1

Замолвите слово о творчестве

Замолвите слово о творчестве Творчество, Авторский рассказ, Писательство, Писатель

Совсем недавно начался новый год. Кажется, что только вчера, но на календаре уже почти февраль.

Совсем недавно я, кажется, закрыла все творческие долги и вот вновь полна желанием творить. Собственно, о литературном творчестве и пойдёт речь.

Зарегистрировалась я достаточно давно, но сегодня приняла решение, попробовать писать чаще, может быть показать миру свои рассказы. Как знать. =) Сама ещё не знаю, что из этого получится.

Ну что же.

Добро пожаловать. Надеюсь, что-то для получится.

P. S. В основном пишу рассказы в жанрах мистики и фэнтези. Также планирую поделиться рабочими буднями.

Дубликаты не найдены

+2

Даешь жесткую работу над письменным словом!

Пару лет назад я марафонилась здесь под лозунгом "30 рассказов - 30 дней". Поучительно вышло.

Сообщество "Авторские истории" вам в помощь.

раскрыть ветку 1
0
Обязательно даёшь! Иначе и нельзя! =)) о, спасибо за подсказку. Запомнила про сообщество.
+1

Можете начать с мистики и фантастики :)

Рассказ о том, как человек сумел побороть лень и прокрастинацию и начал жить :D

раскрыть ветку 1
0
Боюсь, я её уже победила. С 1 января я взялась за убийственный челлендж. =)) 1 история в день целый год.
+1
Жду.
Похожие посты
1763

Про безграмотность или как не надо обрезать детям крылья

Прочитав о злых учителях, захотелось рассказать. Мои не были злыми, они были отличными и хотели как лучше. Родители тоже готовы были жизнь положить на алтарь моего счастья, но, как известно, мы не можем угадать какой повод найдет наш ребенок чтобы обратиться к психотерапевту.


Большую часть жизни я прожила под девизом «только не пиши!». Двойка по русскому языку преследовала меня с первого класса и была моим личным проклятием. При том, что я с бешеной скоростью читала, все что можно было достать в то время. Полное сочинение Гюго? Легко! Весь Майн Рид? Дайте две недели. Родители, в битве за мое здоровье, отбирали книги и отправляли гулять. Так что спесивое «надо больше читать» - мимо. Но буквы упорно не хотели складываться в слова в требуемом порядке, в слове «хлеб» четыре ошибки приводили меня не к «пиву», а к совершенно непредсказуемому результату, каждый раз разному. Слово «счастье» я честно искала в словаре на букву «щ». Говорят, мое сочинение по «Войне и мир» до сих пор лежит в учительской – двадцать девять рукописных листов, сорок ошибок на первой странице, тридцать на второй, дальше не проверяли.


Из школы я вышла с серебряной медалью – четверка по русскому выстрадана потом и кровью. Пот мой, кровь – учителей. И с напутствием: «тебе главное ничего не писать». Технический вуз, диплом инженера-конструктора и бурные девяностые занесли меня в ИТ, где я и осталась.


И так бы я дальше и жила спокойно, пока в сорок лет меня не зацепила одна книга настолько, что я полезла искать похожее и наткнулась на такое явление как «фанфикшен». Удивилась. Присмотрелась. Почитала. Ужаснулась. А потом, сидя на скучнейшем совещании, накатала пару страниц текста – просто, чтобы не заснуть. И, зажмурившись, выложила. А дальше что-то пошло не так. Через три года мною было написано полторы тысячи страниц по чужому миру, у меня было два корректора, выпиливающих мое «щастье», альбом с иллюстрациями, больше пять тысяч скачиваний и… фанфики, написанные уже на моих героев. Писала по вечерам, по выходным, даже в походе, сидя над горными порогами, ручкой в блокноте, и чувствовала себя совершенно счастливой.


А потом я написала и свою книгу: фантастика, киберпанк, техническое образование и любовь к физике никуда не делись. Вроде покупают, даже хвалят – но это не главное. Главное другое. Это такой кайф - убежать от реальности в придуманный тобой мир хоть на пару часов. И жалость, что всего этого я была раньше лишена. Отдельное удовольствие – слышать от взрослого ребенка: «Мама, когда уже прода?».


Я спросила родителей: я же всегда придумывала, почему вы мне не давали писать? Ответ был предсказуемый «у тебя же ужас сколько ошибок было, как ты можешь писать». Но книжку мою на полку поставили и всем хвалятся. Не мешайте детям, даже если они упорно пишут «щастье» и легко выигрывают математические олимпиады.


P.S. Этот текст корректор не проверял, только ворд отработал, так что упс.

96

Зелёный свитер

У меня тогда был зелёный свитер. Я вообще плохо помню прошлое, но этот зелёный свитер и растянутые рукава, то, как я снимал его через голову и как наэлектризованные волосы топорщились и пятно от вишеневого варенья, что никак не отмывалось - это я хорошо помню. И ещё помню, как мой кот Кузя оставлял на нём затяжки и как это бесило маму и как я впервые в этом свитере слушал Gloomy Sunday и было именно воскресенье и именно мрачное и как моя подруга потом отмывала этот свитер от крови и штопала его в какой-то общаге, после того, как нас побили в центре за то, что мы были волосатые и одевались не как все.

Но откуда он у меня тогда взялся я не помню. И куда он потом задевался, я тоже не помню.

Я потом увидел похожий зелёный свитер, много лет спустя в Италии, в Римини и, конечно, купил у улыбающегося африканца за какие-то немыслимые евро. И я сидел ночью в-этом-не-этом свитере на пляже и смотрел на море, но не было варенья и был какой-то вторник, условно даже хороший и успешный вторник и подруга моя давно вышла замуж за другого и даже кота у меня не было. И никто меня больше не хотел избить и я уже начинал лысеть и выглядел как все.

И я разделся и пошёл в море. И в море была и подруга и варенье и воскресенье и мои длинные волосы и мама и кот Кузя и миллион всего ещё, я уже не помню чего, я ведь плохо помню прошлое. И я не помню, сколько я там плавал, в этом море. Может, сто лет, а может и тысячу.

Но куда этот-не-этот, второй свитер делся, я помню.

Я его так и оставил лежать на белом песке на ночном пляже в Римини.

245

Мечта

- Хочу ездить на котах!
- Юля, нельзя ездить на котах, они маленькие и слабые, а ты большая, они тебя не выдержат.
- Хочу большого и сильного кота, чтобы ездить на нем!
Спор матери с дочерью был очень странным и длился уже около двух часов. Маленькие дети легко ломают любую психику и даже человек с ангельским терпением, коим обладала мама Юли - Наталья Семеновна, уже был на грани истерики.

Девочка пяти лет очень противно хныкала и просила большого, обязательно домашнего кота, на котором можно ездить, а взрослая женщина усиленно терла виски и тоже старалась не зареветь. Она сама уже хотела этого кота, лишь бы дочь наконец перестала ее мучить. Внезапно ей в голову пришла мысль.

- Так, Юля, давай поговорим с тобой по-взрослому, - женщина строго посмотрела на свою вредную маленькую дочь и та даже немного успокоилась, но похныкивания все равно оставались, - на данном этапе развития человечества еще не было придумано технологии, которая позволила бы кататься на котах людям.
Девочка начала реветь, хотя не поняла почти ничего из того, что ей сообщила мать.
- Но есть решение, - Наталья Семеновна уже перешла на крик, чтобы переорать дочь, - если ты хочешь ездить на котах, ты сама должна придумать такую технологию. У тебя будет такая возможность если ты решишь стать учёной.

Девочка задумалась. Пусть она и не понимала многое из того, что ей пытались донести, но кое-что она всё-таки осознала. У нее есть шанс покататься на котах.

***
Юля выросла и стала Юлией Сергеевной. Она была учёной и да, все детство грезила об этой работе и всегда, когда ее спрашивали кем она хочет стать, когда вырастет, Юля неизменно отвечала, что будет учёной и придумает способ путешествия на домашних котах. Родители не переживали об этой глупой мечте ровно до того момента, пока дочери не исполнилось пятнадцать лет и она все еще продолжала стремиться к безумной затее с котами. Вот тогда они зачем-то начали водить дочь по психологам, которые решили убедить родителей в том, что у Юли есть какое-то небольшое отставание в развитии и нужно бы ею серьезно заняться.

С пятнадцати лет жизнь Юли превратилась в ад. Всех котов, а их было трое, по совету одного из психологов, родители отдали бабушке Юли, а саму девочку перевели в специальную школу и запретили общаться со всеми, кого она знала раньше. Вот поэтому, через некоторое время, Юля сбежала от родителей к бабушке и котам, да так и не вернулась обратно, за что прослыла неблагодарной дочерью.

Однако во взрослой жизни все было далеко не так радужно, как она представляла себе это в детстве. Уже взрослая Юля долго трудилась, чтобы поступить в хороший университет, затем она усердно учила все предметы, чтобы на учёбе быть в числе лучших студентов и наконец она выпустилась. Тут и пришло время работать без устали и отдыха. Ведь она знала к чему стремилась и все свои исследования Юлия Сергеевна (которая, на самом деле, в душе оставалась все той же Юлей), тщательно оберегала и несколько раз в день перечитывала, надеясь, что в нужный момент к ней придет озарение.

***
Пожилая женщина лежала в больничной палате. На ней было столько приборов, что некоторые части тела невозможно было увидеть из-за бесконечных проводов и сложных устройств, которые явно были необходимы ей для жизни. За всю свою долгую жизнь Юля изобрела огромное количество нужных и замечательных вещей, благодаря которым человечество вошло в то будущее, где возможно почти все. Но в этом будущем все так же нельзя было кататься на котах. И часть сознания внутри этой пожилой женщины, которое из последних сил старалось жить, очень жалело об этой бесконечно наивной детской затее, которая так и не воплотилась в реальность.

В палату неспешно вошла небольшая делегация. Вперед вышла молодая девушка-врач и очень грустно посмотрела на пожилую женщину.
- Отключаем аппараты жизнеобеспечения, как того просила Юлия Сергеевна, - дрожащим голосом сказала эта девушка, - сегодня мы выполняем последнюю волю великого учёного, прошу всех отойти.
На этих словах все остальные сделали шаг назад, а девушка подошла вплотную к Юле и дрожащей рукой выключила аппарат, который уже год поддерживал почти мёртвое тело.
- Прощай, мама, - девушка-врач больше не могла сдержать слез, - ты открыла этот мир заново, так открой и тот мир, за гранью нашей жизни.

Делегация постояла еще некоторое время: кто-то что-то говорил, кто-то плакал, но через десять минут в палате не осталось никого.

***
- Юля! Скорее проснись!
Девочка, которой было не больше десяти лет открыла глаза и увидела перед собой огромного пушистого кота рыжего цвета. Он очень напоминал её первого кота - Персика, который появился в жизни девочки, когда ей было пять лет. Единственное, что отличало его от обычного кота - это умение разговаривать и невероятно огромные размеры: кот был размером с небольшой одноэтажный домик.

- Я что, сплю? - девочка наконец немного пришла в себя.
- Нет, Юля, ты умерла, - честно сказал кот, - но умерла ты в другом мире, прожив очень долгую и счастливую жизнь, так что у тебя не осталось разочарований от прошлой жизни.
- Да, я кажется начала вспоминать, - девочка на удивление спокойно приняла информацию о своей смерти, - но ты неправ, у меня было одно разочарование, одна несбывшаяся мечта.
- Хм, видимо именно поэтому ты попала в этот мир.
- Как тебя зовут?
- Можешь называть меня Персик.
- Персик, можно ли мне прокатиться верхом на твоей спине?

Кот лукаво улыбнулся, опустился на животик и подставил лапку, чтобы Юля могла забраться на него. Когда девочка удобно разместилась на пушистой и мягкой спине кота, они вместе отправились в свой самый длинный путь...

[Я долго думала начинать ли мне выкладывать своё творчество здесь и в итоге решила рискнуть :)
Я поддерживаю конструктивную критику и буду рада, если она окажется еще и полезной, но прошу сильно не бить ]

Мечта Писательство, Кот, Авторский рассказ, Длиннопост
Показать полностью 1
142

Выполняю обещанное)

@neveseliy2, @skiters, наверно, это писалось для вас)


Небольшое предисловие: я не писатель и не дай бог буду. Последний написанный мною текст на этот момент - рассказ в 2014 году. И эти страницы, пожалуй, самое сложное что мне доводилось делать в последнее время.

Так что не ищите в моей работе огромной писательской идеи, красивого языка или длины текста как у Толстого.

Все будет как табуретка просто.


Единственное к чему я стремлюсь - чтоб вы хоть раз улыбнулись и доказать, что даже самая на первый взгляд абсурдная идея имеет место быть в нашем мире.

P.S. Простите, я не знаю как делать абзацы на Пикабу и за опечатки тоже.


Итак, заходят как-то в бар...


Всё началось с того что Ингер перевернул табличку на двери. Ну, знаете, табличку, где с одной стороны «открыто», а с другой «закрыто»?

Что-то наперед зашел. Давайте сначала? Только вот горло чем-нить промочу.

Так вот. Ингерровиан – это мой шеф. Дракон. То бишь настоящий такой, огнедышащий, яростный и до денег жадный. Заключила его какая-то колдунья в тело человечье. И вот ходит он – статный такой, златовласый, голубоглазый, двухметровый и девок наших междумирских взглядом таять заставляет. Только вот где замок с принцессой спрятал - не признался.

Да и характером босс тоже не вышел. Как крикнет, рыкнет да паром дыхнет, так я под стол прячусь и все наши тоже. Клиенты исключением не стали. Дернуло ж его трактир открыть на пересечении миров! Ни себе покоя, ни местным.

Так и назвал: «Трактир у Междумирья». А что ему станет?

Я тут за бармена, повара, кладовщика и счетовода. Доверенное лицо - это я вам не без гордости заявляю. То, что случилось позавчера, с его слов рассказывать буду, потому что не было меня на работе, отпросился потому что. Свидание у меня (тоже не без гордости говорю)

А случился бабий сбор. Как есть бабий, чесслово. Врать не стану. В центре девичника шеф один загибался ивовой веточкой – мой сменщик за специями пошел и пропал куда-то. Может, не уследил и портал в иномирье за лужу принял? Тут эта практика распространенная.

Бабы, конечно, разношерстные попались да и поназаказывали всякого разного. Но Ингер молодец, всё вынес, приготовил, сделал, налил, обслужил. Единственная только огриха из них довольствовалась теленком, а не человечинкой - на складе закончилась.

А, я не сказал? Там ведьма была, некромант какая-то (она еще посреди вечера менестрелей на местном кладбище подняла и в трактир привела). Кажись, суккуб еще. Или суккубша? Как их правильно – не знаю.

Так вот. Понапивались они и начали за жизнь тяжкую говорить. По-ихнему, по-бабски. То есть, если мы, мужики, когда напьемся - про политику и философию друг дружке затираем, то девки-то про всякие непристойные темы. Ну, есть поговорка, что пьяная зайка мозгам не хозяйка.

Говорили они, говорили, и как-то так получилось, что в один прекрасный момент дружненько на Ингера глянули. А того черт какой-то дернул подмигнуть. А драконы-то подмигивать умеют. Тут у всех их сердечки и стали. Только у вампирши опять запустилось. Ей-богу не вру: в трактире тишина такая повисла, что отчетливо слышно было, ага.

В общем, сглотнул шеф предательский комок в горле, когда понял что натворил и отвернулся в другую сторону, да присел. Делал вид, что выпивку из коробок достаёт да на полки ставит.

Вот только когда он поднялся и повернулся лицом к залу, возле стойки на стуле уже сидела суккубша, облизывала губы раздвоенным язычком да кокетливо локон на пальчик накручивала. Хороша, чертовка. Шеф не рассказывал, но вот чувствую что хороша.

- Добрый вечер, не угостите ли даму? - произнесла и подмигнула.

Именно в этот момент Ингерровиан и понял, что ночка предстоит долгая.

Талья сидела на высоком барном стуле и взглядом наблюдала за тем, как ее широкоплечая норма по сдаче душ в Пекло аккуратно выставляла алкоголь по полкам, подгоняя при этом каждую бутылку этикетка к этикетке.

Ей уж очень понравилось, как этот милый парень подмигнул пару минут назад. Но как бы соблазнительно ни выглядел этот мужчинка – нужно выполнить норму, иначе не видать отпуска, премиальных и выхода на поверхность.

Суккуб ослабила шнуровку платья в области груди и склонилась над стойкой так, чтоб пышный бюст чуть ли не выпал из одежды.

- Добрый вечер, не угостите ли даму? - Талья подмигнула, а парнишка бармен от неожиданности отшатнулся и чуть не опрокинул стоявшую за ним стену с напитками.

- Чего х-хотим? –Ингер уже потихоньку начинал брать себя в руки. Он ведь дракон всё-таки. А на них суккубья магия не особо работает. Можно и расслабиться. Хотя, черт их, демониц этих, знает.

- Налей чего-то покрепче. И чтоб погорячее. Вот прямо как ты, - глаза у Тальи сверкнули. Она вложила в этот мысленный посыл всю свою страсть, похоть и легкомыслие, как и учили в ААС (Адской Академии Соблазнения).

Однако юноша просто зажмурился на четверть секунды и тряхнул головой. Хотя должен уже страдать и пылать от желания затащить ее в койку. Похоже что ментальный барьер. Ничего, как-то пришлось соблазнять монаха, который уже тридцать лет обет целомудрия держал – прорвёмся.

Бармен достал невысокий стакан, бутылку с надписью «Дж. Д. Земля», плеснул на два пальца и, выложив рядом со стаканом невысокую стопку салфеток, спросил:

- Чего-нибудь еще? – Ингер уже взял себя в руки и был готов отразить еще одну волну соблазнения.

- Повторить, - буркнула суккуб, готовясь к, как ей казалось, сильнейшей атаке. Напиток в бокале закончился, но смелости стало побольше. Надо бы разведку провести, ужиком полазать в мыслях, грёзах, мечтах, да казалось Талье, что просто потратит время в никуда. Оставалось прямое воздействие.

Дракон снова налил из бутылки. В голове у него роились одни и те же мысли: «Ох нехороший взгляд у суккуба, ой какой нехороший. Небось со всей дури бахнет»

И она бахнула.

Сверкнула глазами, выпила всё содержимое одним глотком и тут же послала воздушный поцелуй вдогонку. Атакованный дракон схватился за голову, зажмурился и помассировал виски.

Сильна, чертовка! Почти пробилась, но и мы не пальцем деланы. Ингерровиан впитывал через кожу остатки суккубьей магии из воздуха и подпитывал их своими чарами, чтобы не только отпарировать удар, но и нанести свой.

- Дорогуша, будь так добр, собраться и валить на второй этаж, - голос Тальи налился лестью и похотью, когда она увидела что парнишка не может никак оправиться, - Я сейчас посижу с девочками, а потом тебя ждет ночь твоей мечты.

- Ага, - дракон открыл глаза и озорно подмигнул суккубу, улыбаясь при этом во все тридцать два (пять тысяч двести семь в драконьем обличии) - Щас!

Талья и Ингер словили взгляды друг друга, и суккуб на миг замерла с открытым ртом. Еще через секунду ножки стула, на котором сидела Талья, подломились и соблазнительница упала на пол.

Подружки оглянулись в сторону упавшей суккубы.

- Не так я себе представляла девичник, - покачала головой Криа и подняла взгляд на вернувшуюся из уборной ведьмы.

- А что происходит-то? – колдунья посмотрела на качавшую головой некроманта, присаживаясь на свободный стул.

Криа указала пальцем на Ингера:

- Он подмигнул, - прелестный ноготок перелетел на огриху, - Эта тупая не прошибается колдовством, - некромант указала на себя, - У меня иммунитет, - указательный палец уткнулся почти в нос ведьмы, - Ты вышла, - некруха кивнула на суккуба, - Талья решила подработать - А Куларда…

Вампиресса томно вздохнула, а Криа лишь махнула на нее рукой.

- Это за пять минут? – уточнила ведьма.

- Ага.

- А чой-это он нам подмихивал? – огриха закончила трапезу и ковырялась в корявых желтых зубах вилкой, - Он шо, без смертный? А вкусный?

Вампиресса повернулась к подругам и еще вздохнула.

- Всегда все парни достаются ей, - надула губы Куларда, - Чертова суккуба. Всем глаза строит, а в итоге пшик. Ведет себя как распоследняя, а я графиня, между прочим, в родстве с сами-поняли-каким-вампиром. А она подходит и глазами стреляет. Убила бы, но не могу же я подругу в Ад отправить, она же сама оттуда…

Так бы и не окончился этот словесный поток, если бы Некромант не подвинула к подруге стаканчик с «Кровавой Мэри» в которой вполне возможно и была кровь какой-нибудь Мэри. Вампиресса через трубочку тут же потянула коктейль.

Послышались грохот, шум, немного мата и, обернувшись, подружки увидели что суккуб покатилась кубарем до самого входа.

- Дура, - улыбнулась некромант.

- Судя по всему набитая, - поддакнула ведьма, с опаской глядя на вампирессу, - Как ты, дорогая?

- Да так себе, - вздохнула упырица, - Склеп мой освятили, спасу нет, - она грустным взглядом провела Талью обратно к стойке, - Водой так залили, что уже в землю не уходит. Опять плесень выводить. Задолбали!

- Ну, хочешь переезжай ко мне, - Криа подбадривающее улыбалась, силясь отвлечь подругу от созерцания барной стойки, но той было всё равно, - Места хватит с лихвой.

- Гыыы, - огриха сначала улыбнулась, а затем рассмеялась в голос, Суккубка нашинская обломалася. Третий разец уж падаит.

- Ой тупая, - прошептала некромант в сторонку, - И как мы познакомились?

- Да и селяне хреновы, - Куларда потянула коктейль, - Как не проснешься все в тебе кол торчит, водой полита, крест на крышке нарисовали. Не сдохну я от этого! – вампиресса стукнула стаканом по столу, - Я древняя, я гордая! – она ударила стаканом в такт словам, не отводя взгляда от Ингерровиана., - Я не отдаю ДОБЫЧУ!

***

И тут такое началось! Вампирука такая «хоп!» - прыгнула и превратилась в чудище такое, что у всех в трактире челюсти поотпадали. Когти острющие, зубы длиннющие, волосы седыми стали, а глаза почернели. Из одежды дымка одна прикрыла непотребное, а сквозь окна пробилась стая летучих мышей и кружила под потолком.

Суккуба тоже не лыком шитая оказалась, Она на Ингера взглянула, да только не так как раньше, а как на последний кусок мяса перед постом и тоже преобразилась.

Крылья за спиной появились, и рога вроде как удлинились – мужики в таверне до сих пор спорят да или нет. А еще, поговаривают что хвост вырос с ножом вместо пушка и волосы вздымились как пламя Адово.

Ингер как котенок мелкий (не дай бог услышит) под стойку соскользнул и правильно сделал. Есть давняя мужская мудрость: каким бы сильным ты ни был – баб разнимать и не думай. Потому что уйдешь с фингалом, расцарапанный и виновный во всех смертных грехах.

И это повезет если на своих двух уйдешь, потому что есть другая мудрость: милей доктор и кроватка, чем гранит и оградка.

Ой, занесло меня не в ту степь. Короче, швырнула суккуба в вампириху шар какой-то со всей дури, но та обернулась дымкой и заклинание прошло мимо, проложив путь себе прямо сквозь стену деревянного трактира. Тут же и пошли первые несмелые искры и робкий огонёк. Запахло паленым.

Но им-то до люстрочки всё! Вампирша шикнула, а летучие мыши сорвались с места и темной тучей окружили Талью, кажись так ее имя, и наносили маленькими коготками мелкие, но очень болезненные царапины.

«А что делали их подруги?» - спросите вы. И зададите этим чертовски верный вопрос. Поговаривали, что дамы эти посетителей на улицу вытаскивали, прикрываясь щитом каким-то магическим. Никто не ожидал что они так за жизни людей возьмутся. Не, конечно не без жертв. У одного ноги откушены, у второго вид теперь как у привидения, а третий семью бросил и за ведьмой увязался, но всё-таки… Спасали ж.

А тем временем суккуба полыхнула огнем и на пол посыпались летучие мыши, напоминая крушение о землю множества бумажных фонариков.

Куларда завопила, отчегоу всех уже немного численный присутствующих заложило уши и не миг показалось, что суккуб сдалась – она с закрытыми ладошками ушами упала на колени и взмолилась: «Не надо! Кула, неееет», - голос перерос на визг, и как в мгновение ока вампирша замолчала и обратилась к своему обличию, тому, которое смертельно красивое.

Вокруг них воцарилась тишина.

Однако, на этом всё и не закончилось. Талья, собрав последние силы взглянула на нее так же, как и на Ингера ранее, но напоролась на могущественный блок, состоящий из гипнотических чар, присущих всем вампирам.

***

- А чего ж потом случилось? – спросил старый дед Бренно, наливая себе пива из кувшина, - Неужто поумирали?

Они сидели впятером на крыльце одной из хат, где бармен/повар/кладовщик пересказывал события прошлой ночи под добрую кружечку-другую.

- Да какой там! – Томас махнул рукой, - Выжили, стервы. Вот только трактиру гаплык пришел. Я как вернулся – остолбенел. Стен нет, кругом стекло валяется. Люстру жалко. Ингер совсем недавно ее заказал.

- А шо он там? – спросил другой дед, раскидывая карты на всех.

- Да живой. Он же ж дракон, что ему станется?

- Ох, небось, в пролете. Уйдет, и без трактира мы будем, - вздохнул кто-то.

- Та не, - улыбнулся Томас, - я слышал что он уже строителей нанял, обещают за две недели здание поднять да лучше прежнего сделать. Вроде на три этажа, кухню огромную и зал с камином и креслАми. Вот круто ж будет.

- А с девахами-то шо?

В этот момент где-то вдалеке послышалось рычание.

- А это мы сейчас узнаем, - Томас перевел взгляд на шефа, который только что вышел из-за угла.

Ингерровиан практически пылал от злости, из носа ушей и рта буквально вылетал дым, а после каждого шага он оставлял выжженную землю на месте следа.

А вот на левом плече у него лежала как обыкновенный мешок картошки вампиресса сами-понимаете-чья родственница, а правой рукой он тащил за собой суккуба, держа ту за ухо. И вся Междумирья деревня слышала его рык:

- Убежать решили? Хрен вам! Думали, расхреначили моего малыша и вам всё с рук сойдёт? Хрен вам! Думали, не заставлю отрабатывать? Хрен вам! Я сам тоже хорош – повыпендриваться решил, первую тысячу лет молодости вспомнить. Хрен мне, - он остановился напротив хаты, где сидели мужики, - Томас! А ну сюда, быстро! То что трактира нет – не повод прогуливать! Подсоби мне с дамами!

Томас же поставил кружку на крыльцо и пошел к шефу. Интересно, что Ингер удумал и неужели у него будут помощники на кухне? Ну, то есть помощницы. Хотя, в зале всего официантов не хватает.

Рано, в общем, загадывать. Надо сначала подождать, когда трактир отстроят. А уже потом и делать выводы. Но, в любом случае, его задница чувствовала назревающие приключения.

Короче, будет видно!

Показать полностью
51

ВР

-Дорогой, что ты хочешь на завтрак? – миловидная женщина крутилась вокруг молчаливого молодого человека. В ее руках дымилась тарелка с голубой кромкой, на которой источала свой аромат свежая яичница, приправленная не менее свежей зеленью.
-Если ты уже приготовила, то зачем спрашиваешь? – улыбнулся молодой человек. Его забавляла ее привычка спрашивать его о чем либо, хотя ответ был известен ей заранее. Это ее алгоритм, с которого она вряд ли собьется, но, все же, тот, кого назвали «дорогим» не противился. В конечном счете, не все ли равно что есть – еда есть еда, и ее главная функция не дать человеку умереть от голода. Блюдо провалилось в желудок, и молодой человек откинулся на стуле, глядя в кухонное окно.
Он не помнил, как они познакомились. Он не помнил многое из своей прошлой жизни, но это его не пугало, наоборот, казалось чем-то обыденным, будто так и должно быть. Сейчас было важно именно настоящее, без воспоминаний прошлого и надежд будущего. Его жена повернулась к плите и, что-то напевая под нос, принялась мыть посуду. Казалось, это приносит ей удовольствие, как, впрочем, и готовка, и уборка, и стирка. Положа руку на сердце, молодой человек не мог припомнить хоть одного случая, когда она была не в настроении. Абсолютно всегда доброжелательная, мягкая женщина, и, наверняка, была бы хорошей матерью, если бы у них были дети.
-Знаешь, Евгеша, - послышался приятный тембр голоса его жены. – На улице сегодня такая славная погода, и было бы здорово прогуляться в парке или сходить на аттракционы. Как думаешь?
Евгений посмотрел на ее двигающиеся, словно механизм, лопатки, спустился взглядом по стройной талии, и не задерживаясь нигде более, снова уставился в окно.
-А как же моя работа? – задумчиво протянул он. – Я как раз хотел доделать на работе свой давний проект.
-О, ну если так, то, конечно, иди в офис. В конце концов, это работа твоей мечты, и если ты хочешь, то лучше заниматься любимым делом. Ты же давно хотел закончить этот… проект.
-Но, с другой стороны, сегодня такой замечательный день… - амплитуда колебаний молодого человека чуть ушла в сторону.
-Да, сегодня очень замечательный день! – эхом отозвалась жена. – Может стоит сходить в кино? Как раз я видела афишу на днях, и знаешь, тебе бы понравилось то, что сейчас там показывают.
-Но все же я пойду в офис. – Он будто игрался, мнением жены, а она вторила ему без единой тени сомнения.
-Конечно. Сходи. – она перекрыла воду в мойке и повернулась лицом к нему.
-Ого, у тебя будто цвет глаз поменялся! – Евгений усмехнулся тому, как ловко свет может придавать иллюзию привычным вещам.
-О, конечно, - она мелодично засмеялась. – Это было заложено в меня еще с рождения. Моя суперспособность.
-А завтра ты сможешь стрелять из глаз лазером? – он взял прохладный стакан с его любимым оранжадом.
-Конечно, милый, если ты захочешь, я смогу. – Женщина, проходя мимо Евгения, погладила его по плечу. – Но это если ты захочешь.
Со стороны веранды вдруг послышался ленивый стук в дверь. Это было больше похоже на то, будто кисть несколько раз скользнула по поверхности двери, издавая шуршащий звук.
-К тебе гости, дорогой. – Она вскинула бровь, будто ожидая чего-то.
-Да, открой, пожалуйста. И заодно узнай, кто это.
Щелкнул недорогой замок, и она незамедлительно оповестила его:
-К тебе посетитель. Александр.
-Спасибо, милая. Можешь идти в комнаты. – кивнул Евгений.
-Ну ничего себе. – в комнату ввалился его толстый сосед – Сашка. Он трудился где-то в серьезной компании, но как раз в последние дни наслаждался своим отпуском, и поэтому стабильно, раз в день, навещал Евгения, чтобы попить с ним разбавленного джин – тоника.
Евгений промычал нечто нечленораздельное, приглашая того сесть. Александр, однако ж, не присел, а оперся о спинку стула, весело глядя на своего соседа.
-Ну? И как сидится?
- Все хорошо, - Евгений кивнул. – Как тебе отдыхается?
-Потрясающе. -Саня нетерпеливо мотнул головой. -Я вот чего зашел… Ты же знаешь где я работаю? Вот это все, - он обвел руками вокруг, - отчасти и моя заслуга.
-О, спасибо, что напомнил. – Евгений улыбнулся.
-Да, я не поэтому зашел-то, - отмахнулся Саша. - Ты мне вот что скажи: ты когда последний раз ел?
-Вот, только что. – хозяин жилища развел руками. – Если хочешь, я могу позвать жену, и она и тебе приготовит что-нибудь.
-Ты же знаешь, о чем я. – Гость несколько посерьезнел. Евгений промолчал.
-Ты же знаешь, что будет, если ты продолжишь питаться только тем, что приготовит твоя жена, или купленным в каком-нибудь фешенебельном ресторане? Ты же знаешь?
-Знаю. – Евгений старался не смотреть на него.
-Так, и что?
-А, знаешь что? – он вдруг вспылил, неожиданно сам для себя. – Мне пора на свою работу.
-На работу? – Александр с нескрываемой усмешкой не отрывал взгляда.
-Да, на работу, черт возьми! И буду тебе признателен, если ты оставишь меня в покое. – хозяин дома внутри себя немного удивился своей нервозности.
-Конечно, конечно… - сосед развел руками, наконец отлепив от своего собеседника цепляющийся взгляд. – Только я, с твоего позволения, посижу здесь. Подожду тебя, так сказать, с работы.
-Делай что хочешь. – Евгений выскочил на улицу, тяжело дыша. Там он мгновенно уперся коленями в лакированную поверхность своей новой машины. Она горела огнями, и автоматика уже успела завести мотор, поджидая своего единственного хозяина. Машину сделали по индивидуальному заказу, и она заводилась на удалении, чувствуя намерения Евгения. Под капотом скрывался внушительный табун лошадей из трехсот голов; колеса матово сияли эксклюзивными дисками, а фары сияли, словно только что начищенные.
Он сел за руль, беспокойно поглядывая в зеркала заднего вида, и тронулся, будто беспокоясь, что за ним могут погнаться. Но за ним никто не пускался в погоню. Солнце грело, была погода, как говорится, самое то; незримые птицы пели в кронах придомовых деревьев, а улица была настолько пустынной, что казалось, что здесь никто не живет уже долгое время. Шины мягко зашелестели по асфальту, а человек, нахмурившись, смотрел на дорогу. Выражение его лица было такое, будто он силился что-то вспомнить, но не мог.
Весь путь мелькнул, словно вспышка в линзе калейдоскопа, и нос дорогой машины уткнулся в траву аккуратно постриженного куста, что рос около высотного здания, которое принадлежало Евгению, в котором был офис компании, которая также полностью принадлежала ему.
- Здравствуйте, господин Невский. – У зеркальной двери стоял благообразный старичок, одетый в форму, очень напоминавшую адмиралтейскую.
-Здравствуй. – Евгений Невский кивнул в ответ.
-Вас искал господин директор самой главной компании в нашем городе… Постойте-ка, фамилиё такая чудная… Будто бы Антихристов…
-Аристов? – глаза Евгения сощурились, а брови сошлись напрягшимся бугорком на переносице. – И что же он хотел?
-Дак говорит, что понял, что не чета он вам, и тягаться с вами не будет! – с плохо скрываемой радостью протараторил старик.
-Да? – Невский недоуменно остановился, взявшись за ручку массивной стеклянной двери. Уже несколько месяцев его компания и компания Аристова упорно боролись, как старые враги и вот, сегодня, его давний конкурент сдался. Это же чудесно!
Дверь мягко открылась пустив его внутрь. Внутри стоял весь совет исполнительных директоров – все они, важные птицы, и аплодировали ему. Уже между ними сновали похожие на пингвинов официанты и разливали шампанское. Кто-то участливо заглянул в небритое лицо Евгения и близко-близко зашептал:
-Какой же вы гениальный, Евгений Владимирович! Какой же вы молодец! – слова толчками бились в щеку.
Кто-то сунул в его горячую ладонь запотевший бокал со сладковатым вином. Кто-то кричал что-то ободряющее, похлопывая опешившего Евгения по спине. На их лицах было столько искренней радости и доброжелательности, что Невский остановился, глядя на все это великолепие.
Вы потрясающий. – пела шелестом листьев томная секретарь. Вы чудесный! – громыхал коммерческий директор. Вы неповторимый! – шамкала приятная старая женщина, улыбаясь запавшим ртом, закатывая безумные глаза в потолок.
Калейдоскоп вертелся все быстрее, лица размазывались, растягивались, рассыпались, превращаясь в фантасмагорию. Слова набегали друг на друга, лезли в уши, раздирали глотку, казалось, что из них можно построить целые города. Прикосновения к рукам, к ладоням, и вот уже рвут на части Евгения Владимировича: на сувениры, на подарочки. Его имя светится неоном в глазах всех этих людей. Мир ослепляет настолько, что сам слеп…
-Как давно ты ел, Женек? – из мглы высветились белки глаз Александра.
-Давно… - Женек прошептал пересохшими губами. – Неделю примерно…
-Вот ты дурак! – по слогам произнес толстый сосед. – Ты знаешь, что будет?
-Знаю, Санек, знаю. У меня уже несколько дней ужасно болит голова.
-Это из-за обезвоживания. – деловито хмыкнул тот.
-Возможно.
Александр грузно заходил по комнате, лениво перебирая пальцами по бахроме занавесок.
-Тебе нужно уйти. – он пробасил, глядя куда-то за стеклом окна, за горизонт.
-И потерять это все? – слабо отозвался Евгений. Ты же знаешь, что, если я уйду - весь мой мир исчезнет.
-Не уйдешь– исчезнешь ты.
Оба помолчали. Каждый из них был в одной комнате, но по разные стороны баррикад.
-Понимаешь, Саня, - тихо сказал Невский. – Здесь я уважаемый человек. Здесь все смотрят мне в рот, и по любому взмаху бегут исполнять мои желания, боясь не успеть. Я Евгений Невский. Я великий и ужасный Евгений Невский, который держит этот мир за шкирку…Мой дом самый дорогой в мире. Понимаешь? В мире!.. Ты видел мою жену? – его собеседник кивнул. -Красавица, правда?
-Правда. – хмуро ответил тот.
- Понимаешь, если я уйду, я ее потеряю.
-Велика потеря, - Саня усмехнулся.
-Ты не понимаешь, - властелин этого мира умоляюще посмотрел на своего соседа. – Она создана лишь для меня, и только для меня. Там, - он указал пальцем в потолок, - у меня никого нет. Да, черт возьми, там никому не нравится Евгений Приставкин!
-А тут прям нравишься! – Александр хлопнул себя по ляжкам. – Ты же понимаешь, что это ее задача – нравится тебе? Их задача хвалить тебя, задача этого дома, этой машины – кормить твое Эго. А твоя задача принимать это словно само собой разумеющееся.
-По крайней мере, моя иллюзия помогает мне жить дальше! – Невский закрыл глаза. Свет заходящего солнца все еще слепил его, как на работе, но теперь этот свет будто бы проникал сквозь веки, и доходил до самого мозга.
- Здесь я нужен кому-то. – безэмоционально произнес Евгений.
-Ты слишком заигрался. – сухо заметил его собеседник. – Ты слишком заигрался своим миром, что забыл про себя самого. Через три минуты у тебя заканчивается срок аренды VR – устройства. Пора снимать шлем с головы, и ты об этом знаешь.
Действительно, боковым зрением он видел таймер, неумолимо отсчитывающий к нолю. Что будет когда на циферблате высветятся ноли? Все взорвется или погаснет? Или он потеряет сознание, будто при смерти?
-Ну, ты готов?
Невский не ответил, зато откинул голову назад, смакуя воспоминания прошедшей недели. Память никто не отнимет.
«Спасибо, что воспользовались нашей услугой VR-жизни. Возвращайтесь к нам еще!»
Евгений Приставкин снял шлем с головы и устало посмотрел в потрескавшийся потолок. Аренда закончилась, и уже в семнадцатый раз человек был к этому не готов.

Показать полностью
41

Шахматы

Он протянул мне надкушенный бутерброд.

- Будешь?

А почему бы и нет, в общем-то. Не ел уже несколько часов, и неизвестно когда удастся добраться до еды.

- Давай.

Мы молча жевали хлеб с колбасой. Довольно странно, насколько может сближать людей совместное употребление пищи, даже такой.

- А ты чего, с собой еду не брал, что ли? Или первый раз?

Съел я уже всё. Не ожидал, что голод с такой силой накатит. Я несколько секунд подумал и ответил:

- И то, и другое, если честно.

- Ооооо, брат, привыкай! Ты ещё молодой, у тебя впереди ещё десяток поездок, а если повезёт, даже, может, несколько десятков! Нравится-то за рулём?

- Да.

Мы помолчали. На самом деле, если бы не дружелюбность моего пассажира, то разговор бы вообще не завязался. Это не принято. Принято смотреть вперёд, сидеть ровно, и думать о своём. Вот этим мы и занимались ещё какое-то время.

- А вы куда едете? – тут уже не выдержал тишины я.

- На работу. А ты?

- И я на работу.

И вообще, когда это мы с ним на «ты» перешли? Ну что за дурацкая манера! На брудершафт мы не пили, вижу я его первый раз, и, скорее всего, через пару дней больше не увижу!

- А давай в шахматы сыграем?

- Во что?

- В шахматы.

Он потянулся на заднее сиденье и достал свою сумку. Самую простую чёрную спортивную сумку, которые делали и сто лет назад, и будут делать ещё сто лет. Раскрыл одно из отделений, которое закрывалось на примитивный замок «молния», и очень бережно вытащил оттуда маленький квадратик, размером примерно десять на десять сантиметров (при более подробном рассмотрении выяснилось, что восемь на восемь), накрытый пластиковой крышкой. Квадратик был раскрашен в коричневую и белую клетку по очереди, и каждая клетка занимала, на первый взгляд, один сантиметр. Судя по всему, те клетки, которые были коричневыми, когда-то были чёрными, просто выцвели от времени. Мой пассажир очень осторожно открыл пластиковую крышку, и высыпал на приборную панель горсть мелких фигурок. Часть была чёрная, а часть белая, примерно пополам и того и другого цвета. Все фигурки чем-то друг от друга отличались, хотя были и совершенно похожие. Ещё я увидел, что и белые и чёрные фигурки одинаковые.

- Шахматы, сынок, это такая очень древняя игра. В неё играли давным-давно, и придумали её в далекой стране Индии. А этот дорожный шахматный набор мне отдал мой отец, а ему отдал его отец, а тому его. Мой прадед играл в них ещё тогда, когда…

Он замолчал, посмотрел вперёд, потом на меня. Я тоже посмотрел вперёд. Наш поток чуть дёрнулся вперёд. Я нажал кнопку на приборной панели и машина тоже двинулась чуть вперёд. Вдалеке совсем ненадолго показался жезл направляющего, и в моей душе затеплилась надежда, что доехать удастся несколько быстрее, чем планировалось.

Тем временем, мой пассажир продолжил:

- … люди каждый день ездили на работу из дома, и с работы домой.

- Это как это так? Каждый день?

- Каждый день.

- И что они делали дома?

- Ну, всегда по-разному. Смотрели телевизор, общались с семьёй, играли с детьми, пили пиво с друзьями. Всякой ерундой, в сущности. Но такой приятной ерундой... Вот ты в каком году получил права?

- в 2178.

- А за руль сел первый раз?

- Неделю назад.

- Стало быть, в 2180?

- Ну да.

- А разрешение и пропуск ты как получил?

А вот это уже неприличный вопрос. Как говорится, в приличном обществе не спрашивают о четырёх вещах: о вероисповедании, о том, за кого человек голосовал на прошлых выборах, о размере заработной платы, и о том, как ты получил разрешение и пропуск на въезд в город. Поэтому я не счёл нужным отвечать, и просто замолчал.

Он смотрел на меня долгим и задумчивым взглядом. Вообще, странный это был человек. По его манере говорить и выражать мысли, можно было решить, что он уже давно старик, и ему уже перевалило за тридцать. Одежду носил он старую, как из прошлого века. Такая же была у него и сумка. И вообще все остальные вещи. В общем, был он какой-то весь устаревший. Заметив, что я рассматриваю его, он сказал:

- Дедовское это всё. Дедовское и прадедовское. Тогда ещё умели вещи делать, поэтому и ношу.

Я продолжал молчать. А что тут скажешь, каждому своё.

Мы молчали долго. Небо за окном уже начало темнеть, и по краям автострады включили ночной свет. Пошёл дождь, и капли на стекле оставляли зелёные разводы. Я включил антирадиационный фильтр и выставил на минимум потребление кислорода в салоне. До Москвы фильтров должно хватить. Унылый дождь за окном почему-то напоминал о доме и навевал грустные мысли. Вот что останется таким на все времена – так это дождь. И не важно, из каких он идёт туч: из серых, как раньше, или из жёлтых, как сейчас – в дождь всегда всем становится немного грустно.

- Ну так что, в шахматы? – нарушил молчание мой пассажир.

- Я не умею.

- Да тут не сложно. Давай научу.

В принципе, стоять ещё долго, а делать всё равно нечего. Почему бы и нет.

- Давайте.

Весь вечер он учил играть меня в шахматы. Оказалось, это достаточно увлекательная и интересная игра. Мало того, она даже и очень интеллектуальная. Я быстро усвоил основные ходы фигур, и думал, что ничего сложного в ней нет. Однако казалось, что мой противник знал какой-то секрет, у меня никак не получалось у него выиграть. Мы играли весь вечер, подвинувшись в потоке ещё два раза, но мне так и не удалось победить. Раз, наверное, на сотый, я не выдержал и спросил:

- Да в чём тут секрет?!?

- Нет тут никакого секрета. Думать надо, вот и всё.

Сказано это было по-доброму, без злобы, поэтому и обижаться не было смысла. Он стал объяснять мне ход своих мыслей, мы так разговорились и увлеклись, что я как-то рефлекторно даже спросил:

- Вас как звать-то?

Он дёрнулся как от удара, и я подумал, что слишком обнаглел. Нельзя спрашивать чужие имена. Нельзя и всё. Они для личного. Для близких людей, которые тебя ждут дома с работы, для жены, которую ты, как и все счастливые люди, сможешь увидеть, когда вновь вернёшься с работы домой. Кляня себе за фамильярность я поспешил извиниться.

- Да ничего страшного, - ответил он, - просто меня очень давно никто не называл по имени. – Васей меня звать.

Васей бы его назвать у меня язык не повернулся. Он мне годился, как минимум, в отцы.

- А меня Дима, - представился я.

Он зачем-то протянул мне раскрытую ладонь, но не так, чтобы в неё можно было что-то положить, а как бы немножко боком. Не успев полностью обдумать свои действия, я рефлекторно протянул свою навстречу, мы коснулись друг друга руками, и немного сжали ладони. Очень странные ощущения для меня, а для него как будто в порядке вещей, ничего не обычного.

Дальше мы просто продолжили играть в шахматы, продвинувшись ещё на пару метров в Пробке.

- Дядь Вась, а вы знаток истории?

Он задумчиво смотрел на шахматную доску, потом быстро поднял глаза на меня, как будто мой вопрос застал его врасплох.

- Ну знаю немного, а с чего ты взял?

- Ну про шахматы вы знаете, и вообще, создаёте впечатление умного человека.

Он в голос рассмеялся и смеялся очень долго. Смеялся чисто и беззаботно, не думая, что может обидеть меня этим смехом, и не задумываюсь о том, прилично это или нет. Ну разве можно обижаться на людей, которые так искренне смеются?

- Историю, сынок, хоть немного, должен знать каждый, - сказал он, хорошенько отсмеявшись и вытерев слёзы платком.

- А расскажите мне!

- Что рассказать?

- Ну как было раньше? Вы же начали уже. Про то, как на работу ездили каждый день, про то, что дома делали.

Дядя Вася повернулся к окну и очень долго смотрел на зелёные следы капель дождя, которые медленно стекали по стеклу. Казалось, что мыслями он сейчас где-то совсем в другом месте. Где-то очень далеко-далеко отсюда. А может, не далеко-далеко, а давно-давно отсюда. Я уже было решил, что он так и не расскажет ничего, когда его губы раскрылись, и он начал рассказывать свою историю.

- Давным-давно, Дима, как я уже говорил, люди ездили на работу каждый день. Каждый день, и только иногда у них были выходные. В выходные люди занимались всякой ерундой, хотя никто и никогда бы не признался, что это ерунда. Самыми важными вещами они занимались, вот как я скажу.

Вот тебе сейчас двенадцать лет, и ты уже совершеннолетний. Раньше, в этом возрасте ты бы ещё даже школу не закончил.

- Школу?, - я ещё несколько раз в уме произнёс это незнакомое слово.

- Ну да…, - какая-то глухая тоска показалась в его глазах. – Школу. Место такое. Учили там всякому разному. Русскому языку, химии, физике, истории. Ты поэтому историю и не знаешь, потому что тебя не учили этому, Дима.

- Так а зачем мне её знать, если мне это не нужно?

Если бы взглядом можно было проткнуть человека насквозь, то именно это бы и произошло. Я не видел ещё печальнее взгляда, чем у дяди Васи сейчас.

- Да много почему. Раньше люди работу поздно выбирали. Это сейчас ты с рождения учишься только нужному тебе, потом сдаёшь государственный экзамен и получаешь профессию в 12 лет. А раньше ты учился всему понемножку. И думал, думал, думал, кем бы тебе работать, и чем заниматься. Некоторые так всю жизнь и думали, никем в итоге не став.

- Вот это ерундааааааа. Так же неправильно совсем! А как же работать, когда тебя не научили? И куда всё остальное время тратить, которое оставалось во время учёбы?

- Да куда-куда, по-разному бывало. Книжки читали, в кино ходили. С девочками гуляли. Но у нас выбор был, Дим. Чем хочешь можно было заняться.

- Так а зачем он нужен-то был, этот выбор? И книжки зачем читать, тебя же научат всему, что для работы нужно. А голову засорять другой информацией – это значит понижать свою профессиональную планку! И с девочками зачем гулять, если тебя в 11 лет уже жена ждёт предназначенная только тебе?

- Да не так раньше было!!! Не так!!!, - он громко кричал, как будто это относилось к нему конкретно, а не к нашему прошлому. – Не так всё раньше было! Не знал ты заранее, кем работать будешь! Захотел – пошёл мешки разгружать, захотел – дома красить, захотел – пошёл, выучился и людям аппендицит вырезаешь. И не спрашивай меня, ради бога, что такое аппендицит!!! И Жён мы своих не знали заранее! Знакомились с девочками, дружили, в кого-то влюблялись, в кого-то нет. Счастливо жили? Не знаю, Дим! Но у нас выбор был, так жить или по-другому.

- Я всё равно не понимаю, так и что вам этот выбор, дядь Вась? Могло ведь и плохо быть? А сейчас всё хорошо, все живут спокойно.

Мой вопрос повис в воздухе. Мы ещё несколько раз продвигались в потоке машин, но он так и не ответил. Только когда я включил ночной режим движения и мы стали укладываться спать он продолжил свою историю.

- Раньше, Дима, людей намного меньше было. И машин было намного меньше. Мы почему могли на работу каждый день ездить? Потому что ехали по несколько часов максимум. Это сейчас ехать надо несколько недель. И скажи мне, ты когда-нибудь ездил со скоростью больше 30 километров в час? А раньше ездили. Раньше и 130 и 230 ездили. Потому что дороги были свободны. Раньше не сидели мы несколько недель в пробках с закрытыми окнами, потому что иначе отравленный воздух попадёт в салон. Раньше мы открывали окна нараспашку, высовывали одну руку из окна и гнали, гнали что есть мочи! От суеты, от работы, от дома, от скуки, от всего! Да от себя, в первую очередь, гнали! И ветер хлестал в лицо, и было полное ощущение собственного, пусть маленького и временного, но счастья. Не всегда так было, конечно. Была зима – и тогда все ездили с закрытыми окнами и включали в машинах печки. Лето было, осень, весна. А сейчас что? (с этими словами он ткнул пальцем за окно). Жёлтые тучи до горизонта в любое время года. Классная жизнь, по-твоему?

- Ну, дядь Вась, я, конечно, историю не учил, но кое-что знаю всё равно. Всё что вы говорите – это здорово и правильно. Но я всё равно не понимаю, зачем вам это маленькое, сиюминутное счастье? Когда можно всю свою жизнь полностью счастливо прожить! Есть работа, к которой тебя самого детства готовили, есть жена, которая будет ждать тебя, пока ты приедешь с работы. И вас же подбирают друг к другу, как единственные подходящие варианты!

Дядя Вася тяжело вздохнул. И как-то весь даже осунулся. Казалось, что он уже не первый раз вёл этот спор. И казалось, что он каждый раз проигрывал.

Ладно, твоя правда. Давай спать.

С этим словами он развернулся на своём кресле в сторону окна, подтянул повыше к подбородку свою куртку и закрыл глаза.

Ну и пусть себе обижается! Вроде бы взрослый и умный мужик, а таких простых вещей не понимает.

Я ещё немного посидел, глядя в автомобильный поток перед собой. Уже совсем стемнело, и только стоп-сигналы впереди стоящих машин освещали моё лицо и закутанного дядю Васю. Он мерно сопел, и, должно быть, уже крепко уснул.

Глядя на своего неожиданного попутчика, я почувствовал какой-то укол совести. Странное ощущение. Вроде бы я точно знаю, что прав, а хочется извиниться перед ним!

Пожалуй, так и сделаю завтра утром.

Кресло легонько завибрировало и включилось внутреннее освещение автомобиля. Ночь пролетела незаметно, как и всегда проходят ночи в этой пробке.

Я открыл было рот, чтобы сказать доброе утро и попросить прощения, за вчерашний разговор, но в салоне больше никого не было.

Он ушёл, даже не попрощавшись. С самого начала он производил впечатление очень странного человека, поэтому я бы не стал его за это винить.

Каждому уготована своя дорога. И он свою выбрал, стало быть.

Жалко только, что я извиниться не успел. Хоть даже и не знаю за что.

Загорелась лампочка сигнализирующая о приготовленном завтраке и я с удовольствием принялся за трапезу. Скоро буду на своей любимой работе. Всего дней 6 дороги осталось. А ещё через несколько месяцев снова увижусь с моей красавицей женой. Ну что ещё человеку нужно для счастья?

Лёгкий шум отвлёк моё внимание, когда машина в очередной раз дёрнулась.

На приборной панели лежала маленькая коробочка с шахматами.

Показать полностью
107

Как сделать героя книги "живым"?

Вопрос, как создать живого героя, вдохнуть в него жизнь, волнует состоявшихся писателей также сильно, как и новичков. Допустим, ты прекрасно представляешь героев своей книги, но как заставить читателя их представить? Тут не поможет некромантия и чтение мантр над страницами книги. Тебе нужно:


1. Дай герою имя

С имени начинается наш путь в этот мир. Его воркуют матери, качая нас на руках, кричат друзья, собравшись под балконом, шепчут любовники в полумраке спален. Дай герою имя, которое олицетворит его сущность. Или, наоборот, создаст контраст с его поступками. С имени начинается путь в познании твоего героя.


2. Сделай героя уязвимым

Прежде, чем погружаться в пучины психологии и психоанализа, выгравируй у себя в памяти — герой должен страдать. Непобедимые, счастливые, неотразимые герои быстро наскучивают, им не верят, не сопереживают.


3. Сделай героя противоречивым

Интереснее всего наблюдать за теми героями, которых изнутри разрывает борьба. Они могут метаться между долгом и желанием, между любовью к двум разным людям, меж воюющими сторонами. В этой борьбе читатель часто находит ответы на собственные немые вопросы.


4. Надели героя зависимостями, увлечениями, тайными привычками

Твой герой должен чем-то увлекаться, как и любой человек в реальной жизни. Не всегда его интересы будут здравыми — он может быть пьяницей, игроком, матерью, что бьет своих детей, бизнесменом, который по ночам не отлазит от холодильника. Главное — обосновать каждую привычку и интерес.


5. Окружи героя предметами, которые отражают его личность

О герое больше скажут перепачканные рукава рубашки, пара дырок на куртке, захламленная картинами комната и несколько ящиков с рассадой на балконе, чем три страницы описания тонкостей его души. Лучше написать: «Он носил серьгу в ухе и каждое утро напомаживал волосы», чем «Он был красавчик и метросексуал».


6. Выстрой его отношения с другими персонажами

Любой человек вызывает у нас эмоции. Точно также твой герой должен пробуждать эмоции в других персонажах. Если он обаятельный сердцеед — расскажи, что женщины бросают на него восхищенные взгляды, если бродяга — что люди морщатся, проходя мимо него. Так ты сможешь выстроить целостный образ, которому читатель будет верить и сопереживать.


7. Дай герою секрет

Едва уловимой тайны, что иногда проскакивает в сюжете и влияет на поступки героя, достаточно, чтобы заинтересовать читателя и сделать героя живее. Важно, чтобы этот секрет, когда ты его раскроешь, вскрывал одну из основных сторон характера героя. Как если бы, например, детектив, что преследует насильника, сам оказался жестоким психопатом.


8. Дай герою цель

В цели героя — стержень его души, его мотивация двигаться дальше. Без цели — герой лишь пустая марионетка, кукла, которую автор силой заставляет говорить и двигаться. Цель может меняться в течение сюжета, но она всегда должна истекать из характера героя, его взаимоотношений с миром. И герой должен идти к ней, несмотря ни на что.


Источник: https://t.me/MeWriteChannel

Как сделать героя книги "живым"? Писатель, Советы новичкам, Начинающий автор, Писательство, Полезное, Совет, Длиннопост
Показать полностью 1
373

Как я в детстве книжки писал

С самого детства я обожал читать. Мама рассказывала, что я очень рано освоил алфавит и выучился чтению.
Самые ранние книжки я не помню, но хорошо помню, что конкретно читал в 6-7 лет.
Во-первых, это были "Денискины рассказы". В конце 80-х они были очень популярны. Отец доставал эти сборники не только для меня, но и для знакомых и родственников.
Во-вторых, это был цикл из шести книг "Волшебника Изумрудного города". Мама работала на заводе и приносила мне их из заводской библиотеки. Это было мурманское издательство с очень классными иллюстрациями. Кстати, полгода назад я нашел этот цикл и выкупил его для домашней библиотеки.
Далее были книги из цикла про Алису Селезнёву. Ну и множество тоненьких книжек от "Серебряного копытца" до иллюстрированных сборников стихов Маршака, Хармса, Чуковского и Михалкова. Я читал всё.
Ближе к 9-10 годам я начал осваивать детективы Чейза, которые читал отец. Конечно, толком ничего не понимал, но меня завораживало само чтение. Как проносятся буквы, перелистываются страницы и этот, невероятный, запах книг!
Первые три класса я учился в первую смену и когда возвращался домой, мама прибегала с завода на обеденный перерыв, чтобы накормить меня и уложить спать на обеденный сон. Но время, отведенное на сон я тратил на чтение. Мама обычно заводила будильник из расчета, что сон продлится два часа. И я жадно впитывал в себя книги сидя в кровати и поглядывая на будильник. Потом приходилось вставать и делать уроки.
К годам 10 я был невероятно читающим ребенком. Мне все время хотелось читать, но также появились мысли стать писателем. Как эта мысль пришла в голову - я точно не помню. Мне показалось, что в этом совершенно нет ничего сложного. Я был так очарован книгами, что решил обязательно приложить руку к написанию интересных историй.
Вы думаете, что я начал придумывать что-то своё?
Нет. Я изобрел гениальную схему. Все книги, которые мне очень нравились, я кропотливо переписывал в тетрадки....меняя только имена, фамилии, названия городов, улиц и так далее. Причем я не считал это самообманом. Мне казалось, что я создаю абсолютно оригинальный контент)))
Имена другие, места действий другие. Просто истории очень похожие)
На это уходило огромное количество времени. Откуда у меня было столько усидчивости - остаётся только догадываться.
Я исписал около 15 толстых тетрадок.
Все свое свободное время тратил на работу. Причем так родителям и заявлял, когда они выпроваживали меня погулять на улицу. Не мешайте, я работаю.
Сейчас я вспоминаю это с улыбкой. Но тогда я ходил важный и уверенный в том, что я настоящий писатель.
Причем даже прослеживалась некоторая эволюция развития писательского мастерства. Я не только менял имена и фамилии, но и добавлял уже маленькие сюжетики из своей жизни.
Как и любому писателю, мне нужен был критик. Поэтому я показывал тетради всем родным и знакомым, заставляя их ознакамливаться с рукописями и озвучивать свое мнение.
К сожалению ни одной тетради моих рукописей не сохранилось. И писателем я так и не стал. Хотя до сих пор много читаю.
Но может быть моя большая книга ещё впереди...)
Всем добра и хороших книг!

203

Лига последних героев

- Ну, наконец-то! – сказал директор, во главе большой делегации сотрудников. – Вы не представляете, как долго мы вас ждали! Проходите же, на улице жарко, а у нас кондиционер есть.

Человек зашел внутрь, и пошел по коридору к лифтам. Директор засеменил следом, и за десять шагов до дверей, вырвался вперед и нажал кнопку вызова.

- Двенадцатый этаж все-таки.

- Придется осмотреть все здесь, - сказал человек, оценивая высоту потолка в холле.

Лифт был современным и быстро домчал пассажиров до места назначения. Как только распахнулись двери, заиграла музыка и откуда-то справа выплыла красивая девушка с хлебом и солью.

- Может быть коньячку? – вновь затараторил директор.

- Дело, прежде всего, - ответил человек, и направился прямо по коридору.

Из комнат выглядывали работники офиса, мужчины смотрели, кто с завистью, а кто с нескрываемым уважением. Женщины о чем-то шептались, игриво постреливая глазами в сторону прибывшего.

Прейдя на место, человек раскрыл портфель и достал инструменты.

- Посторонних прошу удалиться.

Директор всех быстро выпроводил за дверь, оставив лишь маленького сынишку, который мог больше и не увидеть работу профессионала. Человек, не спеша и со знанием дела, стал оценивать положение дел. По-всему выходило, что дела у фирмы шли отвратно. Для человека это не было открытием, его работой было решать проблемы и его звали, когда дела шли плохо. Директор с сыном, затаив дыхание, смотрели за работой мастера.

[…]

- Мы, вам очень благодарны, - в полупоклоне тряс руку человека директор. – Теперь уж мы точно, сможем эффективно работать

- Не стоит благодарности, помогать людям – моя работа. Счастливо оставаться.

Человек развернулся, и побрел в лучах вечернего солнца. Скоро его нагнал мальчишка, сын директора:

- Я тоже хочу быть как вы! Таким же сильным и умным.

Человек молча улыбнулся.

- Возьмите меня с собой! Ну, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! – стал кричать мальчик, хотевший по обыкновению учинить истерику.

- Для начала научись сдерживать свои желания и эмоции, и может быть, потом, ты сможешь научиться, - улыбаясь, пресек крик человек, и пошел дальше.

Мальчик минуту стоял в нерешительности. Он выбирал между возвращением к отцу, где его ждал престижный лицей, потом университет, стажировка за границей, а затем принятие на себя управление фирмой, которая без сомнения теперь укрепит свои позиции на рынке. Или же отправиться вслед за этим сильным человеком и стать таким же, как он. Решение было принято, и мальчик побежал догонять человека.

[…]

Путь их был долог и труден. По лесам, вброд через реки и напрямик через бескрайние поля. Пока они не пришли к подножиям гор. На середине подъема располагался большой уступ, на котором стоял большой буддийский храм. Во дворе перед храмом, молодые монахи тренировали дух и тело с помощью медитации и боевых искусств.

Человек с мальчиком прошли к храму, войдя внутрь, мальчишке предстал огромный зал. У противоположной стены на возвышении стояли четыре кресла, на трех из них сидели люди, чем-то похожие на его попутчика. Прибывший остановил мальчика пред креслами, а сам поднялся по ступенькам и сел в свободное кресло.

- И зачем ты пришел сюда? – спросил человек мальчика.

- Хочу быть таким же, как вы! – выпалил мальчик.

- Готов ли ты отречься от мирской жизни и постигать мудрость со всем упорством?

- Да!

- Мы – Последний Электрик, Последний Слесарь, Последний Плотник и я – Последний Сантехник, принимаем твою клятву. Теперь нет для тебя мира Эффективного Менеджмента и Мировых Интеграционных Процессов. Добро пожаловать, в Лигу умирающих профессий.

Показать полностью
32

Инерилин (Глава 2, часть 2)

- Так ты Арсений, - воскликнул Дмитрий, - Сеня!


- Да, а ты - Дима, я уже понял, - отмахнулся мальчик, - идем уже.


Для Дмитрия перемена в поведении Сени выглядела крайне странно. По неизвестным причинам, он вдруг полностью стер с лица эмоции и стал крайне сосредоточенным. Его лицо не покидало задумчивое выражение, пока их вели к специальным креслам.


Когда они уселись по креслам, девушка начала что-то вроде инструктажа.


- Учтите, укол инерилина весьма болезненный: большинство компонентов состава - минералы и трудно реагируют с биологическими жидкостями. Однако, боль пройдет в течение пяти следующих минут. Укол инерилина подарит вам абсолютное здоровье, больше вы не сможете заболеть никогда. Также, укол замедлит ваш процесс старения и вы сможете намного дольше приносить пользу Глоссарию и нашей стране!


Дмитрий недоуменно взглянул на Сеню.


- Так мы называем нашего царя гороха на олимпе, - шепнул он.


Дмитрий отметил, что сам подумал в первую очередь про олимп, когда увидел верхний город. Уж больно он был похож на олицетворение чужого эго.


- Итак, вы готовы? - осведомилась девушка.


Получив утвердительные ответы, она кивнула сама себе и стала заправлять в инъектор состав. Состав был голубоватого цвета, лишь чуть-чуть не дотягивая до светло-салатового, от него исходило неровное, пульсирующее сияние, которое гасло, когда состав колебался в пробирке.


- Эй, псс, - вдруг позвал Сеня, - ты знаешь о побочных эффектах инерилина?


Дмитрий досадливо поморщился.


- Может позже поговорим об этом?


- Потом будет поздно, друг. Ты знаешь, что этот элексир вечной жизни вовсе не так совершенен, как о нем говорят?


- Я слышал, что человек становится стерильным, - неохотно проговорил Дмитрий.


- Думаешь, это все?


- Никак не пойму, о чем ты толкуешь...


- Не все выживают после его употребления, - злобно улыбнулся Сеня, - кроме того, существует еще целый список побочных эффектов.


Дмитрий нахмурился.


- Зачем им такое скрывать?


- А разве тогда замануха работала бы?


Дмитрий увидел, как девушка воткнула в его руку инъектор и дотронулся до ее руки.


- Погодите! - воскликнул он и повернулся к Сене, - о каком списке ты говоришь?


- В чем дело?! - возмутилась девушка, - вы задерживаете людей?


Дмитрий посмотрел на девушку с нескрываемым гневом.


- Это правда, что инерилин вреден? Что я могу умереть от него в ближайшее время?!


Девушка отпрянула. На ее лице читалась легкая тревога.


- Кто вам такое сказал? - она состроила гневное выражение лица, - глупости! Так, вам делать укол, или нет? Не задерживайте людей!


Пока Дмитрий размышлял, девушка издала досадливый возглас и нажала на кнопку.


Рот Дмитрия открылся в беззвучном крике, глаза закатились, а голова запрокинулась назад. Новые ощущения были сходны с тем, что чувствует человек во время изжоги, только по всему телу повсеместно, будто из тела пытается выйти страшнейший жар, обжигая кровеносные сосуды, разбивая кости и превращая мышцы в желейное подобие рыбы-капли.


Дмитрий точно не знал, сколько продлилась эта агония, но, как и обещала девушка, через некоторое время боль стала утихать и сходить почти на нет.


- Ёж моё ж! - выдохнул Дмитрий, - вы не говорили, что это настолько больно! По мне будто асфальтоукладчик проехался!


Девушка лишь отстраненно повела плечами.


- А кто вам говорил, что бессмертие дается безболезненно?


- Да не такое уж оно и бессмертие, - буркнул Дмитрий.


- Вам сделан новый укол, - отозвалась девушка, - мы еще не знаем, какое влияние он может оказать на организм. Так что, возможно и бессмертие.


- Он еще и новый? - прошептал Дмитрий.


Он огляделся и нашел взглядом Сеню. Мальчуган уже сидел на кушетке, как ни в чем ни бывало и, дрыгая ногой, улыбался во весь рот.


- Проснулся?


- Да вроде.


Дмитрий попытался встать на ноги и ахнул от ощущений. Во всем теле образовалось чувство, которое появляется в конечности, которую "отсидишь". Дмитрий стерпел ощущение и подошел поближе к Сене.


- Ну и как тебе?


- Пока трудно сказать, - растерянно пробормотал Дмитрий, - и что со мной будет теперь?


- А пес его знает, - пожал плечами Сеня, задумавшись, он продолжил, - у меня тут есть одно дело, хочешь со мной?


Дмитрий поднял бровь.


- Ну пойдем, почему нет.


Мальчик улыбнулся, спрыгнул с кушетки, схватил ящик с пузырьками инерилина и поместил его Дмитрию в руки.


- Ну, за язык я тебя не тянул. Бежим!!!


Договорив, он сам схватил еще один ящик и бросился прочь из кабинета.


Дмитрий на мгновение растерялся и припустил бежать вслед за Сеней, однако, спустя пять шагов, остановился и нахмурился.


- Так стоп! Какого я делаю?! - сказал он себе.


В этот момент, в кабинет забежало четыре человека в форменной одежде.


- Вор! - закричал один из них, - стой, стрелять буду!


Дмитрий мельком увидел пробегающего мимо Сеню. Тот схватил из-за пазухи странный пузырек продолговатой формы, встряхнул его, после чего пузырек приобрел фиолетовый оттенок и швырнул прямо в стену.


Его действие возымело самый неожиданный эффект из всех возможных: внутри пузырька была жидкость, которая, попав на стену, образовала темное пятно. Оно было столь черным, что при взгляде не него становилось не по себе. Затем, пятно разошлось в сторону, уступая дорогу подобию вихря лилового цвета.


- Прошу, друг, не тупи! Прыгай! - прокричал Сеня, пробегая мимо Дмитрия.


Недолго думая, Дмитрий прыгнул вслед за Сеней в этот вихрь.


Секунды три Дмитрий опасался открывать глаза, пока не осознал, что ему в лицо дует страшный ветер. Все же приподняв веки, Дмитрий резко широко открыл глаза и закричал во всю глотку.


- Упс! Промашка вышла! - услышал Дмитрий голос Сени рядом.


- Мы падаем нахрен! - заорал Дмитрий, пытаясь перекричать ветер.


- Ну что ты орешь, как школьница на выпускном! - закричал в ответ Сеня, - не на хрен, а на землю, между прочим.


- Драный в задницу шутник! Ты нас угроби-и-ил! - пытаясь, зачем-то, держаться за ящик, Дмитрий плотно зажмурил глаза.


За десяток метров до земли, прямо на глазах у многочисленных зевак, Сеня швырнул еще одну капсулу и обоих зашвырнуло в комнату, наполненную мягкими матрацами.


Дмитрий понимал, что, хоть матрацы и смягчили удар, но на такой скорости он точно сломал пару ребер. Он так и продолжал лежать с плотно зажмуренными глазами. Сеня досадливо выдохнул и взял у него из рук ящик.


Когда Дмитрий, наконец, решился открыть глаза, Сеня сидел прямо напротив него и улыбался во весь рот.


- Во что ты меня втянул, ублюдыш?! - воскликнул Дмитрий, - где мы вообще?! Зачем ты воровал инерилин?! И, мать его, что это вообще было?! Чем ты нас вытащил?!


С дальнего угла комнаты послышался сдавленный стон. Дмитрий и Сеня одновременно повернулись на звук, широко раскрыв глаза.


Потирая рукой правую щеку, из плена матрацев выбралась та девушка, которая делала им инъекции Инерилина. Ее взгляд остановился на Дмитрие и выщипанные бровки поползли вниз.


- Ах ты жулик! - воскликнула она и двинулась в его сторону.


- Как-то многовато криков сегодня, - тихо пробормотал Сеня и встал между девушкой и Дмитрием, - тихо, милая, ты не в своих владениях.


Девушка уперла руки в боки.


- Да ну? И где же я по-твоему? - девушка помахала рукой, - иди, мальчик, не мешай мне ловить вора, - она опять направилась к Дмитрию, - вот я сейчас охрану позову!...


- Ты и правда не в своем кабинете, - холодно констатировал Дмитрий.


- Ты в диких землях, дорогая, - улыбнулся Сеня.


- ЧТО?! - одновременно вскрикнули Дмитрий и девушка.


- В каких еще диких землях?! - возмущалась девушка.


- Думаю, мы недалеко от Обрубка, - задумчиво проговорил Сеня, - это один из племенных союзов на Полях.


- Вы что... Серьезно?... - бормотала девушка, на ее глаза наворачивались слезы.


- Так стоп, - Дмитрий вытянул руку вперед, - я правильно понял, что этот мега-город далековато отсюда, верно? - Сеня кивнул головой, - так каким же образом мы оказались тут за десять секунд?!


- Инерилин, - улыбнулся Сеня.


- У Инерилина нет таких свойств, - всхлипнув, заявила девушка, хоть и слегка неуверенно.


Сеня развел руками.


- Боюсь, что вам говорят не о всех его свойствах.


- С новой планеты привезли много новых компонентов, - кивнул Дмитрий, - у них могут быть разные свойства, хотя они уже не называются инерилином.


- К примеру, этот пространственно-временной модуль, что я применил - смесь Атония с Герценитом, оба элемента - активные минералы с высокими гравитационными показателями. Их смесь оказалась полезна для создания самой настоящей "дыры" в пространстве-времени.


Девушка, слушая Сеню, медленно оседала, пока ее не поймал Дмитрий.


- Что-то ты дохрена знаешь для ребенка двенадцати лет, - недовольно буркнул Дмитрий.


- Внешность бывает обманчива, друг, - загадочно улыбнулся Сеня, - особенно когда дело касается инерилина.


Дмитрий бережно опустил девушку на пол и потер пальцами виски.


- Так. Для начала - давайте знакомиться. Меня зовут Дима, это Сеня, - Дмитрий посмотрел на девушку, - твое имя?


- Эванджелина, - дрожащим голосом сообщила девушка.


Дмитрий наморщил лоб и немного скривился.


- Очень красивое имя... Но... Что, если мы будем звать тебя Эва?


Девушка дернула плечом.


- Ну вот и договорились, - улыбнулся Дмитрий, - а теперь, Сеня, мы садимся и внимательно слушаем твою историю о том, что вообще нахрен происходит.


Сеня уселся на один из матрацев и хлопнул в ладоши.


- Так, с чего бы начать...


- Начни с того, зачем ты своровал инерилин, - буркнула Эва.


Сеня неловко усмехнулся.


- Инерилин можно разделить на компоненты. Обрубок - это один из немногих оплотов цивилизации на Полях. Там живет целая группа людей, которые мастерят из этих компонентов потрясающие штуки. Видите ли, планета, с которой привезены новые химические элементы, находится очень близко к своей звезде, звезда же там значительно холоднее, чем наше Солнце, у нее весьма специфическое излучение. Энергии, которую получает Проксима центавра, не существует в солнечной системе, благодаря синтезу этой энергии и некоторых стандартных химических элементов, получаются новые. Это излучение не похоже на радиацию, оно имеет свойства влиять на пространство-время, - Сеня стиснул зубы, - к сожалению, воздействие их на биологические организмы с планеты Земля предсказать почти невозможно. Не правда ли, Эва? - Сеня лукаво наклонил голову.


Эва нахмурилась и поджала губы.


- Кстати да, - отозвался Дмитрий, скрестив руки на груди, - про побочные эффекты - правда?


- Да, - тихо сказала Эва.


- Ты давай подробнее, - подначивал Сеня, - что случалось с людьми, принявшими инерилин?


- У некоторых синтез веществ происходил не по плану, - недовольно бурчала Эва, - и они начинали испытывать проблемы в плане взаимодействия с атмосферой Земли.


- Астронавты! - выдохнул Дмитрий, - говорили, что их тела разрушились буквально за пару месяцев от того, что они не смогли снова приспособиться к Земле!


Эва коротко кивнула.


- Да, именно, было как минимум триста смертельных случаев. Бывало и еще хуже: у человека могли отняться конечности, или даже наступить паралич всего тела. Некоторые слепли, некоторые даже сходили с ума, но это уже в прошлом! - выпалила Эва, - формула инерилина не была полной, ее дорабатывали по мере испытаний. Тот, что я уколола тебе - один из новейших образцов!


Дмитрий вздохнул.


- То есть, у инерилина невероятный потенциал? - обратился он к Сене.


Сеня помотал головой.


- Скорее, у некоторых его компонентов. Я же сказал, новые химические элементы имеют специфическое излучение и структуру. Какие-то мы изучили и даже применяем почти хорошо, а какие-то до сих пор загадочны и непонятны.


- Та штука, которой ты нас сюда перенес... Как она работает?


- Она создает взаимосвязанный туннель в пространстве-времени. При реакции этих двух элементов между собой, они как бы... - Сеня почесал затылок, - размягчают пространство-время... Наверное так... И, между собой, образуют проход, проходя через который, объект становится одним целым с этой материей, вновь обретая целостность после выхода из нее.


- Я так и не понял, как вы задаете ей направление?


- Направления нет, просто делаем одну в месте, куда нужно прибыть и вторую на месте отбытия.


- А если их будет три? - хмыкнул Дмитрий.


- Этот проход работает, создавая альтернативную материю, понимаешь? Двигаться в ней можно также, как ты ходишь по земле, навигация остается на пользователе. При этом, эта материя столь однородна и повсеместна, что перемещение по ней у человека занимает считанные секунды.


- Да как в ней ориентироваться, если ты становишься непонятно чем?! - воскликнул Дмитрий.


Сеня развел руками.


- Я не сказал, что технология совершенна!


- Я так понимаю, - протянул Дмитрий, - что ты не из Столицы, верно?


- Нет-нет, я не врал, я действительно живу в Столице, просто сотрудничаю с людьми на Полях!


- Что мы теперь будем делать? - обеспокоено спросила Эва, - я могу вернуться обратно?


- Прости, дорогая, но проход открывается ненадолго, а новых капсул у меня нет, - развел руками Сеня.


- Вопрос, тем не менее, отличный! - рявкнул Дмитрий, - что дальше?


Сеня прищурился.


- Пойдете со мной, знакомиться с жителями Обрубка.


- Это обязательно? - со страхом в голосе спросила Эва.


Сеня хмыкнул.


- А куда вам теперь деваться?




https://vk.com/devilhistory

https://author.today/u/logrinium/works

Показать полностью
26

На мгновение закрытые глаза

На мгновение закрытые глаза Собака, Собаки и люди, Сенбернар, Рассказ, Авторский рассказ, Писатель, Горы, Альпинизм, Длиннопост

Его звали Том.

Он был сенбернаром. И всю свою недолгую жизнь он занимался тем, что спасал меня. От одиночества, от собственной глупости, от хулиганов, от холода.

Он прожил свою жизнь счастливым созданием божьим, потому что ему было дано с честью выполнить своё жизненное предназначение. А что может быть важнее для любого существа, чем возможность следовать своему призванию и идти одной, единственно верной дорогой?

Том родился сенбернаром и был им во всех смыслах, вложенных природой в эту собаку-спасателя, собаку-проводника, собаку-друга.

Мы шли бок о бок по тропин


кам судьбы совсем немного по времени, но очень долго, если судить по тому количеству событий, приключений, трудностей и радостей, которые нам довелось пережить вместе. В этом не было ничего удивительного, всем известно, что можно десять лет влачить однообразное и унылое существование, а потом оглянуться – а они пролетели, как миг. А может сверкнуть яркой вспышкой один лишь год, но всё, происшедшее за этот отрезок времени, сознание будет воспринимать как целый век, целую эпоху. Поэтому я совершенно честно говорю – мы с Томом прожили лет сто, не меньше!

Про него можно рассказать целую вереницу историй, что я, возможно, когда-нибудь и сделаю.

А пока я представляю вам Тома, могучего пса атлетического телосложения, 110 кг крепких мускулов, огромного роста – когда я стояла, а Том садился рядом, его неуклюжая голова была почти вровень с моим плечом.

Том появился у меня уже совершенно взрослой собакой, то есть я не растила его и даже не воспитывала. Просто в 1991 году мне понадобилась собака – немецкая овчарка, сука. А достать породистую собаку в те времена было не так просто, как сейчас. Я долго искала нужную животину, пока мне однажды не позвонила одна взбалмошная знакомая:

– Радуйся, есть для тебя собака! Но… Не сука, а кобель!

– Ну что, кобель так кобель, чего «харчами перебирать»…

– И ещё маленький момент. Ехать за ним надо в другой город.

– Ладно, поеду, что тут поделаешь?

– И ещё… Это не овчарка. Это сенбернар! И ОН ОЧЕНЬ БОЛЬШОЙ!!!

Думала я недолго, но очень мучительно, и, в конце концов, приняла решение взять этого … пёсика. Приехала в город его проживания, подошла к нужному дому, нажала на звонок в калитке. Мне открыли приятного вида муж и жена, проводили по двору в садик, мы уселись за столик пить чай и беседовать.

Выяснилось, что эта пара скоро уезжает за границу, забрать любимого пса туда невозможно, поэтому они решили найти ему новых хозяев. А так как пёс у них обожаемый-ненаглядный, продавать его супруги категорически не желают (как же это – продать друга?), поэтому единственным вариантом было подарить Тома, но только тому человеку, который вызовет у них доверие. Как мне было сказано, я являлась уже восьмым претендентом на «опеку» над любимой собачкой.

Сидим, значит, беседуем о том, о сём. Хозяева расспрашивают меня о жизни, видимо, им всё нравится, и они решают пригласить в сад виновника торжества… для знакомства и общения.

И вот тут меня постигло натуральное потрясение!!!

Я ожидала, что это будет сенбернар, и он будет крупный… Но то, что я увидела, превзошло все мои представления.

Медленно и важно в садик прошествовал настоящий исполин! Огненно-рыжий и пенно-белый, высокий, мощный, с широкой грудной клеткой и огромными лапами. Его гигантскую голову обрамляла пышная «львиная» грива. Шёлковая шуба переливалась на солнце всеми оттенками рыжего и красного, что свидетельствовало об отменном здоровье и молодости великана. Я много видела собак этой удивительной породы, но ТАКОГО красавца мне не довелось лицезреть никогда! Тома маленьким щенком привезли из-за границы, прямо таки с далёких Альп, его родители были изрядных размеров, но сынок превзошёл даже их.

Скажу откровенно, восторг, с которым я встретила это потрясающее животное, быстро сменился тихим ужасом. И я решила срочно и малодушно отказываться от такого «счастья». Эта собака весила вдвое больше меня, и я отчётливо представила, как он легко и непринужденно сожрёт меня живьем в первый же день моего «хозяйствования» над ним… Хруст собственных костей живописно отозвался в воображении.

Тем временем Том, деликатно помахивая «хвостиком» размером с хорошую метлу, подошел к столу. Хозяйка дала ему кусочек сыра, радостно сообщив, что «Томчик так любит сырчик и конфетки, так любит…».

Я мрачно подумала: «ага… сырчик … А на вид подумаешь, что его кормят, исключительно выпуская по вечерам на улицу… Ну, типа, чтобы и поужинал, и соседей вокруг поубавилось…»

– Дайте Томчику сырчику, погладьте Томчика, – предложила хозяйка.

«Добрая женщина, добрая… – я совсем сникла. – А я, между прочим, на гитаре неплохо играю, а делать это без руки будет крайне непроизводительно. Или игра на гитаре протезом в виде пиратского крюка прибавит мне шарма?»

Преодолев приступ паники, я всё-таки протянула «сырчик Томчику» и почувствовала, как огромный горячий нос полностью заполнил мою ладонь, увидела, как с хрюканьем страшная пасть поглотила «добычу», проигнорировав почему-то откусывание моей руки по плечо.

Я кончиками пальцев «погладила Томчика» и услышала неутешительный вердикт. Я понравилась хозяевам, особенно то, что постоянно хожу в горы, а значит, Том будет много и активно двигаться. А главное – я вроде бы симпатична самому Томчику, так как предыдущего «претендента» Том не воспринял всерьёз. «Нет, что вы, что вы, не укусил, Томчик не кусается, он просто демонстративно поднял ногу и… высказал своё отрицательное отношение прямо на его стул».

Поэтому, раз всё так хорошо складывается, я могу немедленно забирать Тома с собой.

Пока я хватала ртом воздух, мне вручили сумочку с «приданым», в которой были мисочки всякие, поводочки, намордник размерчиком примерно на пасть бегемота, всяческие витаминки. И вот я с уже бывшими хозяевами Тома на негнущихся ногах иду на вокзал, всё ещё не понимая, что это происходит со мной на самом деле.

Когда моему автобусу пришло время тронуться, настал момент прощания.

Хозяйка держала Тома на поводке до последнего момента и едва успевала вытирать слёзы. Она вложила в мою руку поводок, обняла Тома за шею, отвернулась и быстро пошла к мужу, закрывая лицо руками. Муж стоял поодаль и курил, было видно, что он едва сдерживается, поэтому отошёл в сторону.

Том… сразу всё понял!!!

Он слегка (именно слегка, иначе бы он сбил меня с ног и размазал по асфальту) дёрнулся вслед хозяйке, заскулил, потом оглянулся на меня и в его умных карих глазах было написано – «Ну что… Теперь – ТЫ?». Пёс низко опустил свою тяжёлую голову и послушно последовал за мной в автобус, не доставив мне по пути ни единой минуты беспокойства!

Так Том стал моей собакой.

Моим другом.

Моим спасителем.

Моим верным проводником по безрадостным дебрям душевных терзаний в невесёлые времена жизни. Том умело проводил меня единственной узенькой тропинкой добра среди нагромождения обид и злости, не позволяя мне ожесточиться сердцем. Когда гнев сжигал в пепел всё мое существо, когда я была готова не верить больше никому и не любить никого, я смотрела в тёплые, карие глаза Томчика, и моя душа смягчалась. Я понимала, что не всё так плохо на свете, чтобы позволить себе ожесточиться… Если эта собака смотрит на мир добрыми глазами, как же я, человек, могу сломаться и потерять веру в людей, надежду на что-то хорошее в будущем?


* * *


О многочисленных приключениях Тома я ещё расскажу, но эта история немного о другом, эта история о незаметном убийце, который я назвала «НА МГНОВЕНИЕ ЗАКРЫТЫЕ ГЛАЗА». Эта история напрямую связана с Томом, поэтому я и представила моего огромного настоящего Друга так подробно.

Итак, я сталкивалась с ЭТИМ трижды.

С моментом, когда ты на минуточку, на секундочку просто прикрываешь слипающиеся веки, а когда открываешь глаза, оказывается, прошло больше часа. Совершенный убийца по имени усталость сидит в каждом из нас. Он не так зрелищен, как лавина, он не столь мучителен, как холод, он будто идеальная смазка на крутой горке – просто незаметно помогает вдруг, поскользнувшись, укатиться в небытие.

Первый раз это произошло в простом пешеходном походе. Мы ходили к Фанагорийским пещерам, к ночи подошли к этой … дырке, и тут я узнала о том, что у меня клаустрофобия.

Едва я оказалась буквально на шаг внутри пещеры, меня охватил неконтролируемый ужас! Я как ошпаренная вылетела наружу, сказала, что ни за что, никогда в жизни, ни за какие пряники не полезу внутрь, хоть убейте! Меня сначала высмеяли, потом попытались затащить силком, а когда поняли, что я не шучу и готова разрыдаться как маленькая девочка, махнули рукой – ну и иди, куда хочешь, а мы пойдем в пещеру.

Я была дисциплинированным членом команды, то бишь имела полное моральное право идти туда, куда меня послали, и поэтому в мрачных мыслях потопала в лагерь. Дело происходило ночью, так как для блужданий по пещерам время суток абсолютно не важно, а народу вокруг и внутри должно было быть значительно меньше.

Ситуация не особо приятная – ночь, я одна в лесу, а лагерь наш находился достаточно далеко от пещеры, внизу, у самого поселка.

Том, который был полноценным и вполне равноправным участником каждого путешествия (у него имелся даже собственный рюкзак, сшитый из двух сумок от противогаза, в котором он таскал свою крупу), сунул нос в пещеру, ему было интересно, но он не позволил себе идти за остальными и бросить меня одну.

Светила яркая полная луна, мы не спеша топали с Томчиком по дороге… Шумели и поскрипывали деревья вокруг, в чаще протяжно кричала ночная птица, пахло сыростью, дорога казалась бесконечно долгой… Никакого страха я не ощущала, так как твёрдо знала, что ничего опасного вокруг нет, тем более, что со мной рядом бежит Том.

Тем не менее, кое-что произошло. Бывают моменты, маленькие, незначительные сами по себе, но которые способны выбить человека из равновесия и заставить поплыть его мысли по совсем иному руслу… Вот таким спусковым механизмом для меня оказалась какая-то зловредная мелкая зверушка, ошалело выскочившая из кустов чуть ли не под ноги. Свет отразился в её глазах кроваво-красным огнем, плюс сработал эффект внезапности. В общем, я издала дикий нечеловеческий вопль, а Том разразился диким «нечеловеческим» лаем. Злополучная зверушка растворилась так же молниеносно, как появилась, но… что-то изменилось. Спокойствие исчезло, я начала вздрагивать от малейшего шороха и запуганно оглядываться по сторонам. Более того, я заметила в поведении Тома некую странность. Всегда видно, когда пёс просто облаивает окрестности для «блезиру», а когда занимает оборонительную позицию.

Тем более такой… и не пёс-то, практически…

Не знаю, какое определение можно дать такому глубоко разумному существу, вдобавок обладающему тонкой эмоциональной сферой, собственной индивидуальностью и ярким характером, но которое при этом передвигается на четырех лапах и носит богатую рыжую с белым шубу. Вот, как его назвать? Тому не нужны были команды, он прекрасно понимал обычные слова. А иногда и слова были не нужны. Том отлично узнавал по моему взгляду, что нужно делать. Повинуясь выражению глаз, он мог принести предмет, на который я показывала, подойти, уйти, прекратить немедленно жрать эту гадость, которую он сейчас грызёт, или же встать как вкопанный, преграждая путь вооруженному человеку.

Как можно назвать Тома? Я не знаю, поэтому называю его просто – «как бы и не совсем собака».

Так вот, тогда ночью на лесной дороге «как бы и не совсем собака» Том вдруг начал вести себя странно.

Он быстро утих, ВСТАЛ по правую сторону (Том всегда незаметно становился между мной и вероятной опасностью, я это хорошо знала), напрягся, начал прислушиваться к лесным шорохам. Усиливался ветер, и лес гудел, скрипел, мычал и стонал. Я не могла услышать в потоке звуков чего-то необычного, но животная сущность Тома, была лучше оснащена сенсорными возможностями. Кроме слуха, который, кстати, у него был не особенно острым, Том обладал великолепным собачьим нюхом.

Идти стало совсем страшно.

Хотя я прекрасно понимала, что в этой местности НЕТ и БЫТЬ не может опасной фауны, а мой прагматичный мозг не верит в существование вампиров, оборотней и прочей нечисти, – мне стало жутко. И более всего страшно оттого, что я видела, чётко видела – Том что-то чует и явно чего-то боится. А у него, в отличие от меня, нет воображения, которое может разыграться…

И тут сзади раздались громкие поспешные шаги, мы оглянулись – ничего не видно, в лесу вдруг стало темно, а фонарика у меня не оказалось. Но по поведению Тома стало ясно – свои. Он завилял хвостом, призывно бухнув басом в темноту. Вскоре нас догнал парень из нашей группы. Удивительно! Он вернулся из пещеры, потому что ему за меня стало как-то страшновато. Совершенно нехарактерное поведение для тогдашней нашей компании!

И вот нас трое, мы идём по дороге, накрапывает дождь, мы почти не разговариваем. Не «нагнетаем» друг друга страхами, но всем троим страшно… Глупость, дикость, бред!

Мы идём долго, очень долго. И вдруг нечто большое на огромной скорости проносится мимо дороги, ломая с треском и грохотом ветки в кустах! Том заходится, буквально захлебывается лаем и рычанием!

Потом с другой стороны в деревьях неясной тенью скачками проносится что-то такое же большое и с ещё более высокой скоростью!

Опять справа… слева… мы стоим посреди дороги, остолбеневшие, не соображая, что происходит и что предпринять, успевая только судорожно поворачиваться в сторону треска в кустах.

Тогда мы ничего не думали, мы были просто насмерть напуганы и будто парализованы этим страхом, но потом долго обсуждали случившееся. Мы были отлично знакомы со всей фауной этих мест. Самым крупным животным, которое там обитало, был кабан, но это не были кабаны!!! Кабаны, извините, не передвигаются прыжками, как огромная кошка… И СКОРОСТЬ… скорость!!! Она была совершенно нереальная. Казалось, мимо нас, ломая ветки, пронеслось два небольших поезда на всех парах…

Я до сих пор не могу объяснить, с чем мы столкнулись тогда. Хотя… Не сказала бы, что эта загадка особо беспокоит меня, потому что за долгие годы хождения по горам приходилось видеть много чего ещё более необъяснимого и странного. Но в тот момент нашему страху и удивлению не было предела.

Потом так же мгновенно всё стихло. Колотило от испуга нас троих одинаково.

Так вот, знаете, что произошло потом? Дезориентированные и изрядно напуганные, почти посреди пути мы садимся на корягу на минутку, чтобы перевести дух… Идёт мелкий, почти незаметный дождь.

Я очень хорошо помню этот момент. Закрываю глаза. На секундочку… Я не сплю, я вроде бы прекрасно осознаю всё вокруг, просто на мгновение закрываю усталые глаза и сразу же их открываю!

Сидящий рядом участник спит, похрапывая во сне. Том скулит, прижавшись ко мне, заглядывает в глаза: «Ну, сколько можно вас, дураков, сторожить». Гляжу на часы – прошло полтора часа. Расталкиваю парня, мы пожимаем плечами – чертовщина какая-то.

Светает, мы приходим в лагерь. И тут нас ждет ещё один сюрприз – группа, которая ходила в пещеру, уже была на бивуаке!!! Понимаете? Один путь. Группа нас обогнала. Мы спали буквально посреди их дороги, у них фонарики… А они нас не видели.

Что это было? Понятия не имею! Скорее всего, злая шутка, которую сыграли с нами усталость, темнота, нервное напряжение и собственное воображение. Но при любом раскладе это было хорошее предупреждение о том, как действуют на людей эти три составляющие – усталость, темнота, нервное напряжение…

Это был первый случай, когда я столкнулась с неумолимой предательской силой эффекта «на минуточку закрытых глаз».


* * *


Во второй раз подобное повторилось в ноябре, в непогоду, когда мы шли к плато Лаго-Наки по Главному Кавказскому хребту.

Конечно же, с нами был Том!

Это был ничем не примечательный поход и ничем не примечательный день.

Просто третьи сутки валил снег, просто у нас кончалось время, и мы нагнетали темп, как могли, последние два дня спали кое-как, не высыпаясь, а предыдущую ночь не сомкнули глаз практически вообще, откапывая от снега палатку. В общем, достаточно рядовые события.

Дело близилось к вечеру, уже заметно упал темп, слава Богу, хребет хорошо просматривался, да и путь был известен. Ночевать на хребте и снова всю ночь откапывать наш «оранжевый кошмар» (так мы по праву величали палатку «Шторм», двускаточку из парашютной ткани, если кто ещё помнит, что это такое), нам не хотелось. Поэтому мы решили топать до спуска, сбрасывать высоту максимально, чтобы потом комфортно отоспаться внизу, с костром, как белые люди. Метёт снег. Присаживаемся на рюкзаки – отдохнуть.

И вот… Тихо и незаметно… Подходит момент, когда непреодолимо хочется НА МГНОВЕНИЕ ЗАКРЫТЫТЬ ГЛАЗА.

На секундочку… На се…

Прихожу в себя от того, что мне в лицо кто-то жарко дышит, меня мнут и валяют по снегу… Блин! Полный рот собачьей шерсти… Тьфу, Том совсем сдурел…

Повалил меня на снег, скулит, визжит, пинает башкой… Я вскакиваю, отталкиваю пса и прихожу в ужас… Все спят. Все шесть человек. Почти занесенные снегом… Намертво спят! Сколько прошло времени? Совершенно непонятно, часов нет, в снежной каше вообще неясно – день или уже утро…

Я начинаю раскапывать и пытаться растолкать людей …

Без вариантов!

Вроде все живые, что-то мычат, но ещё неадекватны… Том активно мне помогает, роет лапами снег. Ситуация просто блеск!

Я ору, луплю их по щекам, матерюсь, тормошу, но такое впечатление, что мои крики наглухо тонут во всепоглощающем снежном месиве. Наконец, уже нешуточной оплеухой мне удаётся привести в себя одного из ребят. Слава Богу! В глазах засветился живой огонёк… С ним на пару мы растолкали и привели в себя остальных. Судя по всему, мы проспали часа два, может, чуть больше…

Мы благополучно спустились вниз, распалили грандиозный костер, высушились, отогрелись, пришли в прекрасное расположение духа! Совсем тоненькая грань отделяла нас тогда от непоправимого. Мы запросто могли бы так и остаться на морозном хребте. И причиной этого была бы усталость как следствие неоправданно завышенного темпа, неграмотная организация бивуаков, которая не позволила восстановить силы, переоценка своих сил. Но непоправимого не случилось, потому что сенбернар Том решил разбудить свою не вовремя, по его мнению, заснувшую хозяйку.

Он был всё-таки пёс, он не мог уснуть вместе с нами – потому что животные НЕ СПОСОБНЫ переоценить свои возможности, не имеют завышенной самооценки, они не спешат к понедельнику на работу и поэтому не загоняют группу вусмерть… Он более часть природы, чем мы все.

Когда мы боролись с чёртовой палаткой, он в своей меховой толстой шкуре спокойно отсыпался. Мы смеялись над ним: «Вот гад, ему всё нипочём – мы тут не знаем, как раскорячиться, чтоб палатку не погубило, а он дрыхнет себе спокойно».

А он восстанавливал свои силы, чтоб на следующий день выполнить свое предназначение – спасти нас.


* * *


Однажды…

С Томом было связано великое множество этих самых «однажды». Иногда смешных, иногда – страшных, но всегда ярких и запоминающихся на всю жизнь.

Однажды он «накормил» нас шикарным ужином, первым за трое суток – ловко нашел под снегом прошлогодние каштаны.

Однажды Том всю ночь отогревал нас своим огромным тёплым телом, когда зимой, в мороз, мы оказались без спального мешка на продуваемом всеми ветрами голом хребте.

Однажды он «провёз» нас без билета в шикарном спальном вагоне поезда – отчаявшиеся, мокрые до нитки, перемёрзшие, мы бегали под проливным осенним дождем вдоль последнего до утра поезда, но нас никто не брал «в тамбур до Краснодара»… И только в спальном вагоне колоритного вида проводник-грузин с классическими «сталинскими» усами смилостивился над нами, вернее не над нами, а над Томом. «Вас, лоботрясов, не жалко, но ТАКАЯ СОБАКА будет страдать! Нет, не могу такое терпеть, залазьте в вагон!». И мы ехали домой прямо на красных ковровых дорожках, постеленных в коридоре вагона, обильно заливая их дождевой водой и походной грязью. А Томчика проводник взял к себе в купе, накормил колбасой, а потом и нам (так и быть) вынес, с хлебом и коньячком.

У Тома был очень плохой (для собаки) слух, а у меня наоборот — необычно тонкий для человека. И поэтому, когда ночью, в лесу, где-то далеко возникал едва уловимый шорох, я толкала храпящего Тома в бок, он панически вскакивал, растерянно оглядываясь с видом «Что? Где?», и начинал лаять и рычать, отпугивая приближающегося зверя. Эта сценка всегда вызывала хохот моих товарищей.

Однажды Томчик спас котёнка. Как пушистый малыш оказался в лесу?! Непонятно… Мы шли по тропинке, как вдруг Том подбежал к дереву, начал подвывать, скулить и никак не унимался. В густой кроне ничего не было видно, но я знала, что просто так мой пёс не нервничает… Приглядевшись и прислушавшись, мы обнаружили крохотного котёныша, который сжался на толстой ветке и от слабости едва-едва пищал. Котик был снят с дерева, «прошёл» с нами весь поход верхом на рюкзаке и вернулся в город, получив новую жизнь и новых хозяев.

Однажды Том вывел нас к палатке в густом лесу, ночью, когда мы заблудились и уже потеряли всякую надежду вернуться в лагерь.

Когда я переживала не лучшие времена в своей жизни и, нередко убегая от семейных скандалов, «ночевала», гуляя по улицам города, Том был моим верным спутником и охраной. Да и просто – единственным живым существом, которое преданно любило меня и всегда находилось рядом.

Однажды он встал между мной и вооруженным бандитом… И, кстати, подавил его исключительно интеллектуально. Тот сказал: «мне стыдно перед этой собакой… Ты гляди…, он не рычит, не кидается… он стоит и смотрит на меня! Идите-ка оба отсюда… подобру-поздорову».

А у Тома и, правда, был миролюбивый нрав – он никогда не нападал на человека, он только прикрывал меня собой от возможной опасности. Он был отважен и добр! Когда совершенно затуманенный алкоголем мужик с топором бежал в мою сторону, Том просто сбил его с ног, даже не пустив в ход свои зубы…

За всю свою жизнь Том укусил всего одного человека, но это была больше потешная история, нежели страшная. Недалеко от дома, где я тогда жила, находился большой магазин с огромными стеклянными окнами на всю стену, а рядом рыночек. Обычно я заходила сначала на рынок за овощами-фруктами, потом оставляла Тома с сумками под березкой на газоне, а сама шла в магазин за хлебом и прочими мелочами. И вот, в тот «роковой» день, стою я в очереди у кассы и любуюсь огненно-рыжей шубкой Томчика, который вальяжно развалился на изумрудно-зелёной травке в лучах летнего солнышка.

Остальное произошло так быстро, что вся очередь только ахнуть успела…

Мгновение номер один: неизвестно откуда появляется потрёпанного вида мужичок и, карикатурно подкрадываясь, алчно тянет руки к сумке с картошкой…

Мгновение номер два: Томчик прыгает на мужика, мужик с воплем прыгает от Томчика…

Мгновение номер три: Томчик «в полёте» повисает в воздухе, вцепившись в ягодицу зловещего похитителя картошки…

В мгновение номер четыре я уже несусь из магазина к Томчику, а в голове полыхает огнём единственная мысль: «Ну, кому, кому могло прийти в голову отбирать сумку у ТАКОЙ ОГРОМНОЙ СОБАКИ???»

Ситуация разрешилась совершенно безболезненным для нас с Томчиком образом. Когда я подбежала, над пострадавшим уже хлопотала компания таких же потрёпанных мужичков, они никаких претензий не имели, наоборот, шумно извинялись передо мной и Томом.

К чести Тома, он даже не сомкнул свои страшные челюсти, он просто сильно ударил клыками по мягкому месту «злоумышленника».

Оказалось, что эта компания местных поклонников пива, оживленного общения и праздного времяпровождения изо дня в день наблюдала, как я оставляю Тома на газончике. И вот сегодня «пострадавший» задницей любитель пива и «светских» бесед объявил, что когда-то в армии он был пограничником и прекрасно умеет обращаться с любой собакой. И на спор заберёт сумку у этого пса на газоне! Компания дружно заключила эпохальное пари на бутылку водки, ну а чем всё кончилось – я уже рассказала.

Самое интересное в этом эпизоде было то, как сильно и долго переживал Том из-за того, что укусил человека! Всё-таки он был собакой, хоть и очень умной собакой, но инстинкт охраны сработал у него быстрее, чем он успел что-то сообразить. Для тонкой натуры Тома это оказалось тяжёлым стрессом. Он ничего не ел несколько дней, не поднимал на меня глаз, подавленно сжался в углу и тихонько поскуливал… Изредка смотрел на меня жалобно, будто хотел сказать: «Ну как это могло случиться? Я поступил… как собака!»

Много чего происходило удивительного за недолгие годы нашей с Томом жизни и нашей большой дружбы.

Но судьба сложилась так, что Том спас меня ещё раз… Уже после своей смерти.


* * *


Итак, я говорила, что сталкивалась с этим трижды.

Однажды, когда Тома уже не было рядом со мной в этой жизни, мы в непогоду спускались с какого-то перевала. Снег, ветер, усталость – тяжелый стандарт, увы…

Произошла простая и довольно глупая вещь. Группа растянулась, мужики убежали далеко вперед – ну типа, а что? Долина, уже никто никуда не денется… А я элементарно провалилась в снег и моя нога намертво застряла под камнем! Это случилось на гребне морены. Собственно говоря, ничего страшного – через какое-то время меня бы хватились и как-нибудь вытащили. Но… бушевала гроза, и по гребню морены лупили молнии… Но … Нога под камнем сильно подвернулась и очень болела. Я отчаянно расковыривала этот чёртов снег, но у меня ничего не получалось – ногу освободить я не могла никак.

И вот, окончательно выбившись из сил, я пытаюсь закурить, рассказываю себе о том, что поражение молнией не всегда заканчивается плохо, у некоторых даже способности всякие удивительные просыпаются… И тут замечаю, что хочу НА МИНУТОЧКУ ПРИКРЫТЬ ГЛАЗА. Я вспомнила Тома, хребет, ноябрь, и всё остальное… И распевая песенки, продолжила долбить кайлом снег.

Не ребята меня заметили, я их увидела сверху и позвала на помощь. Им меня не было видно. И если бы я уснула… Если бы… Но этого не произошло.


* * *


Том любил пиво – с наслаждением выхлёбывал полкотелка и блаженно засыпал с выражением небесного восторга на расплывшейся от удовольствия морде.

Он неплохо лазил по скалам – правда, спускаться не умел, и частенько нашего «отца Фёдора», отважно взобравшегося на какую-нибудь кручу, приходилось стаскивать вниз при помощи крепкого словца, альпинистского снаряжения, и десятка злых мужиков, грозящихся открутить мне уши, если ещё раз не услежу за своим лохматым псинозавром.

Том обожал «пасти коров» – встречая стадо, он буквально терял рассудок, начинал бегать за коровами, и не успокаивался до тех пор, пока не сгонял всех в кучку, а потом важно начинал кружить вокруг, охраняя «подопечных» от возмущённого пастуха.

Том покупал сигареты для меня в ларьке, который находился прямо возле дома. Нас все там знали, я давала Тому в зубы кулек с запиской и деньгами, он относил его девчонкам-продавщицам, а они клали в пакет то, что мне было нужно.

Том умел самостоятельно ездить на трамваях, что стоило мне немалых нервов во время его поисков. Этот плут обожал зайти в трамвай и прокатиться несколько остановок, с достоинством выпрашивая у пассажиров какие-нибудь сладости.

Он мог открыть холодильник и слопать нечто особо привлекательное, что потом стоило ему немалых нервов.

Он был добр и отважен, лукав и благороден одновременно. Его любили все – даже местные пьянчужки, которые нередко «похищали» Тома со двора на свои ночные гулянки, за что я отплачивала им сторицей, устраивая грандиозные скандалы по поводу наглого спаивания моей собаки. А Том умильно и виновато вилял хвостом, будто пытался сказать: «Ну ладно, ладно, не кричи, надо же помогать добрым людям! В компании со мной им все наливают бесплатно за возможность погладить такого расчудесного меня».


* * *


Том умер в середине девяностых, когда я предала его – ушла в продолжительный горный поход одна, без него. Даже умирая, мой самый большой друг был верен себе – он умер только после моего возвращения. Том страшно мучился, но дожил. А как же иначе – ведь уходя, я приказала ему: «Жди»!



Отрывок из книги "Душа января" Ольги Неподобы, на фото автор и тот самый Том!!

Источник: https://vk.com/olganepodoba

Показать полностью
47

Пёс моего сердца

Пса я нашла совершенно случайно. Опаздывала на работу, бежала с остановки и решила срезать через тупичок - там в заборе лаз есть, нырнешь в него и ты на территории АПВ. Правда, если там кто автофлаер припаркует, то все, не пройти. Но я решила рискнуть, все равно штраф светил.

И вот в этом тупичке - пес! Небольшой такой, рыжий, лохматый, сидит в уголке, смотрит.

Я опешила. Вернее, обалдела! Представляете, собака! Ничья! Это уже попозже я разглядела, что ни ошейника, ни чипа у него нет. Но и так было понятно, что пес бездомный, выглядел он грязным, неухоженным, видно, не первый день на улице живет.

И так мне захотелось его погладить! Я только в детстве собаку гладила, лет десять назад. Мы тогда в Джобс-сити жили, и у соседей был маленький милый песик, такса, звали его Джонни. Мне разрешали с ним играть, какой же он был классный!

Я так мечтала о своем собственном щенке, но собачья лицензия стоит чертовски дорого, у нас не было таких денег.

Когда мы переехали, я сильно тосковала по Джонни, и родители в утешение купили мне плюшевого сенбернара, я его даже выгуливала, как настоящего.


И вдруг - такой замечательный, лохматый и совершенно ничей щенок! Я даже взвизгнула от восторга.

Щенок испугался и как рванул в сторону! Молодец, Флоренс, испугала беднягу. Наверняка он натерпелся страху, еще и голодный небось жутко, здесь даже помоек нет, где он кормится? Оставила для него в уголке контейнер с тушеной курицей - свой обед - и бегом побежала на работу.

Решила завтра пораньше приехать и проведать найденыша. Кстати, не опоздала - проскочила турникет за секунду до звонка, ура!


Назавтра привезла собаченышу две миски, воду, корм...правда, самый дешевый, ну да все равно еда. Прибежала в тупичок, смотрю, контейнер, вылизанный дочиста, с обгрызенными краями валяется, а его нет. Я испугалась, что он убежал и больше не вернется, даже слезы навернулись. Я толком и не спала ночью, все о щенке думала, как бы было здорово забрать его себе, воспитать как приличного пса, выгуливать на специальной площадке и играть с ним…


Я с детства была не очень общительной девочкой, друзей у меня нет, так, приятели да знакомые. А чтоб прямо дружить, душой за кого-то болеть - таких нету, да и не было никогда. В школе меня невзлюбили сразу из-за моей инвалидности - я глухая, ношу слуховой аппарат почти с рождения. Дешевенький громоздкий наушник, потому что на гаджет получше денег у родителей не было. Вечная история...Меня не гнобили, нет, просто избегали, не звали на вечеринки, не разговаривали со мной на переменках, ничего такого. Я была отдельным параллельным миром, сама по себе. Родителей это не особо волновало, они много работали, чтобы хоть немного облегчить мое будущее. Папа и мама сделали все, что могли - у меня своя собственная квартирка, крошечная, но очень уютная, люблю свою коробочку безумно. Работаю в хорошем месте, в АПВ, клинером проекционных залов, график работы удобный, денег вроде хватает, так что я не жалуюсь и не реву по пустякам.

А тут заплакала, совсем как в детстве, когда с Джонни прощалась.

Потом подумала, может, он ушел пропитание искать? Или воду? Насыпала корм, воды налила, в тенек миски поставила, подождала минут десять, щенок так и не появился.

Зато на следующее утро захожу в тупичок, он тут как тут - сидит, хвостом виляет, скалится дружелюбно. Я так обрадовалась, что на радостях джигу-дрыгу станцевала, честно!

Правда, близко он меня не подпустил, но пушистым задом так приплясывал, что я засмеялась, очень уж было забавно.


Дней пять я кормила собакена, разговаривала с ним, даже коробку ему притащила, чтоб он от дождя прятался, и наконец он позволил себя погладить. Давно я так не радовалась, правда! Запускала пальцы в его густую шерсть, мягкую, словно пух, за ушами ему чесала, трепала по спине. Так этот хитрец разнежился, на спину шлепнулся и мохнатое пузо мне подставил. Я снова разревелась, слезы водопадом текли, не остановить. Я же понимала прекрасно, что забрать его не могу: лицензия на содержание стоит больше моего годового заработка, а ведь еще собаку надо к врачам водить, корм покупать, ошейник там, поводок...

И на улице ему оставаться нельзя, найдут бездомного пса и тут же застрелят, никто разбираться не станет, что да почему.

У меня сердце разрывалось от безысходности, а мохнач знай мне лицо облизывает, думает, хозяйку обрел.


Пришла на работу, лицо от слез опухшее, глаза красные, прямо жертва слезоточивки, которую полицейские дроны над митингами распрыскивают.

Джеральд, оператор проекций, спросил, все ли в порядке. Думала рассказать ему про щенка, но осеклась. Вдруг он зачистку вызовет? Вроде дяденька нормальный, молчит все время, на меня внимания особого не обращает, но если надо, и помочь может. Когда я простыла сильно, он два раза уборку в мое расписание не ставил, сам порядок наводил, а мне ни слова не сказал. Потом мне наша менеджер шепнула: поблагодари, мол, Джеральда, он тебя выручил. Я ему тогда баночку хорошего кофе купила, дорогого, натурального. Джеральд только по плечу меня похлопал и банку эту в общей комнате оставил, чтобы все могли угоститься.

И все равно не могла я довериться, ни ему, ни кому другому. Боялась за рыжего, решила, сама справлюсь.


Еще неделя прошла, а выхода я не находила. Вернее, выход был один: привить и чипировать рыжего да хозяина ему поискать, может, кому и нужен будет такой вот красавчик неизвестного происхождения. Я фото собакена в анализатор вбила, судя по результату, он был метис, может, потому и не нужен оказался предыдущим хозяевам.

Узнала про стоимость прививок и совсем расстроилась - для меня просто космические деньги. А если кредит брать, так у меня еще за слуховой аппарат не выплачено. В общем, везде безнадега. По ночам плохо спать стала, все мерещилось, что рыжего обнаружили, загнали в угол и...

В общем, решилась: возьму кредит на чипирование и буду искать хозяина, полгодика без выходных поработаю, не страшно, зато мохначу найду дом!

Приезжаю в тупичок, он бросается мне навстречу, на лапы передние припадает, тявкает весело, скачет вокруг мячиком, радуется! Подрос, шерсть я ему вычесала, такой мохнатый шар получился, только уши торчат да хвост пропеллером крутится.

Я ему планы свои рассказываю, пес будто понимает, сидит рядом, голову на колени положил, слушает.


На работу окрыленная примчалась, решение найдено, можно выдохнуть. Ближе к обеду Джеральд мне говорит:

- Флоренс, в тупичке за парковкой собаку нашли. Бобби автофлаер парковал, услышал гавканье, выглянул в дыру в стене, а там бездомный пес.

- Не бездомный он, мой! - выпалила я, душа в пятки ушла, в ушах дроны зачистки уже вовсю жужжали, еще секунда - и в обморок грохнусь.

- Твой? - Джеральд очень удивился, позвонил Бобби по внутренней связи: - Бобби, пес не бездомный, Флоренс хозяйка.

Тут же в комнату набилось человек двадцать, почти вся смена, кто не занят был, смотрят на меня, ждут объяснений - шутка ли, у уборщицы собака собственная!

Как ни страшно мне было, пришлось все рассказать. Как же я боялась, что они начнут смеяться надо мной, наперебой звонить в службу зачистки или еще хуже, заставят звонить меня...

Какая же я была дурочка! Сейчас вспоминаю и стыдно: почему я боялась людей, которые мне помогали, обо мне заботились, а я, привычная к чужому равнодушию, совсем этого не замечала.

И пока я приходила в себя, Джеральд организовал все в лучшем виде: договорился о чипировании, причем со скидкой - у главного менеджера сестра работала в ветклинике. Все ребята скинулись на процедуры, сфотографировали рыжего и во всех местных сетях дали объявление о поиске дома для моего щенка.

Джеральд потом подошел ко мне:

- Фло, ты же в курсе, что если за два месяца для пса не найдется лицензированный владелец, его усыпят?

Да, я была в курсе, но ведь за два месяца точно найдется, я была в этом уверена на тысячу процентов!


С каждым днем моя уверенность таяла - хозяева рыжему все никак не находились. Он жил в приюте, по государственной программе защиты собак, потерявших хозяев. Я несколько раз приходила навестить его, но смотреть в его тоскующие глаза сил не было - этот вопрошающий взгляд выворачивал меня наизнанку. Я интересовалась у знакомых и незнакомых, писала всем подряд в соцсетях, расклеивала фотографии рыжего на спецплощадках...бесполезно, безродный пес никому не был нужен.

Коллеги подбадривали меня, утешали, я улыбалась и кивала: все будет хорошо, но дни шли и все впустую. За неделю до окончания срока из приюта уведомили, что такого-то числа в такое-то время рыжего утилизируют в рамках государственной программы бла-бла-бла...Я проплакала всю ночь, на работу приехала чуть живая от переживаний, ребята меня уже не утешали, им самим было горько, но что мы могли поделать?


В тот день в агентстве разразился скандал: буянила ВИП-клиентка. Она кричала на Джеральда, обвиняла его в халатности, выкрикивала угрозы. В ее проекции, которую она пересматривала, наверное, в тысячный раз, произошла путаница, которая очень сильно ее потрясла. Спустя часа три Джеральд проводил бледную женщину до автофлаера, а после рассказал ее историю. Сказал, что у нее умер муж несколько лет назад. И был пес, похожий на рыжего, он тоже умер. Она очень тяжело переживала свое горе, проводила в воспоминаниях десятки часов подряд, а теперь ей нужно возвращаться к реальной жизни, и вот что он подумал: рыжий стал бы ей отличным другом, той самой соломинкой, благодаря которой она снова обретет вкус к жизни.


И мы написали ей письмо. Рассказали о судьбе рыжего, о том, как все вместе отсрочили его гибель в надежде найти ему дом, и о том, что дальнейшая его судьба, увы, не в наших руках, и о том, что он наверняка неслучайно появился рядом с агентством, в котором хранились ее проекции...

Пять дней письмо висело в сети непрочитанным. Я уже даже не плакала, думала лишь об одном: как послезавтра я буду смотреть рыжему в глаза, как смогу признаться в том, что не смогла его спасти, хотя обещала тысячу раз?

На шестой день конвертик письма замигал зеленым - прочитано!!! Я молилась про себя всем известным богам, давала мыслимые и немыслимые обещания себе, силам всемогущим и всей бескрайней Вселенной, лишь бы эта женщина, Лаура Феличи, услышала, поняла и забрала рыжего.


А на следующий день Лаура прислала нам короткое письмо: спасибо! Мы с Коди исполнили вашу мечту и едем исполнять наши!

И фото: Лаура, красивая до невозможности, с легкой грустинкой в глазах, но улыбающаяся, обнимает нашего рыжего, а он прильнул к ней так доверчиво, так ласково, что я не выдержала и разрыдалась. Да что я, вся наша смена плакала от счастья.

Вот такая история. Даже и не знаю, я спасла рыжего или он меня вытащил из одиночества. И кстати, у меня сегодня свидание с Бобби, держите кулачки!

Показать полностью
49

Психиатр, пациент и девять дверей

Психиатр, пациент и девять дверей Рассказ, Мистика, Писатель, Многосерийный пост, Авторский рассказ, Длиннопост

Дверь первая


Море


Стены, обитого мягким поролоном, изолятора, давили, несмотря на отсутствие всяческих фобий. Григорий Алексеевич сидел напротив своего, закутанного в смирительную рубашку пациента, по имени Немо.


Для начала психиатр решил использовать гипнотерапию. Результат был поразительным, Немо ничего не помнящий ни о себе, ни об окружающем его мире, буквально преобразился. Стоило только ввести его в гипноз и попросить открыть одну из дверей его подсознания, за которыми он прятал свои тайны.


Немо изменился не только личностно, но и физически. На лысой голове выросли русые кудри, лицо стало молодым как у тринадцатилетнего мальчика. Мещеряков едва смог подавить возглас рвущийся изнутри.


Парень выглядел так будто провел в воде, по меньшей мере сутки. Опухшее, с синим оттенком лицо, глаза навыкате и сильно сморщенная кожа.

Сиплым голосом, Немо рассказал жуткую историю.

* * *

Я родился и вырос на берегу прекрасного Черного моря. Еще в детстве отец научил меня плавать. Как подобает, всякому уважающему себя отцу, он скинул меня с буны, а рядом кинул надувной круг на веревочке.


«Вот же круг, плыви!» - крикнул тогда он. И я поплыл. Как мог. Барахтаясь и плескаясь, я пытался достичь круга. Отец просто шел по буне и тянул круг за веревочку. Я, забыв обо всем, даже и не заметил, как оказался у берега.

«Жестоко!» - скажите вы. «Батя» - отвечу я вам.


С того дня, я не просто перестал бояться глубины, но и старался заплыть как можно дальше. Конечно же, зимой, я пошел на «плавание». За полгода, «первый юношеский». Потом, бросил. Я ж, в натуре, пацан был.


Теперь, навык плавания, чувствовался естественно. На воде я держался непринужденно, как и полагается жителю прибрежного города.


Это длилось до тех пор, пока, на сцене не появилось типичное - «в жизни пригодится». И пригодилось-таки.


Помнится, был пасмурный июльский денек. Лет мне тогда было тринадцать – четырнадцать. Набегавшись в футбол, мы по обыкновению двинули на пляж. Не забыв, затупиться газировкой и сигаретами.


(Да! Тринадцатилетние дети курят, тем более в конце 90х, и не надо мне тут ля-ля.)


Так вот, дул довольно сильный ветерок, и море волновалось балла два-три, что не могло нас не радовать. В «заказного», прыгая с буны, конечно не поиграть, но на волнах покататься, это, пожалуйста.


Народу была тьма, как в воде, так и на буне. И в какой-то момент я вдруг заметил, как неподалеку, барахтаясь и захлебываясь, тонет мальчуган.


Что есть мочи я рванул в его сторону. Как только я подплыл, не знакомый с правилами поведения при спасении, парень стал брыкаться, хватаясь за все, что попадалось под руку. Ей богу, в какой-то момент мне показалось, что мы вместе пойдем ко дну.


Набрав как можно больше воздуха, в еще не прокуренные легкие, я поплыл, таща за собой мальчика. Тот, схватив меня за шею, отчаянно ее сжимал, да так, что у меня темнело в глазах.

Превозмогая тяжкие муки, мы все-таки доплыли до буны. С нее, ошалелым взглядом на нас смотрел мужичок. «Наверное, отец мальчугана» - мелькнула мысль.


Я уже предвкушал, слова благодарности, слез на глазах родителей спасенного мной пацана. Может даже денег перепадет. Но, в тот день этому было не суждено случиться. В тот день…


Я утонул.


Передав мальчика в руки отца, я наконец-то выдохнул. И только я собрался сделать вдох, меня накрыла волна. Я вдохнул воды, не хлебнул, а именно вдохнул. Легкие тут же обожгло. Боль тараном ворвалась в мозг. Мое в момент онемевшее от шока тело, топором пошло на дно.


Я отчетливо почувствовал удар о камни. Мышцы скрутила судорога. Сознание стремительно угасало.


Отец мальчика, естественно не запомнивший моего лица, не придавая этому особого значения, поблагодарил кого-то другого. Друзья обидевшись, что я ушел не попрощавшись, даже не обратили внимания на то, что на пляже остались мои шлепанцы и майка.


Меня нашли лишь к вечеру, когда мое тело течением вынесло в нескольких километрах от того злосчастного пляжа.


Так меня и не стало.

* * *

Мещеряков сидел без движения. Что это было? Ему казалось, что во время рассказа, он стоял там, на пляже. Кожей, ощущая морской ветер, чувствовал запах йода, который возникает во время цветения водорослей.


Как будто не только Немо, но и сам Григорий Алексеевич впал в гипнотический транс. За все время изучения феномена "диссоциативного расстройства личности", он впервые встретил личность человека, который умер десять лет назад.


Онемевший от шока, врач покинул палату.


Пролог - https://pikabu.ru/story/psikhiatr_patsient_i_devyat_dverey_6...

Показать полностью
55

Психиатр, пациент и девять дверей

Часть первая


Пролог


Мертвые, гудящие лампы дневного света, освещали длинный коридор выкрашенный зеленым, почти болотным цветом. Шаркающие шаги, гулко отражались от стен и потолка. По коридору тянуло сыростью.


Григория Алексеевича Мещерякова, врача психиатра с многолетним стажем, выдернули из постели, как какого-то мальчишку. Чем обеспечили головную боль на всю оставшуюся ночь. Для того чтобы он сейчас же направился к одному особенному пациенту.


В руках он держал больничную карту, которая не несла почти никакой информации. «Диссоциативное расстройство личности» - гласила графа «Заболевание». Так же в карте значились результаты некоторых исследований.


Однако, чем дальше забегал глазами Мещеряков, тем страннее становилось написанное. « Спустя, некоторое время после госпитализации, исследуемый утратил симптомы «ДРЛ», прейдя в вегетативное состояние». Значилось в графе симптомы.


На последней странице, Григорий Алексеевич, прочел то, что заставило его удивиться. А это случалось редко. В графе диагноз теперь значилось – Болезнь неизвестна. «Исследуемый, самостоятельно вышел из вегетативного состояния, однако уже, не проявлял ни каких признаков личности».


«Что, еще за чертовщина» - только успел подумать он, как его раздумья прервали.


- Григорий Алексеевич, ну наконец-то! – быстрым шагом к Мещерякову приближался молодой человек. Звук, создаваемый каблуками, его лакированных туфель, эхом разносился по коридору.

Головная боль врача усилилась.


- А, Сережа и ты здесь,- притворно весело поприветствовал он коллегу, - неужели моего лучшего ученика, так сильно озадачил этот странный пациент?


- Именно Григ Сеич, извините, что потревожили в столь поздний час, но случай и вправду интересный,- бывший ученик с усердием потряс руку учителя.


-Ладно, выкладывай, из этой писульки,- он махнул больничной картой, - ни черта не понятно.


- Он поступил с диссоциативным расстр…


- Это я уже прочитал, может он очередной фанат «Сибил» или того симулянта Миллигана? - Григорий Алексеевич еще раз пробежался глазами по титульному листу карты.


- Я сперва тоже так подумал, но затем мне дали посмотреть запись…


- Запись?


- Да, в Сибирских лесах, экологи устанавливают камеры, для отслеживания миграции лосей.


- И?


- Он целый месяц мелькал перед, одной из камер. Затем его еще несколько недель искали.

Мещеряков вопросительно поднял брови.


- Видите ли, Григ Сеич, записи с камер просматривают раз в месяц, иначе мы бы обнаружили его гораздо раньше.


- Сережа, не тяни, что было на записи?


- На записи…- ученик на секунду замолчал,- на записи присутствуют метаморфозы личности. При первом появлении, он показался мне ослабленным и истощенным. Однако, уже при следующем, он, как ни в чем не бывало, тащил огромную тушу лося, одной рукой, хотя тело его выглядело все таким же истощенным.


Алексей Григорьевич нахмурился.


Ученик продолжал,- затем его поведение резко изменилось, и он стал двигаться как женщина. На протяжении всей записи, такое повторилось еще несколько раз. То он вел себя как ребенок, то, как сломленный человек, то, как уверенный в себе.


К тому времени как Сережа закончил, они уже стояли у дверей палаты. В прозрачное окошко, был виден изолятор, с обитыми, поролоновыми подушками, стенами и полом. У противоположной стены, на полу сидел лысый юноша, закутанный в смирительную рубашку.


- Что с ним случилось, когда его показали тебе? - спросил Мещеряков.


- Мы поставили диагноз…


- Мы?


- Ну, у меня появились ученики,- краснея, отвел глаза Сережа.


- Поздравляю и горжусь,- Григорий Алексеевич, по-отечески положил руку на плечо своего ученика,- ладно продолжай.


- Мы поставили диагноз, основываясь на записи, поскольку пациент, не понимал практически ничего из того что мы говорим. А потом и вовсе впал в кому, пролежав так несколько дней он вдруг очнулся.


Сережа взял паузу, чтобы отдышаться. Затем продолжил:


- Он стал спрашивать: где он, кто он, кто мы. На чистейшем русском, представляете?! Однако, от симптомов «ДРЛ», не осталось не следа. Как будто бы он стер все свои личности, и свою за одно.


- Интересно, интересно,- задумался Мещеряков,- ладно, спасибо Сережа дальше я сам,- сказал он и толкнул дверь.


По обтянутому поролоном полу, ступать было непривычно и неудобно. Сделав несколько шагов, Григорий Алексеевич остановился, и сел на пол, скрестив ноги «по-турецки». Он осмотрел пациента, помимо смирительной рубашки, на нем были еще кожаные ремни, прикрепленные к стене изолятора.


- Здравствуй,- прервал Мещеряков, повисшую было тишину.

Пациент не шелохнулся.


- Меня зовут Григорий,- как ни в чем не бывало продолжил врач. – А тебя как зовут?

В ответ он снова не получил никакой реакции. Еще раз окинув взглядом пациента, Мещеряков вдруг заметил как у того потрескались губы от обезвоживания. Он открыл коричневый, кожаный портфель, и достал небольшую бутылочку воды.


Отвинтив крышку, он осторожно поднес бутылку к губам юноши. Как только первые капли воды коснулись губ пациента, тот стараясь выпить как можно больше, задергался так сильно, что кожаные ремни затрещали.


Беспокоясь об учителе, Серёжа кинулся как можно скорее открыть дверь. Но был остановлен, поднятой рукой Мещерякова.


- У нас принято благодарить,- проговорил врач, после того как парень допил всю воду.


- Бла-го-да рить… - просипел юноша.


- Именно, нужно сказать спасибо. Ну же, давай спа-си-бо,- по слогам проговорил Григорий Алексеевич.


- Спа-си-бо,- повторил парень.


- Хорошо, очень хорошо,- улыбнулся доктор.


Почувствовав, что от человека напротив, не исходит ни какой угрозы, парень осторожно поднял голову. Его взору предстал седой мужчина с добрыми глазами и мягкой улыбкой. В порыве не понятных для него чувств, он вдруг улыбнулся в ответ.


- Хм,- не удержал смешок Мещеряков.


- Хм,- ответил парень.


- Ха,- врач подмигнул пациенту.


- Ха-ха,- короткий смешок в ответ.


Затем, не удержавшись, Григорий Алексеевич, вдруг в голос засмеялся, заражая при этом своего пациента. Тот засмеялся так что аж завизжал. Некоторое время они смеялись как умалишённые, пока слезы не потекли.


- Сережа,- отсмеявшись, Мещеряков крикнул за спину,- а принеси ка нам еще водички.


- Хорошо, - ответил Сережа.


- Только чистой, ну ты понял же, да? - учитель строго посмотрел на ученика.

Спустя пару минут Григорий Алексеевич уже поил своего пациента с принесенной бутылки.


- Спасибо,- задорно поблагодарил юноша.


- Григорий,- ткнув в себя большим пальцем, вдруг проговорил доктор.


- Григорий,- кивнул парень.


- А ты быстро учишься. Может, помнишь, как тебя зовут?


Парень отрицательно махнул головой.


- Давай, я придумаю тебе имя? – спросил Мещеряков.


Пациент заметно оживился.


- Значит, теперь я буду звать тебя… - врач постучал пальцем по подбородку,- я буду… звать тебя… Немо! Точно Немо! Тебе нравится?


Юноша радостно покивал.


- Немо, у меня есть к тебе несколько вопросов, ты не против, если я их задам?


- Нет.


- Хорошо. Скажи мне, пожалуйста, первое, что ты почувствовал, когда открыл глаза? – доктор пристально посмотрел на парня.

Немо на секунду задумался.


- Вкус воздуха.


-Вкус воздуха?


-Ага.


«неужели он полностью «обнулил» сознание?» подумал про себя Мещеряков.


- И какой он?


- Вкус?


- Да.


- М-м, терпкий, немного тяжелый, и с неестественными примесями.


- Хм… А когда открыл глаза?


- Яркий свет, слепил нестерпимо, но потом я привык.


- А, что ты услышал?


- Разговоры… - парень закрыл глаза, будто бы концентрируясь,- металлический звон, хрип

мужчины в соседней комнате.


- Точно! Ты же был в больнице,- доктор почесал затылок.


- В больнице?


-Эм-м, это такое место, где лечат больных людей.


- Но, я ведь здоров,- парень нахмурился.


- Не совсем, - Григорий постарался сделать голос как можно мягче,- я здесь как раз для того чтобы понять, что с тобой не так.


Немо немного успокоился.


- Я сейчас буду показывать тебе картинки, а ты будешь говорить, что на них написано, хорошо?

Парень кивнул.


Мещеряков стал, по очереди, вытаскивать из своего портфеля картонные прямоугольники.


- Дерево.


- Правильно,- улыбнулся доктор,- а эта?


- Птица!


- Ага, следующая.


- Цветок,- радостно сказал Немо, ему явно нравилась игра.


- Вот еще.


Парень замолчал и вдруг посерьезнел. Григорий посмотрел на картинку. Там был изображен самолет.


- Ты не знаешь что это?


Немо покачал головой. На свет еще появились картинки с машиной, лодкой, роботом. Парень не узнавал ничего.


«Хм… Он знает, что такое свет, звук, дерево. Но не знает о механизмах и современных вещах. Думаю тест Роршаха, тут будет бесполезен», - размышлял врач.


- Немо, у меня к тебе последний вопрос.


- Какой? – улыбнулся Немо.


- Что ты видишь, когда закрываешь глаза?


Парень вдруг умолк, и зажмурился.


- Красная комната,- проговорил он.


- Как эта или больше?


- Больше. А еще много штук, таких как та, через которую ты сюда зашел,- не открывая глаз, Немо указал на дверь.


- Хорошо,- неопределенно ответил Григорий. – Я думаю, на сегодня хватит… - он вдруг осекся, увидев испуганный взгляд парня. – Не переживай, я скоро вернусь,- улыбнулся он.


Парень успокоился.


Мещеряков, размял затекшие ноги, с кряхтением стал и вышел. За дверью его ждал Сережа.


- Ну, Григ Саныч, что скажите? – спросил ученик.


- Очень интересно. Видимо, увидев вас, он испугался, и запер все свои личности в подсознании.


Он сказал, что у него в голове много дверей. За одной из них он настоящий. Очень занятый молодой человек.


Продолжая, что-то бормотать себе под нос, старый психолог потихоньку зашагал по коридору.


- Сережа, - обернувшись, сказал он,- я приеду, завтра никого к нему не пускай. Думаю я смогу ему помочь. Ладно, пока.


- До свидания, - Сережа неловко помахал учителю в след.

Психиатр, пациент и девять дверей Рассказ, Авторский рассказ, Мистика, Писатель, Новый писатель, Многосерийный пост, Длиннопост
Показать полностью 1
336

Предатель

Отведя своего коллегу и друга Ивана в сторонку, я глубоко вздохнул и выпалил:


– Я ухожу.


– Как уходишь? – захлопал глазами он – Куда?


– В другую компанию, – уклончиво ответил я, – потом скажу.


– Ты что!? – воскликнул Иван. – Как ты можешь? Ведь именно эта работа сделала из тебя настоящего специалиста! Ты ведь стольким обязан нашей компании! Ты фактически вырос здесь!


– Но там предлагают намного лучше условия…


– Это какие же? – скептически наморщился мой друг.


– Ну, во-первых, зарплата в два раза выше… – начал перечислять я.


– Это не аргумент, – махнул рукой он, – здесь тоже можно получать зарплату в два раза выше.


– Но когда это будет? Я здесь уже десять лет работаю.


– Не важно, когда! Ты, главное, работай, старайся, и всё будет. Всё в твоих руках.


– Зачем мне надрываться и ждать с моря погоды, если я уже могу получить больше? – удивился я.


– У-у-у,— сочувственно протянул Иван, – да ты слабак, друг…


– Причём тут это? – возмутился я. – Это просто здравый смысл! И потом, там много чего ещё предлагают.


– Например?


– Например, дешёвые обеды, чай, кофе и печенье бесплатно…


– И только-то? – перебил меня он. – Значит, сманили халявными печеньками? Как мелочно…


– Да нет же! – чуть не сорвался я. – Там ещё медицинская страховка бесплатная…


– Слушай, – вновь не дал договорить Иван, – нахрена нужна та страховка? Заработай больше, и у тебя будут средства на лечение! Да и в конце концов, если наша фирма так уж плоха, то делай что-то для того, чтобы улучшить её! Но нет – ты сбегаешь, поджав хвост!


– А что ты предлагаешь делать? – заинтересовался я.


– Я уже тебе сказал. Начни с себя. Трудись, старайся, проявляй инициативу!


– И что это даст?


– Ну как это “что даст”? – удивился Иван. – Если каждый сотрудник будет сильным, то и фирма будет сильной! И условия в офисе автоматически улучшатся. Начальство оценит наши труды, в конце концов, и пойдёт навстречу.


Он замолчал, ожидая моего ответа. А я вздохнул, подумав, насколько же мой друг ещё ребёнок. Иногда такую ахинею несёт, что диву даёшься. И спорить невозможно – он просто гнёт свою линию, даже не обращая внимания на факты. Самое интересное, что я сам раньше мыслил точно так же. Да вот – перерос, видимо…


– Иван, – медленно и чётко проговорил я, – условия не улучшатся. Начальство решит, что поскольку сотрудники и так прекрасно работают, улучшать ничего не нужно.


– Значит, делать надо больше! Брать всё в свои руки! Вспомни: мы ведь скинулись отделом на доставку воды, и не умерли, правда? Мы своими силами можем всё изменить!


– А в той фирме не нужно скидываться на воду, – как бы зевая, сказал я, – и так привозят. А ещё бесплатные курсы английского…


– Блин, – презрительно скривился Иван, – мало того, что слабак, так ещё и доверчивый. Да кто тебе сказал, что там так будет?


– Да вообще-то Санёк там работает, ты его должен помнить. Он и сказал.


– Тот кучерявый?


– Ага. Конечно, говорит, выкладываться придётся по максимуму – не без этого. Но и отдача соответствующая.


– Да гонит он всё! Не верь ты ему!


– Да почему не верить? – удивился я. – Хороший же парень. Кстати, говорит, что ручки у них со столов не воруют.


– Ну вот, – победно заулыбался Иван, – и ты поверил? Ручки везде воруют.


– Да, поверил! – раздражённо сказал я.


– Ну-ну… Я вообще не понимаю тебя, если честно. Почему просто немного не потерпеть? Я вот верю, что всё наладится. И даже знаю это. Туалет же починили полгода назад. И дальше ремонт будут делать. Точно тебе говорю. Девчонки из бухгалтерии сказали, что ремонт уже заложили в бюджет на будущий год.


– Новости про ремонт ещё пять лет назад появились, Иван. Да и разве дело только в ремонте? Тут по всем фронтам нужно реформы проводить. Посмотри, какая нищета в офисе: компы те же, что и были десять лет назад. Воруют, опять же; бухают, срач развели… А Смирнову, ты сам знаешь, каким образом повысили. Или не знаешь?


– С шефом переспала?


– Да нет, папа за неё попросил. Во-о-о-от с такенным пакетом приходил месяц назад.


– О, Господи! Тоже мне аргумент… “Хочешь жить – умей вертеться” – слышал такое? Вот и вертятся… Да и туалет ведь починили! Я же говорил!


– Починили, но…


– Вот то-то же! – ткнул мне в грудь пальцем Иван.


– Но кроме туалета никаких изменений, – пожал плечами я.


– Ну так работай, в сотый раз тебе говорю!


– Слушай! – вспылил я. – Сколько можно талдычить одно и то же? Чтобы здесь что-то изменить, нужно стать президентом холдинга. Ну и нафига мне это надо? Что мне, всю жизнь посвятить этой компании? У меня семья есть, в конце концов!


– Ну-ну. Наслушался сказок непонятно от кого. Забыл старые мудрые слова: “Хорошо там, где нас нет”?


– Да, очень мудрые слова, – подхватил я, – согласен. Вот я туда и отправлюсь, где меня пока ещё нет.


Замявшись в поисках достойного ответа, Иван затянул старую песню.


– Слабак, – презрительно бросил он, – слабак и нытик. Позорище. Знаешь, мне уже стыдно быть твоим другом.


– Это хорошо, что тебе стыдно, – кивнул я, – мне бы тоже было стыдно быть таким другом, как ты.


Пока он, задыхаясь от злости, искал, что ответить, я вдруг выпалил:


– Я, кстати, видел, как ты ручку стырил у Васильева…


И сразу же пожалел о сказанном – друг всё-таки. Но очень хотелось ответить на обиду. Глаза Ивана сделали попытку вылезти из орбит, щёки раздулись, а лицо покраснело до неузнаваемости.


– Да пошёл ты в жопу! – заорал Иван. – Правильно делаешь, что валишь! Нам такие не нужны! Только сильнее станем без вас, мягкотелых! Предатель!


Он плюнул на пол – видимо, в знак неприязни – и пошёл прочь.


Я ещё постоял пару минут, задумчиво глядя на плевок, и окончательно решил, что поступаю верно. Затем вздохнул и пошёл писать заявление.


© Владимир Скляров

Показать полностью
129

Кормилица

- Это...девочка, сир, - повитуха закутала кряхтящего ребенка в алую бархатную полотницу и с поклоном передала князю маленький сверточек.

Князь погладил темные волосики своей дочери, тронул легонько розовую щечку и скупо, по-мужски, не стесняясь многочисленной челяди, зарыдал.

- Дайте, дайте мне мое дитя, - прошелестела измученная тяжелыми родами молодая княгиня, ее тонкие руки веточками тянулись из-под тяжелых звериных шкур, запачканных родильной кровью. Князь вернул ребенка повитухе и стремительно вышел из душных покоев.

- Кормилице дитя предназначено, - тихо шептались служанки, пока родильница баюкала свою долгожданную крошку. - Как бы княгиня умом не повредилась, столько мучилась и на тебе! Отдать дитятко придется, уж таков закон, чтоб его...


Под страхом смертной казни никто не открыл юной матери страшной тайны, и весь положенный срок она птичкой порхала по замку: то велит шелком стены обить в покоях будущего наследника, то бархатные портьеры ей вдруг не по нраву - шейте новые, небесно-голубые! То в саду приказывает пальмы высадить, мол, из сказок нянькиных узнала о дивных деревах и кровь из носу хочу такие же.

И смеется хрустальным колокольчиком, словно радости в ней как в весенней реке воды - прибывает день ото дня и все вокруг заливает.

Князь, глядя на ее безоблачное счастье, и сам светлел лицом, целовал нежные руки жены и на миг забывал о суровом обычае - отдавать княжеских младенцев-девочек страшной Кормилице, живущей в дремучем зачарованном лесу.

С потаенной надеждой ждал повелитель рождения наследника, Бога молил день и ночь, чтобы это был мальчик.

Не сбылись чаяния несчастного отца... велел рано утром отнять новорожденную у матери и отнести ее в глухую чащобу, к древнему капищу, с которого и уносила Кормилица жертвенных младенцев.


Узнала княгиня о судьбе ребенка, раненой волчицей завыла, выскочила из покоев как была, простоволосая, босая, в тонкой батистовой сорочке, побежала, пятная ослепительно-белый снег темно-красной своею кровью. У самых ворот подстреленной лебедью свалилась на руки подоспевших служанок и впала в горячечное забытье.

Без малого сорок дней прометалась княгинюшка в смертельной лихорадке, лучших лекарей выписал для нее светлейший князь, но выздоровления любимой супруги не дождался - отбыл в столицу по срочным делам.


- Люди сказывают, тысячу лет назад это было, - молвила старая Матильда, обтирая тело княгини влажной тряпицей. - Властвовал тогда князь Оддрик Жестокий. Страстно желал он иметь сына, достойного наследника своим владениям, но тщетно. Шесть его предыдущих жен девочек приносили, и князь в гневе убивал и мать, и дитя.

- Как же они не боялись замуж за него идти, нянюшка?

- Да кто же их спрашивал, милая? Женское дело малое, детей рожать да помалкивать.

Седьмая княгиня, принцесса Арисса, тоже девочкой разродилась, да не стала печальной участи дожидаться - гордая была, бесстрашная, в крови ее огонь полыхал! Взяла серебряный кинжал и пронзила сердце своего жестокого мужа.

Стражники князя схватили непокорную, выволокли на крепостную площадь, люто изувечили, а младенца на глазах матери закололи острыми пиками.

Извиваясь в руках истязателей, прокляла Арисса весь род княжеский, предрекла страшные муки дочерям его и слова свои кровью запечатала - откусила себе язык и выплюнула под ноги палачам.

Выбросили тело ее в прозрачные воды горной речушки и под страхом повешения запретили упоминать имя вероломной убийцы.

- Нелюди, нелюди...- княгиня закрыла лицо руками, заплакала. Сердце рвалось, словно лопались тонкие шелковые нити - по потерянной дочери, по гордой Ариссе, по безвинно погибшим княжеским детям...

- Стала бродить неупокоенная Арисса по княжьей вотчине, дитя свое искать. Как чуяла новорожденную, являлась в замок, всю челядь на куски разрывала и стены до самого потолка кровью мазала...а ребеночка с собой уносила.

Матильда вздохнула тяжко и закончила:

- Потом уж князья велели уносить дочерей прочь из дому, к руинам древнего капища...

- Как же проклятье снять, нянюшка?

- Невинной кровью проклято, невинной кровью и смыто будет. Только многие смельчаки искали Кормилицу, да даже следов ее не нашли. Сама приходит, когда надобность есть...

Задумалась крепко княгинюшка, а потом отослала няньку, облачилась в зеленое охотничье платье, достала из сундука кинжал серебряный, святой водой крапленый - верное средство против нечисти - и тихонько выскользнула из замка.


- Арисса, я пришла за своей дочерью! Прошу, верни мне мое дитя! Заклинаю тебя смертью невинных! - кричала княгиня, стоя на коленях среди заснеженных обломков стародревнего жертвенника. Ответом ей были тревожные вскрики невидимых глазу птиц да свист холодного ветра в промозглом сером небе.

- Неужто смерть твоей дочери не искуплена кровью безвинных младенцев? Неужели не осталось в твоем измученном сердце ни капли любви материнской? Или не было ее там вовсе? - взывала женщина к звенящей пустоте, платье ее насквозь промокло, от холода окаменело все тело, лишь сердце, полное любви и скорби, горячо колотилось, молотом громыхая в ледяной тишине.

И вдруг увидела: меж дерев в сером сумраке красное промелькнуло. Словно на зов бросилась княгиня, выскочила на прогалину и крик ужаса застыл на трясущихся губах.

На снегу сидела голая костлявая старуха, седые спутанные лохмы закрывали морщинистое лицо, меж сохлых губ копошился беззвучно огрызок языка, словно она шептала что-то младенцу, лежащему на ее обрубленных коленях. Длинная, иссохшая грудь сочилась розоватым молоком. Старуха сунула сморщенный сосок ребенку, закутанному в грязную бархатную полотницу, а сама с чавканьем принялась грызть собственную культю.


- Арисса, - заговорила несчастная мать, не сводя глаз со своего дитятки, - верни мне ребенка, умоляю тебя! Неужто не достало тебе крови и страданий людских? Пора упокоить твою душу...

Озлилась вдруг Кормилица, рыкнула, бросила ребенка в снег, схватила княгиню за горло, пачкая ее стылой кровью, и замычала что-то, не разобрать.

- Невинной кровью смываю твое проклятие, Арисса, - прохрипела женщина и вонзила серебряный кинжал себе в грудь. Плеснуло алым, отпрянула Кормилица от улыбающейся княгини, да поздно было - прожгли насквозь ее плоть капельки невинной крови. Нечеловеческим голосом заверещала нечистая, закружилась веретеном, сбивая снег в грязные комочки, и рухнула наземь. Тело ее в мгновение ока иссохло, кожа истлела, обнажила желтоватые кости, космы седые разметал по голым кустам северный ветер...

Княгиня крепко прижала к себе найденное дитя и побрела в замок, моля господа вездесущего не дать ей умереть в заснеженной чаще и не замечая, как горят глазки улыбающегося младенца красным.


Через много лет юная Эльжбета выйдет замуж и станет полноправной хозяйкой замка Чахтице.

Проклятие, переданное с кровавым молоком зловещей Кормилицы, сделает ее самой жестокой истребительницей молодых женщин в истории…

Показать полностью
45

Похищенное время

- Доброе утро, Мойра! А я к тебе с радостью! Внук у нас вчера народился, такой крепкий парень, ууух! Вот, новые часы в твою коллекцию! - сияя ярче утреннего солнца, мистер Бергер протянул девушке бронзовые ходики, украшенные пухлым смеющимся ангелочком.

- Очень красивые, - улыбнулась Мойра. - Поставлю их на каминную полку, рядом с вашими. Поздравляю, мистер Бергер!

Девушка вернулась в ратушу, погладила ангелочка по бронзовым кудряшкам и завела механизм. Часы тотчас ожили: ангелок расправил крылышки, стрелки дрогнули и чуть сдвинулись, а циферблат осветился мягким желтым светом.

- Вот и славно! - Мойра аккуратно поставила ходики на широкую каминную полку, едва найдя для них свободное местечко. - А теперь за работу!


Ах, как же любила хранительница эти чудесные утренние часы! Юркие солнечные зайчики заглядывали в башню через длинные стрельчатые окна, окунались в витражи и раскрашивались в зеленые, красные, синие оттенки. Прыгали по бесчисленным стрелкам и маятникам сотен часов, и их корпусы вспыхивали на миг, являя восхищенному взору невероятное многообразие форм и размеров.

Вот напольные часы из драгоценного красного дерева, солидный крупный циферблат, круглый маятник червонного золота - точь-в-точь важный осанистый мэр, мгновения жизни которого они отсчитывали.

А вот карманные часы с чуть треснувшим стеклом. Круглый латунный корпус в царапинах и вмятинках, стрелки немного погнуты, но исправно отмеряют секунды - их хозяин отважный путешественник и рьяный рубака.

Эти песочные часы, с изящной стеклянной фигуркой, принадлежат красавице актрисе. Изысканные, хрупкие...как и ее слава.

Тысячи часов, тысячи жизней, тысячи сердец бьются в унисон с четким ритмом неумолимого времени...


Мойра ловко смахивала пыль, заводила механизмы и переворачивала стеклянные сосуды, как вдруг приметила погасший циферблат. Стрелки наручных часов замерли на половине третьего, латунный корпус потускнел, кожаный футляр съежился, словно сухой дубовый лист. Часы доктора Леонарда...

Вот и вышло его время, закончилась еще одна человеческая жизнь.

Нужно отнести часы в погребальное бюро, там молчаливый мистер Барилус наденет их на холодную руку покойного, и часы вместе со своим хозяином завершат земной путь.

Печальные думы прервал настойчивый стук в дверь.


- Мы повздорили из-за пустяка. Я разозлилась, сказала, что видеть его не хочу. И Леонард ушел спать в гостиную. А ночью он...,- женщина расплакалась.

- Фрау Леонард, доктора уже не вернуть, его часы остановились. Он скончается в ту же роковую минуту и...

- Мойра, я только скажу мужу, что люблю его так же сильно, как в день нашей свадьбы! Это все, о чем я прошу!

- Мне придется взять время от вашей жизни, вы готовы?

- Да, Мойра, да! Иначе как мне жить с камнем на сердце?


Сразу после похорон явилась Марта. Назойливая торговка едва не каждый день стучалась в дверь Часовой башни и умоляла спасти ее ненаглядного сыночка.

- Любезная моя, драгоценная Мойра, ниц паду перед тобою, землю буду под ногами твоими целовать, только заклинаю всем временем мира, спаси кровинушку мою! - привычно зачастила толстуха и попыталась встать перед девушкой на колени.

- Ты же знаешь, Марта, не в моей власти без конца время вспять поворачивать.

- Не в твоей власти, говоришь? Дарвену время повернула, чтоб он пальцы себе не покалечил, Агнетте помогла, чтоб эту святошу черти забрали...Доктор помер, ты и его на час вернула! Чтоб с женушкой попрощался! А мальчика моего спасти не хочешь, а ведь ему еще жить и жить. Ведьма ты бессердечная! - зло выкрикнула женщина, вмиг растеряв всю свою учтивость.

- Дарвен искусный кузнец и нужен городу! Агнетта детей грамоте и благочестию учит, ее душа чище твоих слез! А доктор Леонард сотни жизней спас! И я всего лишь помогла ему умереть с любовью в сердце! А сын твой - вор и разбойник, руки ему не зря отрубили! У него был шанс все изменить, но он выбрал дурной путь, и больше время ради него я просить не буду!

Побледнела торговка, отшатнулась было, а потом с силой ударила Мойру по лицу. От звонкой пощечины загорелся на щеке яркий след, из рассеченной губы кровь потекла. Безудержная ярость овладела девушкой, молнией она взлетела по ступенькам, сорвала со стены часы Марты - округлые стрелки на простой деревянной плашке - и с размаху разбила их о каменный пол.


Никто из горожан не посмел уличить Мойру в убийстве - за заносчивый и грубый нрав Марту в городе не очень-то жаловали. Девушка отнесла мистеру Барилусу расколотые часы, мол, неловко сняла да уронила, и заперлась в своей башне.

Торговку молча схоронили и разошлись по своим делам, а Мойра металась по ратуше, едва сдерживая бурлящее внутри отнятое у Марты время. Чужая жизнь молотом колотилась в груди, сладостное томление узлы свивало внизу живота, а за спиной будто крылья трепетали - вот-вот взлетит!

И не разобрать уже было - то ли мучительное раскаяние терзает душу, то ли острое желание еще испить украденного времени.


Поддалась Мойра преступному влечению и стала красть время, упиваясь его восхитительным вкусом. Смерть все чаще посещала городские улицы, уводя с собой и стариков, и малых детей. Страх поселился во дворах и закоулках, паника овладевали умами горожан, когда в очередной раз скорбно звонил заупокойный колокол. К приезжим теперь относились с опаской, обыскивали их у главных ворот - а ну как отраву везет или болен чем? - иных и вовсе прогоняли.

Мойра смиренно горевала вместе со всеми, навзрыд плакала над крохотными детскими гробиками, относя в похоронное бюро милые часики, остановленные собственной коварной рукою, а после, скрывшись в неприступной своей башне, блаженствовала в сладких потоках ворованных жизней.


А потом в город пришла чума...


Всего за несколько дней в башне Мойры остановилась добрая половина часов.

Люди умирали прямо на улицах, хоронить их не успевали. В раздутых почерневших телах копошились жирные крысы, в воздухе висел отвратительный запах гниющей плоти. Крики и стенания умирающих складывались в бесконечную заунывную песнь.

В колокол уже никто не звонил, и несчастные горожане угасали под хриплое карканье ворон.

Девушка стояла на пороге ратуши и с ужасом смотрела, как бесстыдно смерть собирает чудовищный урожай.

По дороге едва плелась согбенная старуха, держа в дрожащих руках ведро с водою. Вдруг она оступилась, упала, попыталась встать и не смогла. Деревянная бадейка разлила по грязной мостовой прозрачные ручейки.

- Фрау Леонард! Маргарет! - Мойра узнала женщину, подбежала к ней, взяла за руку.

- Мойра, - слова давались Маргарет с трудом. - Воду детям не донесла...сил нет...умираю...

- Фрау Леонард...

- ...спасибо тебе, Мойра...я умираю с чистым сердцем...благодаря тебе, - больная закрыла глаза, затихла, рука ее с сухим стуком упала на тротуар.


Протестующий крик разорвал грудь Мойры, из хрупкого тела плеснуло горьким, склизким, горячим.

Прости меня, Маргарет, прости меня, Марта, все...все простите...

И побежала, в башню, на самый верх, к городским часам.

Вцепилась в неподатливые стрелки горячими руками, вращайтесь, назад, еще, еще! Еще круг, еще, не останавливайся...Мойра пачкала циферблат окровавленными руками и ощущала, как время тугими струями покидает ее тело.


- Доброе утро, госпожа Мойра! А я к вам с радостью великой! Внук у нас вчера народился, такой крепкий парень, ууух! Вот, новые часы в вашу коллекцию! - сияя ярче утреннего солнца, мистер Бергер протянул старушке-хранительнице настольные бронзовые ходики, украшенные пухлым смеющимся ангелочком.

Показать полностью
113

Последняя фотография

Картер внимательно вгляделся в очередной снимок. Так и есть: и на этой фотографии голова мистера Треверса была отделена от тела тонкой, словно светящейся линией.

Парень потер утомленные глаза. Чертовщина какая-то.

Он отснял почти пятьсот кадров, на которых веселилось три десятка гостей, и этот блестящий штрих красовался на доброй половине изображений...

А самое непонятное - загадочный дефект поразил лишь фигуру старика Треверса...

Даааа, вздохнул Картер, придется как следует отретушировать фотографии. Что ж, заодно поднатореет в фотошопе - съемка этой старомодной вечеринки была неожиданной удачей для начинающего фотографа и подводить клиентов ему совершенно не хотелось.


Тед тщательно обрабатывал удачные снимки, время от времени прерываясь на кофе и переписку с Молли. Девушка только вчера вернулась из Индии, где отдыхала с родителями, и то и дело присылала Картеру вызывающие фото на фоне могучих слонов и разноцветных пряностей.

Парень досадливо вздыхал: родители Молли приглашали лететь с ними, но в его карманах гулял ветер...даже камеру пришлось покупать бэушную и выторговывать лишний доллар за каждую царапинку на корпусе.

Продавец был весьма странным типом - в мятой рубашке, покрытой бурыми пятнами, запястья замотаны цветастыми лентами, немытые космы закрывали лицо сальным занавесом. Он довольно легко уступил в цене, сунул в руки оторопевшему Картеру коробку с камерой и буквально растворился в вечернем сумраке.

Тед подозревал, что чувак был в курсе загадочного дефекта, потому и слинял так быстро.

Что поделать, отнесу в сервис, обреченно подумал Тед и продолжил обработку снимков.


- Малыш, ну же, иди сюда, я тебе потом попозирую, - Молли зазывно вертела бедрами и выгибала спину. Картер щелкал затвором фотоаппарата, снимая сексапильную подружку, и думал, как бы уговорить ее на "голую" фотосессию. Ее тело фантастически прекрасно, даже ретушь не понадобится.

Парень ясно представлял себе будущие кадры: голубая лагуна, резкие тени, распущенные по плечам вьющиеся волосы, влажная бронзовая кожа...

Девушка стянула с себя невесомое кружево дорогих трусиков и бросила их Теду. Открывшаяся ему возбуждающая картина была гораздо интереснее будущих фотошедевров. Молниеносным движением Картер поймал трусики и ставшая ненужной камера полетела в кресло...


- Все, милый, я побежала, - Молли надела платье, стянула узлом непокорные волосы. - Увидимся завтра на семейном ужине, папа будет готовить свой фирменный стейк!

Девушка взяла фотоаппарат, поймала в объектив лениво растянувшегося на кровати Теда:

- А ты хорош! Голову чуть набок, да, вот так. Руку на бедро...глаза прищурь...супер!

Она вернула ему камеру, звонко чмокнула в губы и исчезла, оставив в комнате терпкий запах новых духов.


Что за хрень! Картеру стало не по себе. Он листал фотографии Молли и от увиденного сводило лопатки - изображения девушки были покрыты множеством белых точек, от чего снимки словно светились.

В ореоле таинственного сияния Молли была похожа на сладострастного падшего ангела, спустившегося с небес.

Тед внимательно изучил настройки фотоаппарата, погуглил про все возможные дефекты при фотосъемке, но никакой внятной информации не нашел. Еще раз просмотрел фото. Бесстыдно раскинувшая ноги Молли все так же светилась тысячью крохотных крапинок.

Звонок мобильного заставил Картера подпрыгнуть - так неожиданно и резко телефон заголосил писклявым рингтоном.

- Здравствуй, Тед, - голос миссис Дженсон был сух и растерян. - Сегодняшний ужин...он отменяется. Молли в больнице.


Опутанная проводами и трубками Молли была без сознания. Ее лицо и руки, усеянные крошечными волдырьками, приобрели зловещий бордовый оттенок. От сходства с ангелом не осталось и следа.

- Все тело покрылось этой сыпью...Какой-то тропический вирус...его считали исчезнувшим. Первый зарегистрированный случай за последние 24 года. 80% летальных исходов...было. Врачи...пытаются. Счет идет на часы, минуты...

Миссис Дженсон тихонько зарыдала. Подошел мистер Дженсон, обнял жену, кивнул Теду.

Картер уткнулся лбом в гладкое стекло, за которым умирала Молли, перед глазами мельтешили светящиеся белым кадры.


Тед вернулся домой далеко заполночь. Его трясло, в голове надоедливо и ровно гудело - монотонный звук остановившегося сердца Молли прямой линией разрезал экран кардиомонитора пару часов назад...Слез не было, только в груди жгло нестерпимо холодным огнем.

Чтобы заглушить шум в голове, включил телевизор. Тупо пялился на театрально улыбающуюся дикторшу - выпуск ночных новостей был неуместно позитивным.

Двигаться не хотелось. Тед сидел в кресле, уронив руки на колени и не знал, о чем думать и что делать. Внезапно на экране появилась фотография мистера Треверса. Тед прибавил звук.

"Несчастный случай...Бенджамин Треверс...упал на ограждение...отрубило голову...все произошло мгновенно...вдова убита горем..."


Картер моментально пришел в себя. Фотографии!!! Их смерть была на фотографиях! Голова мистера Треверса...болезнь Молли! О Господи!

Мысли беспорядочно метались. Что делать? Как это вообще возможно? Что за тип продал ему эту чертову камеру?

Парень лихорадочно вспоминал имя продавца...он представился как Смитти...Смит. Это фамилия. На сайте было указано имя, Тед, вспоминай, как его звали? Смит...Джек...Джон...не то...Джошуа! Точно! Джошуа Смит!

Тед вбил имя в поисковик. Тот выдал несколько тысяч Джошуа Смитов.

Таааак, сужаем круг поисков. Джошуа Смит, Пайнт-Сити...

Картер внимательно читал строки, отсеивая ненужную информацию, всматривался в каждое фото...все не то! Будто тот тип был невидимкой - никаких упоминаний, страниц в соцсетях, ничего...

Тед начал терять надежду, как вдруг взгляд зацепился за заголовок: Джошуа Смит покончил жизнь самоубийством 18 апреля 1999 года.


Сведения были крайне скудными: Джошуа Смит, 28 лет, вскрыл себе вены в туалете психиатрической больницы. Он был довольно успешным фотографом. Сотрудничал с местными журналами. Даже выставлял свои работы в местной галерее. А потом съехал с катушек. Убил двух человек, сделал почти сотню фотографий изуродованных тел.

Его признали психически нездоровым и поместили в психушку. Чувак провел там 10 лет, а потом вскрыл вены.

Его последняя фотография - в луже крови, с разгрызенными запястьями - в тот же день была найдена в его палате. Кто сделал снимок, напечатал и спрятал, до сих пор неизвестно.


Картера прошиб ледяной пот. Он купил камеру у умершего двадцать лет назад чувака! Или у кого-то, кто очень хочет им казаться!

Надо идти в полицию, пусть с этой странной историей другие разбираются, с него хватит!

Картер накинул куртку, схватил камеру и выскочил из дома в предрассветный туман.


Пронзительный визг тормозов, вспышка фары прямо перед глазами и хруст...словно наступили на упаковку чипсов. Фуру развернуло, качнуло, протащило по асфальту.

От страшного удара фотокамера отлетела на десяток метров и запрыгала по дороге, как мячик. Мигнул красный огонек, мониторчик вспыхнул последней фотографией Картера: мечтательная улыбка, взъерошенные волосы, красивый торс и бледное пятно, вуалью закрывающее весь снимок...


- У меня тут не хватает 20 баксов...

- Пойдет, - перебил мальчишку продавец. Выхватил деньги, ткнул ему в руки коробку и быстро зашагал к подземному переходу. Цветные ленты на его запястьях нежно переливались в лучах закатного солнца…

Показать полностью
78

Обыватель

Уже несколько минут я стоял у открытого окна, опершись о подоконник, и наблюдал, как ворона, постоянно озираясь, перебирала мусор в баке. Она уверенно выбрасывала на асфальт все, что для нее не представляло ценности. Я дал ей возможность порыться в мусорке еще пару минут и громко, с удовольствием каркнул. Птица тут же оставила награбленное, улетела на дерево и каркнула мне в ответ. Мое лицо расплылось в довольной улыбке. В такие моменты чувствуешь себя, как минимум, дирижером. Шум разбудил соседскую собаку, и она начала исступленно лаять, положив лапы на подоконник и глядя в окно на обалдевшую ворону. Собака лаяла на ворону, ворона – каркала просто так. Другие вороны охотно ей отвечали. Черт их знает, может, передавали сплетни, что какой-то старый дурак устроил представление, подняв на уши всю округу.


Я посмотрел на часы. Без пятнадцати шесть. Через несколько минут соседский ребенок должен начать ежедневное занятие музыкой. Мне только жаль, что его родители выбрали такой заурядный инструмент как фортепьяно, звуки которого не так портят слух, как скрипка. Еще мгновение и пунктуальный юный музыкант, принялся за нудные этюды. Звуки фортепьяно все же добавляли изящество в собаче-вороний оркестр. Я ликовал. Хотелось им подпеть, но я сдержался.


Первый пункт программы обывателя выполнен – весь двор злится и никто, кроме вороны, не знает, кто это все заварил. Пойду залезу в интернет. Там меня уже заждались.

Обыватель Авторский рассказ, Текст, Писательство
178

Страхи и ненависть писателей-фантастов

Доброго времени суток, как говорится. Пикабу почитываю не первый год, но ленился даже региться, не говоря уже чтобы что-то писать, но решил всё-таки запилить пост. Так сказать, по профессиональному профилю.

Речь о таком треше, как современная русскоязычная фантастика (ну и фэнтэзи заодно).

Не секрет, что в области фантастики у нас нынче издают такое, отчего теряешь веру в разумное, доброе, адекватное и начинаешь желать человечеству заслуженной кары.

Например, вот:

Страхи и ненависть писателей-фантастов Фантастика, Писательство, Угар, Издательство, Длиннопост, Творчество

Да, "Товарищ Гитлер". Нет, не фотошоп. Да, попаданец в Гитлера. Да, действительно издали. И да, я это читал. На самом деле всё не так плохо и упорото, как можно подумать, глядя на обложку и читая аннотацию - просто очень уныло.
Но если продолжить копаться в разном треше, то можно найти и вот такую книжку, изданную в уже далёком (плак-плак) 2011 г.:

Страхи и ненависть писателей-фантастов Фантастика, Писательство, Угар, Издательство, Длиннопост, Творчество

Ещё можете догнаться аннотацией:


Студент Виктор Северов спешил в университет, а попал в автомобильную катастрофу. Досадно умирать так глупо! Другое дело погибнуть героем, в дыму сражения… И Северову выпал еще один шанс. Он очнулся в незнакомом мире. Вокруг него гремели взрывы, проносились боевые ракеты, сгорали подбитые военные вертолеты. Когда Виктор разглядел, с кем сражаются люди, он с ужасом узнал мир однажды виденной им японской «анимэшки». Людям противостоял чудовищный монстр, ростом с небоскреб! Но не это стало для Северова главным шоком, а то, что он вселился в тело 13-летнего японца! Виктор не отчаялся и не сошел с ума, он принял правила странной игры. Тем более что, став пилотом гигантского боевого робота, он получил возможность бросить вызов инопланетным чудовищам, возжелавшим поработить мир. Его, Виктора Северова, мир!


Казалось бы - насколько отбитым надо быть, чтобы лепить такое в текстовом и графическом варианте? Какой блин "Наш человек в аниме"? Неужели аффтор неизлечимо болен, раз не понимает, что от такого бреда любой нормальный человек должен держаться подальше?
Однако рассмотрим-ка весь путь нетленки от просто набранного в вордовском файле малосвязного текста до малосвязного текста, отягощённого трешовой обложкой и не менее трешовой аннотацией.


Шаг первый - соорудить нетленку.

Шаг второй, сомнительный - отправить на электронку одного из издательств, занимающихся фантастическим худлитом, нетленку. Срок рассмотрения - до года. Два гиганта, отожравших большую часть рынка - Эксмо с вассальным АСТ и Альфа. Альфа умеет отвечать "ваш роман нам не подходит", Эксмо чаще молчало. У остальных издательств всегда были ниже тиражи, соответственно ниже гонорары, а конторы типа Лениздата "славились" тем, что не просто были случаи невыплаты гонораров, а скорее были отдельные случаи, когда они всё-таки платили. нынче ситуация ухудшилась и фантлит стали заворачивать ещё чаще, чем раньше. почему - предмет отдельного разговора.

Шаг 2а - дождаться предложения из издательств. Раньше издательства мониторили тот же Самиздат, смотрели кто популерян и делали тем предложения. Нынче неактуально.

Шаг 3 - получить добро из издательства, начать переговоры, запастись валокордином, водкой, подушкой-обнимашкой и прочими антидепрессантами, ибо нервов вы на этом этапе потратите массу.

И вот, с вами связываются по поводу обложки, аннотации и названия...


Но тут тонкость в том, что аффтор на обложку и аннотацию может повлиять исключительно, если редактор настроен более-менее благодушно или ему лень сочинять отсебятину (вещества на упоротые аннотации всё-таки время от времени кончаются). Даже в стандартном договоре прописан такой пункт, как "издательство оставляет за собой право изменить обложку... бла-бла-бла". А весь креатив в этой области описывается фразой "...предоставить для ознакомления".
Смекаете? Никто не сидит и не посылает аффтору макет за макетом, чтобы уточнить детали или оценить степень упоротости. Чаще всего автора тупо ставят перед фактом - "жри що дають, падло". Так что если самостоятельно не бомбить редактора, то это всё очень быстро уходит на самотёк.
Во многом это связано ещё и с тем, что занимающиеся обложками художники в издательствах сидят на окладе - дядя получит денюжку за обложку в любом случае, так что особо стараться смысла ему нет.
При том, что нынче от авторов требуют ещё и ТЗ обложки.
Фон такой-то, на переднем плане изображен тот-то, попирает ногами из вселенной того-то. И с приложением рисунков, картинок и скриншотов для наиболее наглядного изображения.
Чуете, чем это чревато? Правильно, теми самыми голливудскими актёрами и кусками игровых артов на обложках. Отсюда и какой-нибудь Энтони Старр на обложке:

Страхи и ненависть писателей-фантастов Фантастика, Писательство, Угар, Издательство, Длиннопост, Творчество

Как ТЗ "суровый бородатый мужик, ну ТИПА такого, идёт на переднем плане" превратилась в "тупо перерисовываем один в один, плохонько отрисовываем пистолет, добавляем безумство в виде футболки"? Тайна сия велика есть.
С аннотациями ровно та же беда.Если редактору лень, то он воткнёт ту, что пришлёт ему аффтор. Обычно требуют минимум три варианта аннотации - одно и то же, но разными словами, из которых редактор выберет наиболее понравившуюся ЕМУ.

Если же его сиятельству ничего не понравится, то он воткнёт свою. Или слепит из трёх нейтральных одну безумную. Или возьмёт нормальную, но парой штрихов превратит её в текст с лёгким налётом долбанутости.
И с названием ровно то же самое. Несколько вариантов, выбирают то, что понравилось.
И это уже не говоря о тех случаях, когда редактор начинает лезть в сам текст. Но о советского образца корректуре и редактуре речи нет - часто даже банальные ошибки не вычищают, тут начинается чисто редакторская вкусовщина.

"А чо у тебя ГГ такой омежка? Нет, пусть будет чотким, дерзким, как пуля резким. Где патриотизм? Где завывания о подвиге крейсера "ВарягЪ" и литания Александру Невскому? Почему действие происходит не в Москве?" И всё в таком духе.

Касательно сабжевого анимешного поделия... Суть вкратце - Евангелион, Япония, Токио-3, 60-метровые мехи, 14-летние пилоты мех.Пожелания редактора? "Россия, Алтай, мехи по 10 метров, пилотам лет по двадцать". Зачем? Почему? Так много вопросов и так мало ответов...
Тут, думаю, уместен вопрос - где пруфы на всё это и откуда у чувака инфа конкретно по данному клиническому случаю графомануса вульгариса? Ответ, в принципе, прост:

Страхи и ненависть писателей-фантастов Фантастика, Писательство, Угар, Издательство, Длиннопост, Творчество

Таки да, я и есть Сергей Ким. Наверное, могу претендовать за звание издающегося (ну или издавашегося в прошлом) графомана - шесть книг, рассказ, повесть, суммарно 31К экземпляров (аргумент в спорах с прочими графоманами, которые упарываются по тезису "не издавался - не аффтор"). 31 год, начал писать в 21 год, этого мерзкого занятия не бросил до сих пор. Характер стойкий идиотический, истинный кореец. Живу на Сахалине.

Да, издал фанфик. Нет, не стыдно:) Почему не стыдно?:)

Это были лихие десятые, мы выживали как могли.
Японцы должны ответить за притеснения моих предков!
В условиях внешнеполитического давления нет понятия ворованное, есть понятие трофейное.
Представьте ситуацию - вы студент, вам 23, из оставшейся до конца недели еды у вас гречка без ни хрена, вам предлагают деньги за чисто фанатское творчество.
То есть, фанфик, да. Сугубо нишевое поделие для фанатов. Пишешь просто потому что хочется и потому что это прикольно. Потом тебе предлагают деньги за хобби и уже готовый хоббийный продукт. Насколько большие? Не миллионы, да.
Как уже говорил - гонорар зависит от тиража. За каждый экземпляр платят определённое количество рублей - т.н. роялти. В основном 4-7 рублей за экземпляр для новичков и середнячков. Итого за тираж ЧЖ 2011 г. в 10 000 экземпляров - 50К деревянных. Честно говоря, весьма пригодились после армии. Сейчас же тиражи просели до 2-3 тысяч... А вот роялти особо не изменилось. Разве что считаться стало немного по-другому - в процентах от отпускной цены. Но когда вы видите в магазине книжку по 400-500 руб., это, если что. и близко к отпускной цене отношения не имеет - обычно она составляет 100-120 руб. Из которых автору причитается, ну процентов десять. Когда издавался в 2015-м, то за тираж в 3000 экз. получил где-то 18К. Очень дофига, не правда ли?:)

Из интересного - фанфик в России издать вообще не проблема. Можно провернуть ужасную операцию с заменой имён как сделал я или как сделал писатель Распопов с его фанфиком по "Космическим рейнджерам". Можно вообще не париться и сделать как аффтор Ланцов, который запилил фанфик по Dragon Age без всякой переделки. Его у меня нет, да и читать его я бы согласился только за деньги, но зато у меня лежит в бумаге кроссовер Star Treka и Хроник Перна, некогда вышедший в издательстве Терра - Карен Эмерсон (она же, лол, Игорь А.Смирнов) "Сага о драконе". Первая публикация - 1994 г., у меня издание 2003 г. Ещё можно вспомнить галимую новеллизацию манги "Берсерк" Кентаро Миуры - "Тёмный мечник" некоего Вячеслава Грацкого, вышедшую в 2004 г.

"Никогда такого не было и вдруг опять", в общем:) А то некоторых послушать, так я был первым и самым худшим^_^

Справедливости ради - на правообладателей выходить пытался, но электронки авторов Евангелиона так и не нашёл (а все грозившиеся пожаловаться Хидэаки Анно и Йошики Садамото адресами поделиться не пожелали). А правообладателем в России оказалася недоброй памяти студия MC Entertainment, упразднённая в 2012-м году.

Касательно отношения к фанфикам в самой Японии, насколько знаю, там ещё более лояльно - нельзя совсем уж наглеть и заниматься именно плагиатом (т.е. выдавать чужое за своё), а спин-оффы, перезапуски и альтернативы строчат весьма бодро. Опять же насколько знаю - это пошло после треша в конце 80-х, когда сами японцы офигели от вала исков кто что у кого украл, и предпочли в итоге смягчить законодательство вместо того, чтобы разбираться.


Возвращаясь же к родным осинам - подобного рода "заимствования" (аг-га, блин) случались со мной ещё дважды в чистом виде. Новеллизации игры "Spec Ops: The Line" и поначалу близкий пересказ манги "Gate: Jieitai Kanochi nite, Kaku Tatakaeri", если точнее.
И ровно по таким же причинам: пишешь себе нечто фанатское, не паришься совершенно, но потом тебе пишут дяди " А давай издадим? Денег получишь" и ты такой "А чё, бьют - беги, дают - бери..."Но на текущий момент подобный ранящий прекрасные души треш вряд ли выйдет:) Я с синим завязал наглухо.Собсна, нет, совести не появилось, да и писать вроде бы не перестал. Просто нынче бумажные издательства откровенно стагнируют, кризис отечественного бумажного книгоиздания чудовищный, а крайний опыт работы с тем же Эксмо оставил ну такой вагон негатива, что зарёкся хоть что-то в ближайшем или не очень ближайшем будущем слать в издательства.В чём негатив? Ну, название пришлось выбрать компромиссное. В оригинале переделка лубков азiацкiя на отчеественный лад называлась "2018: Интервенция", в качестве варианта прделагал пафосное "Империя Девятого легиона", но редактор, видимо, вспомнил про годный фильм "Орёл Девятого легиона" и остаивл просто "Девятый легион".Воть:

Страхи и ненависть писателей-фантастов Фантастика, Писательство, Угар, Издательство, Длиннопост, Творчество

А, да, псевдоним пришлось взять. Сказали у предыдущего "карма плохая" (с), раз всё плохо продаётся. Треш на обложке? Трешовые аннотации? Может, в этом вина? Да не, не может быть...


Аннотацию тоже кое-как отвоевал. А вот с обложкой прокатили начисто - на ТЗ, со всякими картинками, скриншотами и описания тупо положили болт. Главгероиню, например. я скорее представлял как игровую версию Йеннифер, ну Морриган из Dragon Age или Моргану из "Камелота", ну что-то такое. Но явно не в виде мини-доминатрикс из Оглафа.

Хотя, чего ожидать, если художник-то ровно тот же, что забодяжил тот вырвиглазный бред на "Чужой жизни"? Некий Е.Деко, штатный иллюстратор серии Эксмо "Новые герои" (на текущий 2019 г. успешно заглохла). Судя по стилю у него вообще оставались неиспользованные скетчи к "Полному набору" Милослава Князева, вот он и пустил её в дело.

Ненависть! Тонны её.


Ну и в качестве вишенки неприятности на торте негатива - положенных по договору авторских экземпляров не прислали ("да мы просто замотались и забыли, чё ты сразу орёшь-то"), гонорар выплатили спустя 1 (один) год, вместо положенных по договору 60 дней с момента поступления в продажу. За электронку с Литреса перевели ровно 1 (один) раз за три года наличия прав. И кто покупает на Литресе - посоны, эта залипуха, из уплаченных там денег аффтору идёт хорошо если 10%. А если начинаются аттракционы невиданной щедрости с раздачей тонн книг по дешёвке - не идёт и этих копеек.


Такие дела.


П.С. Кто считает, что я пишу плохо... Народ, я с вами полностью согласен:))) Так что если хотите поругать - можем поругать вместе:)

Показать полностью 4
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: