Найдены возможные дубликаты

+25

По-моему это и так было понятно. Кто близко к теме знают, что сейчас не так просто уйти в армию, если есть проблемы со здоровьем или законом. Проще стало и с оформлением альтернативки. Кроме того комиссариаты утратили как воинские должности так и полномочия. На мой взгляд это косвенные признаки перехода к контрактной армии.

раскрыть ветку 33
+2
не так просто уйти в армию, если есть проблемы со здоровьем
Да как нехуй делать.
раскрыть ветку 17
0

Если вы в теме, то в курсе, что не так давно больных вообще "не было".

раскрыть ветку 16
+2
Не знаю как где, но в Москве знаю случаи, когда пришлось дать на лапу, чтобы парней взяли в армию (без воен. билета на работу брать не хотят, а военкомат сказал, что они уже набрали достаточно народу).
раскрыть ветку 12
+1

Хах.Не хотят люди в армию,военком в плюсе.Ломятся в армию,опять в плюсе.

0
Если есть проблемы со здоровьем, тянующие на военкоматовскую категорию "В" (ограниченно годен), то добровольно идти в армию нет никакого смысла, так при трудоустройстве на работу, требующую категорию "А" в военном билете эти проблемы будут сразу же выявлены на медкомиссии. Особенно это относится к трудоустройству в "органы" (полиция, фсин, мчс и т.п).
раскрыть ветку 7
0

Вот и я о чем. В Сочи знаю массу случаев, когда молодые люди настаивают на своем призыве, план призыва видимо существенно сократился.

-5

Это за досрочный призыв, когда уже план выполнили, в следующий бы призыв их бы сразу забрали.

раскрыть ветку 1
ещё комментарии
0

У моего друга полный набор. Серьезные проблемы с желудком с самого рождения, куча операций, история болезни как 2 тома Войны и Мира. Сверху развивающаяся астма, плохое зрение и еще кучка небольших болячек. Уже который год бодается с ними по поводу билета.

раскрыть ветку 1
0
Уже год как должен быть призван?
+18
ух как малолетние борцуны завоняли. И хочется и колется.
раскрыть ветку 1
+4
В мае 1996 года Борис Ельцин подписал знаменитый указ № 772 о полной отмене в России с 2000 года призыва в армию и 100-процентном переводе ее на контрактную основу

Выборы президента России были назначены на 16 июня 1996 года. Основными конкурентами считались действующий Президент России Б. Н. Ельцин и лидер КПРФ Г. А. Зюганов.

Походу они даж тех американских специалистов по выборам не сменили и вообще ту команду. Тем и объясняется наверное участие Малашенко в выборах 2018.

+2

Так было же уже такое вроде, не помню в каком году, и так же перед выборами. Из года в год одно и тоже

+7

где-то подавился икрой военком

+1

Квадриллионные траты на оборонку. На контракт переходят "постепенно". Ну да, а то ротенбергам на карман не достанется же.

0

Чую, когда таки переход случится, то все начнут требовать вернуть срочников, потому что платить миллиону контрактников будет по их мнению "дорого" и "разорительно" и вообще их мамки не для того налоги платят.

раскрыть ветку 4
+5
Один срочник обходится в 86$к в год. Бюджет на военные расходы 143ккк$. Зп всех военных страны это меньше 1% этой суммы
+1

раздать контрактников пенсионерам)

-1
История идет по спирали =) здесь нечему удивляться
-1

тогда будут требовать сократить армию, горлопаны из проплаченных уже везде об этом орут, мамкины сынки ведутся и говорят что ненужна армия, ни от кого не защищает и т.д. Даже тут на пикабу за последние 2 недели 2-3 поста на эту тему

+1

Если служба даёт много социальных и материальных плюшек, а так же предоставляет хорошие условия службы, то никого принуждать не придётся. Посмотрите на сильнейшую армию мира (США).

-4

Никто уже не помнит, что то же самое говорил ЕБН в 1993-м, когда в армию пришли первые контрактники. Даже сроки назывались - 2000 г.

раскрыть ветку 1
+4
Только сейчас армия уже наполовину контрактная. А тогда это был популизм
0

Сроки и план действий, вот тогда и можно будет о каком-то переходе разговаривать

раскрыть ветку 1
+4

После выборов скажем точно =)

0

давно пора

-20
Перед выборами чего только не скажешь? ))) а чего щас вообще там срочники год делают? Или полгода учебки, полгода службы?
раскрыть ветку 2
+8

Количество контрактников на данный момент, уже превышает количество призывников. Надо хоть изредка следить за новостями, а не только камикадзе слушать.

+1

Или полгода учебки, полгода службы?

4мес/8мес.

-20
Это уже было. При борьке
-6

Оглянитесь в прошлое, всеобщая воинская служба как раз и стала заменой системе армии с постоянными составом. Такая система позволяла обучить боеспособное население военным навыкам после чего вернуть их в общество и иметь мобилизационный резерв среди гражданских на случай войны.

Да, в век ядерного оружия складывалось впечатление, что широкая мобилизация больше не понадобится, и войны будут исключительно в виде сражения техники.

Но ситуация изменилась, в мир вошли новые принципы, теперь стало возможным ранее считавшееся невероятным - ведение боевых действий без объявления войны, с полным отрицанием причастности государства.

В таких условиях элементарное минимальное представление об оружии, дисциплине, правилах безопасности при обращении с боеприпасами, опыт стрессовых ситуаций и развитая в них смекалка и находчивость становятся залогом выживания.

Так что служба по призыву будет и дальше практиковаться.

При этом есть и другая сторона медали: в государстве необходимы и профессиональные подразделения, которые будут эксплуатировать ядерный арсенал, авиацию, тяжелую технику, флот. Здесь использование контрактных служак оправдано и необходимо.

раскрыть ветку 3
+6
Только многие не хотят служить. И если человек не хочет, он не научится.
раскрыть ветку 2
-2

научится, поверь мне. Видал таких в армии, все что надо им вбивали в голову.

А насчет хочешь-нехочешь, есть закон будь добр исполняй. Не нравится ну так у нас свобода передвижения, можешь ехать в сомали там анархия, свобода

раскрыть ветку 1
-33

Владимир Владимирович известен своим пристрастием попиздеть. Напоминает: "Завтра мы будем жить при коммунизме!" )))

раскрыть ветку 1
-1

где пиздежь то троляшь? динамика перехода видна очень хорошо, начиная с 2007 года. контрабасов все больше, срок службы сократили

-24

хорошая попытка обнадёжить призывников, военкомат

-36

Пиздабол

раскрыть ветку 76
+7
Конечно. То, что сейчас служат год, а не два, как раньше, это не движение вперёд. То, что кухней и уборкой занимаются не призывники, а нанятые люди, это тоже всё ложь. То, что срочникам теперь каждый месяц деньги на карту платят, тоже наверное сказки?
Нельзя просто щёлкнуть пальцами и сказать, что призыва больше не будет. Это длительный процесс. И движение в этом направлении есть.
раскрыть ветку 43
+1

Ввели это всё при Сердюкове вроде, и касалось только его же ведомства.


В ВВ МВД даже портянки никуда не делись (если не предписаны носки по медицинским показаниям). Это, правда, уже давно - 13-14 годы. А уж что там стало после переименования в Росгвардию я и вовсе без понятия.

раскрыть ветку 1
-22

Про уборку ложь конечно, этим дневальные занимаются и все на пхд. Деньги платили всегда вообще то и это не деньги, а денежное довольствие, жалкие подачки.

раскрыть ветку 40
ещё комментарии
+6
И в чем же ?
ещё комментарии
0
Вахтанг. Приятно познакомиться.
-31

"Вы подтверждаете свое согласие на службу по контракту рождаясь в России?
Варианты ответов:

1. Да
2. Подтверждаю
3. Согласен"

ещё комментарии
-27
21 ноября забирают в армию. Спасибо
раскрыть ветку 17
+17

Да блядь вы это армией называете? ни картошку на полк тупым ножом больше не чистить, ни казарму мылом до блеска наяривать, ни сортир зубной пастой чтоб пахло как на лесной полянке, ни плац от снега так что потом сугроб три Камаза бортовых не помещается, а у тебя от кидания снега в кузов самосвала пресс ломит так что чихнув можно сдохнуть от боли. Если в наряд попал считай сегодня спишь, а значит по 40 часов без сна

раскрыть ветку 3
+12
Какая разница? Ненужное дерьмо.
+4
то есть нормальные человеческие условия это уже не армия?
ещё комментарии
+3

Не за что. Служи трудовому народу!

+2
И че? Год из жизни, а мог бы айти компанию основать?
раскрыть ветку 10
+11
Да не, инновационный стартап, лофт-проект барбершоп для вейперов
раскрыть ветку 3
+2

Если ты 18-летний обалдуй, который вчера окончил школу и не собирается идти в вуз, то 1 год погоды не сделает, планов нет, можно сходить в армию - оторваться от мамкиной юбки, проветрить мозги, получить жизненный опыт.

Если тебе 23-24 и ты выпускник вуза, то за год дохрена чего можно сделать: найти работу и получить год опыта, жениться, начать копить на первой взнос по ипотеке. 21-27 лет очень важный период в жизни. Именно в этом возрасте многие устраиваются на первую нормальную работу, женяться, заводят семью, становятся независимыми от родителей. И в гробу они видали вашу армию.

-4

Ну вот я сейчас хз что делать с моим небольшим производством если заберут. просто все накроется.

-20

А мог бы жить в своё удовольствие, а не в рабстве.

раскрыть ветку 3
ещё комментарии
-1
Спасибо за то, что не на 2 ?
ещё комментарии
Похожие посты
117

Как я сам себя отправил в армию за 15 минут. Часть 6: "Распределение в войска из учебки или как она меня не отпускала"

Часть 1: "Начало, поход в военкомат" — клик
Часть 2: "Отправка в войска, распределительный пункт" — клик
Часть 3: "Конвой до части, вокзал и фастфуд" — клик
Часть 4: "Первый день в учебке, запреты и порядки" — клик
Часть 5: "Служба инструктором в учебке" — клик

Ноябрь, 2019 год. В учебке я оттарабанил практически 5 месяцев, пришло время экзаменов, а затем — распределения в "боевые" войсковые части для дальнейшего прохождения службы. Так как я служил инструктором, я был первоочередным кандидатом на прохождение экзамена перед комиссией, а если быть более точным — был единственным человеком, который по кругу выполнял экзаменационное задание. По крайней мере, делал вид: его принимали офицеры нашей роты, а мимо постоянно ходила проверка, которая в любой момент могла подойти и удостовериться в знаниях, полученных военнослужащим после прохождения службы в учебном центре. Естественно, знания у всех в итоге получились разные, а офицеры, которым резали зарплаты в случае отсутствия этих знаний у военнослужащих, были очень обеспокоены. Поэтому я был бессменным сдающим, который, по мере заполнения оценочной ведомости, должен был представляться разными именами моих сослуживцев.


Такой подход меня вполне устраивал, особенно учитывая то, что со всем контрактным составом моей роты я стал очень хорошо общаться, в результате чего моя служба в учебке коренным образом преобразилась. Вообще, под конец учебки она преобразилась у всех: нас стали меньше контролировать и давать какие-то глупые задачи, появилось гораздо больше свободного времени.


После экзаменов началось распределение выпускников военного учебного центра в войска. Процедура, которую все так долго ждали из-за жестких порядков учебки, вдруг стала не такой уж желанной: всех пугала неизвестность и выход из зоны комфорта нашей роты, к которой за такое время мы уже привыкли. Но, что поделать — во второй половине ноября приехали первые "покупатели".

Покупатель — это военнослужащий контрактной службы, который приезжает в другую войсковую часть с целью пополнить личный состав своей части новыми бойцами. Точно также называют военнослужащих, которые приезжают на распределительные пункты, дабы забрать призывников.


Нам обещали, что в основном покупатели будут из нормальных частей, однако некоторым избранным срочникам сержанты проболтались о том, что не повезет тем, кто попадет в Богучар, Валуйки, Каменку и в Таманскую дивизию. Так как с интернетом было туго, мы успели загуглить только информацию про Богучар, и в первой же ссылке нам выдало результат "войсковая часть повышенной смертности". Капец.


Атмосфера накалялась — нас всех рассадили на центральном проходе, и мы просто ждали, в то время как дневальный периодически выкрикивал фамилии солдат, которые с мрачными лицами вставали и шли к тумбочке, куда приходили покупатели. Небольшое собеседование с солдатом — и он уже собирает вещи, готовясь к отправке.


Конкретно в моем случае ситуация обстояла следующим образом: инструкторов распределяли в воинскую часть Санкт-Петербурга, одну из лучших частей России в плане комфорта для срочника, по легендам — там чуть ли не уборщицы были, а про саму службу говорили, что не нужно будет ничего делать, кроме нажиманий на кнопочку. Я не особо мечтал о полевых выходах, полигонах, и прочих армейских забавах, поэтому меня вполне себе устраивал такой вариант, за который я решил бороться.


Во время экзаменов ко мне подошел какой-то майор, которого я раньше не видел, как позже выяснилось — покупатель из этой Санкт-Петербургской части. Он побеседовал со мной, задал общие вопросы по станции, спросил про семью, отметил все у себя в блокнотике, после чего откланялся и сказал ждать.


Возвращаемся к центральному проходу, где мы всей ротой сидели на стульях. Ждать моего покупателя долго не пришлось: через часа два после начала распределения я услышал от дневального свою фамилию. Майор еще раз быстро побеседовал со мной и приказал быть готовым к 17:00. Окей! Собрал все вещи и снова стал ждать.


Дождался. Меня вывели на малый плац нашей учебки, где майор и его кореша произвели осмотр наших сумок (проверили, что старшины наших рот нам все выдали), после чего майор задвинул следующую речь, от которой мне стало грустно:

— Так! В Питер, то бишь со мной, едут следующие лица (перечисляет фамилии, среди которых моей не было). У нас отправка в 20:00. Остальные — едут в соседнюю с этой учебкой часть, которая является "филиалом" моей части, здесь ехать минут 40 на машине, и отправляются прямо сейчас.

Бум! Все мои мечты об уборщицах, службе в тапочках и нажиманиях на кнопочку разрушились — я не еду в самую рассосную часть России, а еду в какой-то филиал, причем если в СПб поехало человек 20, то среди оставшихся, помимо меня, было еще 5 человек. С понурым лицом я пошел к микроавтобусу уже с каким-то лейтенантом (оттуда майор, а тут какой-то лейтенант, думал я), перебирая варианты дальнейшего развития событий. Сели в автобус. Поехали.

Начал успокаивать себя мыслями о том, что это все-таки ФИЛИАЛ, возможно, служба там будет примерно такая же, плюс ко всему — недалеко от Москвы, родственники, в отличии от Питера, сюда приехать точно смогут. Понемногу вытащив себя из ямы отчаяния, я услышал звонок телефона. Звонили лейтенанту, который с водителем сидел на переднем сиденье. На секунду мне показалось, что в его разговоре я услышал свою фамилию, после чего он обернулся к нам с вопросом: "Не знаете, как обратно в вашу часть ехать?". Не получив никакого ответа, он приказал водителю разворачиваться. Так как мы проехали практически 30-40 минут, я начал подозревать, что творится какая-то нездоровая фигня.


Вернулись обратно. Лейтенант вышел, открыл дверь салона, все-таки назвал мою фамилию и сказал выходить. Вышел. Пошли к КПП. Не понимая, что происходит, я спросил:

— Товарищ лейтенант, что происходит вообще? Почему мы идем обратно?
— Да не очкуй, там что-то с документами напутали, ты в Питер должен был ехать.

Смесь эмоций ударила мне в голову: с одной стороны я радовался, что все-таки Питер, и, видимо, та самая чудесная часть, с другой стороны я уже был настроен на Подмосковье, и как-то в глубине души чувствовал некий подвох. Мы подошли к штабу, где уже ждал майор с документами:

— Держи! С этими документами сейчас идешь в роту, и в 20:00 снова выходишь на то место, где мы сегодня уже собирались, поедем в Санкт-Петербург.


В документах была моя характеристика, военный билет, и прочая армейская бюрократия. Продолжая пребывать в некой смеси а*уя и радости я вернулся в роту. Еще не распределенные пацаны начали угарать, мол, со всеми уже попрощался, и снова вернулся, но я объяснил ситуацию и все, вроде как, прониклись.

Восемь часов вечера наступили очень быстро. Попрощавшись со всеми второй раз, я вновь прибыл на место встречи, где уже стояли ожидающие отправки солдаты. Майор, постепенно проходя мимо всех и проверяя документы, вдруг увидел меня и спросил:

— А ты кто такой?
— Товарищ майор, меня сейчас вернули, сказали, что я в Питер еду все-таки...
— Ааа, это ты! Ну смотри: тебя из команды исключили, в штабе в курсе, ты сейчас в роту возвращаешься, а дальше они уже там решат, что с тобой делать.

Я ох*ел. Честно. Такого я ну вообще не ожидал! Внешне не теряя самообладания, но при этом терзаемый тысячами мыслями внутри, я без слов взял сумку и пошел обратно в роту. Не обращая внимания на пацанов, которые тоже ох*ели от моего возращения, я сел рядом с дежурным сержантом и секунд 10 просто смотрел вперед. Вокруг меня уже собралась заинтересованная толпа, которой я все рассказал. Спасибо пацанам и сержантам — они, хоть и не без подколов, но поддержали меня, немного повысив настроение после такого странного дня. Я сдал сумку старшине, и пошел спать еще до отбоя — никто мне ничего на этот счет в этот день не сказал. Следущий день ознаменовался еще большим весельем.

— Да по-любому он мазанный! Где это видано, чтобы уже подъезжая к части, их разворачивали и везли обратно! Его наверняка в другую часть должны забрать, а тут его неожиданно туда повезли, вот и навели кипиш.

Вот так на следующий день встретил меня командир одного из взводов, офицер нашей роты. С ним я контактировал меньше всего, поэтому, возможно, у него было не очень хорошее ко мне отношение. Я ему объяснил, что понятия не имел, в какой части я окажусь, и что никаких связей в военной среде у меня нет. Не поверил. Ну и хрен бы с ним. Я продолжил службу своей роте, ожидая новых покупателей.

Все события, связанные с моим распределением случились во вторник. Прошла среда, четверг, пятница — наша рота редела, так как каждый день забирали новых пацанов. А за мной все так и не приезжали. В воскресенье распределили сразу 20 человек, и от начальной сотни нас осталось всего 15 солдат, из которых в наступивший понедельник никого не распределили.


Тут началось самое веселое: так как народа в части осталось мало, а наряды никто не отменял — мы стали ходить в них через сутки, а некоторые вообще каждый день (например, дневальный по роте, а потом — дежурное подразделение, которое, по сути, не являлось нарядом, однако требовало присутствия на разводе). И ладно бы мы знали, что нашу горстку сегодня-завтра заберут, но до конца новой недели из покупателей никто так и не приехал.


Тем временем, в часть уже начали поступать новые военнослужащие-срочники. В нашем батальоне сделали сводную роту, то есть объединили всех нераспределенных солдат из всех рот батальона (30 человек) на одном этаже, а прибывших солдат селили на других. Наряд, кровать, наряд, кровать — примерно так начала выглядеть служба в ожидании распределения, и вот наконец приехали новые покупатели.

Потом еще одни, и за сутки распределили 29 человек. То есть всех, кроме меня. Надо мной уже не смеются, а смотрят с грустью в глазах, еще и тот бузящий офицер на очередном построении чуть ли не извинился передо мной, сказав, что сходил в штаб и выяснил: в Подмосковье вместо меня отправился "блатной" срочник, который изначально и должен был туда ехать по какой-то договоренности, но все перепуталось, и его отправили в СПб, а меня — в Подмосковье. Паренек запаниковал, и начал звонить своим родственникам, которые, в свою очередь, отзвонились "выше", после чего мой микроавтобус развернули. В Питер я реально мог поехать, но загвоздка оказалась в том, что на всех необходимо было оформить ВПД — военно-проездной документ, позволяющий бесплатно добраться до места дальнейшего прохождения службы, то есть до Санкт-Петербурга. На того парня он уже был оформлен, а на меня — нет, оформить его быстро не получится, поэтому они решили не заморачиваться и просто вычеркнуть меня из команды и распределить позже. Вот так.

Грустный и несчастный, в большей степени от того, что я не понимал, что ждет меня дальше, я стоял около места дежурного по роте. Краем глаза я увидел каких-то покупателей, которые шли на следующий этаж. Рядом с нашей ротой они остановились, и спросили стоящего рядом с дверью парня о том, есть ли у нас еще не распределенные солдаты. Он тут же не просто назвал мою фамилию, а еще и пальцем на меня показал, заинтересовав мною этих контрактников.

Их было двое: старший сержант, лет 35, и ефрейтор, примерно того же возраста. Меня смутили их шевроны: похожие были у Богучар, поэтому я, как при распределении в Хогвартсе проговаривал про себя: "только не Богучар, только не Богучар".

— В Смоленск поедешь с нами?
— А у меня есть выбор?
— Нет!

Всё. Вот так меня распределили в войска. Это было начало декабря, и уже на следующий день я РЕАЛЬНО вышел вместе со своими сопровождающими из части и поехал в сторону вокзала, и мы даже не развернулись и не поехали обратно! Затем была ночная поездка на поезде, прибытие в новую часть, от которой я был в диком шоке, и дальнейшая служба, о которой я расскажу в последующих историях.

Спасибо за прочтение!

Показать полностью
803

Я, пожалуй, откажусь

Я, пожалуй, откажусь Facebook, Армия, Призыв, Креативная реклама, Длиннопост

В Facebook появился рекламный блок, где геймерам предлагают «играть по настоящим правилам», то есть «без читов и сохранений». В рекламном объявлении геймеров также приглашают «бросить вызов друзьям офлайн», а для этого нужно заполнить заявку на службу в Вооруженных силах Российской Федерации

Я, пожалуй, откажусь Facebook, Армия, Призыв, Креативная реклама, Длиннопост

Ну что там, скоро осенний призыв, что ли)))

Показать полностью 1
146

Военный госпиталь или как лечат в армии

В пятой части сборника моих историй, который в данный момент включает в себя четыре части (1, 2, 3, 4), будет фигурировать военный госпиталь. Чтобы не увеличивать объем моих и без того больших графоманских историй, я напишу небольшой "спин-офф" про то, как во время срочной службы я проходил лечение в этом учреждении. 


Июль, 2019 года. Пятница. В армии я прослужил ровно неделю – крутое событие, осталось всего 358 дней! Но, как обычно, нет худа без добра – ближе к середине дня мне стало хреново.


Началось все с обычного першения в горле, на которое я особо не обратил внимания, так как с кашлем и прочими подобными симптомами успешно существовала бОльшая часть срочников моей части. Но, к сожалению, в моем случае першением отделаться не удалось: через полчаса я уже с трудом говорил, каждое слово отдавалось болью в горле, а еще через полчаса, измерив температуру, я узнал, что мое тело вышло за пределы нормы и достигло 37.5 градусов Цельсия.


В армии очень скептически относятся к любому проявлению болезней у срочника, ведь то время, которое он проводит в лечебных учреждения полностью засчитывается в срок службы, которую он в этом же учреждении успешно, как принято говорить "прое*ывает". Поэтому в глазах военнослужащих по контракту каждый заболевший срочник – это "калич", который хочет прое*аться в госпитале, который в армейских кругах называют "каличкой". Возыметь славу калича через 7 дней после начала службы мне совсем не хотелось, поэтому я решил подождать до вечера – вдруг полегчает.


После ужина стало еще хуже, та боль, которая проявлялась в горле во время разговора, стала одолевать меня постоянно, даже когда я молчал, потекли сопли и раскалывалась голова. Дабы не рисковать своим здоровьем, я решил, что схожу в медицинский пункт, который располагался на территории части, возьму таблеточку и вернусь обратно в роту. Обрадовавшись своей гениальности, я пошел к дежурному по роте.

"Товарищ сержант, мне че-то хреново, разрешите сходить в медпункт за таблеткой, и обратно в роту вернуться!". Сержант оглядел меня и в ответ спросил: "Прям пи*дец хреново? Может отлежишься до утра, пройдет?". В этот момент один из дневальных дотронулся до моей щеки (!), округлил глаза и сказал, что я очень горячий. В любой другой ситуации я был бы рад таком заявлению, но в тот момент эта информация вкупе с его прикосновением к моему лицу напрягла меня. Дежурный позвонил командиру роту, который дал добро на то, что меня поведут в медпункт, после чего я, в сопровождении дневального, направился в санчасть.


"Сколько, говоришь, в роте температура была?", – спросила меня медсестра, когда я вернул ей градусник, который почти минут десять находился в тесном контакте с моей подмышкой. На мой ответ "37.5" она посмеялась, сказав, что сейчас у меня 39.6. Пиз*ец. Я на панике: в жизни такой температуры не было, а тут на тебе. Говорю медсестре, что вы очень долго не смотрели на градусник, я, наверное, передержал, и все такое. Она, не слушая меня, дала мне ту самую таблетку, видимо, парацетамола, и сказала идти к терапевту, который также находился в этом медпункте. Этим дедушкой я тоже не отделался: он послушал меня, посмотрел горло и резюмировал: "Сейчас поедешь в госпиталь".


Всем правдами и неправдами я начал умолять его не отправлять меня туда, прямо сказал ему, что у нас в роте каличей не любят, и что обычно после одной таблетки я всегда выздоравливал. Он был непреклонен, однако сказал, что в госпитале проводят еще одно обследование, по результатам которого могут отправить обратно в часть. Ладно, подумал я, отмажусь уже в самом госпитале, заодно покатаюсь.


Кататься нужно было полтора часа: из одного подмосковья нас повезли в другое подмосковье. Помимо меня ехало еще шесть человек: водитель, дежурный по медицинскому пункту (прапорщик), солдат, который служил в медпункте и еще четверо заболевших срочников. 

Военный госпиталь или как лечат в армии Армия, Госпиталь, Медицина, Служба, Армия России, Призыв, Врачи, Длиннопост

Путь мы держали не на современной и оборудованной "карете" скорой помощи, а на всем известной советской "буханке", которую на нормальных дорогах трясло так, будто мы под обстрелом покидали поля боя, увозя раненых солдат. Уф. Приехали в госпиталь где-то в десять часов вечера.


Не знаю, как выглядел со стороны я, но парни, которые ехали со мной, казалось вот-вот умрут. Я же, движимый живительным парацетамолом, потрагивал свой, как казалось мне, уже прохладный лоб, всем с улыбкой заявлял, что сейчас меня отправят обратно. В приемной нас направили на флюорографию – так сразу отсеивают тех, у кого пневмония. В нашей компании из пяти человек легкие были поражены только у одного парня, которого сразу же увели куда-то в глубины госпиталя. Больше мы его не видели. Остальные вернулись в приемную, где над нами вновь начали проводить те же мероприятия, что и в медпункте: слушали, измеряли температуру, смотрели горло.


Как оказалось, мои ладонь со лбом обманули меня: госпитальный градусник показал температуру 39.3, а врач, обследовавший меня, поставил предварительный диагноз – ОРЗ. Я заполнил какие-то бумажки, среди которых было согласие на сдачу анализа крови, в том числе и на ВИЧ, а также согласие на то, что меня определяют в инфекционное отделение данного госпиталя. Тогда я еще не знал, в какой ад попаду, но, деваться было некуда.


Через полчаса нас отвели уже в приемную инфекционного отделения, где мы сдали свою форму, получили взамен ужасные тюремные госпитальные робы, переобулись в тапочки, которые предварительно взяли с собой и стали ждать, когда за нами придут. Парень, который служил в медпункте и сопровождал нас по госпиталю пожелал скорейшего выздоровления, после чего ретировался.

Военный госпиталь или как лечат в армии Армия, Госпиталь, Медицина, Служба, Армия России, Призыв, Врачи, Длиннопост

Пришел другой парень, в такой же робе, как у нас, назвал наши фамилии и забрал нас с собой. Тем временем, часы показывали уже 23:00, на улице было достаточно темно, а подошли мы к зданию, которое в этой темноте казалось максимально ужасным: заколоченные в некоторых местах окна, трещины в стенах, огромная деревянная дверь со специальными железными насадками для засова... Сказать, что я обос*ался – ничего не сказать. Все мои надежды на то, что это какое-то случайное здание, мимо которого мы пройдем рухнули, когда наш новый друг сказал нам, что перед нами – наш новый дом на ближайшие минимум 10 дней.


Внутренности этого "монстра" оказались еще хуже. Представьте кадры из какого-нибудь фильма про тюрьму, когда новоиспеченного заключенного ведут в его камеру по узкому коридору, с левой и с правой стороны которого находятся решетки, из которых до него пытается дотянутся огромное количество страшных рук. Примерно такие же ощущения испытал я, когда меня завели на второй этаж "инфекционки", только вместо "камер" по обеим сторонам узкого коридора были палаты. Уже был произведен местный "отбой", однако с моим приходом будто объявили "подъем" – всем было ужасно интересно, кто же это такой пришел к ним поздно ночью.


Помимо палат было несколько "рабочих" кабинетов, где находились медсестры и врачи. В один из них меня завели, и снова измерили температуру. 38.6. В этом кабинете находился "блатной" больной, которому "посчастливилось" оказаться в госпитале надолго, после чего выздороветь, затем снова заболеть, и, ввиду его ненадобности на основном месте службы, остаться в этом медицинском учреждении в качестве бесплатного работника. Он отличался от всех тем, что его роба была голубого цвета.


В протянутую мной ладошку этот медбрат насыпал мне штук 8 маленьких белых таблеток, две большие белые и три желтые таблетки. Я, за неделю уже привыкший к тому, что в армии вопросов не задают – выпил все это добро, запив стаканом воды, который мне услужливо подогнали ранее. Сейчас я понимаю, что лучше бы тогда в этом наборе таблеток были еще и успокоительные, потому что дальше меня отвели в мою палату.


Это был полнейший, кромешный пи*дец. Максимально маленькое квадратное помещение, в которое впихнули 9 двухъярусных кроватей, расстояние между которыми было чуть меньше, чем ваша вытянутая рука. Медбрат включил свет, чем вызвал шевеления тех заключенных болеющих, что уже находились в этом маленьком аду. Показав мне мой котел мою кровать, он выдал мне постельное белье и удалился. Под безмолвную ненависть всех присутствующих я кое-как разобрался со своим койко-местом, выключил свет и лег спать.


Проснулся в часов 5 утра. Горло побаливало, однако голова, по ощущениям, температурила уже не так сильно. Еще раз оглядев весь тот пи*дец вокруг меня, я понял, что хочу как можно быстрее свалить отсюда. Облупленные стены, кровати, которые, казалось, вот-вот развалятся, тараканы, бегающие по потолку – всё это действовало лучше любых парацетамолов, заставляя забывать о том, что ты вообще когда-то чем-то болел.


В 6:30 в палату зашел тот самый блатной больной, который расталкивал всех и раздавал градусники. Те, у кого наблюдалась повышенная температура, отмечались в специальном журнале. Мне записали "37.6". В 7:00 прозвучала команда "Отделение, подъем!". Я, привыкший в учебке все делать быстро, подорвался и начал выбегать в коридор, но вовремя обратил внимание на "старослужащих" своей палаты. Никто из них даже не шелохнулся. Ладно, подумал я, вышел в коридор, дошел до туалета, и, так и не встретив никого из пробуждающихся, вернулся в палату.


Там уже постепенно все начали пробуждаться, доставая из потаенных мест свои сенсорные телефоны. Это меня сильно удивило: за неделю в части нам постоянно вдалбливали, что в армии телефонов ни у кого нет, и что иметь его – это смертный грех, за который вас отправят на гауптвахту и в прочие места не столь отдаленные. Однако здесь подобные телефоны были практически у всех, мне же достался мой кнопочный "тапик", который мне выдали перед отправкой в госпиталь.


Пообщавшись с некоторыми сопалатниками мне показалось, что в госпиталь отправляют только каких-то конченных люди. Их манера речи, юмор и внешний вид определяли их как гопника из самой глубинки России, которому за счастье находиться на государственном обеспечении в госпитале в ПОДМОСКОВЬЕ (!).


Тем временем, поступила команда для построения на обед. Люди из всех палат вышли в коридор и построились в одну шеренгу. Я понял, что не ошибся в определение местного контингента – все как один сочетали в себе романтический образ плохого парня с деревни. Не знаю, возможно, со стороны я выглядел абсолютно также, но эти ребята меня очень сильно напрягали.

Поели, в целом, нормально. Столовая, так как это инфекционное отделение, из которого никуда нельзя выходить, находилась прямо в отделении. Еда практически не отличалась от той, что нам давали в части, плюс ко всему не было вечной "торопёжки", когда за 5 минут надо было съесть суп, второе и чай с булочкой.


После приема пищи нужно было выйти в коридор, в котором стояла большой емкость с пластиковыми контейнерами, в каждом из которых была бумажка с фамилией больного. Помимо бумажки там находились пилюли, жаждующие оказаться в твоем организме. Я "нашел себя", выпил, краем глаза заметив, как некоторые парни высыпают себе таблетки в руку и уходят с ними в сторону туалета. Для меня тогда это казалось дикостью: чувак болеет, и при этом специально не пьет лекарства, дабы подольше не возвращаться в часть. Жесть.


В 10:00 меня вызвали на прием. Врач-терапевт, как выяснилось в дальнейшем – майор медицинской службы, послушал мои легкие и выслушал мою речь. Помимо того, что в этом отделении я увидел ад на земле, через 7 дней у меня должна была быть присяга. Майор сказал, что ничего не может поделать – минимальное время нахождения в инфекционном отделении – 10 дней. Я еще раз, более настойчиво попросил его пойти мне навстречу, сетовал на то, что у меня должны приехать родственники, и что неизвестно когда мы в следующий раз с ними пересечемся, на что этот чудесный доктор (спасибо ему огромное) предложил мне, что если в течении трех дней не будет подниматься температура и придут хорошие анализы – он меня выпишет.


Суббота уже не считалась – утром градусник выявил у меня 37.6. Таблетки в госпитале выдаются после каждого приема пищи, температура измеряется два раза в день: рано утром и вечером перед сном. Я исправно кушал, принимал лекарства, мыл руки каждые несколько часов, бесконечно полоскал нос и горло раствором фурацилина – именно такое лечение было назначено мне. Кстати, про фурацилин – им в армии лечат всё. Начиная от насморка, заканчивая грибками на ногах. И, как ни странно – эта штука реально помогает. Остальные парни смотрели на мое рвение с большим удивлением.


Утро воскресенья ознаменовалось температурой 36.4. Я не прекращал свои процедуры, и утром понедельника ртутный столбик в градуснике вновь не стал подниматься выше 36.6. Остался вторник, подумал я, и пошел мыть руки с фурацилинчиком в стакане.


Тем временем, некоторые парни из палат в моих глазах вышли из образа "гопника", став более-менее нормальными ребятами, с которыми даже можно было о чем-то поговорить. Из разговоров с ними я узнал, что некоторые лежат здесь уже по две недели и больше: за ними просто-напросто не приезжали из их частей. Меня это очень напрягало, я не хотел задерживаться, особенно когда узнал, что здесь нет нормальной возможности помыться: помещение, которое называлось "баней" представляло собой огромный квадрат, в центре которого стояла ванна с краном. Никакого шланга с душем, как и горячей воды здесь не было, однако многие специально мылись холодной водой, чтобы подольше остаться в госпитале. Лично я несколько раз мыл лишь "основные места", полностью ополаскиваться ледяной водой не стал.


Утро вторника. 36.6. Здоров, как бык, подумал я и направился на прием к терапевту, куда меня уже вызвали. Свое обещание он сдержал: "Сегодня сдашь анализы, завтра результаты, если все нормально – я тебя выписываю". Анализы я сдал, и утром среды снова оказался в кабинете у майора. "Всё у тебя нормально, выписываю. Единственное, не знаю, когда за тобой приедут из твоей части", – немного расстроил меня майор. Но главное было то, что меня выписали.


Вернувшись в палату, я начал смотреть на моих еще болеющих товарищей как на врагов. Я совершенно не хотел повторить участь "блатного" медбрата, который выздоровел и заболел вновь. Мыть руки я начал еще чаще, а также не прекращал полоскать горло фурацилином. Из таблеток мне стали давать только "аскорбинки".


Обед среды – за мной не приехали. Ужин среды – приехали, но из другой части, не за мной. Я, наполняясь грустью, пошел готовиться к отбою. Лег спать, надеясь, что хотя бы завтра утром за мной приедут, присяга в субботу, и, в принципе, я должен был успеть.


Толкать меня начали где-то в половину первого ночи. Как и в первый мой день в госпитале в палате горел свет, надо мной стоял блатной медбрат, который сказал, что мне нужно собираться – за мной приехали. Я, не скрывая улыбку, максимально быстро собрал все свое имущество, перебудив при этом половину палаты (простите, пацаны), вышел из нее, получил форму и снова оказался в той самой "буханке". В 2:30 я уже ложился спать в свою кровать в роте, предварительно помывшись в теплой воде в казарменном душе. Класс. Утром четверга я уже проснулся вместе со своими сослуживцами.


Таким образом, в госпитале я провел пять полных дней. Каличем я так и не стал, многие удивились моему скорейшему возвращению, а я так и сказал, что в этом месте долго находиться совершенно не хочется. На присягу я успел: четверг и пятница были посвящены генеральным репетициям, в субботу началось само мероприятие.


Фурацилин и парацетамол – основные инструменты военной медицины. При более тяжелых случаях внутрижопно начинают колоть антибиотики, это когда у тебя диагностируют ангину или пневмонию. При этом фурацилин и парацетамол никуда не деваются, параллельно с антибиотиками обязательно их употребление. Методы, как ни странно, действенные – выздоравливают практически все, и, как показал мой пример, при должно подходе и правильном употреблении можно выздороветь очень быстро.


Спасибо за прочтение.

Показать полностью 2
1897

Сходил в военкомат…

В 2004 году уволился я летом с завода, получил расчет и уже навострил лыжи в столицу в поисках лучшей жизни. Решил пару недель отдохнуть, побухать, собраться с мыслями, т.к. в столице меня никто не ждал, были смутные представления, как это все будет, короче, ехал «на деревню к дедушке». Дома почти не появлялся, жил у разных друзей, где пили водку и играли рок-н-ролл.


Вот как-то прихожу домой, маманя говорит, носят какие-то повестки, пару отдали соседям, пару воткнули в дверь, а последний раз приходил аж целый майор, вручил повестку ей. В универе я заканчивал военную кафедру, но никого из наших не призывали уже давно, так что я особо не парился по поводу этих повесток, мало ли что они там задумали - пусть идут лесом.


И тут как-то с утра врубаю телек с местными новостями, а там сюжет, мол, всех выпускников вузов военкомат приглашал на местный полигон, они там стреляли из автоматов, ели кашу и получили море впечатлений. В кадре даже мелькнули пара моих одногруппниц и рассказали, как им все понравилось.


«Вот оно что!» - подумал я, сел на трамвай и помчался в военкомат с надеждой пострелять из автомата и весело провести время. В военкомате очень обрадовались моему появлению, т.к. я был последний, кого они так долго искали. Короче, уехал я на два года в Чебаркуль «весело» проводить время.

426

Про призыв в армию. В ответ на пост "я пришел в военкомат"

Доброго дня.

В целом я не косил от армии, скорей даже относился безразлично, заберут так заберут, нет ну и ладно. На заводе буду работать. В целом так и получилось, вернули с Угрешки. Оказалось по зрению не прохожу, в очках хожу сколько себя помню. И на учете в глазной поликлиники состоял и постоянно очки носил. Проходит 6 лет. Я уже и образование получил, работаю. Семья. Сын родился ребенок. Пришлось поменять место жительства из района в район, переезжаю с одной квартиры на другую. И по новому месту жительства меня не прописывают пока не встану на учет в военкомате этого района. Ну надо встать так встану. Приехал в военкомат, а там говорят что надо пройти медкомиссию. Блин ну надо так надо. Взял направление в диагностический центр глазной при 15 гор больнице в Вешняках и туда. А там типа полис медицинский, а он дома. Ну типа свободен. Хорошо рядом живу, сгонял. Приезжаю, а мне в ответ талонов нет, записи нет, гуляй. А я то с работы отпросился, и направление только на сегодня из военкомата. В целом фигня какая то. Ну ладно. Рискну. Узнал где кабинет главного врача. И к ней прямиком, мимо секретаря. Зашел, сидит женщина и студенты, много человек 20. Глав врач смотрит вопросительно на меня, я ей все рассказываю, что надо именно сегодня пройти обследование. Выслушала, при всех позвонила офтальмологу и сказала, что к ней придет такой то и его надо принять. И мне говорит кабинет куда идти. Пришел. Прошел обследование и мне ставят диагноз "годен к строевой". ну и ладно. я в военкомат (а все происходит в сентябре середины 90 годов). Там подпись у военкома надо взять, а он мне в ответ что не подпишу, а наоборот даже призову так как годен и народу не хватает защищать родину от врагов. И вот тебе повестка на октябрь с вещами. А мне то уже и не хочется и не все равно. Я в ответ что не возьму повестку, а оформлю на ребенка отсрочку а там ну пол года останется до 27 лет. В целом он мне высказал все что думает об уклонистах швырнул военник и все. В этот же день я прописался. Все очень удивились когда узнали что я за один день прошел и все сделал. Но если бы не главный врач, то я не справился бы и не смог. Здоровья и прекрасного настроения тому главному врачу.

140

Как я сам себя отправил в армию за 15 минут. Часть 4: "Учебка. Первый день. Дикие армейские порядки. Уставные и неуставные вещи. Запреты"

Часть 1: клик
Часть 2: клик
Часть 3: клик


На территорию учебной войсковой части наш монстр-ПАЗик заехал где-то в часа два дня. Доехали до штаба (главное административное здание части), где нас высадили и приказали построиться в одну шеренгу. Майор со старшим лейтенантом зашли в штаб, за нами оставили следить сержантов.

"Ну что, пи*дец вам!", – подбодрил нас один из них. "Будете служить во втором батальоне, самое жесткое место в этой части!", – не отставал второй. Мы, и так угнетенные нервной ночью в распределителе и не менее нервной поездкой до части совсем потускнели. При этом какое-то любопытство, глубоко в душе шептавшее тебе "а что же будет дальше?" не позволяло полностью впадать в армейскую депрессию: лично я был собран, и внимательно следил за всем происходящим вокруг, ожидая развития событий.

Долго ждать не пришлось – офицеры вышли со штаба, перестроили нас в колонну по три и отправили в здание батальона. Здесь я впервые увидел плац – огромную асфальтированную площадку, объединявшую вокруг себя несколько зданий, которые являлись расположениями батальонов. В каждом здании было от трех до пяти этажей – в зависимости от количества рот, которые входили в состав батальона.


Военнослужащий, проходящий военную службу по призыву отбывает свой срок служит в составе определенной роты, которая, в свою очередь, входит в состав определенного батальона. В учебной войсковой части батальоны и роты разделяются согласно военным учетным специальностям, сокращенно ВУС – своеобразной армейской "профессии", которой ты будешь овладевать во время прохождения службы в учебке.


Как нас уже обрадовали сержанты, мы попали во второй батальон. Долго идти не пришлось, вторым батальоном оказалось самое ближнее к штабу пятиэтажное здание, перед которым нас снова построили в одну шеренгу. Майор еще раз представился, но теперь, помимо фамилии, имени и отчества обозначил еще и то, что он является командиром батальона. Все переглянулись: ничего себе, нас лично забирал тот самый герой песен Расторгуева – комбат! Старший лейтенант начал озвучивать фамилии, дробя нашу и так небольшую компанию на еще более мелкие кучки. Я оказался в компании Сани, Дениса, и двух Михаилов, после чего нам было приказано проследовать на второй этаж.

Пришли. "Вы кто, бл*ть, такие", – первое, что услышали мы от прапорщика, который с невозмутимым видом сидел перед входом в роту, в которую мы попали. Я озвучил наши фамилии, так как никаких сопровождающих с нами уже не было. Прапорщик изучил какие-то бумажки, снова окинул нас взглядом, сказал: "Е*анутые! Вам на третий этаж!", – и, полностью потеряв к нам интерес, уткнулся в телефон. Постепенно начиная вникать в армейскую суть, мы поднялись на третий этаж.

Здесь нас встречал уже сержант. Сержант с ножом на поясе. На тот момент я даже испугался: всем своим видом он показывал какую-то дикую крутость, у него был большой шрам на щеке и голос, будто он пытался пародировать Никиту Джигурду. Брр. Чуть позже я узнал, что нож и значок на его груди свидетельствовали о том, что в тот момент он был дежурным по роте. "Добро пожаловать к нам в роту, солдаты", – с нескрываемым пафосом поздоровался с нами данный контрактник, после чего сказал нам продемонстрировать содержимое сумок.


Лично у меня, помимо того, что нам выдали в холодильнике и мыльно-рыльных принадлежностей осталась бутылка воды и несколько шоколадок, которые сержант тут же забрал, сказав, что это "выкидывается". Ладно. Несмотря на то, что в мою головушку уже закрались подозрения, спорить я пока не решался – все-таки пока даже одного часа я в армии не провел. У остальных парней, которые попали со мной, был полный треш: у Дениса в сумке оказались пицца и пироги, у Саши – альбом и краски, а один из Михаилов притащил с собой сдутый футбольный мяч и насос. Это, кстати, единственное, что сержант разрешил оставить, сказав, что как придет старшина – нужно будет передать ему. Остальное, естественно, было экспроприировано для утилизации. Каким образом это все утилизировалось мы так и не узнали.


Далее он осмотрел нас внешний вид, отметив, что мы все молодцы, что так коротко подстриглись, и что якобы мы упустили какую-то экзекуционно-экстремальную стрижку для новичков в первый день. Клево. Мне он сделал замечание по поводу растительности на лице – утром я толком не успел побриться, а растет у меня все достаточно быстро, в результате чего видимая щетина на мне уже присутствовала.


Закончив с осмотром, сержант рассказал нам, что в течение ближайших дней мы будем распределены по взводам, которых в составе данной роты три, при этом лично он является военнослужащим первого взвода. Пообещав, что всех, кто попадет к нему во взвод ждет "пи*дец", если вы "расп*здяй", и лучшая служба в мире, если вы клевый парень, он ретировался, как и прапорщик со второго этажа уткнувшись в телефон. Перед этим он позвал Виталика, местного "старослужащего", приказав ему все нам объяснить. Виталик приехал всего на две недели раньше нас, однако в данный момент времени он казался нам чуть ли не ветераном всех в мире войн и сражений


Ликбез начался с клеймения тапок. Виталик выдал нам корректор, и сказал, что необходимо в маленький квадратик, который располагался на верхней части резиновой армейской обуви написать свою фамилию. 

Как я сам себя отправил в армию за 15 минут. Часть 4: "Учебка. Первый день. Дикие армейские порядки. Уставные и неуставные вещи. Запреты" Армия, Армия России, Служба, Призыв, Учебка, Войска, Рассказ, Длиннопост

На фотографии мы видим, что тапки проклеймены числом – такая процедура делалась в дальнейшем, когда военнослужащий уже знал номер своей кровати, под которой всегда должны находиться тапочки. Мы же пытались впендюрить в это пространство небольшой площади свои фамилии. Получилось, мягко говоря, не очень: я уместил лишь три буквы, и то в ужасном качестве, но Виталик одобрил, сказав, что главное, чтобы я сам смог их опознать. Раз Виталик одобрил – ладно. Следующей процедурой было клеймение берцев, здесь уже стало попроще: с внутренней стороны сапога нужно было тем же корректором написать свою фамилию.

Закончив с авторским правом на наши личные вещи, мы сняли берцы, "вкинулись" в тапки, и зашли в сушилку.

Как я сам себя отправил в армию за 15 минут. Часть 4: "Учебка. Первый день. Дикие армейские порядки. Уставные и неуставные вещи. Запреты" Армия, Армия России, Служба, Призыв, Учебка, Войска, Рассказ, Длиннопост

Сушилка в армии – место, в котором производится просушка обмундирования (а иногда – неуставные отношения, об этом подробнее в следующих историях). Запах в сушилке – материал для отдельного поста, но он там максимально мерзкий и ужасный. Наша сушилка была почти такой же, как на фотографии: на штыри мы повесили свои берцы и отправились в спальное расположение.


Стоит отметить, что за эти 20 минут в роте я не увидел никого, кроме сержанта и Виталика. Чуть позже я узнал, что в это время в армии – тихий час, при этом я маленько охренел, так как даже не подозревал, что днем в ВС РФ выделяется время для сна.


В нашей роте спальное расположение представляло собой кубриковую систему – большой коридор, с левой и правой стороны которого были входы в небольшие комнаты (кубрики), в каждой из них были размещены по 10 кроватей – пять с одной и пять с другой стороны. Виталик привел нас в четвертый кубрик (всего их было 10), так как на данном этапе призыва первые три уже были заняты, в то время как четвертый был абсолютно пустым.


Между кроватями стояла тумбочка, на каждой кровати лежал свернутый матрас и подушка, а в ногах каждой кровати стоял стул. Этими богатствами и ограничивалась комната, в которую нас завели. Постельное белье на кроватях отсутствовало, но Виталик пообещал, что с приходом старшины нам все выдадут. Поблагодарив нашего старослужащего, мы начали располагаться.


Тут же к нам ворвался другой местный солдатик, представившись "Шведом", который начал нас учить тому, как правильно расставлять предметы на тумбочке. Да, в армии – все однообразно и безобразно, в том числе и то, как вы положите на свою тумбочку мыло и зубную щетку. У нас было определено, что на небольшой полочке, которая находилась в верхней части тумбочки, сначала лежит мыльница с мылом, затем зубная щетка и после всего этого – зубная паста. Щетка и зубная паста верхней своей частью должны быть направлены вглубь полки. Кружка, ручка которой должна обязательно смотреть в сторону кровати, стоит на самой тумбочке. Полотенце висит на дужке кровати со стороны прохода между ними (кроватями), разрезом к окну.


Охренеть! Я даже не ожидал, что в армии все настолько жестко. При этом мне сказали, что мыло, которое я привез с собой – "неуставное", и что его при первом осмотре комнат выкинут. Необходимо, чтобы у всех в тумбочках лежало армейское "уставное" мыло, которое выдают первого числа каждого месяца.


Деление на "неуставное" и "уставное" касалось вообще всего: носков, которые ты взял с собой, шампуней, туалетной бумаги и даже ПЛАСТЫРЕЙ, которые многие захватили, опасаясь мозолей от берцев. Ладно. Со всеми делами разобрались, ждем старшину.


Тем временем, один из наших парней, вроде, Денис, сел на кровать. Швед, увидев это, округлил глаза и чуть ли не крича обратился к нему: "Ты что делаешь! Быстро встань!". Тут мы выяснили еще одно армейское правило – никогда и ни в коем случае не садись на кровать. Лечь на кровать в дневное время (за исключением тихого часа) – это вообще смертный грех.


Параллельно со всеми этими событиями мы иголками затерли CVV-код на обратной стороне банковских кары: это делалось для того, чтобы в случае кражи злоумышленник не смог осуществить финансовые операции через интернет.


К часам четырем дня пришел старшина.В случае нашей роты уже старший прапорщик завел нас в кладовую, в народе именуемую каптеркой – это своеобразный склад вещей и обмундирования внутри роты. Старшина роты – военнослужащий, который внутри роты отвечает за то, чтобы солдаты правильно служили, носили и вовремя получали хорошие и не совсем убитые вещи. Построив нас, прапорщик еще раз произвел осмотр, после чего мы подписали свои сумки и оставили их в его обиталище.


В роте уже давно был осуществлен подъем. На тот момент, когда мы пришли в эту казарму, там уже было человек 30 (необходимо было добить это число до 90-100), и все они с большим интересом смотрели на нас. Кто-то подходил и знакомился, кто-то давал советы, а кто-то, уже в который раз обещал нам, что нам "пи*дец". От обилия событий я и забыл о своих естественных потребностях, поэтому когда накал страстей поутих, я резко почувствовал, что очень сильно хочу в туалет.


Чтобы попасть туда, сначала нужно было пройти через умывальник, в котором находились 10 раковин и четыре душевые кабинки. В следующем "отсеке" данного помещения находился сам туалет, который, как и все в армии в первый день, меня удивил. В целом, все было оформлено достаточно цивильно: 5 писсуаров вдоль стены и 10 кабинок. Но внутри кабинок вас ждал не прекрасный белоснежный трон, а чудесная, как повелось называть ее внутри роты "Чаша Аида", более известная как "дырка в полу" или "очко". Да, в ближайший год мне пришлось избавляться от лишнего в своем организме сидя на корточках. Но меня уже ничего не удивляло.


Подошло время ужина. Всю роту вывели, построили перед батальоном в колонну по пять, и, тот самый дежурный по роте вместе со старшиной отправили нас в столовую, которая представляла собой небольшой барак, внутри которого стояло большое количество квадратных столов, за каждый из которых могли сесть по четыре человека. В конце помещения находились две раздачи еды: солдат берет поднос и проходит по ним, забирая и выставляя себе на поднос то, что дают.


На первом в жизни армейском приеме пищи мне достались рис с рыбой, 25 грамм масла, хлеб, стакан чая и булочка. Парни, с которыми я оказался за столом порекомендовали не кушать рыбу, якобы она с опарышами. Я посмеялся, все-таки решив попробовать ее, однако тут же оставил эту затею, так как в небольшом кусочке, который я откусил, костей было больше, чем самой рыбы. Рис я съел полностью, выпив чай с булочкой, намазанной маслом. В принципе, наелся, однако вспоминая, что еще днем я кушал фастфуд на вокзале, мне стало немного грустно.


Вернулись в роту. Дневальный (это солдат, который находится в наряде вместе с дежурным по роте, об этом подробнее – в следующих историях) подал команду: "Рота, рассаживайся на центральном проходе для проведения термометрии!". Не совсем понимая, что происходит, я решил делать то, что делают все: взял стул из своего кубрика и вместе со всеми сел в коридоре. Пришел паренек с журналом и с контейнером, внутри которого была странно пахнущая жидкость и штук 10 градусников. Все взяли их, сняли кителя и футболки и начали мерять температуру. Я сделал то же самое. Как оказалось, в армии три раза в день должна определяться температура твоего тела, и при любом ее повышении – солдата доставляли в медицинский пункт. Насладившись своими 36.6, я показал градусник парню, который занимался фиксацией температур в специальном журнале, и пошел еще больше наслаждаться свободным временем.


После ужина и всех вечерних процедур у срочников – свободное время. В нашем случае оно началось примерно в 20:00. Кто-то сел смотреть телевизор, кто-то читал книги, кто-то занимался своим обмундированием, кто-то "по фишке" – то есть пока никто не видит, валялся на кроватях в своих кубриках. Словом – золотое время для солдата. Я уже плохо помню, чем тогда занимался, наверное, сидел со своими пацанами, обсуждая прошедший день. Но день еще не кончился.

В 20:55 дневальный крикнул: "Рота, рассаживайся перед телевизором для просмотра программы Время!". Да, ежедневно, включая воскресенье и все праздники, срочники обязаны завершать свой день просмотром новостей. Перед телевизором, который находится в конце центрального прохода, выставляются стулья и рассаживаются солдаты, безумно желающие узнать, что же там сейчас происходит в мире. До конца эта процедура никогда не доходила: где-то через 15-20 минут звучала новая команда, которая призывала всех собираться и выходить на плац для проведения вечерней прогулки.


Вечерняя прогулка – часть строевой подготовки, когда вы и все остальные роты части выходят на плац и начинают своего рода соревнование: кто лучше пройдется и качественнее споет песню. Именно качественнее, потому что многие путали это понятие с уровнем громкости издаваемых солдатами звуков. После прогулки всех отпустили покурить. Курение в учебке – тоже отдельная тема, если кратко – курили три-четыре раза в день: после некоторых приемов пищи и вечерней прогулки.


В роте все построились перед местом дежурного по роте в две шеренги. Началась вечерняя поверка – учет личного состава и средство успокоения дежурного – он убеждается, что никто не потерялся и что все солдаты на месте.


Время – около 22:00. Вечерняя поверка завершена, солдаты раздеваются до трусов, умываются, кто успевает – принимает душ, и в 22:20 звучит команда: "Рота, стройся на центральном проходе для проведения телесного осмотра!". Все выстраиваются в две шеренги, приходит дежурный по роте, который командует первой шеренге сделать два шага вперед и развернуться, после чего он начинает проходить вдоль каждого солдата, оглядывая его с головы до ног и проверяя на наличие синяков, ссадин, ушибов. Любое из обнаруженных повреждений – и солдат отправляется писать объяснительную, в которой поясняет, откуда у него это повреждение взялось.


К 22:30 поступает команда "Рота, отбой!", после чего в течение 30 секунд все должны разбежаться по кубрикам и улечься в свои кровати. Выходить в туалет до часу ночи нельзя. Разговаривать – нельзя. Слишком сильно скрипеть кроватью – тоже. В общем: сплошные ограничения.

В первую ночь я долго не мог уснуть. В голове было огромное количество мыслей и воспоминаний с прошедшего дня. Я до сих пор не мог осознать, что еще днем я кушал бургер, а уже сейчас лежу на не очень удобной кровати в каком-то непонятном кубрике. Но, к счастью, то самое любопытство, о котором я упоминал в начале этой части, сильно меня подбадривало. Я прекрасно понимал, что это – только начало, и настоящую армию я увижу в последующие дни, о которых я расскажу Вам, уважаемые читатели, в следующих историях.

Большое спасибо за прочтение! В следующих историях я расскажу о том, как и почему службу в учебке сравнивают со службой в дисциплинарном батальоне, о своем распределении в войска и последующей службе в совершенно другой части.

Еще раз огромное спасибо за внимание!

Показать полностью 2
563

Путин подписал указ о призыве в армию с 1 апреля

Путин подписал указ о призыве в армию с 1 апреля Политика, Армия, Призыв, Служба, Владимир Путин

МОСКВА, 30 марта. /ТАСС/. Президент РФ Владимир Путин подписал указ о призыве на военную службу в РФ 135 тыс. человек с 1 апреля. Документ опубликован в понедельник на официальном интернет-портале правовой информации.

"Осуществить с 1 апреля по 15 июля 2020 года призыв на военную службу граждан Российской Федерации в возрасте от 18 до 27 лет, не пребывающих в запасе и подлежащих… призыву на военную службу, в количестве 135 000 человек", - говорится в указе.

https://tass.ru/obschestvo/8117703
1414

Как приходят "гениальные" идеи

В продолжении поста о том, что официальный мяч Кубка конфедераций-2017 получил имя "Красава":

Как приходят "гениальные" идеи Футбол, Кубок конфедераций, Мяч, Политика, Владимир Путин, Виталий Мутко, Оригинально, Лентач

Новость

Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: