4

Рассказ "Дыхание"

Рассказ "Дыхание" Рассказ, Посткиберпанк, Фантастика, Научная фантастика, Длиннопост, История

Зеленоватый свет окрашивал просторный подвал в свой болезненный оттенок. Вычищенный до блеска пол, светлые стены и сверкающие чистотой инструменты умело скрывали то, чем являлось это помещение на самом деле. Даже я с трудом догадался в своё время, чем именно занимается Рэй. По его искреннему лицу никак не скажешь, что в свободное время этот паренёк в процессе операций проливает литры крови местной шпане и прокачивает не самых порядочных людей до уровня самоходных боевых роботов.


Наконец оторвавшись от медицинского анализатора, он подошёл ко мне с притворным беспокойством на лице.


– Дружище, не буду кривить душой, я ведь давал клятву Гиппократа и не должен обманывать пациента…


– Ближе к делу, парень, – холодно перебил его я. – У меня мало времени. В каком я состоянии?


Рэй очень не любит, когда я перебиваю, но мне сейчас совсем не хотелось выслушивать его речь, больше походящую на кривляния актёра. Тем не менее, он не подал вида, что обиделся, и снова взглянул на голо-планшет. Несерьёзность в его глазах исчезла. «Вот так бы сразу», – подумалось мне.


«Пареньку» было уже за сорок, но для меня он всё ещё остаётся юнцом. Рэй рассказывал о моём здоровье, точнее, его отсутствии. Не то что бы я узнал нечто новое, однако слышать об этом было всё равно было паршиво. Снижение моторики, ухудшение реакции нервных импульсов, деградация тканей. Единственное рабочее лёгкое отжило своё и требовало уйти на покой. Всё это было не столь страшно, как многим бы показалось. Достать необходимые лекарства и новые импланты нетрудно. Но то, что я услышал далее, сумело вернуть моё внимание.


– Кроме того, у тебя есть выраженные признаки снижения активности в затылочной доли мозга. Скорее всего, ты и сам заметил периодические «фризы» в функционировании зрения. И проблема не в приборах. Глазные имплантаты исправно работают, так же как и мозговые. Дело в тканях, а их не заменить. Нужно быть кем-то вроде Солемана, чтобы пойти на столь объёмные расходы. Думаю, ты уже понял, к чему я веду, Карл?


Я кивнул и тяжело вздохнул, прикрыв лицо руками. Мысли одна за другой неспешно протискивались в моё шаткое сознание, словно волонтёры из мед-организаций, столь навязчиво предлагающие свои услуги. Потерять руки, ноги, уши, даже лицо – для меня всё это было привычно, да и другие люди в наше время об этом совсем перестали беспокоиться. С глазами же я никогда не шутил, свежи ещё воспоминания. После слов Рэя мне впервые за долгое время стало по-настоящему страшно. Без зрения человека просто не существует, что уж говорить обо мне. Рука потянулась к пачке сигарет, и вот я уже шумно вдыхаю сладкий дым «Нат Шермана». Чертовски необходимый после услышанного.


Мышцы в груди скрутило, я закашлялся. Слюна блестящими каплями осталась на искусственной ладони из сизого полимера. С секунду я порассмотривал признаки своей профессиональной непригодности и вытер их платком, после чего оттёр нижнюю челюсть, тоже сделанную из ксайбера. Ещё в молодости меня посещали мысли о том, как было бы здорово стать машиной. Чтобы каждую часть тела можно было разобрать и собрать заново. И никакой боли. Наивный зелёный дурень, как же ты ошибался.


Собравшись с мыслями, я вернулся к разговору.


– Потеря зрения, значит. Что ты предлагаешь со всем этим делать?


– Для начала, накопить пару лишних миллионов и обратиться в качественную клинику, а не ко мне. И от курения я рекомендую временно отказаться с твоим лёгким. Если коротко: курс инъекций пертепила, вживление новых имплантатов и дублирующих систем к ним на смену оставшимся органам. Однако, не думаю, что тебе это сильно поможет. Проживёшь с таким комплексом не два месяца, так двенадцать, а зрение всё равно потеряешь. В твои девяносто два лучше бы задумался о каком-нибудь достойном конце, извини за прямоту. Не дело старику по крышам бегать.


До дома я добрался без приключений. Домом его назвать можно с натяжкой. Последние несколько месяцев эта квартира в седьмом секторе Аусэнта была моим временным убежищем. Регулярные переезды по работе и нужда скрываться от наших бравых блюстителей закона вынуждает держать свои скромные пожитки под рукой в уложенном состоянии.


Ворвись сюда сейчас случайный домушник или взвод полиции, они бы подумали, что здесь целый месяц никого не было. Кругом пыль и беспорядок. Заниматься уборкой совершенно не хотелось. С каждым годом всё больше чувствую, что хочу спать. Невыносимо долго спать, да так, чтобы не просыпаться. Даже закурить лень.


Сотворив себе нехитрый ужин из пищевых брикетов, я подключил себя к Сети. Для обывателя Сеть – колоссальный источник развлечений и знаний. Но для нас это лишь выгодные декорации. Вот ты гуляешь по форуму и смотришь на людей, занимающихся своими делами. А вот ты уже идёшь в многопользовательские игры, где тебе и назначена встреча с заказчиком, с которым вы мило обсуждаете детали, прикрываясь сленгом. Не знаю, кто так делает сейчас, ведь даже несколько десятилетий назад подобное стало ненадёжно.


Несмотря на общую убеждённость в отсутствии глобальной слежки в Сети, каждый наёмник знает, что это наглый обман. Другой вопрос состоит в том, что ты не знаешь, кто именно за тобой следит. Полиция такими вопросами не занимается, значит есть служба. И её представителей мы избегаем как огня. Не всем везёт и не все достаточно изворотливы, чтобы скрываться вечно. Профессия такова, что за долгие годы так или иначе образуется круг знакомых, который со временем никак не расширяется, напротив, уверенно сужаясь. Я многих пережил, потому что был осторожен, но мне до сих пор непривычно, что никого из них больше не осталось.


Очередной приступ кашля сдавил грудную клетку, будто меня оплели прочным канатом. Лёгкое просилось наружу, горло горело от раздражения, а мышцы всё упорнее выталкивали кислород. Пережив приступ, я с трудом отдышался. Как же болит в груди. Что-то похожее я испытывал от удара армейского робота ещё на службе. Такую боль невозможно терпеть. Похоже, что Рэй был прав. Пора бы задуматься о красивом конце. Вот только я не хочу просто лежать на спине в окружении сестричек. И копов. Нечто внутри меня подсказывает, что стоит лишь показаться на пороге действительно компетентных заведений, как за спиной тут же возникнут серые жилетки этих ребят. Они не станут церемониться и не дадут спокойно подохнуть, пока не вытянут все тайны из моей черепушки.


Я углубился в наиболее укромные уголки Сети, защищённые особыми протоколами и скриптами от любопытных глаз. Разумеется, никакой подпольной сети для наёмников и убийц не существует, но «приватные клубы по интересам» вполне. Предложений, как и всегда, было пересчитать по пальцам, а уж интересных и вовсе не находилось. Ограбить склад протезов во имя праведных ренегатов? Выведать секреты конкурентов? Опорочить репутацию публичной персоны? Всё это можно купить здесь за деньги. Но меня баловство не интересует. Всю свою жизнь я посвятил другому делу, а такой ерундой пусть занимается молодёжь.


Я продолжал поиск рука об руку с нарастающей болью в затылке. Глазные импланты с каждым часом давали всё менее чёткую картинку. Поиск привычно осложняли алгоритмы визуализации. Без защиты никак, иначе про-государственные хакеры с лёгкостью займутся выуживанием подонков на ежедневной основе с оплачиваемым отпуском. Когда я дошёл до очередного раздела, мне улыбнулась удача и я увидел свой заветный билет в один конец. Оставив понятный заказчику ответ на заявку, я сразу отключил себя от Сети. Веки с трудом поднялись и я оглядел жилище. Всё так же пыльно. Ну и чёрт с ним. С такими мыслями я откинулся на кровати и стремительно уснул.


Было душно. Жара плотной плёнкой накрыла тело, заставляя страдать те немногие живые участки, что во мне остались. Лень проиграла честную схватку с желанием забить желудок. Я присел на кровати и осмотрел себя. Сизый армейский полимер покрывал добрую половину моего тела. Пару протезов я получил ещё в стародавние времена, но по большей части на мне стояла продукция нашего славного государства, полученная путём покупки в правильных местах и у правильных лиц. Я получил достойную плату за угробленное здоровье. Дряхлая кожа скрывала остатки мышц и того человека, который раньше в ней ходил. С лицом всё было ещё хуже, в зеркало я уже давно не смотрелся.


В очередной раз откашлявшись, я поднялся на ноги. Боль в затылке не прошла полностью, мне только и оставалось скрипеть керамитовыми зубами. Если задуматься, то я могу покупать стимуляторы, но они слишком дорогие для человека, который «официально» сидит на пособиях. Сначала найдут налоговики, а потом уже и служители порядка. А колоться дрянью из-под полы я не буду, так и подцепить что-нибудь недолго.


При готовке я невзначай бросил взгляд на коммуникатор, который я забыл снять ещё со вчерашнего дня. Оказывается, мой вояж в мир снов продлился пятнадцать часов. Раньше-то шести хватало, а теперь… От недобрых мыслей партия очередных брикетов показалась не просто привычно пресной. Мне казалось, что я жую вату, не особо понимая, зачем я это делаю. Невольно поймав себя на том, что жалоб самому себе стало слишком много, я решил взять себя под контроль.


Вспомнив о вчерашнем дне, я снова полез в Сеть. Можно было и не сомневаться, что ответ был принят. Даже сквозь действительность виртуальной реальности и кода чувствовалось, что человек по другую сторону экрана явно почувствовал значительное облегчение. Сообщение было простым, а встреча назначена на завтрашний вечер. Пожалуй, ничего не остаётся, как бездельничать. Попытки прибраться окончились провалом, после чего я снова прилёг на кровать.


Встреча состоялась в шесть часов вечера следующего дня. В это время трафик Сети по всему миру максимально загружен, что играет на руку тем, кому нужно скрыть свои действия. Солнце пробивалось в квартиру и приятно грело торс. Пулей пролетела мысль, что неплохо бы съездить в Лэйктон позагорать. Но от картинки дивного озёрного края меня оторвало оповещение. «Встречей» было получение закодированного файла, в котором и излагалась вся информация. В нашем деле не нужны были все эти современные навороты с проекциями, дополненной реальностью и прочей ерундой. Чем проще, тем лучше.


Преобразованный голос рассказывал о деталях. Понять его было бы невозможно без вложенного кода. Подключив дешифровщик я услышал чистую речь без помех. Через тридцать два дня состоится банкет, устроенный для членов компании «L-TetrAch Group», одной из перспективных контор, занимающихся производством электроники и софта к ней. От меня всего-то и нужно было устранить верхушку компании, которая будет на этой вечеринке. Дослушав до конца, я понял, что мой клиент не очень хорошо разбирается в корпоративных войнах. Отсечение головы очень редко равносильно смерти. Может это была ловушка от копов? На самом деле, мне плевать. Даже если последнее, то буду биться как лев. После брифинга я запросил установить связь. Клиент, как и ожидалось, отказался. Ещё бы, наверняка не последний человек в своей конторе. Или в полиции. Почему-то эта мысль не даёт мне покоя. Только я собрался выйти из сети и обдумать шаги, как мне поступил защищённый вызов.


– Господин О’Райли, Вы хотели что-то предложить в вопросе о нашей посылке, я правильно понял? – осведомился тот же голос.


– Да, сынок. Я тут пораскинул – зачем вам устранять именно верхушку? Глава и его замы будут слишком подозрительными мишенями, – жёстко прокашлявшись, я извинился и продолжил. – Гораздо лучше было бы вывести из игры ведущих разработчиков и кого-нибудь одного из правления.


– Э-э-э… Я бы попросил Вас не говорить столь прямолинейно, пожалуйста, – в голосе слышалась явная тревога, смешанная с гневом. Меня это лишь забавляло. Я и так иду ко дну, почему бы не прихватить с собой ещё парочку нечистых на руку ублюдков?


– Ну так что думаете о моей идее, мистер? – спросил я без тени того веселья, что играло во мне.


– Ваша мысль кажется удачной. Можете пока готовиться, мы вам вышлем средства авансом, а о решении будет сообщено отдельно. Ах да, насчёт перевода. Ваш счёт указан как одно из отделений сети детских домов Фриборна. Вы уверены, что нужно отправить финансы именно туда?


– Да, у меня есть один человек, он получит на свои счета всё, не волнуйтесь. Только сделайте перевод в качестве неафишированного пожертвования.


На самом деле никаких знакомых у меня в приютах нет. Последние несколько лет я сливал весь гонорар в случайные детдома. Немного оставлял себе на лечение, всё же тогда мне ещё было рано подыхать. Но теперь… Снова захотелось курить. Сигарета уже была во рту, когда я задумался. Протяну ли я этот месяц? Пожалуй, стоит воздержаться.


Незаметно подкрался сам день, в который я проведу своё последнее дело. Убрать надо было шесть целей разом. Это было невероятно сложно сделать в одиночку, даже с оборудованием. Но повезло мне, старику. Банкет пройдёт на открытой веранде высотки, а сами бедолаги, по инсайдерской информации, будут участвовать в общей фотографии. Удивительное везение на грани театральной постановки. Пять рельсовых винтовок Одиссей-6 на стендах автонаведения в глубине комнаты ждали своего часа, словно грифы подстерегающие добычу. Меня попросили всё обставить под видом нападения, организованного ренегатами из группировки «Старая кровь». Подпортить жизнь этим скотам я был только рад, потому нанял двоих из них, благо от преступника к преступнику выйти нетрудно. Ради вида, они покружат на глайдере над высоткой в указанное время и будут думать, что своими дешёвыми «змейками» наводят ужас на зажиточных аристократов. Бестолочи наивные.


За месяц я стал чувствовать себя гораздо хуже, учитывая то, что бросил смолить. Сфокусировать зрение удавалось с трудом, мигрени мучали беспрерывно. Прописанная самим собой терапия обезболивающих и стимуляторов ещё поддерживала меня в тонусе, но долго ли я протяну? Рэй был прав, чёрт побери. Снова грудь сдавил незримый канат. На этот раз вместе со слюной последовала кровь. Ну, вот и всё.


Темнота всё с большей охотой пожирала арендованную для моего задания квартиру, скрывая моё присутствие. Чем-то она мне напомнила то убежище, в котором я ещё недавно проживал. Пустая, грязная, не без моей помощи, и неуютная. Но я сюда не отдыхать пришёл. Охрана банкета то и дело смотрела в соседние дома со своих позиций в надежде отыскать заветный ствол, торчащий с крыши или из окна. Я, в свою очередь, наблюдал за ними. Уже через полчаса гляделок я мог сказать, кто из них предпочитает водку, а кто не пропускает занятия в зале. Кто читает книги, а кто живёт и существует только на работе... и где сидят снайперы.


Вечеринка набирала обороты. Ожидание было хуже смерти, которая и так шла за мной по пятам. От скуки я сорвался и закурил. Кашель снова атаковал моё несчастное лёгкое, выплеснув ещё немного крови. Да сколько можно уже! Меня это так разозлило, что я не нашёл лучшего способа, как отвести эмоции в нечто, лишённое чувств. Стол с грохотом разломился под ударом армейского протеза. Немного успокоившись, я отругал себя за несдержанность. Ты же киллер. Пусть тебе десятая декада пошла, но ты должен быть номером один. Соберись, грёбаная тряпка! Покажи им старую школу! Настроив себя, взялся за сборку шестой винтовки и терпеливо ожидал момента. И момент настал.


Гости начали прижиматься друг другу, будто хотели согреться. Один из членов корпорации завёл какую-то речь, слушать которую мне было не за чем. Я сразу предупредил молодчиков-ренегатов о том, что пора действовать. Дерзкий голос в ответ заверил меня в том, что всё будет исполнено в лучшем виде. Стоило лишь наплести, что я действую от лица союзной группировки. Узнай их предводитель о таком самовольстве, наверняка бы снёс обоим голову своими руками. Но идиотов везде хватает, даже в политике. Тем более в политике. Расставив стэнды с «Одиссеями», я синхронизировал все орудия со своими глазными имплантами. От повысившейся нагрузки и без того слегка мутное изображение начало подтормаживать. Только не сейчас! Я взял винтовку в руки и сел перед столом. Орудия на стендах были от FNHestral, но себе я собрал более благородный огнестрельный HK SG-2.68. Удивительно, как он сохранился за все эти годы. Если Фернандэс при продаже мне не подсунул реплику, но неважно. Все цели были хорошо видны и я навёл каждое из орудий на свою личную жертву. Пять стволов с лёгким жужжанием сдвинулись в нужных направлениях. Всё-таки нет ничего лучше крепкого оружия в руках и рядом с собой.


И вот речь закончена, все собираются для общей фотографии. Всего несколько секунд. Десять. Девять. Стабилизаторы протезов работают, но я по привычке задерживаю дыхание. Восемь. Семь. Я слежу за всеми целями через интерфейс импланта. Шесть. Пять.


Дверь позади трещит от короткого замыкания. Твою мать, так и знал! Палец моего протеза зажимает спусковой крючок. И останавливается. Я чувствую удар в спину и разряды тока, в тот же момент промчавшиеся по всему телу. Долбаный шокер! Я чувствую, как меня скручивает от невыносимой боли, такой что даже закричать не получается. Все мысли разом выскочили из головы. А потом всё прошло. Я обмяк и почувствовал, что меня нет. Я ничего не видел. Паника захватила остатки угасающего сознания. Проклятье! Протезы безвольно повисли и не слушались. В ту же секунду я вспомнил о своём кардио-импланте. Чёрт, я же сейчас сдохну!


Нападавший грубо пнул меня на пол. С улицы доносился писк лёгких лазерных выстрелов, за которым последовал взрыв. Я так и знал, сукины дети! Но меня нашёл не коп, он бы сразу позвал своих по рации, отчитаться о том, какой он молодец, поймал злодея. Нет, это был кто-то другой. Тот, кого каждый из нас очень хочет увидеть, несмотря на весь страх встречи. И я не мог даже посмотреть, что же они из себя представляют, эти безмолвные каратели. Сильно хотелось засмеяться в голос, но ничего кроме хрипа с кровью не выходило из моего рта. Но я смеялся не от того, что наконец отмучился.


Ты опоздал, парень, кем бы ты ни был. Всего несколько секунд спустя раздался грохот выстрелов сразу двенадцати «Одиссеев» с системой распознания лиц. Первый залп прошёл по позициям снайперов, которые я любовно отметил несколько минут как. Я заботливо расставил все пушки в других домах ещё десять дней назад. Каждый ствол был проверен, каждая мелочь учтена. А подпевали им два тяжёлых «Browning M7» с теплонаведением. Сделай я вовремя выстрел, погибло бы всего шесть человек и тогда я спокойно бы отменил таймеры. Но ты, придурок, сам всё испортил. Я хрипло рассмеялся, когда паренёк в панике рванул к окну и начать сбивать стенды.


Даже без глаз я прекрасно видел всё, что происходило на веранде. Два дебила на своём корыте отвлекли внимание и навели панику, в то время как шесть основных целей гарантированно свалились с одним, а то и двумя сквозными. Пока шла перезарядка, патроны 19 калибра разрывали синтетические тушки охраны и превращали в мясо тела остальных гостей. Да, я вижу, как люди с искажёнными от ужаса лицами пытаются спрятаться за ксайбер-стекло, в надежде, что их это спасёт, как им тут же прилетает очередь в спину, выбивая фонтаны крови. Да, крови там очень много, я даже слышу отсюда всё более редкие крики. Мне даже стало немного жаль этих ребят, но с ними я ещё увижусь и мы обязательно обсудим вышедшее недоразумение. Ритмичный треск пулемётов и возня горе-оперативника убаюкивали. Дыхание становилось всё более прерывистым. Видимо, теперь-то смогу поспать сколько душе угодно.

Дубликаты не найдены

0

Неплохой рассказ, есть атмосферность. Не хватает деталей: кто такие каратели? Нужно буквально несколько мазков, чтобы показать, что их жажда справедливости - смерть преступникам, защита гражданских - возведена в абсолют. Государство вербует их из детдомов, обеспечивая работой и наилучшими имплантами. Они - ужас преступного мира. Их боятся, одолеть карателя - это как поймать единорога. Старик восхищается ими. Именно поэтому он и переводит деньги в детские дома, такой себе юмор. Дети ему безразличны, или он сам себе так говорит. Он умен и хитер, избегает встречи, но, тем не менее, считает честью встретиться с карателем лицом к лицу. Идя на последнее дело, он планирует после устранения целей выдать свое положение, и погибнуть под огнем снайперов. Появившийся каратель мешает его планам. Татуировки (или браслет, или нашивки, или ожерелье из зубов) позволяет опознать в нем бойца, у которого нет ни одного провала. Этот человек - легенда. Его смерть принесет богатство и уважение (преступные синдикаты на руках будут носить убийцу этого агента), позволит старику продлить жизнь. Киллер может его одолеть, пусть и ценой неимоверных усилий. Он оказывается перед выбором: слава человека, победившего легенду. Здоровье и заслуженный отдых или постоянная высокооплачиваемая работа, на выбор. Или же выполнить заказ и умереть от руки карателя, выставив на посмещище его и всю службу в целом: совершенный боец, лучший из лучших, не сумевший помещать развалине убить 6 человек. Извините, занесло)