-14

Эй, толстый! Пятый сезон. Серия 100Ё

Эй, толстый! Пятый сезон. Серия 100Ё Эй толстый, Малахов, Триллер, Юмор, Мистика, Мат, Длиннопост

Тем временем (если в подобном месте вообще может идти речь о времени) в сером лесу, который сторожила прабабка Вера Юрьевна, было сыро. Хрустели под ногами сучки и прутики. Шуршала какая-то неведомая живность. Вот – чу! – зайчик пробежал, а вот ёжик зафыркал. А вот неожиданный лучик солнца заблестел на паутине.

«Где же ты, толстый мальчик, любовь моя?» – думала Оксана. Она снова была восемнадцатилетней дурындой. Ей было любопытно. И теперь она знала, кого искала.

Вот раздались гулкие шаги. Это мог быть или медведь, или лось, или… толстый мальчик. Оксана, храбро щелкая ногами сучья, побежала на звук.

Из кустов ей навстречу шагнул Малахов.

– А вы что здесь делаете? – негодующе воскликнула Оксана.

– Тсс! – сказал один из Малаховых, прикладывая палец к губам.

– Я тебе дам «тсс»! – воскликнула Оксана.

Затем она подобрала шишку и залепила ею Малахова по лбу. Телеведущий вскрикнул и приложил ладонь к пострадавшему лбу.

Оксана захихикала. Но вскоре ей стало не до смеха, потому что из соседних кустов вынырнул еще один Малахов. Третий выглянул из-за дерева, четвертый – свесился с ветки.

Девушка вскрикнула и побежала прочь. От страха заложило уши. Оксана неслась, не разбирая дороги. Бежала до тех пор, пока не врезалась во что-то большое, мягкое, теплое.

Толстый мальчик!

Оксана раскрыла глаза. Да! Это был он! Он! Ее любовь!

– Как же долго я тебя искала! – тихо сказала Оксана.

Где-то сбоку захихикали.

Оксана в непонимании оглянулась. Рядом с одним толстым мальчиком стоял еще один – точно такой же. А за ними ковырялся в носу – третий толстый мальчик. А был еще и четвертый! Вот он – отливал под деревом!

– Привет, чувиха! – сказали толстяки.

«Это счастье? – задумалась Оксана. – Или надо спасаться?»

***

Мультисущество «Малахов» нисколько не сомневалось, что попало за горизонт событий дроч-континуума. Этот лес был черной дырой. Отсюда не было выхода. Или все-таки был?

Малаховы пытались идти в разные стороны. Всякий раз дорога выводила их к избушке, где жили девочки. Старшая из них Малаховых сначала не видела, а потом стала замечать, даже обкидала шишками и бросилась наутек. А младшая видела Малаховых всегда.

Как долго бы ни шли Малаховы, даже в восемь разных сторон, они всякий раз приходили к этому домику. Потом, если шли еще дальше, снова оказывались у домика. Где и встречались друг с другом.

Они уже вступили в контакт с девочкой, которая называла их как козлят из таджикской народной сказки – Улюль, Булюль и Хиштаки-Саритануль.

Посовещавшись, Малаховы постановили, что попытаться вырваться все-таки стоит.

– Я категорически против секса с малолетними девочками! – заявил один из Малаховых.

– Это гадость! – поддержал второй.

– Немыслимо! – сказал третий.

– А что же нам делать? – спросил инициатор дискуссии.

– Секс с малолеткой не привел к хорошему результату, – сказала брюнетка Катя. – Он привел к катастрофе. Не надо повторять ошибок.

– Да, – согласились Малаховы. – Ебать детей – не наш путь.

– А давайте попробуем сделать это со старшей! – воскликнул Малахов-Улюль.

– Ну, да! Она же нас уже видит! – горячо поддержал инициативу Малахов-Булюль.

– И тогда все пойдет по иному! Мы не допустим катастрофы и захватим Вселенную. Пусть в другой вероятности, но и это тоже немало! – пылко отозвался Малахов-Хиштаки-Саритануль.

– Разочарую вас, Малаховы, – сказал четвертый, безымянный Малахов.

– Что? Что такое?

– Оксана тусуется с Жирным!

– Что? Как? Почему ты молчал?

– Хуже того, Малаховы! Этот Жирный – не один. Их примерно четверо.

– Ну, что ж! – воскликнул Малахов-Хиштаки-Саритануль. – Значит, будет битва. Так победим, Малаховы!

– Так победим! – воскликнули Малаховы и Катя.

***

У роддома бессмертный купил один из самых дорогих букетов. Жадничать не следовало. Не тот случай. Есть возможность привлечь к себе симпатии. И, наверное, заработать.

С роскошными цветами бывший Жирный направился прямо к съемочным группам, которые дежурили прямо под окнами роддома. Караулили Катю.

Кто-то из телевизионщиков спохватился, направил на толстяка камеру.

Тот мгновенно закрыл лицо букетом.

– Господа пресса, – сказал он, – давайте пока обойдемся без съемок, уберем камеры. Я скажу все, что вы хотите, дам вам интервью. Но сейчас выключите! Не бойтесь, я не убегу.

– Ну, хорошо! – сказали остроносые девочки, командовавшие съемочными группами.

– И пусть вот этот молодой человек гоу-про выключит, – указал толстяк на одного из операторов, который тихонько снимал на квадратную маленькую камеру. – И вы, пожалуйста, выключите айфон. Все? Теперь я скажу. Я, господа журналисты, пребываю в чудовищном положении. Просто в чудовищном. У меня нет денег. Вот этот букет стоил мне целое состояние. Но я не мог его не купить. Потому что это же – моя мать. Понимаете? Но я нищ. У меня тупо вообще нет денег, чтобы купить матери фруктов. А из вас же – никто не догадается передачку ей сделать. А мне же – еще отца в тюрьме поддерживать. Слишком много свалилось на эти плечи. А мне еще и двадцати лет нет. Мать в тюрьме, отец – в роддоме. То есть, наоборот, конечно.

Журналисты засмеялись. Бессмертный знал, что, конечно, не все они выключили камерой. Вон тот бородач, например, украдкой записывает все на айфон. И пусть! Гавриил Глебович, собственно, и рассчитывал на самых наглых и беспринципных. Им хорошо заплатят. И пусть.

– Так что, господа пресса, вы на мне зарабатываете, – продолжал бывший олигарх. – А я помираю с голода. И мать моя, и ребенок. Несправедливо.

Повисла пауза.

– Вы уже знаете, что у вас родился сын? – полезла с вопросом самая тупая из остроносых.

– У меня?

– То есть, у вашего отца… У мамы, не у отца… – путалась взволнованная юная хищница.

– Давайте договоримся так, я побеседую с каждым из вас, всем дам эксклюзив. Но и вы войдите в положение.

Журналисты стали скидываться в пластиковый пакет, который дал кто-то из операторов. Бессмертный цепко следил за тем, кто сколько кидает. Вот та овца, что кинула сотенную хуй получит, а не эксклюзив. Тебе, с Первого канала, десять тысяч кинувшей – особый эксклюзив, с душещипательными подробностями. Так, тебе, пятьсот рублей, хуй. О! А вот и целая пачка пятитысячных, и визитка. Ага. BBC! Бессмертный выразительно кивнул, люди с Первого канала поняли намек и стали выворачивать карманы.

– Спасибо! – сказал Гавриил Глебович, забирая пакет, через края которого переваливались деньги. – Я с каждым из вас поговорю. Но давайте потом! Мне очень надо увидеть маму! И братика!

Он пошел к воротам. За ним устремились Первый канал и BBC. Пусть идут.

Охранник пытался визитеров не пустить.

– Не положено, понимаете? Только родила.

– Ну, пожалуйста! – расчетливо нюнил бывший Жирный. – Ей же, как никому, нужна моя поддержка! Я на последние деньги цветы купил. А вы меня не пускаете?

Появилась женщина в очень чистом белом халате. По осанке – главврач. Она широко улыбалась и плавно шла навстречу.

– Ой, вы – тот самый мальчик? – сказала она. – Конечно, пойдемте, я провожу вас к вашей маме. Только бахилы наденьте.

Мама, конечно, была рада. Она плакала от радости.

– Сашка! – сказала она. – Что с тобой? Ты похудел? Ты же больше был?

– Я плохо питаюсь, мама! – сказал толстяк. – Прости меня, я был неправ перед тобой! Я буду тебя поддерживать. Я уже взрослый. Я и к папе схожу.

– Сашка! – плакала мама. – Спасибо тебе! Я-то считала тебя, прости, конченым ублюдком. А ты – человек!

– И ты меня, мама, прости!

Всхлипывала главврачица, вытирала глаза, спасая тушь, одна из журналисток.

Мама показала бессмертному ребенка.

– Вылитый я, – сказал бывший Жирный.

– Не дай Бог, Саша! – шутливо возразила мама. – Второго тебя я не переживу. Ты придумал, как мы его назовем?

В голове олигарха быстро-быстро зашевелилась мысль.

– Мама! У нас очень плохо с деньгами, – сказал он, следя, чтобы каждое слово долетало до микрофонов-швабр. – Давай не торопиться называть ребенка. Пусть телезрители сделают нам подарок. Мы им продиктуем номер карточки. А тот, кто пожертвует больше всех, подарит свое имя моему брату. Как тебе мысль?

– Саша, ты такой умный! – сказала мама. – Я прямо тобой горжусь!

– Теперь давай скажем журналистам номер карточки, – прошептал Кате олигарх.

– Где де я ее найду?

– В телефоне, мама.

И точно! Мама достала из кармана больничного халата телефон и стала диктовать на камеры цифры.

«Йес! – подумал бессмертный. – Дела идут даже лучше, чем я мог предположить».

Олигарх был доволен всем. Без глистов в черепушке он ощущал себя очень даже хорошо. Был готов к свершениям.

***

Когда бессмертный говорил про ребенка слова «вылитый я», память Жирного зачем-то открыла перед ним файл с совершенно ненужным воспоминанием. Вот Саша Жирный с другом, потом врагом, потом братом Глистом идут в банк спермы. Они хотят стать донорами спермы и на этом зарабатывать. Оказалось, что для того, чтобы приняли в доноры, надо сдать кучу анализов и подписать кучу документов. Глист тогда приуныл, а Жирный решил передернуть типа для анализа.

Он отдал пробирку со своим семенем медсестре, зная, что никогда сюда не вернется.

«Ну, и зачем это мне?» – думал бессмертный.

К сожалению или к счастью, он не был всеведущим. Он не знал, что медсестра вовсе не выкинула семя толстого мальчика, а поместила его в жидкий азот в тоненьком контейнере, сделав на нем особую метку. Это было неучтенное семя.

В это же время Катя решила забеременеть. Но в ее жизни была проблема. У нее с Сергеем не могло быть детей. У нее – могли. А у Сергея – нет. Сам муж об этом не знал. А ребенок был нужен позарез. Надо было возродить распадающуюся семью. К тому же, то, что получилось с первой попытки, Кате не нравилось.

Но Сережа был бесплоден. Он не мог быть отцом. С этим надо было что-то делать. Секс между ними случался редко. Если так пойдет и дальше, они потеряют друг друга, может быть, даже станут врагами. Отношения во что бы то ни стало требовалось спасать. После того, как между супругами случился очень неплохой секс, Катя, выждав с неделю, сказала Сергею, что ждет ребенка.

А забеременеть оказалось не так просто. Катя прогуглила банк спермы на Академической, поехала туда. И оказалось, что для того, чтобы банально залететь, надо выполнить целую кучу формальностей, собрать документы, сдать анализы. Месяца на два-три дело. И принести согласие от мужа. Это согласие добило Катю. Она заплакала.

– Не плачьте, женщина, – ласково сказала ей медсестра в возрасте. – Что случилось?

– Мне срочно надо забеременеть! Срочно!

– Зачем же дело стало? У меня есть одна неучтенная пробирка. От хорошего парня, непьющего, некурящего. Просто документы на нее потерялись. Не можем использовать. Тридцать тысяч, и она ваша.

– Да! – шепотом воскликнула Катя. – Я согласна!

***

Такие совершенно разные воспоминания об одном и том же месте вдруг всплыли в памяти матери и сына.

– Ладно, мамуль! – сказал бессмертный. – Я пойду. Я же еще в квартире не убрался.

– Саша, что с тобой? Я тебя не узнаю.

– Повзрослел, – сказал он. – Ну, пока!

Надо было еще давать интервью. А потом нанять гастарбайтеров, чтобы вымыли полы. А то действительно как в свинарнике. И еще, наверное, стоило нанять охранников, чтобы отгоняли Айрон Мэйдена. Он, как казалось бессмертному, рано или поздно отважится пойти на штурм. Следовало это предвидеть.

Этот день бывший Саша Жирный завершал, прилично разбогатев. Но самые интересные дела ожидали его уже скоро. Уж теперь-то Жирный всем покажет.

Начинается самое интересное.


КОНЦ ПЯТОГО СЕЗОНА

Найдены возможные дубликаты

Похожие посты
36

Инстиргер (2 серия)

Первая серия:

Инстиргер



Евгений пялился в стену, держа в руке скальпель. Он уже давно не понимал, что он делает на ненавистной работе. Друзья предлагали ему уволиться и помогать на мясном производстве, но что-то держало его на этом насиженном месте, будто стоял психологический блок на увольнение.

Он уныло поглядел на труп, лежащий перед ним на столе, раздумывая о том, есть ли вообще работа неприятнее, чем патологоанатом.

Успокоив себя тем, что кто-то чистит канализацию, он, от досады, с размаху вонзил скальпель в причудливый труп.

Труп внезапно дернулся и резко сел на столе. Евгений вскрикнул, отшатнулся, споткнулся о свой же стул и отлетел, впечатываясь затылком прямо в стену.

Восстановив ориентацию, он осторожно встал. Труп, тем временем, просто сидел на столе, глядя в пространство черными провалами. Зрелище было жутковатое и Евгений нервно сглотнул, на цыпочках приближаясь к трупу.

Он пытался осознать, что же случилось. Остаточная мышечная память, опять шутят студенты? они любили подключить к трупу батарею, чтобы сотрудники морга померли со страху от того, что труп шевелится, но обычно это происходило в их присутствии.

подойдя к столу вплотную, Евгений внимательно осмотрел его. Не обнаружив ничего, что могло поспособствовать такому движению, он озадаченно пожал плечами и попытался опустить труп на стол.

В этот момент, труп поднял руку, на которой блеснули короткие когти, и резко вонзил их в горло Евгению.

Захлебываясь собственной кровью, Евгений успел лишь подумать о том, что стоило все-таки уволиться.

______________________________________________________________________________________________________


- Вот это бардак, - пробормотал Николай Варов, заходя в помещение морга.

Он нетерпеливо подозвал к себе одного из экспертов в спецодежде.

- Что у нас?

Эксперт вздохнул.

- Ну что тут сказать... мертвый патологоанатом и двое из медперсонала. Один выживший, молодой парень, сидит в соседней комнате, одурел от страха.

- Камеры смотрели?

- В момент инцидента пошли жуткие помехи, на камерах ничего нет.

Николай хмыкнул.

- Хоть что-то можете сказать?

- А что вы хотите услышать? - всплеснул руками эксперт, - тут была бойня, похожая на ту, что была в лесу. Ничего нового - опять никаких толковых следов и зацепок, только много крови.

- Где тот парень?

Эксперт показал пальцем себе за спину.

- Там, ждет.

Николай, досадливо пнув хирургический стол, зашел в комнату. Парень действительно был в шоке, дрожал и нервно глядел в никуда. Когда Николай окликнул его, он испуганно поднял глаза.

- Ну, что скажешь? - устало проговорил Николай, усаживаясь напротив парня.

- Я ничего не знаю! - дрожащим голосом пролепетал парень, - последнее, что помню - меня располосовало в лесу какое-то чудище. Дальше - провал. И вдруг, я прихожу в себя в морге, вокруг трупы и кровь! Я ничего не делал!

Николай барабанил пальцами по столу.

- Давай-ка представим картину: мы приходим, видим гору трупов, следы насилия и тебя, живого и здорового. Что мы должны подумать?

- А ничего, что меня вчера в живых не было?! - с надрывом воскликнул парень, - прошу вас... Посадите меня под самую надежную охрану! Я не знаю, что происходит, но, если это я... - он громко зарыдал.

Николай закатил глаза и откинулся на спинку.

Дверь открылась и зашел эксперт.

- Мы нашли странное сходство с инцидентом в лесу, - сказал он, - тело... - он поглядел на парня, - ну... одной из жертв, было изуродовано абсолютно идентичным способом, как и тело одного из погибших сегодня.

Николай обеспокоено посмотрел на эксперта.

- Отдайте распоряжение транспортировать труп в штаб ЧВС, - проговорил он, - попробуем понаблюдать за этим трупом.

______________________________________________________________________________________________________


В очередной раз чуть не уснув, Николай злобно выдохнул и продолжил смотреть на монитор.

- Привет, Коль, - послышался голос из-за спины.

Николай на мгновение обернулся, чтобы посмотреть, кто его окликнул, и сразу же снова стал смотреть в монитор.

- И тебе здоровья, Тихон.

Тихон присел рядом.

- Что это у вас тут делается?

- Наблюдаем за объектом, - вздохнул Николай, - седьмой час уже.

Тихон внимательно смотрел на монитор.

- А зачем вы наблюдаете за этой кучей мяса? - недоумевал он.

- История получается несуразная и специфичная.

Тихон усмехнулся.

- А когда а отделе было иначе, а?

- Сначала произошел инцидент в лесу: группу молодых ребят вырезали весьма зверским способом. На месте происшествия был обнаружен живым человек, которому должно быть уже лет сто. В морге, куда доставили трупы, вновь произошла резня, и, один из молодых парней, убитых в лесу, был обнаружен живым. Эта куча мяса - единственное, что пришло мне в голову, так как в каждом инциденте одного человека убивали именно таким способом, других просто рвали на части.

- Спасибо Станиславу Петровичу, что отделу можно принимать несуразные решения, - протянул Тихон.

- Верно говоришь. Иначе, кто бы мне одобрил заключение в камеру изувеченного трупа...

- Ты говоришь о мистике, Коль, - заметил Тихон.

- Мне кажется, тут дело не в мистике, что-то скорее биологическое... Но наши спецы уже ничего толкового не нашли. Если с ним ничего не случится в течение двух суток, будем прессовать выживших.

- Разве не стоило начать с этого?

Николай поморщился.

- Тихон, они допрошены уже раз по двадцать - толку ноль. Ошарашенно мотают головами и все отрицают.

В этот момент, монитор камеры наблюдения начал исходить помехами, свет в комнате замерцал.

- Опа! - воскликнул Николай, - там что-то происходит!

- На камере ты это уже не увидишь, - озабоченно протянул Тихон.

- Есть окошко наблюдения, пойдем!

Николай сорвался с места и подбежал к двери камеры, заглянув в окошко. К Тихону он повернулся уже с круглыми глазами.

- Тихон, - сдавленным голосом проговорил Николай, - ты должен это увидеть...

Тихон подошел к двери и заглянул в камеру.

- Эта камера надежна? - вдруг обеспокоено спросил он.

- Самая надежная в мире, - кивнул Николай, - выдержит и удары носорога.

- Главное, чтобы выдержало это...

- Как думаешь, что это вообще такое?

- Что бы ни было - это не человек, но оно на него похоже.

Вдруг, существо разогналось и врезалось в дверь камеры, оставив на ней внушительную вмятину. Тихон отскочил на пару шагов, его лицо выражало крайнюю обеспокоенность.

- Оно сильное...

Николай подошел к пульту управления и включил громкоговоритель.

- Ты что делаешь? - спросил Тихон.

- Быть может, нам удастся с ним пообщаться? - пожал плечами Николай и заговорил в микрофон, - здравствуйте! Вы нас слышите?

Николай услышал громкий скрежет.

- Оно резко прыгнуло на стену и разбило громкоговорители, - пояснил Тихон, осторожно заглядывающий в окошко.

- Отойди оттуда, Тихон! - сказал Николай, - камера почти уже работает.

Тихон, с большим облегчением, подошел к пульту.

- И что оно делает? - недоумевал Николай.

- Да просто стоит на месте... - удивленно сказал Тихон.

- С этим нужно что-то делать, - задумался Николай, - кто у нас специализируется на усмирении непонятных существ?

Тихон укоризненно посмотрел на Николая.

- Нет. И еще трижды нет. Не связывайся с ними ни в коем случае!

Николай заглянул Тихону в глаза.

- А у нас есть выбор? Или нам вечно держать его здесь?

- Коля, эти ребята намного опаснее любого монстра!

- Знаю, - задумчиво согласился Николай, - но я не вижу другого выхода. Я останусь тут до утра, а завтра мы свяжемся с Легионом.


Продолжение следует... или нет. Увидим, конкретно эту часть захотелось сделать, несмотря на то, что история уже древняя.



https://vk.com/devilhistory

https://author.today/u/logrinium/works

Показать полностью
283

"Страшные истории для рассказа в темноте": мистический хоррор от Гильермо дель Торо.

"Страшные истории для рассказа в темноте": мистический хоррор от Гильермо дель Торо. Советую посмотреть, Страшные истории для рассказа, Триллер, Мистика, Ужасы, Видео, Длиннопост

Советую посмотреть!

«Страшные истории для рассказа в темноте» - очередной мистический хоррор с участием юных подростков и атмосферой прошлых лет в очередной раз доказывает, что популярный на сегодняшний день тренд на подобные истории весьма востребован, желаем и интересен современной публике. Но в отличие от тех же «Очень странных дел» и «Оно» в данной истории зрителя ждет противостояние не с одним антагонистом, как это обычно бывает, а с целой группой довольно ярких, запоминающихся и пугающих злодеев, которые, безусловно, достойны собственных больших фильмов (отдельных спин-оффов).


Всем известный кинодеятель Гильермо дель Торо выступил в этой картине в качестве сценариста и продюсера, что уже дает определённую гарантию качества того, что фильм будет зрелищным, атмосферным и с художественной точки зрения визуально эстетичным. Но многие киноманы знают, хоть дель Торо и большой мастер создать красивую картинку, но вот со сценариями у него почти всегда выходит одна и та же проблема, а именно чрезмерная простота, предсказуемость и банальная прямолинейность. И этот фильм не исключение. Конечно, данный факт может некоторых заметно разочаровать с итоговыми выводами, но благодаря прекрасной авторской подаче общие впечатления все же остаются довольно на высоком уровне.


Для начала необходимо понимать, что вся история посвящена ночным страшилкам, небольшим рассказам о том или ином ужасном монстре, который охотится за определённой жертвой. И вся фишка в том, что проект сделан в рамках стороннего рассказа, словно эту историю нам поведал сам автор у ночного костра среди друзей и знакомых. Поэтому фильм не стремится залезть в душу и не пытается запугать до потери пульса, как это, например, делает Джеймс Ван в своих «Заклятиях». Это вполне обычная и простая история о детских страхах, где даже ночные чудовища выглядят с одной стороны ужасно и противно, а с другой весьма карикатурно и смешно, словно из серии про черную руку из черного гроба в черном городе и так далее. Так что не следует воспринимать данный фильм со всей серьезностью. Это самая настоящая, но при этом качественно сделанная классическая страшилка, и к данному проекту так и нужно относиться. Если этого не принять, то скорее всего вы будете разочарованы, но если поймете авторский замысел, то получите массу приятных удовольствий и приличную порцию различных скримеров, джамперов, бу-эффектов и других разновидностей пугающих элементов современного хоррора.


Если говорить о героях картины, то они по причине недоработанного сценария выглядят немного неубедительно, но сами актеры сделали все возможное, чтобы их персонажи запомнились в первую очередь своей индивидуальностью. Благодаря хорошему кастингу в каждом из героев есть что-то особенное, притягательное и в то же время волнующее, что приводит к положительным результатам в оценке актерских работ.


Авторы картины не скрывают своей уверенности положительного результата в широком прокате, так как в конце фильма дают конкретный намек на продолжение, явно рассчитывая сделать из этой концепции целую франшизу. Если честно, то почему бы и нет, ведь фильм смотрится хорошо, история понятная и картинка отличная, так что надеемся на лучшее и ждем очередную порцию страшных историй для рассказа в темноте. Приятного просмотра.

P.S. Стоит добавить, если кто не знал, данный фильм является экранизацией страшных рассказов Элвина Шварца, вдохновленных городскими легендами и фольклором 80-ых годов.


Оригинальное название: Scary Stories to Tell in the Dark

Производство: США

Жанр: ужасы, триллер

Режиссер: Андре Овредал («Демон внутри»)

В ролях: Зои Маргарет Коллетти, Майкл Гарза, Остин Зажур, Гэбриел Раш, Дин Норрис, Джил Беллоуз, Лоррейн Туссен, Натали Гэнзхорн, Остин Абрамс, Кэтлин Поллард и другие.

Сюжет: Компании подростков предстоит разгадать тайну зловещих смертей, которые наводят ужас на всю округу. Они должны преодолеть страх, чтобы спасти свой город.

Показать полностью 1
37

Шатун-6. Приёмыш

Чаще всего говорилось о «старых людях». (...) эти «старые люди» «натаскали тут всякого богатства, а потом, как наши пришли в здешние края, эти старые люди навовсе в землю зарылись». (...) Они ходили под землей по одним им ведомым «ходкам» и «знали все нутро». Потом «стары люди из здешних мест ушли».
Может быть, потому, что Полевской завод строился на месте древних рудокопен — «чудских» капаней, здесь были живы рассказы о «старых людях». В этих рассказах «стары люди» изображались по-разному. Одни говорили, что «стары люди» жили в земле, как кроты, а потом засыпали себя, когда в этот край пришли «другие народы»; другие говорили, что «стары люди» брали медь только сверху, а золота вовсе не знали и жили охотой да рыболовством. Предполагалось, что слой земли, на котором жили «стары люди», уже так завален сверху, что до этого слоя приходилось «докапываться». «Докопались до той земли, где стары люди жили, — нет золота. Не на место, видно, угадали».
Бажов П. П. Очерк «У старого рудника».
Дивьи люди живут в Уральских горах, выходы в мир имеют через пещеры. В заводе Каслях, по Луньевской железнодорожной ветке, они выходят из гор и ходят между людьми, но люди их не видят. Культура у них величайшая, и свет у них в горах не хуже солнца. Дивьи люди небольшого роста, очень красивы и с приятным голосом, но слышать их могут только избранные. Они предвещают людям разные события. Рассказывают, что в селах Белослудском, Зайковском и Строгановке в полночь слышится звон; слышали его только люди хорошей жизни, с чистой совестью…
Ончуков Н. Е.
I
Сон был страшным и дурацким одновременно. Снилось, будто я снова в Зачарованном лесу, вокруг ночная мгла, и только звёздный свет беззвучным водопадом проливается сверху. Из тьмы под кукурузо-деревьями вырисовывается силуэт, я приглядываюсь – это Шатун. Он слишком высок, лицо пропадает где-то наверху, а мне лень задирать голову. Он что-то говорит, и я с трудом понимаю, о чём речь: он зовёт меня бороться с Заблудшими.
«Времени мало, Валера, – шепчет Шанин. – Считай, его уже не осталось совсем».
Я хочу ответить, мол, я готов, вперёд, показывай дорогу к Заблудшим, и мы будем бороться. Но слова не лезут из полупарализованного горла, всё тело охватил паралич, и мне даже не страшно от перспективы лицом к лицу столкнуться с этими загадочными монстрами, хотя краешком сознания сознаю, что бояться нужно, иначе...
Иначе будет ещё хуже, чем сейчас.
Громадное тело Шатуна содрогается, он медленно падает ничком, мне под ноги. Падает неслышно, густая тёмная трава гасит все звуки. В спине торчит кухонный нож. Из раны неестественно обильным потоком льётся кровища.
Позади того места, где стоял Шатун, в звёздном свете купается белая фигура Эм. Он ещё не успевает опустить руку, в которой зажимала нож.
«При чём тут Эм? – тяжело думаю я. – Почему она убила Шатуна? Они же... мы же все на одной стороне...»
Ночь кружит вокруг меня хороводом призрачных деревьев и трав... или это кружится моя голова? Я вдруг обращаю внимание, что Эм стоит в чём мать родила и вся перепачкана кровью – то ли Шатуна, то ли чьей-то ещё. Но ни первое, ни второе не смущает её, она улыбается. Затем медленно поворачивается спиной.
А сзади у неё ещё одно туловище – словно огромный паразит прирос навсегда. Это омерзительная тварь, опухшая и уродливая, как утопленник. Она тоже улыбается гнилыми губами...
Я проснулся в просторной спальне на гигантской кровати. Наверное, на таких кроватях снимается порнушка. Ни мёртвого Шатуна, ни симбиоза Эм с монстром, разумеется, нигде нет. Всё чинно и на высшем уровне: чистый и мягкий ковёр, по которому приятно ходить босиком, обшитые деревянными панелями стены, тяжёлые портьеры, две прикроватные тумбочки, торшеры и большая картина с двумя острыми горными пиками.
Вспомнились события последних суток с лишним. Меня привезли в шикарный особняк на окраине города, в предгорьях, на берегу крохотного озерца. Особняк принадлежал Легиону, который, как известно, от безденежья не страдает.
Который сейчас час, интересно? Судя по самочувствию, дрых я долго. Хотя и не так долго, как этой зимой с Берами в пещере. Когда мы с Эм вернулись из Зачарованного леса в свой родной мир (родной для меня, в первую очередь), я после всех треволнений успел только помыться и завалился спать.
Ни часов, ни мобильника поблизости не наблюдалось, я встал, прошёлся по приятному ковру и отодвинул портьеру. За окном виден дворик с елями, невысокий забор и озерцо. Сгущались сумерки – и не утренние, а самые настоящие вечерние. Значит, я проспал часов двенадцать. Немудрено, что зверски хочется жрать.
Я вышел из спальни, прошёл по короткому коридорчику и спустился на первый этаж. Здесь был просторный холл с двумя диванами, софами, журнальными столиками, телевизором и псевдокамином, в котором тлели вполне реалистичные уголья. В уголке на стуле «перезагружался» манкурт Гена, опутанный трубками с алхимической жидкостью, которая заменяла ему кровь. Одна стена холла была полностью стеклянной, за ней в вечерних сумерках открывался красивый вид на озерцо, уже виденное в окне, и ряды молодых елей.
И куда все подевались? Неужели я спал один в целом доме? Без охраны, блин?! Мне бы хотелось побеседовать с Шатуном, рассказать о пережитых приключениях, хотя Эм наверняка вкратце поведала о моих подвигах в Зачарованном лесу. Но про Часовщика и Мару она знать не могла. Да и услышать от Шанина, чем же он всё-таки занимался с Эм все эти дни, я был бы не против. Пора бы нам уже заняться важными делами: найти Схрон, узнать, кто такой Великий Пан, начать войну с Заблудшими, будь они прокляты. Хватит бегать по отдельности друг от друга и заниматься хернёй.
В поисках живой души я снова поднялся на второй этаж. Заглянул в одну комнату – пусто. Во второй была моя спальня. В третью путь преграждала запертая дверь.
Я уже собирался открыть её без стука, как вдруг из-за двери донеслась возня, а потом – клянусь! – недвусмысленный сладкий стон.
– А-а-ах!
Женский голос.
Голос Эм.
Я отшатнулся от двери. Воображение заработало на полную катушку. Они там с Шатуном забавляются, что ли? Или, возможно, она вздохнула во сне? Если во сне, то ей снится чертовски приятный сон...
Я помялся, но так и не постучал. Ссутулив плечи, вернулся в холл, оттуда прошагал на кухню. Кухня в этом домине была соответствующая, просторная, оборудованная по полной программе. Узкий и длинный столик напоминал барную стойку. Я совершил набег на холодильник, достал хлеба, колбасы, тарелку с салатом из свежих овощей и зелени, сыр, банку с баклажанной икрой (холодильник затаривал явно мужчина), тетрапакет с кефиром. Засел за «барную стойку» и принялся пировать.
Минут через десять где-то снаружи заурчал двигатель, заскрипели шины на гравии. Лязгнули стальные ворота. Шатун вошёл на кухню широким шагом, остановился, оглядел меня с головы до ног.
– Проснулся, наконец-то? Ты полсуток дрых.
Я дожевал сэндвич, мрачно глядя на Шатуна. Получается, это не он там с Эм? Может, ей и впрямь снится сладкий сон? Как-то слегка полегчало при этой мысли.
– Ерунда для того, кто дрых пять месяцев в тайге, – проворчал я.
Шатун неспешно насыпал в кружку быстрорастворимый кофе и залил кипятком из чайника. Сел по другую сторону «барной стойки».
– А ты загорел, Валера.
Я посмотрел на свои запястья. Действительно, загар налицо. И на лице. Это после беготни по Зачарованному лесу, конечно.
– Хорошо ещё, что не сдох, – хмыкнул я. – Эм рассказала, где меня нашла?
Шатун кивнул.
– Где она, кстати? – поинтересовался я.
– Я почём знаю?
Допив кофе, он поднялся и вышел в холл. До меня донеслись хлюпающие звуки – это Шанин извлекал трубки из жил Гены. Эти звуки уже давно не портили мне аппетит. Ко всему привыкаешь.
Со стороны лестницы послышались голоса. Кто-то спускался. Дожёвывая остатки ужина, я вышел в холл вслед за Шаниным и столкнулся с Эм и каким-то незнакомым парнем лет двадцати пяти. Они оживлённо переговаривались и то и дело смеялись. На Эм была легкомысленная розовая футболка с Микки Маусом и аляпистые шортики, открывающие аппетитные гладкие ножки. Парень был в потёртых джинсах и приталенной рубашке навыпуск с закатанными до локтей рукавами. На меня пахнýло запахом волос Эм, и это был как удар под дых.
Кусок колбасы вывалился у меня изо рта и мягко шлёпнулся на пол. Ну ни хрена себе! Значит, стон мне не померещился!
– Привет! – радостно сказала Эм при виде меня. – Ты выспался, Валера?
– Спал бы и дальше, да стало шумно, – выдавил я с вымученной улыбкой.
Похоже, Эм сразу поняла, на что я намекаю. Но ничуть не смутилась.
– Мы старались не шуметь. Кстати, это Вадим. Или просто Вадик. Он бифуркатор, как и ты. Когда-то вместе с Бояном он нашёл меня в лесу. Он умеет входить в мой мир.
Вадик расплылся в улыбке – насквозь фальшивой, как мне показалось, – и протянул руку. Я пожал её с излишней силой. Я хоть и младше Вадика-бифуркатора и дрыщ, но силушкой не обделён. А Вадик тот ещё дохляк. Правда, Эм в нём всё же что-то нашла...
– Уверен, он умеет входить не только в твой мир, – не удержался я от очередного ехидства.
Шанин, который закончил с Геной, хихикнул. Манкурт выпрямился во весь немалый рост и замер в ожидании приказаний.
– Ору с тебя, так кажется, сейчас говорят? – негромко произнёс Шатун у меня за спиной.
Эм то ли не поняла юмора, то ли сделала вид, что не поняла. Вадик был слегка смущён, но не слишком. В сущности, чего им смущаться? Если они пара, то вправе делать всё, что заблагорассудится.
Однако я прямо-таки кипел от злости. Нагловатая рожа Вадика меня бесила. Живи во мне тот дух, которого изгнал Шатун, я бы из этой рожи сделал кровавую колбасу...
Это что, ревность?!!
– Он не такой древний бифуркатор, как ты, – дружелюбно сообщила Эм. – Но в пять миров войти способен. Он приехал, чтобы научить тебя ходить между мирами. Открывать Тёмные тропы. И найти Схрон.
– Позже, – оборвал её посерьёзневший Шатун. – Синицын объявил новый набор сиделок, времени ждать нет.
Мне вдруг вспомнился сегодняшний сон. «Времени мало, Валера. Считай, его уже не осталось совсем». Почему же мне приснилась Эм, убившая Шатуна? Подсознание намекало на её предательство? Только она предала не Шатуна, а мои подростковые ожидания... Вот и не верь после этого снам.
– Это вы о чём?
Шатун мотнул головой в сторону кухни. Не сговариваясь, мы уселись возле «барной стойки». Гена остался в холле. Шатун опёрся о стол обеими локтями, Вадик присел на краешек стула поодаль, Эм закинула одну ногу на другую с вызывающим видом. Возможно, она вовсе не пыталась выглядеть вызывающе, ей просто было наплевать на то, как она выглядит и какое впечатление производит на окружающих. Всё-таки большую часть жизни она провела среди говорящих зверушек. Я вдруг остро ощутил, насколько она чужда нашему миру.
– У нас для тебя есть задание, – без экивоков сообщил Шатун. – Ты с ним должен справиться лучше всех.
Я поджал губы.
– Почему лучше всех?
– Потому что ты в бегах и розыске.
Я отодвинул тарелку, с которой машинально брал кусочки помидоров и огурцов. Надо же, какие новости. Даже не знаю, радоваться мне или страдать. Эм с этим треклятым бифуркатором выбили у меня почву из-под ног, и я никак не мог включить мозги. А чего я, собственно, хотел? Что Эм останется невостребованной, пока в её жизни не нарисуется Валерий Тихомиров?
– Та-а-ак, – протянул я. – С розыском ещё разберёмся. Что за задание? Открыть новый мир? Схватить какого-нибудь Жуткого? Убить человека?
От меня не укрылось, что все присутствующие быстро и, как им казалось, незаметно переглянулись.
Шатун блаженно улыбнулся.
– Нет. Тебе нужно подружиться с Заблудшим.
II
Я собрался было криво ухмыльнуться, мол, юмор оценил, сказать какую-нибудь остроту, но физиономии у всех были слишком серьёзные, смотрели они на меня выжидающе и немного напряжённо.
– Не понял?..
– Ну, не совсем Заблудшим, – поправился Шатун. – Расскажу по порядку... Почти пятнадцать лет назад одна состоятельная пара, Леонид и Мария Иваненко проиграли игру с Детьми-из-Тьмы. У обоих на запястьях выступили Чёрные метки.
Я насторожился. Про Детей-из-Тьмы наслышан был немало. Это организованные Жуткие, что в природе встречаются довольно редко. Поэтому они и опасны. Предположительно, действуют под эгидой Заблудших и ведут странную игру – убивают людей по заказу. Но не требуют оплаты. Согласно правилам игры, каждый игрок имеет определённое количество очков, которое может потратить на «заказ» неприятеля, но если неприятель по каким-либо причинам ухитрился избежать нападения Детей, очки отнимаются у заказчика и прибавляются жертве. В дальнейшем набравшая очки жертва сама может стать заказчиком и расквитаться с врагами с помощью тех же Жутких Детей. Человек, которого «заказали» у Детей-из-Тьмы, получает знак на коже руки – Чёрную метку. Если же Дети добрались до жертвы, она исчезает без следа, трупов эти Жуткие не оставляют.
– Они, понятное дело, знали, что сбежать от Детей-из-Тьмы не получится, – продолжил Шанин, не дожидаясь моей реакции. – Но у них был трёхлетний сын, и они очень хотели спасти хотя бы его. Потусторонние Детишки обычно расправляются со всей семьёй.
Взгляд Шатуна на мгновение стал тоскливым. Я напомнил себе, что по-прежнему не знаю, что случилось в прошлом моего напарника и опекуна. Когда-то он заикнулся, что был в страшной депрессии, когда попал к Берам. Дети-из-Тьмы убили его семью, что ли?
Он достал из кармана неизменного плаща флакон и быстро брызнул спрей поочерёдно в обе ноздри.
– Супруги Иваненко имели кое-какие связи среди Жутких. Знаешь ли, почти все те, у кого есть власть и деньги, так или иначе связаны с миром Жутких. Среди знакомых Иваненко был один татуировщик, который сделал ребёнку крохотное тату – охранный символ. Символ Заблудших.
Из другого кармана Шатун извлёк телефон и показал мне фотку на экране. Я увидел нарисованный в примитивной компьютерной программе причудливый знак: что-то вроде заглавной «А», скрещённой с латинской «W».
– Этот символ всегда срабатывает? – спросил я недоверчиво. – Почему они себе такую татуху не набили?
Вадик и Эм не шевельнулись, чтобы поглядеть на рисунок. Видели раньше, значит. Я вдруг заметил, что у самого локтя Эм находится подставка с кухонными ножами. Опять вспомнился сон. Нет, глупости, это просто сон, а я внушаю себе всякую ерунду...
– Участникам игры, тем более обладателям Чёрной метки это не поможет, – ответил Шатун. – Да и срабатывает не всегда. Но в случае с маленьким Юрой Иваненко сработало.
– Уникальный случай, – встрял Вадик. – У нас в ОРКА о таком не слыхали.
Я его проигнорировал.
Шанин продолжил:
– Когда Дети-из-Тьмы явились по душу Леонида и Марии и убили их, то увидели символ покровительства Заблудших на руке малыша. Они его забрали с собой.
– Куда?
Шатун пожал плечами.
– В подземный мир, надо полагать. Никто не знает точно, где обитают эти таинственные Жуткие.
– Или в параллельный мир, их же много! – с энтузиазмом предположила Эм.
Я её тоже проигнорировал.
– Возможно, – согласился Шатун. – Так или иначе Юру взяли на воспитание Заблудшие, и четырнадцать лет он рос, как Маугли, вдали от обычных людей. Только вместо Багиры и Балу у него были Бугимен и Ктулху в качестве друзей.
Наступила пауза.
За окном изрядно потемнело, время близилось к полуночи. Во дворике под ёлками тускло горели синие электрические огоньки, на склонах гор вдали светились окна домов. Кухня освещалась невидимыми источниками приглушённого света. Я пытался представить, каково это – расти среди бабаек. Кем они его пугали, когда он баловался? Людьми? Котятами и щенятами?
– А откуда вы знаете, что его воспитывали именно Заблудшие, а не сами Дети-из-Тьмы?
– Мы не знаем точно. Но есть информация, что Дети по-любому отдали бы ребёнка своим тёмным покровителям. Они... несамостоятельны. Как, собственно, и любые другие дети.
– На фига им этот геморрой – нянчиться с сопляком?
– А ты подумай сам, – сказал Шанин.
Я уставился на него. Кажется, он на полном серьёзе считает, что мои мозги достаточно развиты, чтобы решить такую задачку. Ну что ж, попробуем. Зачем мрачным и потусторонним жителям подземных глубин вытирать сопли малолетнему отпрыску жителей поверхности? Я перевёл взгляд на бифуркатора Вадика, потом на Эм. Она смотрела на меня во все глаза.
У неё другие представления о морали... Она тоже Маугли, она выросла среди полуразумных существ другого измерения – писклявых псевдозайцев, огромного волка и привидений – и много лет была лишена нормального человеческого общения. Не будь она Жуткой...
Стоп.
– Юра Иваненко был необычным человеком, да? – спросил я. – Он был Жутким, верно? И таким, что понадобился зачем-то Заблудшим?
– Точняк, – Шатун кивнул. – Несколько месяцев назад его нашли в одном отдалённом заброшенном канализационном коллекторе. Он был голый, худой, бледный, боялся света и людей. В СМИ особого шума не было, все решили, что это просто шизофреник, который прятался в канализации, пока окончательно не спятил. Мы с тобой, Валера, в это время были в гостях у Беров.
– Понятно.
– Из больницы его забрал некто Игорь Михайлович Синицын, пожилой бизнесмен и бывший врач, сейчас он владелец сети центров репродуктивного здоровья. Он дружил с четой Иваненко. Увидел тату у пацана, догадался, кто это. Принял Юрия под своё крыло и обустроил для него все условия дома. Об этом мы с Хулиганкой... с Эм... узнавали все эти дни.
«Наконец-то меня просветили», – подумал я. А вслух сказал:
– Я тоже без дела не сидел. Познакомился с одним симпатичным Жутким старичком, который борется со злом. Выгнал из нашей реальности Мару – это такая мерзость, высасывающая из людей силы. Попал в параллельное измерение... Ну, да всё это мелочи, даже рассказывать не стоит. Зачем этот Маугли понадобился Синицыну? И почему Заблудшие его выгнали?
– Доподлинно неизвестно. У Синицына напрямую не спросишь – спугнём. У него насчёт парня явно есть планы. В его доме отличная охрана, поэтому незваным гостем просто так не заявишься.
– Заблудшие парня не выгоняли, – снова встрял Вадик. – Они его нам подбросили.
Дело становилось всё интереснее. Я даже забыл, что игнорирую бифуркатора.
– Зачем подбросили? – спросил я его.
Вместо Вадика, уже открывшего рот, ответил Шанин:
– Это предстоит выяснить тебе, Валера.
– Мне?! Я, конечно, умею взламывать простые замки, но с современными сигнализациями вряд ли справлюсь...
– Дело в том, что Синицыну нужна сиделка для этого приёмыша Заблудших. Профессиональных сиделок и медиков привлекать он не хочет, боится огласки. По этой причине объявлений в газетах или интернете размещать он не стал. Он ищет молодых людей мужского пола, которые по каким-либо причинам не склонны к болтовне.
Я почесал затылок, потом щёку.
– Например, судимых или скрывающихся от следствия?
– Верно. У Синицына широкие связи и в криминальном мире. Он запустил информацию, что ему нужен работник, уже выстроилась очередь, потому что оклад весьма достойный. Но, похоже, не все проходят отбор-собеседование. Игорь Михайлович был бы последним дураком, если б принял на работу первого встречного зека – клептомана или убийцу.
– А почему ему нужен именно парень?
Шатун пожал широкими плечищами.
– Не знаю. Вероятно, чтобы справиться с приёмышем, в случае чего. Но не исключено, что приёмыш боится женщин. Мы так поняли, что Синицын хочет, чтобы у приёмыша был нормальный собеседник, компаньон, так сказать, пусть из криминального мира. Сам он этим заняться не может, слишком занят, а охране не доверяет, судя по всему, такое интеллектуальное дело.
Снова повисла пауза. Я думал, и никто мне не мешал.
– Откуда вы всё это узнали? – спросил я наконец.
– У Хулиганки есть некоторые способности к телепатии, а у Бояна – к хакерству. Ну, и я умею неплохо маскироваться и вести наружную и внутреннюю слежку.
Я почесал другую щёку.
– Значит, моя боевая задача – внедриться в стан врага, выяснить, зачем Заблудшим приспичило подбрасывать нам своего приёмыша, зачем этот пацан понадобился Синицыну, и завалить обоих, если есть опасность?
Про «завалить обоих» я сказал в шутку, ясное дело, хотелось порисоваться перед Вадиком и Эм, показать свою разухабистость. Мол, я на всё готов. Однако никто не улыбнулся, не было даже крохотной насмешливо-понимающей усмешечки.
– Сначала выясни их резоны, – сказал Шанин. – Потом будем действовать по обстоятельствам. Ты явишься к Синицыну под своим именем. С тобой будет человек по прозвищу Бурый, он – твой приятель, именно он тебе сказал, что Игорю Михайловичу нужен помощник. Синицын проверит, тот ли ты, за кого себя выдаёшь, и какие дела на тебе висят. Он поймёт, что ты не врёшь, потому что ты не врёшь. Бурый – член Легиона, но Синицын до этого не докопается при всём желании. Также Синицын постарается выяснить, по-прежнему ли ты психически неустойчив. Он не захочет иметь дома буйного шизофреника, будь уверен, поэтому ты должен убедить его в своей нормальности. Не думаю, что это будет сложно. Полный псих не смог бы скрываться от властей целых полгода. Когда выяснишь, что к чему, сворачивай миссию, дальше мы с Бояном будем действовать сами.
Я шёпотом выругался – довольно витиевато, как это делал мой папаша в изрядном подпитии. Большой мастак он был сквернословить. Интересно, способен ли он сейчас ворочать языком? Жив ли вообще? Наверняка Шанин в курсе, но спрашивать как-то желания нет.
– С чего начнём? С разучивания моей легенды?
Шанин покачал головой. Длинные волосы разметались по плечам.
– Легенда – ерунда. Важнее то, что предыдущие няньки отчего-то все сбежали и, кстати, даже оплату не взяли. Видимо, приёмыш их чем-то напугал... Но ты, Валера, должен выдержать.
– Ради большого оклада выдержу, куда ж деваться? – пробурчал я, хотя в груди неприятно захолонуло. Чем мог сопляк напугать тех зеков и преступников, которых привлекал к работе Синицын? Он много лет прожил среди Заблудших, неизвестно, осталось ли в нём что-то человеческое.
– Не сомневаюсь. У тебя закалённая психика. Ты живёшь среди Жутких, побывал в параллельном мире, зимовал с Берами. Не думаю, что приёмыш сумеет тебя напугать.
Он хихикнул и снова впрыснул в ноздри дурь. Глаза у него сузились, остекленели, рот между усами и бородой растянулся до ушей.
– Чтобы ещё больше укрепить его психику, – сказала Эм, – мы можем...
– Нет, – внезапно перебил Шатун совершенно трезвым голосом. – Мы не можем ничего использовать дополнительно. Расспросы бывших нянек не принесли пользы, не забывай. Они все как один утверждают, что в гробу видели такую работу, вроде как «ребёнок» слишком трудный и балованный. Они слишком напуганы. И они лгут. Но ты, Валера, крепче – я уже говорил это!.. Придётся действовать на свой страх и риск. Ситуацию я тебе объяснил. Заставлять и принуждать тебя не буду, но скажу, что данные о Заблудших нам нужны позарез. Сейчас это даже важнее, чем поиски Схрона. Ты согласен рискнуть?
Я вздохнул. Ситуация ясна. Окончательный выбор за мной; я, конечно же, соглашусь, и вся ответственность за последствия тоже окажется на мне. Шатун – сущий манипулятор, даже под веществами. Впрочем, я был уверен, что, если откажусь, Шатун не станет настаивать.
Шанин прищурился, поглаживая бороду. Эм вопросительно глядела на меня огромными потемневшими глазами, время от времени переводя взгляд на Шатуна. Вадик скорчил безразличную мину. Гена стоял в холле прямо за открытой дверью, и ему было насрать на наши проблемы.
Мне вдруг пришло в голову, что Гена – олицетворение большинства людей. Он манкурт, который делает, что ему говорят, не принимает никаких решений, и ему пожизненно срать на всё и вся. Да и на себя тоже.
Я ведь не манкурт?..


Продолжение в комментариях

Показать полностью
33

Эй, толстый! Четвертый глаз. 79 серия

Эй, толстый! 1 сезон в HD качестве


«Дастер» с тремя долбоебами катил по МКАДу.
Тоха за рулем был, вроде, спокоен. Но заебывал посредством радио. Перескакивал с волны на волну. Только начиналась хорошая песня – тут же переключал на какое-то говно.
Кастет сидел сзади и вообще молчал. Хуй проссышь, в каком настроении.

А Вовасий пытался думать. Вернее, даже не думать, а собрать в кучу мозги. Потому что связи с полученным заданием (забрать у бабы мальца) и достигнутым результатом (убийством старого недруга) не было никакой.

Вовасий мысленно выстраивал драматургию их возвращения. Вот возвращаются они, а Пусси Пусс злющий стоит с сигарой у бассейна.

ПУССИ ПУСС: И чо, где мальчишка?
ВОВАСИЙ: Понимаете, мы пришли к подъезду, провели ре-ко-гно-сци-ровку. И тут на нас напали! Напали?
ПУССИ ПУСС: Напали?
ВОВАСИЙ: Да. Мы отбивались, завалили одного. И поняли, что надо съебывать. То есть, извините, ретироваться.
ПУССИ ПУСС: Вы кровавые долбоебы. Я вас посылал не мочить неизвестных людей, а привезти мальчишку. Где он, блядь?

Занавес. Пинок под зад.
Понятно. Надо по-другому.

ПУССИ ПУСС (с сигарой, у бассейна): И где мальчишка?
ВОВАСИЙ: Никого не было дома.
ПУССИ ПУСС: Вот зачем ты мне пиздишь, уебище? Эта телка тебя ждала-ждала, чтобы пацана отдать. Мы же с ней – кенты, алё. Вы что, настолько уебаны, что даже по адресу приехать не можете?

Занавес. Пинок под зад.

Но второй вариант был все же предпочтительнее. Может, Пусси с той бабой и не созванивался? Может, и поверит этой версии.

А про мокруху молчать надо.
– Слышьте, пацаны, молчим про мокруху, – сказал Вовасий вслух.
– Ну, ясен хуй, молчим, – ответил Тоха. – А ты чо, рассказывать об этом собрался?
– Я? – возмутился Вовасий. – Ничо я не собирался.
– Пиздец я с тебя хуею, – качал головой Тоха. – Ты вот, получается, еще и думал: «Сказать ли, нахуй, начальнику, что мы вальнули человека?» Хотел ведь сказать?
– Да ни хуя я не хотел, – отпирался Вовасий.

Но без должной убедительности. Хотя секундочку! Почему это он оправдывается? И перед кем? Тоха что – главный теперь в их толпе? Ну, охуеть! Хотя происходящее действительно походило на переворот. И что с этим делать?

– Так, я ссать хочу, – сказал Вовасий.
– Э, да ты охуел? Щас приедем – поссышь, – очень нагло сказал Тоха.
Невероятно нагло, чего уж там.
– Да это Вова Пусси ссыт, – сказал сзади второй горе-киллер.
Эге! Значит, он тоже против Вовасия.
– Я. Просто. Хочу. Ссать, – максимально членораздельно произнес пока-что-предводитель.
– Ты, да поехали на базу.
– Сейчас, блядь! Немедленно! Вон, у «Икеи» останови. Я туда схожу.
– Да это пиздец! – возмутился Тоха. – Это пока туда заедем. А потом ждать тебя.
– А ты так торопишься? – ехидно спросил Вовасий.
Его подсознание уже приняло какое-то решение. Но разум предводителя пока что его не постигал.
– Да поехали! – сказал Кастет.
– А ты там, блядь, что раскомандовался? – спросил Вовасий. – Что, в старшие потянуло? Ну, иди с Пусси побазарь тогда. Я не против.

А у Тохи в голове крутилось какое-то решение. Стал въезжать, что, типа, неприятный разговор с боссом надо оставить Вовасию. А, значит, пока что получается, что он остается их командиром.
– Ладно, – сказал он, выворачивая к «Икее». – Только давай порезче там.

Больше всего Вовасий опасался, что кто-нибудь из долбоебов увяжется за ним. Кастет, например, может за компанию пойти.
Но обошлось. Долбоебы решили поиграть в крутых перцев. Мы, типа, не ссым. Мы, типа, суровые как Чаки Норрисы.
Отлить Вовасию действительно хотелось. Но не так, чтобы очень-очень. Ему надо было подумать, проанализировать тревожные предчувствия.

А они были. Очко играло, как крокодил Гена на гармошке. Это было томительное чувство пророческой природы. Это было предвидение больших пиздюлей. Чувство, в общем-то, знакомое. Оно и раньше возникало. Но в силу неопытности, несообразительности и стадного инстинкта Вовасий неизменно пиздюлей выхватывал. Так, может, пора положить конец? Остановить вращение этого порочного круга?

«Ты гонишь, братэлло! – бормотал здравый смысл. – Там никто не в курсе, что вы человека вальнули. А что пацана не привезли – так долбоебом прикинься. Глядишь, и пронесет. Не за что тебя пиздить!»
Но подсознание было уверено в обратном – пиздюли будут. И большие, этапные.


Уже в сортире Вовасий понял, что пора прекращать плыть по течению. Надо становиться хозяином своей судьбы. А поэтому прямо сейчас надо съебываться на хуй. Подальше от этих кровавых неудачников. Валить. Телефон выключить. А завтра? А завтра прийти, как ни в чем ни бывало. Ну, или по ситуации. Утро вечера мудренее, в конце концов.
Теперь проблема заключалась только в том, как бы понезаметнее выйти из «Икеи»?

Шанс представился. Рабочие вывозили на тележке громоздкий ящик. Вовасий пристроился сбоку. Ящик прикрывал его от долбоебов на автостоянке. Затем Вовасий, не торопясь, не привлекая к себе никакого внимания, отправился в противоположную от «дастера» сторону. Вышел на остановку транспорта. Как раз подходил автобус до Речного вокзала.

«Опять туда», – подумал Вовасий. Это было опасно, но гораздо лучше, чем если бы он поехал к Пусси Пуссу.

Покинувший свой отряд предводитель вошел в салон. Вскоре закрылись двери, и автобус начал стоять в пробке на выезд.

На душе у Вовасия было ощущение того, что он все сделал правильно. Хотя, если смотреть по понятиям, то совсем наоборот. Но ощущение истинности избранной дороги не покидало. Вскоре долбоебы начали названивать.

«Звоните, звоните», – думал Вовасий, убирая звук на телефоне.
Он выглянул в окно. Машина с дебилами уже скрылась из виду.

С крыш «Икеи» взлетал вертолет. А под ним, на веревочной лесенке, болталась человеческая фигурка.

***

Ебанутая пластмассовая чикса, наконец, получила ответ на свой говняный вопрос и отвалила от Ромы.

Да, Пусси Пусс сдал Лену с ее логовом свинского сабспэйса. Рэперу было неудобно. Но, по большому счету, судьба Лены и то, что она скажет, не волновала Пусси Пусса. А волновало его то, что его опустили перед клевыми пацанами и телками, что и гостей, и охрану (на которую Рома охуеть, как тратится) загасили и обезвредили . И эта пластмассовая жаба – она очень сильно унизила Рому перед людьми. Такое не прощается.

Но и это не было самым страшным. По большому счету, Роме было срать на всех сегодняшних людей. Все они были, по большому счету, нулями, все от Пусси чего-то хотели. И будут еще хотеть.
НО ВОТ ЧТО ДЕЛАТЬ, БЛЯДЬ, С НАДПИСЬЮ?! ЧТО?!

Ведь надо понимать, что тело Пусси Пусса – это золотая миля. Здесь могла бы быть ваша реклама, йоу! А что делать, если на самом пиздатом месте появилась бессмысленная и уродливая надпись «ЛО»? Вот что это за ёбаное «ЛО»? Ладно бы еще по-английски. Но по-русски! По-русски! Если бы на лбу у Пусси Пусса вдруг вырос хуй, он бы пережил это, стал бы еще круче. Но надпись «ЛО» – это пиздец всему. Ее никак не обыграешь.

«Лондон, – пришло в голову. – А чо, пиздатый город. Я там был. Лондон – ништяк. Правда, непонятно, с какого хуя я этому пиздатейшему городу признался в любви у себя на лбу? Вот журналисты спросят: «Чувак, чо это за Лондон у тебя на тыкве?» А что я им скажу? А я им скажу, что Путин заебал. Точняк. Скажу, что это протест такой, нахуй. Скажу, что я, типа, признаюсь в любви британской столице, потому что они клевые. И валю в Лондон. Точняк».

На этом Рома Пусси Пусс обрел спокойствие. Но, правда, освобождать его никто не спешил. Рома так и сидел прикованным к креслу.

– Э, чо за хуйня-то? – спросил Рома у ближайшего агрессора – огромного мужика, похожего на трансформера. – Вы кто вообще?
Мужик мутно и страшно посмотрел на Рому. Во взгляде плескалась ненависть. Йоу, этот чувак явно не желал Роме добра.
– Заткнись нахуй, – сказал трансформер. – А то уебу.

Рома понял, что этот тип может и привести угрозы в действие. И вообще – что им надо? Откуда они взялись? Рома думал, что они работают на пластмассовую бабу. Но та куда-то делась, изуродовав Роме практически пол-башки. И вы хотите сказать, что это – еще не все проблемы? Неподалеку стоял и еще один гость – похожий на Гитлера. Извилистый дрищ. Он говорил с кем-то по телефону.

Так прошло хуй его знает, сколько времени. А Рома перебирал, кто бы мог на него наехать? Несколько часов назад они говорили с Глебовичем. Жиртрест тоже спрашивал про того мальца. Так что, выходит, что кабан этот вонючий на Рому братву наслал? А с какого вообще хуя? Рома здесь-то причем? Он этого пацана и в глаза не видел. Это Ленка его как-то подставила под мутный расклад. Вот же пизда! Да правильно, Рома ее пластмассовой сдал. Вот надо же так подставить!
А время все тянулось, и гости начали мерзнуть в бассейне, стонали поверженные долбоебы из охраны.

«Сука! В первый раз они пригодились по-настоящему, как тут же обосрались! – думал Пусси Пусс. – Разгоню всех! Нахуй! Жопорукие бестолочи!»

И тут стало что-то происходить. Над домом завис еще один вертолет, стал снижаться, а потом сел на лужайке, рядом с первым.

Когда вращение пропеллера прекратилось, вышли крепкие парни в черных костюмах, а за ними грузно вывалился жиртрест. Он уже еле ходил, этот человек из сала. Он засек Рому и направлялся к нему, глядя на него, как на говно.

Два охранника быстро разложили складное кресло, и Гавриил Глебович рухнул в него. И снова посмотрел на Рому, как на говно.

– Что-то случилось, большой человек? – спросил Рома.
– Случилось, – кивнул десятками подбородков человек из сала.
Он смотрел Роме на лоб.
– Поздравляю, – сказал олигарх. – Разукрасили на славу.
– Ты еще за это ответишь! – заклокотал Пусси Пусс.
– А при чем тут я?
– Эта баба! Она работает на тебя!
– Она не работает на меня. Когда-то, очень давно работала. Я ее с тех пор вообще не видел.
– То есть, она прилетела на твоем вертолете, не работая на тебя? Ха!
– Так получилось, – сказал олигарх. – Всякое в жизни бывает. И люди, случается, гибнут. Притом, лучшие. По чьему-то приказу.
– Э! Ты что имеешь в виду? – заволновался Пусси Пусс. – Я вообще-то ни про какую гибель ничего не знаю.
– Твои люди убили моего лучшего человека, – сказал Гавриил Глебович. – Я хочу знать – зачем? И еще я хочу знать – кто приказал это сделать?
– Йоу, большой человек! – сказал Пусси Пусс. – Я очень тебя уважаю. Ты сам это знаешь. Зачем бы мне убивать твоих людей?
– Я тоже этого не знаю, – сказал олигарх. – Однако вот тебе факты.

Он показал Роме фотографии. Пусси Пусс с содроганием, переходящим в отвращение, узнал двух из трех долбоебов, которых он послал сегодня на Речной. На фото тот, которого звали Тоха, словно бы бил под дых согнувшегося седоватого мужика в черном костюме. Казалось бы, просто кулаком хуярил. Но над сжатыми пальцами угадывался металлический блеск. Мужика в костюме резали. Делали это долбоебы, которым Пусси Пусс платит деньги.

– Я их не знаю, – сказал Рома. – Это – не мои люди, большой человек. Все мои люди – здесь. Твои ребята их уделали в честном бою. Но можешь проверить, среди них нет тех ублюдков, которых ты мне показывал.
Олигарх открыл скрин из «Контакта» – со странички долбоеба Тохи. Он и два его приятеля стояли рядом с Ромой.
– Ты продолжаешь утверждать, что не знаешь этих людей?
– Хорошо, – сказал Пусси Пусс. – Я их знаю. Но я с ними – уже не работаю. Я их уволил. За долбоебизм. Я дам тебе их адреса. Но я здесь – не при чем, большой человек.

У ворот раздались автомобильные гудки. Кто-то приехал и требовал открыть ворота. Ощущение необратимой катастрофы наполнило Пусси Пусса. Мир заполнился пиздецом. Во двор въехал «дастер», а оттуда вышли два ухмыляющихся долбоеба – Тоха и Кастет.

– Йоу, босс! Мы вернулись! – крикнул Тоха.
– То есть, они у тебя – не работают? – спросил Гавриил Глебович.
Долбоебов быстро и технично повалили на землю, вывернули им руки и сковали наручниками.
– Продолжаем разговор, – сказал Гавриил Глебович.
Он был очень зол. Просто очень. И ничего хорошего Пусси Пуссу он не желал.


Продолжение следует...

Показать полностью
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: