8

Сага из далеких королевств Глава 5

А вот и продолжение саги. Надеюсь вышло интересно и лучше чем раньше. Пишите, что думаете



Глава 5



Ночь была тихой. Огонь искрился, и все, кроме дозорных спали. В дали можно было заметить странные движущиеся огоньки, но на них мало кто обратил внимание. Вдруг дозорные услышали какой-то шум, и на них выпрыгнули бандиты. Началась схватка, которая, впрочем, для многих завершилась очень быстро. Только Сид достал саблю, как почувствовал сильный удар по голове и отключился.


Проснулся он с сильной головной болью. Был день, но сколько прошло времени и что произошло, наемник не помнил. Голова его была аккуратно перебинтована. Рядом с Сидом лежал Элнар и, похоже, он в сознание еще не пришел. Вокруг лежало еще несколько наемников. Он попытался приподняться. Его руки и ноги были связанны. Как оказалась, он ехал в повозке, запряженной волом. Вокруг шли их непонятные фигуры, среди которых можно было узнать людей и гномов. Все они были либо в темных очках, либо в шляпах с очень широкими краями, которые закрывали их лица от солнца. Сид сразу заметил, что они были похожи на тех, которые напали на их караван возле Фаренских болот. Такая же неестественно бледная кожа. Он снова вырубился.


Проснулся уже ночью. Они продолжали двигаться. Без факелов, хотя везде была кромешная тьма. Он еле различал свои ноги. И вдруг он услышал сбоку шепот Элнара:


-Ты в порядке?


-Вроде да, что происходит?


-Не знаю, но они не похожи на обычных бандитов. Я видел, как они с монстрами разбирались. Таких быстрых движений я никогда не видел.


-Ты можешь разорвать веревки или спалить или что маги там умеют.


-Похоже, они видят в темноте намного лучше нас. Мы не сможем убежать, тем более у нас нет оружия.


Тут один из надзирателей приказал им заткнуться и ударил Сида по голове. Тот сразу отключился. Проснулся он уже днем, когда телега стояла. Вокруг них кружилась какая-то женщина, увидев, что Сид проснулся, предложила ему поесть, отчего он не смог отказаться. Остальные стояли немного дальше и о чем-то совещались. Позже один из совещавшихся сказал что-то женщине, и она намазала что-то на шею каждому из пленных, и те сразу отключились.


Проснулись они уже накрытые брезентом. На Сиде лежало что-то большое и пахнущее разложением. Позже брезент сняли, и он понял, что это труп какого-то наемника. Убитого просто выкинули в канаву, и Сид смог приподняться и оглядеться. Телега была окровавлена, и тут он понял в чем дело. Они проехали кордон Зоны, а чтобы их пропустили, бандиты замаскировались под телегу с трупами. Также он заметил, что одного из наемников не хватает. Похоже, он умер и его так же выкинули, или он попытался сбежать и его убили. У двоих других был заткнут рот какой-то тряпкой. Наверняка они слишком много разговаривали.


Остальная часть путешествия прошла гладко. Сид отметил, что нападавшие практически не спали и держали путь на север. Они были немногословны, и расспрашивать их о чем-то не имело смысла.


И вот, наконец-то они добрались до места назначения. Это был гномский замок, опустевший и полуразрушенный со времен Великой войны. Гномы потеряли тогда почти все свои поселения, города и замки. Теми силами, что остались они не могли все отстроит. Поэтому тысячи таких замков пустовали или заселялись людьми, если они стояли на территории Империи.


Сида поместили в какую-то камеру. Внутри была только кровать. Свет попадал через маленькое решетчатое окно. К нему иногда приходил какой-то эльф. Он приносил еду и менял бинты на голове, которая практически зажила. Он казался более сговорчивым, чем его сообщники. Сид наконец-то решил спросить о том, что его волнует.


-Где мы, кто ты такой и зачем меня здесь держат?


-Мы вампиры. По крайней мере, так нас многие называют.


- Но это же сказка.


-Это стало сказкой, когда люди прибыли сюда. Они считали, что никто из нас сюда не попал. Но трем верховным все же удалось.


-Тогда почему вы не умираете на солнце?


-А это уже глупые сказки. Мы не горим на солнце, но наши глаза крайне чувствительны к нему, поэтому мы носим шляпы и очки. И да, мы не боимся серебра, чеснока и не пьем кровь.


-Тогда зачем я вам?


-Чтобы превратить в одного из нас. Но это сложный процесс, который требует подготовки.


-Расскажи подробнее.


-Вампиру нужно обменяться с тобой кровью. Сначала он укусит тебя, потом зальет в тебя свою кровь. Но при этом есть огромный риск, что ты умрешь. Последующие несколько дней будет проводиться процесс превращения. Ты пролежишь некоторое время без сознания и станешь одним из нас. Ты будешь полностью подчиняться тому, чья кровь в тебе будет. Верховные могут контролировать всех, кого превратили превращенные ими вампиры.


-А зачем это все делать?


-Мне пока что и самому известно не все.


-Почему тогда меня не превращают?


-Ты еще слишком слаб и не выдержишь.


Похоже Сид был в безвыходном положении и он это понимал.




Продолжение следует(надеюсь)

Дубликаты не найдены

Похожие посты
65

Дракон и богатырь

Дракон и богатырь Сказка, Рассказ, Юмор, Фэнтези, Длиннопост, Авторский рассказ

Дракон поправил очки, снял и тщательно протёр тряпочкой, надел и посмотрел на гостя, стоящего у входа в пещеру. Русоволосый здоровяк в белой рубахе с причудливой вышивкой на вороте. Волосы на лбу перехвачены красной лентой, на поясе широкий пояс из шёлка, а на ногах замшевые сапоги с острыми и загнутыми носами. В левой руке огромная дубина из цельного ствола молодого дуба, корни срезаны в короткие шипы, для верности усиленные стальными наконечниками.


Неизвестный огляделся, по привычке приложив ладонь козырьком, хмыкнул и убрал руку. Дракон тайком сглотнул и прогудел, стараясь не повышать голос:


— Простите, а вы кто?


— А? Так это, богатырь древлянский, Микола. — В тон ответил здоровяк, поигрывая палицей.


— Эм... а что вы забыли, так далеко от дома?


— У нас новое руководство, вот, решили устроить обмен опытом для повышения квалификации. Вашенских значится к нам, а меня к вам. Так шо? Биться будем?


Дракон смерил взглядом ширину плеч и рельеф мускулов, отчётливо видимый сквозь ткань рубахи. Оценил размер и вес палицы, повторно сглотнул и мотнул головой.


— Нет, пожалуй, откажусь.


— А чего это? Как мне опыта набираться-то? А! Понял, ты меня цапнешь в спину, как только развернусь!


— Фу! Нет! Это мало того что нечестно, так ещё и мерзко!


Богатырь поскрёб затылок, поднял руку и понюхал подмышку. Нахмурился и прогудел:


— Эй! Я же помылся! Кто ж в бой грязный пойдёт?!


— Мытьё, это прекрасно! Сам люблю в речке поплескаться, да только человечина отвратна на вкус! Вот будь вы барашком или коровой, да поджаренной...


Дракон мечтательно сощурился, звучно причмокнул и облизнулся. Богатырь хмыкнул и кивнул.


— Да... от барашка я бы сейчас не отказался.


— А у меня как раз есть!


Дракон жестом фокусника указал в дальний конец пещеры, где на огромном столе покоится широченное серебряное блюдо с тушами баранов, размером с откормленных бычков. Ящер услужливо махнул крылом и тягучие ароматы жареного с приправами мяса ударили в богатыря. Тот шумно сглотнул, одёрнулся и спросил:


— Оно небось отравленное?


— Я что, дурак отраву жрякать?


— Хм, справедливо. Только где стулья?


— Я же дракон, какой мне стул-то.


Богатырь вздохнул и махнул рукой:


— Да и хег с ним, мы люди негордые и на полу сможем поесть.


— Нет-нет! Гость и на полу? Немыслимо! Я вас на стол посажу, в конце концов, он драконий.


— Один момент...


Богатырь сноровисто стянул сапоги, встал на чистый камень не выпуская палицу и сказал:


— Как-то невежливо будет обутому по столу.


***


Мясо барашков переростков оказалось нежнейшим, сдобренным пряными травами, разжигающими аппетит, как уголь пламя. К нему шли запечённые овощи да кувшин крепкого мёда.


Когда снаружи потемнело, а в пещеру начало задувать прохладный ночной сквозняк, богатырь крякнул и ослабил пояс. Шумно выдохнул, сел придерживая живот и глядя осоловело на груду костей. Дракон икнул и положил голову на столешницу, глядя на гостя с уважением. Не каждый человек сможет умять барашка с закусками и не лопнуть.


— Так это... как оно у вас тут проходит-то? — Протянул богатырь, осознавая, что последний кус был явно лишний. — Ну это... геройство.


— А всё просто, дракон, то есть я или какой другой, умыкает принцессу или просто красивую девку. Селит в пещере, а рыцарь выкупает её, ну или какое там было условие договора.


— Обожди... договора?


— Ну да, а как иначе? Иногда бабы сами просят их похитить. Знаешь, как это поднимает их авторитет? Насколько она красивая, что аж дракон себе забрал! Вот... бывает, что мы так влюблённых соединяем. Вот представь, парень любит девку, а её родители ненавидят его. Пиши пропало, только если убегать, а это последнее дело! Тогда я прячу девку у себя, а парень её забирает через недельку. Вуаля, теперь он герой и отказать ему нельзя. Родители только скрипят зубами!


— Ха! Занятно... и что, никто не догадывается?


— Немногие, но они помалкивают. Схема-то выгодная! Тем более, только заикнись и к тебе заявятся все окрестные рыцари, потолковать.


Дракон подмигнул и подвинул Миколе пузатый кувшин. Богатырь кивнул и сделал пару шумных глотков, эхом отдавшихся под сводами пещеры. Напиток оказался сладким и прохладным, чудесным образом убрал тяжесть в животе и растёкся, придавая отрыжке приятный аромат.


— Кстати, — сказал Микола, отставляя кувшин, — а зачем тебе золото?


Дракон хохотнул и указал на остатки трапезы, сказал, улыбаясь:


— А ты думаешь, эти барашки сами так вымахивают? Думаешь, я сам их готовлю? А мебель сам выстругал? Не друже, это всё стоит денег! Слушай, а какие схемы у вас?


Богатырь поскрёб затылок и протянул, глядя под ноги:


— Эк... как неловко получилось...


— Чего?


— Да нету у нас ничего такого... чудище ворует девку, а мы его по ноздри в землю. Вот и весь сказ.


— Э... а зачем ворует-то?


— Ну как зачем? Чтоб по хозяйству хлопотала, рубаху там починить, обед сварганить. Мало ли зачем баба нужна?


— Что, даже дракону?


— Горынычу, что ли? А... так у нас что не чудо-юдо, то человеком обернуться может. Грохнется грудью оземь, да встанет молодцем. Такие дела...


— Ох...


— Хорошо, если ваш рыцарь к Кощею попадёт, с тем договориться можно, хороший мужик. А вот если к Горынычу... ох не завидую, у того три головы и все злобные, как тёща!


Дракон покачал головой, достал из-под стола бочонок и поставил в центр стола. Богатырь принюхался и довольно заулыбался, ящер поставил два кубка из злата, наполнил и, протянув один гостю, сказал:


— Ну что ж, Микола за обмен опытом! Надеюсь, в следующий раз недоразумение не повторится!


Автор: Лит Блог

Показать полностью
65

Ты-избранная

Ты-избранная


- Что? - она сморщила нос и подняла брови.

- Избранная! Та что сможет изменить все! - маг и воин, сидящие напротив переглянулись.

В трактире, в котором сидели все трое, играла тихая музыка, кувшин вина, стоящий на столе, был уже наполовину пуст.

- Изменить все чтобы что? Какие-то измеримые показатели достижения изменений есть? Ну pl может хоть какой накидали?

- Мы пока не знаем, есть пророчество и ты должна в нем учавствовать. Ты же наверняка догадывалась, когда попала в наш мир, полный магии, эльфов и гномов из своего. Все не просто так! - горячо зашептал маг, откинув бороду назад и подавшись к ней.

- Ну слушайте, я когда попала сюда год назад чуть с ума не сошла, это сейчас все наладилось. Трактир вот подняла с колен, выручку удвоила, новые продукты ввела. Возвращаемость знаете какая у нас! Ух! - Она гордо обвела взглядом дело рук своих. - С трактирщиком прибыль делим почти пополам, он жадничает еще, но знает что если что-уйду к конкурентам! Так что скоро партнерами станем, никуда не денется.

- Какая еще возвращаемость! - это уже не выдержал воин. - Какой трактир!? Мы тебе говорим что ты должна изменить этот мир!

- Парни, ко мне скоро гномий подряд приедет с дальних гор, мастера от Богов! Будут гостиницу достраивать, а то у нас букинг номеров на недели вперед, надо ее в отдельный бизнес выносить, работы очень много. - она откинулась на лавке и блаженно прикрыла глаза, представляя примерный оборот и спецпредложения типа «Заплати за неделю постоя и получи свиную рульку в подарок».


- Может выпьешь? - маг сменил тактику.

- Не, я бросила. Сейчас только выпей вина, потянет на приключения, очнусь в вашей повозке на пути к Мглистым горам. Я пью иногда только настойку, сам трактирщик ее делает, там двенадцать трав, особый рецепт . Могу пять литров по цене трех вам продать, акция уже кончилась, но в виде исключения так сказать.

- Не нужно. Вообщем мы выходим на рассвете, у тебя ночь на решение-если ты с нами, то вся твоя жизнь измениться и никогда уже не будет прежней. - торжественно закончил воин.


Она стояла у окна своей комнаты в неверном свете утра, наблюдая как повозка с магом и воином скрывается за воротами ее постоялого двора. Сердце щемило той легкой осенней тоской, которая всегда появляется на исходе лета, принесенная дальними заморскими ветрами.

- Чего не спишь? Завтра рано вставать, молоко с ферм привезут, проверить бы, чтобы не как в прошлый раз. - трактирщик, большой и бородатый мужчина в самом расцвете сил откинул одеяло и похлопал рядом с собой. В сущности он хороший парень, жадноватый немного, ну так бизнесу это только в плюс.


Она вздохнула, кинула последний взгляд на удаляющуюся повозку и вернулась в постель.

Засыпая она думала что неплохо бы сделать сметану из молока, смешать с медом и орехами и продавать детям. Новая аудитория для трактира.

Сон застал ее на примерных подсчетах экономики работы доставки.

66

Хроники замкнутого мира

Пролог
- Таким образом, мы наблюдаем наполнение амулета-накопителя магией. Всем всё понятно?
Высокий профессор окинул взглядом аудиторию. Встретившись взглядом с юной дриалой, он неожиданно осознал, что в этих желтых глазах, в острозубой улыбке и прямых рыжих волосах видит свою жену.
Когда они только поступили в Университет изучения магии, ей тоже всегда было интересно все подряд. Она мечтала стать знаменитой исследовательницей. Успешно закончив обучение, оба начали заниматься магическими изысканиями. Тысячи успешных опытов давали надежду на свершение небывалого открытия, но всего лишь один неудачный эксперимент отнял любовь всей его жизни. С тех пор профессор только давал знания и необходимые навыки. Иногда для тех, в ком видел потенциал, профессор раскрывал чуть больше информации, чем следовало бы. В глубине души он надеялся, что кто-то сможет завершить их с женой эксперименты, но, тем не менее, очень боялся, что его подопечных ждет та же участь.
Но не время отвлекаться, нужно обучать тех, кто хочет учиться.
- Да, Лития?
- Профессор, а накопитель магии можно делать только из драгоценностей?
- Нет, с чего такие выводы? Любой материал может вместить в себя определенное количество магии. Проблема в том, что для создания накопителя из предмета – нужно тщательно подбирать руну в зависимости от его формы, материала, размера. В случае с обработанными драгоценными камнями – они однотипны и руны накопителя достаточно стандартны, по причине чего их проще наносить.
- Профессор, а откуда вообще появляется магия?
Профессор тяжело вздохнул. Каждый год Университет перед приемом новых студентов организует ознакомительные лекции. Каждый год из большого количества пришедших только паре учеников интересно и они задают кучу вопросов, непосредственно связанных с природой магии, а не с критериями поступления. Вот и сейчас – вся группа занимается своими делами, спасибо, хоть тихо, и только одна девочка стремится к знаниям. Поэтому сильных волшебников так мало – многие приходят не для учебы, а для получения сертификата об окончании. Сертификат позволяет им заниматься частной практикой, но очень малое количество волшебников идут этим путем.
- Когда создавался наш мир – Создатель оградил его барьером от внешних невзгод. Никто не знает, что за барьером, потому что считается, что его невозможно преодолеть. Во всяком случае, на текущий момент развития магической науки. Создатель напитал наш мир магией, которую он запустил через специальные источники. Самые сильные источники, которые образуют правильный шестигранник, питают Барьер. Помимо этих сильных источников, существуют источники поменьше, но пока не удалось установить закономерность в их расположении. Периодически маленькие источники угасают, появляются новые, но шесть самых сильных, насколько мне известно, никогда не ослабевали.
- Получается, что возле источника можно творить заклинания бесконечно долго?
- Находиться рядом с сильными источниками уже очень опасно. Избыток магии меняет все вокруг. Так в нашем мире появляются новые животные, возникают новые расы. Источники дают животным силы управлять магией, некоторым дают возможность общаться с разумными расами. Но если Разумный слишком близко подойдет к источнику – его может охватить безумие. Существует множество историй о великих магах, которые хотели получить больше силы, но обретали лишь забвение.
Аудитория уже давно опустела, только ученица с профессором вели беседу.
- А почему мы изучаем только стихийную магию?
- Каждая раса имела связь со своей стихией. Когда произошло объединение всех расовых фракций в единое государство – было решено делиться своими знаниями с другими, чтобы была возможность что-то почерпнуть от других волшебников. Иногда бывают авантюристы, которые пытаются найти новые способы использования магии, но, к сожалению, они редко успевают оставить хоть какие-то записи своих экспериментов. Крайне опасно пытаться изменить структуру заклинаний, принцип работы которых ты не понимаешь.
- А можно где-нибудь найти хотя бы крохи информации о внестихийной магии?
Профессор мягко улыбнулся:
- Давай к этому вопросу мы вернемся через пару лет. У тебя появится более точное представление о работе стихийной магии, а я постараюсь что-нибудь найти для тебя.
Профессор понимал, что жертва супруги не была напрасна, он сам ей помогал и иногда вел записи экспериментов. Лития, дриала-первокурсница, с её напором, и при должной поддержке - обязательно сможет добиться своих целей. Может даже сдвинет исследования по внестихийной магии с мертвой точки. Даже если это опасно, главное – научить её мерам предосторожности и ведению записей. А подходящего напарника она сама себе подберет.
- А почему среди учеников нет представителей дроу?
- К сожалению, Создатель не наделил их предрасположенностью к стихийной магии. Но взамен он дал им практически полную невосприимчивость к боевым заклинаниям.
- Неужели никто не пробовал научить дроу магии?
- Ну почему? Пробовали. Когда-то у нас в университете существовала специальная экспериментальная кафедра, и набор дроу был бесплатным. Но все закончилось, не успев начаться – всем надоело пытаться.
- Получается, у дроу не складывается со стихиями, но ведь другими направлениями магии попробовать обучить можно?
- Я же уже говорил тебе сегодня, что экспериментаторы редки, их записей и того меньше. Попытки изучить внестихийную магию никогда не выходили на уровень хотя бы кафедры.
- Спасибо профессор, а поможете мне получить доступ к библиотечным архивам, а то все, что в общем доступе, я уже прочитала?
- Так! Ты сдай сначала хотя бы вступительный экзамен, потом уже посмотрим.
«Жаль, что не получилось, но стоило попробовать» - пронеслось в голове Литии. Профессор, приняв заминку Литии за огорчение, решил её подбодрить:
- Ничего страшного, ты поступи – я постараюсь обучить тебя всему, что знаю сам. Тебе пора идти, скоро двери Университета закроются для тех, у кого нет пропуска. Мы обязательно еще обсудим все интересующие вопросы, но уже потом.
- Спасибо большое! До свидания!
- До скорой встречи, будущая студентка – Лития.
Когда дверь за Литией закрылась, профессор еще долго сидел в размышлениях, стоит ли направлять её по пути, забравшем любовь всей жизни. В конечном итоге, его задача – дать ей нужные навыки и предостеречь от ошибок, а как она воспользуется полученной информацией – только её выбор.

---------------------
Спасибо за прочтение. Очень надеюсь на обратную связь. давно хотел написать книгу, наконец-то получилось собраться, чтобы начать.  Пока не влился в писательскую волну - не смогу сделать прогнозы по графику выхода глав, прошу заранее простить (если, вдруг,  кому-нибудь понравится, а я пропаду на пару недель)

Показать полностью
28

Дрёма должен умереть

17. Дрёма тренируется

"Дрема! - позвал Виталик, только вернувшись из школы и зашвырнув рюкзак в угол. - Дрема, ты где!"

Никто не отозвался и мальчик прошелся по всем комнатам, чтобы убедиться, что он дома один. Он и Дрема. Отец уже ушел на дежурство и мама не вернулась, поэтому можно спокойно действовать.

Виталик вернулся в комнату и распахнул окно. Закрыл глаза и для уверенности взялся за подоконник. Интерфейс появился мгновенно.

"Меню - Команды - Призвать Дрему"

****

Все началось с того несчастного плевка. Чарнуха харкнул зеленой гадостью в открытую рану и все изменилось в их жизни, но не сразу.

Сначала кожа сменила цвет на стальной и долго “гудело” укушенное место, потом болеть перестало и цвет стал нормальный - человеческий. Затем появились надписи.

Виталик спал, и ему снилось что он робот, его прислали повстанцы из будущего, чтобы уничтожить самого себя в прошлом. Он шел по школе и компьютерный интерфейс зашитый в его сетчатке анализировал, все что попадалось в поле зрения. Взвешивал, запоминал, заносил в каталоги и давал советы. Очень было круто. Потом мальчик понял, что это не сон и проснулся. Уф. Это был сон.

Нет.

***

Чарнуха уже не хромал и крыло практически зажило, но улететь он не стремился, хоть мальчик этого и боялся. Наоборот, он стал даже более дружелюбным чем раньше и часто ползал за мальчиком и заглядывал через плечо, когда тот делал уроки на планшете. Он научился быстро перемещаться по потолку и по стенам, не бессмысленно, а только по делу (например догнать уходившего на кухню хозяина). Летать он боялся и даже не пытался расправить черные шуршащие крылья. Зато быстро преследовал мальчика, стуча когтями по белым стенам и потолку.

Картина со стороны выглядела как реклама шоу ужасов. Идет маленький мальчик в туалет, а за ним по потолку быстро передвигается маленькое черное чудовище. Нависает над головой и скалит острые зубы - жуть.

Так они и жили-дружили, пока Виталик не заметил, что Чарнуха на его руку подозрительно посматривает.  То с одной стороны зайдет, то с другой и все смотрит и смотрит на руку, которая только-только зажила. "Опять плюнуть хочет?" - подумал мальчик и руку стал прятать, а Чарнуха стал ее искать. Сунет Виталик руку под стол, Чарнуха смешно туда лезет-пыхтит, шипит. Спрячет руку под одеяло - Чарнуха сядет на краю кровати и смотрит... ждет. Постепенно все ближе и ближе подползать начал и под одеяло заглядывать.  А в один прекрасный вечер, когда Виталик задумался о том, где отец пропадает по вечерам и бдительность потерял, Чарнуха подполз совсем близко и руку лизать начал. Мальчик вздрогнул и замер, чтобы монстра не вспугнуть, а тот лизал и лизал холодным шершавым язычком ладонь, которую раньше сам и поранил.

А затем что-то случилось. Рука дернулась сама собой как в припадке и выгнулось тело. Виталик хотел закричать но отказал голос, а по стенам, шкафчикам полочкам побежали яркие разноцветные лучи. Ему было не больно, когда затылком он чуть не достал пятки,  но мама - она была дома и если бы она зашла в эту минуту… Чарнуха умел быстро прятаться и чувствовал родителей заранее, но вот выгнутый колесом Виталик сильно бы их удивил.

