ТРафик ограничен или тарифы на магию-2

Начало ТРафик ограничен или тарифы на магию

- Погадать тебе, милая-у? – цыга едва доставала мне до пояса.

- Давай! – смеха ради я протянула руку пернатому недоразумению.

- Пять тебя вижу! – удивила меня гадалка. Не отшатнулась, не удивилась…

- Тааак! – ободрила я ее, продолжая спектакль. Любой пассажир поезда знал, что контролер имеет 4 копии, которые одновременно находятся во всех вагонах.

- Но не те пять, которые ты сегодня… А те пять, которые ты всегда…

А вот это было вообще не смешно. Я вырвала лапу из цепких птичьих когтей. Цыга не успела потребовать ману, да и не стала б делать этого. Настроение пропало. Три цыги оккупировали женщину с детьми, но я за них не беспокоилась – лох не мамонт… А цыгам тоже надо кормить цыглят.

Осталось две зоны и обратный путь.

Магический туман, клубившийся за окнами, потихоньку превращался в магическую бурю… Напитавшиеся маной от пассажиров цыги сбились в кучу в последнем вагоне и напоминали ворон, оккупировавших зимой скамейки в парке. Они щелкали когтями по стареньким планшетам и подкаркивали что-то на своем ромаэльском наречии.

Я, закончив проверку пассажиров и их багажа, аннулировала свои копии (так сказать – пришла в себя) и направлялась в головной вагон, когда внезапный толчок сбил меня с ног и заставил принять коленно-локтевую позу (как говорил Рафаэль, окончивший лечебный факультет), а точнее – я бухнулась на четвереньки и почувствовала, как трансформируюсь полностью.

Я никогда не позволяла серой захватить меня целиком. Даже очнувшись в магической клинике, когда я с ужасом узнала, что при перемещении по нестабильному каналу меня намертво спаяло с частью умирающей собаки, я старалась контролировать свое тело и запрещала жуткому шраму на шее проявляться. Но на голове теперь красовалась серая шерсть и торчали собачьи уши (спасибо, что шавка не была вислоухой). Хвост тоже пробивался, но тем самым обрубком, который украшал зад серой. В общем – хвост был больной темой, граждане, вот так…

Как объяснили мне, отводя глаза, маги-лечебники, вообще чудо, что я выжила. Сказали, что собака выжила тоже, но ее забрали («На опыты, тля буду!» – написал потом Рин). Я представляла себе ее с моей шикарной русой косой, но на этом воображение жутко тормозило и дальше косы на собачьей голове я ничего себе представить не могла.

С друзьями я больше не виделась, к сожалению… Но потом, спустя пару лет, когда в нашем мире появились компьютеры и сеть «Однокурсники», мы начали переписываться в магочате. Все оказались разбросанными по мирам, время везде текло по-разному, потому – общаться часто не получалось, да и не особенно хотелось, честно говоря. Все, кроме Рафаэля. Куда он пропал никто не знал, да и слава Магии. Я неоднократно давала показания по поводу тех событий, вспоминая все мелочи, но отстали от меня лишь через полгода.

Самым большим шоком для меня после выписки из клиники – обнаружить, что тот самый поезд переместился в наш мир. Несколько месяцев подряд его обследовали различные комиссии Ковена, когда могли застать, конечно. Поезд перемещался сквозь миры, исчезая и появляясь в одно и то же время каждые двое суток в одном и том же месте – в парке Академии магии, откуда когда-то мы переместились в мир компьютеров и куда вернулись после транспортно-портальных событий.

Мешок с иномирной техникой был доставлен в лаборатории Академии магии, и, спустя весьма короткое время, у нас появились средства дистанционного общения и электронные библиотеки. Все работало на мане, немагического электричества не требовалось.

Однако мана стала истощаться… Сначала ее перестали использовать для красоты – магические фонтаны сиротливо торчали статуями посреди пустых бассейнов, затем стали вводить тарифы, маны не хватало на за использование в быту. Появились накопители. Поля и сады, ранее плодоносящие круглогодично, гибли от недостатка магии. Расплодились немагические животные – защищаться от них было все сложнее. Стаи волкодлаков нападали на деревни, существа всех рас старались перебираться ближе к городам за каменными стенами.

А поезд продолжал бегать сквозь миры. Он впитывал магию как губка, собирая при перемещении, но механизм перемещений раскрыть никто так и не смог. Однажды он распахнул передо мной двери. Я вошла и провела по поручню рукой, делясь с электричкой маной. Так началась моя работа.

А вот сейчас мы просто куда-то падали. Не стремились вперед, а именно падали сверху вниз. Крики пассажиров остались позади. Я схватилась за поручень у самого пола и начала вливать ману (плевать – казенная или своя! Потом объяснительные, сейчас – спасаем шкуру!) в поезд. Падение замедлилось, появилось ощущение движения вперед. За окнами царила мгла, внутри поезда тускло светились только руны на окнах «Следующая станция «Чароборы».

Новый резкий толчок бросил меня вперед к кабине машиниста. Дверь в нее вопреки обыкновению была открыта и хлопала при рывках.

Я потянулась толкнуть ее, но именно в этот момент поезд рухнул на какую-то твердую поверхность, и я отключилась.

Пришла в себя я в шкуре серой. Именно это, по-видимому, спасло мне жизнь, ибо вокруг меня вагон был раскурочен, как будто какой-то великан рвал его на части, пытаясь добраться до тех, кто внутри. Я лежала на небольшом островке сохранившегося пола вагона, размерами подогнанного словно под меня. Вокруг была оглушительная тишина.

Запоздало я отметила, что именно этот участок пола использовался нами когда-то для создания портала. На подгибающихся лапах я добралась-таки до кабины машиниста. Головой толкнула открывающуюся внутрь дверь.

Рафаэль поигрывая ритуальным кинжалом, периодически вонзал его в какое-то существо, свернувшееся клубком на дне прикрепленной к панели управления клетки. Существо судорожно подергивалось и испускало голубоватое свечение маны. Я отметила про себя русый цвет волос существа, как у меня до…собачьей трансфигурации.

- Ааа, Берната! Ну, вот и свиделись! – вокруг эльфа заклубилась знакомая тьма. Она стекала с Рафаэля и переходила на стены кабины машиниста, связывая его с поездом.

Я попыталась принять свой естественный вид, но из звериной ипостаси так и не выбралась – маны не хватило. Та, что испускало раненое существо, сразу впитывалась в Рафа и передавалась поезду.

- Рафик… Раф… - пыталась произнести я, но выходил лишь собачий лай.

- Рафик-трафик! – засмеялся эльф и ухватил меня за шкирку. – А у тебя он сейчас ой как ограничен!

Я зажмурилась, готовясь принять смерть, но эльф не спешил меня отправлять к старухе с косой.

- Смотри, Ната, ты будешь свидетелем рождения нового мира… Снова! Хотя раньше была свидетелем агонии прежнего! – и движением руки эльф разогнал тьму у ветрового стекла и шмякнул меня на панель перед ветровым стеклом.

Поезд стоял, покачиваясь, на краю невысокой каменной гряды, а вокруг – насколько хватало глаз, высились исполинские деревья, между которыми выходили эльфы.

Я обернулась и молча смотрела на своего бывшего друга - несостоявшуюся мою жертву, и пыталась дотянуться ментально хоть до кого-нибудь.

- А в эфире была тишина… - раздался голос Рина, не слышанный мной уже два столетия. Полутролль висел в считанных сантиметрах от моего носа в виде прозрачной миниатюры. Рядом с ним, покачиваясь, колыхались мои друзья-маги и наполовину гномиха У-Ля.

«Призраки?!» - я не верила своим собачьим глазам.

- Сама ты призрак, – обиделся Рин. – Наши сознания спаялись вместе при том нестабильном переходе, мы сидели все время в твоей голове!

«Но… как же переписка в чате…»

- Всего лишь брали под контроль твой разум на время. Это не так сложно, как тело… Ой! – Рин замолк, потирая бок, в который воткнулся призрачный локоть У-Ли.

Тем временем, эльфы плотной толпой окружили поезд.

- Каков шельмец, а! – восхищался Рин. – Это же надо продумать все настолько глубоко.

Я вполуха слушала трындящего призрака, наблюдая за эльфами через окно.

- Он оставил пространственный тоннель между нашим миром и тем, в который мы якобы случайно провалились. Поезд и есть этот тоннель. Единственное – ты нарушила планы нашего «друга», и кровь вперемешку с зельем спаяли его с тоннелем так же, как тебя с нами и собакой. Блок, стоящий на его магии, ты разрушила ударом кинжала. Он все использовал себе в плюс. Вместо стационарного тоннеля получился мобильный, мана гекалитрами утекала в ранее немагический мир. Магию стали использовать в новых технических предметах, она становится недоступной роскошью.

«Но зачем?!» - собачий мозг отказывался воспринимать логику того действа.

Рин посмотрел на меня как на неразумного ребенка.

- Барьер, Ната… Барьер, который закрыл мир эльфов – на секундочку – магический! И подпитывался магией… Ну, дошло?

Да… Если предположить, что никто много поколений не знал, где эльфийский мир, а перемещающийся магический «пылесос» ослаблял с каждым перемещением существующий барьер… Дошло, Рин, еще как дошло.

Тем временем, эльфы радостно выволакивали оглушенных магических существ из поезда и расправлялись с ними без всякой жалости.

«Там же дети!» - вспомнила я, вскакивая на лапы.

- Детей не тронут, они просто будут в заложниках. – Услышала я голос Рафа.

Магия чувствовалась все слабее, и я уже не понимала, что говорит этот... кто? Лапы затекли, хотелось побегать. Но щенки! А! У меня же нет щенков…

Я потрясла лобастой головой и посмотрела на остроухого двуногого.

Он хозяйски похлопал по бедру рукой и свистнул:

- Серая! К ноге!

Я взвизгнула и побежала рядом, помахивая обрубком хвоста.

- Да… Вот тебе и магическое существо – ведьма! Ушла магия, осталась только сука!

Эльфы были готовы вернуть себе мир.

Москва. За 200 лет до описанных событий.

Олег Герасимов возвращался из института на последней электричке. До следующей станции оставались считанные минуты, телефон не ловил. Рядом свернулась серая дворняга, увязавшаяся от Электрозаводской. В голове крутился новый сценарий завтрашнего прямого эфира, но собрать лайки на нем будет затруднительно. Периферическое зрение уловило какую-то возню в центре вагона, и Олег с удивлением обнаружил валяющуюся в проходе компанию, состоящую из двух девчонок и четверых молодых людей.

- Наркоманы! – радостно поставила вердикт благообразная старушка, истово перекрестясь на плакат с мэром города и пододвигая ближе два здоровенных баула каждый с нее ростом.

«Наркоманы» разговаривали на неизвестном Олегу и Интернету языке. Он включил диктофон, но распознать язык помощница Олеся затруднилась.

Контролер (и откуда только взялся в последней электричке?!) вышвырнул компанию иностранцев из вагона. Олег вышел сам.

Он пытался дозвониться до Пашки Черепа (в компании, конечно, прозываемом Черепашкой), но телефон упорно не ловил сеть. Был бы я волшебником, подумал Олег, мог бы… А, всё мог бы, как Ларри Вроттер!

Иностранные «наркоманы» нерешительно топтались на перроне, странно морща носы. Да, от оживленного шоссе и промзоны пованивало.

- Привет! Вам помочь? – предложил Олег, из иностранных языков владеющий только языками программирования.

Вся толпа удивленно уставилась на спасителя. Один смешной высокий парнишка с острыми ушами (чисто эльф, как в фильмах показывают) достал из холщового мешка какой-то пузырек и отхлебнул из него.

«Точно наркоманы!», подумал Олег. «Или алкоголики…», хотя ребята были ему ровесниками.

- Привет, друг! – внезапно произнес остроухий на чисто русиновском. – Мы приехали из далекой страны и заблудились.

- О, тогда давайте ко мне! Я недалеко тут нору снимаю. – Обрадовался Олег, будучи альтруистом по жизни.

Всю дорогу остроухий предводитель «наркоманов»-иностранцев, назвавшийся Рафаэлем (прям как скульптор-армянин) расспрашивал о стране, в которой они находились, городе, заинтересовался телефоном. «Видимо, совсем у них отсталая страна», сделал вывод Олег.

Логово Олега-программиста выглядело как логово любого программиста. Куча мониторов, компьютерное железо, провода…

Олег рассказал Рафаэлю все, что знал. Периодически обращался к Интернету. Иногда с грустью думал о грядущем стриме, но общение со странными ровесниками перевешивало.

Рафаэль попросил достать максимально возможно количество телефонов, пауэр-банки, планшеты, ноутбук. Олег скептически отнесся к пожеланию нового друга, но заказ сделал.

Наконец, перезвонил Черпашка. Внезапно Рафаэль, перебиравший склянки в своем заплечном мешке, бросился к одной из девушек, дремавших на диване.

- Ната! – услышал Олег, резонно расценив, что это имя девушки. Остальное он конечно, не понял, но Рафаэль вернулся расстроенным.

- О-Лег, - странно растягивая имя, начал остроухий. – Нам нужно найти одну вещь, которую мы обронили в поезде. Помоги нам, и я подарю тебе волшебную вещицу. Когда мы уйдем, ты сможешь стать магом. – И Рафаэль протянул Олегу перстень с рубином и алмазами.

На вид перстень был весьма дорогим. Олег, не медля, согласился. Приключения нашли свою своего носителя!

Поезд они нашли быстро. Потерянной вещью оказалась простая бутылка с остатками какой-то жидкости.

«Все-таки алкоголики!» - убедился Олег.

Откуда-то опять нарисовалась серая шавка, повизгивая, пытающаяся напрыгнуть на Рафаэля. Тот извлек из своей сумки очередной пузырек с мерцающей жидкостью, вытряхнул пару капель на свою ладонь и дал собаке ее слизать. Теперь она смотрела на иностранца влюбленными собачьими глазами и следовала за ним как привязанная.

- Мы должны теперь все попасть в этот самый поезд. - Огорошил Олега Рафаэль.

- Надо, так надо, - согласился Олег, твердо решив провести стрим с этими странными ребятами.

Золотые монеты, которыми иностранец рассчитался с Олегом и Черепашкой, оказались 999 пробы и весили достаточно, чтобы купить еще пару-тройку телефонов.

Перстень также в итоге перекочевал к Олегу и теперь странноватой блямбой мерцал на безымянном пальце иностранцеспасителя.

Прямой эфир протекал на ура! Ритуал по поливу пола электрички жидкостью вызывал смех и лайки, но умирающая собака внезапно свела все веселье на нет. Олег не прервал эфир только по той причине, что у него свело руку.

Исчезновение в полу вагона странных подростков, дальнейшее исчезновение поезда целиком, нож в груди Рафаэля, тьма, заполнившая все вокруг, - запись эфира тщательно изучали в полиции.

С того момента мир начал неуловимо меняться. Олег, прибывший на место исчезновения поезда в сопровождении полицейского конвоя, изо всех сил желал, чтобы про него забыли, хотел исчезнуть навсегда, и, с удивлением обнаружил себя в стороне от толпы в форме и сопровождающих журналистов. И никто не обращал на него внимания.

На месте исчезновения поезда образовалось небольшое озеро с мерцающей голубым водой. Дна озера так и не нашли, рельсы испарились вместе с электричкой.

Олег добрался до дома, но так и не смог увидеть себя в зеркале. Перстень таинственно мерцал – рубин вспыхивал, кровавые отблески отражались в гранях алмазов.

«Хочу стать сильным!» - пожелал Олег и ощутил в себе МОЩЬ. Наигравшись с гирями и передвинув шкафы одной рукой вместе с книгами, экспериментатор решил усложнить запросы.

Он превратился в тигра… Перстень сверкал на когте, причиняя дискомфорт. И вот уже дракон, еле помещаясь в комнате, пытается вылететь в окно. Неуклюже потоптавшись, Дракон-Олег раздавил в пыль артефакт и, в испуге выломав дверь и разгромив половину комнаты, протиснулся-таки в проем…

Сутки спустя, Олега нашли в мерцающем озере… По итогу, труп так и не опознали.

Пары магии начали пропитывать мир.

ТРафик ограничен или тарифы на магию-2 Темное фэнтези, Авторский рассказ, Конкурс, Длиннопост

Фэнтези истории

483 поста549 подписчиков

Правила сообщества

В сообществе запрещается неуважительное поведение.