Дубликаты не найдены

+2

Постановочная фотка. На стропальщика пиджак натянули..

раскрыть ветку 7
+1

Может это начальник стройки

раскрыть ветку 5
-1

Команды "вира-майна" может подавать только стропальщик или сигнальщик.

раскрыть ветку 4
0

И вообще не решили: женщина это будет или мужчина. Вон какая интересная конфигурация в районе груди.

0
"А сюда поставим 5-метрового Ленина!" В Киргизии: "Хе-хе, хе-хе-хе!":
Иллюстрация к комментарию
+1

уфф, хорошо хоть здесь политоты нет

раскрыть ветку 46
+3
Так пост только две минуты назад появился)
+1

И Гитлера!

раскрыть ветку 1
+1
0
Ошибаетесь, Вы оккупантов не видете?
-14

А почему не декомунизировали ещё??? Сломать, разрушить, покрасить в жёлто-синий цвет как все помойки и остановки и установить памятник Бандере

раскрыть ветку 41
+3

Там от коммунистов только деньги и рабочая сила.
Опыта строительства крупных гидротехнических объектов в Советском Союзе и в Европе не было[19].


Александров был командирован в Америку для консультации по законченному проекту. Его консультантами были специалисты разных фирм, в частности, известный американский гидростроитель Хью Купер, который отнёсся к нему благожелательно[20], при этом рекомендовал ряд мер, которые могли бы сократить расход материала и время строительства. Александров восхищался достижениями американской технологии и приветствовал их использование на Днепрострое. Куйбышев, глава ВСНХ СССР, также поддерживал использование американской технологии.[21]


По оценкам американских специалистов, стоимость проекта должна была составить 120 млн рублей, Госплан оценивал строительство в 109,5 млн рублей[22].


Перед тем, как Купер был утверждён главным консультантом проекта, советское правительство выбирало между ним и специалистами из немецкого концерна Сименс. Инженеры Сименса были сильны в расчётах, но имели существенно меньший опыт строительства гигантских гидроэлектростанций. Одним из решающих обстоятельств в выборе консультантов из США сыграло влияние Сталина, который характеризовал ленинизм в то время как «русский революционный размах и американская деловитость»[23]. В конце концов Купер был назначен главным консультантом Днепростроя[24].


Оборудование, поставлявшееся на строительство станции


Германия (заводы Круппа)

лесопильный завод — Гамбург,

высоковольтный трансформатор для испытательной лаборатории Днепростроя — Дрезден,

трансформаторы для временной подстанции Кичкаса — Нюрнберг,

паровые турбины временной станции — Мангейм,

камнедробилки — Магдебург.

Чехия

Витковицкие заводы делали детали для мостов Стрелецкого из силициевой стали[25] — Моравская Острава.

США

General Electric — гидротурбины

раскрыть ветку 40
ещё комментарии
-5

Сколько еще люди будут терпеть этот символ ненавистной советской эпохи?


Давно уже могли бы снести и построить современный ветрогенератор на солнечных батареях.

раскрыть ветку 3
0

и гиперлуп пустить

-1

а функция дамбы?

раскрыть ветку 1
0

гидроэлектростанция и вечные пробки на плотине:(

-5

Зачем постить о Запорожье на пикабу? Есть группа"Типичное Запорожье"!

ещё комментарии
Похожие посты
167

Последние часы перед запуском первого агрегата Днепрогэс

Последние часы перед запуском первого агрегата Днепрогэс Днепрогэс, Запорожье, История, Длиннопост

На фото советский генератор №6 на Днепрогэсе

Один из активнейших участников монтажа Днепрогэс, инж. Родкоп, так рассказывал о последних часах перед пуском первого агрегата Днепрогэс:


„30 апреля 1932 года у начальника строительства, инж. А. Винтера, собрались руководители строительства и специалисты. Решался вопрос — пустить ли первый агрегат 1 мая или нет. Я и инж. Семенов сидели в соседней комнате и с нетерпением ждали результатов. Вез четверти пять выбегает из кабинета заведующий электрической частью ГЭС инж. Долина с радостным криком: „Ребята, пускаем, собирайте народ", и исчезает обратно в кабинет.

В 5 часов на пульте собрались техруководители и рабочие.

После короткого совещания все были расставлены по местам: Левин с кенотроном и лабораторщиками — в машинном зале; пультовики — здесь же, на пульте, раскинулись по разным этажам; кабельщики —- на проверке температурных вводов трансформаторов; Каминский, Гришаков, Рыбенцов с обмотчиками — в машинном зале у генераторов; Семенов — у телефона на пульте, куда все передают, что делают американцы и их главный руководитель мистер Томсон; Бимас, Мерфи и Уич —тоже каждый на своих местах; наше руководство — Гарин, Долина, Меерович — на станции.

Живо собрали схему. Испытали генератор. На пульте проверяем приводы масляников. Одиннадцатый час вечера — работать решили всю ночь напролет, чтобы к утру 1 мая дать первый ток. Ушатом холодной воды вылилось на нас распоряжение тов. Винтера: ночью не

работать, выспаться, со свежей головой на утро продолжать работу и в 2 часа дня дать первый ток.

Нехотя ушли со станции, но спать не пошли. В 2 часа ночи мы вернулись вновь. Обошли еще раз все закоулки. В изнуряющей шестидесятиградусной жаре остывающего после сушки генератора Рыбенцов, Мазин и Ельницкая изолировали вывода. Федоренко, Рыбин, Ляшенко и Федоров еще раз пробовали ключом каждый болт, каждую гайку. Каминский и Гришаков озабоченно ходили по бригадам. Инженеры Левин, Польский, не отнимая трубки от уха, прозванивали еще раз (который уже раз!) кабель.

Немного осталось до утра. Решили выспаться. В маленькой комнатушке у пульта на столах и под ними улеглись, укрывшись брезентом, Семенов, Левин, Гейман, Каминский, я —весь молодняк. Один „старик" остался с нами на пульте — секретарь партийного коллектива механик Рожнятовский. Разве мог он пойти домой в ночь под 1 мая?

В 6 часов утра все на ногах. В 7 часов опять короткое совещание. Расстановка сил та же. Проверяем измерительные приборы и инструмент— все ли есть. На пульте в машинном зале все в сборе.

Последняя проверка началась.

Последняя проверка началась.

На пульте за столом, уставленным телефонами, среди сидящей и бегающей молодежи-инженеров, молодежи, уже отдавшей свои первые пять лет Днепровскому строительству, директор станции В. П. Гарин внимательно следит за каждым движением, заставляя еще и еще раз про-верить каждую операцию.

В машинном зале инж. И. Долина с электриками Каминским, Маруняком, Гришаковым и другими зорко следят за генератором и трансформаторами. К 12 часам дня испытана защита, на генераторе поднято напряжение. Все идет хорошо, осталась последняя операция перед нагрузкой — прогревание трансформатора коротким замыканием. Перемычка заготовлена раньше. Включаем масляник и поднимаем напряжение. Все впились глазами в стрелки амперметров. Вот два амперметра колыхнулись, пошли вперед. Третий стоит, не шевелится. Американец Мерфи осторожно поднимает напряжение. Вдруг резкий сигнал машинного телеграфа, стрелка указателя прыгает от „убавь" к „стоп". Трещат теле-фоны. Из машинного зала передают, что где-то неисправность. Лица вытянулись, с недоумением смотрим друг на друга. Американцы просят проверить перемычку. Мы знаем, что она хорошая, но проверяем. Я и Левин на маслянике крутим меггер. Прибор показал, что перемычка в порядке. Американцам надо подумать. Мистер Томсон услал своих людей на обед. Нам не до обеда. Характер повреждения ясен —обрыв одной фазы. Но где? Если на линии, то легко и скоро можно поправить и ток сегодня будет. Зато как должен пострадать наш авторитет в глазах американцев: ведь линию мы делали сами, без всякой иностранной помощи.

Если обрыв в главном трансформаторе, то тока сегодня может и не быть, но зато вина не наша — за монтаж трансформатора отвечают американцы.

Проверяем линию —обрыва нет. Осталось одно — проверить трансформатор. Семенов, я и Долина влезли наверх с меггером, присоединились к выводам и крутим ручку. Стрелка стоит на бесконечности. „В трансформаторе обрыв", — кричим упавшим голосом В. П. Гарину, Левину, Лепину, Мееровичу и всем собравшимся наверху на щитовом отделении. Разбираем, где может быть обрыв. Гарин рассказывает о таком же случае когда обрыв оказался в регуляторе коэффициента трансформации. Легче немного стало. Если так, то дело небольшое, но проверить пока не можем, надо ждать американцев.

Третий час дня. Приходят с демонстрации секретарь парткома Лейбензон, Винтер, главный инженер Веденеев, Михайлов, Карпов. Рассказываем им о неудаче. Винтер дает распоряжение заведующему механической частью станции Ибатулину собрать народ с демонстрации — может быть придется переставлять трансформатор весом в 60 тонн. Пришли американцы. Рассказываем им о наших поисках, результатах и предположениях об обрыве в регуляторе. Томсон кивает головой—да, может быть. Мы — опять на трансформаторе. Долина с американцем Шлятерером поворачивают регулятор, мы крутим меггер, склонившись над шкалой. „Есть" — кричим оба, свесившись с крышки трансформатора. Веселее сразу стало. Надо повернуть на несколько градусов вал регулятора против метки и можно давать ток. Мистер Шлятерер, улыбаясь, извиняется— за тридцать лет практики это у него первый случай.

Опять поднимаем силу тока на закороченном трансформаторе. Стрелки амперметров двинулись дружно вперед и остановились на 2.000 ампер. Прогрели трансформатор, избавились от оставшихся там опасных пузырьков воздуха, сняли перемычку с масляника и плавно начали поднимать напряжение.

120 тысяч вольт показывает вольтметр — высшего напряжения в Советском Союзе покамест еще нет. Но стрелка вольтметра, чуть остановившись, как бы на перевале, пошла дальше — 130, 140, 150,165 тысяч вольт. Включили подстанцию и понижающий трансформатор местных нужд, уже ранее испытанные.

В 6 час. 30 мин. я включаю масляник бронированного устройства и на щите загораются три сигнальные лампочки — первые огни днепровской энергии. Улыбаемся— знаем, что до первого тока остались минуты. На гидростанции мистер Томсон докладывает начальнику строительства тов. Винтеру, что генератор готов к нагрузке и что за все дальнейшие .операции отвечает советский персонал гидростанции. Семенов звонит на временную тепловую станцию, чтобы приготовились к приемке энергии. Тов. Гарин передает по телефону А. В. Винтеру, что все готово к включению линии: „Осталась одна операция — включить масляный выключатель 15-го фидера". Тов. Винтер дает распоряжение включить.

— Борис, держись! —кричит Семенов в трубку, и я включаю масляник.

Чуть колыхнулась стрелка амперметра, ток дан. На часах 6 час. 50 мин.

Гурьбой наклоняемся над счетчиком, считаем первые обороты, первые киловатт-часы днепровской энергии.

С гидростанции приходят Винтер, Михайлов, Веденеев, Карпов. Показываем им приборы и вращение счетчика.

Вторая линия на временную силовую станцию готова к включению. Включаем и ее.

Схема соединений гидростанции с временной тепловой станцией, утвержденная на 1 мая начальником строительства, выполнена.

На пульт приходит взволнованный Беркович, представитель выездной редакции газеты „Пролетар Дніпробуду", и приносит отпечатанные красной краской последние листовки. Расхватываем этот листок победы, которому предшествовала сотня таких же листков борьбы за пуск.

Наскоро составляем график дежурств. Каминский, Маруняк, Геймам и я — первые дежурные инженеры Днепровской гидроэлектростанции.

В 8 часов вечера от директора станции тов. В. Гарина принимаю вахту. Сразу опустел пульт. На первой вахте остались два коммуниста-комсомольца, я и лучший ударник подстанции тов. Горлов, теперешний

секретарь партийного комитета электриков".

Показать полностью
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: