-9

Разглядывал хорошеньких девушек в метро и улыбался им

Я, Варя, столькое перепробовал, чтобы тебя прогнать.


Чтобы больше ты не мучила меня - ни во сне, ни на обед без аппетита. Чтобы прочь ушла и не возвращалась, потому что я думал: зачем ты мне такая, какой тебя у меня нет.


Я писал письма перьевой ручкой, которая заканчивалась ровно раз в три страницы, исписанных мелким почерком с неотличимыми "о" и "а" и рычащими, размашистыми, хвостатыми "р". И ручку заправлял с помощью медицинского шприца, притворяясь, что я - анестезиолог, и что я, подчиняясь клятве Гиппократа, помогаю спасти человеческую жизнь. Сейчас только накачаю синими, как шкура кашалота, чернилами эту свою ручку, понаставлю клякс на чистой бумаге, сложу ее вдвое или вчетверо даже.


И в ящик брошу. В столе своем. Потому что на почте с такими тяжелыми словами конверты не отправляют.


Я искал в отражениях и зеркалах предметы, которые о тебе не напоминают. Искал не твои волосы цвета растаявшего снега, перемешанного с реагентами, рассыпанными по дорогам. А волосы цвета мышиного хвостика или даже совсем белые. Искал курносые лица, искал глаза с добрым удивлением, искал полные губы с сексуальной женской чувственностью.

Разглядывал хорошеньких девушек в метро и улыбался им Лирика, Любовь, Длиннопост, Проза, Текст, Фотография, Санкт-Петербург

Разглядывал хорошеньких девушек в метро и улыбался им. И они улыбались мне в ответ, а я не чувствовал ничего.


И было нехорошо мне немного, потому что я знал, что девушки ждали: я, такой весь смелый и бравый, выхожу вслед за ними на их станции метро и, конечно, знакомлюсь. И тогда у нас случаются кино, цветы, дети, конфеты и фотографии в рамках на стене. В каком порядке - им неважно.


А я не знакомился и ничуть не хотел. Мне было противно оттого, что они такие прехорошенькие, с добрыми глазами и чувственными губами.


Я выходил на случайной станции метро, садился на ступеньки эскалатора, которые поднимали меня, чуть пошатываясь, на поверхность, и бродил по незнакомым тесным улицам. Я хотел, чтобы они были незнакомыми: чтобы не напоминали о тебе. И о том, как мы с тобой однажды наперегонки лопали эклер с заварным кремом, отламывали ложкой от него куски с разных сторон, и нам было неудобно, потому что крем полз наружу из мест, которые мы надламывали гнущимися пластмассовыми ложками, и приходилось пальцем помогать эклеру забраться в столовый прибор.


И о том, как ты тихо взбесилась, когда я посмотрел на капроновые колготки тощей селедки, проходившей мимо нас на Троицком. А оказалось, что это девушка, а никакая не селедка. Но просто у нее правда была дырка на коленке, а я это заметил. Зато не заметил, что у нее острые колени, как ты любишь, и длинные ноги. А ты - заметила.


И о том, как ты прыгнула в снежный сугроб в Политехническом парке, лицом вниз прыгнула, и руки спрятала под свою плоскую грудь, и лежала так, не издавая ни звука, зато дрыгая ногами, будто в конвульсиях. И мне так хотелось упасть рядом и почувствовать, что ты там себе чувствуешь, вот так по-дурацки устроившись в мокром снегу. А еще больше мне хотелось схватить концы твоего шарфа, торчащие из-под твоей шеи, и затянуть их, чтобы ты никогда больше не падала в объятия сугробов. И вообще в какие-нибудь другие объятия. Я бы тогда смог обнимать тебя всегда, а никто другой - не смог бы.


И я ездил на метро, чтобы не видеть пустое пассажирское справа. И чтобы термос не катался по багажнику, с грохотом спрашивая у меня, почему Варя больше не обжигается чаем, налитым в металлическую крышку. И чтобы не трогать руль, который ты однажды держала в руках, когда я почему-то предложил тебе машиной поуправлять. И было очень скользко, и я так осторожно на газ давил, и я еще думал - зачем только предложил. И ты причитала, что это так ответственно, а я не хотел никакой ответственности знать.


И не знал.


И тебя я тоже не знал. Может, потому и не знал, что безответственный такой?


И прогнать тебя я тоже не смог, хотя ты ко мне не приходила никогда, оказалось. Просто, знаешь, Варя, я понял, в чем дело: я слишком преуспел в бескусстве жить.

Дубликаты не найдены

0

Это правдивые мысли? Ты на самом деле это испытываешь? А что случилось? Куда она делась? Вы встречались или дружили? По сколько лет вам? Только имея эти данные могу что-то полезное посоветовать или утешить как минимум)))

раскрыть ветку 2
0

С "ней" у нас теперь все хорошо, и мы околодвадцатипятилетние то ли дети, то ли старики.
На самом ли деле? Думаю, что это гипертрофированная реальность, но ведь все в глазах смотрящего, поэтому, пожалуй, мне так гипертрофированно все и представляется (:
А заметки эти, скорее, для души и чтобы, если может что-то в тебе, как в читателе, разбередить знакомое, - то вот для этого как раз. Чтобы "да-да, точно-точно, вот так и бывает" (:

раскрыть ветку 1
0

Ну хорошо, что у вас все хорошо! Счастья вам с ней)))