123

Великолепный Алексей Юрьевич

Вспомнилось мне про одну из операций.
Их уже было где-то с десяток, и подустала я немного. Ведь даже оловянные солдатики имеют запас прочности, что уж там говорить про среднестатистическую женщину, каковой я и являюсь. Причём в стремлении наших медиков быстро и качественно исцелить меня, я не могу заподозрить категорически. Хотя и откровенного саботажа тоже не было.
Итак, десятая или одиннадцатая операция, я уже, так сказать больной с опытом, практически профессиональный военный, в смысле больной, в смысле ветеран войны за выживание.
Первые три-пять операций были очень большими – часов по 5-6, и, соответственно, надо поскорее встать на ноги, чтобы не было пролежней, и вообще дети дома ждут. Поэтому у меня сформировался определённый стиль поведения в больнице.
Отвлекусь, чтобы пояснить два момента, которые основательно повлияли на общую картину. Первое, я лежала в палатах по 6-8 человек и убирала за бабушками судна, подносила попить и видела как раздражаются и врачи, и медсёстры и уж, конечно, нянечки от немощности человека. Мне хотелось испытывать этого недовольства на себе как можно меньше.
А когда лежала в клинике в Москве, случайно услышала правило: если после операции больной не отказывается от еды, то его не стоит держать в реанимации. А в реанимации, доложу я вам, не стоит задерживаться. В палате девчонки, разговоры, что сильно скрашивает больничные будни, а в реанимации лежишь голым под простынкой в смешанной женско-мужской компании, ни поболтать, ни послушать, да ещё и кое-кто из соседей норовит умереть. А я не люблю наблюдать этот неизбежный, но от этого не становящийся более спокойным или там приятным процесс.
Итак, я после операции в палате. Первый день я проспала, на второй уже и морсика дерябнула за здоровье своё и близких. А надо сказать, что на этот раз пришлось удалить часть тонкого кишечника, операция оказалась довольно трудоёмкой.
Говорят, хирург - молодой, перспективный и интеллигентный Алексей Юрьевич даже матерился в сторону тех, кто трудился надо мной ранее и, видимо, сделавших не всё так, а вернее всё так, что я скоро бы … ну, вы понимаете.
Алексей Юрьевич потрудился на славу и, естественно, хотел, чтобы я помогла ему закрепить результат, а я и не против. Я делала всё то, что он скажет.
Кстати, ещё чуть отвлекусь. После операций оставляют шланг из тела, через который выходит сукровица послеоперационная.
На третий день после большой полостной операции, (по моей личной традиции кое-что вырезано, но в общем-то самое необходимое есть. В смысле вроде бы соображаю. Всё понимаю.) Алексей Юрьевич разрешил мне встать, да что там встать, потихоньку ходить. Я восприняла это с восторгом и, конечно, услышала ключевое слово – потихоньку.
Как правило, все больные любят поговорить с домашними или с друзьями или с какими-то близкими людьми, это всё положительно сказывается на самочувствии и, в конечном счёте, на выздоровлении.
Сотовых телефонов почти не было, и к таксофонам на каждом этаже больницы были очереди, поэтому опытные больные старались подобрать нестандартное время, чтобы поскорее снять трубку и подольше поговорить. А то трудно получить удовольствие от общения, если рядом пару человек "бьют копытом" от нетерпения и раздражения. И ведь, что характерно, дорываясь до телефона, перестают понимать как долго он сам-то говорит, и чего это все нервничают. Кошмар, как много надо делать отступлений, как много надо пояснять! У меня отступлений больше, чем основной части повествования.

Итак, на третий день после шестичасовой операции на брюшной полости мне разрешили потихоньку ходить, и я решила позвонить домой.
Сползла я с кровати и. придерживая трубку, потихоньку вышла в коридор. Голова закружилась, и я с тоской посмотрела – какой же он длинный. Ну, да ладно, я же потихоньку. Дошла до лестницы, где телефон и с ужасом не услышала гудков! Не работает! Если вы думаете, что выбор был только один - вернуться в палату, то вы ничего не понимаете. Выборов кроме этого было ещё два - вверх и вниз по лестнице.
Только бы не ошибиться – где гарантия, что именно там телефон работает. Я по наитию выбрала верх и не ошиблась. Набрала домашний номер и услышала голос мужа. С радостью сказала: привет и трубка замолчала.
Я уж думала, что-то разъединилось, и тут он заорал: откуда это я звоню? Он не орал до этого на меня ни разу за многие годы, а тут…
Я, сохраняя достоинство, сказала, что звоню из автомата, и он опять рявкнул: ну-ка, быстро в палату.
Чуть не плача отправилась я в обратный путь. Сил нет, энтузазизм опал и, спускаясь по лестнице, я с трудом контролировала ноги-руки, а, когда вышла в коридор, то поняла – не дойду.
И тут, в дверях нашей палаты, увидела Алексея Юрьевича!
Это придало мне силы, и вот я рядом и чуть сзади него. Я ещё пока тащилась по коридору, краем не совсем уже ясного сознания удивилась: чего это он не заходит в палату. Подойдя ближе, удивилась ещё больше. Он пытался заглянуть под мою кровать и, судя по времени, в седьмой раз оглядывал палату вдоль и поперёк. Девчонки безмолвствовали. Тут он оглянулся и, увидел меня. Моя улыбка ему завяла. А, судя по его взгляду, я была близка к насильственной смерти в присутствии шести человек, не считая нас с ним.
Вы знаете, он не заорал, как муж, он громко спросил, звенящим от ярости голосом: где же я … была. Можно было бы и прямо сказать: где же я шлялась, но я протестую против слова шлялась в отношении меня, и не хочу его повторять в отношении меня.
Я сказала, что ходила позвонить. Потихоньку, добавила я, пытаясь его умаслить. Он даже покраснел или побагровел от сильного желания врезать мне по шее. Поверьте, я всё правильно поняла. И даже немного струсила, но не могла понять, что я сделала не так.
Видимо, выдержка была у Алексея Юрьевича что надо. Через несколько минут он смог объяснить мне, что потихоньку – это недалеко, в пределах палаты, не срываясь в галоп и не делая резких движений. И он думал, что человеку после такой операции и объяснять-то ничего не надо, и что здравый смысл наркозом не убивается. Даже шестичасовым.
Конечно, на следующий день после моей ходьбы, вернее моего ползанья с препятствиями, шланг выпал, но слава Богу, сукровицы было мало и вставлять его назад не потребовалось. Алексей Юрьевич провёл операцию мастерски во всех отношениях.
А я, видимо, в его памяти осталась навсегда, Больных у любого хирурга проходят  тысячи, даже всех и не упомнишь или повспоминаешь и всё-таки сообразишь. Меня же Алексей Юрьевич вспоминал без дополнительных усилий со всеми подробностями.
Я же для себя сделала выводы. Первое, я склонна к геройству. Второе, я очень буквально воспринимаю русский язык. И третье, всё хорошо, что хорошо заканчивается.
P.S. Наверно, не напрасно пишут для американцев инструкции , типа, в микроволновке кошек не сушить.

Дубликаты не найдены

+5
Я когда после двухнедельного послеоперационного валяния смог встать, первым делом пополз на горшок. Потому как судно - это сомнительное удовольствие.
раскрыть ветку 1
+6
Да. Я тоже почти не пользовалась этим. Как-то стеснялась.
+4

У нас после операции вставляли трубки вместе с емкостью для сбора вытекающего. Более всего эта емкость напоминала грелку. Старую советскую.

Мне пришлось с грелкой этой сутки жить - и то всякого натерпелся, только привыкнешь - придет уборщица, немного грелку передвинет - и аж в глазах темнеет.. а мужик из нашей палаты удумал - примотал шланг к тулову и на автобус, в деревню съездить на выходные.

Да еще очень хорошим рассказчиком оказался - так живо и в лицах рассказывал, как в толпе ему грелку в дверях защемило и за автобусом пробежать пришлось - чуть в прямом смысле животы в палате не надорвали :)

раскрыть ветку 1
+4
Мне нравятся именно вот такие больные, которые не плачут, а смеются. Даже, если при этом слёзы текут.
+3
Уважаемые господа пикабушники! На мой взгляд - этот пост - благодарность великолепному Алексею Юрьевичу! Спасибо всем тем, кто спасает наши жизни!!!
раскрыть ветку 1
+2
В моей больничной жизни было несколько хирургов за 16-то операций. Я их всех нежно люблю и живу, живу. Но Алексей Юрьевич на особом месте. Многие врачи, в тем более хирурги - циники. Ну, как-то надо ведь защищаться от перегрузок. А Алексей Юрьевич вроде уже опытный хирург, но мне казалось, что он ещё краснеть не разучился. Это лично моё мерило нежности и молодости.
+3

Скажите пожалуйста название операции ( если можно) и место, где это происходило ( город и ЛПУ).

раскрыть ветку 3
+2
С какой целью интересуетесь? Первоначальная операция - лопнула гнойная киста и перитонит. А потом...
раскрыть ветку 2
+2

Сам врач, просто интересно.

раскрыть ветку 1
+3

Длинная история, хотя написана неплохо, вам бы в писатели.

раскрыть ветку 1
+3
Вы мне льстите! Но спасибо! У меня папа был филолог и мне очень нравится богатство русского языка. Нравится пытаться передать словами настоение, картинку. Это моя личная психотерапия.
+2

Про память хирургов:

В далеком 1984 я 10-летний пацан получил травму на футболе. Ну с кем не бывает, похромал да и прошло, но через пару недель началось. Вобщем больничка, остеомиелит верхней трети левого тазобедренной кости. Вылечили без операций, спасибо моим хирургам: лечащему врачу Петрову и зав.отделения Разумову Р.Т.! И продолжилось лечение 2 раза в год осмотр у хирурга и укольчики больнющие. Естественно освобождение от физкультуры.

Но очередной осмотр года через 2 пошёл не по плану: со мной пошла мама, ая обычно ходил сам, т.к. мама в часы приёма была на работе. Как обычно спрашивал про здоровье, восстановление. И тут мама выпалила: да всё нормально с ногой, у него даже по физкультуре пятерка!

Вот тут хирург и выпал...

Вобщем даже бегать запретил.

ЗЫ: выздоровел, рецессий не было. Был лекгоатлетам, на лыжах бегал, плавание, в армии отслужил. Теперь о моей болезни кроме мамы и меня никто не знает, т.к. карточку потеряли.

А с лечащим хирургом раньше часто встречались в городе и здоровались, он всегда спрашивал про восстановление после болезни. Потом он уехал в Белоруссию вроде как, но это не точно.

+2

Этот шланг называется страховой дренаж.

раскрыть ветку 7
0
Для меня он не дренаж, а прям-таки шланг. Уж простите. Имею же я право на капризы и некоторые вольности. А те, кто с этим сталкивался, поймут точно.
раскрыть ветку 6
+2

Я просто прокомментировал. Только и всего.

раскрыть ветку 3
+2
А у нас к шлангу прикреплялась бутылка 400мл, жидкость туда собиралась... И называли это удовольствие "собакой"
раскрыть ветку 1
+2
Да, Вы мастер растянуть даухстрочную ситуацию на целый рассказ. Здоровья Вам.
раскрыть ветку 1
+5
Это же лучше, чем пытаться хапнуть на общедоступных темах. Даже и остросоциальных. Там стоит отсыл к тому, что это рассказ. А рассказы - это всегда много слов, эмоции, краски. И... спасибо, что не ударили.
Похожие посты
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: