-1

РАССКАЗ. ПРОДОЛЖЕНИЕ...

-Успокойся, быть может, она через меня хочет побольше узнать о тебе.
-Да, ты прав. Но если это не так, я убью тебя!
Вечером я прибыл на ужин в семейство А. Встретила меня сама Мария Павловна. Она была изящно одета. По ее взгляду я все понял. На меня так никто никогда не смотрел, а вот на Андрея сотню раз. Сомнений не было, она была влюблена в меня и нисколько этого не скрывала.
После этого, я понял, что мне нельзя здесь более оставаться, но было поздно, меня уже усаживали за стол. Меня посадили рядом с Марией Павловной, напротив сидел ее брат, худощавый молодой человек, производивший довольно неприятное ощущение, было в нем что-то ехидное и самоуверенное. Глава семейства производил незаурядное впечатление. Держался скромно и отстраненно. Мать же напротив, казалась женщиной властной и сильной. Атмосфера была гнетущей, и никто не мог нарушить тишину.
-И что же Вы, Тимофей Сергеевич, законам учитесь?- неожиданно раздался голос отца Марии Павловны.
-Да, уже второй год учусь.
-И нравится Вам это?-Заинтересовано взглянула на меня Мария Павловна.
-Нравится или нет, кому есть до это дело. Необходимость толкает меня в объятия знаний, и это мне очень по душе. Не учился бы я, был бы необразованным крестьянским шпаной, который и мысль внятно не может выразить.- Не знаю почему, но в тот момент я очень сильно пожалел о сказанных словах, я и не хотел вовсе говорить их, что-то страшное, самовлюбленное подтолкнуло меня на эти слова, о которых я до сих пор жалею.
-И что же вы думаете, что все крестьяне наравне со скотиной какой-то домашней?- Насмехнувшись сказал Илья Павлович.
-Ну, и правильно думает, так и с ними нужно.-Перебила мать семейства.-Коли будут все слишком учеными, так кто же тогда будет на земле работать, кто кормить нас будет? Не нужно много ученых людей, а то все переворотят.
О чем я тогда думал? Был ли я согласен тогда с Дарьей Семеновной. В этот момент мысли вертелись в моей голове с неопределенной скоростью. Мне хотелось тот час встать и убежать, убежать куда-нибудь подальше, чтобы никто не трогал и не тревожил мои мысли.
Остальную часть вечера мы говорили о повседневных делах. Я с облегчением вздохнул, когда ужин закончился и все стали расходиться, я попрощался и раскланялся со всем семейством. Мария Павловна пожала мне крепко руку, тем самым передала мне записку.
-Какой у нас прекрасный сад, как жаль, что вы его не видели,- как бы невзначай произнесла Мария Павловна.
Выйдя из дома, я сразу развернул записку и прочитал: «Сегодня в 10 часов буду ждать Вас в своем саду. М.П.»
Что же мне нужно было делать? Идти или не идти? Как смешно. Я понимал, что через неделю, а может и две, Андрей забудет о ней и о своих чувствах, но сейчас, если он узнает обо всем этом, он непременно что-нибудь с собой сделает, ну, или, по крайней мере, сделает вид, а потом на всю жизнь возненавидит меня. Но я уже принял эту записку, и я обязан явиться, иначе она будет несчастна. Но кто она мне? Почему я должен заботиться о ее душевном состоянии? Почему мне жаль ее? Ведь она не должна быть такой несчастной, она так молода, ей нужно радоваться, а она полюбила страдать. И меня полюбила, чтобы страдать.
Я решил, что приду и объяснюсь с ней. Ровно в десять я ждал ее в саду под яблоней. Услышав шаги, я понял, что это она. Подойдя ко мне, она посмотрела на меня грустными глазами, как будто молила о помощи. Вдруг резко отвернувшись, она пошла вперед, я ступал вслед за ней.
-Я рада, что Вы пришли. Признаюсь, я боялась, что из-за Андрея Вы откажите мне.
-Я должен…
-Постойте, дайте мне сказать. Я Вас и на ужин позвала, чтобы вот тут после встретиться. Знаю, Андрей влюблен в меня безумно, что готов ради меня на все, простите меня за мою нескромность, но он мне неинтересен. Конечно, будь я умнее, я бы его женила на себе, но это не по мне. Сколько было их таких. А они мне все так надоели. Что-то бегают, клянутся, страдают, а мне так смешно от этого становится, Вы не представляете.
Как же я ошибался, как я не разглядел всего. Она была не такой, как выдает себя. Она не только любила страдать, она любила страдания вокруг себя, говоря все это, она думала, что тронет мое сердце ревностью, но ничего кроме жалости в нем не было. Она не понимала тогда, что Андрей бы и никогда на ней не женился и не умер из-за нее. Она любила так думать, а я решил, не портить ее иллюзий. И теперь уже не страшно было ее покинуть, страдания она найдет и помимо меня.
-Да Вы меня совсем не слушаете, что же с Вами? Я Вам неинтересна?
-Простите меня, Мария Павловна, очень-очень интересна, только боюсь, что я Вам не буду интересен. Извините, но мне нужно откланяться. Дела, о, юная роза, дела. Прошу Вас только, не губите наивные души своими шипами и сами не губитесь.
После этого дня, я ее больше никогда не видел. Слышал, что она вышла замуж за какого-то офицера, родила ему сына, и живут они, вроде, в спокойствие и согласие.
3.
Придя домой, я ожидал скандалов и криков. Но ничего этого не было. Андрей лежал на кровати и напевал какую-то мелодию. Услышав, как я вошел, он вдруг вскочил и, улыбаясь, начал говорить.
-Прекрасное, прекрасное существо, фея, богиня, принцесса. Я хочу, чтобы ты ее увидел. Хотя нет, не увидишь, иначе влюбишься, и мы с тобой рассоримся.
-О ком ты говоришь?-в недоумении смотрел я на него.
-Вера, Вера, Вера Александрова,- произнес ее имя, задыхаясь. И на несколько минут замолчал.
-Ну, я жду твоего изложения, - не вытерпел я.
-Да тут и излагать нечего. Ты ушел на ужин, и я решил напиться, пошел в кабак, выпил стопку, да не пошла, убить тебя хотел. Пошел к Василию Александровичу, как оказалось брат ее родной, просить его, чтобы секундантом моим был. Вошел бесцеремонно. «Василий!-кричу я ему на всю залу,- позарез ты мне нужен». Вошел в его кабинет, там она сидит с книгой и читает вслух. Ох, как стыдно мне стало, не поверишь, а Василий Александрович смотрит на меня в оба глаза, и понять ничего не может.
«Простите меня, достопочтенные»-только смог я выговорить. Благо, Василий не растерялся, познакомил нас. «Где,-я говорю,- ты такую красоту прятал?». «Да кто же ее прятал? Она сама пряталась, все на книги променяла». Ей богу, так сказал мне. После уж я сам раскланялся и ушел, правда, был приглашен к ним на ужин, в четверг, у нее именины будут. Как я был рад. И про дуэль забыл, и про Марию Павловну, да и про тебя.
-Да уж, запала она тебе в душу,-усмехнулся я,- если про дуэль забыл, значит и свое самолюбие запамятовал.
-Эх, тебе бы лишь усмехнуться надо мной. Я может впервые так влюбился, никого не любил раньше, признаюсь, глуп был, а теперь люблю.
-Да как же ты мог ее полюбить, когда она тебе даже слова не сказала? Может глупа или того хуже, слишком умна.
-Нет, брат, ты бы сам ее увидел и все понял, хотя не увидишь, не покажу я тебе ее, уж больно на тебя барышни стали заглядываться.
-Ну, как знаешь, а увидеть мне ее все равно придется. Меня Василий Александрович сам в четверг на ужин пригласил. Сказал, что у сестры его именины. А я то и не думал, что сестра его взрослая девица, совсем детский подарок подобрал. Благо, хоть ты вразумил.
-Хорошо, Тимофей Сергеевич, коли ты увидишь ее, хочу тебя предупредить, что она моя.
-Да что же ты так разбушевался? Никто на нее и не претендует и с чего ты взял, что она тебе принадлежать будет? Сама что-ли сказала?
-Сама, не сама, а будет, и нечего надо мной усмехаться.

4.

Да кто же она такая, что так растревожила сердце Андрея, впервые, кто-то тронул его чувства по-настоящему. «Все на книги променяла», должно быть не глупа, да еще и хороша собой. Не на ту напал Андрей, не на ту. Коли умна, никогда на тебя и не посмотрит. Хотя, черт этих женщин разберешь, сегодня на одного с любовью смотрит, а завтра другого на ужин зовет. Странные они существа, странные, но прекрасные, что мы им готовы простить все их недостатки. О, зачем же бог создал нас мужчин такими слабыми перед ними, перед этими цветами. Ведь разве зверь должен бояться цветов? Но так как, же это происходит, что мы, дикие существа, трепещем перед этими созданиями. Боимся обидеть, ранить их душу. А ведь кто решил, что зверь обязательно должен быть сильнее всех? С виду они только беззащитны, а внутри бушуют их страсти, похлеще, быть может, чем и у зверя. Но им дана красота и хитрость, которые и заменяют мужскую силу, и которой они и управляют нами. Женщина рождается, чтобы быть матерью, и всю жизнь ее бывает. В детстве за куклами ухаживает, потом за мужем, а потом и своих детей растит. А мы, кто мы? Добытчики? Охотники? Но сколько среди нас добытчиков и охотников? И кто придумал нам эту роль. Не было бы женщин, нам и роль сложно дать. Почему мы охотники, звери, сидим и толстеем, едим вкусные сладости и по вечерам читаем «Ведомость». Что осталось в нас от первобытного зверя? И не понятно, женщина нас до этого довела или мы сами до этого дошли? Это ли эволюция мужчин? Ведь женщины, как были хранительницами очага, так ими и остались. А мы? кем стали мы?….
И эта Вера Александровна, как она могла заменить веселую светскую жизнь на книги. Ведь она богата, она может себе позволить все, и это все променяла на книги. Каламбур какой-то. Увидеть бы мне ее, усмехнуться бы ей в глаза. Будь я на ее месте, жил бы, как должен жить настоящий барин, ни в чем бы себе не отказывал. Уверен, что эта особа, опечаленная своими книгами. Да интересно, какие она там книги читает, небось, любовные романы, от них никакого проку. Читала про любовь и страдания, а настоящих чувств и не видывала.
А я должен в унижение и страдании свои дни проводить. Да лучше бы не отдавал меня генерал на учебу, остался бы пастухом или лакеем, но зато гордым и свободным. И никто бы не попрекал меня, что я крестьянин.
Всю ночь я провел в этих размышлениях. Почему-то эта Вера Александровна не выходила у меня из головы. Я был взбешен ее выходкой с книгами. Думал о своей судьбе, как все несправедливо выходит. Жалел свою мать. Сначала начал ненавидеть Веру Александрову, а после решил сменить гнев на жалость, я решил, что бог не с

Дубликаты не найдены

0
продолжение давай
раскрыть ветку 1
0
Не могу сегодня загрузить продолжение
0
Шикарно написанно, жду продолжения