-4

Женщина, которая не убила крокодила

- Ты готова?

- Да. То есть, нет. Нет. Кажется, я передумала.

- Ты должна это сделать.

- Я не смогу, мне страшно! Я боюсь крокодилов!

- Все боятся крокодилов, поэтому у нас ножи.


Мужчина разочарованно махнул рукой. Я знаю, что он сейчас спустится к берегу, где прячутся остальные охотники. Одетые в камуфляж, вымазанные грязью смельчаки, сжимающие в руках большие ножи. Когда крокодилы выйдут из реки, люди бросятся на них, и начнется схватка. У крокодилов мощные челюсти, но людей больше, и, в отличие от рептилий, они верят в то, что делают. Мучаясь от вины и осознания своей никчемности, я остаюсь. Спустя несколько минут я слышу боевой клич, рычание, какую-то возню и крики.


«Ээй, тебе кошмар приснился?» - ласково спрашивает мой муж, протирая заспанные глаза. Я бормочу что-то и, перевернув подушку влажной стороной вниз, снова проваливаюсь в сон, уже какой-то другой.


Такое повторялось каждый месяц: мне снилась юность, и традиционное испытание, которое я не смогла пройти. Наутро я хмурилась своему отражению в зеркале и пересчитывала шрамы. Их одиннадцать, не считая маленьких рубцов от падений или укусов животных, - тренировочных ножевых ранений у меня было одиннадцать.


Убийства крокодилов – это не просто проверка на прочность, это, своего рода, смысл существования моего народа, поэтому детей готовят с ранних лет. Я обожала это: запах крови, острую боль от порезов, усталость, которая валит с ног, и постоянные синяки. Нас учили нападать, нас учили защищаться. "Мы вырастем и убьем крокодила!" - шептали мы друг другу в темноте спальни перед сном.


Когда во время церемонии погиб мой старший брат, я поняла, что зелёные твари обладают чертовски твердой чешуей, а люди нет; зубы крокодила постоянно в боевой готовности, а мачете могут затупиться. Половина деревни с безопасного расстояния смотрела, как сын короля и ещё несколько подростков, выскочившие из укрытия из веток, били рептилий в глаза и шеи длинными широкими ножами. Люди кричали испытуемым слова поддержки, грызли орехи и пили кофе. Огромная трёхметровая рептилия сбросила оседлавшего ее мальчика, перекусила его тонкую талию и заглотила обе половины за считанные секунды.


Те, кто выжил, с гордостью возвратились в деревню - теперь они будут пользоваться уважением всего племени до самой смерти. Король не лил слез. Он ушел в лес и молился идолу в виде крокодила, стоящему на задних лапах с мачете в зубах. Мама увела меня и младших детей в деревню. Она тоже не плакала. Через год пришла моя очередь убить крокодила, но за неделю до праздника я своровала деньги, которые отец собирался потратить на ужин для всей деревни, и сбежала.


Я убежала на север, где вообще нет крокодилов, а в холодном море водится только жирная рыба. В первые годы пришлось заниматься самой грязной работой, чтобы прокормиться, а снег и мороз приводили меня в ужас, но со временем я ощутила вкус к этой простой суровой жизни. Румяные северяне меня полюбили, и однажды нашелся тот, кому я подарила свое тело и душу. Но, несмотря на благополучие, я не могла забыть, что люди из племени будут меня искать: если бы я публично отказалась от испытания, меня бы просто выгнали из деревни, как всегда поступали с трусами, но я ограбила отца, своего короля, а наказание за этот поступок – смерть.


В мутных водах великой реки,

Реки-кормилицы, нашей матери,

Плыл крокодил, и в пасти его

Раскрытой смеялся ребенок -

Сын крокодила, наш прародитель.

Он вышел на берег голодным и слабым,

И отец приказал ему: «Убей меня,

Съешь мое сердце, запей водой из реки -

Так ты станешь первым мужчиной».


По легенде, которую у нас рассказывают беззубые старухи, первым человеком на земле был сын реки и крокодила. Не так уж и глупо, ведь многие выросли в семьях со странностями. Мальчик зарезал своего отца, вынул его сердце и съел, потом выпил речной воды и стал сильным и смелым. От него пошли другие достойные люди, продолжившие священную традицию. Король прислал мне письмо, в котором припомнил эту легенду как оправдание моей скорой смерти. На пожелтевшем потрепанном конверте дрожащей рукой было накорябано «Моей дочере – никрасивой женьщине с 11 шрамами». «Ну спасибо, подумала я, - Интересно, сколько таких конвертов люди крокодилов разослали по миру, пока один нашел верного адресата?»


Мне, вполне красивой женщине с одиннадцатью шрамами, было тридцать семь лет, когда я получила и прочитала письмо от короля. Он написал, что придет за мной, вырежет мое сердце и скормит его собакам. Сколько ему было на тот момент? Семьдесят? После непродолжительной паники я решила – пусть приходит.


Мне нравится выходить на пляж рано утром. Ругаются чайки, чуть слышно плещется море, и пахнущий йодом ветер треплет мои черные с проседью волосы. «Добрый день», - я вслух здороваюсь с духами природы и присаживаюсь прямо на влажный песок в своей цветастой юбке, поджимая ноги. Любовь к ярким платьям досталась мне от моих предков, как и смуглая кожа, и одиннадцать шрамов. И смелость.


- Ты готова?

- Нет, и никогда не буду готова.

- Ты должна это сделать.

- Это не для меня. Я ухожу из деревни.

- Если ты уйдешь, то никогда не сможешь вернуться назад, слышишь? Ты будешь проклята, а твоя мать будет плевать на твою фотографию, если кто-то спросит о тебе!

- …

- Ты отказываешься от самого важного испытания в жизни.

- Я нашла другие испытания, и другую жизнь. Прощай, отец. Прощай!

Дубликаты не найдены