Потом все стало черно-белым и Виталик даже подумал, что ослеп, но ослеп он позже. Моргнуло окружение, как свет в комнате для допросов и пришла ночь. Чарнуха сидел на кровати и внимательно наблюдал за внезапно успокоившимся хозяином. Тот выпрямился и сидел уставившись вперед.  Си начинал работу.

***

"Доброе утро, пользователь. СИ приветствует вас и желает доброго утра и хорошего настроения."

Эти буквы увидел мальчик первыми, когда зрение вернулось. Сначала он подумал, что написано это на стене, но с поворотом головы надпись тоже двигалась, центрировалась перед глазами. Что это? Интерфейс как у игроков Острова?

Виталик вытянул руку и пошевелил пальцами. Буквы слабо мерцали на фоне и не собирались пропадать.

Желаете пройти обучающий курс "Основы владения СИ"?

Виталик пожелал.

***

Нейрокомпьютерный интерфейс представился как СИ и помог настроить сам себя буквально за пять шагов. Они сделали его полупрозрачным и настроили частоту уведомлений и цвета панелей. Пробежались по всем немногочисленным вкладкам и отключили войс (Виталик подумал, что голоса в голове это черезчур даже для него) поэтому СИ общался с помощью сообщений, которые аккуратно присылал и хранил на уровне периферийного зрения. Чтобы прочитать его нужно было всего лишь подумать об этом.

Сначала у Виталика не выходило - он упорно думал, призывал мысленно сообщение и даже шептал для уверенности, но конвертик в углу дергался, крутился и возвращался на место. Через десять минут бесплодных попыток СИ пожалел мальчика и вернул войс.

Голос у него был неприятный, металлический, но хотя бы слова четко выговаривал, хоть и медленно. Оказалось, что у Виталика плохо с концентрацией и это мешает пользоваться странным интерфейсом. "Не быть мне Игроком" - подумал Виталик, но попробовал упражнения для развития концентрации, которые предложил Голос.

Сначала его попросили сидеть в удобной позе не напрягаясь и ни о чем не думая.  Просто расслабиться и высидеть не шевельнув ни мускулом в течение пятнадцати минут. Голос как-то вычислял ошибки и останавливал таймер - жестко и без сожалений. Дрогнул? Поехали сначала. Напрягся? Сначала. Мысли потекли речкой в сторону? Сначала.

Потом таймер снизили до пяти минут и Виталик справился. Это было неожиданно, но очень приятно. Голос хвалить не стал, а сразу перешел к следующему упражнению. Похоже пять минут было достаточно, и зачем мучил?

Следующий текст назывался “Лурия.На внимательность". Робот предложил запомнить десять простых слов и повторить их. Сначала он медленно их зачитал, там было что-то типа

"Робот, дом, полиция, Свод, брат" и так до десяти. Потом нужно было повторить. Виталик вспомнил не все и сорвался примерно на шестом. Робот медленно и четко повторил их еще раз и предложил вторую попытку. Со второй попытки дошли до девятого слова. Робот опять прочитал все слова и предложил третью попытку. На этот раз Виталик заслужил похвалу и вспомнил все.

"Попробуем?" - робко спросил он мысленно, но перед глазами развернулась непонятная таблица: десять строчек на первый взгляд бессмысленного набора букв.



СИ предложил как можно быстрее считать из таблицы слова, которые там  затерялись - просто их грамотно засунули между бессмысленными комбинациями. Загорелся таймер "2.00" и голос подчеркнул, что слова искать желательно по порядку.

Мальчик полностью отключился от внешнего мира, закрыл глаза (табличка никуда не исчезла), сосредоточился и начал читать. После того как две минуты закончились табличка исчезла и Виталик открыл глаза. Где-то там ходила на кухне мама, а в другой стороне шумели пролетающие машины, но как бы на заднем плане. Виталик сидел и ждал.

"Двадцать три из двадцати пяти - произнес вернувшийся голос. - Отличный результат. Пробуем."

Теперь все было хорошо. Меню слушалось, вкладки открывались и закрывались. Меняли прозрачность, уменьшались и увеличивались. Виталик был готов.

***

Введите имя питомца.

"Чернуха", - сказал Виталик. Тишина. Курсор над строкой продолжал висеть. "Вызвать клавиатуру" Ноль внимания. Опять не работает.  "Написать". Не работает. "Режим клавиатуры". Нет. "Чарнуха". Опять нет. По буквам "Ч.А.Р.Н.У.Х.А." Компьютерный голос молчал. Виталик пробормотал нехорошее и отложил имя на потом, как бы опять робот не заставил таблички глупые читать.

В меню управления питомцем команд было мало. "Посмотреть", "Приручить" и "Позвать". Первая и третья - неактивны.

"Приручить," - прошептал мальчик и менюшка развернулась, открывая один пустой слот. Началось сканирование, СИ искал что-то и искать мог только на расстоянии до пяти метров в радиусе. Нашел. "Угольная мышь второго уровня. Приручить?" Высветился контур угольной мыши, набросок, сделанный одной линией, одним карандашом. Крылья чуть расправлены, голова поднята вверх и пасть открыта в безмолвном крике.

Виталик повернулся к Чарнухе. Мышонок сидел на краю постели и внимательно следил за хозяином.

- Это ты?

Мышонок молчал.

Мальчик закрыл глаза и отдал мысленный приказ. "Приручить".  Кнопка "вдавилась в воздух".

***

На следующий день Виталик уже чесал мышонка за ушком, как маленькую собачку. Тот не урчал, но и не огрызался. Он совсем перестал огрызаться, вздрагивать и пугаться хозяина. Теперь он был приручен - кнопка сработала. Мышонок садился на руку, лазил по спине, царапая коготками кожу и устраивался на голове, беспокойно оглядываясь и немного приподнимая крылья для баланса.  Кнопка "Позвать" тоже заработала - ради эксперимента, когда никого не было дома, Виталик вышел на кухню и активировал ее. Через секунду Чарнуха был рядом с ним и садился рядом, на холодильник или цеплялся за шторы. Виталик хотел закрыть двери на защелку и спрятаться на кухне под стол, но пока не решался. А вдруг мышь не может ослушаться приказа и разобьет голову пытаясь пролететь через дверь?  

Виталик закрыл глаза и вздохнул. "Посмотреть", "Приручить" и "Позвать" - маловато команд будет. "Посмотреть" - вызывала экран на котором показывались характеристики мышонка, как в компьютерной игре или на "Островах". Вот только переименовать никак не получалось. Поле для имени открывалось быстро, курсор становился на первую позицию а буква Ч не печаталась. "Может другую попробовать?" - лениво подумал Виталик и начал лениво перебирать алфавит.

А - нет реакции.

Б - глухо.

В - нет реакции

Г - не печатает.

Д - ... есть контакт.

Виталик затаил дыхание и даже открыл глаза. В окно светил послеобеденный Свод, на правой руке полулежал холодный как рыба Чарнуха, а интерфейс все еще показывал Букву "Д".

"Как же тебя зовут?"

Курсор на вторую позицию и вперед на поиски нужной буквы.  

Вторая далась очень тяжело и поиск занял больше получаса, но Виталик нашел её. "Р" "ДР".

Еще полчаса прошло незаметно, азарт - это такая штука, что забирает с головой и не отпускает.

"Дрема, - сказал Виталик, растягивая гласные. - Тебя зовут Дрема"

***

Как только мама перекинула пойнтов на браслет Виталик попрощался с ней и тетей Барби и быстрым шагом пошел пошел по рынку. Как будто школьный день и не заканчивался - надавали заданий и делай как хочешь, иначе понижение репутации с учителем. Еды нужно купить и притащить целый пакет (задание от мамы), таблеток купить (задание от папы), три шоколадных батончика (задание от Дремы) и еще одно... Здесь на рынке. Около мусорных баков.

Томас уже ждал, стоял там где и договаривались. В руке дымит сигарета, по сторонам не оглядывается, но выглядит настороженным. От мусорных баков уже тянет специфичным запахом, продавцы успели накидать.

- Ну что там, приручил свою мышь?

- Нет. То есть почти, скоро будет готово. Дрема мне на руку садится и дает себя гладить.

- Кто?

Мальчик замялся на мгновение.

- Дрема. Я ему имя придумал, нужно для дрессировки.

- Смотри не привыкай к нему.Не надо.

Томас затянулся и посмотрел на мальчика, сквозь дым, который пускал через ноздри:

- Точно угольная мышь у тебя есть?

- Есть.

- Дома?

- Дома.

- И под кроватью?

- Да.

Он хмыкнул и опять затянулся. Виталик завороженно смотрел на его руку, как там в костяшках помещаются длинные стальные когти? Больно их вживлять? Вот когда Дрема ему свое СИ передал, то щипало в основном.

- Надеюсь ты не врешь пацан, потому что если врешь, то это плохо кончится. Долго еще приручать будешь? Может его грохнуть и мертвым принести. Не пугайся, мысли вслух. Доноры нам живые нужны. Это я не о тебе.

Томас повернулся и швырнул окурок в мусорный бак. "Может загореться" - подумал Виталик, но ничего не сказал.

- Ладно. Пойду. Еще одно. Шнур хочет с тобой встретиться, пообщаться. Знаешь кто это?

- Да, - голос предательски сорвался и мальчик почти прошипел эти две буквы. Сам Шнур.

- Не сегодня, не боись. Но очень скоро.  И он надеется увидеть тебя вместе с мышью, если понимаешь о чем я.

- Хорошо.

- Мы с тобой свяжемся.

***

А жизнь ведь стала налаживаться. Виталик пролетел по магазинам, как ветер - все купил, все упаковал и отнес домой.  Сам Шнур - главный трансморфер, хочет с ним увидеться. Дрема почти готов, нужно только еще немного времени. СИ (как это расшифровывается интересно?) довольно гибкая штука, как понял мальчик и не все секреты ему открыл голос из головы. Конечно трансморферы разберутся, они наверняка знают, как приручить мышонка быстрее и качественнее, но Виталик должен сделать это сам. Банда должна понять, что он ценный персонаж, а не просто мальчик с улицы.

Время приближалось к вечернему. Люди спешили попасть домой до комендантского часа и закрыться в своих норах. Сегодня обещали вернуть МеждуНет - Уровень прошел испытание бандами и где-то там наверху уже все за них решили, поэтому свободную информацию передумали запрещать. А там в глубинах МеждуНета хранилось столько интересного и заманчивого. Люди возвращались домой.

***
Дрема всю ночь провел в поисках. Молодой хозяин оставлял окно открытым и разрешал гулять. Днем Дрема предпочитал отсиживаться под кроватью ожидая мальчика и питаясь шоколадными батончиками, вечером они играли, общались и тренировались, а ночью когда хозяин ложился и переставал ворочаться в постели Дрема выходил из своего угла и садился на подоконник. Осматривался в поисках ненужных взглядов и когда сканер показывал тишину - Дрема бесшумно срывался в ночь. Без устали и без скуки он часами летел наперегонки с другой ночной живностью: ловил насекомых и мгновенно проглатывал их, коршуном падал на угольных мышей и разрывал их на две части, догонял мелких летающих хищников и вступал с ними в схватку - рвал, царапал, плевал в глаза и в пасть, побежденный летел изуродованный камнем вниз, а Дрема летел дальше.
Прокачка шла медленно, очень медленно - это не Подземный Уровень, здесь все почти стерильно но у Дремы было время.Он никуда не спешил и СИ не торопит никогда.
Скоро он найдет их, СИ поможет и хозяин не должен быть против. Но еще рано. Дрема еще слаб. Когда он востановится и станет сильнее, когда он из беспомощного птенца превратится в хищника - тогда и придет время Заданий. А сейчас неторопливый поиск. Пока только поиск.
Если бы Дрема умел читать, он прочитал бы задания, но он просто знал, что нужно сделать и СИ помогал ему расставлять приоритеты.
Задание №1 “Месть”
Цель задания: “Отомстить человеческим существам, покалечившим Дрему”
Награда: Новая способность.
Задание №2 “Старый друг”
Цель задания: “Найти Игрока. Напомнить о себе и снова войти в его команду”
Награда: Новая уникальная способность .

Задание № 3 “Новый друг”
Цель задания: “Прокачать отношения с новым хозяином”
Награда: Новая уникальная способность .
***
Хозяин активировал команду призыва и Дрема почувствовал вибрацию в мышцах, напрягающих крылья. Нужно было возвращаться. Мальчик звал и поиски опять откладывались. Следующий раз - много ночей впереди. Игрок жив и чувствует себя отлично… даже Без Дремы. Но это совсем другое задание.
Угольная мышь резко затормозила, как умеют только угольные мыши и развернулась в противоположную сторону. СИ перечить нельзя, иначе будет больно и пропадут навыки, СИ заставил передать часть себя мальчику и позволил ему управлять Дремой. Значит так было нужно.
Свод разгорался и тень Дремы появилась маленькой точкой на крыше машины, стоявшей внизу. Загудел сигнал, собирающий людишек. Начинался новый день.

Показать полностью
37

Феникс и Змей - Полуденная Сталь

Глава 19

Вечерние беседы


Вечерний лес Уссуры – отнюдь не самое безопасное место для людей, особенно во время, когда куча сверхъестественной нечисти подняла голову. Впрочем, то же самое можно было сказать о любом городе – люди жаждущие легких денег ничуть не милосерднее голодного лешего. Впрочем, для пары магов ночевка в лесу стала уже привычным делом.

Артем поворошил угли в костре, под которым была закопана тушка зайца.

- Я вот думаю… чем теперь заняться и куда податься? Кстати, как там мясо?

Младший не хотел разговаривать. У него не было настроения, так что он просто коснулся земли.


Материя


- Еще минут двадцать. Он только начал пропекаться.

- Гадство.

Пару минут Артём поерзал. Он не любил ждать пока еда сготовится.

- Слушай… сделай печку.

- Печку?

- Каменное яйцо вокруг мяса. Я ее раскалю, так быстрее будет.

Вместо ответа Младший сосредоточился на земле под костром.


Материя


Чернозем вокруг зайца медленно превращался в гранит.

Артём разложил свой стальной шест и ткнул одним концом в костер.


Силы


Тепло костра прекратило распространяться во все стороны и потекло напрямую в каменную скорлупу, быстро раскаляя ее.

- Так-то лучше. – с удовлетворением произнес Артём.

- Угу.

- Знаешь, я вот еще думаю… ты ведь богатый человек.

- Не я. Мой отец. Все его счета хранились в банках Небесного Хора, а у меня теперь нет к ним доступа.

Младший продолжил думать о своем Аватаре. Кто есть кто? Это я порождение воли какого то дохлого Нефанди или же Аватар – паразит на мне? А если Аватар паразит… то значит… значит я сам родился человеком. Я не маг, я человек. Все что у меня… получается, все это просто… украдено у настоящего мага. Самозванец ли я? Я человек которому повезло быть выбранным падшим демонопоклонником для того чтобы стать его новым сосудом. Папа… что я такое?

- Леха, я ведь о чем подумал. У тебя у Афонтовой горы ведь есть целый дом. – прервал его размышления Артём.

- Есть.

- Мы его просто оставили. А ты ведь мог бы его продать и просто жить всю жизнь припеваючи.

Младший пристально посмотрел на друга.

- Тебе нужны эти деньги?

Артём лишь рассмеялся.

- Неет, у меня другая цель. Стать…

- Солнцем этого мира, да, знаю. А почему ты заговорил о деньгах?

- Ты себя со стороны видел? На тебе лица нет. Сидишь, молчишь, смотришь в пустоту и… говори, что случилось?

- Ничего.

- Леха, я тебя знаю не первый день. Ты вот много чего умеешь и знаешь, но обманывать ты не научился.

Младший встал, намереваясь уходить.

- Отвали.

Артём пожал плечами.

- Это из-за Аватара? Ты считаешь себя человеком… ну, то есть вором?

Молчание. Кивок.

- Знаешь… я вот понятия не имею что тебе сказать. – признался Артём. – Я никогда не был в такой ситуации. Но если ты захочешь мне что-нибудь сказать, я тебя выслушаю. Хотя… твой отец уже все сказал за меня.

- В смысле?

- У тебя был суровый отец. Ну, я так слышал. Люлей раздавал направо и налево, не церемонился особо.

- Живой Узел. – вздохнул Младший. – Он был очень суров. Сибиряк.

- Он вроде как Одиуса тебе сварганил из кучи захомяченных духов.

- Семь предводителей племен.

- А что с племенами стало?

- Он их уничтожил в процессе.

В тишине леса голос Младшего, вещавшего о немыслимом по жестокости и силе отце, звучал словно бы торжественно.

- А еще он воевал с этим, который Нефанди?

- Там был и он и дядя Жорж и дядя Йосс. Там много кто был. До конца того похода смог добраться только папа.

Артём отметил что впервые за прошедшие три года Младший назвал Жоржа «дядей».

- И расхреначил его?

- Папа говорил, что это был один из самых тяжелых боев в его жизни. Нефанди… они не просто маги, их силы текут не просто от власти над реальностью. Они подпитываются от Ямы, от того что люди называют Адом. Это извращает каждое их движение.

- Вот я о чем и говорю. Твой папка был своеобразным мужиком, ну, как и все маги вообще. Он был силен, смел и беспощаден. Закошмарил кучу народа, людей, нелюдей, духов. Безжалостный, ты уж извини, но он реально был в каком-то смысле отмороженным. Ты думаешь, если бы ты был продуктом магии Нефанди, он хотя бы на миг задумался о том что с тобой делать?

Младший промолчал, но ответ они знали оба. Мамонт не признал слабости, компромиссов и сделок с совестью.

- Ты, в первую очередь, сын своего отца. То, что к тебе прицепился Аватар Нефанди, а не твой собственный, он посчитал незначительной деталью твоей личности. Будь намек на порчу… мы бы не беседовали. Папа любил тебя, и уверен, любил бы вне зависимости от того кто ты – маг или человек. Даже будь ты девочкой, а не мальчиком, он бы все равно тебя любил.

- Да. – кивнул Младший. – Папа меня любил.

- А значит ты не Нефанди и никогда им не был. И вот теперь, когда мы это выяснили, проверь мясо.


---


Получасом позже, когда от зайца остались лишь горстка костей, Артём с довольным видом облокотился на бревно и закрыл глаза.

- Все таки… жизнь хороша. – мечтательно протянул парень.

Младший сосредоточенно мыл руки с мылом в протекающем по краю полянки холодном ручье. В отличие от Артёма, он не мог позволить себе просто облизать пальцы и вытереть кисти об одежду, его передергивало от одной мысли об этом.

- Жизнь хороша? И чем? Вот посмотри на нас. Без лицензии нас каждый третий заказчик кидает, а обороняться особо и нельзя.

Младший уложил мыло в холщовый мешочек и кинул его рядом с костром.

- У нас около дюжины более ли менее важных дел, но никому это не интересно и не нужно. Вот куда нам сейчас идти? А вот фиг его знает. И что делать? А тоже фиг его знает.

- Это свобода. – пояснил Артём. – Делай что хочешь.

- У меня так мама говорила, когда злилась. Это не свобода, мы в подвешенном состоянии и никому не нужны.

- Мы себе нужны. И знаешь, ты сейчас вот совсем не по делу возмущаешься. Ты маг и ты никогда не останешься голодным или больным пока у тебя есть сфера Жизни. Ты не будешь ходить в плохой одежде или без дома пока у тебя есть сфера Материи. Я еще не упомянул про Основы и Разум. И все это у тебя есть и было. А в деревне откуда я родом, чтобы вечером было что жрать, нужно было утром встать в пять часов и впахивать до самого вечера. И не факт что наешься досыта. И знаешь, так живет абсолютное большинство людей. У них нет Аватара, нет денег на обучение и нет влиятельной семьи. Магов мало – наверное один из ста. Как вы там это называете… один процент.

- Примерно каждый десятитысячный. Одна сотая процента. – поправил его Младший.

- Богатых людей тоже мало. Знаешь, что такое зубная боль?

- Причем тут это?

- Ты не знаешь что это такое. Ни маги этого не знают, ни богатые люди – у них есть способы вылечить зубы. А я сломал один зуб в четырнадцать лет. И еще два зуба сгнило к семнадцати. Мне их вырвали. Просто взяли клещами и вырвали. Выворотили полчелюсти, кровища хлещет, вонь ужасная. Я блевал дальше чем видел. Но это было лучше чем всю ночь скулить от боли. И да, в тот день я продолжал работать. Настя вырастила мне новые зубы, срастила челюсть и все такое. Но знаешь, если ты считаешь, что тебе плохо живется потому что ты не видишь дальнейшей цели, то ты слепошарый как крот. Тебе гребаных четырнадцать лет! Твоя жизнь началась только недавно, у тебя все дороги открыты. Тебе не хватает в жизни цели? Так, мать твою, выдумай себе цель!

Артём, распалившийся к концу речи, покрасневший, выдохнул.

- Извини, если обидел.

- В деревне нет времени на грусть. Вы должны пахать. – резюмировал Младший.

- Типа того.

- Что же… ну, давай думать, что делать дальше.


***


Поздний вечер, узкая дорожка меж бесконечных полей льна, освещаяемая лишь старой луной. Дилан с Богданом почти бесшумно передвигались по проселочной дороге. Дилан парил над дорогой, поддерживаемый собственным телекинезом, Богдан же стоял на плоской, величиной с пару тарелок платформе левитирующей в паре сантиметрах над землей. Оба, и псионик и маг, преодолевали пространство не касаясь земли и как можно быстрее.

- Итак, все должно быть просто. Там три человека, варят наркотики. Магов нет, чародеев нет. Все что от нас требуется – войти, максимально аккуратно их задержать и вызвать Королевскую Гвардию.

- Я помню. – отозвался Богдан. – Можешь не повторять. Кстати, а что с тем наркоманом случилось, после того как ты с ним закончил?

- Я его усыпил. Проснется не скоро, так что предупредить никого не успеет.

- Все складывается вроде как неплохо. Одна лаборатория с наркотиками – мелочи.

- Три или четыре таких мелочи, и ты закроешь свою сессию.

- Слушай… я только это… на людей еще почти ничего ни разу не применял. Так то, я больше просто по железу.

- Боишься, что не осилишь?

- Боюсь убить.

- Не бойся. Люди на удивление живучие. А вот маги, как показывает практика, периодически становятся ужасно хрупкими и дохнут от каждого чиха.

Богдан лишь усмехнулся.

- Меня им убить будет трудно.

У искомого домишки почему-то стояло несколько взнузданных лошадей.

- Это…

Дилан пригляделся к коням. Металлические заклепки на сбруе были высеребрены. Сама сбруя была изготовлена из добротной кожи, удобные седла сделанные на заказ…

- Я так понимаю, это наркоторговцы. – заключил псионик. – большие богатые люди которые пришли за оброком взимаемым с мелких барыг.

- То есть можем накрыть сразу всех?

Богдан двинулся вперед.

- Твою ж мать. – только и успел подумать Дилан.

Одно дело – задержать мелочь и сдать ее королевской страже. И совершенно другое – нарываться на конфликт с крупными игроками.

Второе было чревато даже для магов, поскольку обычно у больших дядей находились собственные маги и чародеи.

А Богдан тем временем уже дошел до двери и дотронулся до нее одним пальцем.


Основы, Силы, Материя.


Поначалу не происходило ничего – дверь лишь медленно меняла цвет с древесного темно-коричневого на металлический темно-серый. Богдан частично трансмутировал древесину и одновременно заставлял материю собираться в одной точке, внутри которой часть вещества преобразовывалась во взрывчатку. Спустя четверть минуты, напряжение внутри двери выросло до такой степени, что прогремел направленный взрыв. Дверь разнесло на тысячи острых металлических осколков, летящих со страшной силой внутрь помещения.

Дилан охнул и выматерился. Потянувшись разумом к домишке, он тщетно пытался найти там хотя бы искру живого сознания. Безуспешно - они все стремительно затухали. Первое заклинание Богдана оказалось и последним.

- Ты… ты их убил.

Богдан побледнел. Даже в неверном свете луны был виден ужас на его лице.

- Я… я не хотел… ты же сказал что люди…

Говоря магу чтобы тот не сдерживался, Дилан забыл очевидную для него вещь – между обычным магом и студентом Академии есть огромная разница в плане знаний, умений и навыков. Это как сравнивать гопника и профессионального боксера - при одинаковом весе, мышечной массе и желании подраться, эти двое нанесут разные по силе удары - уличный драчун нанесет удар рукой, боксер же вложит в удар всю мощь тренированного тела.

Богдан еще раз глянул на шесть трупов внутри помещения и обхватив голову руками, сел на землю и начал раскачиваться из стороны в сторону.

- Что я маме скажу… она меня убьет. Я же убил их… я не хотел… не думал…

- Она и меня убьет. – пробормотал Дилан. – А ещё раньше до нас доберутся местные.


***


- Знаешь, я вот иногда думаю… а эти звезды на небе, что это такое?

Артём лежал на спине и широко открытыми глазами вглядывался в ночное небо, усыпанное звездами.

- Ты в школе вообще ведь не учился? – отозвался Младший.

Артём отрицательно покачал головой.

- Жорж объяснял, что это солнца, как наше, но только расположенные так далеко, что мы их видим маленькими. Но… а вдруг он ошибался.

- Жорж был прав. Каждая звезда — это огромный шар горящего газа. Мне репетитор это рассказывала. Вокруг некоторых имеются планеты, и большинство – необитаемы.

- Откуда люди все это знают?

- В зависимости от того по какому пути люди пошли. Технократы в свое время строили обсерватории и высокоточные приборы измеряющие какие то волны, которые люди не видят. В конце Второго Царства они совершенствовали рабочие прототипы порталов чтобы путешествовать туда.

- А маги?

- Мистики строили свои обсерватории и палантиры. Обывателю и то и другое покажется магией, но суть одна – наблюдать за тем что далеко. И все же основной прорыв совершили мистики – они нашли Галерею. Среди всех тех параллельных измерений и миров что существуют в Умбре есть один мир целиком состоящий из безграничной, бесконечной Галереи в которой куча дверей и окон в другие миры и измерения. Оттуда можно попасть в любое время, место и реальность. Так они и изучили далекие звезды.

-А ты сам видел Галерею?

- Да, папа меня туда водил. Вернее мы всей семьей – папа, мама и я, отправились через Галерею в один из райских миров что там был.

- А кто создал Галерею?

Младший наморщил лоб, вспоминая слова отца.

- Папа сказал что Галерею создали люди. Не маги, а люди, но не просто великие, а величайшие.

- Люди? – Артём задумался. – Люди конечно на многое способны, но даже самому талантливому человеку не переплюнуть самого завалящего мага.

- Он назвал несколько имен. Брэдбери, Азимов, Толкиен, Саймак, Верн, Струган… Стругановы… Стружковые… не помню. Но в общем – их там было много, сотни, и жили они в разное время. Как они сотворили Галерею я так и не понял, но папа сказал что это были они. И они были круче магов и технократов.

- Воистину, эти слова правдивы.

Голос произнесший эти слова не принадлежал ни Артёму ни Младшему. Парни вскочили.

Рядом с ними стояла Линда Салюбри.

Та самая, чью смерть они видели собственными глазами.


Жизнь, Материя.


Младший начал плетение заклинания… и не закончил. На него вдруг навалилась усталость, смирение, расслабленность. Руки не слушались, ноги налились тяжестью и обмякли.

Артём, испытывающий все то же самое, тем не менее нашел в себе силы достать металлический шест и разложить его. На эти два простых действия, обычно занимавших не больше трех секунд, у него ушло порядка полуминуты. Дыхание спирало, голова кружилась. В голове билась мысль «а зачем оно тебе?», «какое плохое зло она тебе сделала?».

- Ты…

Пауза, Артём остановился чтобы перевести дыхание. Его лоб вспотел, а конечности похолодели. Сделав три или четыре вдоха и выдоха, он смог едва слышным голосом просипеть.

- Кто?

Девушка отошла на пару шагов и присела.

В свете тлеющего костра они вновь могли разглядеть ее. Бледная как мрамор, обритая наголо девушка с высокими скулами и впавшими щеками. На ней не было одежды, но она ничуть не смущалась своей наготы.

- Я, как и двадцать пять часов тому назад – Линда из клана Салюбри. Обращенная, которую вы нашли в горе.

- Мы видели…

По мере того как дистанция между Артёмом и Линдой увеличивалась, говорить и дышать ему становилось легче.

- Ты же заставила Лизу убить себя… выпить насмерть.

- Вы это помните. – поправила девушка. – Я внедрила эти воспоминания в ваши разумы. Как бы я ни опасалась преследования от тех, кто нашел меня внутри моей усыпальницы, я все еще достаточно разумна чтобы не доверять свою миссию девочке, проведшей в психиатрической больнице последние четыре года.

- Лиза не вампир?! – встрепенулся Младший.

- Нет. Она все еще человек, и это замечательно.

- А зачем ты внедрила в наши разумы эти воспоминания? – поинтересовался Артём.

- Это была твоя идея. Ты этого не помнишь, но именно ты предложил заменить вам память чтобы меня не стали преследовать.

- Мм… а откуда мне знать, что ты не врешь?

- Плафонов Артём…

- Платонов. – поправил Артём.

- Платонов Артём, ты предвидел эти твои сомнения и сказал мне что твою память я не смогла бы изменить без твоего на то желания. И сказал чтобы я тебе процитировала тебя дословно «Моя сила воли тверда как космос.»

- Ну… да, наверное. – согласился парень. – Я бы что-нибудь такое и сказал про себя.

В это время Младший, игнорируя беседующих Линду и Артёма, с трудом, опираясь на палки заготовленные для костра, поднялся на ноги и заковылял по направлению к городу.

- Леха, ты куда?

- Идите нахер все, я к Лизе. Вы – нахер, а я – к Лизе. Макиавелли гребаные.

Пламя костра поднялось на несколько метров и взревело, разбрасывая снопы искр. Все трое одновременно обернулись к огню.

- Ну что вы, не стоит кланяться. – послышался знакомый, чуть жеманный голос. – Достаточно небольшого книксена.

Чувство юмора Жоржа было своеобразным, как и его манеры в целом.

Однако стоило магу выходящему из портала встретиться глазами с Салюбри, его словно подменили – он схватился за рукоять Эарендиля, а по лицу пробежал целый спектр эмоций – от удивления и гнева до ядовитой радости.

Во лбу девушки открылся третий глаз, того же оттенка серого и обычные два. А еще через мгновение он заполыхал темным, тяжелым, рубиновым огнем.

Жорж умел оценивать ситуацию и знал кто такие Салюбри. Эта битва была проиграна им еще до первого движения. Отпустив рукоять шпаги, он произнес два слова на енохианском. Вокруг Артёма и Младшего материализовались тяжелые саркофаги созданные из материала что тверже алмаза.

- Я предлагаю обмен. – улыбнулся Жорж. – Вы забираете лишь мою жизнь, но не трогаете этих двух. В качестве ответной услуги – после моей смерти сюда не явится Архимаг ордена Гермеса Портос Фитц Эмпресс и не разнесет вас в клочья.

Монтенец вытянул из запястья некую нить, невидимую обычным глазом – это было заклинание вызывающее Архимага в случае смерти носителя.

- Согласны?

Линда медленно поднялась на ноги.

Показать полностью
106

Светлая #37

Продолжаю публиковать главы из недописанной книги "Светлая".

Предыдущие главы можно почитать в исправленном и улучшенном виде здесь:

1-5,

6-10,

11-15,

16-20,

21-25,

26-30,

31-35,

36.

Либо можно пройти по тегу "Светлая" и увидеть все главы, но без исправлений - черновой вариант.

Всё, что написано ниже, является вымыслом. Любые совпадения случайны. )))

Светлая #37 Светлая, Авторский рассказ, Фэнтези, Длиннопост

Глава 37.

"Зеркало номер два."


Алла Евгеньевна вдруг громко разрыдалась и, закрыв рот обеими руками, выбежала из комнаты, а мне пришлось успокаивать мальчика:

- Мама очень обрадовалась тому, что тебе стало лучше. Сейчас успокоится и вернётся к тебе. Славик, как ты себя чувствуешь?

- Очень хорошо, - улыбнулся Слава. - Я уже и забыл, как это, когда ничего не болит. И вообще - я как будто воздушный шарик. Так и хочется взлететь!

- А что тебе сейчас снилось?

Но не успел Славик добраться до середины сна, как в комнату вернулась его мама. Алла Евгеньевна перестала плакать и умылась. Это было видно по мокрым волосам. Глаза её сияли:

- Сыночек. Как я рада, что тебе лучше стало. Чего такого вкусного ты хочешь? Шоколадку или конфеток? А может тортик? Или курочку с пюре?

- Не знаю пока. Давай сначала чай с печеньками попьём, а потом я подумаю. У нас есть печенье?

- Конечно есть! Я сейчас чайник поставлю на огонь, а Полине Сергеевне покажу нашу квартиру. Подождёшь немного?


Потом мы шли в глубь квартиры до старинной сейф-двери. Знаете, такая толстенная металлическая дверь с замком в виде большого кольца с ручками, похожего на штурвал. Я такие только в кино и видела. Дверь была приоткрыта, а за ней была видна ярко освещённая комната.

- Я сигнализацию отключила. Проходите. Это наша семейная коллекция. Её начал собирать ещё мой прадед.

Комната была похожа на зал музея. Справа тянулись в два ряда высокие стеклянные витрины с подсветкой, по центру комнаты стояло четыре небольших стола с настольными лампами. В правом углу комнаты возле окна громоздился большой сейф с открытой дверцей. Окно было занавешено чёрной бархатной шторой. Перед окном располагалась горизонтальная витрина со стеклянным колпаком и подсветкой. Половину левой стены занимал стеллаж с книгами. Рядом со стеллажом я увидела что-то бесформенное, прикрытое покрывалом. Тем временем Алла Евгеньевна говорила:

- Коллекция в нашей семье передаётся по мужской линии. Справа различные украшения, прямо на витрине - яйца Фаберже, слева - коллекция Библий из разных стран на разных языках, некоторые из них рукописные. Рядом под покрывалом стоят картины. Если любите живопись, можете снять покрывало и посмотреть. Но оно пыльное очень. Несколько лет его не убирали. В сейфе хранятся самые ценные экземпляры. В оплату за исцеление Славика можете взять всё что хотите.

- А слева от столба под покрывалом что такое?

- А это? Это бабушкин комод и зеркало в полный рост. Но ценности они особой не представляют. Можно сказать, что это самое дешёвое из всего, что находится в этой комнате. Я Вас пока оставлю. Пойду чай поставлю да к Славику вернусь. Вы без меня всё посмотрите и, как определитесь, возвращайтесь. Из сейфа вещи можно на какой-нибудь стол положить, чтобы лучше рассмотреть. Свет включается так, - и Алла Евгеньевна нажала на кнопку на подставке одной из ламп, после чего вышла из помещения. А я осталась одна.


Честно говоря, ювелирка не очень меня интересует. Разве как способ вложения и сохранения денег. Наряжаться мне всё равно некуда, а просто так держать красивую вещь в сейфе нет желания. Но посмотреть, полюбоваться можно. Например, яйцами Фаберже. Всего их было четыре. Можно долго их описывать, но зачем? Мой рассказ о другом. Я опишу только одно. Самое первое яйцо было тёмно-зелёного цвета из материала, похожего на малахит, было украшено золотым орнаментом. На верхушке его на золотой подставочке красовался прозрачный камень фиолетового цвета, сферической формы. Само яйцо стояло в золотой колеснице. Ранее в эту колесницу кто-то был запряжён. Сейчас же остались только золотые поводья. Знаю, что во всех яйцах Фаберже были секреты. Только сохранился ли в этом яичке он? И ещё знаю, что часть этих произведений ювелирного искусства утеряна. Быть может эти яйца как раз из них? Как знать.


Сколько времени я рассматривала эту красоту не знаю. Но после этого я прошла к зеркалу. Аккуратно сняла покрывало и обомлела. Какая красота! Выше моего роста зеркало овальной формы было обрамлено в металлическую раму цвета тёмной меди. Верх по раме поднимался вьюнок более светлого желтоватого цвета, похожего на латунь. Верхняя часть зеркала была украшена металлическими цветами светло-серого цвета. Его лепестки со стороны, обращённой к зрителю, были покрыты белой глазурью. В центре каждого цветка красовалась жемчужина. Зеркало было закреплено на чугунной платформе простой прямоугольной формы на толстых округлых ножках. Был контраст между ажурной красивой верхней частью и основанием, но это было не важно. Самым главным было моё отражение - я была в нём прекрасна!


С трепетом в душе я прикоснулась к зеркальной поверхности. Передо мной был город. Самый настоящий город. И люди шли по улице, не замечая меня. Впереди я увидела остроконечную башню из бетона и стекла, по бокам она была прикрыта двумя "парусами" коричневатого цвета. Солнечные лучи преломлялись через стекло и били в глаза. Я невольно зажмурилась, а когда открылась глаза, увидела маленькую девочку с коричневой кожей, с копной чёрных кудряшек на голове. Она сидела на корточках и смотрела на меня снизу вверх широко распахнутыми от изумления глазами. Её ротик тоже был открыт. Я отдёрнула руку, и всё исчезало. Я вновь была в комнате, похожей на музей, и сердце моё билось с неистовой силой. Это надо же так спалиться! Меня увидели! Хорошо, что девочка маленькая, и ей никто не поверит. Скажут, что придумала. А со временем она и сама этому поверит.


Я помаленьку успокоилась. Сразу уходить не стала, ожидая, что кто-нибудь может через зеркало сюда проникнуть тоже. Но никто не появлялся. Я успокоилась и пошла обратно в комнату к Славику. Там меня ждал нарытый стол - вазочка с вареньем, тарелка с печеньками, чайные чашки, блюдца, чайник с молочником. Славик с мамой уже пили чай.

- Я хочу зеркало, - сразу начала я, едва сев за стол.

- Но там же есть более дорогие вещи. Те же яйца Фаберже или рукописная Библия. Вы даже не представляете сколько они стоят.

- Не в деньгах счастье. Но мы же договорились, что отдадите мне то, что я захочу. Сами так сказали. А я просила то, что Вам дорого. Вот - я хочу зеркало. И вижу, что не ошиблась с выбором. Чем Вам так дорого это зеркало? Расскажите пожалуйста.


И Алла Евгеньевна рассказала. Славик слушал маму зачарованно, подперев кулаками голову и упёршись локтями в стол. Когда Алла Евгеньевна была маленькой девочкой, её мама на лето отвозила на дачу к бабушке. И там было это зеркало. Весной его выносили в сад, устанавливали в цветник под двумя яблонями и прикрывали землёй. А в саму землю высаживали цветы. Когда маленькая Аллочка приезжала, уже во всю эти цветы росли. А напротив цветника были установлены качели. Алла любила раскачиваться на них, и смотреть в отражение. Тогда ей казалось, что она не одна. Виделось, что у неё есть подруга, и они весело раскачиваются вместе.

Осенью, когда цветы вяли, зеркало выкапывали и переносили на веранду. Чем обрабатывалось основание, Алла Евгеньевна не знала. Ни разу не видела, как всё происходит. На веранде зеркало становилось скучным и немного печальным. Именно таким оно казалось Аллочке. Она любила осенним днём, когда приезжала на каникулы, после обеда прийти с книжкой, сесть на кресло рядом с зеркалом и читать. Зимой становилось холодно, чтобы сидеть на веранде. И, приезжая к бабушке, Алла почти не видела зеркало. Только в первый день девочка забегала поздороваться и собой полюбоваться. А в последний день - попрощаться с зеркалом.


А потом бабушки не стало. Дачу продали. Деньги разошлись по родне. А зеркало переехало в квартиру. Его поместили в сейф-комнате и закрыли покрывалом. Крайне редко когда зеркало видит солнечный свет. Несколько раз приходили оценщики. С их слов, зеркало цены небольшой, а покупатель вряд ли найдётся. Но продавать его никто и не спешил. С этим зеркалом связана семейная легенда. Говорят, что его очень любила прабабушка. Так сильно любила, что могла часами в него смотреться. А однажды она просто вошла в зеркало и не вернулась. Прадед чуть с ума не сошёл. Он видел, как это произошло собственными глазами. Прадед очень долго ждал, пока вернётся назад его жена. Но так и не дождался. Его даже хотели в жёлтый дом упрятать. Но сначала приходили жандармы, обыскивали дом, разговаривали с прадедом, родственниками и слугами. Пытались узнать, не убил ли муж свою жену.


Убитый горем муж, твердил одно и тоже: что его жену забрало зеркало, и жандармы обязаны её вернуть. Он заглядывал в глаза то одному, то другому. Брал за рукав и пытался вести к зеркалу. Жандармы брезгливо сбрасывали его руку с рукава и отворачивались, разговаривая с другими домочадцами. Потом всё же сходили в сад к зеркалу. В цветнике на земле были видны четыре следа маленького размера в сторону зеркала. Скорее всего это были следы от женской обуви. Обратных следов не было. Вид у прадеда был плачевный - бледный, с трясущимися руками, горящими странным блеском глазами, он больше походил на сумасшедшего, чем на преступника. Жандармы решили, что жена сбежала от мужа, а он от горя сошёл с ума. И прадедушку отставили дома, посоветовав пригласить доктора к больному.


Родственники к совету прислушались и послали извозчика за врачом. Врач осмотрел прадеда, послушал его речи, и порекомендовал пиявки и кровопускание, чтобы вывести дурную кровь. А если не поможет, то сдать мужчину в "жёлтый дом". Кровопускание не помогло, а от пиявок родственники отказались. В "жёлтый дом" тоже не повезли. Прадед же не буянил, ни с кем не ругался, на людей не кидался. Просто сидел рядом с цветником и ждал жену. Заходить в дом отказывался. Отлучался только по малой и большой нужде, оставляя вместо себя слугу сторожить зеркало. На ночь прадед велел вынести ему кровать из дома, заявив, что и спать здесь будет. Благо дело, что погода была тёплая и сухая. Вынесли с веранды диванчик. На нём и спал прадедушка целую неделю. Ел тоже там. А через неделю вернулся утром в дом нормальным человеком. Сказал, что ночью приходила жена. Рассказала, мол живёт в другой стране. И что, когда обустроится там получше, заберёт к себе. Ну а если вдруг его не окажется дома, обязательно дождётся. И стал прадедушка нормальным человеком снова. Только грустил частенько, сидя в саду возле зеркала. Ну а через три года нашли его утром мёртвым в постели с улыбкой на губах.


Вот такую историю рассказала мне Алла Евгеньевна. Было, конечно, жаль семью, которая оставалась без семейной реликвии, но отступать я не собиралась. Тем более после такой истории.


P.S. Это была 37-я глава.

Спасибо всем за то, что помогаете мне.

Я надеюсь, что моя книга, благодаря вашим замечаниям, меняется в лучшую сторону. А ваши слова поддержки имеют большое для меня значение.


По завершении написания и публикации всех глав, я планирую покинуть сайт Пикабу (если ничего не изменится). Времени он отнимает много, а отдачи гораздо меньше чем хотелось бы. Вы, мои читатели, здесь ни при чём. Вам я очень благодарна за тёплые слова. Честно говоря, если бы не вы, я бы уже ушла от сюда год назад. Но я чувствую ответственность перед вами. Я же обещала, и выполню своё обещание. Книга будет написана и опубликована здесь.

Показать полностью 1
185

Не место для романтики

Не место для романтики Orixenus, Дракон, Авторский рассказ, Сказка, Юмор, Комиксы, Фэнтези, Длиннопост

Дракон вытянул лапы и замахал крыльями, гася скорость. Когти проехались по крыше с неприятным скрежетом. Хвост задел телевизионную антенну, та от удара покосилась, но не упала. Сложив крылья, дракон оглядел результаты своей посадки и удовлетворённо кивнул.

Получилось.

Похрустывая кровельной жестью, дракон подобрался поближе к трубе и поставил на её край большой блестящий термос. Оглядел его скептически, покачал головой:

- Нет, ну куда это годится? Совсем не та атмосфера. Вот бы самовар...

Но самовар он уронил ещё с прошлой крыши, так что дракону оставалось только вздохнуть и отвинтить крышку термоса. Она была маленькая и неудобная для больших драконьих лап.

- Ну ладно, приступим, - дракон сел и вылил в пасть содержимое крышки, чуть не опрокинув туда её саму. Замер, любуясь видом и наслаждаясь шумом города – и стараясь не замечать треск крыши. – Вот бы музыку сюда.

Патефон он уронил ещё при первой попытке, до самовара, и его было жаль больше. Обычный же магнитофон казался слишком неинтересной, тусклой заменой. Как… как термос, да.

Дракон снова вздохнул и постарался настроиться на нужный лад.

- Нарушаем? – раздалось откуда-то снизу.

От неожиданности дракон выронил крышку термоса – она упрыгала вниз и канула за краем водостока.

- Ну вот, - выдохнул дракон, выпустив облачко дыма.

- Следи за дыханием, - домовой выбрался из чердачного люка на крышу и раздражённо помахал рукой, разгоняя дым. – Мне за вредность не платят. И так вон пришлось за свой счёт покупать, - он постучал пальцем по каске.

- А я что… я ж ничего, - подобрался дракон. Сминаемые листы жести надрывно заскрежетали.

- Порча кровельного материала – раз, - домовой черкнул в планшете. – Повреждение антенны – два. Шум – три.

- Да где я шумел? Подумаешь, чуть крышей пошуршал, это же не счита… - дракон размахнулся лапами, чтобы показать на место посадки, и сшиб термос. Тот рухнул в трубу с чудовищным звуком, усиленным глубокой каменной шахтой. – Э… Я не специально.

- Три, - кивнул домовой.

- Хорошо, хорошо, понял я, - дракон примирительно поднял лапы. – Пиши штраф, я всё оплачу.

Домовой меланхолично протянул бумажку.

- И всё-таки – зачем? Третью крышу уже портишь. Так никакого золота не напасёшься.

- Напасёшься, - заверил его дракон. – А крыша… Да хочется чего-то нового, модного. Как у других. Чем я-то хуже? – он махнул хвостом в сторону соседней крыши.

Домовой глянул туда. На потемневшей от времени черепице сидела ведьма и сжимала в руках большой витражный фонарь. Рядом примостился растрёпанный рыжий кот и подливал ей в чашечку кофе из фарфорового кофейника. Кругом толпились птицы – клевали крошки, садились девушке на плечи и шляпу. Неподалёку, прислонённая к трубе, стояла метла.

- Красиво, - улыбнулся дракон.

- Угу, - домовой убрал планшет в карман и подошёл к краю крыши. Глянул на широкую улицу внизу. – Слушай, не подкинешь? Неохота по лестнице сперва вниз, потом вверх – в моём-то возрасте и с моим-то ростом.

- Про возраст промолчу, - хмыкнул дракон, который был намного старше, - а вот с лестницами я тебя понимаю – неудобные они, тесные. Хуже только лифты. Куда тебя добросить?

- Да вон, - домовой махнул в сторону крыши с ведьмой. – Вот спасибо, а я тебе так и быть – термос вычеркну. Давно пора трубу эту чистить.

Дракон ухватил домового лапами, расправил крылья и взлетел. Хвост ударил по чему-то твёрдому. Раздался грохот и сразу же следом – недовольные крики из окон дома.

- И антенну вычеркну, - тихо добавил домовой.

Через миг он уже почувствовал под ботинками черепицу. Дракон, махнув на прощание лапой, унёсся вдаль – видимо, искать более прочные строения. Домовой же осторожно, проверяя каждый шаг, направился к ведьме. Ни крыльев, ни метлы у него не было, а падать без них – больно.

- Эх, романтики, - буркнул он в усы и достал планшет. И уже громче произнёс: - Нарушаем? Антисанитария с кормлением птиц – раз, незаконная парковка на крыше – два, нарушение пожарной безопасности – три…



https://vk.com/orixenus

Показать полностью
91

Притча

Жил был мальчишка в волшебной стране и все его знали как дурачка, а имя его уж забыто совсем. Ведь говорил он такие вещицы, которые людям в волшебной стране и присниться не могут:
"Живите сейчас! Не откладывайте жизнь на потом! Что будет завтра - не знает никто, а если сегодня вы будете петь, веселиться, мечтать и делать те вещи, которые вам по душе, то не будет у вас на смертном одре жалости к жизни своей пустой".

Выходил этот наш Дурачок на улицы хмурой волшебной страны и песни весёлые всем всегда пел. Ничто не могло подавить его дух и сам он жил так, чтоб потом не жалеть ни о чем.
Но люди в серой волшебной стране лишь мимо проходят и спешат и спешат, ничто не может их изменить: всегда на работу, всегда по делам, нет времени жить, мечтать и делать все так, как хотят лишь они.

Но вот в этой хмурой волшебной стране приключилась беда: дракон поселился в пещере и стал всех запугивать и требовать жертв, как сказал испуганный глуховатый старец, живущий рядом с пещерой той. По словам оного, дракон был с изысканным вкусом, поэтому сразу сказал, чтоб ему привели аж самих дочерей королевских, а зачем, не мог сформулировать старец, но смело сказал, что пожрать он их хочет, ведь всем известно, что мясо девичье - деликатес для драконов.

Схватился за голову король волшебной страны и стал думать как бы не дать страшенному чудищу пожрать дочек своих. Его три дочурки не знали об этой беде, вдруг нависшей над ними, и жили спокойной размеренной жизнью, лишь хмурились вместе со всеми, ибо положено так, в этой унылой волшебной стране.

Тут же послали всех рыцарей славных на подвиг великий: спасти королевство от страшной напасти и не позволить дракону отведать дочерей королевских.

А наш Дурачок хоть и знал о напасти, но продолжал с беззаботной улыбкой ходить по столице в волшебной стране, где все стали хмуриться аж в два раза чаще. Теперь постоянно его прогоняли и гнали, ведь как можно так улыбаться, когда все вокруг в страхе? Но Дурачка не расстроить ничем, он весело шёл по улочкам странным, где стало так мало хмурых людей.

Тем временем рыцари славные, отправившиеся на подвиг великий, дойдя до пещеры, где страшный дракон обитал, увидев размеры спящего монстра, решили как можно быстрее сбежать, да так далеко, чтоб никто никогда не узнал о великом позоре рыцарей-трусов.

Не дождавшись рыцарей славных, все жители печальной волшебной страны потеряли надежду и стали грозить королю расправой, коль он не захочет всех дочек своих отправить чудовищу на растерзанье.

Вот тут Дурачок наш вдруг посмурнел, лишь только услышав такие слова. Он вышел вперёд и начал глаголить:
- Что если все вы ошиблись с напастью и выбрали врага себе сами? Коль скоро хотите вы расправы над теми, кто так же как вы боится дракона, то значит, что сами вы превращаетесь в монстров, которые не разобравшись, готовы дать жертву тому, кто, возможно, её и не просит. Сейчас я пойду и узнаю все лично, что хочет дракон и зачем ему королевские дочки.

Все замолчали и хмуро смотрели на уходящего вдаль Дурачка.
Король, посмотрев на весь свой унылый народ и храбро-веселого Дурачка тут же решил, что коль сможет вернуться обратно мальчишка и принести хорошие вести, то станет тот самый смешной Дурачок опорой его и правой рукой.

А Дурачок пришёл в ту же пещеру, где славные рыцари увидали дракона и после чего благополучно удрали.
Он тут же увидел дракона, который в то время, пока Дурачок подходил, играл один в шахматы и очень грустил.

Дракон повернул свою грустную морду и увидел мальчишку, который шёл к нему почти что вприпрыжку.
- Ты кто и откуда такой ненормальный? Обычно все люди, увидев меня, начинают визжать, убегать и орать.
- Ты можешь звать меня Дурачком, так все меня кличут и я не в обиде.
- Зачем ты пришёл ко мне, Дурачок? Я жду королевских дочурок, ведь мне говорили, что никто не сравнится с ними в игре, - на этих словах уже не очень страшный дракон указал на шахматный стол.

- Теперь мне все ясно, - сказал Дурачок, - тебя неправильно понял народ. Теперь надо всем вокруг рассказать, что не хотел никого ты сожрать
- Ох ёжик, - промолвил дракон, - не жру я людей, вы костлявые слишком и мясо у вас совершенно невкусно, я уж лучше пожру ту же капусту.
- Ну теперь пойдем к нам в столицу, тебе надо бы объясниться.

И добрый дракон пошел с Дурачком к народу его.
Весь хмурый народ испугался дракона и тут же попрятался, куда только можно. Король, поборов весь свой ужас, вышел навстречу смущенному "монстру". Сбиваясь, краснея, потея, - дракон, всё-таки смог рассказать всем обо всём. Король с облегчением выдохнув, рассмеялся и выдал дракону свое позволенье для игры в шахматы с дочурками, которые не могли никак скрыть удивленье.

А что было дальше? Ну, Дурачок начал жить во дворце и менять всю структуру. Все люди узнали, что улыбаться им можно и даже полезно, и больше не стало унылой страны, теперь все здесь радуются новому дню и живут теперь так, чтобы потом не жалеть ни о чём.

А королевские дочки подружились с драконом и очень грустили, когда улетал он. Он обещал их навещать. И навещал каждый год аж три раза, на все дни рожденья их прилетал.

А глуховатый старец, живущий рядом с пещерой, ничего не узнал, жил он спокойно себе поживал, да и драконов никогда больше не видал.

Притча Притча, Сказка, Рассказ, Авторский рассказ, Фэнтези, Дракон, Длиннопост

В детстве я прочитала притчу со странной ритмикой и какой-то непонятной рифмой. В своей притче я старалась передать эту особенность. Не факт, что мне удалось, но надеюсь, что чтение для вас было приятным с:

Показать полностью 1
29

По соображениям совести

Ну лбу инквизитора проступил пот, все тело его было в напряжении. Сколько раз Влад оказывался на волосок от смерти, однако сейчас ему было по-настоящему страшно. Ледяными ладонями он вцепился в ручки, и всем телом вжался в кресло. Страх сковывал и не давал ясно мыслить. Бежать было уже поздно. Металлическая машина с набирающим обороты сверлом приближалась к лицу инквизитора.

- Молодой человек, откройте уже рот! Я не собираюсь сидеть тут с вами полдня.

В голосе стоматолога звучало явное раздражение. Влад послушно открыл рот. Зубных он боялся до жути и обычно ходил только к определённому врачу в своём родном городе, но резко появившаяся зубная боль заставила его пойти в местную клинику. Кроме наводящих ужас инструментов врача, Влада ждала ещё одна не менее пугающая вещь – чек.

Спустя полтора часа Владислав шёл под теплыми лучами весеннего солнца в сторону общежития. Несмотря на столь ужасное утро, настроение постепенно поднималось. Наконец-то потеплело. Наслаждаясь весной, Влад почти забыл, что ему только что пришлось пережить в кресле зубного. И вообще последние несколько дней выдались на удивление спокойными – после возвращения с последнего задания шеф старался его не трогать. Влад уже строил планы на предстоящий день, как вдруг…

Телефонный звонок – как всегда, не вовремя. В лучах слепящего солнца Влад не мог разглядеть, кто звонил. Он поднял трубку и услышал голос Полины – секретарши шефа.

- Влад, ты где сейчас?

- И тебе привет. Иду от зубного, а что случилось? — язык ещё немел после анестезии.

- Да так, нужно, чтобы ты пару бумаг подписал. Тех двоих… эм, задержанных тобой, послезавтра судить будут, ты тоже участвуешь в заседании.

- Даже так? Хорошо, минут через двадцать подойду.

- Давай, жду.

Дойдя до монастырских стен Влад не стал заходить в общежитие, а сразу направился в управление.

Штаб гудел. Люди сновали туда-сюда и что-то активно обсуждали. В толпе Влад увидел своего друга.

- Санёк, здорова, что происходит? Все будто с ума посходили.

- Ты не поверишь кого мы накрыли!

Немного наклонившись, как если бы он пытался выдать страшный секрет, Саша произнёс:

- Двух дневных вампиров.

- Не может быть! Я таких даже в живую не видел.

- Вот именно! А тут, представляешь, сразу двое! И ты не поверишь, кто их выследил.

- Кто же?

- Зайкин.

- Нет. Не верю! Он не в состоянии даже гадалку поймать, — на лице Влада читалось явное удивление.

- Вот представь себе. Говорят, ему какой-то информатор нашептал, где у них логово. А там он уже нашёл их и вызвал группу захвата. Я там тоже был. Пришли, и действительно, две морды. Думал сложнее будет, но как видишь, упаковали обоих, и при том живьём.

- Ну что ж, поздравляю.

Влад пожал Сане руку и направился сквозь снующих работников инквизиции к кабинету шефа. Вдруг на его пути появился Егор. Тот самый Егор Зайкин, который являлся героем сегодняшнего дня. Его щупленькая фигурка казалась сегодня даже немного выше, чем обычно, а за неуклюжими очками читался торжествующий взгляд.

- Поздравляю, — на лице Влада появилось подобие улыбки.

- Спасибо, было непросто. Это же не щенков по лесам ловить.

- Действительно, вампиры – это серьёзно. «Ага, вызвать группу захвата - это не в одиночку с тремя вервольфами сражаться».

- Дневные вампиры! Их не более полусотни на весь мир, и двоих из них изловил я.

- Ещё раз поздравляю.

Влад поспешил уйти от неприятного разговора. «Чудные дела творятся… Ну что ж, поймал так поймал. Мне бы такого информатора».

Милая девушка с рыжими волосами, слегка курносая, сидела возле кабинета шефа и увлечённо что-то делала на компьютере.

- Привет, Поль, работаешь?

- Ой, привет, — Полина вздрогнула и быстрым движением свернула какую-то программу.

- Что там нужно было подписать?

- Вот держи. — Полина протянула несколько листков. — Это документы на предстоящее заседание. Нужна твоя подпись, что ты извещён о том, что входишь в судейскую комиссию.

- Шеф у себя? — рассматривая бумаги спросил Влад.

- Да, докладывает наверх о проведённой операции. Все на ушах ходят - такой улов!

- Да уж, это будут долго помнить. Могу я зайти к нему?

В этот момент на столе у Полины ожил телефон:

- Полина, скажи Олегу, чтобы готовил машину. Меня вызывают в Москву.

- Да, Вячеслав Анатольевич, сейчас всё сделаю.

- И, если узнаю, что ты опять играешь на рабочем месте в «Героев», лишу премии.

Полина покраснела.

- Вячеслав Анатольевич, тут Влад пришёл, хотел поговорить с вами.

- Пусть заходит.

Кабинет шефа был не очень просторный, но благодаря двум большим окнам достаточно светлым. Вдоль стен стояли покрытые слоем пыли шкафы с различными книгами, многие из которых явно никогда не открывались. В центре кабинета стоял большой овальный стол, на котором вокруг рабочего компьютера было навалено много всякой всячины.

- Здравствуйте, Вячеслав Анатольевич.

- Ты что-то хотел? — шеф был погружён в изучение каких-то документов.

- Да, хотел спросить. Можно ли не ставить меня на предстоящий судебный процесс? Там и так всё понятно. Они не проронили ни слова с тех пор, как мы их взяли, и на суде вряд ли что-то изменится.

- И почему же из-за этого я должен тебя снять?

- Я не думаю, что готов выносить смертный приговор…

- А давай мы сделаем так: я буду думать, а ты будешь делать. И потом, когда ты нашпиговал голову того третьего серебром, тебя ничего не смущало.

- Это другое! Я защищался. Сейчас же я должен буду росчерком пера осудить их на смерть.

- Нет, это именно то же самое. Ты отнял жизнь, защищаясь, но пошёл туда добровольно. Ты знал, что жизнь придется отнимать. Отправляясь на это задание, ты уже вынес ему приговор. И потом, ты сам хотел должность инквизитора. Так что, будь добр, перестань ныть и займись делом. А если тебя это не устраивает, верну обратно в помощники. Будешь оружие начищать и на общих операциях сумки таскать. А может, и вообще в штаб тебя посажу – бумажки тоже перебирать кому-то надо. Свободен.

Владислав направился к выходу. Взгляд его упал на висевший на двери ламинированный лист – грамоту царя Фёдора Алексеевича, данную им на учреждение Славяно-Греко-Латинской Академии и первой инквизиции при ней. Курсивом было выделено: «А от церкви возбраняемых наук, наипаче же магии естественной и иных, таким не учити и учителей таковых не имети. Аще же таковые учители где обрящутся, и оны со учениками, яко чародеи, без всякого милосердия да сожгутся».

Влад в раздумьях брёл по площади древнего монастыря. Златоглавые соборы играли в лучах весеннего солнца. Кругом сновали богомольцы и туристы из различных уголков земного шара, а где-то в недрах этой древней обители, скрыто от глаз, такие же люди боролись со злом. Влад и не заметил, как оказался у стен медблока. Он зашёл внутрь.

- Привет, Влад, ты что-то хотел? — улыбчивая медсестра с интересом смотрела на молодого человека.

- Да вот, я справку принес, у зубного был. — Влад и не заметил, как десну и язык уже отпустило от анестезии.

- Давай её сюда. Что-нибудь ещё?

- Да… можно их увидеть?

- Конечно, они уже совсем поправились, только у девочки ещё не до конца закончилась трансформация.

Медсестра провела Влада по больничным коридорам, в которых пахло медицинским спиртом и моющим средством. Они вошли в палату с четырьмя кроватками у стены. Подойдя к ним, Влад убедился, что дети, действительно, приняли человеческий вид, но, в отличие от трёх мальчиков, девочка ещё сохранила волчьи уши и походила на персонажа японской анимации.

- Это скоро пройдет, — сказала медсестра.

- Рад, что всё в порядке. Что с ними теперь будет?

- Если мать казнят, только в детдом.

- Понимаю. Если что-то будет нужно, звоните.

Влад вышел на улицу и подставил лицо тёплым лучам солнца. Голова гудела и хотелось спать. Инквизитор позвонил дежурному в темницу и попросил подготовить ему одну из допросных. До вечера можно было отдыхать.

Дверь отворилась, и молодой инквизитор зашагал вниз по винтовой лестнице. Там, в глубинах подземелий древнего монастыря находилась темница. Обустроенная по последнему слову техники, она содержала страшнейших существ нашего мира, ожидающих суда или уже осуждённых на отбытие заключения в тюрьме на острове Беннетта.

По соображениям совести Фэнтези, Рассказ, Авторский рассказ, Длиннопост, Что почитать?, Продолжение следует, Текст, Хроники Инквизитора

В темничном коридоре Влад встретил Зайкина, идущего в технические помещения. Егор смотрел перед собой и даже не заметил Владислава. Пройдя дальше, инквизитор вошёл в комнату для допросов. Мужчина и женщина, скованные наручниками, даже не посмотрели в его сторону.

- Итак, послезавтра состоится суд, после которого вас, скорее всего, казнят. Поэтому в ваших интересах сотрудничать. Я не знаю, ради чего стоит отдавать свои жизни, но раз не жалеете себя, подумайте о детях. О том, что их ждёт в этом мире без родителей.

- А ты думал об этом, когда убивал их отца? — голос женщины переходил в рык.

- Так вы умеете говорить! Здешние ребята уже стали сомневаться. Знаете, я не хотел сюда приходить, но, как оказалось, я вхожу в число ваших судей.

- Пришёл поиздеваться? Валяй!

- Вообще-то я пришёл воззвать к вашему разуму. Всё ещё можно исправить - нужно только принять помощь и оказать нам содействие в расследовании.

В этот момент в комнате погас свет, включилось аварийное освещение. Красноватый свет ламп наполнил допросную.

- В чём дело? — Влад связался с дежурными.

- Сами не знаем, вырубилось питание. Подождите немного, мы всё наладим.

- Хорошо, жду.

- Жди, инквизитор, недолго осталось. — рык оборотня наполнил пространство допросной.

Владислав снова вызвал дежурных:

- Заключённые на месте?

- Да, все сидят по камерам, двое с вами и двое в пятой допросной.

- Кто в ней?

Ответить дежурный не успел. В коридоре эхом пронеслось:

- Вампиры!

Влад вздрогнул и выбежал в коридор.

Как он и предполагал, пятая допросная была пуста. «Но что они будут делать? Прорываться к выходу? Нет, они тут явно не просто так… Оборотни!» Мысль как разряд тока привела инквизитора в чувство. Влад не готовился к битве, а потому из оружия у него был только серебряный пугио, гравированный текстами 90-го псалма. Да и тот он взял только потому, что таков был регламент. Влад побежал обратно к оборотням.

Вбежав в допросную, он увидел двух вампиров. Лица их деформировались и проступили клыки; на руках отросли длинные когти. Один из монстров держал мужчину за голову и медленно вскрывал ему горло.

Инквизитор кинулся на него, но почувствовал, как чьи-то когти впились ему в плечо. Взмах кинжала, и рука вампира упала на пол. Резкий крик наполнил пространство тюрьмы. Инквизитор сделал разворот и попытался вонзить пугио в самое сердце монстра, но тот отбил лезвие когтями. Клинок отлетел в угол комнаты.

Первый вампир кинулся к Владу и ударом локтя сбил его с ног. Вдруг в комнате включился свет и ослепил находящихся в ней. Откуда-то взялся Егор. Он вонзил пугио в живот раненому вампиру. Оказалось, всё это время он лежал в углу комнаты и клинок упал прямо к его ногам.

В допросную ворвались охранники. Оба набросились на первого вампира, отвлекая его от Влада. Последний кое-как поднялся на ноги. Нужно было защитить женщину. К ней кинулся раненый вампир. Несмотря на отсутствие руки и рану в животе, двигался он довольно быстро.

Недолго думая, Егор заслонил своим телом оборотня от когтей вампира. Тот, откинув инквизитора, уже был готов перегрызть женщине горло, когда Влад подхватил клинок. Удар. Вампир свалился с ног, и, воя от боли, выбежал из допросной в сторону выхода. Охранники продолжали сражаться со вторым монстром. Один из них держался за кровоточащую ногу, а второй пытался преградить выход, чтобы и этот вампир не ускользнул.

Монстр стоял окружённый служителями инквизиции. Как же сильно сейчас не хватало револьвера! Влад был готов кинуться на упыря, как вдруг тот опустился на пол. Охранники немедленно заковали вампира.

- Медиков сюда скорее! — Влад подбежал к Егору, раны были неглубокие, и его жизни ничего не угрожало.

- Не переживай, жить будешь.

- Надеюсь…

- Что произошло? Как им удалось освободиться?

- Я… я не помню.

- Ладно, отдыхай пока.

Влад осмотрел женщину-оборотня. Она была в порядке.

В голове инквизитора никак не унималась мысль: «Слишком просто. Он даже не был ранен. Почему он сдался?», вдруг в его голове всплыли слова Сани: «думал сложнее будет, но, как видишь, упаковали обоих, и при том живьём».

- Мне нужно допросить упыря. Наедине.

- Подождите. Восстановятся системы, и всё устроим. Сейчас даже видеофиксации нет. Скоро будет подкрепление, разберёмся с техникой, и он ваш.

- Нет необходимости. — Инквизитор поднял упыря и, приложив пугио к его горлу повел в пятую допросную.

- Ну, и что же ты хочешь узнать, инквизитор? — вампир ухмылялся.

- На самом деле ничего. Я знаю, зачем вы тут, – убрать свидетелей. А ещё я знаю, что ты мне ничего не скажешь, что бы я с тобой ни делал.

- Почему же? Я полностью готов к сотрудничеству.

- Не верю!

- Я требую справедливого суда инквизиции! Я просто проклятый человек, которому нужна помощь! И у меня есть ценная информация! — слова вампира звучали неубедительно.

- Будет тебе суд инквизиции.

Влад подошёл со спины к сидящему монстру.

- Бойтесь Бога и воздавайте хвалу Ему, ибо приближается час суда Его, — с этими словами инквизитор вонзил пугио в сердце вампира.

На следующее утро Владислав сидел перед шефом, который с интересом разглядывал принесённый ему отчёт. Сейчас он казался ещё строже, чем обычно.

- Так значит он напал на тебя?

- Да, именно так. Защищаясь, я его убил.

- Понятно… Как твоё плечо?

- Да всё в порядке, наложили пару швов. Даже почти не болит.

- Хорошо. Ладно, ты свободен.

Влад встал и направился к выходу. Уже в дверях он услышал:

- Быть инквизитором – значит принимать сложные решения, и значит выносить приговор. В любом случае, ты поступил правильно.

- Может быть.

- Кстати, твоя заключённая согласилась сотрудничать. Они надеялись, что их спасут, а от них решили просто избавиться. Придёшь посмотреть на её очищение?

- Спасибо, но я уже насмотрелся на такое. Они, действительно, думали, что их вытащат из нашей тюрьмы?

- Знаешь, может это и звучит странно, но второму вампиру удалось сбежать, хоть он и был ранен. Как именно, мы ещё выясняем.

- До свидания, Вячеслав Анатольевич.

Владислав не спеша шёл в сторону медблока. Купив по пути несколько апельсинов, он собирался навестить героя вчерашней стычки. Того, кто заслонил своим телом беззащитную женщину. Того, кто спас своего врага.

«Но кто же я? Герой или убийца?» Челюсть пронзила острая зубная боль.

По соображениям совести Фэнтези, Рассказ, Авторский рассказ, Длиннопост, Что почитать?, Продолжение следует, Текст, Хроники Инквизитора
Показать полностью 2
31

Званый ужин

Истории карантинного города

Предыдущая  - Разные пути


Я прям очень долго думала, как эту историю написать)) идею подкинули в самом начале, но не складывалось...



Девушка тяжело втащила на крыльцо сумку с продуктами и схватилась за спину. Когда-нибудь она надорвётся окончательно. И так женские дела не давали о себе знать уже несколько месяцев. Сходить к врачу? Эрин усмехнулась. Она больше никогда даже рядом не будет стоять с больницей. Если только ее привезут туда при смерти…


- Миссис Миллер? – постучала девушка в дверь, - Это Эрин, я принесла продукты для вечернего приема!


Аманда Миллер была образцовой леди. Она приехала в это богом забытое место из Англии следом за мужем, который хоть и пережил пандемию, но в силу возраста был настолько плох, что с кровати не вставал. Три раза в неделю Эрин приходила его мыть, обрабатывать пролежни, а заодно помогала семье по хозяйству.


- Мисс Грис, - открыла дверь старушка и величественно кивнула абсолютно седой головой с высокой прической, приглашая девушку внутрь. Эрин нравилось играть в эти светские игры. Она даже присела в подобие книксена и, хихикнув про себя, потащила сумку на кухню.


- Я уже составила меню на вечер, - шла по пятам Аманда, - Как обычно, мы сделаем картофельные рулетики с грибами…


Конечно же, сделаем, подумала Эрин и вздохнула. Дальше она знала наизусть.


Томатный суп с фасолью…


- Томатный суп с фасолью, - продолжала хозяйка.


… И теплый салат с тыквой и киноа.


- И мой любимый теплый салат с тыквой, миссис Вайсман в прошлый раз очень его хвалила, - откликнулась на мысли девушки Аманда.


- Отличное меню, - вслух сказала Эрин. Помнится, в прошлый раз, когда она попыталась предложить немного разнообразить вегетарианские блюда, получила такой отпор, что до сих пор удивительно, какое количество бранных слов знала эта милая и воспитанная леди, - Сколько персон ожидается к ужину?


Аманда на несколько секунд задумалась, а потом кивнула:


- Да… Александра тоже подтвердила присутствие… Пока шесть. Но ты на всякий случай сделай побольше, вдруг еще Харрисы надумают прийти.


- Я поняла. Мне сразу приступить к готовке или сначала помочь вымыться мистеру Миллеру?


- Я что, должна указывать тебе, как делать твою работу? - поджала губы старушка, а Эрин профессионально натянула на лицо улыбку и убрала овощи в холодильник.


- Тогда я сначала займусь вашим мужем, - не реагировать на взбалмошных клиентов было первым, что научилась делать Эрин.


-Привет, Говард, - открыла локтем дверь девушка, руки были заняты стопкой полотенец и эмалированным тазом. Аманда не разрешала хранить все в комнате мужчины, говорила, становилось похоже на лазарет.


- О, малышка, соскучилась? – Говард Миллер был совершенно не похож на жену, и Эрин улыбнулась:


- Считала часы, когда смогу, наконец, потереть тебе спину, а потом побегу готовить.


- Сегодня на ужин опять ботва? – скривился мужчина.


Эрин хмыкнула, а Говард тяжело вздохнул:


- Отдал бы последние дни своей жалкой жизни за стейк…


- Миссис Миллер говорит, тебе нельзя.


- Ну конечно, сейчас нельзя, а тогда… - и Говард резко замолчал, надувшись.


-Что, неужели было время, когда принципиальная вегетарианка Аманда разрешала тебе есть мясо? – удивилась Эрин. Она уже давно не затрагивала тему еды с хозяйкой дома. Хватит ей и одного выговора.


-Представь себе, - улыбнулся Говард.


Он мечтательно прикрыл глаза.


- Наверное, где-то в морозилке до сих пор лежат остатки. Во время эпидемии Аманда вычитала, что мясо предотвращает заражение, - он тихо засмеялся, - И представляешь, сама, будь здоров… Лопала жаренькое.


Эрин округлила рот:


- Вот это новость.


Потом хитро прикрыла глаза и спросила:


-Хочешь, я сбегаю в магазин и тебе втихаря приготовлю?


- А запах? – насторожился Говард, - Она же как ищейка, учует!


- Я во время вечернего приёма, они же на улице сидят, - подначивала Эрин, а мужчина вдруг серьезно посмотрел на нее и попросил:


- Девочка, если ты накормишь меня стриплойном, я умру счастливым.


- Я тебе дам, умру, - легонько стукнула Эрин Говарда по плечу, - Но мы договорились.


***


Эрин налила себе бокал вина и села ужинать. Сегодня было что отпраздновать. Она смогла вкусно накормить старика… Он даже всплакнул после первого куска.


А её банковский счет завтра пополнится на кругленькую сумму.


При воспоминании об испуганных глазах зануды Аманды, когда Эрин вывалила на стол залежи из морозильной камеры, девушка рассмеялась. Подумать только, она нашла неисчерпаемые запасы благосостояния. Вот уж только не ожидала, что увидит такое и у вегетарианцев-Миллеров.


И пусть это был шантаж, но ни одна из этих чопорных куриц, у которых Эрин работает, не посмеет возмутиться. Будут платить, как миленькие. Тем более денег у них сейчас до дури из-за карантинной пенсионной реформы.


Благослови, Господи, того придурка, который советовал старикам человечину для лечения от вируса…

Показать полностью
190

Пока все спят

Едва такси остановилось, Влад выскочил из него и, перепрыгивая лужи, со всех ног бросился к вокзалу. До электрички оставалось не более трех минут, а нужно было еще купить билет. Он подбежал к только что освободившейся кассе и, сунув в окошко студенческий, сказал: «Ярославский». Кассирша, убедившись, что все печати на месте, начала пробивать билет. Влад нервничал, но виду не подавал. Лишь тяжелое дыхание выдавало, что до кассы ему пришлось бежать. «Ваш билет, пожалуйста», - кассирша протянула несколько бумажек. Влад помчался к выходу. К счастью электричка уходила с первого пути. Выбежав из дверей вокзала, он оказался прямо перед подошедшей электричкой. Влад вошел в вагон, закинул небольшую сумку на полку и расположился на сидении.

В сумраке за окном проносились знакомые пейзажи. В наушниках звучал сипловатый голос Оззи Осборна заглушавший голоса торгашей.

Спустя полтора часа, немного покряхтев, электропоезд остановился на конечной станции, и, стянув с полки сумку, Влад направился к выходу. Пора было перекусить. Выйдя из вагона, Влад направился в уже ставшую родной забегаловку.

- Двести сорок — произнесла милая, явно приехавшая из теплых республик, девушка.

- Картой — ответил Влад и, расплатившись, забрал свой заказ, состоящий из шаурмы и стаканчика черного чая.

До поезда оставалось около часа, а значит, можно было спокойно обдумать предстоящее путешествие.

Раздался телефонный звонок. На экране высветилось «Большой Босс». Отвечать совсем не хотелось, но был ли выбор?

- Алло?

- Здравствуй. Ты уже выехал?

- Да, уже в Москве, жду поезд.

- Сейчас тебе пришлют файл, ознакомься. — голос шефа звучал озабоченно. Да и с чего вдруг он решил лично звонить? Обычно шеф занят более важными делами.

- Что-то серьезное?

- Всё прочитаешь сам. И… держи нас, по возможности, в курсе: там что-то странное творится.

Не дожидаясь ответа, шеф положил трубку. Пробежавшись глазами по тексту, Влад понял, что кроме дополнительных мер осторожности в инструкции ничего не было.

Можно было уже идти к поезду, который ждал пассажиров у перрона. Влад зашёл в вагон, расстелил постель на верхней полке и, как только почувствовал, что поезд тронулся, крепко уснул под размеренный стук колес.

Спустя пять часов Влад стоял под звёздным небом и смотрел вслед поезду, на котором он только что приехал. Часы показывали 3:07, и холодный ночной воздух развеивал остатки сна. Не спеша, Влад пошел в сторону перехода. Его должны были встретить сотрудники местного лесничества, но в округе никого не было видно.

Он спустился с перехода и встал у памятника Виктору Цою. Через пять минут из-за поворота появился уазик, ревя мотором, он подлетел к успевшему замёрзнуть Владу. Из машины вышли два человека. Одеты они были в куртки защитной расцветки поверх тельняшек и такого же цвета штаны.

- Здравствуйте, вы охотник из Москвы?

- Да, здравствуйте, хотя слово «охотник» мне кажется не уместно. Я Влад.

Влад протянул руку, и они обменялись рукопожатиями. Тот что помладше представился Кириллом, второй ответил:

- Андрей. Но подождите… Нам сказали, что приедет группа охотников, кто тогда вы? Этот медведь уже троих наших порвал, а нам присылают какого-то парнишку, который к тому же, один?

- Давайте уже в машину сядем, а то я так-то подмёрз.

Забравшись наконец в машину, Влад смог лучше разглядеть своих собеседников. Андрей был чуть полноват и немолод – на вид ему было около пятидесяти. Кирилл был не старше тридцати лет с глубокими карими глазами.

- И так, - продолжил Андрей, выруливая на нужную дорогу, - кто вы, и чем можете нам помочь?

- Скажем так… Я специалист по диким животным. Может получится вашего медведя не убивать.

- Знаете, — отозвался второй, — вы кажется не понимаете, что у нас тут происходит. Я его видел – это не медведь. Это вообще не животное… — Голос его дрожал, — Это монстр! Мы его буквально изрешетили, а он всё шел на нас и как будто ухмылялся… Нет! Я ни за что не поверю, что это медведь. Я видел медведей…

- Так хорош! Сколько можно байки травить? Наслушался россказней от тёток и придумываешь теперь.

Было видно, что Кириллу не верят, он насупился и замолчал.

- Давайте не будем делать поспешных выводов, — Влад решил немного разрядить обстановку в машине, — может он и прав, экология сейчас сами знаете какая.

- Как скажете. Вы же у нас специалист. Мы то тут так, деревенщины просто.

За разговорами никто не заметил, что происходило на заднем сиденье – а посмотреть было на что. Чего только стоил револьвер Smith&Wesson 500 Magnum. Начиненный серебряными пулями, он должен был стать сегодня гарантом возвращения домой. Влад убедился в готовности ножей, сложил патронташ с пузырьками святой воды, а главную игрушку вечера спрятал в кобуру на груди.

На подъезде к лесу машина остановилась, прямо перед ней стояло несколько человек в масках и бронежилетах с автоматами наперевес.

- Кто это? - спросил Влад.

- Хрен его знает, тут недавно участковый ошивался, может вызвал кого? – голос Андрея звучал взволнованно.

- Так, сидите здесь, я разберусь, что это за маски-шоу.

- Слушай, зоолог, или кто ты там? Раз тут ребята с автоматами, они сами со всем разберутся. Не лезь лучше.

- Как ты и сказал, специалист тут я — Влад и не заметил, как они с собеседниками перешли на ты. Ситуация накалялась.

Он вышел из машины и прошел вперед. Как и ожидалось люди с автоматами преградили ему путь.

- Стой, закрытая зона.

- А вы кто, собственно?

- Мужик, тебе делать нечего? Иди отсюда.

- Я зоозащитник, нам поступила информация, что в этих лесах бродит голодная медведица, я собирался это проверить, и если она действительно здесь есть, нужно будет разобраться. А вот кто вы такие?

Влада всё ещё держали под дулами автоматов, когда один из автоматчиков протянул ему «корочку». Перед ним стояли сотрудники ФСБ, а значит жертв у нашего «мишки» не трое, а много больше.

- Передайте пожалуйста своему начальству, что прибыл специалист из ИНКВЗ.

- Откуда?

- Не важно, передайте пожалуйста, меня вызвали, я приехал, если не пустите, вам же надают по голове.

ФСБ-шник всё же связался со своими и после недолгого разговора по рации с довольным лицом заявил, что никакого специалиста тут не ждут и вообще ни о каком ИНКВЗ они не слышали.

- Что ж, можно звонок другу?

Влад получил разрешение, и набрал штаб.

На улице было все ещё морозно, руку начало неприятно покалывать.

Вместо оператора ответил шеф.

- Докладывай.

- Да что докладывать, все оцепило ФСБ, меня не пускают.

- Жди.

В трубке раздались гудки. Шеф явно нервничал.

- Мог бы не посылать меня одного…

Не прошло и двух минут, как Влада пропустили внутрь. Он дал отмашку «уазику» и тот почти мгновенно скрылся, оставив после себя облако пыли.

Пройдя около километра по грунтовой дороге Влад дошёл до лагеря, который разбила ФСБ.

Пока все спят Фэнтези, Рассказ, Авторский рассказ, История, Длиннопост, Что почитать?, Продолжение следует, Текст

- Что? Кто это? Не знаю, что вы задумали, но у нас и так проблем хватает! Да, так точно! — человек во всем чёрном смотрел перед собой и пытался совладать с эмоциями. За последние два часа он потерял двоих, и ещё 13 в тяжёлом состоянии отправлены в больницу. Когда их сюда отправляли, им сказали, что это просто террористическая угроза. На самом же деле, их ожидало нечто необъяснимое. Существо невиданных размеров, не то волк, не то медведь в один удар вскрывало бронежилеты, и никакие пули его не брали.

В палатку вошёл паренёк лет двадцати пяти, немного растрепанный и явно не выспавшийся.

- Доброе утро, я Влад. — сказал паренёк.

- И так, значит вы и есть тот самый специалист, и в какой же области? У нас тут такая чертовщина творится.

- Ну, в чём-то вы правы, правда я удивлен, что сюда прислали вас, обычно наша организация работает только с отрядами которые подготовлены к подобному.

- То есть, вы знаете что это? И что ещё за организация как там НКВД, а нет НКВЗ, что это?

- Вообще-то ИНКВЗ, ну это так, для таких как вы, для тех, кто в теме мы Священная Инквизиция.

- Смешно. Только мне сейчас не до шуток – у меня люди гибнут! Инквизиция ****.

- А я и не шучу. И на сколько понимаю, у вас приказ слушаться меня во всём, я прав?

- Да… Как бы это дико не выглядело.

- Отлично. Раз так, немедленно отзовите людей, пока вы тут всех не положили. Теперь это моя операция, но вы мне можете очень помочь.

- Чем же?

- Наблюдением. Мне нужно знать всё, любое движение в области. Это существо не должно сбежать. Ранить вы его не раните, но больно ему бывает. Так что не дайте ему уйти, но будьте предельно осторожны.

- А что будете делать вы?

- Пойду погуляю.

- Бред какой-то… Вы так и не сказали, что это за тварь.

- Скорее всего мы имеем дело с оборотнем, а судя по тому, что даже вы его заметили, отъелся он хорошо…

Молодой человек вышел из палатки. Командир лагеря, пытаясь переварить всю ту ахинею которую он только что услышал, отдал приказ своим людям возвращаться.

Около часа Влад шёл по ночному лесу. «Странно всё это… всего один оборотень – допустим даже очень большой – и такой переполох…» По началу это было рядовое задание: кто-то в лесу увидел чудище. Нужно было всё проверить и при необходимости разобраться. Потом звонок шефа, ФСБ, гора трупов… А где, собственно, сами трупы?

- Прием, база. Вопросик есть. — Влад предусмотрительно взял рацию у спецов.

- Слушаю вас.

- Вы сказали, что некоторых из ваших людей убили. Что с трупами?

- Оно их забирало с собой.

- Вы уверены, что они были мертвы?

- Однозначно. Оно ударом отрывало им головы, хватало труп и тут же убегало.

- Вас понял, спасибо.

Влад запутался окончательно. Оборотни едят только живых, бросая обглоданные останки, либо утаскивают человека с собой, чтобы потом съесть. Что-то тут не так… За этими размышлениями он добрел до какой-то полуразвалившейся избушки, в каких обычно ночуют охотники. Он осторожно толкнул дверь. Она скрипнула и отворилась.

Внутри было темно. Влад вытащил фонарик, в свете которого можно было рассмотреть внутреннее пространство. Собственно, ничего интересного в нём не было: обычный заброшенный домик, старый стол у окна, кое-какая посуда в пыли, рукомойник с раковиной и даже газовая плитка, но без баллона.

Влад толкнул дверь и прошел в следующую комнату. Его будто ударило молнией, ладони вспотели, а сердце было готово выпрыгнуть из груди. Теперь то он все понял: в комнате на кровати лежали четыре щенка. Вот для кого оборотень убивал, вот кому носил еду… или носила? За спиной раздался густой рык…

Быстрым рывком Влад прыгнул в угол комнаты. Револьвер тут же оказался в его руке. Взмах руки и выстрел. Огромная туша упала у ног инквизитора. Тяжело дыша она медленно превращалась в человека. Пуля вошла в плечо, но боль от серебра была невыносима. Спустя пару мгновений перед Владом лежала женщина лет 32, достаточно красивая, только голая, грязная и воняющая псиной. Вытащив из сумки аптечку, Влад как мог наложил повязку на рану, чтобы остановить кровь, благо пуля прошла навылет.

- База, что по периметру?

- Чисто, никого нет. Что у вас?

- Я её нашёл, нужна медпомощь.

- Её?

- Да, хватит вопросов, потом все расскажу.

Влад достал шприц с ксиланитом и сделал женщине инъекцию, способную вырубить лошадь. Лучше перестраховаться.

Послышались тяжелые шаги. Снаружи появилось два оборотня: один покрупнее, другой поменьше.

- Так значит ты была не одна… Ещё веселее.

Времени было в обрез: «Сейчас сюда нагрянет ФСБ и начнется мясорубка...» Вложив недостающий патрон в револьвер, Влад пробрался к входной двери. Чудовища явно знали, что он тут, и не спешили врываться в дом. Ждать было нельзя.

Инквизитор открыл дверь и сделал выстрел. Оборотень успел увернуться, и пуля угодила в берёзу. Проломив крышу, второй оборотней оказался в доме, прямо позади Влада – пришлось выскочить наружу.

Сражаться одному против двух разъярённых монстров. Не то чтобы это входило в его планы. Оборотень что поменьше кинулся вперёд – инквизитор этого и ждал. Три точных выстрела превратили мозги монстра в украшения на ближайшей ёлке. Второй атаковал почти одновременно с первым. В последнее мгновение Влад успел выхватить из-за пазухи серебряный кинжал и полоснуть им по глазу нападавшего. Тот с визгом отлетел, но тут же кинулся вновь. В отличие от первого, второй не прыгал прямо, а пытался зайти сбоку, постоянно меняя положение не давая прицелиться.

Несколько раз оборотень делал выпады; Влад уворачивался как мог, зная, что пуля осталась одна. Значит, если он промажет, то из этой передряги живым не выйдет.

Вдруг автоматная очередь прижала монстра к земле. Выигранных долей секунд хватило, чтобы серебряная пуля прошла ему в лёгкое. Скуля и воя от боли, оборотень попытался встать, но получив ещё одну очередь из автомата успокоился – с серебром в ребрах не так-то просто регенерировать.

- Что это за хрень?! — в крике командира отряда звучал такой ужас и злость, что казалось он начнет палить по всем окружающим.

- Спокойно, это просто больной человек, — тяжело дыша Влад осматривал место ещё недавно бывшее полем битвы, — Хотя судя по тому, как они тут устроились, они были вполне себе довольны своим положением.

Действительно, перед ними уже лежал просто голый человек с пулевым ранением в груди. Остальные раны, на удивление, успели затянуться.

- С вашего позволения, я пойду упаду где-нибудь и полежу. Только свяжите покрепче взрослых, и этому, — Влад указал на раненого человека — я еще поставлю укол, чтоб не буянил.

- Есть ещё один?

- Да, женщина в доме. Я же докладывал.

- Что с мертвым делать?

- Сожгите. Лучше вместе с домом, чтоб улик не осталось. И да, там щенята, их я заберу сам.

Над лесом постепенно светало. Влад сел на крыльцо тяжело вздохнул. Тело ломило и хотелось есть, а ещё его трясло, от осознания, чего он только что избежал. Инквизитор достал телефон и набрал шефа.

- Слушаю тебя.

- Операция проведена успешно.

- Отлично, я знал, что ты справишься, до субботы можешь отдыхать. Только скажи, там были детёныши?

- Да, они самые и трое взрослых. Один мёртв. Вы знали про это?

- Догадывался, но… я такое только раз в жизни видел… Оборотни обычно одиночки… Что-то во всём этом не чисто. Будем проверять. Ты молодец.

- Понятно.

Влад положил трубку.

Вечером того же дня в бар где-то в центре Москвы вошел непримечательный юноша, лет 25, со слегка взъерошенными волосами. Из его чёрной сумки торчали четыре щенка, с интересом разглядывавшие всё вокруг. Он устало подошел к стойке, уселся поудобнее и сказал бармену:

- Ноль пять Гиннеса.

Пока все спят Фэнтези, Рассказ, Авторский рассказ, История, Длиннопост, Что почитать?, Продолжение следует, Текст
Показать полностью 2
48

Лифт в преисподнюю. Глава 47. Фигуры тьмы

Предыдущие главы


Холодно.


Абсолютно темно.


Но это не какая-то пустая темнота.


Когда. Просто. Темно.


По-другому. Здесь темнота становилась началом чего-то более плотного и материального.


Настоящего.


Осязаемого.


Ощущаемого.


Когда ты сидишь на полу в чужой квартире, вокруг не просто темно.


Не просто несветло. Речь идёт не о противоположности свету. На него всем наплевать.


Ха. Тьфу.


Нет. Ты — в кофейной гуще. По-материальному чёрной. А темнота — всего лишь кофе. То есть, что-то разбавленное водой.


Пригодное к употреблению. Для людей.


Мир кругом — чёрная материя, в которой мы лишь бестелесные тени недавно рухнувшей империи… И мы на дне. В самой гуще.


Хочется спать. Тело, возбуждённое мыслями, наэлектризовано бессонницей. Глаза не сомкнуть. Несмотря на желание сделать именно это.


Размышления.


Не добрые. Не приятные.


Необходимые.


Вынужденные.


Маша сидела спиной к стене в прихожей. Зал перед ней. Но чуть слева. Посмотрела в комнату. И увидела, нет, узнала краешек дивана.


Лунного света совсем чуть-чуть. Но ей хватило.


Она помнила, как тут всё.


Зачем сюда пришла?


Выговориться.


Выговорить те пачки слов, что завалили рабочую память. Упорядочить их в мысли-действия. Чтобы в хаосе отыскать свой путь. Свой путь с этого дна.


Маша разгружала себя, пока Саша спал там наверху. Продолжала монолог. И ещё не подозревала, к чему он её приведёт:


«Что самое важное сейчас?»


— Самое важное — попробовать доставить Сашину незаразную кровь...


«Куда?»


— Неизвестно! — взмахнула руками. — Ничего неизвестно! Но тут рядом есть воинская часть. Пара километров до неё, почти граница города.


Покачала головой.


Снова заглянула в комнату. Как будто проверяя там кого-то.


— Если бы солдатики остались живы — мы бы узнали.


«Стрельбы на моей памяти не случалось!»


— Значит, там тишина. Как и во всём городе. Но в части может остаться оружие! Транспорт. Связь. Вдвоём, со здоровым мужиком, вполне реально рискнуть.


Скорчила гримасу. Ни она, ни Саша понятия не имели, как пользоваться армейскими рациями. Да и здоровым мужиком называть его язык не поворачивался. Еле-еле душа в теле…


— Ладно, со звонилками попробуем разобраться потом. Если они найдутся, — прищурилась. — В воинской части может остаться что-то полезное. Много полезного. И еда. Тушёнка по ГОСТу.


Задумалась на мгновение.


— Дорога туда почти по прямой. По Николаева. А там одни дома. Девяти- и пятиэтажки.


«Там "трупников" будет тьма…»


Маша закатила глаза. Представила, как они станут пробираться по улице, плотно застроенной жилыми домами. Где на Тот момент, скорее всего, находилось очень много людей.


— На первых этажах в основном работали магазины, а всё остальное — квартиры. То есть, этот район должен кишеть «трупниками».


«Впрочем, как и здесь…»


Мысли так быстро складывались в слова…


— С другой стороны... — неуверенно остановилась.


«Точно! Можно же пойти по другой стороне!»


— По параллельной дороге слева. Не по Николаева, а по Тульскому, как его там… переулку что ли.


«Дворами».


— Тогда жилой район останется как бы справа, а не с двух сторон. Слева там какие-то склады, гаражи.


«Магазин белорусской мебели, кажется…»


— Возле парка ещё стоит пара домов частных.


«Местных богатеев».


— Прям возле леса. Может в них попробовать обосноваться потом, на время?


«Там, наверное, и печки есть?»


Женщина протянула руку влево и придвинула к себе подушку. Села на неё. Пол был холодным. Разум — нет. Настал черёд самых тяжелых мыслей.


— Если взять его семью, то в машине от них особо проблем не будет. Сиди себе и жди, когда тебя довезут…


С досадой:


— Да кого я обманываю! Чёрт!


«Ещё два слабака, которые ничего не умеют! Не смогут без проблем даже из дома выйти. Да, они в этом не виноваты, но "трупникам" наплевать!»


Провела рукой по лицу, снимая усталость. Но не сняла. Потёрла глаза. Мысли прыгали. Сосредоточиться не получалось. Это раздражало.


«Что важнее? Эти двое?»


— Или тот, кто не заражается от дряни, которая погубила весь наш город? Как минимум. Чёрт!


До этого момента ей становилось легче от своего монолога. Теперь же тяжесть мыслей обрушилась на уставшие плечи. Маша почувствовала, что сейчас заплачет.


— Я себя к такому не готовила. Я вообще не знаю, что делать. И надо ли вообще? Ничего не хочу... Нет сил.


«К такому никого не готовили!»


— И как поступить?


«Что важнее?»


— Что важнее не для меня?


«Хм».


— Не для него, а для всех остальных выживших? Важнее, наверное, оружие против «трупников»! То, что, возможно, даст пусть не нам уже, а остальным что-то вроде иммунитета.


«В Сашкиной крови что-то есть».


— Это что-то нужно доставить куда-то! Взамен нам помогут. Мне помогут.


«К военным».


При всей своей жёсткости она не готова была вот так просто бросить двух живых людей. Из-за сомнительной, призрачной цели. Умышленно бросить. Так-то помогать им Маша не собиралась.


— Но можно ли оставлять живых людей на смерть? Ведь мы даже не знаем, есть ли смысл рисковать? Но если так ничего и не делать, то заразу не победить!


«Пора уже брать ответственность на себя».


— Всю жизнь за нас всё решают! Когда отключить воду, когда поднять цены, когда подорожать доллару и опять поднять цены.


«Угу».


— И спасать нас никто не приедет.


«Всю жизнь ты живёшь, стараешься вести себя с людьми по-людски».


— А спасают в итоге только тех свиней, что живут за наш счёт и воруют наши налоги.


«И которые это всё и допустили!»


— Нет, не каждый получает то, что заслуживает, не каждый.


Капнули слёзы. Совсем немного. Едва. Скорее от какой-то мирской несправедливости. Отсутствия равновесия добра и зла. Но, возможно, равновесие между этими понятиями и не могло быть предусмотрено. Ведь их придумали люди.


Всё те же люди, что и не собирались им следовать.


«Нас никто не будет спасать!»


— Спасают тех, кто чего-то да стоит! Возможно, это мы должны всех спасать, потому что выжили?


«Потому что у Саши в крови что-то, что не берёт зараза».


— Возможно, это мы те самые спасатели, которых все ждут. Может, пора начать играть другую роль! Ох, ну и бред!


«Хм».


Придётся бросить его семью. Оставить настоящих живых людей умирать.


— Нужна машина, хорошая машина… Может, ему сказать? Рассказать всё вот так подробно? Объяснить всю логику? Доказать, что его кровь важнее даже собственного его ребёнка. Что иногда так действительно бывает!


«Да, жизнь отстой!»


— Приходится иногда бросать то, что любишь ты, ради того, чтобы кто-то другой смог жить и любить. И этот другой даже не скажет тебе спасибо!


«Про тебя никто не узнает!»


— Ты не станешь героем, ты разрушишь свою жизнь ради других, просто так! И всё это потому что именно ты, один только ты, можешь хоть как-то повлиять на тот ужас, который убивает всех остальных.


Маша стёрла слезинки. Размазала по грязному лицу. Спрятала руки подмышки, как бы обняв себя.


«Успокоилась?»


— Это, чёрт возьми, страшно и отвратительно! Может, и не должно быть никаких «остальных людей»! Может, все «остальные» должны быть ближе нам всем? Нас же специально столько лет разъединяли, разобщали.


«Разрушали скрепы нашего народа, чтобы даже собственный сосед казался нам чужаком!»


— И относился к нам, как к чужакам!


«Но на родной земле такого быть не должно!»


— Поэтому нам с Сашей и придётся пожертвовать теми, кого он любит. Ведь иначе мы не доедем! Господи, ну я и выдаю! Ха-ха!


Отрицательно покачала головой.


— Но он же их не бросит.


«Даже если будет уверен, что не прав!»


Приободрившись:


— А может, предложить оставить их на время, а потом вернуться? Но тут нельзя давать никаких гарантий. Если у него и правда такая кровь, то это самая ценная в мире кровь! Сейчас.


«Военные его не отпустят. Конечно, если мы их найдём».


— Ну вот его семья никак не вписывается в то, чтобы хоть как-то спастись.


«Я могу попробовать добежать и привести их сюда».


— Может быть, и получится. «Трупников» сейчас особо не видно. Но все мы понимаем, что они рядом.


«Они везде. Они стали этим городом. Это уже не человеческий город».


Взялась за голову.


— Тут дойти до соседнего дома проблема.


«Вот Саша чуть не погиб».


— А втроём, с ребёнком перебежать…


«Мне их жалко, но я не самоубийца. Ну нафиг. Я из-за них помирать не собираюсь».


— Из-за них — нет, из-за крови Саши — возможно. Серьёзно?


«Большая роль маленького человека».


Вздохнула.


— А вот жена и сын его из-за моих решений могут умереть.


«Да они и так уже без пяти минут покойники!»


— Но тогда и Сашка со мной не пойдёт.


«Ему не объяснить, что его кровь важнее. Нас всех».


— «Либо мы идём все вместе. Либо не идём вообще» — так он скажет. Но если взять к нам ещё двоих, то это точно верная смерть.


«Даже до воинской части не доберёмся».


— Чёрт! Мне что туда одной бежать? И почему мне вечно больше всех надо?


Где-то далеко раздался вой.


Маша, опершись рукой на пол, встала. Потянулась, разминая мышцы. Зевнула. Прошла в кухню, даже не заглянув в зал. Взяла со стола пластиковую бутылку.


Пшшсс — открыла.


Сделала глоток. Поморщилась от газов, «стрелявших» в горле. Ещё глоток. Ещё.


Сссс — холодная.


Поставила на стол. Закрутила крышку.


Посмотрела на…


Холодильник, который, словно чёрный шкаф, наполовину загораживал окно. Обрывал и без того жидкий поток частичек лунного света. Прямоугольная комната получалась разделённой. На абсолютно чёрную часть. И серую. Ту, куда чуть-чуть света всё-таки проливалось.


Справа от холодильника, у стены в углу, стоял стул. В такой темноте, что даже Маша не смогла бы различить сидящего на нём.


Или не сидящего. А всё это тени, их игра с твоим воображением.


Да и был ли там стул?


Просто. Тьма никогда не бывает плоской.


Никогда.


В ней всегда есть фигуры. Она состоит из них? Фигуры тьмы. Но ты не часто можешь разобрать знакомый тебе образ. Наверное, потому что тьма хранит в себе много неведомого? А возможно, она просто содержит в себе частичку неведомого тебя. И всё.


Маша, стоя на серой стороне кухни, всё же не убирала руку из тёмной половины — держала бутылку за горлышко. И чуть наклонив, перекатывала по столу.


Кткткт-кткткт — медленный, едва слышный звук.


Посмотрев на одну из фигур тьмы — что-то за холодильником, на том самом стуле, спросила:


— Вот почему? Почему я должна об этом думать? Почему я должна это решать? Я не хочу их бросать! Мне, конечно, на них наплевать по большому счёту, но убивать-то их я не хочу! А если мы их оставим, то конец им.


«Да и Саша на это не пойдёт, опять же».


Покачала головой. Словно отмахиваясь от каких-то мыслей или слов.


— Как мне его спасти, не убивая нас всех?


Никто не ответил ей. Тьма шевельнулась, и что-то многогранное, неровное стало округлым.


«Просто нужно решить, что сейчас важнее».


— Я хочу жить.


«Так».


— Это точно.


«Зачем мне всем этим заниматься?»


— Затем, чтобы выжить. В городе оставаться смысла нет. Нужно найти машину, собрать припасы и уезжать.


«Желательно не одной».


— Другой человек должен уметь водить.


«Чтобы мы сменялись и спали».


— Лучше всего найти военных. Города... места, где осталась цивилизация. Мне нужно туда, где будет защита.


«А это только у военных».


— Если я хочу жить дальше, не боясь этих тварей, то их надо убить.


«Или для начала получить иммунитет к их заразе».


— С этим, наверное, поможет кровь Саши, который не заразился. Значит, его надо доставить к военным.


«Значит, это самая важная сейчас цель!»


Вздохнула.


Поёжилась от холода. Темно.


Она привыкла к темноте. Словно что-то звериное начинало просыпаться в ней за эти месяцы. Зрение обострилось. Стала лучше видеть. Вообще лучше видеть. И днём, и ночью. Возможно, просто из-за того, что уже очень давно не пялилась в телефон. Или нет?


— Почему я должна это делать?


«Не почему».


— Если сказать ему о моих догадках, то он может и не поверить. Он всё равно во главу угла будет ставить свою семью, а не всех остальных.


«Личное, а не общественное».


— Он не сможет их бросить.


«А всем вместе выбраться намного сложнее».


— Женщина и ребёнок слишком не приспособлены. С ними мы точно не выберемся, слишком много сложностей.


«Вдвоём проще».


— Но если у нас будет какой-то, не знаю, броневик, то мы можем их туда загрузить и спасти. Значит, сначала нужно раздобыть технику, а потом забрать их. Если машину найти не получится, то…


Женщина не закончила. И так было ясно, что, если не обзавестись транспортом, смысла дёргаться нет.


— Значит, нам нужно добраться до воинской части. Чтобы туда попасть, нужно избавиться от тех, кто бродит возле дома.


«И от той твари в машине».


— Кстати, если у Саши незаразная кровь, то, может, и у его ребёнка тоже что-то такое?


«Чёрт, теперь точно придётся их брать».


Маша аж вспотела от возбуждения. От своего логичного вывода насчёт ребёнка.


— Они мой пропуск в будущее. Возможно, для всех нас, — сказала она словно с моральным облегчением.


«Тот случай, когда на душе стало легче и тяжелее одновременно».


— Да. Кажется, у меня начал складываться план действий.


«И никого не придётся бросать».


— Так как все оказались нужны друг другу.

Показать полностью
44

Превосходный экземпляр

Рассказы карантинного города



- Боже, Майки, засранец ты этакий, - заплакала Трис на другом конце трубки, - Ты жив?!


- Милая, – черный от загара, лохматый мужчина стоял на вершине холма, ловя ускользающую связь, - Признаюсь, две недели я не мог отойти от Ванкуверии Золотистой, ждал цветения…


- Майки, послушай, - перебила его девушка, - Сейчас вообще нет времени говорить о твоих цветочках, собирайся скорее и едь домой!


- Трис, не начинай, - засмеялся Майк, - Когда ты начала со мной встречаться, мы обсуждали этот вопрос. Я не хочу бросать дело своей жизни, а ты получаешь все выгоды его материального воплощения, - и добавил самодовольно, - Как-никак я лучший ученый-ботаник на восточном побережье.


-Майки, - закричала Трис, - У нас свадьба через неделю, ты вообще помнишь об этом?! Гости уже съехались! Репортеры звонят каждый день! Я схожу с ума!!!


- Оу, Трис… Я реально забыл… – мужчина растерянно присел на траву, и тут же большой спутниковый телефон потерял сигнал.


Блин, - Майк растянулся во весь рост на земле, - Твою мать!!!


Как не вовремя! Он только-только на грани нового открытия в микологии. Вообще про Ванкуверию Золотистую он наврал. Легко врать маленькой недалекой девчонке. Майк усмехнулся. Как же их свела жизнь? Его, успешного ученого, и еле вытянувшую среднюю школу Трис. Определенно, ее задница.


Майк захохотал в голос. Уже второй месяц он не общался с людьми, привык говорить сам с собой. Но открытие… Это что-то невероятное. Ученому хотелось скорее опубликовать свои исследования, и, признаться, свадьба немного ломала его планы.


- Кордицепс однобокий… Ты ж мой хороший, - Майк довольно закрыл глаза, - Ты принесешь мне мировую славу.


Кто бы мог подумать…Миллион лет эволюции и потрясающие трансформации… Когда Майк нашёл на дереве останки зайца с проросшим из него грибом, он не поверил своим глазам. Ранее кордицепс паразитировал исключительно на муравьях, заставляя их уходить из своего муравейника в поисках места, в котором грибу было комфортно расти. Но где муравей и где заяц? Млекопитающее. Невероятно… Подчинить мозг животного… Майк, не раздумывая, упаковал в герметичный пакет всё, что смог собрать с тушки зайца. Это всё следовало тщательно изучить.


Свадьбу, к сожалению, пропускать было нельзя, и мужчина быстро, отработанными до автоматизма движениями, собрался, погрузил вещи в свой походный рамный внедорожник и поехал в сторону дома. Хорошо, что в эту экспедицию он не стал уезжать далеко.


***


-Маа-айки-и, - несмотря на  звукоизоляцию в лаборатории, пискливый голос Трис просачивался в несуществующие щели, - Привезли цветы для украшения, нужна твоя подпись.

Майк со всей силы сжал зубы. Гребаная Трис не оставляла его ни на секунду с того мгновения, как он вернулся. И ладно стрижка, примерка костюма, где физически без него не обойтись, но эти хреновы цветы. Как будто в них было что-то особенное, обычные lilium и rosa. И на что ей его подпись, если он давно открыл ей счет в банке, который регулярно пополняет?!


- Трис, я работаю!!! – заорал через дверь Майк, - Мне нужно время!!!


Не спрашивая разрешения и даже не стуча, в лабораторию вошла сначала грудь Трис, а затем и она сама:


- Майки, родной, я слишком долго делала все одна! Осталось всего три дня до свадьбы, неужели ты не можешь быть со мной? Мы не виделись кучу днёв.


- Дней, - поправил Майк и скривился. Где были его мозги, когда он затеял весь этот цирк? Такая покладистая и покорная, сейчас эта тупоголовая блондинка, хозяйничающая у него в доме, даже не допускала его до своей спальни. Традиции, говорила она, воздержание. И где слов- то таких набралась? Видимо, этот святоша, пастор Грегори, нашел себе новую овечку. Овцу.


Майк досадливо сплюнул. Традиции не помешали Трис прыгнуть к нему в кровать через пару часов после знакомства. Это было самое лучшее в ней. Потрясающая доступность в любое время суток.


- Пошли со мной, посмотришь на цветы, ты же любишь, - наивно улыбнулась Трис. Ни следа умственной деятельности на лице.


- Дорогая, - через силу спокойно ответил Майк, - Мне нужно доделать работу, поставь подпись сама, хорошо?


- Лааадно, - надула губы девушка, - Но вечером ты только мой!


- Только твой, - выдохнул Майк, радуясь, что какое-то время никто не будет его трогать.


Кордицепс начал показывать потрясающие результаты, первая же зараженная спорами крыса действовала совершенно логично. Так, как действовал бы разумный человек! Единственное, сыпь… Гриб, лишенный естественного способа размножения, выводил новые споры на поверхность кожи…


Кажется, нобелевка уже у него в кармане… Превосходный паразит… Способный, обучаемый… А если…


И профессор полностью углубился в опыты, даже не замечая, как дверь в лабораторию снова открылась. Он только и успел, что убрать материалы под колпак, когда к нему на колени прыгнула раздевающаяся на ходу невеста:


- К черту, Майки, я скучала, - хрипло простонала девушка.


- Я же работаю… – начал профессор, но Трис знала свое дело, и Майку вдруг в конец снесло голову. Больше двух месяцев воздержания, стресс от всей этой суматохи вокруг свадьбы и невероятное по своей сути открытие вдруг сосредоточились в одном месте. В ушах застучало, и он даже не понял, как опрокинул блондинку на стол, обнаженную и такую доступную.


- Ма-а-айки-и-и, да…– держась за грудь, задыхалась невеста, пока Майк, чертыхаясь, стягивал штаны, - Убери это, - и девушка смахнула часть вещей на пол.


Звук разбившегося стекла враз отрезвил мужчину:


- Трис, не надо…


Девушка попыталась подняться, опираясь руками на рабочий стол:


- Что такое? Ой, я во что-то влезла рукой, - и засмеялась.


-О, нет, - зашептал он, - Споры…


А потом перевел взгляд на пол, где валялись разбившиеся колбы и пустая опрокинутая клетка, и в шоке закрыл глаза.


Твою мать. Твою мать. Твою мать. Твою мать. Твою мать…



Предыдущий рассказ Время непростых решений

Показать полностью
64

Лифт в преисподнюю. Глава 44. Лишние люди

Предыдущие главы


Они закончили разговор на рассказе Маши о той странной троице, где девушку пленили двое мужчин. Или не пленили. Или показалось. Неизвестно. Всё равно она погибла. Из компании смог выжить только один. Тот, что убежал, хотя, возможно, его всё же догнали и убили «бывшие». Но этого им было уже никогда не узнать.


… Саша расправился с ужином. Хозяйка квартиры предложила ему отдохнуть. Хотя, как он понял, ей самой ещё хотелось поговорить. Ещё бы, несколько месяцев в одиночестве. Даже кота нет. Мужчина не сопротивлялся, а даже был рад сделать перерыв. И сам уже чувствовал, что израсходовал на разговоры почти все силы.


Для возвращения к семье сначала требовалось выздороветь. Заштопанные ноги были серьёзной проблемой не только для этого, но и вообще для его жизни.


Маша беспокоилась, что раны могут загноиться, и каждые несколько часов протирала их спиртом. То есть водкой. Потом смазывала каким-то заживляющим кремом из маленького тюбика. Дизайн у него был советский. Женщина сказала, что это средство хорошо затягивает маленькие ранки, так что будет не лишним. Но вот помогает ли хоть что-то из этого арсенала от загноения, никто из них не знал.


Саша не отказывался от лечения, но ему хотелось хотя бы примерно знать, когда он сможет подняться на ноги.


— А я думаю, ты и сейчас встанешь с моей помощью. И даже пойдёшь. Особенно, если тебя опоить водкой и обезболивающими, — ответила Маша, укладываясь на диван под своими одеялами. — Но швы же, наверное, разойдутся, и кровь пойдёт. Хотя я не знаю. Я не врач, не медсестра, и зашивала тебя только потому, что раны такого размера вроде как полагается зашивать. В кино, например, их всегда зашивают. Найти бы книжку какую, где про это написано.


— А температурить меня так и должно?


— Вроде бы да. Какая-то маленькая температурка должна быть. Но я могу и путать это с чем-то. В сериалах люди обычно уже выздоравливают, — слегка улыбнулась спасительница.


Саша промолчал. Но предположение женщины о его довольно скором «переезде» домой приободрило. Конечно, чтобы раны не раскрылись, какую-то часть лечения ему придётся отлеживаться здесь.


— В общем, я не знаю, сколько они будут заживать. И когда нужно нитки вытаскивать. И книжки же у меня никакой нет. А ты не в курсе сам?


— Нет, — ответил больной, постепенно погружаясь в мягкую темноту сна. — Не знаю ничего о медицине. Не умею заводить машину без ключей. Ни разу не сливал бензин. Стрелять не умею.


— Ну, сливать бензин очень просто… А что же ты делал раньше?


— Да как и все, в офисе работал, — сказал зевнув он. — Мне проще было за ремонт и прочее платить, чем самому разбираться. Не великие деньги, а время было дорого. Да и всё и всегда надо уметь, без умения лучше никуда не лезть. И особенно в эту жизнь.


— Да, не те нынче мужики, — пошутила она. — Хотя я и сама-то ничего толком не умею. Мы с тобой словно специально созданы, чтобы просто оплачивать счета для тех, кто хоть что-то умеет.


— Мы на первоначальный взнос собирали, — вставил он фразу. — Хотели квартиру свою. Деньги во вкладе были. А теперь…


— Да, с ипотекой тяжело, — разобрал он её последние слова. — Причём, вот все же берут чуть больше, чем могут себе позволить… Все деньги туда вбухивала, а конца и края не видно. Но я ещё столько же готова переплатить, чтобы вернуть всё, как было раньше!


— Только платить некуда.


Саша просыпался ночью от боли. Его стоны будили Машу, и она вставала, чтобы дать ему таблетки. Для мужчины всё происходило как в бреду — телу здорово досталось, но организм упорно боролся. Откуда брал силы? Иногда он чувствовал, что руки свело судорогой. Смотрел на свои неестественно выгнутые конечности, но совершенно не чувствовал боли. Пальцы вращались и шевелились против его воли. Хотя, возможно, это были просто сны. Или вообще всё, что он видел в последние дни, оказалось наполовину сном.


Наутро женщина измерила его температуру:


— Тридцать семь ровно — бодро произнесла она, вглядываясь в стеклянный градусник. — Отлично.


— Чего отлично-то? — чувствуя противный запах перегара из собственного рта, спросил Саша. — Температура же.


— Главное, что выше чем вчера не стала. Значит, это послеоперационное что-то такое, а не простуда. Наверное. Ты же на улице весь промок. Да и драка, раны, побои — всё стресс, а это уже прямая дорога к болезням и тому подобному. Я про это читала. Нервы, переживания, всё ведёт к употреблению лекарств. Ну а ты пока только на обезболивающих, — тут женщина подмигнула, намекая ещё и на алкоголь. — И другого ничего нет. То есть, всяких склянок полно, но от чего они, я не представляю. Точнее не знаю, что давать нужно после таких «операций». Слышала про таблетки кровеостанавливающие или для свёртываемости какие-то, но не помню названия.


— Я тоже по нулям.


Саша даже удивился такому логичному объяснению насчёт своей температуры. На душе стало немного светлее. Все её суждения выглядели здравыми и, видимо, его собственные больничные дела пока складывались неплохо.


— Повезло тебе в общем. Да и не в общем, а во всём. А если бы я не посмотрела в окно тогда?


— Я тебе очень благодарен за это, честно. И всё, что потрачено на меня, постараюсь вернуть. Или как-то ещё отблагодарить…


— Да я не на благодарности твои нарываюсь, — несколько смутилась спасительница.


— Да дело и не в этом, — произнёс мужчина, протирая сонные глаза. — Главное, что теперь нас четверо. А это значит, что шанс выбраться увеличивается.


— На сколько? — вопрос, как ему показалось, был задан без интереса.


— Ну, если нас было трое, а теперь четверо, то на четверть, видимо. Плюс 25 процентов к навыкам выживания, — улыбнулся он.


— Значит, нам нужно найти твои ключи, — предложила Маша.


— Да, но сначала мне нужно как-то связаться со своей семьёй.


— В этом-то и проблема, Саша, — впервые назвав его по имени, ответила женщина. Показалось, что её голос стал добрее или даже нежнее чем раньше. — «Бывшие» не уходят с этой улицы. Никто из твоих не появляется на балконе, да и я тоже не могу. В окне-то они меня не разглядят.


— А «бывшие» могут и в окне увидеть! Надо быть осторожнее. Да, дело дрянь.


— Они будто улицу патрулируют.


— Хм, патрулируют? — мягко усмехнулся Саша.


— Ну, а как ты предлагаешь это назвать?


— Не знаю. Вот и объяснение тому, что они где-то находятся постоянно.


— То есть?


— Ну «трупники» твои должны же где-то жить? Проводить свободное время и, наверное, спать?


— Свободное время? Никогда не задумывалась о таком, — призналась женщина.


В её голосе чувствовалась ударная доза скептицизма.


— Не могут же «бывшие» постоянно бродить из стороны в сторону? Это же всё истории из глупых фильмов! Любому существу нужно состояние покоя. Какой-то дом, может, даже общество. И то, что они пришли на этот шум вместе, группой... И обосновались здесь на какое-то время, подтверждает мои догадки.


Маша странно посмотрела на своего собеседника и вышла из комнаты, объявив, что приготовит что-нибудь перекусить.


— Ну а что я такого сказал? — обиженно прошептал Саша ей вслед.


***


Когда гость уснул, Маша тихонько вышла из квартиры. Аккуратно прикрыла дверь. Темно. Но женщина знала свой подъезд на ощупь. Наизусть.


С механическим безразличием хрустнул ключ в скважине замка. Заперто.


— Сашина кровь… пожалуй, что-то в ней есть, что может помочь, — продолжила она свои мысли шёпотом. — Не мог же он не заразиться? С такими ранами это просто невозможно! — Маша скривила лицо в неуверенности. — Да точно в крови его что-то должно быть. Не такое, как у всех! Жаль только, что кровь хорошая, а в голове его пусто. В крови густо, в голове пусто! Полезен только тем, что умеет водить… и кровью своей. Наверное. Но если сейчас мы никому не нужны, то с его кровью мы будем нужны всем! Это наш шанс.


Замолчала. Долго всматривалась вниз. Между лестничными пролётами. Там ещё темнее. Но подъездные окна всё же пропускали чуть-чуть света. Помогали с темнотой, но не с чернотой. Что-то темнее и гуще обычных теней начинало пробираться в этот дом. Что за мысли такие?


— Но куда? Как? Да и семью свою он не бросит. А вчетвером нам не выбраться. Ладно ещё была бы только его жена! Ребёнок — это слишком большая обуза сейчас! Если его взять, то что-нибудь обязательно пойдёт не так! И без детей, в этой жизни всегда и всё идёт не так, как задумываешь! А если мы хотим спастись, то у нас в команде и так слишком много тех, из-за кого план может превратиться в одну смертельную ошибку! И в ускоренном темпе! Прости Саша, но нам нужно думать о других детях сейчас.


Медленно. По одной ступеньке за раз. Она спустилась на четвертый этаж. Повернула ручку у дорогой на вид двери с глянцевым покрытием. Вошла в квартиру.


— Какая-нибудь машина да заведётся. Надо проверять по несколько штук в день. Один проверяет, другой наблюдает.


Светлые обои в коридорчике. Зал и кухня справа, но последняя чуть дальше. Слева напротив кухни другая комната. В дверь санузла между ними и упирался взгляд Маши.


— Как их забрать? Как со всем этим справиться? Как забрать этих лишних людей? Но зачем нам лишние люди? А если бы я сама оказалась лишней?


Она нахмурила брови. Закрыла за собой дверь и села на пол прямо в коридоре. Прижавшись к стене. Чуть в стороне, ближе к залу.


— Его надо вывезти отсюда...


На обоях виднелись засохшие брызги чего-то тёмного. Некоторые стены хранили на себе чёрные отпечатки человеческих рук.

Показать полностью
72

Лифт в преисподнюю. Глава 43. «Бывший» с рыжей бородой

Предыдущие главы


— Ты кушай-кушай! Это твой ужин.


— Ага, — опомнился Саша и нервно принялся за еду.


— Я давно наблюдаю за этой тварью. «Рыбаком», хм.


— Сколько? — с набитым ртом спросил он.


— Месяца два. Но они для меня, как вечность, — тяжелым голосом ответила Маша.


— Понимаю.


— Там убили кого-то. Даже уже и не помню, как, — упершись взглядом в стену, продолжила рассказывать женщина. — Кажется, кто-то в машине той долго орал. Но тогда почти весь город кричал, так что не могу сказать точно.


Казалось, что ей было нелегко говорить об этом. Но почему? Ответ на этот вопрос гость надеялся узнать позже.


— Люди же каждый день умирали тогда. Те три дня. Потом оставшихся добивали ещё с месяц. Ну как добивали, дожирали… А потом «трупники» просто бродили по улицам толпами. И вот в первые дни, эта машина, кажется, и горела, — кивнула в сторону упомянутого авто хозяйка квартиры. — Он, видимо, там и «засел» после этого. А потом ещё несколько бродяг было.


Саша прервал трапезу и внимательно посмотрел на Машу.


— Да. Какие-то бродяги. Здесь дворами ходили. Но по большей части неприятные люди это оказались.


— В смысле?


— В том смысле, что плохие. Один раз двое парней шли, и девчонка с ними, — скучным будничным тоном пояснила рассказчица.


— Ну и?


— Так руки у неё были связаны. И вели добры молодцы её на верёвке.


— Да ладно?! — удивлённо воскликнул собеседник.


— Прохладно! — в тон ему, не очень вежливо, ответила Маша.


— Так и что дальше-то было? — проглотил Саша её грубость, ради скорейшего продолжения истории.


— Компания шла по парковке. Там же, где и ты нарвался. Смотрели, видимо, машину себе. Не знаю! И знать не хочу. Ну а эта зараза, видимо, давай им там мурлыкать.


— Звал их?


— Не знаю я, что делала эта тварина! Я ж сверху, не забывай, не слышу толком. Но в городе-то тишина теперь, и вроде правда, она издавала звуки свои! Ты ведь тоже слышал?


При этих словах больной почувствовал, как у него внутри пошевелилось нечто неприятное. Иное. Сглотнув слюну в секундном приступе тошноты, он кивнул.


— Тебя самого случайность спасла. Я когда крикнула, ты обернулся, — попыталась повторить то его движение Маша, — а «трупник» в это время тебя лапой своей ударил, — женщина взмахнула рукой. — Ты, получается, на звук развернулся и чуть-чуть назад отклонился. И он, видимо, промахнулся. Мне кажется, примерно так получилось.


«Да. Как-то так всё и было», — поёжившись, согласился Саша.


— Но тварина-то не знала, что с тобой она промахнулась! Ведь зацепила же всё-таки? Чувствует же, наверное, это? Не понимала же она, что не мясо зацепила, а куртку. Для неё ведь нет различий? Ну это я так надумываю себе. Она же не может оказаться умной-разумной? И поэтому, наверное, просто полагаю, — женщина как бы примирительно развела руками, — она тебя не пыталась ещё раз наколоть! Потому что ты для неё уже был наколот. Иначе бы тебе конец однозначно!


Есть перехотелось.


— Ладно. Продолжаем не про тебя. И вот шли они по парковке. И подошли к этой машине. Посмотреть, что там такое. И тварь первого парня проткнула.


Немного помолчала, видимо, вспоминая, как всё случилось. Или свои ощущения от увиденного. Посмотрела в коридор. Потом на Сашу.


— Ты же, наверное, помнишь, он когда рукой выстреливает из себя, то как будто взрывается. Ошмётки всякие летят. Мне толком не видно, но на зрение своё я никогда не жаловалась. Вроде что-то брызгает из «трупника» машинного.


Мужчина несколько раз кивнул, но говорить ничего не хотелось. Эти воспоминания и так уже перебили ему аппетит.


— Он, значит, проткнул первого парня. И девушку, похоже, что ослепил. Чем-то ей в глаза попал.


— Ну она же отползла? — не удержался от вопроса Саша.


— Куда девчонка отползёт? Она же привязана была к его поясу! Или к руке. Не помню уже. Я же сразу сказала, что они её на верёвке вели. Я ещё не сразу в это поверила. Думала, вдруг показалось. А может, просто они так привязались друг к другу, чтобы… не потеряться, не знаю…


— Так и что с ней?


— Парня этого он сожрал, — будничным тоном продолжала Маша. — А девчонку вместе с верёвкой затащил к себе. И, полагаю, тоже сожрал.


— Ну она же кричала бы во всё горло! Мы бы тоже у себя услышали?


— Не кричала она почему-то. Хрипела что-то вроде бы, кувыркалась, но не кричала и ничего не говорила. Может, даже немая была.


— Немая? — скривил лицо Саша от показавшегося ему дурацким предположения.


— Ну не знаю я! — немного разозлилась рассказчица. — Немая она была или глухая, а может, этот «трупник», когда взорвался, что-то выплеснул на неё. Сонную слюну какую-нибудь. Не знаю. В общем, печальна судьба девчонки.


— Так, а там же ещё один был.


— Да. Стоял, смотрел. Такой крупный, кажется, с рыжей бородой.


— Смотрел? Он её не спас?!


— Нет, — спокойно ответила Маша. — Стоял в сторонке. Курил.


— Но почему? Я не понимаю!


— Ну а почему девчонка связанная была? — с вызовом посмотрела на своего собеседника женщина.


— Может быть, её «бывший» укусил, и они связали её, пока ждали…


— Я такой вариант, если честно, не рассматривала, — холодно прозвучал ответ. — Девчонка-то нормальная была с виду. Как я смогла рассмотреть. Хотя, возможно, ты и прав. Но моё предположение другое.


Саша покосился на Машу.


— Ну, ты мальчик взрослый. Понимаешь, о чём я. Сейчас проще с «бывшими», как ты их называешь, управляться, чем с людьми. Тем более с такими. Ты думал, раньше людишки погано себя вели? А вот оказалось, что всё это ещё были цветочки.


Она немного помолчала.


И он не находил слов. Был раздавлен рассказом и опечален судьбой несчастной девушки, так глупо умершей в это страшное время. Или не глупо? А подло. И как ему растить сына в таком мире?


— Люди сейчас отвратительные. Я этих как-то сразу отличила. Двигаются плохие люди всегда отлично от таких, как ты. И не крикнула им. А тебе крикнула. Ты не такой.


Саша ничего не понял из её последней фразы. Мистика какая-то! Маша как-то странно на него смотрела. С добротой? С доверием? С заботой? Нет, всё не те слова. С надеждой. Но надеждой на что? Что за чепуха?


— То есть, ты считаешь, что эти парни ту девчонку взяли в рабство? Или как-то так?


— Как минимум. Или как-то так, — словно передразнивая, добавила последнюю фразу хозяйка квартиры.


— Ничего себе! — в сердцах сказал Саша. — Но зачем? Да что же это такое? Мы же сейчас все вместе должны держаться! Объединяться как-то против общей беды.


— Ага. Ищи дураков.


— Нет, ну правда. Каких дураков? Без дураков! Я думал о подобном… Предполагал, что где-то это может быть. Но не о прямо таком вот! Как ещё нам выживать-то? Сколько нас вообще осталось?


— Не знаю, как. Но тот третий рыжебородый тип убегал от твоих «бывших» в сторону центра города.


Мужчина удивлённо поднял брови.


— Да, «трупники» тут как тут через несколько минут были.


— «Первые»?


— Скорее всего.


— Он убежал?


— Здоровый мужик. С ружьём. А выстрелов я не слышала… Думаю, да. Смог убежать от этих недоделков.


— Знаешь, я никому живому зла не желаю, но надеюсь, что не убежал он.


— Я тоже. Ну если увидишь «бывшего» с рыжей бородой, то будешь знать, кто это.

Показать полностью
68

Лифт в преисподнюю. Глава 40. С тобой что-то не так

Предыдущие главы


«Бывшие» бродили по улице вокруг дома, где Саша нашёл своё спасение. Мужчина раз за разом восстанавливал в своей голове картину произошедшего и пытался понять, как ему теперь быть. Совершил один выход на улицу в этом новом мире, и жизнь круто изменилась. Чуть вообще не прекратилась.


Обезболивающие в сочетании с алкоголем, призванным усилить их эффект, держали Сашу в весьма странном состоянии. Если он бодрствовал, почти всегда быстро терял концентрацию. Часто не понимал, действительно ли не спит. И наоборот. К тому же, мужчина постоянно чувствовал тянущую боль в ногах, спине и голове. И противную температуру 37-38.


Но несмотря на посттравматические муки, желание понимать, что происходит, заставляло его бороться со сном и болью.


— Ну ладно, в квартиру «трупники» вряд ли смогут забраться, — стараясь успокоить своего гостя, сказала Маша и села на диван.


Саша скривил лицо от слова, которым женщина называла «бывших».


— Что? Тебе опять больно?


— «Трупники»… — отрицательно качая головой, недовольно произнёс он и облизнул разбитые губы. — Мы называем их «бывшими». Они ведь бывшие люди. Ну, раньше были людьми…


— Да не надо мне разжёвывать, и так ясно. Какая только от этого разница?


— Так я не договорил, — сдержав раздражение, сказал Саша. Вздохнул. — Мы видели, как «бывшие» забрались в одну квартиру через окна. Потому что заметили в ней людей.


— Серьёзно? — с удивлением и недоверием спросила женщина. — На каком этаже?


— На втором. Серьёзно, — кивнул гость. — Своими глазами видели. С тех пор вот стараемся смотреть из окон только через тюль... Чтобы нас с улицы не заметили.


— Ну, вполне разумно. Я хоть и на пятом живу, тоже так делаю, — согласилась хозяйка квартиры. — Ты бы завёл себе ещё одно правило: не нарываться на «трупников»!


«Хотя, может, они для тебя не такая уж и угроза» — подумала про себя Маша.


Саша нахмурился и проглотил насмешку, сказанную подозрительно серьёзным голосом.


— А ещё я недавно видел... Как один «третий» ходил и смотрел в окна.


— Что за «третий»?


— Фух, — выдавил из себя мужчина, собираясь с мыслями. — Мы для себя их разделили так… «Первые» — это, которых больше всего. Примити… — Саша запнулся.


— Примитивные? — подсказала Маша.


— Ага, — с благодарностью кивнул больной, этот разговор давался ему всё труднее. — «Первые» — самые примитивные «бывшие». Их много. Они опасны, но реально тупы, — ненадолго задумался. — То есть, они могут тебя убить запросто, дури-то в них полно. Но если ты спрячешься, то запросто и мимо пройдут. Я так думаю.


— А запах?


Саша удивлённо посмотрел на собеседницу, явно сбитый с толку.


— Ну, а запах они чувствуют?


— Думаю, да. Скорее всего. Ну не как собаки. У людей же не такое обоня…


— Обоняние?


— Да, поэтому не знаю. Что-то они точно должны чуять.


— Не зря, значит, я тогда хлоркой возле подъезда землю полила, — задумчиво произнесла Маша.


Саша вопросительно на неё посмотрел. И женщина объяснила, что сделала это после нападения «рыбака», чтобы замести следы.


— «Вторые» — это более серьёзная угроза. Они чуть быстрее. Думаю, что и сообразительнее. Уже такие, с изменениями внешности. Но их меньше.


— Меньше?


— Чем «первых», но больше чем «третьих» и прочих. Они ещё опаснее. Тут и от «первых» стоит драпать сразу. А от этих тем более.


Саша зевнул и продолжал:


— Затем идут «третьи». Они уже сильно отличаются от «первых». «Третьих» совсем немного.

Женщина нахмурила лоб и, не произнося ни слова, вопросительно смотрела на своего собеседника.


— Видела таких? — Саша задумался, подбирая слова. Сосредоточиться удавалось с трудом, картинка плыла, но он не сдавался. — Знаешь, вот «бывший» ещё на человека похож. Но уже начинает становиться… — мужчина не мог найти нужное слово. — Превращаться в кого-то другого. У него пальцы вытягиваются. И уши. Лицо становится мордой. Появляются такие, знаешь, сразу заметные изменения внешности… или даже, правильнее будет сказать, изменения тела. Если «первый» ещё в какой-то степени с виду человек. То «третий» — уже однозначно персонаж из фильма ужасов. От таких и не убежать. Они быстрее остальных.


Маша кивнула:


— Я поняла, о чём ты говоришь. Мимо моего дома такие проходили. Они ещё не плетутся по дороге, как эти твои «первые-вторые», а перебежками двигаются, — в довершение фразы, женщина быстро посмотрела в коридор и словно сама себе кивнула ещё несколько раз.


— Точно. Мы говорим об одинаковых «бывших». И вот такой… «трупник» совсем недавно бежал по твоей стороне улицы. И заглядывал в окна домов.


— «Третий»? Прямо заглядывал? — с подозрением спросила Маша.


— Ну, не так, как это сделал бы человек. Но подходил, смотрел издалека в окна. Даже во дворы забегал.


— Да ладно? Никогда за «почти уродами» такого не замечала.


Он вопросительно поднял бровь.


— Ну, «почти уроды» у нас — это твои «третьи»…


Саша не подал виду.


Но заметил.


Женщина сказала «у нас». А не «у меня».


«Что за ерунда? Может, оговорилась?»


— … а дальше уже бывают «совсем уроды» с длинными руками такие, — как ни в чём ни бывало продолжала Маша.


Саша напрягся, но не потерял нить разговора и сказал чуть дрогнувшим голосом:


— «Гончие». Так мы зовём их. После «третьих» — «гончие».


— Странные у вас названия, — ответила она, глядя в сторону.


— Да у тебя тоже. Вполне, — парировал Саша и, сам не зная, почему, сделал небольшое ударение на слове «тебя».


Женщина никак на это не отреагировала, что Саше не понравилось. Странные новые мысли начали закрадываться в его голову.


***


«Зачем она меня спасла, если было уже почти поздно? Почему она сказала "у нас"? Может, ненормальная? Или, наоборот, я уже поехал от всех этих коктейльчиков? — размышлял Саша. — Ну то есть, она чуть-чуть того? Вполне возможно. Три месяца провести в одиночестве в этом аду. Ещё и не такое с головой случится. А может, мне просто показалось? Ну оговорился человек, с кем не бывает?»


Теперь для Саши «климат» этой квартиры перестал быть комфортным. Захотелось домой. К родным. К своим, которые не предают и не обманывают. На которых ты можешь злиться, ругаться, но только потому что они свои — кусок тебя. То, что есть часть всего в твоей жизни, дне, минуте, мысли.


«Возможно, странности "проросли" в Маше уже настолько глубоко, что она и не помнит себя без них? Но наверное, я себя накручиваю».


Саша очнулся от своих раздумий и вздрогнул. Женщина сидела напротив и молча смотрела прямо на него.


— Что? Я что-то прослушал? Извини, как-то голова туго соображает. Бывает, теряю мысль, — он почувствовал, что испугался.


«С другой стороны, — предположил Саша, — возможно, эти все мысли от лекарств, алкоголя и боли? Или я просто сам потихоньку схожу с ума. Тоже?»


— Так нет. Это ты говорил, но замолчал.


«Что? Да я же спал!»


Саша ничего не ответил.


Психологический дискомфорт нарастал. Жутко хотелось уйти из этой квартиры, но он понимал, что такой возможности у него нет. Мужчина знал, что придётся остаться здесь. И возможно, бороться не только со своими, но и с чужими демонами.


— О чём размышлял? — прищурившись, спросила Маша.


— О том, что ты давно не проверяла «бывших», — глядя ей прямо в глаза, недрогнувшим голосом ответил Саша. — Только аккуратно, — как будто говоря о свершившемся факте, продолжал он, — чтобы в окне не заметили. Иначе все твои старания пойдут «коту-трупнику» под хвост, — закончил Саша, намекая на собственное спасение.


Женщина на несколько секунд задумалась:


— А ты знаешь, что и коты тоже «нетакие» бывают?


— Предполагал, но не встречал лично. А вот собаку «бывшую» убил.


Маша удивлённо подняла бровь. И улыбнулась.


— А собака тебя не кусала, случайно? — подозрительно, но всё же больше в шутку спросила женщина.


— Н-нет… — немного испуганно ответил Саша.


Она помолчала.


Посмотрела куда-то в коридор. Сделала странное движение бровями.


«Стоп. Она посмотрела куда-то? Или на кого-то?»


Обернулась. Скривила гримасу, встретившись глазами с Сашей.


— Хипленький ты совсем, Шурик. Подозрительно это всё. Странно.


— Насчёт странностей, я согласен, — сказал Саша одно, а подумал совсем другое.


— Я думаю, с тобой что-то не так.


«Я про тебя тоже так думаю, "трупник" тебя подери!»


— Что?


— А сам, как считаешь? Что бы ты думал про человека, которого искромсал этот твой, ну давай назовем его... Ээ...


— «Рыбак»?


— «Рыбак». И после «рыбака» этот человек преспокойненько выжил?


— Так ты же меня спасла!


— Спасла… но своими культями мерзкими он тебя проткнул хорошенько! И слюнями ядовитыми забрызгал тоже! Много дырок, Шурик. В тебе много лишних дырок! Но ты не заболел!


«А ведь и правда, чёрт подери эту… странную женщину. Ведь всё, что она говорит, правда».

Показать полностью
63

Лифт в преисподнюю. Глава 38. Просто звук ветра

Предыдущие главы


Женщина с любопытством взглянула на Сашу. Увидев, что он проснулся, отложила книгу и подошла ближе.


Мужчина смотрел на Машу и не знал: стоит у неё что-то спросить или, наоборот, что-то ей рассказать. Хозяйка квартиры тоже не спешила завязывать разговор. Видимо, пыталась оценить, насколько её гость пришёл в себя.


— Ты понимаешь, что сейчас происходит? — всё же спросила она.


— Да. Понимаю. Не понимаю только, как всё так произошло.


— По глупости, — строго сказала женщина. — По незнанию. По невнимательности. Ты дурень! Зачем полез сюда?


Мужчина слегка кивнул головой. Понял. От него ждут не вопросов, а ответов. Справедливо. Впрочем, она вроде и не обещала вести себя как заботливая медсестра из ванильного сериала.


Ломило виски. Пахло перегаром. Хотелось пить. Обездвиженное тело затекло. Жизнь, во всех её преимуществах, сжимала выжившего в своих объятиях.


— Меня самого зовут Саша. Я женат, есть сын, — он чувствовал себя так, будто отчитывается экзаменатору. Но такое немного унизительное ощущение всегда выгоднее перебороть: решить проблему в свою пользу и забыть. — Мы, точнее Марина — это моя жена, заметила тебя на балконе. Наш дом стоит через дорогу. Второй от перекрёстка.


— Так ты шёл ко мне? — удивилась Маша. На её лице выразилось такое недоумение, что Саша почувствовал себя ещё более некомфортно.


— В том числе, да.


— Сколько вас, ты говоришь?


— Трое: двое взрослых и ребёнок.


Собеседница скривила лицо, задумавшись. Отрицательно покачала головой.


— Ну а почему нельзя было помахать рукой с балкона? Ты же чуть не погиб, когда полез сюда!


— Мы смогли застать тебя на нём только один раз, — не соврал он.


Женщина недоверчиво подняла брови, но ничего не сказала.


— Потом, сколько мы ни сидели у окна, ты там так ни разу и не появилась, — со вздохом произнёс Саша. — Поэтому я решил проверить, не стоит ли тут одна машина, от которой у меня есть ключи, и заодно попытаться найти выживших.


Маша молча смотрела на него. В своём взгляде она не скрывала подозрительность. Недоверие. В её голове не укладывалось, зачем взрослому мужчине в здравом уме идти на смерть ради поисков какой-то машины.


Женщина вздохнула и снова покачала головой, как бы вынося вердикт: ну ты и дурачок, но несмотря на это, тебе вроде бы можно верить.


— И, как видишь, оружия у меня нет.


Тут её глаза немного подобрели. Будто услышав какую-то глупость от студента-первокурсника, она слегка кивнула в знак одобрения и отвела взгляд в сторону, собираясь с мыслями.


Волосы Маши были собраны в короткую толстую косу, перетянутую резинками. На её бледном лице уже виднелись морщины, ну или это были просто неровные полоски грязи.


Женщина вытащила из-за пояса пистолет. От глаз мужчины не скрылся и большой нож, висевший на ремне.


Без какого-либо осознанного участия Саши, его лицо напряглось, челюсти плотно сжались.


Он не знал, какая марка у пистолета, но в фильмах такие обычно полицейские направляли на преступников.


— «ПМ», — сказала она. — Тут, думаю, ничего объяснять не нужно?


Саша отрицательно закачал головой, хотя и не помнил, как расшифровывается «ПМ». Пневмат? Но он прекрасно понимал, что в конкретном случае означает демонстрация оружия.


— У вас есть еда?


— Её во всём городе полно, — уклончиво ответил мужчина.


— Да мне чужого не надо, я наоборот, — немного виновато ответила Маша, улыбнувшись. Как начальник, который рассчитывает тебе премию. — Может быть, ребёнку твоему нужно.


— Спасибо, у нас пока есть запас на пару недель, — напряжённо выдавил Саша.


— Но с водой, наверняка, туго?


— Ну, можем позволить себе только пить.


— А не мылись сколько?


— Думаю, столько же, сколько и ты.


Женщина хмыкнула и улыбнулась.


«Отлично, — расслабившись подумал Саша. — Вроде бы адекватная. И у неё есть оружие. Теперь всё может наладиться, только…»


— А что там со мной? — указав глазами на ту часть одеяла, что укрывала его ноги, спросил мужчина.


— Я не врач, но «трупник» в тебе наделал много дырок. Я, наверное, час вчера зашивала. Но может, так долго, потому что я никого живого раньше не штопала.


— Это же всё произошло вчера? — слегка удивился Саша. Ему казалось, что прошло гораздо больше времени.


— Да, утром.


— А пролежал я?


— Весь вчерашний день, ночь, ну и сегодня уже почти шесть.


— Как мне сообщить моим, что я жив? — заволновался мужчина и попытался пошевелиться. Через секунду его всего перекосило от боли.


Маша вспомнила, что Саша просил её повесить куртку на балкон. Ей тогда эта задумка не понравилась, и она выбросила грязное тряпьё. Женщина решила, что так нежданный гость может сообщить каким-нибудь своим головорезам, где он. И хотя с мужчиной, кажется, всё было в порядке, Маша не стала напоминать ему о той его просьбе. Себе дороже.


— В тебе столько новых, ненужных твоему телу дырок, что пока ты дойдёшь до дома, истечёшь кровью. Я что тебя зря зашивала?


— Да я и встать-то не смогу, боже, как же больно, — застонал он. — Зачем я только пошевелился.


— Я могла бы выйти на балкон и… — Маша задумалась. — И помахать твоей жене рукой. Она ведь, скорее всего, глаз не сводит с этого места.


— И что она поймёт? Что решит, когда я не выйду с тобой? Что я тут жить остаюсь? — немного разозлился Саша.


— Сам подумай, с чего бы мне просто так ей там размахивать? Я же про неё как бы не знаю!


— Это да, — согласился он, пытаясь вытереть слёзы о полотенца, которыми были перевязаны его руки. — Но всё равно надо конкретнее как-то.


— Хоть так, — не слишком доброжелательно бросила женщина и вышла в коридор.


Саша понял, что лежит во второй комнате квартиры, в углу у входа. За ним, скорее всего, зал, из которого можно выйти на балкон. Руки не туго, но связаны. В принципе, за какое-то время он справится с такими путами, но зачем? Ведь Саша понимал, с какой целью его связали. И, кажется, пронесло?! Но как? Почему?


Ещё он заметил одну странность в своей боли. Болели не только ноги, но и спина. Она, пожалуй, мучила его даже сильнее, но Саша не помнил, чтобы вчерашняя тварь могла ранить его туда.


Он услышал звук открывающейся балконной двери и шум улицы. Точнее, теперь это нельзя было назвать шумом, ведь все машины заглохли, как и люди... Просто звук ветра.


Женщина чертыхнулась и вернулась в квартиру.


На вопросительный взгляд Саши она ответила:


— «Трупники» ходят! С балкона заметить могут. Я там примотала тряпку белую к перилам, не знаю, может, твоя жена увидит.


— А много их там?


— Штук десять. И дальше ещё, кажется, идут, — нервно ответила она.


— Десять? Вот чёрт! Я такого количества в одном месте давно уже не видел! — сказал Саша. — Дела наши плохи.


— Смотря с какой стороны посмотреть.


— Ты о чём?


— О насущном! Ты нарвался на «трупника». Он тебя вскрыл немного. Ты выжил.


— Только благодаря тебе, спасибо, — не совсем понимая направление разговора, ответил Саша. Ему показалось, что настроение собеседницы снова переменилось.


— И ты не заразился, Саша, — строго глядя на спасённого, сказала женщина.


— Повезло…


— Шмовезло! Фигня твоё «повезло»!


— Ну может…


— Давай-ка колись, в чём дело?


— Я не понимаю, — попытался развести руками Саша.


Женщина улыбнулась от этого его жеста.


— Это я не понимаю, как ты не превратился. Тебя цапнули, а ты целёхонек. Как так? Ни одного живого лица за последние месяцы, а тут ты! Весь покромсанный, но не болезный!


Автоматически начал оправдываться мужчина:


— Я тоже этого не знаю. Но если честно, ещё даже подумать об этом не успел. Может, тот… стационарный «трупник» незаразный?


Женщина улыбнулась, закатила глаза и покачала головой с таким видом, что Саше захотелось провалиться сквозь землю.


***


Маша посмотрела на своего спящего гостя. Потом в черноту коридора. Холодно. Сыро. Страшно.


«Может ли неживой быть незаразным? Чушь! Каждый из них — сплошная кожаная банка с заразой! С гнильцой!»


Женщина встала с дивана и бесшумно подошла к мужчине. Её пальцы сжимали рукоятку ножа. Присела на корточки возле спящего. Стала всматриваться в его лицо.


«Человек, который не умер. Первый человек, который не умер от их заразы».


Лицо как лицо. Грязное. Худое. Бледное.


Маша быстро посмотрела в коридор. Словно проверила, не стоит ли там кто-нибудь. Вернула взгляд к мужчине.


Лицо чуть вытянутое. Но это как раз может быть из-за того, что пришлось худеть. С такой физиономией человек незаметен в толпе. В жизни. Везде. С таким лицом ты обычный.


«Но видимо, ты, Шурик, как раз таки и не обычный! А чем ты необычнее, тем ценнее! Но только — один ты из нас».


— Но нам всем не спастись, Саша. Ребёнок и твоя жена, уверена, ещё одна бесполезная женщина — обуза, которую мы не вытянем. С этого дна нам всем не подняться.

Показать полностью
50

Лифт в преисподнюю. Глава 37. Как-то кошмарненько

Предыдущие главы


Саша открыл глаза.


Один в незнакомой комнате. Холодно и тепло. Кончик носа замёрз. Онемели и распухли губы. Все остальные части тела затекли в приятном тепле. Или он их просто не чувствовал?


Мужчина почему-то знал, что не стоит шевелиться. Но не помнил, почему. От движения глаз заболела голова, затем боль медленно расползлась по всему телу. Сердце качало кровь, и с каждым сокращением его мышц вспыхивал новый укол.


Он попытался уснуть и не смог. Или всё-таки получилось?


Саша решил открыть глаза и позвать кого-нибудь на помощь. Подняв веки, он обнаружил, что на диване сидит женщина в военном бушлате и смотрит на него.


Свет из окна стал ярче.


Боль исчезла. Но Саша чувствовал, что она в любой момент снова готова пронестись по его нервным путям.


Голова соображала плохо. Мысли спотыкались друг о друга. Моргнув, он увидел, что женщина исчезла.


«Ничего себе, как быстро», — вяло удивился мужчина.


Потом его растолкали и заставили пить. Холодная вода оказалась очень кстати. Ему в рот положили таблетки, но сил разгрызать их не нашлось. Пришлось просто проглотить.


— Эй, ну ты как? Умирать не собираешься? — спросила у него незнакомка.


Подозрительный тон? Недоброжелательный? Показалось? Кто здесь?


— Нет, — с неожиданной для себя твердостью в голосе, резко ответил Саша и только потом понял, что был за вопрос.


Память представлялась ему большим куском льда, который только начинал оттаивать. Но в таком холоде не стоило рассчитывать на скорый успех. Капля за каплей из тёмного небытия оттаивала его личность, собираясь в больной, уставшей ёмкости под названием человеческое тело.


— А ты кто? — неспециально грубо буркнул Саша.


Соображал он плохо и не сразу смог понять, что вопрос прозвучал не очень вежливо. Задумавшись над манерами, он пропустил ответ незнакомки. Женщина же, сказав что-то в пустоту Сашиных мыслей, сидела и вопросительно смотрела на него.


— Что? — переспросил мужчина.


— Ты что, плохо слышишь? — удивилась незнакомка.


— Хорошо тебя слышу, — механически ответил Саша.


— Как ты себя чувствуешь? — вздохнув, видимо, не в первый раз задала свой вопрос его собеседница.


— Не знаю. Не знаю, — произнёс он дважды. — Нет слов. Как-то кошмарненько.


Причём, повторяя фразу, Саша считал, что раскрывает некоторые дополнительные подробности своего состояния. Видимо, понятные только ему.


Женщина, нахмурившись, с сомнением посмотрела на собеседника.


— Ты хочешь меня сожрать?


Саша удивлённо поднял бровь, задумавшись над ответом. Незнакомка его опередила:


— Болит что-нибудь?


Мужчина снова ничего не успел сказать:


— Значит не болит, раз ты не знаешь, что ответить. И не орёшь как резаный.


Саша изобразил на лице мину — «да, наверное, то, о чём ты говоришь, так и есть» и решил, что отвечать на её вопрос уже не нужно.


Хозяйка квартиры, вздохнув снова, села на мягкую табуретку, стоявшую, как оказалось, возле его головы.


На женщине был армейский бушлат. Спортивные штаны с цветными полосками. Чёрная шапка торчала из кармана. Её лицо имело правильные черты, казалось вполне приятным, но уже на закате молодости. Вместе с этим, в глазах таилась какая-то преподавательская строгость и собранность. Кожа бледная, волосы русые. Может, она была и моложе, но последние месяцы каждого из них состарили на несколько лет.


— Как зовут тебя, помнишь? — серьёзно спросила женщина.


— Александр, — не растерявшись ответил её гость и, неожиданно для самого себя, перешёл в наступление с встречным вопросом. — А тебя как?


— Маша. Для друзей Маня, — ответила она таким тоном, что стало понятно: Саше можно использовать только первый из предложенных вариантов. Он был не против.


— А откуда ты тут?


— Я вообще-то здесь живу. Квартира в ипотеке. Между прочим.


Саша хотел ради шутки спросить, когда следующий платёж, но тут же забыл, зачем он решил так сделать. А через секунду из его мыслей пропал и сам вопрос.


— Чего хмуришься? — спросила у него женщина. И Саша понял, что задумавшись сдвинул брови.


— Это так. Просто, — сказал он и решил, что его голова стала совсем плохо работать. — Не соображаю я.


«Как будто от меня пахнет перегаром?»


— Ты помнишь, что вчера произошло? — не отставала Маша.


Саша закрыл глаза. И начал вспоминать. Мелькали какие-то размытые картинки. Ничего не понять. Решив, что достаточно долго молчал, Саша открыл глаза.


Женщина сидела у окна и читала книгу.


Освещение изменилось. Видимо, наступил вечер.


Саша понял, что провалился в беспамятство, а всё, что видел, оказалось сном. Но сейчас ему стало лучше. В мыслях появились крупицы ясности.


Маша вопросительно смотрела на него.


Потом женщина снова внезапно оказалась рядом и поднесла к его губам стакан с чем-то шипящим. Сладко-горьким.


— Пей!


Саша скривил лицо. Горького опять было больше, чем сладкого. А холодного ещё больше!


— Успокоительное, — хитро улыбнувшись, пояснила новая знакомая.


Саша выпил всё.


Пошевелив пальцами ног, он разбудил боль. И сразу всё вспомнил. Неопознанную тварь в машине. Руку-крюк. Борьбу. Поражение. Свою спасительницу. Дорогу в этот дом. Подъезд. Вот только не помнил, какой этаж.


«Ну и чёрт с ним», — решил Саша, после чего его накрыло пьяным беспокойным сном.


***


Маша сверлила задумчивым взглядом спящего гостя.


«Уже сутки в каком-то бреду. Но, может, так и ведут себя раненые? Или такое поведение у тех, кто подцепил заразу? На последнее не похоже. Выглядит он всё ещё по-человечески».


— Кажется, пронесло, — сказала она в пустоту. — Но как такое возможно?

Показать полностью
53

Лифт в преисподнюю. Глава 35. Если ты соберёшься умереть

Предыдущие главы


Саша проснулся из-за боли.


Тело колотила странная непривычная дрожь. По венам будто протаскивали колючую проволоку. Про ноги вообще думать не хотелось. Он боялся сделать малейшее движение, чтобы не потревожить раны.


Саша помнил, что у него есть раны.


Но про то, откуда они появились, память ничего не отвечала. Поэтому мужчина не особенно понимал, что сейчас происходит. Как будто кроме боли в его голове не сохранилось другой надёжной информации. Только что-то вроде: «Лежи, не шевелись, и всё будет ОК!»


Лениво подвигал глазами в попытке осмотреться.


Вокруг темно. Но не холодно.


Хотя нет. И сыро. И холодно. Всё в порядке, мир не изменился. Просто теперь чувствуется как-то по-другому. Не так…


Он лежал на чём-то мягком. На ощупь всё это казалось незнакомым. Чужим, но не отталкивающим. Скорее, даже иным, а не чужим.


На его лежанке было хорошо. Удобно. И мягко. Когда получалось забыть про боль.


«А может быть, я про неё вовсе и не забываю — это она просто сама иногда выключается?»


Словно по расписанию, раз в несколько минут в мужчине закипала злость. Мысли путаным хороводом тянулись из разных уголков обесточенного сознания. Сказывалось действие алкоголя, но Саша не помнил о том, что пил. Ему казалось, что так и должно быть. Одну секунду — ярость, другую — жалость к себе, третью — вопрос «а, собственно, кто я?»


Он и не замечал того, что все свои мысли транслировал наружу. Причём идеально передавая «бессвязность» собственного состояния несвязной речью.


Мужчина лежал на полу на одной половине толстого ватного одеяла, второй его частью он был укрыт. Под головой и плечами — жёсткая диванная подушка.


Видимо, от стонов или бормотания проснулась хозяйка квартиры.


В слабом свете из окна Сашины глаза различили расплывчатый силуэт, который появился из темноты и направился к нему. Он не испугался приближавшегося незнакомца, потому что несколько раз забывал о нём. Его мозг постоянно переключался на мысли о боли и на злость к тому, кто ему эти страдания причинял.


— Сильно болит? — услышал он вопрос знакомым голосом от совершенно незнакомого человека. Даже никакой образ не всплыл в его голове. Поэтому Саша не отвечал, а через несколько секунд вообще забыл об этом.


Очнулся он, когда услышал:


— …таблетку. Да на же ты таблетку! Глухой? — Саша почувствовал раздражение или даже злость в знакомом голосе. Кто-то тряс его за грудки. Это немного испугало, и он решил подчиниться. Делать всё, что ему скажут, если это окажется не более страшным, чем сам голос. И избавит от боли.


— Да пей же ты таблетку, зараза! — услышал мужчина среди своих бессвязных мыслей и понял, что нужно выполнить то, что велено. Тем более всё равно кто-то пытался что-то засунуть ему в рот. Саша принял таблетку и разгрыз её до того, как голос подал ему воды. Он жадно запил лекарство.


Пить. Да, оказывается, очень хотелось пить.


Саша в очередной раз потерял нить происходящего, но когда снова услышал голос, тот стал добрее.


***


Женщина с опухшим сонным лицом куталась в грязноватый пушистый плед. Усталая, испуганная, «на нервах». Она сидела на диване и смотрела на мужчину, которому спасла жизнь.


— У тебя либо началась лихорадка, либо это просто побочка от термоядерного коктейля — водки с обезболивающими, — сказала незнакомка.


Ей никто не ответил. Да она и не ожидала. Уже давно привыкла разговаривать сама с собой.


«Если завтра это продолжится, нужно принимать какие-то меры. Но какие? От чего его лечить? И чем? Лекарств-то разных полно, но какие давать? Может, и умрёт на днях. Дурень, сам виноват».


Хозяйка квартиры встала и подошла к окну.


«Сам виноват! Мир теперь как минное поле из трупоедов!»


Осторожно выглянула. В чёрной темноте копошился ветер. Он же касался ветвей деревьев и слегка раскачивал их. За двухэтажным домом, стоявшим параллельно тому, что стал их убежищем, ничего не получалось разглядеть. Но она чувствовала опасность, исходящую из этой тихой городской темноты, которая стала для неё сегодня ещё страшнее. По крайней мере, ей так казалось. Женщина чувствовала, что мир сдвинулся с места. Вот только, в нужную ли ей сторону?


Она вернулась на диван и осторожно села на край.


«А зачем он сюда шёл? Что ему нужно было среди этих машин? И почему просил повесить эту дурацкую куртку на балконе?»


… женщина поймала себя на том, что так и провалилась в сон, сидя на краешке дивана. Она встала и подошла к мужчине, представившемуся Сашей.


«Заснул. Пусть спит, его сейчас только это может спасти от боли. Вместе с таблетками, конечно, которых такими темпами хватит дня на два. Но может, сильно болеть после этого уже и не будет? Ну да, когда это нам так везло…»


Из-за того, что её запасы теперь будут расходоваться быстрее, женщина вслух чертыхнулась. Раненый гость вздрогнул от звука, но не проснулся. Издал тихий стон и снова затих.


«Если ты соберёшься умереть, — обратилась она мысленно к нему, — сделай это, пожалуйста, сегодня, чтобы я хотя бы продукты и таблетки на тебя не переводила».


Женщина сначала хотела налить воды в стакан и поставить рядом с Сашей, но потом передумала.


«Руки слушаться не будут, наверное. Ещё, не дай бог, разольёт».


Хозяйка квартиры отнесла бутылку к своему дивану и поставила на пол.


«Наверное, если бы заразился, то уже стало бы всё ясно, — она снова хмыкнула. — Но что тут может быть ясно? Если бы я знала, как его вспорет этот урод из машины, то и высовываться бы не стала. На кой уже его спасать, если "трупник" засунул в тело свои жала?»


Она поймала себя на том, что ходит вокруг дивана в каком-то трансе.


За окном ночь. На полу связанный покромсанный неживыми тварями мужчина. Пора и самой укладываться.


Женщина сняла с плеч покрывало и расстелила на одеяло, под которым обычно спала. Забравшись под него, почувствовала привычные холод и сырость. Мерзко, но это чувство хотя бы даёт уверенность, что ты не стал «трупником».


«А может, этот Саша не так прост? Посмотрим… Если не "взбесится" или не помрёт, то я очень сильно удивлюсь! И что тогда?»


Правой рукой хозяйка квартиры сжала рукоять большого охотничьего ножа, висевшего на поясе.


— Давай, Шурик. Не помирай, — вместо «спокойной ночи» пожелала она.


Укрытый одеялом и надёжно связанный, мужчина только что-то хмыкнул в ответ. Где-то в черноте города раздался «трупниковый» вой.


И Саша едва слышно простонал что-то в ответ.

Показать полностью
67

Лифт в преисподнюю. Глава 34. Закон хорошего коктейля

Предыдущие главы


Саша понял, что сначала было бы неплохо снять ботинки, и обнаружил, что у него обута только одна нога.


— Тем легче, — только сказал он, скорчив от боли гримасу. Снял единственный ботинок и швырнул его в коридор.


Путаясь в лохмотьях, в которые превратились его куртка и штаны, мужчина кое-как снял плотные спортивки, надетые поверх джинсов. Продукт «американской мечты» изменил цвет с синего на тёмно-бурый. Примерно от середины бедра и ниже на штанах не осталось и клочка синей джинсовой ткани. Всё пропиталось кровью и испачкалось грязью.


Саше становилось страшно от того, какого размера дыры он видел на своих штанах. Ведь такие же теперь есть и на его ногах.


В глазах потемнело. Снова…


— … я не медик, но есть ощущение, что дела у тебя идут плоховато. По потере крови. Задеты только ноги? — спросила женщина, вернув Сашу в сознание.


Он кивнул. Хотя не совсем понимал, что у него спрашивали. Думать сил у мозга уже не нашлось. Саша словно постоянно проваливался в дрёму и видел всё обрывками. Воспринимал только настоящее, а прошлые вопросы и картинки не сохранялись на жёстком диске. Питание в систему поступало с перебоями.


Мужчина лежал на полу. Светлый с тёмными углами потолок. Холодно. Сыро. Больно. Под голову подложен тряпичный грязный ком — то, что осталось от куртки и штанов.


Незнакомка, стоявшая на коленях рядом, подозрительно поглядывала на Сашу. Глаза женщины защищали зацарапанные пластиковые очки, какие обычно используются на стройке. Остальную часть лица тоже что-то скрывало — ткань или респиратор. Руки в толстых жёлтых хозяйственных перчатках. Она гремела какими-то склянками.


Очнувшись, Саша занимался только тем, чтобы сдерживать приступы тошноты, посещавшие его каждые несколько секунд. Видимо, организм понимал, что в таком состоянии можно захлебнуться рвотой, и направлял все силы на экстренное пробуждение.


«С чего вдруг меня вообще должно тошнить?»


— На правом бедре — две глубоких раны. Сантиметров пять в длину. И одна примерно такая же на икре, — задумчиво сказала незнакомка и быстро посмотрела на Сашу.


Он ничего ей не ответил.


— Ещё штук десять кругловатых проколов. Размером с пятьдесят копеек. Кровоточат. Да всё здесь кровоточит! Но прямо, чтобы кровь лилась, такого нет, — со вздохом произнесла его спасительница. — А значит, кровотечение останавливается… либо просто заканчивается кровь.


Левая нога Саши пострадала меньше: много ссадин, мелких ранок и только четыре круглых прокола. Большая часть ударов «бывшего человека» пришлась именно на правую ногу.


— Ещё раз повторюсь — я не медик. Но, думаю, что большие раны нужно по возможности зашить. Специальных ниток у меня нет. Только шёлковые, — говорила женщина, уже начав какую-то возню.


— Зашивай всё, что надо, — вяло ответил мужчина. — Что-то мне совсем... как-то нехорошо…


Незнакомка двигалась очень медленно: неудобные перчатки, маска и очки не давали возможности «разогнать» лечение. Саше показалось, что он услышал, как звенят бутылки и шипит открываясь газировка. Так и вышло. Женщина поставила перед ним высокий стакан. Налила в него немного воды и положила рядом пачку таблеток.


— Давай-ка ты присядешь, чтобы выпить это, — она рывком подняла его и придвинула к стене, а под спину положила упругую подушку с дивана.


Работа сознания стала немного стабильнее.


Заскрипела пластиковая упаковка с лекарствами.


— Ну-ка открой рот, — мужчина повиновался, и женщина высыпала ему туда пригоршню таблеток. — Жуй! Жуй!


Видимо, Саша удивлённо округлил глаза от такого приказа, и она торопливо объяснила:


— Так они быстрее подействуют! Неизвестно, как у тебя сейчас всё усваивается! А пережёванные скорее растворятся, всосутся или что там с ними происходит! В общем, противно, непонятно, но надо!


Только что отступившая тошнота стала возвращаться, когда Саша захрустел таблетками. Происходящее казалось ему каким-то сюрреалистичным бредом.


Рот наполнился невкусной слюной. Лицо мужчины перекосило, и он уже готов был всё выплюнуть…


— Пей давай, не тяни! — женщина поднесла к его губам стакан с водой.


Саша с облегчением проглотил таблеточную кашу и хорошо запил сладкой газировкой. Последнее оказалось приятным сюрпризом, перебившим горький вкус обезболивающих.


Опустошённый стакан сразу же наполнился прозрачной жидкостью из бутылки с этикеткой «Водка». Туда же его спасительница добавила новую порцию шипевшей газировки.


В другой стакан женщина бросила несколько иголок и маленький моток белых шёлковых ниток. Капнула водки. Посмотрела на свои руки в перчатках. Вздохнула. Налила немного алкоголя на ладони и стала растирать, чтобы обеззаразить жёлтый материал, защищавший её кожу. Через несколько секунд, намочив водкой какую-то тряпочку, стала протирать раны мужчины, не забывая при этом обильно поливать их алкоголем.


Жгло. Саша застонал. Он старался терпеть, но надолго его не хватило.


— А тебе когда больно будет, ты коктейльчика отпивай, — с хитрецой сказала она, видя, что ему действительно больно.


Саша подумал, что хуже уже не станет, и потянулся за напитком.


Но что-то пошло не так.


Руки оказались связаны.


Обмотаны какими-то тряпками. И перевязаны полотенцами. Не больно. Не туго. Даже не чувствуется. Но…


Женщина чуть виновато посмотрела в глаза мужчины, пожала плечами и продолжила жалить его раны алкоголем.


Саша вздохнул и всё понял. Левый глаз, почему-то только этот, начал слезиться, к горлу подкатил ком…


— Идиот, пей! Я тебя сейчас зашивать буду, мне тут не надо, чтобы ты орал!


Мужчина смог взять стакан, только зажав его между двух ладоней. Было слегка неудобно.


— Трубочек, извини, нет! То есть где-то они, конечно, валяются, но я-то гостей сегодня не ждала!


«Обезболивающий» напиток быстро провалился внутрь. Сашу снова чуть не вырвало, на этот раз от вкуса водки. Алкоголя явно оказалось больше, чем газировки. Что ж, таков закон хорошего коктейля!


Когда стакан опустел, незнакомка сразу же обновила его.


Боль постепенно отступала на второй план, словно медленно замещалась чем-то другим. Любое дело, даже такое, отвлекает. В глазах снова начинало темнеть из-за красных, но уже более тёмных и тёплых, как казалось Саше, кругов.


Шипящие пузырьки и горечь алкоголя уже не так обжигали горло. Выпил. Поставил.


От третьего стакана он пытался отказываться:


— Сейчас будет больно. Тебе ещё долго будет больно, — более мягким голосом сказала незнакомка, стараясь успокоить мужчину. — Надо, чтобы ты мог отрубиться.


И Саша повиновался. Ему становилось то холодно, то жарко. Он быстро запьянел и сильно захотел спать, но боль ещё не исчезла до конца, и это мешало забыться.


«Ей можно доверять? — думал мужчина. — Зачем она меня спасла? И как сообщить Марине, что я жив?»


— Повесь потом мою куртку на балконе сушиться... — из последних сил прошептал Саша.


— Что? — удивлённо переспросила женщина с таким тоном, как будто её важное занятие перебивали как минимум третьесортной просьбой.


Он со стоном выгнулся и попытался схватить её за руку. Женщина резко отпрянула назад. Саше и так сложно было даже сфокусировать зрение, а быстрые движения незнакомки вообще превратили её в тёмное многогранное пятно.


— Да я нормальный! — успокаивающе произнёс он. — Обещай, что повесишь куртку! Обещай! Она мне очень дорога! — начал врать он. — Повесь её туда сушиться!


— Ладно-ладно, успокойся! — подозрительно глядя на незнакомца, сказала женщина. — Без проблем, только лежи, не дёргайся!


— Хорошо, всё как ты скажешь! Только повесь её сушиться туда. На ветерок чтобы…


Она кивнула, и Саша отстал.


Мужчина отвернулся, чтобы не смотреть, как будут зашивать его раны.


Он слышал характерный звук снимаемых перчаток. Незнакомка начала вставлять нитку в иголку. Потом что-то недовольно буркнула себе под нос, бросила всё обратно в стакан и налила водки на ладонь. Голые-то руки она забыла обеззаразить.


Тёмные, но не чёрные цвета, что было важно для Саши, плясали перед глазами, выгружая свои грани в видимое только ему пространство. В этой неуютной обстановке становилось страшно от таких видений. Он чувствовал себя проигравшим битву этому очередному дню в новом, но уже окрепшем, жестоком мире.


— Меня зовут Саша, — сказал он женщине перед тем, как погрузиться в беспамятство.


Ответила она что-то ему или нет, Саша не услышал. Только почувствовал вспышку света, когда иголка сделала первый прокол в его коже — это от боли открылись и сразу же закрылись его глаза.

Показать полностью
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: