиктуйте ваш адрес», - ответила диспетчер. Паренек продиктовал и положил трубку. Звук из комнаты старухи был монотонным. Денис вслушивался, как вдруг хрипы стали приближаться. Денис рванул к двери комнаты и подпер ее собой, сев на пол. Он весь покрылся потом. Гортанные хрипы доносились прямо из-за двери. Бабку и Дениса разделяла межкомнатная дверь. Удар, еще удар. Бабка стучала обеими руками симметрично по двери в комнату. «Перестань», - выкрикнул Денис. Все резко закончилось. Не было слышно ни хрипов, ни стука, ничего. Денис услышал звонок в домофон и вскочил. Распахнул дверь он замер от ужаса. Старуха висела под потолком. Ее широко расставленные ноги, обтянутые белой кожей были усеяны венами. Парень осознал ,что она стучала не руками по двери, а этими ногами вися под потолком. Он поднял взгляд и увидел, ее черные, сверлящие глазенки. Они были неживые. Старуха щелкнула языком, и не спеша повернулась, все так же в воздухе, и направилась в свою комнату. При этом ее ноги были широко расставлены и она ступнями терлась о стены коридора. Старуха улетела к себе в комнату, а Денис подбежал к домофону и нажал кнопку с замком. Люди в белых халатах зашли в квартиру. «Где больная?» - сухо спросил санитар. Денис молча махнул в сторону комнаты. Бригада направилась по коридору вглубь квартиры. Юноша поплелся за ними. «Что беспокоит?» - подойдя к сидящей бабке на кровати, спросил один из врачей. «Она хрипит и ведет себя странно», - промямлил Денис. «Молодой человек, почему у нее вся шея в красных полосах? Вы кем ей приходитесь?» - рассматривая бабку, спросил все тот же врач. «Я ее внук. Я не знаю, что у нее за полосы», - ответил юноша. Врач подозрительно посмотрел на него и сказал своему коллеге: «Звони в полицию. Пусть разберутся».

Конец третьей главы. Продолжение следует...

Показать полностью
70

Наследство

Глава вторая.

Глава первая - Наследство

Автобус приближался к городу .Чем быстрее сокращалось расстояние до пункта назначения, тем больше Денис нервничал. Он понимал, что никто не встретит его на автовокзале. Потная ладонь сжимала листок с адресом в кармане. Мысли в голове сбивались. Для Дениса любая поездка была в новинку, и алгоритм действий выстроить самостоятельно являлось сложной задачей. Парень увидел за окном указатель с названием города, и у него сильно забилось сердце. Необъяснимая радость , смешанная с волнением переполняли Дениса. В окне автобуса пестрели здания с вывесками магазинов, аптек, торговых центров. Ему казалось, что улицы кишат людьми, что автомобили двигаются хаотично. Взгляду открывался большой город, намного больше, чем тот, который видел Денис раньше. В его, как он считал уже прошлом мире, не было такой динамики вокруг, не было таких высоток. Завороженный происходящим за окном, Денис не обратил внимания, как люди в автобусе начали собираться и вставать со своих мест. Движение остановилось, картинка за окном тоже. Денис оглядел салон и понял, что нужно подниматься и идти к дверям, но ноги были ватные, и встать с места оказалось трудно. Парень спустился со ступенек и почувствовал твердый асфальт под ногами. Теплый воздух обдал его лицо и он глубоко вздохнул. С собой у Дениса на плечах был дорожный рюкзак и в нем поместились все его вещи. Парень проследил за толпой людей, с которыми он ехал. Все они шли к высоким воротам, он двинулся вслед за толпой. Выйдя за ворота, Денис увидел автомобили с шашками такси. «Подойду и попрошу довезти меня до адреса», - думал он, вытащив листок из кармана.

- Здравствуйте, вы можете меня отвезти на этот адрес?, - обратился Денис к нескольким таксистам, стоящим возле одной из машин.

- Да, малец, поехали, - заглянув в листок, сказал высокий седой мужчина с усами. Денис кивнул, и внутренне обрадовался, что все просто складывается.

С заднего сиденья Денис изучал здания, перекрестки и удивлялся тому, как люди живут и ориентируются в этом мегаполисе. Путь казался длинным и извилистым, парень почти не запомнил маршрута, которым добирался до дома, где теперь будет жить. Его такси заехало во двор и остановилось возле девятиэтажки. «Приехали, с тебя пятьсот рублей», - не поворачиваясь, озвучил стоимость поездки таксист. Денис залез в рюкзак достал прозрачный пакет, в котором аккуратно были сложены купюры и расплатился с водителем. Такси покинуло двор, а парень стоял возле подъезда и не решался подойти к домофону. Вокруг бегали дети, они играли на огороженной современной детской площадке. Денис посмотрел на них с сожалением, ведь у него не было ни такой детской площадки, ни друзей. Из двери подъезда вышла молодая женщина, и Денис проскользнул внутрь. Он еще раз посмотрел на листок, на нем был указан шестой этаж. Уже в лифте он начал перебирать фразы, с которыми поздоровается с новоиспеченной бабушкой. Двадцать третий номер квартиры украшал обтянутую бордовым дерматином входную дверь. Денис нажал кнопку звонка. В эти секунды он слышал собственное дыхание. Замок повернулся, и из щели в дверном проеме виднелась металлическая цепочка, а под ней часть лица пожилой женщины. Ее глаз был темно-карий , почти черный, густая седая бровь и растрепанные седые волосы.

- Кто? - старческим скрипящим голосом произнесла она.

- Это я - Денис. Я – твой внук, - запинаясь, ответил парень.

- Внук? Я тебя первый раз вижу, но с удовольствием посмотрю, - сказала она, закрыв дверь и снова отворив ее уже нараспашку. Перед Денисом стояла худощавая старушка, в засаленном махровом халате такого же цвета, как и входная дверь. У нее было морщинистое лицо и шея. Она была седая с белой кожей и два черных глаза очень выделялись, они были похожи на пластмассовые, как у советских мягких игрушек. Она шагнула назад, и Денис войдя в квартиру, ощутил неприятный запах чего-то тухлого. Полы были выложены кусками старого линолеума, который уже давно не мыли. Бабушка посеменила вглубь квартиры. Денис скинул рюкзак на пол, разулся и отправился исследовать жилище. Первый делом он попал на кухню, там беспорядок был исключительным. Вся столешница кухонной стенки была уставлена грязной посудой, пакетами с макаронами и рисом. Он присвистнул. Следующая комната представляла собой гостиную. В ней находился старенький телевизор, вытертый диван и два кресла. Все было в коричневых тонах, даже ковер на стене. В одном из кресел сидела бабушка. Она молчала. Вдруг резко щелкнула языком и включила телевизор. Но не повернулась к изображению на экране, а продолжала смотреть на Дениса, а даже не смотреть, а сверлить его глазами. Парень вышел из комнаты, ему стало не по себе. После осмотра оставшейся квартиры он заключил, что спать будет в зале на диване, так как обе комнаты явно занимала бабка. Ее вещи валялись в обеих комнатах на полу и на кроватях. Поняв, что готовить ему придется самому, он отправился на кухню посмотреть, что же есть в холодильнике. На его удивление ,там был приготовленный куриный суп, и даже кусок вареной колбасы. Пока он осматривал содержимое холодильника, почувствовал у себя на спине взгляд. Похожие ощущения у него были в квартире тети Оксаны. В дни, когда он не мог заснуть и шел перекусить к холодильнику, в его спину пялился дядя Игорь. Он делал это молча. Дядя представлял собой здорового лысого мужика с пустыми змеиными глазами. Его внешность вызывала отвращение, а голос напоминал Лорда Во́лан-де-Мо́рта из фильма про Гарри Поттера. Денис, увидев этого персонажа, сразу узнал в нем дядю Игоря. «Жрешь?»- тихо спрашивал он. Денис съежился. Ему было тогда около десяти лет. «А пососать не хочешь?»- разразился дядя Игорь идиотским смехом.

У Дениса участилось дыхание, и он резко повернулся к бабушке. Она стояла очень близко, настолько близко, что паренек почувствовал ее запах. «Какой ты толстенький», - писклявым голосом сказала старуха. И потрясла живот Дениса ладонью. «Ты кушай, если хочешь», - с задором предложила бабка и быстро покинула кухню. «Мне просто нужно к ней привыкнуть», - попытался успокоить себя Денис.

Вечер наступил быстро. Денис нашел на полках в коридоре постельное белье и постелил себе на диване. Лежа он смотрел телевизор и щелкал каналы пультом. Бабка сидела в кресле, и Денис знал, что она смотрит на него. Несколько раз он пытался завести разговор, но она странно хихикала. Его это даже немного пугало. Когда она покинула комнату и направилась спать, Денис поставил телефон на зарядку и увидел пропущенные вызовы с неизвестных номеров. Он заподозрил дядю Игоря и решил выключить телефон на ночь. Заснуть быстро не получалось. Денис прислушивался к шорохам и вглядывался в темноту, но усталость берет свое и подросток провалился в сон. Во сне он качался на качелях так высоко, что голубое небо можно было потрогать рукой. Но вдруг качели начали скрипеть. Звук стал неприятным и будоражащим. Денис распахнул глаза. И услышал, что скрип продолжается из другой комнаты. «Это не сон», - подумал он. Денис сел на диван и прислушался. Скрип был явственным и монотонным. Он решил пойти посмотреть на источник звука. В темном коридоре скрип казался поглощающим воздух в квартире. Денису становилось тяжело дышать. Он остановился на распутье между двух комнат и четко понял, из какой идет звук. Он заглянул за угол. В открытой двери комнаты он увидел освещенную лунным светом кровать, заваленную барахлом. На ней сидела старуха, ее голова была закинута назад. Из широко раскрытого рта вырывался этот ужасный скрип. С каждым выдохом из ее груди звук заполнял квартиру. Денис замер и наблюдал, как вдруг она резко повернула голову в его сторону, уставилась на него своими черными глазами. «Закрой дверь!» - невероятно зычно вскричала бабка. Денис послушно пошел в сторону двери, и тут старуха спустилась с кровати и уже стояла напротив парня. Он не решился сделать еще шаг. Денис начал отступать и отправился к себе на диван. Перед тем, как лечь запер за собой дверь. И услышал тишину. «Как же это? Как она так делает? Что же теперь будет?»…

Конец второй главы. Продолжение следует.

Показать полностью
62

Наследство

Глава первая.

Из приоткрытого люка междугороднего автобуса Денис чувствовал приятный и ласковый воздух, присущий концу августа. Вдоль трассы за окном сменялись, как кадры на убыстренном видео начинающие желтеть деревья. Чистое небо и яркое солнце ослепляли и заставляли щуриться. В это время года ощущается, как природа начинает обновляться. Деревья готовятся скинуть листья, почва отдает всё то, что созрело за лето, солнце перед холодами ярче светит. Денису всего шестнадцать, и эти впечатляющие его за окном природные изменения, подкрепленные опьяняющими запахами ранней осени, зарождали в его душе надежду, а так же ощущение свободы. Путь на этом автобусе для него - это целое путешествие. Это первый выезд из дома тети, у который он рос. Денис ждал этого дня последние десять лет. Конечно, неизвестность пугала, но юность обладает даром - с радостью и воодушевлением идти к неизведанному.

Жизненные испытания, выпавшие на долю этого парня, научили его нескольким простым правилам. Все эти правила помогали ему жить в доме. С самого детства, как только он оказался под опекой тети Оксаны, он понял, что нельзя выражать свои желания или протесты. Лучшая позиция - как можно дольше оставаться невидимкой. Если никто не обращает внимания на тебя, значит нет причин тебя наказать. Мама Дениса была замечательной женщиной, которая безмерно любила своего сына. Она растила его одна. Воспоминания до его шести лет были наполнены счастливыми моментами, такими как поцелуи и объятия мамы, ее смех, улыбка, длинные сказки на ночь и колыбельная, которую мама пела своему сыну на ночь. Когда Денису ставилось сильно и горестно, и безысходность застилала глаза слезами, он напевал у себя в голове:

"Ложкой снег мешая,

Ночь идет большая,

Что же ты, глупышка, не спишь."

Иногда это помогало успокоиться.

Денис лишился матери в возрасте шести лет. Прекрасная и молодая женщина скончалась от рака. Болезнь убила ее за считанные месяцы. Мальчик бы остался сиротой, но под свою опеку его забрала к себе его тетя. Тетя Оксана была родной сестрой матери. Отличались они друг от друга разительно. Тетя Оксана представляла собой полную женщину с приятными чертами лица. Природа наделила ее яркими голубыми глазами, аккуратным вздернутым носиком и полными губами. Мама Дениса в его воспоминаниях была высокой стройной женщиной с ослепительной улыбкой и заразительным смехом. До смерти мамы Денис очень редко видел свою тетю, буквально несколько раз. Будучи совсем малышом, он начал жить в семье тети Оксаны.

В его памяти день знакомства сохранился частями. Он помнит, как открылась дверь в квартиру, в которой он прожил следующие десять лет. Тетя легонько подтолкнула его сзади, чтобы он вошел в квартиру. Ему навстречу выбежал двоюродный брат. Они были ровесниками. Денис помнит, как надеялся, что будет жить с братом в одной комнате, но ему постелили в зале на диване. Этот диван так и остался спальным местом для Дениса на все оставшиеся годы. Ему было очень некомфортно в ту ночь, он не мог заснуть. Диван был старым и продавленным, от него пахло пылью. Комната была темной из-за больших цветов в горшках на подоконнике. Эти цветы почти полностью закрывали окно. Денис помнит, как смотрел в потолок и тихо плакал от тоски по маме и от одиночества. На второй день в его семье ему разъяснили правила проживания, из которых он точно понял, что ему нельзя опаздывать. А опаздывать нельзя на все приемы пищи за общим столом, иначе останешься без еды вовсе. Так же нельзя приходить домой позже шести часов вечера, это правило для Дениса сохранилось и по сей день, именно поэтому он и не смог завести друзей. Смотреть телевизор было разрешено только в присутствии взрослых. Книг в доме было очень мало, а настольные игры были только в комнате Лёни -так звали его двоюродного брата.

Первые пару месяцев Денис привыкал к тому, что ему нельзя первым обращаться к людям, говорить только тогда, когда к нему обращаются. Привыкал к тому, что заставляли доедать всю порцию еды, даже если уже болел желудок. Иногда пищеварительная система не справлялась, и Дениса выворачивало прямо около стола. Как только рвотные массы заканчивали извергаться из ребенка, к нему подходил его дядя Игорь - муж тети Оксаны. Силой усаживал Дениса на стул и давал несколько пощечин, обычно ограничивался тремя. От ударов у шестилетнего мальчика сводило скулы. После того, как дядя Игорь заканчивал свое наказание, он заставлял Дениса идти в ванную комнату за половой тряпкой и ведром. Ребенок ползал под столом вымывая пол от того, чем его вытошнило. Во время уборки Дениса могло еще пару раз вырвать. Он отлично помнит дрожащие руки, возившие половую тряпку, которая пропитана его рвотой. Денис помнит тошнотворный запах, так же крупные соленые слезы на своем лице. Никто из родственников не собирался ему помогать, они даже не прерывали свою беседу за столом. Единственно, Лёня вставал и уходил когда был сыт. Ему было позволено не опустошать тарелку. В результате таких издевательств над желудком Дениса, он начал страдать от ожирения. И через год из худенького жилистого пацаненка он превратился в толстяка с отдышкой. Однажды Денис выполнял задание тети Оксаны и разбирал ящики в советской стенке, которая занимала место в коридоре. Наткнувшись на ветхий в кожаном переплете альбом с фотографиями, он начал его рассматривать. Фотографии были черно-белые, вставленные в рамочки из картона. Внимание привлек снимок детской новогодней елки. На нем была запечатлена тетя в платьице, украшенном новогодней мишурой. Денис обратил внимание, что она была очень полной девочкой. С фотографии на него смотрела малышка лет семи, он поразился внешнему сходству с тетей Оксаной. "Если на меня надеть платье я буду такой же как она", - с горечью подумал он.

С первого класса Денис познал все возможные вариации оскорблений толстяков. Кроме как "свинота", "жирдяй" и "сало" к нему никак не обращались. Он знал, что не у кого искать защиты и защититься он сам не мог. Оставалось только терпеть.

"У меня наконец-то будет своя комната. Да, что там комната, своя квартира", - мысленно разговаривал сам с собой Денис. Счастье свалилось на него в виде наследства, которое оставил ему его родной отец. Наследство состояло из пары сотен тысяч рублей и трехкомнатной квартиры, в которой осталась жить его бабушка. Денис знал о ней только то, что она престарелая мать отца. По условиям наследования Денис должен заботиться о старушке, но при этом имеет полное право жить в этой квартире, а после ее смерти он остается единственным наследником.

Денис держал путь в абсолютно незнакомый ему город, к людям, которых он не знал. Но это мысль его не особо стращала, так как город, в котором он рос и люди, окружавшие его, были либо ему незнакомы, либо будь у него выбор, он бы выбрал вовсе с ними не знакомиться.

В кармане ветровки завибрировал стареньки Nokia. Денис вытащил мобильный телефон и на экране увидел название контакта "Урод". Таким именем прописал он своего дядю Игоря. Денис нажал на кнопку сброса вызова. Его затрясло. В тот же момент парень испытал сильное чувство голода, оно накрывало его, как только он начинал нервничать. Решив утолить голод водой, Денис полез в рюкзак. Пока он копошился в поисках бутылки, почувствовал вибрирование телефона в кармане. Он наткнулся на бутылку воды, спешно ее схватил, открутил крышку и жадно начал пить. Струи воды текли по его подбородку. Телефон не прекращал вибрировать. Глубоко вздохнув, Денис вытащил телефон из кармана и там высвечивался всё тот же "Урод".

- Да, - резко и громко ответил Денис, нажав кнопку приема вызова.

- Привет, - послышался голос в трубке. Он был тихими и омерзительным одновременно.

- Не звони мне никогда, тварь. Я добавлю тебя в черный список, - разъяренно говорил Денис.

- Ну, успокойся. Что ты так раскрылился? Разве тебе было плохо? Я думаю нам обоим было хорошо, - ухмыляющийся голос, пронизывал сквозь кожу - ненависть начинала наполнять Дениса. Ему казалось, что даже кровь в жилах начала кипеть. Отключив вызов, парень начал искать в меню "Черный список". У него тряслись руки и он с трудом сдерживал слезы.

"Я хочу, чтобы ты сдох", - прошипел сквозь зубы Денис…

Показать полностью
138

Попутчица

Попутчица

Телефон в очередной раз противно крякнул и завибрировал на панели, когда Андрей входил в затяжной поворот на скорости сто двадцать км/ч. Ночь сегодня была просто волшебная: тихая, приятно прохладная, утопающая в легкой молочной дымке.

Андрей специально свернул с главной трассы на объездную, чтобы не останавливаться на светофорах и не бояться камер. Здесь можно было как следует прогреть резину, вдавив педаль газа в пол, не переживая за штрафы.

Встречная полоса, изредка тревожимая проезжающими мимо дальнобойщиками, что не боялись передвигаться по глухой темной дороге, мирно дремала.

Андрей был один. Из приоткрытых окон на всю округу весело играло «Дорожное радио», единственное ловившее на этом участке пути. Мужчина радостно подпевал давно забытым хитам, которые никогда бы не стал слушать при других обстоятельствах.

«Ты уже достал со своими документами. Собирайся в следующий раз сам, не маленький, чтобы я всё за тебя делала!» ― прочитал он сообщение, как только выровнял колеса.

«Неужели так сложно Насте несколько бросал», ― отправил Андрей ответное смс и тут же громко выругался, подскочив на небольшом лежачем полицейском, который появился неизвестно откуда. Он только что проехал пешеходный переход и приближался ко второму.

Мужчина сбавил скорость, жалея немолодую подвеску, и огляделся по сторонам. Лес кончился, его сменили трехэтажные домики из белого кирпича с деревянными окнами, кривые покосившиеся ворота школьного футбольного поля, одиночно стоящий магазин с классической надписью «Продукты». Всё это являлось отличительной чертой небольшого поселка, одного из тех, что то и дело вырастали вдоль дороги.

Рядок невысоких горбатых фонарей подсвечивал трассу. Они-то и помогли Андрею разглядеть впереди белую точку, которая через минуту превратилась в человека.

Фигура принадлежала девушке, что была одета явно не по погоде. Она смотрела в сторону приближающейся машины, выкинув вперед руку, и пыталась поймать единственную попутку.

Андрей не горел особым желанием брать пассажиров, но оставлять вот так, темной ночью посреди дороги девушку было слишком по-свински. Решение было принято в самый последний момент, поэтому торможение получилось громким, с характерным скрипом. Он глянул на хрупкую, тонкую девицу в белой рубашке и облегченно выдохнул. Бояться внезапного нападения было бессмысленно и даже как-то глупо. Времена девяностых

давно прошли, да и рядом ни кустов, ни деревьев из-за которых мог выскочить вооруженный бандит, не было.

― Вам далеко? ― спросил он в приоткрытое окно молодую незнакомку в белой рубашке с закатанными рукавами.

― А вы куда так спешите? ― ответила она вопросом на вопрос тонким, немного охрипшим от ночной прохлады голосом.

― В Москву.

«Красивая, худенькая, прям как моя», ― подумал про себя мужчина, разглядывая собеседницу за окном.

― В Москву, значит, видимо, ждут вас сильно, раз так гоните, не боитесь в аварию попасть?

Андрей лишь помотал головой в ответ, желая как можно скорее вернуться к поездке.

― Едете? ― спросил он, стараясь скрыть раздражение.

― Еду, чего же не ехать, раз вы всё-таки остановились.

Центральный замок щелкнул, и девушка запрыгнула в машину.

Андрей обратил внимание на то, что дама не пристегнулась, подав ей соответствующий намек взглядом, но та его не поняла, а Андрей настаивать не стал. Прогретый лишь дыханием Андрея воздух в машине резко похолодел, и водитель решил прикрыть окна.

Болтать мужчина не любил, тем более с незнакомыми людьми, поэтому момент с расспросами вроде: что, как и почему, отпал сам по себе.

Телефон снова запиликал и завибрировал, когда водитель набрал скорость.

«Какая ещё Настя?! Ты с кем там?! Ты вообще домой собираешься?!» ― прочел Андрей текст сообщения и тут же отправил ответ:

«Это т9, я написал: «неужели так сложно найти несколько бумаг!!!» ― он нажал на отправить и нервно бросил телефон на панель.

― Вы всегда за рулем в телефоне копаетесь? ― ни с того ни с сего послышался голос попутчицы.

«Какое тебе дело?» ― подумал про себя Андрей, а в ответ сказал:

― Нет, жена просто мозги мне полощет.

― Хах, полощет. Полощет ― значит, любит. Мне вот муж никогда не полоскал мозги. Уйду на полдня, а ему пофиг, где я и с кем, даже смс не пришлет, не то что позвонить.

«Оно и видно, раз посреди ночи вдоль трассы шатаешься»

― Развелись? ― решил всё же поддержать разговор Андрей, раз всё равно радио пришлось потише сделать.

― Простите?

― Ну, вы сказали, что никогда не полоскал, значит, развелись, я так полагаю.

― Нет. Женаты до сих пор, просто это не имеет уже никакого смысла.

Андрей снова промолчал.

Автомобиль стремительно набирал скорость. Навстречу проехала фура с включенным дальним светом.

― Вот козлина! ― выругался сквозь зубы Андрей.

― А вы жену свою любите? ― молчание девушки было недолгим.

― А вам вот зачем эта информация?

Андрей догнал какого-то тихохода и обошел по встречной полосе. В зеркале заднего вида он разглядел раскуроченный бампер и разбитое лобовое стекло обгоняемой машины.

― Просто. Вы так спешите к ней, по телефону успеваете общаться, значит, наверное, очень сильно любите её, раз пренебрегаете безопасностью.

― Это личное.

― Личное? Разве плохо сказать вслух о том, что вы любите свою вторую половинку?

― Вам, правда, важно знать?

― Мне всегда нравилось слушать о любви, завидую людям, которые несутся стремглав к своим близким, не смотря ни на что. Словно рыцари, способные с легкостью преодолеть любую преграду, обогнать соперника, такие люди рубят с плеча, как говорится, щепки летят!

― Вас что, никто никогда так не любил?

― Отчего же, любили, в институте был один, дрался из-за меня постоянно, подарки дарил. Только вот я его не любила, а потому мне это всё было не интересно. В итоге жизнь сложилась так, что нелюбимый муж, нелюбимая жена, только дети и держали вместе, ради них я была готова на всё. Собственно, ради них я и вышла на трассу.

Разговор уходил в какое-то странное русло.

В машине совсем похолодало, кажется, как будто туман начал пробираться в салон через вентиляционные решетки, Андрей включил печку.

Девушка молчала, явно ожидая вопроса, но водитель не спешил его задавать. Он украдкой посмотрел на неё и тут заметил, что из разорванных на коленях джинсах, дырки на которых он сначала принял за особенности модели, течет кровь.

― Вам в больницу не нужно? ― спросил Андрей.

― Нужно, но я уже не успеваю.

― У вас тут поблизости нет отделения скорой помощи?

― Есть, в сорока километрах, будем проезжать его через десять минут.

― Заехать?!

― Нет, не стоит, я же говорю — не успеваю уже.

― Да почему не успеваете-то?! ― взорвался Андрей, не в силах терпеть эту недосказанность.

― Потому что… Не успеваю.

Андрей проехал ещё один длинный поворот, и тут ему приходит очередное смс.

«Прости меня, пожалуйста. Будь аккуратнее. Сейчас в группе «Дорожные происшествия» прочитала, что девушку сбили на той дороге, где ты едешь. Какой-то дальнобойщик обнаружил ее тело на трассе пятнадцать минут назад. Я тебя очень люблю!»

Андрей прочел смс, и в этот самый момент ему навстречу пронеслась машина скорой помощи с мигалками.

― Представляете, тут где-то неподалеку женщину сбили, ― обратился он к своей пассажирке, но ответа не последовало.

Андрей повернул голову и вдруг понял, что едет в полном одиночестве.

― Что за хрень?!!! ― крикнул ошарашенный водитель и, внимательно осмотрев салон, окончательно убедился, что он один и лишь печка гудит, работая на всю. В салоне уже стояла такая духота, что даже пластик плавился.

Впереди показалось отделение скорой помощи, и мужчина моментально завернул к нему.

«Чертовщина какая-то!»

Он вышел из машины и, вдохнув холодный ночной воздух, решил еще раз оглядеть салон. Никого. Девушка как сквозь землю провалилась.

До дома он ехал медленно, то и дело оглядываясь, боясь, что девушка внезапно появится из ниоткуда.

На следующий день новость разлетелась по всем группам в социальных сетях.

«Молодая девушка пыталась вызвать скорую помощь своей дочке, которой ночью внезапно стало очень плохо. Свободных машин не было. Тогда женщина выбежала на трассу, чтобы поймать машину и попросить довести их с дочкой до станции скорой помощи. Но засмотревшийся в телефон водитель не заметил её и сбил. После этого по девушке проехалась еще одна машина, окончательно лишив жизни».

На фото Андрей заметил знакомую белую рубашку.

В новостях этим же днем показали виновника ДТП, который пришел с повинной. Он рассказал о том, что отвлекся на телефон в момент аварии.


(с) Александр Райн

Автор в соц. сетях

https://www.facebook.com/AlexandrRasskaz

https://vk.com/alexrasskaz

Попутчица Авторский рассказ, Мистика, Попутчики, Авто, Страшилка, Судьба, Авария, Телефон, Длиннопост
Показать полностью 1
95

Никуда не сбежать

Похожие друг на друга дома толпились вокруг, пытаясь обмануть Мишу. Запутать парня, чтобы он подошёл не туда, куда было нужно.

"Не на того напали" — слабая ухмылка и ускорение шага.


Хоть он и живёт в этом районе ещё довольно мало времени, но уже отличает подъезды. Вспомнил свои первые возвращения, когда стоял как идиот перед домофоном, пытаясь зайти в чужой дом. Вечером было особо сложно — фонари работают через один, а кирпичные здания действительно сливаются, становятся практически идентичными. Разные только бабки на лавках, обсуждающие каждый день все возможные темы. Сейчас их правда нет, к радости Миши. Он не слишком любил все эти взгляды, бросаемые исподтишка.


Погода достаточно ветреная, а у входа в подъезд вообще постоянно дует. Словно проклятие какое-то, как не подойдёшь, даже летом, так в лицо сразу вполне себе крепкий ветерок. Парень перешагнул полуразвалившийся бордюр, рядом валялась недопитая бутылка пива, которую он слегка пнул. Вылились остатки содержимого, чуть не забрызгав правый кроссовок, но Миша успел дёрнуться и спасти обувь в последний момент. Вбежал по четырём широким ступенькам и подошёл вплотную к двери. Полез рукой в карман, нащупывая ключи. В глаза бросились стандартные объявления, которые лепили где только можно и нельзя — самый лучший интернет, лучший ремонт, предложения по установке датчиков на газ и воду. Большими буквами значилось, что пожилым предоставляются хорошие скидки.

"А вот на это они могут клюнуть" — подумал Миша. Сверил номер, указанный на бумаге. — "Всё совпадает"


Брелком нажал на кнопку, домофон запиликал и парень потянул на себя тяжёлую дверь.

— Придержите, пожалуйста, — старческий голос за спиной. Негромкий, но благодаря ветру долетевший досюда.

Парень обернулся и увидел дряхлую бабульку, ковыляющую в его сторону. Сгорбленная фигура тащила большую сумку, явно не по размеру и весу. Старушку аж тянуло на бок, но она упорно шла к подъезду. Платок скрывал лицо, из-под него выбивались лишь несколько пучков седых волос.


Миша торопливо отвернулся, сделав вид, что ничего не услышал и не увидел. Не стал широко раскрывать дверь и быстро юркнул в образовавшийся проём. Ему хватит.

"А вот бабка пусть сама открывает. Неохота на лифте с ней ехать"

"Может присмотришься? Вдруг подойдёт?" — мысль рациональная, но не сейчас. Хотелось поскорее попасть в квартиру, позвонить другу и решить кое-какие вопросы. И трухлявая старушка не вписывалась в эти планы.

Бурчания сзади себя он уже практически не слышал. А после дверь захлопнулась, отрезав источник звука полностью. Парень быстро пробежал по лестнице, чуть не запнувшись об последнюю ступеньку.

"Да сколько можно про неё забывать! Когда-нибудь точно убьёшься!"


Прошёл мимо почтовых ящиков. Покачал головой и вернулся назад, обдумывая — проверять содержимое сейчас или потом?

Клюка еле слышно застучала по бетонному полу совсем рядом с дверью. Бабулька оказалась шустрее, чем Миша мог предполагать. Забренчали ключи.

"Пофиг, потом гляну квитанции..."


Остановился напротив лифта. От него, как всегда, несло бомжатиной — кислый мерзкий запах ввинчивался в ноздри. Миша поморщился и по привычке щёлкнул ногтём по кнопке вызова. Трогать кнопку пальцами желания не было, от слова совсем. Но обстановка тут всё равно выглядит лучше, чем в предыдущем доме.

Сверху загудело. Железная махина ожила, тросы заскрипели, направляя вниз кабину. Точнее две.

На одну кнопку приходилось сразу два лифта — первый обычный, который бывает в любом многоэтажном доме, а второй — грузовой. Такой оказывался уже не всегда и не везде.


Миша поспорил сам с собой, как делал каждый день, какой из них приедет раньше. На удивление жильцов, да и его самого, грузовой лифт засорялся намного меньше. Был довольно чистым и не вонючим, по сравнению с другим собратом по несчастью. В том постоянно либо жгли кнопки, либо рисовали разную фигню, либо вообще могли оставить мусор, не задумываясь, что лифт потом провоняет отбросами. Поэтому хотелось доехать до своего этажа именно на чистом. Относительно чистом, но это хоть какой-то выбор.

Домофон заиграл мелодию и дверь открылась.

"Блин, бабка, не хватало, чтобы ты успела сюда подойти"


Он с надеждой уставился на мигающие значки наверху. С таким же успехом можно было бы пялиться на пол — всё давно поломано и верить ничему нельзя. Даже сейчас кнопки показывают, что мелкий лифт уже на втором, а грузовой ещё только в районе восьмого. Хотя по шуму из шахты, а ему Миша доверял больше, ясно было слышно, что грузовой почти подъехал.

Кряхтя бабулька поднималась по лестнице. Судя по звукам, каждая ступенька давалась с трудом, но двигалась она бодро. Если не забывать про большую сумку.

Наконец лифт, оглушительно зашумев рессорами, медленно остановился и дверцы, лязгнув, приглашающе открылись.

"Я угадал" — Миша заскочил внутрь и быстро начал жать на кнопку. — "Давай, давай!"


Но как бывает в такие моменты, всё наоборот стало слишком заторможенным, словно время максимально замедлилось. Вот двери еле-еле дребезжат и начинают смыкаться, совсем чуть...

Хлоп... и клюка просунулась прямо в эту щель. Автоматически створки снова распахнулись и в лифт влезла бабка, хрипло вздыхая.

"Хрена себе, бегунья престарелая! Нафига только попёрлась, сейчас бы второй подъехал"


Словно в ответ справа зашумело, но бабка, поставив сумку на пол, вытерла лоб, убирая пряди обратно под платок. Лицо изрезали глубокие морщины и она неожиданно крепким голосом произнесла:

— Ну что ж ты, милок. Я тебе и на улице кричала и тут думала, что дверь хотя бы придержишь, — укоряюще покачала головой.


Находилась она довольно близко и до носа Миши дотянулись запахи, которых он так хотел избежать. Изо рта пахнуло гнильцой, вонь давно не стиранной одежды и престарелого пота тоже проникла в ноздри — всё в совокупности заставило скривиться, чуть отвернув голову. Он этого уже с лихвой нанюхался за долгие месяцы работы и надеялся, что хоть сейчас сможет избежать такой участи.

"Зря надеялся. Не повезло, терпи теперь"


— Извините, я вас не слышал, — Миша сделал лицо кирпичом, пожимая плечами и всем видом показывая, что ему всё равно.


Бабка зыркнула на него с затаённой злобой, но больше не стала лезть с разговорами. Уже плюс. Лишь аккуратно ещё раз поправила сумку, поставив вплотную к стенке, неодобрительно вздохнула и ткнула пальцем в прожжёную кнопку. Последний этаж... А Мише надо было на десятый. Он приоткрыл рот и тут же захлопнул его.

"Ладно, доеду с ней, а потом спущусь вниз. Лучше так, чем что-то говорить"

Бабка оглушительно раскашлялась, широко разинув рот. Даже платком или рукой не прикрылась. Мелкие слюни почти долетели до его лёгкой куртки.


Он поморщился и отошёл как можно дальше, стараясь не прикасаться одеждой замызганной поверхности лифта. Старушка хмыкнула и тут же её снова сотряс громогласный кашель. Хрупкие плечи заходили ходуном.

"Старуха заразная"


Миша залез рукой в карман. Достал телефон, быстро разблокировал и проверил свои сообщения. Краем глаза зацепил, что заряда осталось три процента.

"Первым делом надо не забыть подзарядить, вторым звякнуть другу, а третьим... третье будет приготовить поесть"

В присланном сообщении Игорь звал к себе в гости завтра вечером. Говорил, что будут знакомые девушки. Плюс обговорить кое-какое дельце.


"Наверное как раз про объявление внизу. Но я же отвечал ему, и не один раз, что не буду ходить по квартирам в доме, в котором проживаю. Это глупость и тупость в одно флаконе. Как говорится - не гадь там, где обитаешь" — искоса глянул на бабку, наконец-то вытащившую видавший лучшие времена платок. Кашель стал более приглушённым, но не стал от этого менее отвратным.


Миша снова уткнулся в экран, не желая больше рассматривать грязную потрёпанную ткань, которой бабка вытирала губы. "Вот узнать бы про неё - в какой квартире, одна или нет... а потом пусть Игорь приходит и разводит по полной программе на установку датчиков и покупку совершенно необходимых приблуд, которые просто обязаны быть у каждого умного человека! И которые привезут и бесплатно поставят... когда-нибудь потом"


Свет бешено замигал, оторвав от написания того, что минут через десять он звякнет другу. Миша поморщился, прикрыв глаза ладонью. Но это не сильно спасало — казалось яркость прибавили на максимум, зрачки просто не справлялись с постоянной сменой света и тьмы. Лифт затрясло и он начал медленно останавливаться, заскрежетав стенками шахты. Затем лампа над головой Миши громко пшикнула и окончательно затухла. Лифт мгновенно погрузился в темноту, лишив зрения полностью. А после остановился, напоследок сильно качнув пол.

Лишь сдавленное дыхание парня прерывало тишину. Всё произошло так быстро, что мозг на время затормозил, не зная, что делать дальше. Из кромешной темноты, со стороны бабки опять раздался кашель. Уже с хрипами и клёкотом, словно выхаркивая ком, застрявший в горле. На пол что-то мерзко шлёпнулось, казалось старушка ожесточённо выплёвывает свои внутренности, так громко и противно это звучало. Миша преодолев робость, даже в большей степени отвращение, спросил:


— С вами всё в порядке? — непривычно тихий и чужой голос. Поначалу парень с трудом понял, что говорит сам, а не кто-то другой.


Бабка издала пронзительный вой, от которого Мишу всего перетрясло, липкие щупальца страха парализовали конечности. Затылок обожгло ледяным холодом, распространяясь по спине и рукам. Он сам чуть не взвизгнул от неожиданности. Вытянул в сторону ладонь, через томительное мгновение нащупал прохладную стенку, совершенно забыв об брезгливости. Сбоку от него, в метре где располагались двери, выбивался робкий клочок света. Он совсем не помогал, но это было хоть что-то. Единственный островок крошечной видимости в море черноты.


Наступившая тишина подействовала на нервы больше, чем когда кашляла бабка. Миша потёр другой рукой в районе груди, пытаясь успокоить бешеные конвульсии сердца. Оно по всей видимости хотело разбиться о рёбра, так сильно колотилось.

Молчание и мрак. От старухи ни слова.


— Бабуль? — неуверенно продолжил Миша. Горло словно сжала невидимая рука, изо рта выходил только жалкий писк.

Ответа нет. Ни сопения, ни кряхтения не доносилось с её стороны. Гробовая тишина...гробовая...

"Неужели померла?" — ужасная мысль тут же пришла в голову. Ещё ужаснее стало, когда он подумал о том, что похоже застрял здесь. С трупом... Никогда раньше он не оказывался так близко с покойником.


Лишь навсегда отпечатавшиеся в мозгу воспоминания из детства, когда мать, непонятно зачем, потащила его с собой проведать дальнюю родственницу. Та болела чем-то тяжёлым и мать очень переживала, что не успеет повидать её. Каким боком был нужен он совершенно непонятно. Как Миша боялся подойти к кровати, а затем, переборов страх приблизился и увидел этот обтянутый кожей скелет. Почти лысая голова с редкими прядями волос на черепе, глубоко посаженные усталые глаза. А как от неё воняло — пОтом вперемешку с медицинскими препаратами. Сам воздух был отвратен. Миша хотел уже отойти, когда это существо, а по другому он не мог её описать, схватило его за руку. Неожиданно сильно для хрупкого костлявого тела. Притянула его к себе, обдав зловонием и гнилью изо рта. Просто хотела поздороваться, но Миша так перепугался, что выскочил из квартиры и убежал во двор. Наотрез не желая возвращаться, несмотря на уговоры матери.

Наверное с тех пор он и не переносит вонь. И престарелых людей.


— Ответьте..., — пробормотал Миша, отгоняя безумные мысли, от которых ещё больше стало не по себе. Ещё и темнота наваливалась со всех сторон, а зрение всё никак не хотело приспособиться и начать хоть что-то различать, особенно в дальнем углу.

Догадка озарила, немного потеснив мрачные воспоминания. Телефон! Идиот, как можно было забыть про него!


Руки не сразу вытащили из кармана такой драгоценный сейчас прямоугольник. Кое-как разблокировал со второго раза. Нажал на фонарик, тут же направив в сторону бабки.

"Твою мать..." Испуганный всхлип всё-таки вырвался из пересохшего рта.

Старушка скрючилась в углу. Сумка, накренившись, почти полностью валялась на полу, разбросав содержимое, но рассыпаные продукты его волновали в меньшей степени.


Неподвижное тело замерло в искривлённой позе — ноги поджаты к животу, голова нечеловечески вывернута набок, словно у старушки была резиновая шея, а руки в предсмертном движении были прижаты к лицу, которое... Миша сглотнул и глубоко задышал, удивляясь своему желудку, из последних сил удерживающего пищу, принятую на обед.

"Может всё-таки живая?"

"Нет...точно нет. Бабка точно скопытилась..."


Глаза навыкате, неподвижные белёсые пятна смотрели прямо на него, заставляя трястись руки, а следовательно и телефон. Из-за чего свет плясал по лицу, отблесками ложась на щёки и рот. С этого ракурса казалось что труп ехидно улыбается, чуть повернув голову. Словно бабка, умирая и колотясь в темноте, чётко знала, где он находится.

"Надо закрыть ей глаза..." — мысли, по сравнению с состоянием, были спокойными. Но очень глупыми. Как он сможет пересилить себя даже на шаг приблизиться к трупу? Не говоря уже про то, чтобы дотронуться...


— Не, не, не, — пробормотал еле слышно Миша. Отодвинулся ещё дальше, практически вплотную к стенке. — Помогите! — сорвался он на крик. Громкий звук разнёсся по пустому пространству, ушёл куда-то вдаль сквозь потолок.

Не может быть чтобы никто не услышал! Время ещё не позднее, наоборот, самое то, когда люди чаще всего и носятся туда-сюда.

"Позвони дебил. Хоть куда-нибудь" — ещё одна мысль. На этот раз очень дельная.

Но кому? В полицию точно не стоит, остаётся скорая...


Шууух. Неприятный звук раздался с угла, где лежал труп бабки. Краем глаза парень заметил еле видимое движение в полутьме. В районе пола. Миша от неожиданности выронил телефон, тот звякнул и отскочил куда-то в сторону, перестав светить.

Всё окружающее пространство опять погрузилось в темноту. Густую и заставляющую паниковать. Она обволакивала его, пыталась остановить, запутать в себе, как в паутине.

"Быть такого не может...быть такого не может" — билась в голове одна фраза.


Глаза отвыкшие от темноты совсем ничего не видели. Он торопливо, чувствуя жжение в затылке, присел на корточки. Ему всё точно послышалось — ведь из того угла ничего не может шуршать... ведь так?

— Да где же ты, — шёпотом прошипел Миша, ощупывая липкий и грязный пол ладонями. Попадался мелкий мусор, по пальцам скользила грязь и песок, оставшийся с подошв множества людей. Но сейчас ему было наплевать — главное найти единственный источник света.

— Помогите! — опять заверещал он. Писклявый напуганный голосок совсем не походил на грубый тон, каким Миша говорил буквально пять минут назад. — Кто-нибудь! Я застрял!


Нащупал телефон, поначалу со страху отдёрнув руку. На долю секунды показалось, что он схватил склизкие мёртвые пальцы бабки.

Щиииих. Звук настойчиво повторился. Словно массивное тело ползёт по направлению к нему, скребясь одеждой об пол... В темноте действительно что-то есть!

"Да я один же тут!"

"Ещё есть бабка...не умерла и тащит своё изломанное тело, цепляясь ногтями за поверхность лифта..."

"Заткнись, прошу" — он не на шутку испугался таких кошмарных фантазий.


Опять разблокировал телефон и направил яркий экран, освещая лифт. Перевёл луч света на угол, который уничтожил столько нервных клеток. Фонарик еле-еле пробился через тьму и попал старухе на лицо. Миша громко завизжал, не заботясь о том, как глупо сейчас выглядит.


— Дерьмо! Выпустите меня! — неизвестно кому заголосил парень, споткнувшись и шлёпнувшись на пол. Больно заболел копчик, но он, скользя ногами, отполз подальше, не забывая подсвечивать мёртвое тело... Которое стало ближе, непонятно как изменив своё положение, в котором лежало ранее. Вытянутые руки направлены в его сторону, словно старуха старательно пыталась управлять своим скрюченным телом. Голова тоже была повёрнута на него, казалось белёсые глаза продолжают следить за испуганным Мишей. И рот... приоткрытый рот, из которого вывалился язык, делая вид трупа ещё омерзительнее.

"Звук...она точно подползала ко мне...Но как это же совсем дичь!"


— Мне это всё кажется, — Миша вжался в стенку, совсем позабыв о грязи.

Бабка реально приблизилась, такое было сложно отрицать. Он точно помнил, что когда светил на неё первый раз, старуха валялась совсем по другому. И теперь Миша до дрожи в коленках боялся хоть немного отвести телефон в сторону.

Пальцами на автомате потыкал на экран, начавший тухнуть... Только этого не хватало!

"2 процента... Трубка не самая лучшая, но должно ещё хватить на час... если выключить фонарик... ага, супер идея..."


Нашёл номер Игоря, потрясывающейся рукой пару раз попав не на тот контакт. Было чертовски сложно одновременно искать и, почти не мигая, смотреть на труп. Бабка продолжала лежать без движений, но почему-то от этого становилось всё страшнее.

"Почему-то? Да потому, что я видел...ощущал, как тело шевелится! Как можно сейчас быть спокойным?!"

Миша глубоко выдохнул и нажал на вызов, не забывая подсвечивать угол. Что бы ни случилось, но она не доползёт до него!

Пошло соединение... и тишина. Парень включил громкую связь, усиленно прислушиваясь.


— Игорь..., — секунды отсчитывались, но ответа не было. Позвал громче. — Игорь!

Молчание в трубке становилось всё тягостнее.

— Ты меня слышишь? Дружище ответь, пожалуйста! Пожалуйста..., — бормотал Миша, ежесекундно бросая косые взгляды на труп. Шевельнулся или нет?

— Телефон скоро разрядится..., — неразборчивый скрипучий голос был незнакомым. — И она доберётся до тебя...

Быстрые гудки. Связь прервана.

— Чччего...? — шёпотом спросил Миша.


Тишина слишком давила на нервы, а лифт словно стал меньше, сузился со всех сторон. Особенно сверху — казалось потолок постепенно опускается, делая помещение ещё более компактнее.

"Не думай, не думай об этом!" — частые вдох-выдох не помогали, в груди разливался предательский страх, не давая лёгким набрать нужное количество кислорода. Он никогда не боялся замкнутых пространств, но сейчас приступ клаустрофобии заставлял сердце колотиться до боли в боку.


Набрал номер снова. Занято... Миша с силой похлопал себя по щекам. "Успокойся, ты должен успокоиться" Заныла отбитая ладонь. Всё-таки он не во сне... Но происходящая чертовщина не давала покоя, всё тело было непрерывно напряжено, ожидая самого худшего.

Со лба скатился пот, быстро пробежав по переносице. Миша машинально вытер его рукой...с зажатым телефоном. Простое движение на автомате и луч света мгновенно перепрыгнул на потолок, заливая остальную часть лифта темнотой.


— Нет! — взвизгнул Миша тут же исправляя оплошность. И не поверил своим глазам.

Тело исчезло... Миша недоверчиво потёр уставшие веки. Истеричный смешок вырвался изо рта и тут же затих. Труп же валялся тут буквально две секунды назад, такого просто не может быть!


Ни сумки, ни мёртвой старухи. Ничего. Лишь пустой мрачный лифт и он с глупым испуганным лицом, разглядывает три угла. Словно труп где-то спрятался, переполз за эти несколько секунд. Да... лежит прямо за ним, распластавшись так, чтобы ненароком не задеть и только и ждёт, чтобы парень отошёл чуть подальше.

Миша спиной прислонился к стенке и ощупал ногами угол за собой. Конечно же никого нет... И ничего.


"Мне всё привиделось?" — он ничего не мог понять, как ни старался. Но как может привидеться столько всего сразу? Тем более он ни разу не употреблял ничего сверхзапрещённого. А чтобы словить такие глюки, нужно что-то действительно убойное.

"Может нажать на кнопку и лифт снова поедет?" — ещё один вопрос вплыл в голову. Глупый и в то же время... разумный.

Миша водил телефоном туда-сюда, стараясь ни на секунду не оставлять ни один угол без внимания. Рука уже длительное время ныла, но он упорно продолжал светить по сторонам.

"Ну же, попробуй!" — упрямо советовал голос.


Парень сделал мелкий шаг, настороженно крутя головой. Лёгкая куртка отлипла от спасительной стены, нерешительно шагнул ещё раз. Кнопки манили, звали подойти поближе. Ну же — жми на свой этаж скорее! И мы поедем. Ты выйдешь на своём этаже и забудешь всё произошедшее, как страшный сон.

Ещё шаг. Ещё шаг и вот он рядом. Палец протянулся к заветной кнопке. Томительная секунда, Миша нажал, чувствуя как она уходит внутрь. Что-то щёлкнуло и лифт ожил. Задребезжал внешними сочленениями, сильно дёрнулся, словно просыпаясь.

Миша издал радостный всхлип.

"Всё заработало! Я спасён!"

Телефон завибрировал в руке. Парень неверяще поднял телефон на уровне глаз.

Звонок от Игоря!

Он принял вызов и прислонил мобильный к уху.


— Дружище, почему не отвечал?

— Ну что ж ты, милок, — дребезжащий голос бабки было не спутать. — Дверь-то не придержал... И меня не вспомнил...


Лифт зашатался, скрипя механизмами. Неприятный звук продолжился под ногами. Прямо под ним! Скрежет противно отдался в ушах. Словно по поверхности провели чем-то острым и металлическим.

Миша испуганно прислушался. Лифт снова не едет... и что-то скребётся снаружи. В шахте!

В подтверждении мыслей раздался глухой стук по полу. Становясь всё громче и сильнее, звуки прерывались надсадным кашлем... тварь ломилась внутрь! Миша закричал, не щадя голоса. Да почему его никто не слышит! Кто-нибудь уже давно должен был вызвать сраный лифт, понять, что тут застрял человек!


Теперь скрежет появился сверху. Тяжёлое тело проползло по крыше лифта, поверхность поскрипывала, но держалась. По металлу двери раздался скрежет, створки чуть приоткрылись.


— Братан, — весёлый голос Игоря был как обухом по голове. — Помочь тебе?

Дверцы затряслись, разошлись ещё немного, стали видны грязные пальцы с поломанными ногтями, упорно просовывающиеся в эту щель. Друг радостно засмеялся:

— Сейчас мы доберёмся до тебяяяя...., — хрипло втянул воздух и усилил натиск. В лифт подуло гнилью, запахом разложения, от которого у Миши заурчал желудок.

— Вспомни... , — проскрипело из позабытого телефона. — Обманули бабушку, обокрали...

— Отстаньте! — заревел навзрыд Миша. — Отстаньте от меня!

Он пятился от постепенно раздвигаемых дверей. Находящееся снаружи точно не его друг!

"Что же делать?!"


Прислонился к стенке... нет... что-то не то... мягкое, но колючее царапнуло куртку... Миша развернулся и увидел огромный похоронный венок. Большие зелёные листья шли по ободу, под ними красные розы, искусно вплетённые в узор. И длинная чёрная лента, на которой золотистыми буквами было выведено — Ерёмкин Михаил Васильевич... и дата смерти. Сегодняшний день.

А в центре его фотография... Потное испуганное лицо с безумно вытаращенными глазами. По ощущениям прямо как сейчас.


Экран потух. Тихий шёпот старухи, похожий на шуршание песка, не прекращающий что-то говорить всё это время тоже замолк. Миша мгновенно оказался в кромешной темноте.

Здравые мысли полностью исчезли, хотелось только завыть, как маленький ребёнок, впервые оказавшийся без родителей.


Опять шорохи в районе дверей. В тишине они звучали максимально страшно. До одури пугающе. Шух...шух...шух... Медленные шаркающие шажки, словно больной человек еле-еле передвигает ноги. Хриплый кашель. Вонь нестираного тряпья.

"Она волочет непослушное тело ко мне... дотянется...дотянется и схватит... "


Из темноты выплывала... выползала фигура, приближаясь и становясь всё реальнее с каждой секундой. Время растянулось, как будто нарочно желая, чтобы Миша ощутил каждой клеточкой животный страх. Ноги подкосились и он безвольной куклой сполз вниз по стенке.

Булькающий вдох совсем рядом. Мерзкий клёкот в районе коленей и чернота обрела объём, хватая его. Миша лишь пискнул, смотря на выглянувшее из мрака лицо старухи. Белёсые глаза, практически ушедшие внутрь черепа, перекосившийся в сторону рот, свисающие бледные щёки, словно из лица убрали все кости и кожа просто повисла на каких-то остатках.


— Так и не вспомнил....? — старуха вплотную приблизилась, крепко держа за руки и наваливаясь на парня. Он и при всём желании не смог бы уже отшвырнуть тщедушное тело, лишь тихонько подвывал, загораживаясь ладонями. Синюшный язык высунулся и бабка раскатисто закашлялась, выхаркивая его на грудь Мише. На звучание голоса это никак не повлияло. — Ну ничего, у нас ещё много времени...


Двери бесшумно распахнулись, впуская ещё больше темноты и ужаса в кабину лифта...



* * *

— И долго эта процедура обычно идёт?

— По-разному, — ответил мужчина в халате, без эмоций разглядывая тело парня. Миша был аккуратно зафиксирован на кушетке, а от головы шли несколько проводков к небольшому пластиковому корпусу, вмонтированному в стену. Там же был экран, транслировавший всё происходящее во сне. Время от времени ноги пациента дёргались и Миша тихо всхлипывал, но в сознание не приходил. — Всё зависит от степени наказания. Этому, думаю, хватит трёх-четырёх дней.

— А с ним что? — человек средних лет не отставал, продолжая спрашивать и с интересом разглядывать компактное помещение.


— Сергей, скоро ты сам во всём постепенно разберёшься, уверяю тебя, — мужчина положил руку ему на плечо. — Если вкратце именно по этому пациенту, то он занимался с другом мошенничеством. Обманывали старушек, рассказывали про разные замечательные девайсы с предоплатой вперёд... а у самых слабых отбирали деньги. Ну, я думаю ты уже догадался по его воспоминаниям, — мужчина махнул на экран. — Одну слишком сильно перепугали и у неё случился приступ. Ребятки думали, что всё обойдётся и бабка оклемается. Вместо помощи обнесли квартиру. Сбежали... но не учли, что над соседской дверью была камера. Та всё и зафиксировала. Беда ещё в том, что бабулька выползла потом вслед за ними и прямо на лестничной клетке у лифта померла. Ребят нашли, ну и отправили на этот эксперимент.

— Алексей Петрович, вы надеетесь, что он сработает?


— Был бы рад, — не стал отнекиваться доктор. — Может получиться неплохая замена тюрьмам. Попытаться во сне с помощью страхов и внушения заставить человека понять свою ошибку. Программа фиксирует твои фобии, создаёт по их мотивам симуляцию и раз за разом прокручивает её, немного меняя какие-нибудь детали для достижения оптимального эффекта. Получить от пациента раскаяние в случившемся — вот её основная задача.

— Ну или же свести его с ума..., — пробормотал будущий ассистент.

— Это один из возможных побочных эффектов. Но пока что из шести подопытных только два свихнулись после пробуждения. Следующие в очереди друзья-воришки. На данный момент мы занимаемся с мелкими делами — воровство, причинение вреда здоровью, преступления по неосторожности... но скоро нам должны передать настоящего убийцу! — воодушевился доктор. — С ним, думаю, будет интереснее всего. А пока давай пройдём в следующую палату.


Сергей уже на выходе ещё раз взглянул на монитор, на котором Миша выбежал из лифта и, рыдая, нёсся по лестнице вниз. Терзающие мысли "заслужил ли парень такое" и "готов ли я" он выбросил из головы, лишь дверь захлопнулась за ним, отрезая от тихих вскриков пациента.


Впереди было ещё много дел...

Показать полностью
242

Русалочка: страшная сказка

Признаюсь -  не страшная, а немного жуткая. И не короткая.


Старые морские легенды рассказывали принцу с самого детства. Слышал он о морских духах, которые если их завербовать будут предупреждать о невидимых рифах, о призрачных каравеллах, везущих святые реликвии, об утонувших кладах, охраняемых бессмертными тварями и, конечно же, рассказывали принцу про русалок: прекрасных морских дев, которые заключают сделки со смертными.

Как принцу ему полагалось читать трактаты по этике, изучать международное право, но уделяя учебникам едва ли больше часа в день он предпочитал ходить под парусом и слушать старые морские баллады о кораблях-призраках и морских чудищах.

В одни легенды принц не верил, но другие знал, как должен был каждый моряк, ибо предупреждали они об опасности. Никогда принц не выходил в плаванье, если с моря доносился глухой колокольный звон или ранее на заре кто-то видел стоящих у причала женщин в черном. 


И вот принцу исполнился двадцать один год - королевство в войне и отец его лежит раненый, испуская последний дух. Старый король умирал, а стать новым он был абсолютно не готов. В этом не было никаких сомнений.

Советники окружили молодого королевича на перебой диктуя стратегии, сообщая о прибытии послов, перечисляя военные долги. Принц вот-вот должен стать королем, а казна пуста и наполнять он ее совсем не умел.

Неизвестно что было бы, если бы один заморский правитель не предложил юноше жениться на его дочери - за это обещал он принцу тысячу солдат и десяток тысяч золотых монет, которые накормят крестьян и вооружат армию.


Юный принц, конечно, не хотел ни жениться ни править, но судьба не оставила иного выбора -

снарядив команду из верных ему матросов, он выходит в море за своей суженой и ее приданым.

Ни призрачного колокола, будто зовущего на скорую панихиду, ни скорбных черных женских силуэтов на берегу - ничто не предвещало неудачного плавания.

Закончив неохотно принимать поздравления с помолвкой, принц тревожно смотрит на волнующееся море. Волны усиливались и стали так сильно биться об борт, что дерево грозно трещало, угрожая обнажить щербатые зубы-обломки.

Ночью же поднялся адский вой и корабль закружило. Принц плавал не первый год, но никогда раньше не видел столько смерти -  молодой матрос от сильного ветра перевалился за борт, еще двое из последних сил держались за мачту, но руки не выдержали и вскоре они тоже пропали в штормовой воде. Люди кричали и умирали, море открыло свою темную бездонную пасть.

Принца долго избегала смертельная волна, но в конце концов и он погрузился в морскую пучину.

И вот он невольно опускается на дно.

Все морские твари, в которых верят только бывалые моряки, провожали принца взглядом: осьминоги с человеческими глазами, прекрасные сияющие как звезды рыбы, темные силуэты верхом на чудесных морских коньках - все смотрели на королевича и кружились вокруг, решая кто его заберет себе.

Принц, с полными легкими воды, был не простым смертным - молодой, почти такой же красивый, каким может быть разве что принц волшебного народа, сильнее всего приглянулся русалке.

Она схватила его за руки и потянула в свой волшебный грот, затем положила тело на камень, омыла пресной водой, расчесала его черные волосы, зашила его одежду, вплетая в нее кораллы в качестве пуговиц и запонок.

Так долго она любовалась на его бледное лицо, так покорила русалку его мертвая красота, что она влюбилась. А любовь бессмертного существа также спонтанна, непонятна, как и могущественна.  И будучи волшебным творением, русалка решила хоть на день, но оживить принца: она втянула грудью волшебный воздух и вдохнула его в легкие принца.

Грудь принца поднялась, а глаза открылись. И вот что они увидели: молодую женщину с очень бледной, почти прозрачной кожей, жесткими белыми волосами заплетенными в высокую прическу с помощью костяных заколок. Ниже живота ее лежал рыбий хвост - черный с изумрудным отливом, цвет его полностью совпадал с большими раскосыми глазами.

Она говорила с ним, но он не сразу понял ее речь: слова были знакомы, хотя голос скорее походил на шуршание волн о камни, чем на человеческий язык.

Русалка рассказала ему о кораблекрушении, о том, что вся его команда погибла да и он тоже, но как дочь морского царя она сумела для него выкрасть один день жизни.

Принц слушал диковинную речь, и долго не мог отвести от нее взгляда. Это было довольно  страшное и прекрасное существо одновременно. Он не чувствовал холода, жажды, не хотел есть, зато мог чувствовать. Принц испытывал симпатию к русалке - почти те же чувства у него были к пугающему и непокорному морю, а еще он очень боялся: со стен грота за ним наблюдала тысяча глаз. Юноша был в окружении существ имен которым не придумали придворные сказочники: это были создания разной формы, они изгибались нечеловеческим способом и общались с друг другом в совершенно иной манере, так что невозможно было понять довольны они или нет.


Видя каким потерянным стало лицо принца, русалка принялась рассказывать ему о подводном царстве. Что есть у нее отец, он правит всеми морями и стережет морские сокровища - среди них драгоценности из самых редких камней, сосуды со штормами внутри, ракушки исполняющие сокровенные желания и сундуки набитые старинными картами. Рассказывала она, что в подданстве у ее отца  несчетное количество душ, одни из них добрые, а другие страшнее самых глубоких и темных ущелий.  Что сама она не интересуется придворными делами, она любит притаиться у прибрежных скал и смотреть на сушу.  Там как много света и жизни!

Иногда, говорит русалка, после крупных кораблекрушений она видит на берегу плачущих женщин - тогда она незаметно забирает их пролитые в море слезы и уносит их скорбь с собой в глубины.


А еще, говорит морская принцесса, она может заключать сделки.

- Хочешь ли ты жить вечно? - спрашивает она своим нечеловеческим голосом. Слова ее ломаются и будто со скрежетом встают в предложения.

- Ты станешь мужем моим и будешь иметь все, что имею я - бессмертие и все привилегии зятя морского владыки.

Принц как завороженный смотрит на могущественную русалку и все прекраснее и невероятнее она ему кажется.

Оказывается, не врали старые матросы про морской народ, который дарует утонувшим место при морском дворе, подумал принц. Если останусь здесь, я целую вечность буду плавать по морям среди этих волшебных тварей и владеть несметными сокровищами, которых нет ни в одной казне. А если откажусь, то просто умру, так и не выполнив долг перед своим отцом и королевством. Подумал принц и ответил:

- Стану я твоим мужем. Но прошу тебя о последней милости, мое королевство воюет и если я не вернусь с деньгами для казны, то мой народ будет голодать, а замок захвачен и разорен. Перед тем как встретить тебя я плыл за своей будущей женой, приданое которой должно было прокормить моих подданных и армию. Прошу тебя, морская владычица, дай мне сначала привести сокровища, которыми славится твое царство, тогда совесть моя будет чиста.

Долго молчала русалка обдумывая просьбу принца. Существа вокруг опустились ей на плечи и начали суетливое движение: заползали ей в уши, извивались в ее белых волосах своими черными телами. Принц сжался от страха перед неведомым ему тварями, на суд которым он попал.

- Хорошо, ответила русалка, сделка заключена. Мои морские кони довезут тебя с сундуками богатств, которые окупят долги твоих подданных. Только помни, если не вернешься к закату третьего дня, будет смерть.

Обнял принц русалку, поцеловал ее руки, губы и поклялся, что вернется.


Ночью того же дня из волн морских вышла черная карета, запряженная прекрасными черными лошадьми, такими невероятными, что ни один луч света не смел отразиться от их тел. 

... А если нет, то будет смерть - с этими мыслями принц прибыл в свой дворец. Карета остановилась у самых ворот и когда стража вышла встретить ночного гостя, из нее появился принц - живой и богато одетый.

Весь двор - советники, министры, слуги и стражники бросились встречать принца. Вернее не принца - короля! Обрадованные подданные королевства сразу же провели пышную коронацию, ибо отец принца умер от полученных на войне ран.

Как только прошла церемония, молодой король, не теряя времени, распорядился пополнить казну привезенными богатствами, раздать долги и обеспечить народ провизией, а армию новыми мечами и латами.

Важно расхаживая по тронному залу, он, как еще никогда ранее, отдавал распоряжения, диктовал новые указы, да еще справедливые и полезные! Благо теперь не было недостатка в золоте.

А утром третьего дня к нему приехала та самая невеста, которая, узнав о чудесном спасении нового короля, решила навестить его. Посланцы передали молодой принцессе, что ее бывший суженый скоро должен навсегда вернуться в море, но ей так было любопытно увидеть своего недавнего жениха и так хотелось услышать истории про подводное царство, что на полный парусах домчалась она со свитой во дворец.

Принцесса была удивительно прекрасна - живая, с темно каштановыми, немного выгоревшими на солнце волосами, яркими зелеными глазами и персиковым загаром. В общем, девушка блистала той земной красотой, которой не могла быть одарена подводная принцесса - с ее молочно-бледной кожей, белыми волосами и черными как капельки нефти глазами.

Увидев ее, молодой король влюбился - не мог он устоять перед ее живым смехом, ее интересом перед ним и теплыми руками, на одной из которой должно было быть его обручальное кольцо.

Юноша провел с девушкой всего день, но уже мучился от того, что больше никогда не сможет ее увидеть.

Выйдя в предзакатный час к морю, где на берегу уже нетерпеливо стояли запряженные черные кони, он не смог сделать и шагу. Не вернулся он в море, не сдержал клятвы данной русалке.

Молодой король обреченно вернулся во дворец, положил голову на колени возлюбленной принцессе, закрыл глаза и погрузился в небытие.

Молодому королю начали являться тени, похожие на больших черных рыб, когда смотришь на них сквозь морские волны; они терзали его, шипели и гневно кричали своими странными голосами. А потом увидел он знакомый грот, где среди кристальных бликов лежала его русалка. Морская принцесса не двигалась, лицо ее, все такое же бледное, застыло в грустной маске будто икона. Существа, которые недавно мучали его, теперь опустились к своей госпоже и держали в лапах маленькие вещицы, которые вплетали в ее белые волосы: кто драгоценные камни, а кто непонятные предметы похожие на кости и деревянные щепки. Спустя мгновение, грот стал наполняться и другими морскими тварями -  королевичу показалось, что вокруг русалки собирается  траурная процессия.

А на утро принц неожиданно проснулся - рядом с ним была его земная принцесса, которая с заплаканными глазами всю ночь стерегла его сон. Принц пережил эту ночь, а затем и тысячи других. 


Много лет потом король читал книги и старинные свитки про волшебный морской народ - нигде не нашел он объяснения как же ему удалось обойти сделку.

Несмотря на вещий сон, не догадался король, что на самом деле сделку заключил не он, а русалка.


До сих пор те, кто знают язык волшебного народа или понимают пение чаек, могут услышать балладу о прекрасной русалочке. В память о дочери подворного короля, а также в назидание юным принцессам, рассказывают морские фейри о том, как попросила она у моря даровать своему земному возлюбленному жизнь в подводном царстве. Море согласилось, но с условием, что принц действительно любит ее и вернется к ней на исходе третьего дня. Но ошиблась русалочка в чувствах земного принца, и забрало море ее бессмертную жизнь.



Бабушка - страшная сказка

Ночной стук

Показать полностью
31

Надеюсь, я вас всех спасу (часть 2)

1 часть Надеюсь, я вас всех спасу (часть 1)



Человек привёл его к многоэтажному дому. Всё это время он размышлял, прикидывал варианты как поступить дальше. И даже чуть не упустил объект слежки. Если бы не чутьё, то точно проморгал бы.

Но такое же невозможно...этот человек выбивается из привычных рамок... или он просто не всё знает. Скорее всего. Ведь знания, инстинкт, некоторые навыки — это не даёт стопроцентной гарантии понимания того, что он делает. Главное верить.

Человек притормозил у одного из подъездов, но потом встряхнул головой и пошёл дальше по улице. Сейчас неплохой шанс!


Он быстро припарковался и бесшумно выскользнул из машины, не закрывая дверь. Время близится к вечеру, всё вокруг просматривается, но пока нет ни проезжающих автомобилей, ни других пешеходов, он может успеть. Плюс сила, что его охраняет, и удача, помогающая выскальзывать больше двух месяцев из многих передряг тоже должна прибавить шансов.

Молнией проскочил оставшиеся метры. Только тогда человек что-то ощутил. Или услышал сзади себя движение. Неважно, он уже рядом.


Рывком развернул на себя, одновременно блокируя предполагаемые удары кулаков. Чувство вопило и полыхало в голове "тот самый!", но он должен убедиться! Ведь это многое меняет...очень многое.

Всмотрелся в расширившиеся зрачки человека. Ощутил исходящие волнами импульсы страха...и гнева.

"Да, это точно он... Я не ошибся"

Пойманный тоже узнал его, дёрнулся и раскрыл рот громко крикнуть.

Но не успел.



* * *

Тело Игоря валялось сломанной куклой. Леонид даже вначале не поверил, когда ему сообщили про это. Попросту невозможное событие...которое тем не менее произошло.

"Как?!" — вопрос бился в замученной голове. И порождал другие, на которые так же не было ответа.


Он уже почти доехал домой, хоть немного побыть с семьёй, прежде чем возвращаться назад на обязательное общение с вышестоящим руководством... Которое снова всю душу вытянет за долбанного маньяка ...и тут такая шокирующая новость.


Тело увидела дряхлая бабка, пошедшая выбрасывать мусор. Подумала, что просто бомж, но затем рассмотрев натёкшую лужу крови, раскричалась, привлекая внимание жителей дома.

Какого хрена они тогда до этого вопля ничего не видели?! Да, место где нашли Игоря — какой-то закуток, рядом старые гаражи, да несколько контейнеров для мусора — но... Как можно притащить довольно крепкого молодого человека, убить, вскрыть и уехать как ни в чем не бывало, чтобы ни одна пара глаз нихрена не заметила?!

Может эта тварь действительно призрак?


Леонид помотал головой. Усталым голосом раздал распоряжения и поплёлся к машине, ощущая себя давно умершим, но по какой-то неведомой причине ещё шевелящимся трупом. На сидении ждала банка энергетика, купленная на заправке. На время сойдёт. Его ещё ждёт разговор с начальством и заполнение кучи бумажек. Семья похоже отменяется. Опять еда из забегаловки и куча кофе. Ничего нового.

Чего не скажешь про смерть сотрудника.


Убийство Игоря совсем не вписывалось в общую картину. Не подходил ни возраст, ни само место. Почему тогда остальной ритуал такой же? Сделан наспех, но сделан же! Глаза, вскрытие, рисунки на руках — так же, как и в случаях с детьми.

Леонид был страшно зол на Игоря. Зол и рассержен — даже то, что парень уже мёртв, не делало послаблений. Он отбросил банку, которая отскочила от сидения и завалилась куда-то назад.

Всё походило на то, что Спаситель, будь он проклят, заметал следы. Может Игорь нашёл зацепки? Но он же не настолько глупый, чтобы молчать, тем более зная насколько важно решить это дело как можно быстрее! Должен был рассказать хоть кому-то. Минимум ему!

"Ты был бы жив, идиот!"


А вот и отличие, которое он сразу не заметил. Звонила в полицию бабулька. Если бы не она, то неизвестно, когда нашли бы тело Игоря.

Спаситель явно не хотел, чтобы труп нашли так быстро!

Что задумал этот ублюдок? Почему он так резко поменял своё поведение, так долго выстраиваемое? Либо он совсем почувствовал безнаказанность, что его никто не сможет остановить...


В кармане куртки завибрировало. Леонид Александрович не сразу ощутил тряску, похлопал правой рукой, выискивая телефон и одновременно смотря на дорогу. Звонила жена. Как не вовремя! Он сбросил, пытаясь вспомнить, о чём думал. Мысли опять разбежались.

Снова тихое пиликание мелодии, уже заставившее занервничать. Марина не будет просто так докучать его, знает, в каком он сейчас состоянии. Мужчина сильно обхватил мобильный, словно пытаясь раздавить его.

Что за день такой!


— Слушаю! — получилось резко. Леонид смягчил тон, делая глубокий вдох-выдох. — Слушаю тебя.

— Лёнь..., — голос Марины был еле слышен. Связь прерывалась помехами. — Я...

— Говори громче, — из-за неразборчивой речи жены он прижал телефон к уху, пытаясь понять слова.

— Серёжка...Серёжка пропал.

Леонид Александрович недоверчиво посмотрел на дисплей, на миг позабыв про дорогу. Это шутка?

— Что произошло? — мужчина старательно себя успокаивал. Этого просто не может быть.

— Мы по магазину ходили...Я буквально на несколько минут отошла...

Повисла тишина. Затем жена всхлипнула, судя по звукам, уже готовая разрыдаться.

"Похоже неразборчивая речь не из-за связи"

— И теперь не отвечает... Телефон не выключен, просто гудки, как будто не берёт трубку...Ты же не думаешь...?— она не договорила, но всё было понятно и без слов.

— Нет, нет, — Леонид Александрович постарался говорить убедительно. Необходимо её успокоить, не хватало, чтобы Марина тоже что-нибудь отчебучила из-за нервного срыва. А судя по голосу, тот не за горами. — Конечно нет. Он просто..., — объяснения, почему сын не выходит на связь, не было. Парень совсем не глупый, чтобы так разыгрывать родителей. Да и ситуация по городу явно не для приколов.


А если правда... Он с силой врезал кулаком по рулю. Машина вильнула в сторону, грозя съехать с дороги. Зажатый в руке телефон выпал и закатился под ноги.

— Дерьмо! — Леонид притормозил. Не глуша мотор, пошарил руками по грязному коврику. Наткнулся пальцами на прохладный предмет. Тихое бормотание жены, которая была всё ещё на связи, подтвердило догадку.

Не отряхивая, он ответил, перебивая возгласы на другом конце линии. Телефон напомнил кое о чём важном. Что могло помочь в этой ситуации.


— Лёнь! Лёнь...? — звала его Марина.

— Так, слушай, — он сосредоточился. Голова болела от недосыпа, мысли разбегались, но необходимо взять себя в руки. — Не звони пока никому. Ни его друзьям, ни нашим, никому. Вообще никому.

— Я..., — попыталась сказать жена.

— Слушай и не сбивай меня! Я сам если что сделаю необходимые звонки. Постарайся взять себя в руки и жди. Может быть Серёжа объявится.

— Но такого же не было, чтобы он нас не предупредил...

— Это точно не Спаситель, — вроде бы вышло даже правдоподобно. Если жена начнет всем набирать, то тогда будет ещё больше паники. Сейчас и так, когда журналисты услышат о трупе сотрудника полиции, убитого так же как дети... будет то ещё светопредставление. — Сломался телефон, увидел знакомых друзей, — он понимал что несёт чушь, но нужно успокоить Марину.

— Хорошо..., — согласилась она.

— Я чуть попозже перезвоню. Запомни — никому!


Нажал на отбой, не слушая возражений. Сразу же набрал сына. На всякий случай. Как и говорила Марина просто долгие гудки. Когда Спаситель похищал детей, то обычно оставлял телефон там же.

"Но что, если работает второй?"


Простенький небольшой смартфон. Сын практически всегда его использовал, как плеер для музыки — хорошо укладывался в карман из-за размеров.

Звонить он не стал. Открыл приложение, позволяющее видеть местонахождение. Давно установленное на оба аппарата.

Первый находился в торговом центре, в который они всеми ходили за продуктами. Что подтверждало историю жены. Значит либо сын находится там же, по каким-то неведомым причинам, не отвечая на звонки, либо...

Второй номер оказался неподалёку от мелкой промзоны, в районе старых проржавевших складов, ранее использовавшихся для хранения строительных материалов и всякой всячины. Таких полузаброшенных мест, даже в небольшом городке, было предостаточно и оцепить их все не удавалось просто физически. Даже при содействии граждан.


Леонид Александрович зажмурил на пару секунд глаза. Сердце колотилось, как бешеное, а голова наоборот только больше разболелась.

"Соберись! Ты нужен сыну, как никогда раньше!"

Внутренний голос помог. Он распахнул глаза, уже зная, что делать дальше.



* * *

Старый склад поприветствовал затхлым воздухом и мерзким запахом. Который обычно исходит от дряхлых дедов и бабок, не следящих за собой. Леонид оставил машину как можно дальше от конечной цели, чтобы ненароком не спугнуть маньяка, и остаток пути провёл пешком.

Он до сих пор решал в голове сложную моральную задачу — звонить на службу или нет? Удивительно, но начальство пока ещё ни разу не маякнуло ему — чтобы быстрее приехал, почему задерживается, что там с уликами.


Тревожащий его вопрос, конечно, глупый, но если хорошенько подумать... Если сюда примчится куча ментов, то неизвестно, получится ли спасти сына в этой суматохе. Маньяк вполне может прикрыться им, как заложником. А если долго размышлять, то будет ещё хуже. Тварь может снова сбежать безнаказанной.

"Итак?"

Руки сами собой вытащили телефон, крутя в подрагивающих пальцах. Время идёт... тик-так, тик-так!

"Ощущаешь себя героем? Хочешь обезвредить непонятного опасного убийцу, водящего за нос все правоохранительные органы два с лишним месяца? Схватить его совсем не запыхавшись? Ты не в паршивом боевике, тут жизнь сына на кону!"


"Ладно" — он всё же разблокировал мобильный, прислушавшись к себе. Даже скорее к здравому смыслу. Огорчённо вздохнул, рассматривая из-за сгущавшейся темноты, непривычно яркий экран. Связи нет... Отошёл немного дальше, настороженно посматривая по сторонам. Никакой разницы.

"У нас до сих пор есть такие места? Я думал, они остались лишь в ужастиках"

Быстро напечатал сообщение с координатами. Отправил, не забыв написать кто здесь присутствует. Что нужно будет прислать всех свободных сотрудников. Как только появится сеть, то смс сразу же доставится.

"А ты так уверен, что Спаситель вообще тут?"


Данный вопрос Леонид тоже задавал, пока ехал сюда. Отчего он думает, что маньяк находится на этом складе? Вдруг сын...тут обычно логика замолкала, не зная, что предположить.

После убийства Игоря все так долго собираемые карты перемешались. Все крохи, что полиция знала о методах Спасителя, всё перевернулось кверху ногами.

А может тот видел его по телевизору? Пару раз Леонид Александрович давал интервью...да и Игорь там тоже присутствовал.

"Решил, что так сможет вывести меня из этой затянувшейся игры?"


Уверенность в своей правоте только росла. Он как никогда раньше желал, можно сказать умолял Спасителя, оказаться здесь. На этом складе. Чтобы раз и навсегда покончить со всем ужасом, творящимся вокруг.

Проверил пистолет, вплотную приблизившись к двери. Железная массивная створка была чуть приоткрыта, дуя сквозняком в лицо следователю.

"Надеюсь, тварь начнёт сопротивляться аресту. Чтобы я смог нашпиговать его как следует"

"А ты не хочешь узнать зачем он это всё делает?"


Леонид не ответил. Неожиданно замер, сжав тяжёлый засов до боли в ладони. В руку впились проржавевшие кусочки железа, но он не почувствовал боли. В глубине склада раздался негромкий крик. Приглушённый, еле слышимый на улице и тут же затихший. Словно ничего и не было.

"Серёжка!" — ошеломлённо узнал он голос сына.

Больше ни о чём не думая, распахнул дверь. Чутко прислушался. Впереди лишь полумрак и непонятные хриплые бормотания.

Осторожно двинулся вперёд, молясь чтобы под ноги не попала какая-нибудь доска или стекло.

Включать свет на телефоне было глупо, можно ненароком сразу выдать своё местоположение. Ему очень повезло, под подошвами лишь тихо поскрипывал песок. Зашуршало и он весь мгновенно покрылся мурашками. Всего лишь разорванный пакет с тонной пыли сверху.

Нечленораздельные гортанные звуки приближались.

Палец задёргался на спусковом крючке. Леонид глубоко вздохнул и пригнувшись зашёл в боковое помещение.


Разбитые окна и дыры в крыше давали немного света. Плюс мощный фонарь, лежащий на стремянке, освещал большой круг пола. Словно приветствуя на сцене известного актёра. Сына, привязанного к стеллажу, Леонид Александрович сразу и не заметил. Всё внимание было приковано на Спасителя, который словно спиной ощутил его взгляд и тут же обернулся.

На лице промелькнуло недоумение, которое тут же испарилось. Эффекта неожиданности, на который Леонид очень надеялся, практически не получилось. Выдержка у убийцы была железная.


Спаситель выглядел, как обычный человек. Совершенно незапоминающийся, он не походил на ту тварь, которой его представляли. На создание, наводящее суеверный ужас на людей. Нет ни мощного спортивного тела, ни уродств, шрамов и пятен, нет подпиленных зубов или обезображенной морды — ничего такого. Лицо, которое забудешь через минуту после того как увидел. Человек, который пройдёт мимо тебя, может даже что-нибудь спросит, а потом память сотрёт воспоминания, словно его и не было.

"Действительно призрак..."


— Я совсем не ожидал вас здесь увидеть, — спокойно произнёс Спаситель, будто не замечая пистолета в руке. — Это сильно меняет планы. Сколько у меня времени?

— Ты...ты шутишь?! — взревел Леонид. — А ну, стой! — он увидел мелкий шажок в свою сторону.

— Вы один...поэтому думаю, что в полиции ещё ничего не знают. Но тело нашли...рано...

— Сюда уже едут!


Спаситель еле заметно улыбнулся. Красные, от полопавшихся капилляров, усталые глаза, рассматривали Леонида. Проникали внутрь, выискивая правду и ложь. Ему стало не по себе от этого взгляда.


— Вы врёте...вы здесь один.

— Я сказал, стой на месте! И руки, чтобы я их видел!

— Хорошо, — убийца не стал спорить.

Леонид Александрович достал из кармана наручники, продолжая пристально следить за ним. Бросил под ноги.

— Надевай.

— Извиняюсь, но не могу, — покачал головой Спаситель. Ещё один мелкий шажок. — Мне нужно доделать начатое.

— Ты сраная тварь! Живо надел наручники и лёг на пол! Я не шучу. — Он не выдержал и продолжил. Желание узнать правду просто жгло изнутри. — Зачем? Зачем ты убил Игоря? И невинных детей?!


Что он хотел от него услышать? Что ублюдок раскаивается, просит прощения у своих жертв? Таким мразям недоступно сострадание...

— Я не убиваю невинных, — вымученно произнёс маньяк. И ещё один шаг вперёд, потихоньку сокращающий расстояние.

— Скажи это родителям, — отчеканил Леонид, держа его на мушке. Голова работала, как никогда чётко. Мозг словно понимал, что поставлено на кону.

На скулах заиграли желваки.

"Я могу пристрелить его прямо сейчас. И мне ничего не будет, наоборот, все будут только рады избавлению от такой мрази. Ещё и наградят"


— Как его звали? Игорь...да...он отличался, — тихо сказал Спаситель, встав на месте. Их разделяло максимум два метра. Но он продолжал не замечать направленного на него оружия. — Для меня было неожиданностью, что они могут быть такими взрослыми.

— О чём ты?

"Что он несёт?"


Спаситель повернул голову, смотря на сына Леонида. Тот мелко дрожал, безуспешно пытаясь освободить руки.

— Я не могу понять — они вдвоём были просто аномалиями, либо всё изменилось в худшую сторону? Всё стало запутанно и совсем нет времени ничего обдумать.

Его рука неожиданно дёрнулась назад, себе за спину.


Леонид Александрович на автомате сразу же среагировал на угрозу. Палец дёрнул спусковой крючок...и ничего. Выстрела не произошло. Оружие заклинило в самый неподходящий момент.

Внутри что-то щёлкнуло и пистолет перестал работать окончательно.


— Хотя бы удача ещё при мне, — Спаситель достал из-за пояса длинный нож. — Твой сын...эта сущность...нужно сделать всё быстро, — говоря весь бред, он незаметно приблизился ещё немного. Его руку потрясывало и нож ходил ходуном, словно выбирая, куда следует нанести удар.

Леонид Александрович тоже двинулся в сторону, стараясь удержать в поле зрения и маньяка, и своего сына. Заметил железный прут, валяющийся на стеллажной полке.


— Пап...помоги...— Серёжка лишь тихо захныкал, с надеждой глядя на отца.

— Не слушай его, — прошептал Спаситель, разминая пальцы. — Дай мне совершить начатое. Тебя я не трону.


Леонид только сейчас увидел следы порезов на руках сына. Они стали заметнее, когда мальчик повернулся на бок. Мелкие, едва заметные ранки, шли от кисти до локтя, пересекаясь и расходясь. Превращаясь в непонятный ужасный узор.

— Ах, ты тварь!


Дико зарычав Леонид Александрович швырнул уже бесполезный пистолет в лицо убийце. Одним махом схватил прут. Железка была достаточно тяжёлой, чтобы отбиваться.

"Нет! Нужно атаковать!"

Двумя быстрыми прыжками приблизился к маньяку. Тот мгновенно среагировал, коротким ударом остановив замах, почти попавший ему в голову. Не мешкая, Спаситель притянул лицо мужчины к себе, левой рукой схватив за волосы. Резкий тычок лбом в нос и по щекам и подбородку заструилась кровь. Леонид вскрикнул от обжигающей боли, хруст носа всё ещё отдавался в ушах.


Маньяк засмеялся — внезапно и дико, как безумный резевая рот. Перемена настроения была такой быстрой и неожиданной, что даже приглушила мучения.

— Глупец! — улыбка растянулась, обнажая зубы. — Ты ничего не понимаешь! Вы все нихера не осознаёте!

Леонид глубоко вздохнул, смахивая кровь на пол. Загородил телом проход к Серёже.

— Ублюдок...до моего сына ты не доберёшься.

— Это уже не твой сын, пойми! — сумасшествие плескалось в его глазах. В таком состоянии он ещё опаснее, может сделать что угодно...И никого нет, чтобы придти на помощь...

"А вдруг появилась связь и сообщение прочитали?"


— Ты просто псих, — он выжидал, обхватив прут двумя руками. Безумец неплохо управляется ножом, да и физическая подготовка чересчур хорошая. Нужно быть аккуратнее.

— Вы думаете, я убиваю детей из-за каких-то религиозных мотивов. Что они ангелочки с чистой душой и я не хочу, чтобы они замарались во взрослой жизни? Чтобы сразу попадали в рай?! — сорвался он в истерическом крике. — Я читал эти теории... Всё чушь... я пытаюсь всего лишь защитить вас!

Мозг отказался принять последнюю фразу. Леонид Александрович посчитал её ненастоящей, прозвучавшей где-то у него в подсознании.


— Я стал видеть их лишь недавно...Но почти сразу понял, что от меня требуется. И что делать дальше. Все знания я получил перед убийством первого...

— Что ты несёшь, ублюдок?!

Он пытается заговорить тебе зубы... Сделай так же...Усыпи его бдительность.

— Зачем тебе всё это? — Леонид помотал головой. Из носа текла кровь, мешая сосредоточиться.

"Попытаться освободить сына? Нет...слишком мало времени, чтобы развязать. А разрезать нечем..."


— Тебе это приносит удовольствие? — надо продолжать выжидать нужный момент.

— И кто из нас больной? — Спаситель снова ухмыльнулся. Стёр кровь мужчины у себя со лба, частично размазав её. — Мне приносило счастье лишь то, что я делаю важную работу.

— Работа убивать неповинных детей? Ломать судьбы их семьям?

— За всё приходиться платить..., — улыбка погасла, уступив место усталости. — Но так нужно...

— Для чего? — осторожно спросил мужчина. Псих немного успокоился, чуть опустил нож, потирая глаза. — Чего ты хотел добиться?

— Смысл объяснять..., — тихо проговорил Спаситель. — Я сам не всегда верю, в то, что творю.

— Попробуй, — тихим вкрадчивым голосом продолжил Леонид. — Мы можем помочь тебе...сдайся...успокой совесть, я же вижу, как тебе плохо...

— Нихера ты не видишь! — взвился Спаситель. Широко раскрытые глаза опять пылали яростью. — Мне нужно то создание за твоей спиной.

— Нет, — отрицательно покачал головой следователь. — Я не позволю.

— Меня охраняют высшие силы, — сказав это, Спаситель упрямо пошёл на него.


Первый удар Леонид отбил, чудом не насадив себя на нож. Схватил руку маньяка, выворачивая её, но тот лишь нечеловечески изогнулся и врезал рукоятью мужчине в скулу. Ударил снова в то же место, вызвав фейерверк в глазах. Пнул в колено, заставив согнуться и не напрягаясь оттолкнул его в сторону.

Леонид раскатисто закашлял, но сразу накинулся снова, повиснув на Спасителе. Он не должен дойти до сына! Убийца треснул локтём по рёбрам, ещё раз, и ещё, бешено работая рукой, как молотом.

Поднатужившись, перекинул мужчину через плечо. Удар об пол заставил тело заныть, в районе спины что-то хрустнуло, а левую ключицу обожгло огнём.


— Не мешай! — во взгляде Спасителя исчезла ярость и дикая злоба, осталось лишь спокойствие и уверенность. И это напугало Леонида больше всего. Из-за мгновенных перемен в настроении никак не получается ни договориться, ни стабилизировать этого безумца.


Маньяк не дал ему подняться вновь. Врезал ногой по уже больным рёбрам. Глаза Леонида выпучились, он с усилием открывая рот, лишь барахтался в пыли, стараясь вдохнуть хоть немного кислорода. Прут откатился, лязгнув напоследок.

Убийца торопливо подошёл к мальчику. Серёжа тихонько заскулил, сворачиваясь в клубок и пытаясь компактнее забиться в угол.


— Не притворяйся тварь, — покачал головой Спаситель. — Меня не обманешь, я вижу вас...всегда вижу... узоры сдерживают тебя, но времени мало.

— Помоги, папа...

Хрипя, мужчина приподнялся на колени. Левый бок превратился в остров боли, нестерпимо обжигая внутренности. Изо рта тянулась струйка крови, смешанная со слюной. Он выплюнул этот вязкий комок на пол. Воздух со свистом вырывался сквозь стиснутые зубы, но он упорно пытался встать.


Спаситель притянул сына к себе, умело разрезая верёвки. Серёжа начал лягаться, стараясь вырваться из цепких лап. Наконец маньяк отвесил звонкую пощёчину, отчего мальчик бессильно мотнул головой в сторону.

— Я стал видеть их недавно, — убийца потащил тело Серёжи к единственной деревянной поверхности в комнате. На Леонида он почти не обращал внимания. — Считай меня безумцем, психом...мне всё равно... Но меня избрали, я чувствую...избрали уничтожать таких как он, — Спаситель уложил, с неожиданной бережностью, паренька на пол, раскинув его руки в стороны. Поискал взглядом молоток. Гвозди россыпью валялись рядом с пыльной коробкой от стройматериалов.


— Не знаю почему именно я, но не мне рассуждать об этом.

— Не делай этого, — прохрипел Леонид, цепляясь за стену. Чёрт, он точно сломал ему пару рёбер, дышать настолько тяжело, что каждая крупица кислорода болью расходится по груди. — Это обычный мальчик, как и все остальные.

— Тебе сложно объяснить, но... когда я смотрю на них, всё сразу видно. Читается в глубине глаз... угольно-чёрных, в которых плескается тьма. Ты падаешь, бесконечность летишь в ужасную бездну, пока не отведёшь взгляд. Ощущение, которое мне приходится испытывать постоянно...Во всех этих детях что-то поселилось... Остались лишь тела, а внутри сидят незримые чудовища, поглотившие души.

— Ты понимаешь как звучишь? — каждое слово давалось с трудом, но необходимо было продолжать. Прут уже почти рядом - поблескивающее железо буквально на расстоянии метра.

— Понимаю, — не стал спорить Спаситель. Он подбирал гвозди, придирчиво разглядывая каждый. — Я пытался всё написать, отправить вам, но прочитав, ясно увидел...что всё впустую. Вы просто не поверите, я бы сам не поверил. А теперь... теперь я в ужасе. Вначале увидел существо, тьму, сидящую в том полицейском...а ведь ему лет тридцать! Как такое возможно?! Почему я не ощутил его раньше? Я старался, хоть что-то выбить из него, но получилось только узнать про этого паренька.

— Ты бредишь!

— К сожалению нет, всё указывает на то, что внутри сидит тварь. Извини, но твоего сына уже нет... давно нет...


Спаситель услышал тихий скрежет и мгновенно замолк. Обернулся и увидел Леонида, хватающего прут. Мужчина качался на ногах, но упрямо сделал шаг.

— Не хочу тебя убивать. Я сам позвоню в полицию, когда закончу, — он примерился, держа молоток. — Осталось немного... не времени, а этих тварей.


Молоток взвился в воздух, секунды замедлились, время словно остановилось, но ужасный предмет продолжил путь, с размаху вбивая гвоздь в ладонь мальчику. От нестерпимой боли Серёжа очнулся и широко открыл рот, надрываясь в вопле. Маньяк торопливо приставил следующий гвоздь.


— Аргххх! — Леонид не понял от кого шёл этот визг — от сына или от него. Из носа продолжала литься кровь, бок пульсировал, продолжая полыхать, он слабел с каждым мгновением, но вид сына, которого пытала эта тварь...

Царапая стены, на трясущихся ногах, продолжил идти. Пока адреналин разгонялся по телу Леонид опрокинул стеллаж, который чудовищным грохотом врезал по ушам. Взвилась пыль, заставив закашляться обоих. Но хотя бы он добился того, что Спаситель не довершил своё ужасное дело.


— Прекрати, — гвоздь упал и пока убийца, чертыхаясь, готовил следующий, Леонид сделал ещё пару нетвёрдых шагов. — Либо мне придётся вырубить тебя.

"Соберись... сил хватит всего лишь на один рывок"


Сын нашарил свободной рукой выпавший гвоздь и, не мешкая, вонзил его в лицо маньяка. Проткнул щёку, немного расцарапав язык.

Спаситель неверяще потрогал рану и тут же был сбит с ног. Леонид оттолкнулся от стены, волна боли прошла по рёбрам, но он уже оказался совсем рядом. Прут сделал размашистую дугу и попал убийце по челюсти. Мерзко чвякнуло и Спаситель взвыл, падая на пол. Следующий удар пришёлся по руке, держащей нож.


— Аааа! — взревел маньяк. Оружие выпало и он попытался сразу поднять его. Пальцы слушались плохо и всё никак не могли обхватить рукоятку.

Леонид пинком откинул Спасителя и сам взялся за лезвие.


— Твари оказались умнее...я понял...заманили в ловушку, — слова из разбитого рта давались с трудом. Спаситель пригнулся, готовый биться до конца. Даже голыми руками. — Я всё равно уничтожу тебя! — крик предназначался Серёже. — Он смеётся за твоей спиной! Обернись же, глупец!


"Я его не удержу" — промелькнуло в голове мужчины. — "Как бы не хотелось взять живым..."


Спаситель рванул к нему. Время замедлилось — казалось убийца движется, еле-еле перебирая ногами. Каждое движение, как стоп-кадр.

Нож вошёл ему прямо в раскрытый рот. Лезвие разрубило губы и язык, застревая где-то в нёбе.

Леонид Александрович выдернул оружие. Выплеснулся фонтанчик крови и Спаситель отхаркиваясь повалился на него, забрызгав красными каплями одежду и лицо.


— Зря..., — булькнул он. Попытался сказать что-то ещё, но гримаса боли скрючила маньяка. Он задёргался, безуспешно пытаясь приостановить кровотечение. Наконец откинул руки и сполз по стене. На лице застыло удивление. Остекленевшие глаза помутнели.


Леонид не теряя времени развернулся и подбежал к сыну. Серёжа всхлипывал, но держался молодцом, учитывая, что правая рука была прибита гвоздём к полу. Мужчина заметался по комнатке, разглядывая пыльные полки. Где-то пустые, а где что-то и осталось. Но ничего нужного не нашёл, чем можно было помочь сыну.


— Там, — сказал Серёжа трясущимся голосом. Кивнул на лежавшую в самом углу небольшую сумку. — Он в ней нёс инструменты.

На счастье Леонида в сумке обнаружились плоскогубцы.

— Потерпи немножко, сынок, — он постарался, как можно быстрее, выдернуть гроздь.


Сын заскрипел зубами, но сдержался и не пискнул. Лишь испуганно поглядывал на неподвижное тело Спасителя.

— Он мёртв?

— Да, — мужчина утвердительно мотнул головой. — Не переживай...


Глаза сына...буквально на секунду стали чёрными. Леонид Александрович поморгал, стараясь понять — видел он это или нет. Голова была такой тяжёлой, веки слипались, а тут ещё всё в долбанной полутьме.

"Конечно, привиделось! Переутомление и многодневный недосып... плюс безумные речи сумасшедшего..."


Сын улыбнулся, так же как делал всегда. Обнял его. Мужчина поморщился от боли в рёбрах, но потрепал Серёжу по макушке.

"Теперь всё будет хорошо"


— Спасибо, что спас меня, пап...



* * *

Неделю спустя.


— Здравствуйте, я вас слушаю.

— По одному из адресов, указанных мною в дальнейшем, вы найдёте в квартире женщину без сознания, — уставший голос запнулся на мгновение, но продолжил. — Я не рассчитал свои силы, скорее всего лёгкое сотрясение. У соседа есть запасной ключ, так что проблем не возникнет. По второму... по второму обнаружите тело ребёнка...

— Постойте..., — растерянно произнесла диспетчер. Замахала руками, привлекая внимание других в комнате.

— Не отвлекайте, — голос перестал дрожать. Стал безэмоциональным. — Записывайте адрес...

Показать полностью
46

Надеюсь, я вас всех спасу (часть 1)

Дверь чуть не свалилась, когда Леонид Александрович толкнул её. Вроде всего лишь легонько надавил на старое скрипучее дерево, а дверь уже повисла на проржавевших петлях, грозя оторвать их и грохнуться в коридор, поднимая облако пыли. А пыль будет точно — видно невооружённым глазом, что тут давно никто не живёт. Как и во всём полуразвалившемся доме. Все квартиры пустуют. Только поэтому это место и было выбрано для очередного...


— Леонид Александрович, — устало раздалось где-то в глубине помещения.

— Да-да, — пробормотал мужчина, тряся головой. Сколько он уже не спит? Мысли с каждым днём становятся всё медленнее, всё сложнее рационально соображать, давать поручения...да даже выполнять свою собственную работу настолько тяжело, что...Ну, вот...забыл, что хотел сказать... — Иду.


Шаги громко отдались по коридору, подошвы туфлей скреблись по дощатому полу, противно проникая в уши. Мужчина поморщился и постарался поднимать ноги повыше. Сейчас в пыли заметно множество следов, но несколько часов назад тут были только отпечатки больших ботинок, с толстой подошвой. Толку с этой информации...

Пальто зацепилось за почти неприметный кусок дерева, который будто нарочно торчал из дверного косяка. Мужчина дёрнулся, чудом не разорвав плотную материю.


— Чёрт, — пошатнувшись пробормотал Леонид Александрович, смотря на измазанный пылью рукав. Мысленно плюнул.

"Потом отряхнусь"


Зашёл в комнату, пропустив грязную тёмную кухню и мелкий закуток — скорее всего туалет или ванная. Скудное освещение, благодаря солнечному свету пробивающемуся сквозь мутные стёкла, давало различить такой же скудный интерьер. Вещи, которые за всё время не разграбили и не унесли — односпальная кровать у двери, шкаф с различной посудой, пара тумбочек, кособокий стул, настолько древний, что даже касаться его было страшно, пузатый телевизор с разбитым экраном, прямиком из 90-х, и зеркало напротив - большое и...чистое. Всё остальное вокруг в пыли, наверное толщиной с палец, а вот зеркало..."трельяж"— подсказал внутренний голос ненужную на данный момент информацию ...чистое, ни единого пятнышка.

Зато пятнышек много в другом месте. На полу. Красных, навсегда впитавшихся в дерево.


Посередине всего этого безобразия стоял молодой человек, лет тридцати — тридцати пяти. Невыспавшееся и усталое лицо, всклокоченные волосы, форма, толком не заправленная и отсутствующий взгляд — сейчас примерно так же выглядит и он сам.


— Здравствуй, Игорь, — слабо махнул ему рукой мужчина. Хотелось присесть, но он знал, что если сейчас куда-нибудь завалится, то может просто отключиться. Лишь постоянные звонки от начальства, да крепкий кофе — вот две вещи, которые не дают ему провалиться в спасительное забытье.

— Всё тоже самое, — сказал Игорь, протягивая фотографии.


Мужчине совсем не хотелось на них смотреть...но это нужно. Лучше так, чем приехать сюда на полчаса раньше и лицезреть всё своими глазами. Хотя в первые разы он так и делал.

Даже зная, что на них запечатлено, Леонид Александрович всё равно сглотнул мерзкий ком, грозящий вырваться наружу. Хорошо, что он сегодня не завтракал. И скорее всего уже не пообедает.


— Никаких изменений?

Глупый риторический вопрос...Надежда, что в этот раз где-нибудь тварь ошиблась...

— Как и в прошлых семи случаях — анонимный звонок с "левой" симки, которая обнаружилась здесь же, приехали...ну и нашли...очередной "подарок" от Спасителя.

— Хватит его так называть! — процедил мужчина, смотря прямо на ошеломлённого Игоря своими красными от усталости глазами. — Долбанные журналисты дали кличку и теперь все её наперебой цитируют. Какой, к чёрту, Спаситель стал бы так делать?!

— Извините, — пробормотал парень, взлохматив волосы. Покраснел от волнения и уставился в пол.

— Ты меня извини, — своим обычным тоном продолжил Леонид Александрович. — Просто...

— Понимаю, — не стал обижаться Игорь. Печально покачал головой. — Я сам виноват. Не стоило идти на поводу у прессы.

— Снова никто ничего не видел? — ещё один риторический вопрос.

— Он продолжает выбирать самые заброшенные места. И безлюдные. А оцепить их во всём городе никогда не получится — слишком много нужно человек...


Другого ответа Леонид Александрович и не ожидал. Ради чего он сюда приехал? Узнать, что опять ничего не известно? Бред...все эти недели как бред безумца или сон сумасшедшего...хотя лучше чтобы всё и оказалось его обычным кошмаром. Чтобы он сейчас проснулся и с весёлой улыбкой пошёл завтракать с сыном, а не стоять в замызганной заброшенной квартире, пялясь на пол и стены. На одну из стен он пока что так и не посмотрел.


— Мда, — хоть тело уже убрали, но вокруг всё равно витал прогорклый запах. Запах смерти. И вонь, впитавшаяся в пол...и скорее всего начавшая проникать в пальто. Но это привычно — одежда тоже повидала на своём веку многое. То, отчего он сам время от времени не может уснуть, либо просыпается в конвульсиях. Происходящие уже два месяца события рассудок переносит очень плохо.

— Езжай назад, — Леонид помассировал веки пальцами. — Я тут ещё побуду, может всё таки что-нибудь найду...


Игорь открыл рот, но тут же передумал, глядя на осунувшегося коллегу. Тот был слишком упрямым человеком. А это дело уже настолько въелось в него, что жажда разыскать безумца похоже всё больше превращает Леонида Александровича в какого-то зомби. Он хотел предложить довести его до дома, хоть немного вздремнуть, но вместо этого пожал протянутую, чуть потрясывающую руку, и вышел.


Оставшись один Леонид наконец-то развернулся и уставился на грязную стену. Эта вещь тоже повторяется из раза в раз — надпись прямо под телом. На полуотклеившихся обоях было написано красной краской..."не ври себе, ты прекрасно знаешь, что это не краска"... красивым, даже каллиграфическим почерком — Надеюсь, я вас всех спасу.

Кулак со всей силы впечатался в буквы, отдаваясь жгучей болью в костяшках.


* * *

Спасителем его как раз и прозвали из-за подписи. Журналисты, как всегда и бывает, про всё узнали и придумали такую кличку, сразу же прилипшую намертво. Вначале в кавычках, показывая тем самым негативный смысл слова, но затем со временем их убрали, хотя люди продолжают жаловаться на это. Сам убийца никак не реагировал на прозвище — просто продолжал звонить в полицию, говоря адреса, по которым следует прибыть.


Леонид Александрович притормозил на светофоре,через пару мгновений загорелся красный и по переходу прошествовал грузный мужчина, шатаясь, но непонятным чудом держась на ногах. Заныли отбитые пальцы от желания врезать по этой пьяной морде. Злость требовала выхода.

"Но какая вина подвыпившего мужичка? Ты сам бы хотел так сделать - нажраться до беспамятства, забыться хоть на одну ночь"

"Нет" — Леонид попытался отрицать очевидное.

"Да, и ты это прекрасно знаешь" — неумолимая правда разбила все неуклюжие попытки.


Звук сигнала еле-еле проник в уши. Через несколько секунд повторился. Только тогда Леонид встрепенулся. Увидел в зеркало заднего вида яростно сигналящую машину.

— Чёрт! — задумался и пропустил зелёный. Да и чуть не задремал.


Бухой дядька невозмутимо продолжал ковылять по асфальту, уходя дальше.

Вот таким вот...людям...похрен на всё — и на позднее время, и на отсутствие людей, и на маньяка, орудующего в городе. Из-за которого даже днём боятся оставлять детей без присмотра. Но которые продолжают исчезать...и появляться потом в неприглядном виде. Уже первый труп потряс город своей жестокостью. Точнее второй...первый на время удалось скрыть от общественности, думали, что обойдётся...привыкли, что городок тихий и почти ничего не случается. Испугались паники, которая непременно начнётся.

А тут такое.


Его разбудил рано утром звонок от начальства, даже толком не объяснившее что к чему. Лишь приехав на место — древний, провонявший плесенью частный дом где-то на окраине, он понял почему никто не смог ничего рассказать. Это надо было видеть своими глазами.

Труп ребёнка, лет десяти, прибитый гвоздями к полу. Один удар ножом в сердце. Глаза вырезаны — аккуратно и, как потом скажут эксперты, профессионально. А дальше...дальше убийца вскрывал тело. Тоже методично и осторожно. Ну и последний штрих — непонятные символы, которые он чертил жертве на руках. Закорючки так и остались неразгаданными - не нашлось совпадений ни на одном языке. Просто сумасшедшие каракули.

Либо маньяк был умнее и пытался распылить внимание полиции на несуществующих деталях. Что на время ему даже удалось.


В любом случае только когда появилось второе тело подключилось телевидение. Кто-то слил некоторые нелицеприятные моменты. Хотя в эпоху всеобщего интернета и большого количества камер спрятать хоть что-нибудь становиться всё труднее.

Но этой твари удаётся. Удаётся каждый раз!


После третьего трупа началась всеобщая паника, которой хотели избежать. На них стали давить сверху, видимо думая, что такие вещи расследуются по взмаху руки, от любого щелчка пальцев.

После пятого получили взбучку те, кто повыше. От тех, кто ещё выше. Но толку не было — никаких следов, никто ничего не видел. Понятно только одно. Маньяк забирал лишь тех, кому было десять лет — ни больше, не меньше. Дети из вполне благополучных семей, возраст, в котором ты уже не сядешь в машину и не подойдёшь к незнакомцу, который хочет угостить конфеткой — и всё равно исчезновения продолжались. Из парка, с улицы, с остановки, даже из дома — Спаситель умудрялся каким-то образом не попасться ни на одну камеру, никто не смог его сфотографировать или увидеть. И как ему удавалось заговорить ребёнка так, чтобы тот пошёл с ним? Леонид Александрович стыдливо радовался, что его сыну четырнадцать — явно неподходящий возраст для этого урода.


Ещё в убийствах не было порядка. По поводу второго ребёнка он позвонил в полицию через пару дней, третий — почти неделю, четвёртый — практически сразу на следующий день. Никто не знал, когда тварь нанесёт удар, что ещё больше деморализовало людей. После седьмого, ублюдка не было слышно целых семнадцать дней, но Леонид Александрович точно знал — это совсем не конец.


Озлобленные горожане, доведённые до кипения, сами начали патрулировать свои районы, не надеясь на правоохранительные органы, но...Спаситель был как призрак. Некоторые особо умные стали реально его считать каким-то высшим созданием, наказанием, отбирающим самое ценное.

Единственные так называемые улики — отпечатки ботинок и предполагаемый мотив. Поданный тоже не без помощи журналистов и повылазивших изо всех щелей доморощенных экспертов по криминалистике. Что маньяк убивает детей, думая, что они попадают в рай. Тот тип серийных убийц, которые считают, что у них есть какая-то великая миссия.

Ищет самые невинные создания, отправляя их наверх. Оттуда и подпись — Спаситель пытается сказать, что детишки в лучшем месте.

Какого хрена они тогда так обезображены? На этот вопрос все скромно затыкали рты. Но находились люди, верящие в такое безумие. В соцсетях появились группы поддержки...но не семей погибших, а этой пародии на человека!


"Безумное время...Ещё несколько жертв и у него могут появиться подражатели, вот тогда начнётся самая жесть..."


* * *

Он неспешно прогуливался по парку. Весна только недавно началась — поэтому под ярким солнцем пока ещё довольно прохладно, время от времени порывы ветра подталкивают вперёд, словно намекая на то, что нужно поторопиться.

"Может это тоже знак?"

"Может быть" — он не стал спорить. — "Ко многим вещам, которые сейчас происходят нужно прислушиваться"


Прошёл мимо детской площадки. Очень мало мамочек с колясками, мелкотни, бегающей по асфальту и скатывающейся с горок. Несмотря на светившее солнце людей почти нет. Хоть и с телевизоров сотню раз сказали возраст погибших детей, но все негласно решили, что проще перестраховаться. Редкие прохожие поглядывают с опаской друг на друга.

"Что поделать, такая цена... Мне жаль, но по другому никак..."


Чуть подальше дети под присмотром взрослых, уныло раскачиваются на качелях. Он присмотрелся...Нет, никто не подходит. Увидел, как одна из мамаш толкнула плечом, сидевшую рядом подругу, кивая на него.

"Ну, конечно, просто так человек не может проходить мимо. Обязательно в каждом видеть маньяков и убийц..." — тут же перебил себя. — "Не буду их винить...вина всё равно лежит на мне. Но скоро всё должно закончиться"


Он не сбивая шаг, прошествовал дальше, даже не вздрогнув под взглядами женщин. Пусть смотрят, даже если его остановят — документы на месте и объяснение почему он тут гуляет тоже. Так что нет никаких проблем. Тем более подходящих кандидатур не видно. Такое происходит время от времени, он уже привык, что по несколько дней, а то и недель, ему не попадается нужное. Главное — быть готовым, когда придётся совершать то...что необходимо. Пора ехать дальше.


Он развернулся и, спрятав руки в карманы длинной куртки, дошёл до парковки. Сел в свою машину, откинувшись на сидении. Заболела голова, покалывая виски. Неприятное ощущение разлилось от затылка, проникая всё глубже. Жаль нельзя принимать таблетки, от них он слабеет и становится более уязвимым. С пятым так и произошло — ребёнок чуть не сбежал от него, просто чудом удалось предотвратить ужасное... Сложно тянуть этот груз в одиночку, но он должен справится. Обязан.

"Потерпи, осталось немного" — внутренний голос подбодрил. — "Помни, ради чего ты всё делаешь"


Мужчина прислонил лоб к рулю, ощущая слабость. Ужасно хочется спать...чем ближе он к цели, тем меньше остаётся сил. Но после "ритуалов" на несколько дней пропадает аппетит, а заснуть получается всего лишь на пару часов.

"Ты сам решился, поэтому терпи"


Встряхнулся, заглушая боль, загоняя её в дальний уголок мозга. Похрустел шеей и широко зевнул. Завёл машину и поехал по дороге, посматривая то в одну, то в другую сторону. Его чувства обострены до предела, он буквально ощущает малейшие изменения в поведении окружающих людей. Точнее детей... Малочисленных, но всё же. Неважно, проходят ли они мимо или сидят дома — "компас" проникает даже сквозь стены, отсеивая неподходящих. Главное быть неподалёку. Как это всё работает...? Ненужный вопрос — значение имеет только лишь цель. Цель, которая видится остальным, как нечто ужасное, неправильное...даже безбожное. Но он не будет ничего им объяснять — сделает, что требуется, а дальше...дальше неизвестность. Но она не страшит его.


Резко ёкнуло в груди. Настолько быстро и болезненно, что он еле справился с управлением, чуть не пропустив светофор. Нельзя привлекать лишнее внимание! Мужчина скривился и потёр рукой в районе сердца, чувствуя, как оно трепыхается, как разливается адреналин по телу. Еле сдерживаясь припарковался неподалёку и вышел, аккуратно закрыв за собой дверь. Всё нужно делать без суеты — это главное правило, особенно сейчас.

Что же его так взбудоражило? Спокойно, спокойно... дыши размеренно. Он сделал вид, что копается в телефоне, но взгляд в это время перебегал с одного лица на другое. Зашагал вперёд, продолжая выискивать необходимое. Грустные, весёлые, в морщинах и молодые лица проплывают мимо, не обращая на него никакого внимания. Не то, всё не то...

Центр города, одно из немногих оживлённых мест, тут будет довольно сложно поймать свою цель. Если она найдётся. Пока что проходят одни взрослые, лишь изредка попадаются дети и подростки. Обычные.

Сердце всё равно продолжает колотиться, а по телу волнами расходятся мурашки.


Что...? Взгляд зацепил идущего на него человека. Не...не может такого быть...А ведь он его знает, видел не один раз!

Мужчина потерянно похлопал глазами, не веря себе. Мысли молниями носились в голове, ища объяснение, но его не находилось.

"Что же делать?"

Человек шёл, не обращая внимания, уткнувшись в дорогу. Ещё секунд пятнадцать и будет совсем рядом.

"Что делать?" — повторный вопрос так же исчез в тишине.


Он накинул капюшон на голову и присел, якобы отряхивая штанину. Чуть отвернулся в сторону. Мышцы напряглись, готовые к предстоящему. Закололо кончики пальцев — ещё один безошибочный знак, вкупе с пульсирующей болью, гудящей в висках.

"Не здесь...Нужно знать точно. Аккуратно проследить и увидеть всё своими глазами"



Продолжение следует...

Показать полностью
65

Распутье

Доброго вечер Всем (на моих часах 01:41).

Давно я не писал ничего нового, да и старого тоже, хотя обещал.

Что-то меня накрыло сегодня, просто открыл ноут и начал писать (кто знаком с моим творчеством знает, я так и пишу).

В общем вот, решил тряхнуть стариной и написать мистику. Печатал-печатал и пришел в тупик, скорее всего из-за того, что мозг хочет спать. Но, так или иначе, так как идей у меня полная голова (кто сичтает мои рассказы говном, то идей полна жопа), то я рад, что хоть эта идея появилась в тексте.

В независимости от того, как рассказ воспримут читатели, завтра в 7:00 - 5:00 (МСК) я его допишу, уж больно понравилась мне самому (готов он будет примерно к 9:00 МСК).


Подписчикам:

Те, кто подписался на продолжение рассказа "Холод", отправьте мне письмо  с соответствующей темой volkov.script@mail.ru

Те, кто подписался на продолжение рассказа "Обреченные", сделайте тоже самое.

Если кто-то вдруг подписывался на серию рассказов "Тайные папки" то для Вас вообще бонус.


А теперь, сам рассказ(ик).


Распутье


Автомобиль ехал медленно. Нет, не потому, что человек за рулем был неопытным водителем, он даже наслаждался ночными поездками. Еще бы, после городских дорог, после часовых пробок, после вечной спешки города – ехать по загородной трассе – это одно удовольствие, а ведь по ней он ездил не так часто, а лишь в те недели, когда не работал, ведь в те моменты он жил за городом, в небольшом поселке. Но в эту ночь ехать было не так комфортно, огромные капли дождя, с огромной силой, молотили по всему автомобилю. Дворники бегали по лобовому стеклу словно сумасшедшие, но это не сильно помогало. Конечно, встретить попутный автомобиль, а уж тем более человека, в такое время, на дороге, которая соединяла небольшой поселок с маленькой деревней, было невозможно. Но лось, который вряд ли думает о последствиях столкновения с машиной, вполне мог бы выпрыгнуть на трассу, а это, если не гибель, то в любом случае, малоприятное событие.


Иван, мужчина чуть старше сорока лет, не переживал о том, как долго ему предстоит ехать, если придерживаться низкой скорости, напротив, торопиться ему было некуда. Мать Ивана, которая живет в той самой деревушке, попросила сына приехать к ней и на утро отвезти её в городскую больницу. Вот и пришлось выезжать из своего поселка в четыре часа ночи, чтобы забрать маму, которая непременно решит его накормить, а потом, им еще два часа ехать до города.


С Иваном поехал его сын – Дмитрий, который, пока хозяйки не будет дома, должен будет накормить скотину, открыть теплицы, и наконец-то доделать полки в бане, что уже давно обещал сделать. В этом Ивану повезло, есть с кем поговорить в дороге, и он точно не уснет.


- Не понимаю, почему мы до сих пор не можем перевезти бабушку к нам? Все ближе, если ехать в город. А так, пока до нее, в обратную сторону доедем, - Дима зевнул.


- Ты же знаешь её, пока может стоять на ногах, будет держать скотину, а уж про огород – я вообще молчу, - Иван похлопал сына по плечу.


- Тоже верно, может машину ей купим? Она же на тракторе ездила, правда в прошлом веке, - Дмитрий усмехнулся.


- Точно, тогда придется ездить к ней, чтобы потом, нам же, но на её машине, ехать в город.


- Все-таки рановато мы выехали, час могли еще спокойно спать, - Дима вновь зевнул, но в этот раз уже продолжительнее, потягиваясь.


- Не дразнись. Знаешь ведь, пока пирогами нас накормит, квасом напоит, не удивлюсь, если она всю ночь не спала и стояла у плиты, да и я не тороплюсь, глянь на дорогу.


- Папа, осторожно!


Иван в последнее мгновение заметил человека, который стоял на дороге. Мужчина резко вывернул руль и ударил по тормозам. Машину занесло, едва не выкинуло в кювет и развернуло.


- Ты как? В порядке? – Иван потряс рукой сына.


- Да, пап, все хорошо, - с дрожью в голосе ответил Дима.


Секунд десять отец и сын смотрели на человека, из-за которого только что чуть не попали в аварию. На дороге стоял мужчина, в одних трусах и что-то держал в правой руке.


- Какого черта? – Иван отстегнул ремень. – Звони участковому, я пойду посмотрю, что это за кадр, - мужчина потянулся к ручке двери.


- Может не надо? Может наркоман какой?


- И что? Теперь тут его бросать? Да его либо звери пожрут, либо собьёт кто, ладно он, дак ведь другие погибнуть могут, - Иван накинул капюшон и вышел из машины.


Дмитрий достал телефон, по дороге до деревни связь ловила. Молодой человек набрал номер участкового, им был старый друг Ивана, пошли гудки, вскоре участковый ответил.


Тем временем Иван все ближе подходил к мужчине. Оказалось, что в руке он держал видеокамеру, что сильно удивило Ивана, ведь пока он шел, то думал всякое. А кто его знает, может у мужика в руке нож, пистолет, бутылка стеклянная. Может это новый вид угона автомобиля – вот так вот остановить машину в лесу, ударить ломиком по голове и все, тело в кусты, а машину на разборку.


- Эй, мужик, ты чего тут делаешь? – все что придумал спросить Иван, ответа не последовало.


Иван уже в плотную подошел к столь неожиданному путнику. Им оказался молодой человек, на вид не старше двадцати пяти лет. Его всего трясло от холода, на улице лето, но сегодня явно не самая жаркая ночь, плюс дождь, плюс тот всего в одних трусах.


Молодой человек, как оказалось, не стоял на дороге, он медленно, маленькими шагами, двигался в сторону поселка, и постоянно что-то бубнил себе под нос.


- Эй, парень, что с тобой? Давай подвезу? – Иван аккуратно взял его за плечи, развернул, и повел в сторону своего автомобиля.


Его усадили на заднее сидение. Молодой человек не переставал шептать, его продолжало трясти, несмотря на то, что в салоне было тепло.


За поворотом появился полицейский автомобиль, он медленно подъехал к машине Ивана и остановился.


- Что у вас стряслось, Иван Викторович? – участковый вышел из своей машины, и в этот же момент перестал лить дождь.


- Коля, привет, да тут такое дело, - Иван замялся, - Сам посмотри, - Иван пальцем указал на заднее сидение.


Полицейский подошел к окну и заглянул в салон.


- Это вы где его нашли? Валялся что ли? Пьяный?


- Не валялся, по дороге шел, а вот пьяный или нет – не знаю, вроде не пахло от него.


- Что сказал?


- Молчит, бубнит что-то и трясется.


- Ну дела, - полицейский открыл дверь и обратился к молодому человеку. – Николай Михайлович, старший участковый, как вас зовут? – на этот раз незнакомец повернулся в сторону полицейского.


- Я… нннне пппомнню, - стуча зубами и дрожа прошептал незнакомец, - Гггдде я? – после этой короткой фразы он вновь уставился вперед перед собой.


- Да уж, подкинул ты мне работенку. Что делать, помоги пересадить его в мою машину, повезу в участок, может белочка? Глядишь на утро вспомнит кто он. Он что, так и шел в трусах? - Николай вновь выпрямился и посмотрел на Ивана.


- Да, прямо так, раздетый.


- С ним ничего не было? Может вещи какие нес?


- Да нет же, говорю тебе, в трусах одних, - соврал Иван.


- Ладно, помоги мне.


Через некоторое время, мужчины перенесли незнакомца в полицейскую машину. Тот сразу же лег на заднем сидении и уснул.


- Завтра, жду тебя в участке, напишешь мне объяснительную, что и как было, - в свойственном, приказном, для полицейского тоне, приказал Николай.


- Хорошо, только не с самого утра, я за мамой, и в больницу её повезу, в город, - наверно только в этот момент Иван подумал, что на утро незнакомец может вспомнить про свою камеру. Да и черт с ней, может выронил где-то, пока шел в беспамятстве.


Мужчины пожали друг другу руки. Николай сел в машину, развернулся, и тут же поехал обратно. А вот Ивану потребовалось время, чтобы вернуться в свой автомобиль. Мужчина достал сигарету и прикурил.


- Ну что? Что сказал дядя Коля? – Дима вышел из машины и подошел к отцу.


- Что сказал, сказал, чтобы я завтра к нему приехал, написал объяснительную, сам же знаешь, без бумажки ты какашка, а с бумажкой человек, - Иван посмотрел на сына и попытался улыбнуться, но пережитое и скрытое не дало ему это сделать.


- Мы то едем? Светает, - Дима посмотрел на небо, которое стало немного розовее.


- Да, конечно, поехали, - Иван еще раз проверил украденную камеру в своем кармане – вдруг выпала, но та была на месте.


Остаток дороги Иван молчал. Он все думал над тем, как тот парень оказался в лесу. Он явно не из деревенских, Иван всех там знает, да и деревня то – пять дворов. Но тогда откуда он? А может его похитили и держали в лесу? На кой черт он кому-то сдался? Да и откуда тогда у него камера? Да и что там, на камере? Сам то аппарат явно сдох, еще бы, столько воды. А вот флешка, она явно работает. Да, бывшего полицейского вновь распирало от любопытства, ему не терпелось поскорее просмотреть файлы на флешке.

***

Николай насвистывал какую-то приставучую мелодию. Да, дождь кончился, но дорога то все равно сырая, поэтому автомобиль ехал медленно. Хотя, зачем скрывать, Николай просто не торопился обратно в участок. Ему никогда не нравились эти ночные смены. Ну а что? Поселок маленький, все друг друга знают, какой там криминал? Так только, максимум соседи чего повздорят, из-за козы подерутся, или бабу не поделят, но только так, по пьяни, утром сами друг перед другом извиняются. Так что ехать в участок, в котором одно дело – это спать (телевизор упал с тумбочки, когда отмечали повышение Николая), было не сильно то охота.


- Спишь? – Николай задал вопрос незнакомцу, не отрываясь от руля. – Интересно, кто же ты, как занесло то тебя в наши края? Хотя, спасибо, а то уж совсем скучно было, а сейчас, хоть тобой займусь. Узнаем откуда ты, кто ты такой, как звать тебя.


Николай посмотрел в зеркало заднего вида, хотя и понимал, что ни черта он там ночью не увидит. Он вновь посмотрел на дорогу, снова в зеркало, и что-то заставило его притормозить.


Полицейский автомобиль остановился на обочине, заморгала аварийка.


Николай повернулся назад, в салоне никого не было.


- Какого хрена? – Николай отстегнулся и вышел из машины.


Он открыл заднюю дверь, проверяя, не показалось ли ему. Но нет, в салоне пусто.


Полицейский выпрямился, огляделся по сторонам и почесал висок.


- Так, стоп… Ничего не понимаю, - мужчина задал этот вопрос сам себе и вновь посмотрел по сторонам, - Ну был же парень, и сплыл что ли…?


Из динамиков автомобиля громко заиграла песня. На удивление, но в базовой «Гранте», которая еще и покупалась для нужд «МВД» (а это самый дешевый вариант), были установлены динамики в передних дверях. Но в машине отродясь не было магнитолы.


Николай от испуга отскочил от машины, поскользнулся и упал на пятую точку.


- Да чтоб меня! – громко прокричал полицейский.


Он попытался встать, но этого у него не получилось. Николай лежал на дороге один, но словно кто-то невидимый сидел на нем и сильными руками прижимал его к земле. Вскоре полицейский почувствовал на себе третью невидимую руку, она начала сжимать его горло.


Дышать становилось все труднее, полицейский начал всхлипывать, в глазах начало темнеть, хотя, казалось бы, и так ночь, но теперь и звезды на небе становились менее заметны, а они ведь совсем недавно появились из-за туч. Николай потерял сознание.


Невидимая сила, которая отключила полицейского, явно не хотела его убивать, лишь обезвредить. К Николаю, который лежал на дороге, подошел тот самый незнакомец. Он склонился над полицейским, поднял его словно соломинку и уложил на заднем сидении автомобиля.


Незнакомец сел за руль, теперь его уже не трясло.


Полицейский автомобиль медленно тронулся, и поехал дальше. На заднем сидении, без сознания, лежал Николай, музыка еще некоторое время играла, но вскоре стихла.

***

Все дела были сделаны. Сначала Иван и Дмитрий приехали в деревню, конечно, как они и ожидали, там их ждала тарелка пирогов и большая кастрюля окрошки. Как оказалось, бабушка не успела собраться, потому как была занята готовкой. Иван, сгорая от нетерпения, пытался не нервничать и, как любящий сын, дождался свою маму. Потом долгая дорога до больницы, за которой последовала очередь к врачу, непонятно, откуда столько народу в семь утра?! Но и это Иван стерпел. Потом его ждала обратная дорога до деревни, рассказы о том, как в этом году плохо растет урожай, и что корова опять сломала ограду и вышла за территорию пастбища. Но и тут мужчина был терпелив.


По приезду в деревню, ему пришлось еще около часа ждать сына, который никак не мог доделать свою работу. И вот, он подъезжает к своему дому, наконец-то он сможет взять ноутбук и узнать все секреты, которые хранит флешка, если они конечно там есть. Вдруг карта не считается? А вдруг на ней и вовсе пусто? Нет, конечно он еще по приезду в деревню вытащил флешку из камеры и бережно завернул её в платок, но вдруг она все же сильно намокла…?


Спать не хотелось, от слова – совсем. Бывший полицейский был в адреналиновом состоянии. И вот он – долгожданный момент. Иван закрылся в своей комнате, сел за стол, включил старенький ноутбук и вставил в него флешку. Но тут произошла новая напасть – звонок на сотовый, звонили из участка, со стационарного номера.


- Вань, привет, - раздался женский голос в трубке.


- Катя, не ожидал, думал опять Коля звонит. Слушаю тебя, - скрывая раздражённость ответил Иван.


- Вот поэтому я тебе и звоню. Он же утром уезжал, сказал, что поехал к тебе, сказал, что у тебя что-то случилось.


- Да, было такое, а что? Почему он не звонит? Вы узнали что-то про парнишку?


- Какого парнишку? – после этих слов сердце Ивана на мгновение замерло, а потом продолжило работать в три раза быстрее обычного.


- Что ты говоришь, он просил передать? – Иван давно знал этот прием, который обычно помогал перевести тему разговора.


- А, точно, он ведь так и не вернулся, и дома его нет, он что-то сказал тебе? Может он куда-то собирался? Что там у вас с тряслось?


- Разве он не связывался с тобой? – в этот момент Иван надеялся лишь на один ответ.


- Нет, уехал утром к тебе, ну как утром, ночью. И все, я ждала его, да и до сих пор жду, дак что ты говоришь он тебе сказал? – именно Иван научил Катю этому приему.


Иван опустил руку с телефоном, мужчина начал сосредоточенно думать, он знал, что времени у него – две секунды, он понимал, что врать дальше – это тупик.


- Я сейчас к тебе заеду, - Иван знал, если это прокатит, то у него будет пол часа.


- Хорошо, жду тебя, - возможно Екатерина ждала какого-то прощания, но вместо этого услышала лишь короткие гудки.


В дверь постучали (и Дима и жена Ивана знали, если он закрыл дверь в эту маленькую комнату, то без стука лучше не входить).


- Да что там еще? – злостно прокричал Иван.


- Папа, тут тебя, звонит дядя Коля, - ответил из-за двери Дима.


Десятки вопросов тут же пронеслись в голове мужчины. Почему он звонит сыну? Почему он не приехал в участок? Может по поводу камеры? Может он приехал, и все знает, а Катя ему подыгрывает? А может Дима видел камеру? Что теперь будет? А может я просто забыл сказать о ней? Что сказать? Спрятать? А если Катя не врала?


- Зайди, - сухо ответил Иван, после этого Дима вошел внутрь.


- Вот, держи, - Дима передал отцу телефон.


- Выйди, это не для твоих ушей, - сухо приказал Иван и тут же обратил внимание на свою куртку, которую бросил на комод, из правого кармана торчал ремешок камеры. – Выйди я сказал! – Иван встал и вытолкал сына из комнаты, он сделал это так, чтобы Дима не увидел комод.


- Пожалуйста, - обиженно фыркнул Дима, стоя уже за дверью. Дмитрий приложил ухо к двери.


- Алло, - как-то сдавленно, можно сказать прошептал Иван.


- Ты друга не потерял? – без каких-либо эмоций спросил звонящий. Иван узнал этот голос, звонил тот самый незнакомец.


- Где он? И где ты?


- Мне нужная моя камера. Ты смотрел видео?


- Нет, но хотел.


- Не нужно этого делать. Привези камеру в то место, где ты отобрал её, и я отдам тебе друга. Жду тебя в то же время. Советую не опаздывать, иначе цена за камеру возрастет, - послышались короткие гудки.


Иван опустил телефон на стол. Он посмотрел на ноутбук, на экране висело окно автозапуска флешки. Скрипнув зубами Иван закрыл крышку ноутбука. Дверь в комнату медленно открылась.


- Что-то не так? Что сказал дядя Коля? – спросил Дима.


- Дим, я замарался как никогда, - сказав это Иван тяжело вздохнул, взял свой сотовый и набрал телефон полицейского участка.

***

- Нет, мы с этим, конечно, разберемся! Но ты, с твоими то медалями, додумался своровать вещь у человека! Просто так! – Екатерина, которая была младше Ивана всего на пару месяцев, ходила по кабинету, громко кричала и постоянно жестикулировала.


- Да не серчай ты! Ну любопытство верх взяло, приеду туда и отдам ему камеру, заодно пистолет с собой возьму, буду стрелять по ногам, - Иван виновато смотрел в пол.


- Не поняла! – Екатерина остановилась и посмотрела на Ивана, - Какой пистолет? Ты же его сдал?


- Ну… Тот сдал, другой нет.


- Ладно, об этом потом расскажешь, не до этого сейчас, - Екатерина вся покраснела от злости. – Ты флешку с камеры смотрел? Что там? Что там может быть такое, из-за чего почти голый человек похитил полицейского?


- Нет, не смотрел. Как только он позвонил, я сразу с тобой связался и приехал, - Иван решил поднять голову и посмотреть на бывшую коллегу.


- Ну дак давай, включай. Откуда он узнает, смотрели мы или нет? – Катя села за свой стол и пальцем указала на компьютер.


- Да, пап, включай, вдруг там, что-то такое… - Дима не успел договорить.


- Будешь встревать, отправлю тебя домой! Сиди молча!


Иван встал со стула и передал Кате флешку, после чего обошел её стол и встал позади бывшей коллеги. Дима, сначала медленно, а потом, поняв, что его не гонят, быстрее, встал рядом с отцом.


Открылась папка, в которой был лишь один видеофайл. Екатерина дважды кликнула по файлу, запустилось видео.

***

### - Этими символами будут обозначены моменты, когда видео прерывается и начинается следующая часть видео, так как на флешке все одним файлом. Камера все снимает от первого лица, но снимающий все время меняется, так что буду все описывать в прозе, не объясняя кто в данный момент держит камеру (прим. автора).

***

Солнечное летнее утро. Электричка только что отъехала от перрона, оставив на нем троих своих пассажиров – Никиту, Стаса и Андрея.


- Ну что? Приключение начинается! – прокричал Андрей, высоко подняв руки вверх.


- Да ладно тебе, какое приключение, так, поход, - Стас закинул на плечи большой рюкзак.


- Но, но, но! Ты вообще понимаешь, что это твои последние дни на свободе? Что скоро таким дням конец? – Никита по-дружески толкнул Стаса в плечо.


- Да ладно вам, я просто женюсь, а не в тюрьму сажусь, - попытался отшутиться Станислав.


- Это одно и тоже братаааан, - проорал Андрей, ткнув камерой в лицо Стаса.


- Ну хватит, давайте на пару дней забудем об этом и просто отдохнем, - Стас тяжело вздохнул, ибо друзья и так час с лишним, все то время, что они ехали в электричке, напоминали ему о том, что он подписал контракт с дьяволом (Заявление в ЗАГС).


- Ладно, пошли, я тут уже бывал, сейчас покажу вам такое место, охренеете, - Никита накинул рюкзак и спрыгнул с перрона на тропинку, которая уходила в лес.

###

- Твою мать! – проорал Андрей, бросил рюкзак и сильно разбежался. Спустя мгновение он уже был по пояс в воде.


- Идиот! Ты бы хоть одежду снял! – громко смеясь прокричал Никита.


- Вот это да, и что, никто не знает об этом месте? – Стас удивленно посмотрел на друга.


- Сам в шоке, третий раз сюда приезжаю, а вокруг никого, Никита скинул рюкзак и начал раздеваться. – Ну что? Прыгаем?


- Точно, а вещи просто бросим, нет уж, я сначала вещи разложу и палатку поставлю.


- Тогда держи камеру.


Трое молодых людей расположились на берегу небольшого озера. Хотя, озером это было не назвать, скорее всего лужа двадцать на двадцать метров, но при этом со своим пирсом, песчаным пляжиком и чистой водой. Со всех сторон озерце окружали высокие деревья, а само озеро, словно зеркало, отражало небо.

###

Ночью, когда все уже изрядно накупались, наелись шашлыка и уничтожили почти шесть бутылок коньяка, все спали в палатке. О, этот непередаваемый аромат перегара, курева, мокрых трусов, кетчупа, которым так славятся многие походы. Храп, пинание одного человека другим, пищание комара, который единственный залетел в палатку, да, это не передать.


Снаружи раздался хруст сломанной ветки, на которую кто-то наступил. Выпивших и уставших людей такой шум точно не разбудит, но в лесу, где никого нет, где тихо как в гробу, этот хруст прозвучал словно гром средь ясного неба.


- Эй, слышали? – Никита, который лежал по середине, и уже включил камеру, толкнул обоих друзей.


- Да слышали, ты тоже слышал? – Андрей посмотрел на Стаса.


- Тут точно никого нет? – вопрос был адресован Никите.


- Да никого тут ни разу не видел. Сами же видели, тропа, как свернула в эту сторону, почти вся заросла.


- А если не вся? – прошептал Андрей. – Вдруг тут местные ходят?


- Да какие местные? До деревни пять километров, - тоже шепотом ответил Никита.


- Надо выйти, посмотреть, вдруг медведь, - прошептал Стас.


- Ага, точно, или тюлень! Тут медведей отродясь не было, - возмутился Никита, но также шепотом.


Звездное небо, при огромной луне, позволяло видеть то, что происходило вокруг. Да даже само озеро, словно подсветка экрана телефона, слегка святилось в темноте.


Словно огромная рука, что-то невидимое сорвало, откусило, как-то отделило, верхнюю часть палатки и выбросило в лес. Троица заорала от испуга, в этот момент невидимая угроза сделала следующий шаг. Палатка взлетела вверх, метра на три и начала трястись из стороны в сторону.


Первым на землю упал Никита. Держа камеру, он заснял немыслимое – Станислав завис над озером, резко, с огромной силой, он упал низ, ушел под воду, снова поднялся и опять упал.


Словно огромная рука опускала и поднимала чайный пакетик над кружкой. Стас в последний раз взлетел над водой и упал вниз.


Никита встал и побежал прочь от того места, где недавно стояла палатка. Камера в руках молодого человека тряслась, но продолжала снимать видео. Как вдруг, Никита замер и поднял камеру перед собой. Перед ним стоял Андрей, который слегка пошатывался из стороны в сторону.


- Ник, что случилось? Как это все… - он не успел договорить.


Резко, с огромной силой, как будто на него упал многотонный контейнер, Андрей впечатался в землю, обрызгав Никиту кровью, которая брызнула из него в момент перелома позвоночника.

###

Камера снимает мокрый асфальт, слегка пошатываясь вперед-назад. Слышен визг тормозов. На видео помехи, много воды, камера вот-вот перестанет работать, обрыв видео.

###

Черный экран. Но аудио записывается.


- Да, прямо так, ночью, раздетый.


- С ним ничего не было? Может вещи какие нес?


- Да нет же, говорю тебе, в трусах одних.


- Ладно, помоги мне.


Видео закончилось.

***

- Ну, все ведь понятно! – молчавший до этого, как и все, воскликнул Иван. – Дебилы, шутники, малолетки, монтаж! Поедем и задницы им надерем!


- Ну и кто, ради шутки, будет похищать полицейского? – возразила Екатерина, которая была поражена увиденным.


- А мало ли дебилов? Вон один в метро про вирус пошутил, ради лайков, дак осудили! – уверенно парировал Иван.


- Пап, а что если это правда? Мы ведь этого Никиту и подвозили, - прошептал Дмитрий.


- Да хорош вам! Бредятина! Поехали на то место, только заранее. Там либо розыгрыш, а ведь я повелся, либо…


- Либо что? – Екатерина повернулась и посмотрела на Ивана, лицо которого вдруг стало глубоко задумчивым, словно тот пытался что-то вспомнить.


- Отмотай назад, на самое начало, - Иван пристально посмотрел на монитор, чтобы не пропустить интересующий его момент.


Екатерина воспроизвела видео с самого начала.


- Вот тут, стой. Что там написано? – на месте, где видео поставили на паузу, можно было разглядеть название станции, на перроне которой и началась съемка.


- Станция Юлино, - прочитал вслух Дима.


- Юлино? Дак это же в Приморском крае, - удивился Иван.


- А ты на дату видео смотрел? Вот же, внизу тайм-код, двадцать третье июля две тысячи двадцать первого года, - посмотрела на Ивана Екатерина.


- Может не настроили? – Иван посмотрел на сына, потом на Екатерину.


- Может быть. Только ты забрал камеру у человека в трусах, в лесу Пермского края, ночью, двадцатого июня две тысячи двадцатого года, который шел по дороге, которого потом ты передал полицейскому, который пропал, а тебе позвонили. Не слишком ли замороченный розыгрыш? – констатировал Дима.


- Дак это что? Запись из будущего, или кому-то делать не х… не фиг? – вспылила Екатерина.


- Поехали на то место, узнаем, - вдумчиво сказал Иван.


***

Огромная просьба к Вам, прочитавшим до конца. Если Вам этот рассказ не понравился, поставьте минус, а если понравился, не забудьте поставить плюс. Это не ради плюсиков, а ради понимания таких вещей как - Прикольно пиши/Удали все это, чувак.


Показать полностью
50

Перрон

Доброго всем времени.

Мой очередной короткий мистический рассказ.

Я надеюсь вчера никто Дьявола не встречал?

Подписывайтесь, я нет-нет да пишу такие рассказы.

Перрон Авторский рассказ, Мистика, Поезд, Призрак, Дьявол, Страшилка, Длиннопост

Было очень холодно и темно. Алексей понял, что он лежит на земле. Попытка подняться не увенчалась успехом, да что греха таить, не получалось даже открыть глаза. Мужчина попытался вспомнить хоть что-то, но и этого не получилось, все что он помнил, это то, что его зовут Алексей.

Продолжать лежать было нельзя, мужчина понимал, что от сильного холода он умрет. Ещё попытка, и ещё одно, и вот, наконец-то получилось открыть глаза и слегка приподнять голову. Алексей увидел ночное звездное небо, мужчина лежал на спине. С неба, тая на щеках, падали мелкие снежинки. Спустя пару минут мужчине удалось совладать с телом и сесть на земле.

Голова жутко болела от малейшего движения. Алексей медленно повернул голову то вправо, то влево. Вокруг было темно, но благодаря лунному свету и белому покрову, мужчина, смог разглядеть то место, в котором он оказался.

Слева был лес, обычный, ничем не примечательный российский лес, а вот справа… Справа Алексей видел некую насыпь, что-то вроде холма и этот холм уходил далеко вперед. Догадка пришла моментально, мужчина понял, что он находится рядом с железной дорогой. Но что он тут делает, а самое важное, как он сюда попал?

Незаметно для мужчины, силы вернулись к нему, словно и не покидали. Алексей встал, стряхнул с себя снег. Мужчина посмотрел вперед и назад – железные пути. Куда пойти в такой ситуации? Прямо? И сколько он пройдёт? А что если ближайшая станция сзади, буквально в километре, а если спереди?

Решив, что шансы у него пятьдесят на пятьдесят, Алексей пошарил в карманах, нашел пачку сигарет со спичками, закурил предпоследнюю сигарету и двинулся вперед. Снега под ногами было немного, поэтому идти было не так сложно, как показалось на первый момент. Ветра не было, от ходьбы тело стало разогреваться. Все, что сейчас беспокоило Алексея, дак это то, кто он такой и сколько придется идти по зимнему лесу.

Где-то вдалеке послышался шум приближающегося поезда. Это был первый звук, который Алексей услышал с момента своего пробуждения, и это сильно обрадовало мужчину, Алексей ускорил шаг и подошел ближе к путям. Звук становился все громче, но при этом он изменился. Теперь Алексею показалось, что поезд начинает тормозить, но зачем? Мужчина посмотрел назад, в противоположную сторону, железная дорога уходила далеко и поворачивала направо. Алексей понял, что прошел уже более километра, а может и двух.

Из-за поворота выглянул луч света. Луч медленно приближался к Алексею. Что делать? Заметит ли меня машинист? Но не выбегу же я на рельсы, чтобы, размахивая руками, привлечь к себе внимание. Оставалось одно – ждать.

Состав медленно двигался в сторону Алексея. Казалось, что поезд норовит остановиться прямо перед носом мужчины или в паре метров от него. Ни придумав ничего лучше, Алексей встал прямо на пути поезда. Догадки Алексея подтвердились, поезд остановился в нескольких метрах от мужчины.

Было странным то, что поезд, после остановки, не издавал звука. Вокруг вновь стало тихо. Алексей сошел с рельс и пошел вдоль состава. Это было что-то наподобие электрички, всего три вагона, в каждом из которых горел свет, но вот что удивительно, в вагонах никого не было.

Алексей попытался дернуть дверь одного из вагонов, но та не поддалась. Мужчина, стоя на ступеньке, со всей силы дергал дверь, и вот, даже не из-за усилий Алексея, а видимо потому, что так было нужно, дверь резко открылась. Мужчина упал на перрон.

Удар об асфальт напомнил Алексею что такое боль. Но болезненное чувство прошло моментально, как только Алексей поймал себя на мысли – откуда тут асфальт? Мужчина встал и огляделся. Он все так же находился в лесу, вот только теперь, вдоль всего состава, непонятно откуда, появился вокзальный перрон, в конце которого, располагалась небольшая постройка, что-то в виде кассы, в которой обычно покупают билеты.

Сзади, со стороны хвоста поезда, послышались шаги, Алексей обернулся. Тридцать, а может и пятьдесят человек толпились рядом с вагонами. Из двери первого вагона показалась контролёрша.

- И так, не толпимся, встаем в одну линию и подходим ко мне, места хватит всем, - громко и властно приказала кондуктор.

Люди начали группироваться. Конечно, чтобы встать в одну шеренгу, места на перроне попросту не хватило бы. Поэтому в конце шеренги образовалась толпа, но и она со временем становилась меньше.

Алексей стоял и не понимал, что происходит. Мужчина начал всматриваться в лица людей, лица были пусты и без эмоциональны, складывалось ощущение, что людям попросту все равно. Хотя, на этих лицах присутствовала толика непонимания, как будто они сами не знали, куда и зачем их повезут. Последний человек подошел к контролерше и протянул билет.

- Так, все, все сели и молчим, скоро отправление, только передам билеты в кассу, для других, следующих, - женщина ловко спрыгнула со ступеньки и, не замечая Алексея, пошла к небольшому строению в конце перрона.

- Простите, - не решительно сказал Алексей, - А где я нахожусь?

- Значит не показалось, - раздосадовано прошептала женщина и повернулась к Алексею. – А сам то ты как считаешь? Или что, совсем кукушку снесло? – женщина с призрением посмотрела на Алексея.

- Я очнулся тут, в снегу, а потом появился поезд и вы, но я ничего не помню… В какую сторону едет состав? Можно мне с вами? – Алексей вплотную подошел к женщине, что той даже пришлось сделать шаг назад.

- Билет есть? – прищурив глаз поинтересовалась кондуктор.

- Нет, только пачка, пустая, - Алексей достал из кармана пачку от сигарет.

- И это надо нет так, душу променять на окурок! – засмеялась кондуктор. – Точно пустая? Ты проверь.

Алексей ничего не понимал, но спорить не стал, в пустой пачке оказалась одна сигарета.

- Ничего не понимаю… - Алексей хотел ещё что-то сказать, но женщина выхватила из его рук пачку и выбросила за перрон. – Стойте! Зачем? – всё что успел сказать Алексей.

- В карман загляни.

Алексей вновь сунул руку в пустой карман, но там вновь лежала пачка. Глаза мужчины от удивления расширились. Алексей достал пачку, открыл, внутри лежала одна сигарета.

- Значит я права. Постой тут, сейчас я билеты сдам и как выйду, то ты заходи к Мише, он тебе все объяснит, - сказав это, кондуктор зашагала в сторону кассы.

Алексей вновь остался в полной тишине. Мужчина вновь и вновь напрягал память, но он ни мог ничего вспомнить. Кондуктор вышла из маленького домика.

- Заходи тебя там ждут, я мне пора, и так задержал ты меня, - ни сказав ничего более, женщина залезла в вагон и закрыла за собой дверь. Поезд медленно и так же бесшумно двинулся вперед, а Алексей, проводя состав взглядом, направился в сторону касс.

Открыв дверь, Алексей оказался в крошечном тамбуре. Справа висела вешалка для одежды, а слева стенд с каким-то расписанием. Тяжело вздохнув, Алексей открыл вторую дверь и не поверил своим глазам. Мужчина оказался в огромном помещении, которое было полностью заставлено высокими стеллажами. Рядом, в самом начале помещения, стоял деревянный стол.

- Ну наконец-то, я уже заждался тебя, все думал, что вечность здесь проторчу, ан нет, есть оказывается и в аду амнистия, - послышалось откуда-то издалека, - Присаживайся, я сейчас, только новеньких запишу.

Сначала Алексей не понял, куда ему присаживаться, но после с удивлением обнаружил, что рядом со столом появился стул. В конце помещения послышался шум, словно кто-то шоркает тапочками по полу. И вот, спустя мгновение, из-за стеллажей выглянул пожилой мужчина.

- Ну чего стоишь то? Сказал же, присаживайся, - мужчина жестом указал на стул. – Меня, кстати, Миша зовут, - Михаил сел за стол.

- Что происходит? – все что смог сказать Алексей, присаживаясь на стул.

- А, понятно, память отшибло? – Миша посмотрел в глаза Алексею. – И что? Совсем ничего не помнишь?

- Совсем… Где я?

- И даже не помнишь, как на работу устроился? – Миша открыл ящик стола и достал оттуда папку.

- На какую ещё работу? – Алексей с удивлением посмотрел на Михаила и на папку.

- На эту, - улыбнулся Михаил. – Ты тут для моей замены. Теперь тебе выдавать новые билеты и забирать старые, - настроение у мужчины явно улучшалось.

- Нет, я точно не устраивался ни на какую работу! – возразил Алексей.

- Ну как же, а это что? – Миша достал из папки единственный листок. – Вот, читай.

- Я, Алексей Владимирович, соглашаюсь на работу на одной из сортировочных станций… навечно? Что это за бред? – Алексей перевернул листок бумаги. – Вознаграждение стандартное, согласно прайсу по пункту «Б», богатство. Залог – душа… - руки Алексея опустились.

- Хех, вчера же Хэллоуин был, а, точно, ты же не помнишь. Вот и продал ты душу дьяволу, - Михаил достал из кармана точно такую же пачку сигарет, как у Алексея. – Вот, видать, и повстречал ты вчера нашего работодателя, - Миша прикурил единственную сигарету.

- Да ни с кем я не встречался! И ни на что не соглашался! – Алексей вскочил со стула, повернулся и резко открыл дверь, чтобы убежать из этого помещения, но тут же встал как вкопанный, никакого тамбура не было, он вновь стоял перед помещением со стеллажами, а на него все так же смотрел Михаил.

- Да сядь ты, хочешь расскажу, как это было со мной?

- Что было с тобой?

- Я же тоже сюда не думая устроился. Шел себе по городу, а тут он…

- Кто? – перебил Алексей.

- Кто, кто, Дьявол. Хочешь, говорит, жизнь свою богатеем прожить, без подвоха, до старости. Ну я и сказал, что хочу. А что говорю взамен? Работать говорит на меня будешь, пока я не решу освободить тебя. Работенка, говорит, не пыльная, бумажки перебирать. Ну я и согласился, - Михаил тяжело вздохнул.

- А что потом?

- А потом я очнулся в лесу, как ты, вот только тогда лето было. Я ещё и удивился с утра, смотрю в окно, снег выпал, тут то я и понял, что замена мне пришла.

- Но ведь, даже если это все правда, я не жил богато! Или… может просто не помню, - Алексей взялся за голову.

- Конечно не помнишь, - рассмеялся Михаил, - так и задумано. Поверь, ты прожил шикарную и безбедную жизнь. А потом состарился и умер в окружении родных. Вот только ты ничего этого не помнишь. Подписался на работу и бац! – Михаил привстал со стула и ударил по столу, - Ты уже тут, в лесу, на этой станции.

- Но ведь это не честно!

- От чего же? Жизнь ты прожил как пожелал, а то, что ты не помнишь ни черта, дак это в условия договора не входило! – Миша вновь рассмеялся. – Ладно, мне пора! Видимо, меня ждёт свобода! – Михаил вышел из-за стола, накинул на себя тулуп, который висел на спинке стула и зашагал прочь из помещения.

Алексей, который не мог отойти от шока, взглядом проводил Михаила. Михаил открыл дверь, за ней располагался тамбур.

- Ты даже не представляешь, сколько миллионов раз я пытался открыть эту дверь! Прощай, сменщик, - дверь за Михаилом захлопнулась. Алексей тут же соскочил со стула, но за дверь опять было помещение со стеллажами.

Всё, что оставалось Алексею, это наблюдать в маленькое окошко за тем, как Михаил садился в только что подъехавший состав. Началась рутина, приёмка и выдача билетов. Но Алексей ещё миллионы раз видел Михаила через маленькое окошко, Миша не стал свободным, он просто стал кондуктором на одном из составов.

Показать полностью
54

Поиграй со мной (часть 1)

Ночь подкралась незаметно, разбросав тёмное полотно на всё небо. Вроде только недавно было достаточно светло, приятный вечер...и буквально за несколько минут солнце пропало, уступив своё место тьме. Осенние сумерки такие — не успеешь опомниться, а вокруг уже одни фонари горят. Зимой будет ещё веселее — просыпаешься в потёмках и приходишь с работы так же. Падаешь на диван или кровать и усиленно думаешь, пытаясь что-нибудь разглядеть в окне — мне пора вставать или я только лёг?


Денис мрачно покачал головой, ёжась от налетевшего ветерка. С лавки тем не менее вставать не стал, продолжая пялиться в никуда. Деревья на детской площадке чуть слышно шелестели оставшейся зеленью, словно переговариваясь друг с другом, а в окнах близлежащих домов зажигались один за одним огни. Погода не слишком хорошая для посиделок наедине с собой, но выпитая ранее водка пока что согревает. Он пощупал карман куртки. Нет, ещё осталось немного, а он думал, что выкинул бутылку. И как не почувствовал её раньше?

Медленно достал, побултыхал перед лицом, прислушиваясь к ощущениям.

"Нужно или нет?"


Наконец решившись, открутил крышку и, хрипло выдохнув, одним залпом глотнул жидкость. Сразу же обожгло горло. Резко замутило и Денис еле удержал содержимое желудка. Сделал вдох-выдох и сморщился. Зато потом почувствовал приятно разливающееся тепло в груди.

Радует ещё, что в это время тут нет детей с мамашами или вездесущих бабулек. Максимум прошли несколько собачников, да девушка с пакетом — направлялась к подъезду и сморщила нос, увидев его, сидящего на лавке. Может решила, что бомж.


А в целом ощущал Денис сегодня себя очень препаршиво, о чём не преминул напомнить внутренний голос.

"Что горюешь? Уже ничего не изменить..." — мысли были такие же, как настроение. — "Должен радоваться, как никак одной проблемой меньше..."

"Двумя" — исправил он себя. — "И легче почему-то не стало"


Тихий скрип неподалёку привлёк внимание и оторвал от созерцания кустов, шевеливших ветками. Они, как десятки ежесекундно двигающихся мелких рук, тянулись во все стороны и словно пытались схватить каких-то невидимых существ. Помутневшими от алкоголя глазами Денис уставился на небольшую детскую карусель, которая от ветра медленно крутилась, еле слышно поскрипывая несмазанными деталями.

"Ветер не такой и сильный..." — вползла пьяная, но здравая мысль в голову.

Карусель ещё немного продвинулась по кругу, звякая старыми сочленениями. Синяя краска давно поблёкла и в темноте вместо нарисованных цветочков и розовых сердечек виделись извивающиеся белёсые черви и уродливые скалящиеся черепа.


Обычная площадка, которая есть рядом с большинством домов, ночью выглядит совсем не так, как днём.

"Неуютно..." — лаконично охарактеризовал Денис, положив бутылку под лавку. — "Надо не забыть унести её с собой, нечего мусорить"

Горка с различными турниками высилась во мраке, словно громадное, готовое вот-вот проснуться чудовище. Раззявило пасть, протягивая щупальца - брусья.

В песочнице, похрустывая, шуршали разносимые ветром листья... Денис хотел в это верить, потому что слышал только звуки — из-за высокого бортика ничего не было видно. Лишь в дальнем углу прямо на плоской кирпичной поверхности сидела игрушка. Небольшой медведь чуть покачивался вперёд-назад от порывов ненастной погоды.


"Он тут был всё время?" — Денис поёжился, продолжая разглядывать плюшевое животное. — "Наверное забыл кто-то из детей..."

Неподалёку от дома наконец-то зажёгся фонарь, давая чуть больше света. Наклонная поверхность горки поблескивала, приглашая окунуться в детство, спуститься по ней. Но для этого вначале нужно протиснуться в широкий чёрный зёв.

— Да, сейчас...— пробормотал под нос парень. Первые слова, произнесённые за полдня.

"Пора домой" — холод начинал уже пробираться по телу, пролезая в мельчайшие зазоры на одежде, — "нечего тут рассиживать"

"А зачем ты вообще сюда пришёл...Хотелось посмотреть, как она тут жила, как гуляла, проходя мимо...?"


Вместо ответа, которого он не знал, Денис молча достал телефон. Поискал приложение для поездки домой. Пять минут и таксист подъедет по этому адресу. Замечательно!

Медведь продолжал буравить его своими пуговками. Даже сидел он как-то вполоборота, словно нарочно передвинулся сам, пока Денис отвлекался на горку и невесёлые мысли. Казалось игрушка небрежно кивает ему — "да, да, виноват только ты в случившемся, больше никто"


Неожиданно проснулась злоба, вспыхнув в голове. Больше на себя, чем на детскую безделушку, но задела его именно она. Заворчав, Денис всё же поднялся и, чуть качаясь, подошёл к песочнице. Медведь, как ни в чём ни бывало, пялился на приближающуюся фигуру. Ещё один мелкий порыв ветра, он накренился...и через несколько томительных секунд опрокинулся на опавшие листья. Денис шумно выдохнул и протянул руку, наклонившись. Взял игрушку и отряхнул от песка. Вблизи морда медведя оказалась довольно потрёпанной, тут и там торчала набивка. Одна пуговка, заменяющая глаз, еле держалась на нитке. Рот тоже был порван наискосок, отчего весь вид игрушки больше выглядел неприятным, отталкивающим, чем вызывающим веселье. Рваная линия вместо улыбки, превратилась в подобие зловещей ухмылки.

"Не завидую ребёнку, приносящего такое...а может наоборот он понял, что пора выкидывать такой мусор..."


Держать медведя в руках больше не хотелось. Денис поставил игрушку на то же место и отвернулся. Как оказалось рано. Кусты справа зашелестели. Из-за ветра этот звук и так преследовал его везде, но шум был более громким, похожим на то, что кто-то быстро прополз по земле. Денис принялся вглядываться в переплетения веток, стараясь понять, что же там. И при этом ощущая, как кровь начала пляску, пульсируя в венах.

"Может быть кот?"

Но нет... Под его изумлённым взглядом, шурша по листве между кустами, прокатился синий мячик. Стукнулся об край песочницы и замер яркой кляксой в ночи. Денис помотал головой, но мяч остался, очертания даже стал чётче. Обычный мячик, но...

"Но с чего он прикатился?"


Дрожь по рукам пролетела волной, затылок резко кольнуло ледяным шипом опасности. Он вытер вспотевшие пальцы об куртку.

"Мне это совсем не нравится..."

Шаг назад, ещё парочка, ещё один. Он отступал, пятился спиной к скамейке, продолжая с тревогой рассматривать мяч и чёртового медведя, который снова начал еле заметно покачиваться, словно насмехаясь над пошатнувшейся психикой Дениса. Хорошо, хоть с каждым шагом, видимость снижалась, пока игрушка не расплылась во тьме. Ощутил ногой прохладное дерево. А вот и скамейка.


Шины по дороге, прозвучавшие вдалеке, заставили нелепо улыбнуться. Такси пожаловало, как раз вовремя. Чувствуя за спиной шелест листьев, похожий на чьё-то аккуратное передвижение, Денис ускорил шаг, почти перейдя на бег. Давящее напряжение на затылок усилилось, словно под тяжёлым недобрым взглядом.

— Дерьмо, — сквозь зубы прошипел со страхом Денис.


Хотелось обернуться, проверить медведя, его месторасположение, но он лишь передёрнул плечами. А может мяч продолжает катиться за ним, огибая листву и все шуршания исходят именно от него? Угу, и на бордюре рядом с машиной... будет сидеть...она...и руки в крови...

"Тьфу на тебя, идиот" — мысленно выругался Денис.


Провожаемый насмешливым взглядом игрушки...как ему казалось, подскочил к такси и влетел внутрь, излишне громко хлопнув дверью. Таксист недовольно покосился, но ничего говорить не стал. Денис извинился вполголоса сам и расслабленно откинулся на сидение. Машина стала разворачиваться, он чуть повернул голову, в последний раз глянул на детскую площадку...и тут же нахмурился, припав к стеклу. Неприятные мурашки разбежались по рукам.

"Не...не может быть"


В растерянности похлопал глазами. Буквально на пару секунд ему показалось, что на качелях сидит маленькая девочка. Босоножки, простенькое фиолетовое платье, надетое совсем не по погоде, волосы, уложенные в две косички. Лицо скрывалось в тени, да и за такой короткий промежуток времени он всё равно бы ничего не разглядел.

Но сейчас на качелях никого нет. Лишь деревянная сидушка едва заметно подрагивает туда сюда. Кажется, что невесомая миниатюрная девочка спрыгнула во мрак, оставив Дениса с нарастающим страхом осматриваться по сторонам.


Таксист снова зыркнул на него искоса и прибавил скорости, выезжая на широкую трассу.

— Всё в порядке? — спросил у своего непонятного пассажира.

Денис постарался придать как можно более спокойный вид.

— Да, показалось что-то увидел.

Лишь когда дом совсем скрылся из вида, он повернулся к окну.

Ветра уже не было, но сидящий на песочнице медведь качнулся, накренился вправо и упал опять...



* * *

С Лилей они познакомились практически случайно. Денис шёл с работы на остановку, телефон пиликнул о новом сообщении, парень достал его, уткнулся в экран и тут же врезался в неожиданно вынырнувшую на пути фигуру. Телефон вылетел из рук и с тихим хрустом упал на тротуар. Денис горестно взвыл и кинулся поднимать его. Фигура сделала примерно тоже самое и они стукнулись головами. Только тогда он поднял взгляд, хотелось сказать много нелицеприятного человеку, так глупо влезшему помочь. Злость сменилась удивлением, а затем интересом. Проблемой на дороге оказалась миловидная девушка, которая в данный момент потирала лоб, но при этом задорно смеялась, над нелепостью ситуации. Смех был заразительный и Денис сам не почувствовал, как начал улыбаться в ответ.


— Сильно задела? — произнесла незнакомка тихим тоном. Как же соблазнительно он звучал, хотелось чтобы девушка продолжала говорить дальше.

— У меня лоб крепкий, — Денис протянул руку помочь ей встать.

Парочка поднялась обмениваясь заинтересованными взглядами.

— Ты поднимать-то будешь? — девушка кивнула на телефон, продолжавший валяться на асфальте.

Денис хлопнул себя по голове. Вот, баран, забыл совсем!


Слово за слово и парень не заметил, как они дошли до остановки, как пропустили несколько маршруток, время пролетало, словно минуты превратились в секунды. Телефон кстати остался цел, лишь по экрану пролегла длинная трещина, но не слишком заметная. Девушка предложила компенсацию в виде кофе и Денис с радостью согласился, так как сам думал, как позвать её куда-нибудь.

Встретились, потом ещё, на этот раз по инициативе парня и так же незаметно стали парой.


Но была существенная проблема, возникшая спустя 2 месяца отношений. Назревала она медленно, но верно, потихоньку въедаясь в мысли Дениса. Поначалу он гнал все глупости из головы, искал плюсы, стремился угодить Лиле, но...всё-таки они были разные...И по характеру и по духу. Девушка хотела видеться чаще, считай каждый день, а в дальнейших планах съехаться. Денису же такой расклад не нравился, совсем не устраивал. Он был довольно свободолюбивым человеком и терпеть не мог, когда к нему начинали лезть с нравоучениями или вот с такими просьбами-приказами. Ведь Лиля настойчиво вдалбливала, что встречаться раза по 3-4 в неделю её не устраивает, что девушку бесит, когда он ночует один. Нелюдимый характер Дениса тоже подливал масла в огонь, ему хватало склок на работе и хотелось хоть дома временами побыть в одиночестве, наслаждаясь тишиной.


Ссоры, в основном, были с его стороны. Девушке никак не получалось объяснить, почему Денис бывает не отвечает на звонки, не горит желанием встретиться именно в этот день. Он всё больше бесился и по итогу вспыхнувшая когда-то любовь закончилась на печальной ноте — Лиля расплакалась, а он выставил её за дверь, наорав напоследок, чтобы никогда не приходила. Что не хочет её видеть. Не слишком хороший поступок.

После этого он несколько раз порывался извиниться, но эгоизм и самолюбие брали извечно вверх.

Затем Денис выкинул девушку из головы, решив, что так даже будет лучше. И не видел Лилю почти полтора месяца.



* * *

— Приехали..., — голос, откуда-то издалека, отвлёк его и вернул из воспоминаний.

Денис покрутил головой, пытаясь понять, где находится.

— Что? — не сразу понял он, что ему сказали. Не ожидал, что так быстро смогут домчаться. Или просто слишком погрузился в своё прошлое.

— До адреса, доехали говорю, — мужчина побарабанил руль, в надежде поскорее избавиться от странного попутчика.

— Ага, — заторможенно отозвался Денис, шаря по карманам в поисках денег.

"Совсем о них позабыл... Вот смеху будет, если только на карточке. А, нет, нашлись"


Расплатился с таксистом и вышел из машины, зевая. Уже совсем стемнело, но благо фонари давали много света. Денис глянул на маячившие вдали силуэты детских развлечений, до которых отблески ламп не дотягивали. Площадка рядом с домом была такая же, практически один в один, если не присматриваться. Менее старая, без ржавчины, не так давно перекрашена, да и турников побольше. А так почти копия.

"Не хватает лишь того жуткого медведя" — игрушка всё не выходила у него из головы, о чём услужливо напомнил внутренний голос.

Воспоминания вернули и те ощущения, которые он испытал. Необъяснимый страх и небольшую панику, но сейчас-то тут всё родное, всё своё. И пугаться нечему.


Ветер ударил в спину, норовя добраться до костей. Взъерошил волосы и устремился дальше. Не успел Денис выругаться, как со стороны площадки громко зашуршало. Хрустнули ветки, словно под чем-то тяжёлым. Кусты, тёмными кляксами, тряслись, как при урагане, исторгая из себя черноту, расплывающуюся во все стороны. Во всяком случае Денису всё показалось именно так. Тьма перетекала во тьму, приближаясь и шелестя листьями, напоминая звуками предсмертный шёпот. Вот чернильное щупальце протянулось к границе света...Денис таращился в густую вязкую темноту, не в силах сказать ни слова, затем моргнул... и всё исчезло.

Лишь сердце грохотало, отдаваясь в ушах, а лоб покрылся холодным потом.

"Что за чертовщина сегодня творится...И пил вроде не так много, чтобы горячка наступила..."


Денис, стараясь не смотреть в сторону детской площадки направился к подъезду. За спиной снова зашелестело, но он сжав зубы быстро преодолел оставшиеся метры, повозился в карманах, нашаривая ключи и со вздохом открыл дверь. Юркнул внутрь и лишь тогда перевёл дух.


Спустя пару минут уже был в квартире. Наконец-то тихое и уютное место. Небольшое, как раз для одинокого человека с самым необходимым оборудованием - плита, холодильник, стиралка и диван. Ну и кресло, на котором обычно валяется его одежда.

"А могло быть и не для тебя одного...Помнишь Лилю всегда злил этот мужской беспорядок...?"

"Хватит!"


Он нашёл в почти пустом холодильнике несколько бутылок пива, купленных ещё на прошлой неделе. Поколебался, совсем немного, нужно ли ему продолжение или хватит. Взвесил все "за" и "против". Против было больше, но Денис плюнул — сегодня хотелось именно напиться, забыть про все необъяснимые и пугающие случаи. Ведь он дома, здесь уж ничего не сможет произойти.


Включил первое попавшееся кино на компьютере, свалился на диван и принялся пить, практически не обращая внимания на происходящее на экране. Мелькали картинки, а Денис против воли всё равно вспоминал. Случай, произошедший несколько дней назад. И из-за которого он теперь не находит себе места. Общая усталости давала о себе знать, глаза то и дело закрывались, хотя он прикладывал все силы, чтобы не провалиться в сон. Наконец отяжелевшая голова завалилась на спинку дивана, мягкая набивка приятно щекотала затылок и Денис мгновенно соскользнул в тягучее забытье.


Продолжение следует...

Постараюсь сегодня, но скорее всего завтра вечером

Показать полностью
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: