112

Предсказание. Часть 1

Из всего рабочего дня Андрей любил только пару утренних часов, когда полусонные посетители, неосмотрительно записавшиеся на самое раннее время, клевали носами по креслам в коридоре, машинально укачивая ещё не проснувшихся детей.

— Баю–баюшки–баю, – это были единственные слова, которые кто–то время от времени шёпотом напевал то ли ребёнку, то ли дремлющему рядом супругу.

Андрею эта песня всегда казалась древним атавизмом, он помнил её из своего детства, а родителям её пели бабушки с дедушками, которые тоже не сами сочинили эти строчки. В современном мире, предлагающем сотни новых песен в сутки, можно было выбрать любую колыбельную, их можно было менять каждый день, но люди упорно продолжали напевать про серенького волчка, который любит лакомиться чужими частями тела, не обращая внимания на то, что до ближайшего леса после ужина ему придётся добираться только на общественном транспорте, если, конечно же, волчок предусмотрительно не купил себе авто.

Несмотря на то, что он уже второй год руководил местным отделом прогнозирования, Андрей продолжал работать оператором, так как на должности начальника ему было скучно, всё здесь отлично функционировало само по себе. Обычно в утреннюю смену он приходил в кабинет за десять минут до начала работы, оставлял приоткрытой дверь и под тихие колыбельные из коридора выпивал кружку кофе, настраиваясь на приём клиентов. Работа с людьми и без того всегда непростая, а если ты имеешь дело с детьми клиентов – запасись нервными клетками и не вздумай тратить их все в один день, как бы тебе этого не хотелось.

Сегодня всё было как обычно, здесь никогда ничего не менялось, пусть от этого иногда становилось грустно. Всё же это место было особенным, оно дарило людям светлое будущее, которое каждый раз оказывалось отвратительно однообразным. Да, Андрей понимал, что для приходящих сюда родителей всё выглядело удивительным и таинственным, но сам он слишком уж привык к детям, которые в будущем должны были стать гениальными певцами, писателями, режиссёрами, художниками и прочими представителями творческих профессий, далёких от любой физической работы.

Конечно, система без малейших колебаний объявила бы ребёнка гениальным бухгалтером или продавцом подержанных машин, но родители вряд ли бы обрадовались такому жизненному предназначению своих детей, поэтому компьютер пропускал все непрестижные профессии, пока не оставалось что–то возвышенное и не требующее особых усилий. Да, не лучшая идея, потому что все эти таланты когда–нибудь вырастут и окажутся в реальном мире, где по–прежнему нужны электрики, строители, продавцы и безработные алкоголики. И что бы ни пообещал всемогущий компьютер, ты всё равно никогда не знаешь, что приготовила тебе взрослая жизнь. Но говорить такое родителям Андрей не стал бы. Центры прогнозов уже больше десяти лет успешно работали по всей планете, принося неплохую прибыль и делая мир более предсказуемым. Все любят определённость.

— А уже наше время, – громким шёпотом сказал кто–то из коридора.

— Да–да, прошу, – Андрей посмотрел на часы, где до шести утра оставалось ещё три минуты, допил последний глоток кофе и сунул кружку в ящик стола, где она негромко звякнула ложкой и затаилась до обеденного перерыва.

Дверь открылась шире и в комнату вошла пара с ребёнком, дремлющим на руках у матери.

— Вы – Пантелеевы, я не ошибаюсь? – спросил Андрей, сверяясь со списком на экране. – А это ваш сын Константин?

— Да–да, это мы, – прошептали ему в ответ.

— Проходите сюда, – Андрей тоже начал говорить шёпотом, чтобы не разбудить малыша. Он указал рукой на кресло внутри капсулы, – вот, кладите его, тут мягко.

— А ничего, что он спит? – спросил отец мальчика, пока мать укладывала сына в кресло. – Или надо его разбудить?

— Нет, во сне даже лучше, – Андрей легонько поправил голову ребёнка, чтобы она плотнее прилегала к проходящим сквозь обивку датчикам, хотя это было совершенно необязательно, – так, всё отлично. Теперь отойдите немного, нужно закрыть его.

Он потянул прозрачный колпак и накрыл им кресло, не давая ребёнку возможности случайно упасть.

— Почти всё, пожалуйста садитесь рядом и ждите, – Андрей указал на кресла для родителей, а сам подошёл к пульту и долго нажимал кнопки, как было положено по инструкции. Люди не слишком любят, когда за их деньги кто–то мало работает, поэтому процесс должен выглядеть солидно, хотя на самом деле нужно было всего лишь запустить программу сканирования. – Так, последние шаги… Иииии… Поехали! Ближайшие десять минут нам остаётся только ждать.

По экрану побежали красивые и абсолютно бессмысленные графики, прорисовались схемы мозга с нечитаемыми обозначениями. Выглядело всё очень здорово, словно ты действительно попал в будущее, которое только вчера показывали в фантастическом кино. Все любят красивое будущее, ведь именно в нём всё наконец–то станет хорошо, почти так же прекрасно, как было раньше.

— Скажите, а это не вредно? – отец оторвал Андрея от размышлений. – Нет, я конечно читал про всё это, в теории это прекрасно и полезно, но вот вы, как человек, который со всем этим работает, как считаете? Вредно?

— Не беспокойтесь, всё совершенно безопасно. По крайней мере – не опасней обычной лампочки.

— А, это хорошо, – покивал головой отец, и Андрей решил, что тот успокоится и ограничится одним банальным вопросом, но тот не нашёл в себе такого мужества, – а вот какие профессии чаще всего предсказываются?

— Мы не предсказываем, – Андрей улыбнулся клиентам, чтобы скрыть раздражение от дурацких вопросов, ответы на которые знал каждый школьник, – мы прогнозируем. Система не может заглянуть в будущее, она может всего лишь проанализировать мозг человека и выявить некоторые закономерности, помогающие в выборе профессии. И чаще всего мы обнаруживаем склонность к писательству. Все мы начинаем фантазировать ещё в детстве, видимо, отсюда и такая тяга сочинять истории.

— А, ну да, – отец на секунду отвлёкся от созерцания своего сына и снова поднял голову для следующего вопроса, – а вы сами пробовали себя проверить? Вы тоже писатель?

— Нет, я себя не проверял, – соврал Андрей, который однажды вечером после работы от большого любопытства забрался в чёртово кресло и узнал, что из него вышел бы гениальный скрипач, хотя он вообще ненавидел музыкальные инструменты вместе со всеми скрипами, которые из них можно было извлечь. Андрей совершенно бы не расстроился, если бы завтра все скрипки мира сгорели синим пламенем – есть и более тихие способы заработать себе на жизнь. – Нам нельзя пользоваться оборудованием в личных целях. Процедура не из дешёвых, сами понимаете. У сотрудников только небольшая скидка на сканирование, только и всего. И то – если только…

— Смотри–смотри, он улыбается во сне, – женщина дёрнула мужа за руку, указывая на ребёнка, – наверное, ему что–то хорошее снится. Вот бы он стал актёром! Он же такой красивый!

Родители с умилительными улыбками без слов уставились на сына. Андрей воспользовался передышкой и тоже замолчал, рассматривая всю эту троицу перед собой. Своих детей у него ещё не было, но он прекрасно понимал радость людей, которые смотрят на своего ребёнка. Дети – они ведь действительно милые и красивые, даже когда плачут и капризничают. Но вот только почему из этих маленьких и прекрасных карапузов часто вырастают такие страшные взрослые? Откуда берутся все эти злобные люди, которые бросают на улицах мусор, хамят, не моются, пьянствуют и по своей воле ходят на платные тренинги личностного роста? Когда происходит это превращение прекрасных бабочек в религиозных фанатиков, жадин, бандитов и исполнителей блатных песен? Вот же, вот – стоит взглянуть, и прямо перед тобой сидит смешной мальчишка двух лет от роду, стучит одним пластиковым самосвалом по другому. А вот он же через тридцать лет – бритый налысо, покрытый наколками, сидит в тюрьме за ограбление вино–водочного отдела и стучит друг о друга головами сокамерников, которые, кстати, тоже выглядят не очень похожими на мечты своих родителей.

В этот момент машина пискнула, сигнализируя, что процесс завершён. Андрей с удовольствием вынырнул из своих мыслей, которые начинали казаться слишком пессимистичными даже ему самому, и подошёл к пульту, чтобы подтвердить распечатку результата. Прогноз для солидности выдавался на бумажном листе, чтобы родители могли вставить его в рамочку и повесить на стене для большей мотивации.

— Подходите, – он указал родителям на столик, куда вмонтированный в установку принтер выбросил листок с прогнозом, – читайте, что получилось.

— Давай ты, – мужчина легонько подтолкнул к столику жену, – что там у нас?

Женщина подняла листок, пробежала по нему глазами, нахмурилась и показала его мужу.

— Это что, шутка такая? – спросил тот Андрея, заглянув в прогноз. – Мы что, вам платим за то, чтобы вы над нами издевались? Это что за предсказание?

Он потряс в воздухе листом и в конце фразы ткнул им Андрею в лицо. Тот, не понимая, что случилось, взял прогноз, расправил его и прочитал выведенное в центре название профессии.

«Доярка» – красивым шрифтом написал компьютер. По его мнению, сын Пантелеевых в будущем обещал стать гениальной дояркой, зарабатывающей очень много денег интеллектуальным трудом.

— Ну что вы молчите? – с вызовом спросил у удивлённого Андрея Пантелеев–старший. – Объясните нам, как это наш сын станет дояркой? Поменяет пол, поступит в академию при коровнике, упразднит автоматику и станет вручную доить коров? Или вы что–то другое подразумеваете под таким прогнозом? Расскажите же нам, поделитесь секретом!

— Извините пожалуйста, это какая–то ошибка, – стал оправдываться Андрей, не понимая, как это вообще случилось. Откуда компьютер вытащил эту устаревшую профессию? Почему в женском роде? – Видимо, технический сбой. Сейчас всё наладим.

Он подошёл к пульту и открыл настройки сканирования. Операторам не рекомендовалось их менять, поэтому Андрей просто перелистывал страницы в надежде увидеть какую–нибудь ошибку, хотя сам не очень понимал, что означает большинство пунктов в меню.

— Давайте попробуем ещё раз, – наконец сказал он недовольно бурчащим за спиной родителям, так и не решившись поменять что–то. Если ошибка и случилась, то её скорее всего допустил центральный сервер, сам считающий все прогнозы.

— Простите, но уже наше время по записи… – произнёс кто–то со стороны входа.

— Извините, небольшие неполадки, подождите несколько минут, – Андрей захлопнул дверь и шагнул обратно к пульту, – так, настраиваем, запускаем, ждём. Не переживайте, сейчас попробуем во всём разобраться.

— А если опять выпадет эта ваша доярка? – не отставал отец маленького Константина. – Что тогда делать будем?

— Не волнуйтесь, я думаю, что просто случился сбой в программе, – попытался успокоить его Андрей, – даже если прогноз подтвердится, мы предлагаем программу коррекции предрасположенностей. Это, конечно, очень дорого, но, думаю, для вас мы проведём её совершенно бесплатно. Иногда люди не хотят, чтобы их ребёнок был писателем и сами просят…

— Подождите, – перебила его мать, отодвинув мужу в сторону, – вы что, хотите сказать, что наш сын на самом деле может оказаться дояркой? Вы в своём уме? Ваша машина с предсказаниями…

— Андрей Витальевич, можно вас на минутку? – на пороге без стука появился взъерошенный оператор из соседнего кабинета. – Для консультации.

— Прошу меня извинить, я сейчас вернусь, – Андрей за рукав вытащил коллегу в коридор и почти бегом утянул его в дальний угол, подальше от посетителей, – что у тебя?

— Вот, – протянул тот листок с прогнозом. «Тракторист» – было написано в центре красивым шрифтом. – Родители меня чуть не убили! Как мог появиться тракторист? Что мне делать?

— Чёрт! – Андрей глубоко вздохнул, пытаясь осмыслить случившееся. – Так, иди по остальным кабинетам, спроси, что у них вышло, записывай и приходи ко мне. Только сначала успокой своих клиентов и причешись! Выглядишь так, словно с пожара сбежал!

Он неспешно вернулся в кабинет, пытаясь своим видом показать посетителям, что всё в порядке. Компьютер ещё считал, показывая три минуты до завершения процесса. Андрей встал за пультом, пытаясь закрыть экран от родителей, и после сигнала о готовности прогноза отказался от печати. «Доярка» – написал компьютер на экране, и Андрей сразу же закрыл окно с надписью.

— Ну что там у вас? Что вы так долго возитесь? – отец попытался заглянуть Андрею через плечо.

— Извините, теперь другой сбой, результат не рассчитан, – соврал тот, обнуляя сканирование.

— Да что у вас за сервис такой?! – во весь голос возмутился Пантелеев–старший, разбудив свои криком младшего. Ребёнок поднял голову от кресла, сел и залился слезами. Бросившаяся к нему мать с разбегу стукнулась лбом о стеклянную крышку и добавила в общий хор несколько крепких словечек. Вся троица набросилась на Андрея с претензиями – двумя осознанными и одной очень широкой и трудноформулируемой.

— Андрей Витальевич, – в кабинет снова заглянул коллега, всё–таки забывший причесаться, – вот, я принёс вам, как вы просили.

— Пожалуйста, дайте нам немного времени разобраться, – попросил у замолчавших родителей Андрей, отодвигая прозрачный колпак с кресла ребёнка, – сегодня здесь много у кого сбой, что–то случилось с компьютером. Посидите пока, сейчас пришлём вам чаю или кофе.

Он выскочил из кабинета вместе с соседом, снова отойдя подальше, и взял из его рук телефон с записями.

«Гончар, врач, швея, брадобрей, учительница, стрелок», – прочитал он с экрана.

— Брадобрей? – спросил он сам себя. – Какой ещё на хрен брадобрей?

Стоящий напротив коллега без слов развёл руки в стороны и пожал плечами. Андрей вернул ему телефон, вытащил свой, чтобы набрать номер центрального офиса, но трубка неожиданно зазвонила сама.

— Общий сбой по всем прогнозам, – сказал голос на той стороне, – останавливайте оборудование, прекращайте приём до завтра. Только без паники, не надо пугать людей!

И голос тут же отключился, оставив Андрея наедине с толпой недовольных клиентов, ожидающих своей очереди.

— Так, иди по всем кабинетам, сообщай, что случился сбой, – сказал он оператору, который продолжал в нерешительности стоять рядом, – родителей успокойте, скажите, что все прогнозы отменяются. Всем будет компенсация и повторное посещение.

Сам он прошёл в центр холла и остановился посреди толпы взволнованных родителей, ожидающих своей очереди.

— Прошу прощения, но сегодня из–за технических проблем мы не сможем принять вас, – громко сказал он, народ сразу же бросился задавать вопросы, и тут же телефон в руке зазвонил снова, – извините, сейчас не могу вам ответить. Всех вас мы примем в другой день, всё сообщим дополнительно. Извините.

Андрей поднёс к уху трубку со звонком начальника из центрального офиса, надеясь, что новости будут хорошими.

— Андрей, задержи у себя семью Пантелеевых, которые первыми к тебе сегодня пришли, если они ещё на месте, – сказал голос в телефоне, – а если ушли, догони и верни обратно. И приготовься к приёму военных, минут через десять они будут у вас. Делай всё, что они скажут. Я тоже к вам скоро приеду.

— Каких военных? – удивился Андрей. – Зачем? Мы же не сотрудничаем ни с какими военными.

— Андрей, с военными необязательно сотрудничать, они сами находят себе компаньонов. Что они там придумали и зачем едут именно к тебе – об этом не по телефону. Задержи Пантелеевых и жди.

Трубка умолкла, и Андрей пошёл в свой кабинет, по дороге отбиваясь от возмущённых родителей.

— Ну и где наш чай и кофе? – набросился на него с порога отец семейства. – Вы обещали! И что это за сбой такой? Из–за вас нам придётся приходить сюда ещё раз, отпрашиваться с работы. Кто компенсирует эти затраты? Жена ещё ударилась о вашу эту, как её…

— Послушайте, кофе сейчас будет, деньги вам вернём, сканирование сделаем бесплатно, я только распоряжусь, – Андрей нажал на пульте кнопку вызова секретаря, – принесите нам кофе…

— Андрей Витальевич, тут к вам пришли, – перебил его голос в динамике, – какой–то полковник, говорит, что срочно.

— Сейчас приду, – он с улыбкой повернулся к клиентам, – такой суматошный день сегодня! Подождите здесь, я сейчас всё организую, только не уходите никуда.

Он поспешил к выходу, надеясь, что не получит предательских вопросов в спину, но недовольные Пантелеевы снова набросились на него втроём, пришлось потратить ещё несколько минут, чтобы хоть немного их успокоить. Наконец он смог выйти в коридор и добраться до стойки регистрации, где его ожидал какой–то мужчина в штатском.

— Здравствуйте, я… – Андрей протянул руку, но тот даже не заметил её.

— Я знаю, кто ты, – сказал он, – мне нужно, чтобы здесь поскорее не осталось никого – ни клиентов, ни персонала. Сейчас сюда поднимутся наши специалисты и займутся вашей проблемой, видеть их всем этим людям необязательно. Ты сам останься, и Пантелеевы нам тоже нужны, не отпускай их никуда. Ясно?

— Нет, – попытался возразить Андрей, – объясните, что происходит, и какое отношение вы имеете к нашей проблеме?

— Делай то, что сказали, – мужчина шагнул вперёд, заставляя Андрея отступить, – быстро и без вопросов. Вы сами начали всё это.

— Что начали? Мы же просто…

— Бегом! – мужчина сделал ещё шаг, и испуганный Андрей побежал помогать операторам и секретарям. Через двадцать минут в холле было пусто, лишь вышедший из кабинета Пантелеев злобно смотрел на запыхавшегося Андрея.

— Кофе! – сказал он, уперев руки в бока, и Андрей развернулся, выругавшись про себя. Злобные родители, проблемы с прогнозами, военные… И при этом не прошло и часа рабочего дня, стрелки настенных часов показывали, что нет ещё семи.

— Ты куда собрался? – через два шага развернул его мужчина в штатском, который шел со стороны регистратуры с несколькими людьми уже в военной форме. – Ну–ка сядь в кабинете и не выходи, пока не позовут!

— Вы почему так со мной обращаетесь? – возмутился Андрей. – И объясните наконец, что происходит.

— Конечно объясню, – мужчина схватил Андрея за рукав и потащил за собой, остановившись возле удивлённого Пантелеева, – вот вы двое – живо в кабинет и не выходите, пока вас не позовут! – Он втолкнул их в дверь и повернулся к одному из шедших позади солдат, – заходи к ним и проверяй установку. И телефоны у них отбери.

Солдат зашёл внутрь, плотно прикрыл за собой дверь и без слов протянул руку в ожидании.

— Я не потерплю такого! – закричал Пантелеев, схватил жену с ребёнком и потянул их к выходу. – Мы уходим, и мы оставим жалобу!

Он дёрнул ручку и тут же испуганно шагнул назад, после чего чья–то рука просунулась внутрь и снова захлопнула дверь.

— С автоматом? На людей? – он с ужасом смотрел на Андрея. – Вы ответите, вы за всё это мне ответите!

— Да я здесь при чём? – тот устало опустился в кресло, бросив свой смартфон на стол. – Вы же видите, я тут заперт вместе с вами. Вон тому претензии предъявляйте, – он кивнул на солдата, который продолжал стоять в ожидании телефонов.

— Никаких вопросов, телефоны лучше сдать добровольно, – тут же отозвался солдат, повернувшись с протянутой рукой к Пантелеевым, и те неохотно отдали ему телефоны, – все вопросы к полковнику. Он вас вызовет, у него всё и спросите.

Солдат достал из кейса ноутбук и подключал его к пульту, а Андрей откинулся в кресле и машинально выдвинул ящик стола, внутри ещё раз звякнула ложкой пустая кружка из–под кофе, возбудив в Пантелееве–старшем новый взрыв эмоций по поводу того, что им не принесли обещанные напитки. Андрей только указал руками на дверь и продолжил молча сидеть на месте. Солдат копошился с пультом, а ребёнок снова начал плакать, временно успокоив разошедшегося родителя.

Воспользовавшись паузой, Андрей вновь задумался о том, что же случилось. Система прогнозирования за все годы своей работы ни разу не давала сбоя. Большинство клиентов было довольно прогнозами, центральный сервер ежедневно исправно пережёвывал гигабайты информации, анализировал и сопоставлял новости, пытаясь угадать, какие профессии станут престижными в будущем, сканировал детей и выдавал им их предназначение. Что могло пойти не так, почему военные озаботились первой же ошибкой? Может быть, они тоже пользовались системой для каких–то своих прогнозов?

— А теперь мне надо проверить вашего сына, – солдат, закончивший возиться с пультом, повернулся к Пантелеевым с портативными датчиками в руках.

— Ну–ка не лезь к нам! – тут же вскочил отец, закрывая собой жену с ребёнком. – Проверяй и дальше железки свои! Сына я тебе не дам!

В этот момент дверь приоткрылась, и в кабинет заглянул начальник из центрального офиса. Он беззвучно поманил Андрея, и тот пошёл к выходу, стараясь не мешать солдату ругаться с Пантелеевыми.

За дверью действительно стоял человек с автоматом, он внимательно посмотрел на вышедшего Андрея, но ничего не сказал.

— Пошли сюда, – начальник ткнул пальцем в соседний кабинет, – поговорим.

— Иван Николаевич, что случилось? – спросил Андрей, как только они оказались наедине. – Почему военные здесь? И почему нас задерживают?

— Да я и сам всего не знаю, мне ведь тоже ничего не сказали и сюда привезли без моего согласия. К нашей системе они подключились с самого её создания, но просто следили за тем, что она делает, они ею не пользовались, это точно. Думаю, у них своя есть, не хуже нашей. И вот сегодня утром вдруг появляется этот твой прогноз у Пантелеевых. Первый раз за всё время такой странный прогноз. А после него все результаты пошли необычные, и почти все – нетворческие профессии. Военные через пять минут объявились, остановили всю работу и понеслись к тебе проверять, что случилось.

— Но зачем им что–то у нас проверять? Ну появились трактористы с доярками, военным–то какое дело?

— Тут всё очень сложно получилось… Думаю, они считают, что эти профессии будут востребованы после крупной войны, а вот писатели и художники после такого ещё долго никому нужны не будут. Думаю, что система предсказала в будущем атомную войну.

— Как предсказала? – Андрей схватился за стоящий рядом шкаф. – Она ведь ничего не предсказывает, она всего лишь формирует прогноз.

— Это, конечно, так… Но эти слова, они для рекламы, понимаешь? Чтобы никто не рассчитывал на стопроцентную точность. Ну если вырастет кто–то дебилом вместо балетмейстера, то это не мы виноваты, это же как погода – можно лишь попытаться угадать. А на самом деле точность прогнозирования у нас больше 80 процентов, мы ведь не только на профессиях тренировались. И если система считает, что будет война, то игнорировать такое нельзя.

— Про войну… Это военные сказали? Мне вообще это можно знать?

— Нет, они–то молчат, это мои догадки всего лишь. Ну просто больше ничего в голову не приходит, это самое логичное. А по поводу тебя… Знаешь, а какая уже разница сейчас? Нас с тобой теперь никуда не отпустят, можем говорить о чём угодно. Тут есть шанс, что весь мир скоро накроется, чёрт с ней, с секретностью! Хотя, может быть, и не война будет. У нас есть отдел экономических и политических прогнозов, они через несколько минут теорию крупного мирового экономического кризиса выдвинули, как только новые прогнозы пошли, но проверить ничего не успели – их тоже закрыли, чтобы не смогли проболтаться, паники военным не надо. Ну и тебя заодно, тебе случайно первому достался новый прогноз.

— Но если это не точно? Если причина в чём–то другом? Это же пока только догадки!

— Вот они и хотят сами всё…

— Слышь, тебя к Петрову вызывают, – просунул внутрь голову человек с автоматом и посмотрел на Андрея, – давай на выход.

— И что мне делать? – спросил Андрей у начальника. – Это же не я всё устроил!

— Да откуда я знаю, что делать? – ответил тот. – Кажется, они и сами не знают. Иди уже.

Солдат довёл Андрея до кабинета, где обосновался полковник Петров со свитой. Внутри несколько человек терзали основной пульт, пытаясь извлечь из него какие–то знания о будущем, остальные звонили, писали и что–то искали в Интернете. Петров молча расхаживал между ними заложив руки за спину, словно школьный учитель, следящий, чтобы никто не списывал на контрольной.

— В соседнюю комнату этого, – он ткнул в Андрея пальцем, как только тот появился на пороге, и солдат потянул его обратно.

В комнате напротив было пусто, о проблемах напоминал лишь развороченный пульт сканирования. Андрей сначала присел, но от волнения не сиделось, и он начал ходить кругами вокруг стола. Петров не торопился, и от этого становилось даже страшнее, чем от предчувствия ядерной войны. Наконец полковник вошёл, а вместе с ним ещё какой–то незнакомый человек с блокнотом, видимо, помощник.

— Давай, садись и рассказывай всё с самого начала, – полковник опустился в кресло, а помощник остановился сзади него и сразу же начал что–то записывать, – и как можно подробнее.

— Что рассказывать? – спросил Андрей, сразу же остановившись.

— Сядь говорю, – Петров кивнул на кресло рядом с пультом, – и рассказывай про сканирование сына Пантелеевых.

— Там на камерах есть запись, – Андрей сел, стараясь избегать взгляда полковника, – вы можете просто посмотреть.

— Я уже всё посмотрел. А теперь расскажи.

— Вы что, думаете, это я что–то сделал, чтобы началась война? Да я ведь просто оператор, я включаю сканирование, только и всего! Я прихожу, принимаю родителей, кладу ребёнка рядом с датчиками и просто запускаю программу! И от меня прогноз не зависит, и ребёнок тут тоже ни при чём!

— У тебя слишком богатое воображение, – Петров поднялся и вплотную подошёл к креслу Андрея, – ну а если вдруг всё именно так? Ты же не хочешь, чтобы мы проиграли в этой войне? Ты же понимаешь, что мы должны опередить врага? А мы пока даже не знаем, кто первый запустит ракеты. Думаешь, противник сейчас бездействует? Во всём мире ведь тоже появились такие прогнозы, все страны сейчас пытаются понять, кого надо атаковать. Мы обязаны узнать это первыми, чтобы нанести удар раньше. Ты понимаешь, как это важно? Ты понимаешь, что предсказание началось с тебя и этого ребёнка? Почему именно он? Всё это не просто так, в этом есть какой–то смысл. Поэтому расскажи подробно, что и как ты делал.

— Противник – это кто? – испуганный таким напором Андрей пропустил половину речи полковника. – Вы не знаете, кто начнёт войну, поэтому хотите начать её сами? – он вдруг понял, что перспектива конца света сейчас слишком реальна. – Вы больные! А если мы вообще не должны были участвовать в предсказанной войне?

— И как ты это представляешь себе? Это атомная война, в ней не выйдет не участвовать! Никак! Поэтому расскажи мне…

— Подождите, наверняка у вас есть своя система прогнозирования, и она скорее всего мощнее нашей! – неожиданно для себя перебил Петрова Андрей. – Почему не она первой предсказала войну? Почему наша?

— Что у нас есть и чего нет – не твоё дело. Хватит болтать не о том! – разозлился Петров.

— Подождите! – Андрей даже не заметил его злости, – вы ведь, скорее всего, тестируете солдат, пытаясь узнать, кто из них лучше сможет убивать. А у нас дети. Солдаты взрослые, и на их жизнь хватит выбранной специальности. А вот детям лучше готовится к войне, потому что война будет нескоро. Понимаете, она будет нескоро! Лет через 15–20 минимум! Поэтому наш компьютер видит её, а ваш нет. Вы же все прогнозы строите исходя из анализа взрослых людей!

— Мы это учитывали? – Петров обернулся к строчащему в блокноте помощнику.

— Не знаю, – остановился тот на секунду, – но долгосрочные прогнозы мы точно считали.

— Вы считали их для людей какого возраста? – спросил Андрей. – Ваша система в принципе учитывает интересы пенсионеров? Наша – нет. Никому нет дела до стариков, если, конечно, это не какие–нибудь важные политики или миллионеры. Да даже для них система просто прогнозирует отдых и прогулки – что ещё делать на старости лет?

— Быстро найдите какого–нибудь ребёнка и сделайте с ним тест на нашем оборудовании, – приказал полковник, и помощник тут же убежал вместе с блокнотом, – ещё какие–нибудь мысли есть по этому поводу?

— Есть, – кивнул Андрей, которому от страха в голову пришло слишком много мыслей, – вы же сейчас потрошите нашу систему, пытаясь найти в ней ответ на вопрос, с кем сражаться? – он подождал, но полковник решил не отвечать. – Я думаю, вы ошибаетесь, заниматься надо другим. Все прогнозы вчера были обычными, а сегодня всё перевернулось. Но система работает по многим часовым поясам, круглосуточно анализируя все новости, видео, фотографии из сети, чтобы увеличить точность прогноза. А что, если что–то случилось в мире в последние несколько часов, и это заставило компьютер спрогнозировать войну. Найдите это событие и попытайтесь как–то его отменить.

— И как это сделать?

— Система анализирует информацию порциями, сначала несколько часов собирает, потом обрабатывает. Откатите её часов на шесть назад, отключите от сети и по одной отправляйте ей все новости, которые она за это время добавила в свою базу. И каждый раз проводите тест на каком–нибудь ребёнке. Как только нормальный прогноз сменится на что–то иное – вы нашли, то, что нужно.

— Там же тысячи новостей, – возразил Петров, – это очень долго.

— Ничего подобного! – Андрей вскочил с места. – При отключении системы от сети и после перенастройки на анализ одной новости уйдёт доля секунды, сканирование займёт ещё столько же, у вас же будет всего несколько детей вместо тысячи! Мы уже до вечера узнаем, что случилось!

— Мы не можем остановить свою работу, – полковник посмотрел на Андрея, – у нас приказ. Ты сможешь всё это сделать сам?

— Как сделать? Я не администратор, у меня нет доступа к системе. Да и не умею я. Могу только сканирование провести.

— Тогда сиди здесь и жди! – полковник развернулся и вышел из комнаты, оставив Андрея в одиночестве.

Тот походил по комнате, сжимая голову руками. А что если кто–нибудь не вытерпит и запустит ракеты, не разбираясь, просто от страха? Нужно срочно что–то делать! Но что можно сделать, когда ты лишён любых средств связи?

Часть 2

Дубликаты не найдены

+12
Интересно)) таких сюжетов я ещё не встречала)
раскрыть ветку 7
+12

И таких комментариев, как ваш, мне тоже встречать не приходилось. Обычно пишут, что это уже читали, не помнят где, не помнят когда, но точно было в одном журнале. Так что спасибо!

раскрыть ветку 4
0

только хотел написать, что читал где то уже))) вот честное слово, очень очень похоже, может сюжетная линия одна, может на Ваш рассказ где то раньше наткнулся. Но по крайней мере финал я точно знал, как только начал читать!!!

раскрыть ветку 3
0

Нуу, если уж честно, довольно предсказуемо. Еще до появления военных, после того как прогнозы посыпались, было ясно что предсказывается катаклизм, после которого станут востребованы древние профессии.

раскрыть ветку 1
0

Ну так это как бы специальный намёк, не случайно так вышло

+2
Гениально! Читаю ваши произведения и каждый раз поражаюсь до глубины души
раскрыть ветку 1
+2

Спасибо! Надеюсь, не разочаруетесь и дальше

+1
Очень здорово. И интрига и развитие. Истинное удовольствие читать такие вещи.
раскрыть ветку 1
0

Благодарю вас за такой отзыв!

+1

Подписался, буду ждать продолжение с нетерпением!

раскрыть ветку 2
+2

Продолжение есть по ссылке внизу

раскрыть ветку 1
+2

ой, спасибо, кажется вы вылечили мою слепоту.

Похожие посты
463

Двигатель Бассарда | [Невозможные изобретения]

Двигатель Бассарда | [Невозможные изобретения] Ракетный двигатель, Межзвездные полеты, Космос, Вселенная, Будущее, Технологии, Видео, Длиннопост

В 1960 году американский физик Роберт Бассард придумал оригинальную идею. Для осуществления межзвездных путешествий он предложил использовать специальный прямоточный термоядерный двигатель.


В основе его концепции лежит захват вещества (водорода и пыли) из межзвёздной среды, идущим на высокой скорости космическим кораблём и использование этого вещества в качестве рабочего тела (либо непосредственно топлива) в термоядерном ракетном двигателе корабля.


Первоначально проект Бассарда предусматривал механический захват атомов водорода космическим кораблем в процессе его движения. Однако расчеты показали, что для достижения «идеального» ускорения в 1g в типичных областях межзвездного пространства, где содержание атомов водорода на единицу объема крайне мало, 1000-тонному космическому кораблю потребуется фронтальная зона сбора вещества просто огромной площади.


Даже если предположить, что технологии будущего позволят построить подобный сборщик водорода, его масса будет просто колоссальна Например, конструкция площадью 10 000 квадратных километров, изготовленная из майлара, и имеющая толщину 0,1 сантиметра, будет весить около 250 000 тонн.


Одним из способов решения этой проблемы является ионизация водорода перед космическим кораблем с помощью мощного лазера. Ионы водорода, имеющие электрический заряд (то есть, по сути, протоны) смогут втягиваться относительно небольшим коллектором Бассарда, который генерирует мощное магнитное поле. Тогда процесс «сбора урожая» будет иметь электромагнитную природу, а не механическую.

Поэтому сборщик не обязательно должен быть твердым. Можно использовать и сетку. И она не должна быть нереально большой. Поскольку магнитное поле может иметь конфигурацию, превышающую по размеру физические размеры сборщика материи.


Зачем?

Двигатель Бассарда обещает релятивистские скорости на всем протяжении маршрута, позволяя человечеству достичь ближайшей звездной системы менее чем за 4 года и ближайшей галактики менее чем за 30 лет. И все это при отсутствии бортового топлива.


Необходимость нести топливо останавливает нашу способность исследовать глубокий космос. Сегодня чтобы осуществить межзвездный полет, космическому кораблю, использующему химические ракеты, нужен топливный бак, больший, чем вся наблюдаемая вселенная. Химические ракеты никогда не выведут нас за пределы Солнечной системы. Именно это делает реактивный двигатель Бассарда таким революционным.


Как?

В основе прямоточного двигателя лежит слияние. Электромагнитные поля будут собирать водород, который затем попадет в термоядерный реактор и обеспечит энергию для мощной выхлопной струи. Неиспользованный водород также выбрасывается в выхлоп. Эта термоядерная реакция продвигает корабль вперед на невероятных скоростях, при этом собирая больше водорода из межзвездной среды, и избавляя от необходимости останавливаться по пути для дозаправки.


Бассард стремился к ускорению в 1g, чтобы люди на борту космического корабля могли испытывать гравитацию, подобную земной. Такое ускорение, безопасное для путешествий людей, но все же достаточно быстрое, чтобы достичь краев Галактики Андромеды всего за 30 лет.


Но для ускорения в 1g требует много водорода. Межзвездная среда имеет среднюю плотность около 1 атома водорода на кубический сантиметр, что делает ее чрезвычайно диффузной. Некоторые области Вселенной, такие как туманности, более концентрированы, чем другие. Ускорение 1g в средней межзвездной среде потребовало бы лобовой площади сбора водорода в 10 000 квадратных километров.


Осуществимость

Однако, колоссальным преимуществам сопутствуют серьезные и уникальные проблемы, которые нужно преодолеть.


Так как необходимо перемещаться очень быстро, чтобы собирать достаточное количество водорода, изначально требуется разогнаться до критической скорости, которая составляет около 6% от скорости света.


Это означает, что, хотя для двигателя Бассарда, возможно, не понадобится бортовое топливо во время путешествия, ему понадобится некоторое количество топлива в начале пути. Когда корабль движется, возникает проблема с питанием магнитных полей и лазеров, необходимых для ионизации и сбора водорода.


Термоядерный реактор корабля, по идее Бассарда, должен быть реализован на протон-протонном синтезе – это та же цепная реакция синтеза, которая происходит внутри звезд.

Некоторые исследователи сочли этот подход неэффективным. Так в 1974 году Алан Бонд предложил использовать входящий водород для синтеза с литием-6 или бором-11. Это слияние не только легче, но и приведет к высвобождению большей энергии. Водород будет взаимодействовать с бортовым топливом и придаст кораблю больше ускорения в этой модификации двигателя Бассарда.


Другой подход к слиянию был предложен физиком Дэниелом Уитмиром в 1970-х годах. По его мнению еще более эффективно использование каталитической цепочки ядерных реакций, так называемого цикла CNO, вместо протон-протонного горения, предложенного Бассардом.

Цикл CNO происходит в звездах, более массивных, чем Солнце, и на 9 порядков быстрее, чем протон-протонный синтез. Однако цикл CNO реализуется при температуре и плотности, которые мы пока не можем достичь с помощью наших технологий.


За прошедшие годы появилось не только много модификаций двигателя Бассарда, но сопутствующих изобретений.


Так, например, расчеты, выполненные физиком Робертом Зубриным и его коллегами, для решения проблемы торможения корабля встречным потоком водорода, вдохновили на идею создания магнитного парашюта или паруса. Это может быть важным для межзвездных путешествий будущего, потому что это означает, что замедление в пункте назначения станет возможно выполнить с магнитным парашютом, а не с ракетой.


А совсем недавно астрофизик Мэтью Каплан из Университета штата Иллинойс предложил тип звездной машины, в которой совместное использование двигателя Бассарда и Сферы Дайсона, позволило бы сделать всю нашу Солнечную систему гигантским космическим кораблем. Каплан описал как с помощью его изобретения можно целенаправленно перемещать Солнце, а, следовательно, и все гравитационно связанные с центральной звездой планеты.


Сама идея использования попутной среды для перемещения космического корабля мысленно возвращает нас во времена первых мореплавателей, которые использовали только море и ветер для движения вперед. Но пока для нас концепция двигателя Бассарда выглядит почти такой же далекой и нереализуемой, какой во времена первых морских путешествий могла показаться идея космических полетов в принципе.

Показать полностью 1
58

Лекарство от старости. Часть 4

Часть 3

1

Сергей сидел в стороне, слушая рассказ деда, которого охранники почтительно называли Денисом Андреевичем и бегали вокруг него в ожидании распоряжений. Сейчас было уже далеко за полночь, но никто не хотел расходиться.

Сначала пришедшая сиделка прогнала всех из комнаты и помыла старика в ванной, Алексей в это время заказал в ресторане еду на всех. Потом в ещё одной огромной комнате они ужинали за столом, только Денис Андреевич сидел с тарелками в кресле отдельно от всех, ему было неудобно тянуться до стола. Он прогнал сиделку и с трудом нарезал лежащий перед ним кусок мяса, отгоняя охранников, желающих помочь. После ужина они пили чай, и помощница Оля, вытащив из своей бездонной сумки коробку шоколадных конфет, раздала всем по паре штук. Сергей взял одну, пожертвовав вторую проголодавшемуся за несколько жизней Денису Андреевичу.

И вот теперь, когда рассказ старика подходил к концу, Сергей сидел в уголке, чувствуя себя чужим в этой странной компании. Все шутили, восхищались случившимся, даже охранники почувствовали свободу, расслабились и время от времени вставляли в разговор фразы.

– Да, это очень необычная история, не ожидал я такого. Оля, у тебя есть предположения, как это случилось? – спросил Алексей, когда рассказ закончился. – Ничего подобного у нас ни разу не было.

– Думаю, что тут дело в возрасте, – девушка на секунду замешкалась и повернулась к старику, – простите за такие слова, но вы уже пожилой человек. А мы ведь всегда работали только с молодыми добровольцами. Мы не знаем, как среагирует мозг, в котором случилось уже очень много изменений не в лучшую сторону. Провалы в сознании на третьей жизни у вас начались, скорее всего, из-за голода, мозгу просто перестало хватать энергии.

– Да, это потрясающий случай. Нам стоит его изучить, – Алексей согласно кивнул, – но вообще вам очень повезло, что все три игры были с коротким сюжетом. Есть много простых игр, в которые можно играть вечно. Мы сделали и такие, всё равно ведь предел – два часа. Хотя теперь мы знаем, что это не так. Ладно, Денис Андреевич, уже довольно поздно, нам пора. Да и вам стоит отдохнуть, ваш мозг пережил сегодня серьёзное потрясение. В вашем возрасте это может быть вредно.

– Подождите, одну минуту, – старик вдруг напрягся и даже привстал в кресле, – а у вас есть ещё такие таблетки?

– К сожалению, мы их больше не производим, – отрицательно покачав головой, Алексей наклонился, чтобы помочь Оле собрать вещи в сумку.

– А какие-нибудь запасы? У меня есть деньги. Сколько вы хотите?

– Денис Андреевич, я понимаю ваше желание продлить жизнь, но такой нагрузки второй раз ваш мозг может и не вынести. Вы сами рассказали, что в последней жизни постоянно теряли сознание. Мозг уже не справлялся. Поэтому давайте оставим всё, как есть.

– Любые деньги! – старик вцепился в руку Алексея. – Назовите сумму!

– Простите, но я не могу. Ваша смерть на моей совести совершенно не нужна, – тот аккуратно отцепил чужие пальцы и шагнул к двери, кивнув Сергею и Саше, – пойдёмте, мы слишком задержались.

– Идите, я вас догоню, – Саша махнул им рукой, когда все двинулись к выходу.

– Ты собираешься сделать им настоящее лекарство от старости? – спросил Сергей, когда они втроём остановились у лифта.

– В каком смысле? – Алексей сделал вид, что удивился.

– Лёш, не прикидывайся, я же видел твоё лицо во время рассказа. Ты думаешь о том, чтобы изучить свои таблетки на таких вот стариках, а потом, если эффект будет повторяться, на этом можно сделать большие деньги. За возможность прожить ещё несколько жизней заплатят любую цену.

– А если и так, то что? – пропустив всех в лифт, Алексей зашёл последним на нажал кнопку первого этажа. – Ты опять расскажешь мне, что я творю зло, что право на несколько жизней должно быть бесплатным для любого нищего пенсионера? Что нечестно продавать его только богатым?

– Нет, не в этот раз, – Сергей отрицательно помотал головой, – я хочу участвовать в твоих исследованиях.

– Да, ты точно сломался с возрастом, – Алексей вдруг улыбнулся и похлопал друга по плечу, – как бы тебе самому скоро не понадобились такие таблетки. Шучу. Приходи завтра с утра ко мне в кабинет, обсудим твою новую работу.

– И ещё… – Сергей не знал, как лучше всего озвучить свою мысль. Они уже вышли на улицу, где больше не шёл дождь. – Теперь про эти таблетки знает слишком много людей. Охранник Саша точно разболтает. Да и остальные…

– Не беспокойся, никто ничего не разболтает, – сделав глубокий вдох, Алексей вытащил из кармана леденец и забросил его в рот, – Оля всем раздала конфеты. Они тоже волшебные, у нас теперь вообще много интересных съедобных предметов. Конфеты стирают память о последних нескольких днях жизни, но не сразу. Нужно всего лишь лечь спать, проснёшься, можно сказать, новым человеком со старой памятью.

– Вы… Вы же и мне дали конфету! – Сергей задохнулся от возмущения. – Подожди! Но вы ведь и сами их ели!

– Мы знаем, какие конфеты стоит выбирать. Мы молодцы.

– А моя какая была?

– Не знаю, ты сам протянул руку, – Алексей на секунду отвлёкся на остановившуюся у подъезда машину. Водитель вышел и предусмотрительно открыл заднюю дверь. – Не переживай, я завтра точно узнаю, что именно ты выбрал. А ты… Возможно, да. Ну не смотри на меня волком! Я тоже немного поломался с возрастом. Но я оставил тебе шанс. Так что завтра утром ты вполне можешь оказаться у меня в кабинете. А ещё можешь оставить себе запись на телефоне с рассказом о том, что сегодня с тобой произошло. Если всё забудешь – завтра у тебя будет очень интересное видео. Но для начала тебе стоит вернуться наверх за своим телефоном.

– Что? – весь гнев Сергея вдруг улетучился, уступив место стыду. – Почему?

– Потому что я видел, как ты старательно прятал его, чтобы было за чем вернуться, – Алексей сел в машину. – Ещё я знаю, что у меня ты взял больше трёх таблеток. И понимаю, что ты собрался с ними сделать. Ты, главное, не продешеви. И бери с деда наличными, проблем меньше будет.

Водитель захлопнул дверь, а Сергей, обернувшись на звук сзади, увидел выходящего Сашу. Он улыбался и придерживал что-то за пазухой.

– Я, кажется, телефон в квартире оставил, – Сергей придержал дверь, – ты иди к машине, я сейчас спущусь.

Он вошёл в подъезд и, сжимая в кармане пакетик с четырьмя оставшимися таблетками, нажал кнопку вызова лифта.

2

У Дениса не было часов, чтобы следить за временем, но казалось, что прошла уже тысяча лет. Здесь не было Солнца, здесь никогда не становилось темно, здесь были лишь бесконечные разноцветные шары, в беспорядке возникающие на клетках. Он бежал к ним и передвигал, чтобы они собрались в ряды и исчезли.

Он пробовал не играть, но тогда ему приходилось просто сидеть и скучать на твёрдом полу, больше никаких занятий тут не имелось. Здесь не было победы или поражения, в этом мире не было выхода наружу, а лишь новые комнаты и новые уровни. Он не старел, не уставал, не чувствовал боли, голода и жажды, а только лишь бегал по клеткам, стараясь превзойти Сизифа по уровню бесполезности.

В этот раз Денис помнил, кто он, и что с ним случилось. Тысячу лет назад он выпил сразу четыре таблетки, но пока не смог выбраться даже из первого мира. И теперь он даже надеялся, что когда-нибудь потеряет сознание и пусть даже умрёт по-настоящему. Оказывается, в мире есть вещи, которые хуже смерти.

– Уровень 8 269 345 011, – зажглась надпись на стене, и комната поменяла свою форму.

Денис посмотрел на падающие с потолка шары и принялся расставлять их.

Показать полностью
42

Лекарство от старости. Часть 3

Часть 2

1

День за компьютером обычно пролетал незаметно, но сегодня Сергею не работалось. Он надолго отрывался от экрана, откидывался в кресле и слушал шелест работающего на обогрев кондиционера. Спасибо технике, спасающей нас от июньских холодов!

Ему было стыдно за то, что он сделал. Да, сто тысяч – это вроде и неплохие деньги, но глобально они никак не меняли жизнь Сергея, а вот его поступок менял. Он отдал далеко не самому умному человеку довольно опасную вещь, даже три опасных вещи, да ещё и попросил за это оплату. Неизвестно, что этот Саня хотел сделать с таблетками, но вряд ли что-то доброе. А даже если и не так, то всё равно – добро не должно вызывать сожалений.

Ближе к обеду Сергей не выдержал, вышел на проходную, чтобы всё отменить и забрать таблетки, но там сидел другой охранник.

– Простите, а Александр где? – спросил его Сергей. – Он же был с утра.

– Позвонил, попросил его подменить на сегодня, – охранник недовольно покачал головой, – вечно у него что-то случилось.

– А у вас нет его номера телефона?

– Есть конечно, но я не могу вам его дать, это запрещено. Можете обратиться к начальству, если что-то важное.

– Да нет, спасибо, – отказался Сергей. Ему не хотелось придумывать или объяснять причины, по которым требуется звонить охраннику.

Он вернулся к себе и до конца дня просидел, глядя в окно на стоянку, где мелкий дождь поливал ряды новеньких блестящих автомобилей, разбавленных его старой шведской развалиной, так пугавшей бывшего друга Алексея.

На следующий день Сани снова не оказалось на месте, Сергей в нерешительности потоптался у проходной, пока наконец не решился спросить у охраны о местонахождении своего нового друга. Охранник ничего не знал и снова направил Сергея к начальству. Весь день прошёл в догадках вместо работы. Куда пропал Саша? Неужели он попробовал таблетки сам, и с ним что-то случилось? Хотя что может произойти? Сергей не знал, есть ли какие-то побочные эффекты у этих игр, но вряд ли он просто так получил бы опасные таблетки.

Измучившись за день от всех предположений, кружащихся в голове, Сергей ждал вечера, чтобы пойти проветриться. Он десять раз сходил выпить кофе, столько же раз в туалет, а остальное время просто бродил рядом со своим компьютером, пока на очередном круге не выглянул в окно, заметив там фигуру человека около своей машины. Он остановился, чтобы присмотреться, после чего схватил зонт и выскочил из кабинета, забыв выключить компьютер.

Около машины стоял дрожащий охранник Саша, в этот раз успевший полностью промокнуть под дождём.

– Ты куда пропал? – с ходу набросился на него Сергей.

– Д-давай в м-машину сядем, – Саша указал рукой на пассажирскую дверь, – з-замёрз совсем.

Сергей открыл автомобиль, сложил зонт и сел на водительское сиденье. Саша уже сидел рядом, предусмотрительно пристегнувшись.

– У нас проблемы! – сказал он, не дав Сергею задать вопрос. – Их нужно р-решить. Включи печку, очень холодно.

– По порядку, – тот попытался остановить охранника, – сначала расскажи куда пропал и что сделал с таблетками. Потом про свои проблемы.

– Проблемы не мои, – Саша энергично замотал головой, опять поливая всё вокруг дождевой водой с волос, – я им про тебя тоже рассказал, это ведь твои таблетки. Они сказали, чтобы ты пришёл. Так что поехали, нельзя опаздывать! И включи печку.

– Никуда я не поеду, – Сергей демонстративно сунул ключи в карман брюк, – сначала расскажи, что ты сделал с таблетками.

– Я их продал, – охранник сложил ладони лодочкой и стал дышать внутрь, – ну включи печку, тебе жалко что ли?

– Что я из тебя по слову тяну? – разозлился Сергей, но вытащил ключи и завёл двигатель, выкрутив регулятор температуры в максимум. – Ты можешь сам рассказать от начала и до конца, что случилось?

– Мне предложили деньги за таблетки, и я их продал, – Саша сразу же протянул руки к вентиляционным отверстиям, из которых с шумом шёл холодный уличный воздух, – извини, что про маму наврал, но привет твой я ей передал. Тебе тоже привет.

– Подожди про маму. Откуда кто-то узнал про таблетки?

– Ну так я им про них и рассказал, – охранник посмотрел на собеседника с недоумением, словно тот сказал какую-то чепуху.

– Я сейчас просто провалюсь в эту интеллектуальную пропасть, которую ты роешь между нами, – Сергей потёр лоб, чтобы успокоиться и не заехать Саше зонтом по голове, – ты по-человечески умеешь говорить? Расскажи нормально, кому ты продал таблетки и что после этого произошло?

– Есть один человек, старый уже, почти не ходит, ну только иногда, с палочкой, – охранник опять подышал на руки, пока Сергей молча обдумывал, каким именно образом Саня обманул старика, выманив у него последние пенсионные сбережения, – я предложил ему твоё лекарство, денег у этого деда хватает. Он обещал заплатить, и я отнёс ему таблетки. Он их выпил, и вот уже вторые сутки лежит в отключке. Меня его охрана послала за тобой, это ведь твои таблетки. И денег не заплатили. А я ведь сделал…

– Стой, Саша, стой! Таблетки? Он выпил сразу все таблетки?

– Ну он же очень старый! Ему лет девяносто! Что ему одна эта таблетка?

– Ты как вообще школу закончил? – выскочив из машины, Сергей обежал вокруг неё, открыл дверь и за мокрую куртку потянул Сашу из салона. – Выходи, я тебя знать не знаю, не давал я тебе ничего, понял? Да выходи, говорю тебе!

Саша наполовину вывалился наружу, но ремень безопасности держал его, словно машина не хотела отпускать любимого пассажира. Он пытался отстегнуться, но руки уже не доставали до замка, а Сергей продолжал дёргать охранника.

– Я же говорю, эта проблема наша общая, – когда противник устал и отпустил его, Саша снова забрался внутрь, – там перед проходной охранники этого деда ждут нас обоих. У них номер твоей машины есть и фотография твоя из Интернета. Нам лучше с ними съездить.

– А иначе что? – уставший Сергей облокотился на мокрый капот стоящего рядом Форда. – Что они мне сделают?

– Да я не знаю, – Саша пожал плечами, – они не сказали. Но у деда сын – какой-то бизнесмен. Или депутат, я не понял. Это от него у деда деньги и охрана. Поехали, они нам сами расскажут, если ты спросишь.

Сергей захлопнул дверь своей машины, оставив Сашу внутри, а сам направился к проходной. Через несколько минут он прошёл мимо охраны, приложил к турникету свой мокрый от дождя пропуск и открыл дверь во внешний мир. Никто не ждал его снаружи, поэтому Сергей неспешно двинулся по направлению к метро, делая вид, что просто гуляет без зонта под дождём, но через несколько секунд кто-то поймал его за локоть.

– Это ведь ты Серёга, да? – незнакомый молодой парень, незаметно подошедший сзади, сжал его руку. – Это же про тебя Саня рассказывал?

– Простите, вы ошиблись, – сказал Сергей и неожиданно для себя побежал обратно, резко выдернув локоть из чужих рук.

Он летел как стрела. Как пожилая, слегка располневшая, но всё ещё годная стрела. Для одного выстрела на небольшое расстояние, метров десять-двадцать. Сзади кто-то громко топал, что придавало сил и даже как-то возвращало молодость не хуже любого лекарства от старости. Влетев внутрь проходной, Сергей бросился к турникетам, оставшимся в наследство от какого-то старого завода, и полностью перекрывавшим проход. С пропуском в вытянутых руках он преодолел их и оказался с другой стороны, где смог наконец-то остановиться. Снаружи на согнувшегося Сергея смотрели двое крепких парней, один из них подёргал металлические прутья, но они не поддались. Зато охранник поднял голову и попросил не хулиганить.

Сергей выпрямился и, держась за бок, вышел на внутреннюю территорию. Вытащив телефон, он отыскал в контактах старый номер, который пылился там без дела уже много лет в ожидании своего часа.

– Ого! Второй раз! Ты там что, умираешь что ли и решил со всеми помириться? – вместо приветствия сказал Алексей. – Это единственная причина такого желания пообщаться, которая приходит мне в голову.

– Ты ещё на работе? – спросил Сергей.

– А ты посмотри в окно, из твоего кабинета видна парковка. Если на ней стоит моя машина, то я на работе. А если нет – я дома.

– Нужно поговорить, – Сергей как раз прошёл мимо отдельной стоянки с огромным чёрным Мерседесом своего бывшего друга, – но не по телефону. Я поднимусь? И я не один.

– Ну поднимись, – разрешил Алексей, – опять бабу себе нашёл новую? Я не хочу с ней знакомиться, у тебя плохой вкус на женщин.

Сергей нажал отбой, остановившись у своего автомобиля. Он и забыл, что оставил его заведённым, зато Саша, который всё ещё сидел внутри, кажется, наконец согрелся.

– Пошли, – открыв дверь, Сергей заглушил двигатель, – разберёмся с твоей проблемой.

– Да лучше поехали, там далеко, – охранник не спешил выходить, но, увидев злой взгляд напротив, сдался и отстегнул ремень, – ну как скажешь, они нас всё равно подвезут.

Около лифта Саша понял, что они не собираются выходить наружу и возмутился такому вероломному поведению Сергея, но тот лишь схватил охранника за куртку и втолкнул внутрь кабины.

Алексей сидел у себя в кабинете, подперев голову рукой, словно принцесса из детской книжки с картинками. При виде охранника, который вошёл вторым, он немного оживился.

– У тебя уже всё настолько плохо? – он ткнул пальцем в Сашу.

– Смешно, – Сергей остановился рядом со столом, – но тут со мной случилось кое-что совсем не смешное.

– Ага, у нас проблемы, – Саша оторвался от разглядывания рамочек на стенах и вмешался в разговор.

– Я слушаю, – высыпав на ладонь леденец, Алексей забросил его в рот и протянул баночку с конфетами гостям, – угощайтесь!

Охранник тут же вытащил одну и последовал примеру хозяина кабинета. Сергей глубоко вздохнул, досчитал про себя до пяти, стараясь унять раздражение, после чего начал свой рассказ. Алексей сидел молча, не перебивая собеседника, но в конце рассказа встал и обошёл вокруг стола.

– Выйди-ка на минутку, – сказал он Саше, указывая на дверь, – посиди снаружи, только далеко не отходи.

– А ещё одну конфетку можно взять? – спросил тот, но Сергей повернулся к нему и за куртку дотащил до выхода. – Ну сказал бы, что нельзя. Чего сразу так?

– Ты его зачем вообще привёл ко мне? – спросил Алексей, когда дверь за охранником захлопнулась. – Ты не мог прийти один?

– Я думал, что так проще будет поверить в…

– Ладно, чёрт с ним! Ты что вообще сделал? Я припоминаю, что когда-то давно ты не остался со мной, потому что тебя не устроили мои моральные принципы и люди, с которыми я собирался работать. И что же? Ты посмотри, с кем работаешь ты! Вот этот идиот лучше тех, на кого работаю я? И ещё деньги... За сто тысяч ты отдал экспериментальную вещь этому… – Алексей молча потряс руками в направлении двери. – Что за мораль у тебя такая, которая тебе это позволяет, а? Я бы никогда никому не дал бы и одной таблетки, потому что люди тупы и непредсказуемы. А вот в тебе я был уверен, я знал, что ты никогда ничего плохого с ними не сделаешь. Поэтому и разрешил взять. А ты… Что с тобой случилось за эти годы?

– Я не знаю, – Сергей сел на диван, – не знаю. С возрастом что-то изменилось. Раньше работало как часы, а потом сломалось. И запасных деталей нет, не починить никак. Ты мне лучше скажи, ты знаешь, что с этим дедом делать? Вы рассматривали такой вариант, что из игры не получается выйти?

– А ты уверен, что это из-за игры? – Алексей повернулся к столу, наклонился и нажал на нём какую-то кнопку. – Пусть Оля зайдёт к нам. И оборудование переносное пусть захватит. – Он снова вернулся к Сергею. – Если этому деду много лет, то с ним могло случиться что угодно. Вдруг это инсульт? Или ещё что-нибудь такое же. Почему скорую не вызвали?

– Да откуда я знаю? Меня же там с ними не было!

– Да, Серёжа, у тебя действительно всё поломалось с возрастом.

– Сейчас уже не во мне дело, – отмахнулся Сергей, – давай представим, что дело всё же в игре. Если вы сделали игру в таблетках, вы же должны были предусмотреть все проблемы, которые могут возникнуть у игроков. Зависание программы, ошибки людей, конфликты всякие. И кстати, что будет, если запустить сразу несколько игр?

– Да ничего страшного не будет! У каждой игры собственный идентификатор, который регулирует очерёдность. За два часа по очереди запустятся все игры, вот и всё. Кстати, программа может попробовать связать их друг с другом в единый сюжет, но вряд ли из этого выйдет что-то хорошее. Так что, если выпьешь много таблеток, вместо удовольствия от одной игры получишь мешанину из нескольких. Два часа – предел, за это время организм выведет большую часть… хм… кода игры, мозг вернётся в нормальное состояние, и ты очнёшься.

– То есть этот старик без сознания не из-за таблеток?

– Скорее всего они ни при чём, но проверить стоит.

– А какую-нибудь таблетку для перезагрузки вы не придумали на всякий случай? Раз уж до игры вы додумались, то до сброса тоже ведь могли.

– Думали, даже сделали, но пробовать не стали. Вдруг там будет сброс до «заводских настроек»? Вот никто на себе экспериментировать и не решился. А на крысах все эти таблетки не испытаешь, слишком специфический продукт. Но остановить выполнение программы всё же можно. Ладно, поехали, – Алексей кивнул на дверь, и они вышли в приёмную, где уже стояла полненькая блондинка с сумкой в руках. – Оля, поедешь с нами, нужно кое-что изучить. Своего тоже забирай, – он указал Сергею на охранника, который застыл в углу, наблюдая за рыбками в аквариуме.

На стоянке им пришлось разделиться. Задние двери Мерседеса Алексею с помощницей открыл личный водитель, а потом выгнал уже пристёгнутого Сашу с пассажирского сиденья. Он через минуту догнал Сергея, который, не ожидая приглашения и не останавливаясь, шёл к своему автомобилю. Когда они друг за другом выехали за ворота, Саша указал машину, которая привезла его сюда, и после короткой перебранки с двумя недовольными охранниками, они двинулись дальше уже в колонне из трёх авто.

Старик жил недалеко от центра, в огромной квартире на верхнем этаже высотки. Это казалось очень странным, обеспеченные пенсионеры, по мнению Сергея, должны были жить в собственном доме за городом, в тишине, покое, плетёной мебели, камине и никому не нужной рассаде, которая упорно ассоциировалась с пожилыми людьми, причём даже с богатыми. Город – плохое место для того, кто передвигается уже с трудом. Ступени, лифты, тяжелые двери, толпы, лабиринты улиц – всё это построено для молодых.

Охрана провела их всех в комнату со стариком на большой кровати. Он лежал совершенно неподвижно, расслабленно, делая медленные вдохи и выдохи. Запах здесь стоял отвратительный, Алексей сморщился, подошёл к окну и приоткрыл его.

– Денис Андреевич не разрешает открывать окна, – один из охранников, дежуривших в комнате, попытался остановить его.

– Думаю, сейчас бы он не возражал. Вы бы его или помыли или подгузник надели, – сказал Алексей, зажимая нос и распахивая окно ещё шире, – а лучше и то, и другое. Ну или скорую бы вызвали.

– Сначала разберитесь, что вы с ним сделали, – охранник огрызнулся, но отошёл, – а сиделке мы позвонили, сразу после вас приедет, всё помоет.

– Ладно, не моё дело, – Алексей поднял руки, словно сдаваясь. – Оля, подсоедини его, посмотри, что с мозгом. Выдержишь тут? – он дождался утвердительного ответа, раскрыл сумку, которую несла помощница и вытащил из неё ноутбук. – Я пока настрою всё. Давайте выйдем пока куда-нибудь, тут дышать нечем. Ей всё равно минут двадцать нужно, чтобы подключиться.

Охранники проводили их в соседнюю комнату с роскошным диваном, креслами и телевизором в половину стены. Сергей украдкой понюхал свой рукав, опасаясь, что запах уже успел въесться в одежду.

– Вот, гораздо лучше, – усевшись на диван, Алексей раскрыл ноутбук, включил его и занялся какими-то своими делами. Сергею очень хотелось посмотреть, что именно тот настраивает, но было неудобно садиться рядом и подглядывать, поэтому он сел в кресло напротив дивана. Охранники тоже чувствовали себя неудобно, хотя и находились на своей территории. Они собрались вместе рядом с телевизором и молча стояли там, не решаясь даже поговорить друг с другом. Они точно боялись кого-то. Впрочем, охранник Саша быстро нашёл пульт, прогнал их в сторону и включил какую-то слишком шумную передачу.

Через полчаса дверь открылась, и вышедшая из неё помощница кивнула Алексею. Тот подхватил ноутбук и поспешил в комнату к старику. Охранники, измученные ожиданием, оживились и стайкой потянулись за ним. Даже Саша, бросив напоследок грустный взгляд на экран телевизора, пошёл вслед за всеми. Сергей оказался последним, ему слишком не хотелось возвращаться в эту неприятно пахнущую комнату.

– Так, давай посмотрим, – Алексей подцепил к ноутбуку кабель, который шёл к телу старика, разветвляясь и превращаясь в множество датчиков по всему телу, – Оля, держи, это твой инструмент, – он поставил ноутбук на стол перед помощницей, – что скажешь?

– Ага, странное тут что-то, – она покрутила пальцем на экране, после чего охранники собрались в кучу за её спиной, словно могли что-нибудь понять в увиденном, – мозг работает, с ним всё в порядке, но интенсивность работы слишком высокая. Он сейчас не спит, но вот тут видите? Почти все чувства отключены, поддерживается только работа внутренних органов, все резервы мозга уходят на что-то, но я не знаю, на что именно. По признакам это похоже на игру, но это не игра. Думаю, такого вообще не должно быть. Смотрите на расход энергии – мозг в принципе не может потреблять столько. И это сколько уже тут дедушка лежит без еды? Два дня? Он так умрёт, его срочно надо кормить!

– Так, так, подожди. Не торопись, сейчас придумаем, что делать – из-за спин был слышен теперь голос Алексея, – сначала про его мысли. Картинку можем получить? Или видео?

– Нет, слишком давно принял таблетки, концентрация в крови минимальная. Никаких картинок. Можем попробовать дать ему код остановки. Если это игра, он очнётся.

– А если нет? – спросил кто-то, Сергей не разобрал голос.

– Тогда вам придётся везти его в больницу

Охранники расступились, девушка прошла мимо них и вытащила из сумки коробку, в которой оказалось несколько ампул и шприцев, наполненных прозрачной жидкостью. Она вытащила один шприц и шагнула к кровати.

– Подождите, – один из охранников встал перед ней, – я не уверен, что…

– Тогда сразу вызывайте врачей, в таком состоянии он долго не продержится, – девушка обошла охранника и наклонилась над стариком, любопытные тут же снова закрыли Сергею весь обзор, – подействует очень быстро.

Несколько секунд прошли в тишине, только Саша хрустел какой-то бумажкой в кармане. Сергей воспользовался паузой и сделал пару шагов в сторону, чтобы видеть происходящее.

– Я опять отключился?! – старик вдруг вскрикнул, оторвал руки от одеяла и вцепился в стоящую рядом девушку. – Кто вы? Где я? – Он перевёл взгляд на стоящих вокруг людей, и вдруг руки его разжались, и он потрогал своё лицо. – Я вспомнил… Но как такое... Сколько прошло времени? Это на самом деле?

2

Страх смерти больше не мучил Дениса. Он умирал много раз, но тут же возрождался в новом мире, который всячески старался убить его. Но Денис учился. Проще всего оказалось с миром автомобильных гонок – после фатальных столкновений с соперниками и нескольких вылетов с трасс, заканчивающихся неизменной смертью и возвращением к роли спецназовца, Денис привык к взрывному характеру своей машины и сумел доехать до финиша, пусть и самым последним. Ему было интересно, а что же дальше? Как сложится его судьба вне автомобиля?

Но его почему-то посадили в другую машину и выкатили на незнакомую трассу, где он через несколько минут благополучно разбился в крутом повороте. После этого Денис в очередной раз не смог спасти учёного, а потом погиб в лабиринте, упав на металлические колья в одной из ям. И он снова оказался за рулём автомобиля, но теперь у него появился план.

Аккуратно проехав первую трассу, Денис попал на следующую, где постарался ехать медленно и осторожно. Соперники же гнали на предельной скорости, пытаясь выбить с дороги друг друга, поэтому Денису приходилось уворачиваться от летящих на него машин. Он выезжал на обочину, тормозил, отставал от всех, но уже через минуту кто-то пытался на полной скорости ударить его. Денис упорно уклонялся, хотя и получил несколько ощутимых ударов. К финишу он снова приехал последним, чувствуя, как пот стекает по всему телу. Он не успел даже снять шлем, как незнакомые люди подхватили его и повели какими-то коридорами. Денис задавал им вопросы, но они переговаривались друг с другом, не отвечая. Наконец они вышли наружу – к новой трассе и красивому жёлтому автомобилю с распахнутой дверью. Дениса втолкнули внутрь и почти сразу наверху загорелся жёлтым сигнал светофора.

И это напугало его. Да, смерти нет, но если вместо неё лишь бесконечная череда из таких вот бессмысленных гонок, то чем это лучше? Тем, что ты дышишь и видишь берёзки за окном машины? Да, это можно принять за утешение, но можно ли выдержать?

Светофор моргнул, заревели сигналы, и Денис, отбросив бесполезные мысли, рванул с места, стараясь держаться подальше от остальных автомобилей. В очередной раз он приехал последним, его машина скрипела, тряслась и её постоянно тянуло влево, но она снова добралась до финиша. Денис вышел наружу, ожидая незнакомцев и новой гонки, но никто не пришёл за ним.

Он стоял посреди трассы со шлемом в руке, ощущая одновременно сильный жар из-под согнутого капота и холод ветра. Никто не обращал внимания на Дениса, никто не праздновал победу, все гонщики разошлись, оставив машины в беспорядке стоять на треке.

– И что мне делать? – он оглядел пустые трибуны, пустую дорогу и пустые боксы, в которых не осталось ни одного механика, хотя всего один круг назад они толпами высовывались за ограждение.

Денис вошёл в один из боксов, разглядывая валяющиеся в беспорядке инструменты, открыл какую-то дверь и двинулся вперёд по длинному светлому коридору. Это немного напоминало путь к свету в конце туннеля, только тут всё же было видно, что коридор оканчивается стеклянной стеной с огромной распашной дверью. По пути Денису попались несколько человек, он спросил их о гонках, о своей команде, показал раскраску своего комбинезона, но никто не смог ответить на его вопросы.

В конце концов он добрался до двери и вышел в город. После длинного и красивого трека город выглядел слишком обычным – высотки, магазины, грязные машины на парковках и грустные пешеходы, обходящие лужи на тротуарах. Денис в своём комбинезоне не вписывался в этот мир, для начала нужно было переодеться. Он вернулся назад, разыскивая свою раздевалку и одежду, он ведь пришёл сюда в чём-то. Но ничего найти не удалось, словно Денис появился в этом мире всего час назад, уже взрослым человеком прямо внутри автомобиля.

Он порылся в карманах, найдя в них лишь банковскую карту. Ни телефона, ни паспорта, ни каких-либо других документов у него не было. В конце концов, Денис решил выйти на улицу и попытаться вспомнить город. Но в этим тоже вышла загвоздка, ничего знакомого найти не удалось. Зато в отделении банка он смог проверить свой баланс, с лёгкостью вспомнив код карты. На счету было достаточно денег, чтобы безбедно прожить несколько лет, и это радовало.

На улице прохожие рассказали ему, что он в Москве, показали дорогу к метро, и Денис спустился под землю, где обнаружил, что не знает даже станции, рядом с которой он должен был бы жить. Он вышел наружу, нашёл отдел полиции и рассказал там, что не помнит, кто он и откуда. Так и началась его новая жизнь.

Некоторое время он жил в гостинице, пока не получил документы, и не купил себе квартиру. Денег на карте хватало, но без работы было скучно, поэтому Денис для начала устроился на работу в такси, так как точно знал, что умеет водить машину. И вот тут его ждал сюрприз, с которым он разобрался лишь спустя несколько недель. Как только Денис ехал агрессивно, нарушая правила, баланс его карты увеличивался. И это было прекрасно!

Он уволился, купил собственный автомобиль и прожил безбедную жизнь, получая деньги просто за то, что мешал всем остальным спокойно ездить по городу. Он женился, построил дом, завёл детей, а потом и внуков. С момента его появления в этом мире прошло 57 лет, когда врачи объявили, что жить ему остаётся не более полугода. И тогда страх смерти снова вернулся. Денис помнил, что смерть не является концом, вот только за эти долгие годы уверенность его сильно пошатнулась. Ему снова не хотелось умирать.

Но с каждым днём ему становилось всё хуже, организм не слушал доводов разума, разрушая сам себя. И в один из летних вечеров Денис заснул в своей постели, а проснулся в пыльном УАЗике, который даже на том свете скрипел тормозами.

– Наверное, это всё-таки не тот свет, – подумал он, – это больше похоже на новую жизнь.

Да, смерти не существовало. Денис улыбнулся, оглядел свои руки без морщин, потрогал молодое лицо и выбрался из машины вслед за остальной командой. Он снова дышал деревенским воздухом, наслаждаясь забытой молодостью и свободой, за что тут же получил замечание от командира. Всё было как раньше, пусть и очень-очень давно.

Когда группа двинулась к деревне, Денис хотел отстать и вообще не участвовать в этой битве за заложника, но потом всё же прикинул, что его могут наказать, поэтому дошёл до нужного дома и просто затаился в малине. Пусть в этот раз в погоню за заложником отправится кто-то ещё. Вот только через несколько минут после начала перестрелки рядом треснул забор, и кто-то побежал сквозь заросли прямо на Дениса. Тот отпрыгнул в сторону, напугав бегущего, раздался выстрел, и Денис пришёл в себя в туннеле, где упал в первую же яму, забыв за все прожитые годы о её существовании.

Теперь на очереди была гонка, и Денис очнулся в машине. Вот только это оказался уже знакомый УАЗик, набитый спецназовцами. Гонки пропали из последовательности.

Теперь Денис мог попасть лишь в мир с заложником или лабиринтом. Он несколько раз пробовал справиться с террористами, но это оказалось тяжело. Тогда Денис всё же рискнул и, отбившись от группы, ушёл в поле подальше от деревни, где в темноте наткнулся на группу вооружённых людей, тащивших сопротивляющегося заложника. Так он снова оказался в лабиринте.

Что бы он ни пытался предпринять в этом мире, террористы поджидали его везде. Денис устал от этих бесконечных перестрелок в сельской местности и сосредоточился на лабиринте. Здесь было проще – прыгай, беги и дерись. Тоже трудно, но где-то к тридцатому разу Денис зашёл так далеко, что впервые оказался перед дверью. Он толкнул её, вышел и очутился в том же самом месте Москвы, которое помнил ещё после гонок. В кармане лежала банковская карта, а вот документы снова куда-то пропали. Новая жизнь слишком напоминала старую.

Но в этот раз он решил, что всё будет иначе. Он переехал в другой город и не стал работать в такси. Агрессивная езда на автомобиле больше не приносила дохода, зато на карту приходили деньги за прыжки через лужи, ямы и овраги, за подтягивание на турнике и бег вверх по лестнице. Даже битвы на пластиковых мечах с маленьким сыном приносили Денису доход. И это тоже радовало, хотя двигаться приходилось довольно много.

С таким здоровым образом жизни он рассчитывал протянуть больше, чем в прошлый раз. Но его планы испортил экскаватор, который выкопал потрясающую яму недалеко от дома. Проходящий мимо Денис прикинул, что её преодоление принесёт ему очень хорошую прибыль, и в результате на семнадцатом году пребывания в этом мире снова попал к террористам, которых в очередной раз не получилось победить.

Теперь каждый раз он приходил в себя в пыльном микроавтобусе. Кажется, у него остался всего один мир. Отсюда больше некуда будет попадать. Наверное, стоило бы с самого начала родиться кошкой, получив девять жизней вместо трёх, но выбора никто не предлагал. Страх смерти снова вернулся к Денису.

Он каждый раз нарочно всё делал неправильно, террористы легко побеждали, и он снова и снова начинал этот вечер в кабине «буханки». И это был даже не день сурка, это были два повторяющихся часа, которые Денис проживал сотни раз. Однообразие угнетало, зато это была дорога к бессмертию.

Вот только и тут у него отобрали выбор. Однажды, когда он очнулся в очередной раз, Солнце на секунду моргнуло, и Денис пришёл в себя в совершенно другом автобусе.

– Очнулся, – стоящий над ним командир покачал головой, – всё веселье пропустил. Без тебя всё сделали.

Оказалось, что Денис потерял сознание, и вся операция прошла без него. В этот раз успешно. Его задание завершилась, оставалась одна жизнь с неизвестностью после неё.

В этот раз он постарался не рисковать. Он ушёл из спецназа, восстановил документы, которых у него не оказалось и в этом мире, равно как и знакомых или родственников. А вот банковская карта была, но что нужно сделать, чтобы она приносила доход и здесь, Денис так и не разобрался. Пришлось работать, жить спокойно и избегать опасностей. Вот только он продолжал время от времени терять сознание, приходя в себя лишь через несколько дней в незнакомых местах, но неизменно недалеко от дома.

Ему было страшно, хотя врачи не нашли у него никаких болезней, хотя провалы случались всё чаще и становились длиннее. Он боялся, что когда-нибудь он потеряет сознание и уже больше не очнётся. Но он очнулся. Вокруг его кровати стояло много народу, и некоторые люди показались Денису очень знакомыми. И тогда он вспомнил.

Часть 4

Показать полностью
43

Лекарство от старости. Часть 2

Часть 1

1

С утра Сергей прошёл мимо охранника Саши, который так усиленно отворачивался, что хотелось подойти и попросить не переигрывать. Он, не заходя к себе, сразу поднялся на пятый этаж, вытащил пропуск и открыл дверь. Он действительно не заглядывал сюда уже несколько лет, это был не его мир. Он прошёл по коридору, открыл дверь номер 514 и заглянул внутрь. Как он и ожидал, за столами сидело несколько человек с ноутбуками, никто даже не повернул голову в его сторону. Никаких таблеток тут не делали.

Он сделал шаг назад, прошёл дальше и остановился у последней двери. В нерешительности постоял, собираясь постучаться, но в конце концов просто дёрнул ручку и шагнул внутрь.

– Ну ничего себе! – сидящий за столом хозяин кабинета с удивлением посмотрел на гостя. – Я думал, ты сюда к нам уже никогда не придёшь! Сколько лет прошло с последнего раза? Здравствуй, Серёжа!

– Привет, Алексей, – он подошёл к столу и без приглашения сел в стоящее рядом кресло, – я ненадолго, чисто из любопытства пришёл, не обольщайся. Хотя я и немного рад тебя видеть.

– Из любопытства ты мог и раньше прийти, – Алексей откинулся на спинку, – но за все годы так и не заглянул. Что же такого случилось у тебя? Бросила очередная жена? Или наконец-то рассыпалась машина? Это было бы неплохо, я каждый раз от ужаса вздрагиваю, когда вижу её на стоянке.

– Нет, что ты, она в порядке. Я действительно пришёл из любопытства. Говорят, вы тут таблетки какие-то стали делать. Программы больше не приносят того дохода, и мы переключаемся на лекарство от старости.

– То есть они решили, что это лечит от старости? – Алексей улыбнулся. – Странно, я думал, слухи будут иными.

– Подожди, мы что, на самом деле начали делать какие-то таблетки?

– Не совсем так. Мы просто попробовали, – наклонившись, Алексей достал из ящика пластиковую банку от витаминов и с шумом потряс ею в воздухе, – вот, что вышло. Для начала неплохо, но всё же слишком много проблем, а как от них избавиться, мы так и не разобрались. Поэтому сворачиваем программу.

– И для чего эти таблетки?

– Знаешь, когда-то я предлагал тебе остаться с нами, и в этом случае сейчас ты не задавал бы такого вопроса, ты бы всё уже знал. Но тебе же важен именно свой путь, путь закона. Ты же у нас одинокий ковбой. Поэтому я не расскажу, для чего нужны эти таблетки. Но шанс дам. Хочешь узнать – съешь одну. Не бойся, ничего плохого с тобой не случится.

– Съесть? – удивился Сергей, – зачем? Мне не настолько интересно их назначение.

– Ну тогда ладно, – Алексей пожал плечами и убрал банку, – рассказывай, как живёшь, как жена, не помню, кстати, как там её у тебя зовут, ты такой непостоянный у нас в этом плане.

– Чёрт с тобой, давай свою таблетку, – Сергей протянул руку, посчитав, что вряд ли здесь кто-то решит отравить его, – слишком уж интересно, что вы там придумали.

– Узнаю тебя, – снова вытащив банку, Алексей бросил её через стол в руки Сергею, – ты всегда был слишком любопытен. Я и не сомневался, что ты согласишься. Хотя в прошлый раз ты почему-то отказался.

– Ну хотя бы чего мне ожидать?

– Чуда, Серёжа, жди чуда! Ты же пришёл за лекарством от старости, вот и жди чего-то подобного. Только пересядь туда, – Алексей указал на стоящий у стены кожаный диван, – сиди тихо и молчи минут двадцать, это важно. А потом, как подействуют, поговорим про эти таблетки. Ясно?

– А какую нужно брать? – Сергей пересел на диван, открутил крышку и заглянул внутрь, где лежало несколько довольно крупных капсул разного цвета.

– Любую бери, пусть будет сюрприз. Вода на столике.

Он несколько секунд смотрел в банку, ощущая себя избранным, которому уже предложили таблетку на выбор, но не объяснили, что именно от него хотят – вывести из матрицы или вылечить от простуды. Поэтому он просто вытряхнул таблетки на ладонь, а потом ссыпал их обратно, ухватив пальцами последнюю, и поскорее закинул её в рот, опасаясь передумать. Он взял бутылку воды, стоящую рядом с диваном, открутил крышку и сделал несколько глотков, чувствуя, как капсула провалилась в желудок.

Ему очень хотелось ещё раз спросить, что именно должно случиться, но теперь уже было неудобно, да и уткнувшийся в экран Алексей совсем не интересовался своим гостем. Сергей осмотрелся, он уже давно не видел этот кабинет, и тот мало изменился за всё это время, хотя его хозяин никогда не был особо консервативным. Новый массивный стол, очень похожий на антикварный, рядом большой и дорогой диван, огромные кресла, на стенах рамочки с наградами и сертификатами. Кому всё это было нужно, если в этом кабинете не проводили деловых встреч? Кого впечатляли все эти документы со стен, если в комнате почти всегда находился всего лишь один человек – обладатель всей этой впечатляющей коллекции бумажек в рамочках?

Сергей сидел и терпеливо ждал, периодически поглядывая на часы, которые не торопились и всё тянули и тянули озвученные двадцать минут. Он пытался поймать какие-то изменения в своих ощущениях, но, кажется, ничего не происходило.

– Прошло время, – Сергей отсчитал на циферблате последние секунды и решил, что уже можно разговаривать, – что я должен был почувствовать?

– А что, ничего не изменилось? – Алексей оторвался от компьютера и ещё раз с удивлением посмотрел на своего гостя. – Вообще ничего не чувствуешь?

– Нет, – Сергей пожал плечами и на всякий случай ещё разок осмотрелся в надежде на изменения, – всё как обычно.

– Тогда тебе не повезло, ты попал в число людей, невосприимчивых к этим таблеткам. Тайна останется нераскрытой.

– Подожди, ты мне даже после всего этого не расскажешь, для чего твои таблетки нужны? – Сергей не ожидал такой подлости от старого приятеля.

– Не расскажу, – тот отрицательно помотал головой, – уговор у нас был какой? Подействуют – обсудим. Но, как сам видишь, говорить не о чем.

– Знаешь, я не зря тогда отказался с тобой работать, – Сергей встал, случайно опрокинув воду на пол. Звякнуло стекло, и бутылка укатилась под стол, оставляя за собой мокрый след. – Чёрт! Ладно, сам поднимешь!

Он махнул рукой и пошёл к выходу, почему-то ощущая себя маленькой обиженной девочкой. Наверное, Алексей сейчас улыбается ему в спину, но, несмотря на непонятно откуда возникшее смущение, Сергей решил просто уйти. Он дёрнул ручку, распахивая дверь, и тут же в лоб ему уткнулся пистолет.

– Назад, – произнёс очень знакомый голос, и взгляд Сергея сфокусировался на лице охранника Сани, который стоял в дверях с оружием, – и без глупостей.

Сергей инстинктивно поднял руки вверх и шагнул обратно в кабинет, краем глаза уловив какое-то движение внутри. Охранник вдруг дёрнулся в сторону и выстрелил рядом с ухом Сергея, отчего невыносимо загудело в голове. Саша захлопнул дверь и бегом бросился к столу. Сергей обернулся и увидел лежащего на полу Алексея, охранник же открыл ящик стола, вытащил банку из-под витаминов и поспешил обратно.

– Я тебе что сказал? – он схватил Сергея за куртку. – В час дня! В час! Что было непонятного? Ты зачем сюда попёрся? Выходи!!!

Он открыл дверь и изо всех сил толкнул Сергея в коридор. Тот еле устоял на ногах, но тут же получил ещё один удар в спину по направлению к выходу с этажа. Стоящие в отдалении люди, вышедшие, видимо, на звук выстрела, разом замолчали и уставились на Сергея. Тут же над его головой грохнул выстрел, что-то посыпалось сверху, и все любопытные сразу же бросились врассыпную.

– Иди прямо, – сказал сзади охранник, и ничего не понимающий Сергей почувствовал упёршийся в затылок ствол пистолета. Он сделал пару нерешительных шагов и по усилившемуся давлению на затылок понял, что идти надо быстрее. Около комнаты 514 Саша вдруг поймал его за воротник, открыл дверь и втолкнул Сергея внутрь, – уйди с прохода, сейчас они попрут.

Сергей зажмурился, весь сжался и остановился посреди кабинета, не решаясь даже оглянуться. Мало того, что свихнувшийся охранник взял его в заложники, так ещё и сейчас должны были попереть какие-то они. Не лучший день в жизни. Сергей открыл глаза и увидел рядом человека с ноутбуком в руках. Он вдруг размахнулся и ударил Сергея экраном прямо в лицо, отчего тот рухнул на стоящий за спиной стол. Раздался выстрел, потом ещё один, и вдруг к этому шуму добавилась ещё и автоматная очередь. На Сергея полетели щепки и куски штукатурки, чья-то рука сдёрнула его со стола, и он всем весом грохнулся на пол.

Из разбитого носа текла кровь, рядом валялся какой-то человек, кажется, мёртвый. Саша, пригнувшись, одной рукой прижимал Сергея к полу, а вторую резко высунул в коридор и пару раз выстрелил куда-то наугад, получив в ответ ещё одну автоматную очередь.

– На, держи, – заорал он Сергею, вытащил откуда-то ещё один пистолет и сунул ему в руки, – стреляй в любого, кого увидишь!

– Не буду, – тот оттолкнул оружие.

– Ты понимаешь, что живыми мы отсюда не уйдём? – ещё раз рявкнул охранник, стараясь заглушить новую очередь из автомата. – Я единственный твой шанс спастись!

С этими словами он вдруг вытащил из своей униформы гранату, дёрнул её зубами и швырнул в коридор, стараясь отползти подальше от двери. Через секунду где-то за стеной грохнуло, продырявленную пулями дверь сорвало с петель, и она рухнула рядом с головой Сергея.

– Вставай, – Саша дёрнул его вверх, увлекая за собой к выходу, Сергей почти на четвереньках пошёл за ним, пытаясь стереть кровь с лица.

В коридоре висела пыль, около выхода среди осколков кирпича лежали двое в бронежилетах, охранник нагнулся и поднял валяющийся рядом автомат. Он проверил обойму и протянул автомат Сергею.

– Умеешь пользоваться? – спросил он, и Сергей отрицательно помотал головой, стараясь держаться от оружия подальше. – Да что же вы все такие беспомощные? Смотри, это просто…

Что-то вдруг грохнуло, и Саша, выпустив автомат из рук, во весь рост растянулся на полу. Из клубов пыли вышел человек с двустволкой и навёл ружьё на трясущегося Сергея.

– Не надо, – попросил тот, поднимая вверх руки и почти не слыша своего собственного голоса, и тут же очнулся на диване в кабинете Алексея.

– Мать твою! Это что такое было? – он подскочил с места, оглядываясь вокруг. Никакой пыли, никакой стрельбы, из носа не текла кровь, а за столом сидел улыбающийся хозяин кабинета. – Это что вообще? Наркотики?

– Что, слишком реально? – спросил Алексей, было видно, как его забавляет растерянность Сергея. – Почти как на самом деле?

– Что это за таблетки такие? Что за гадость?

– Серёжа, подумай сам, что могут изобрести люди, торгующие программами? Это всего лишь компьютерная игра, мы научились делать игры в таблетках. Не знаю, какая именно игра тебе досталась, но вижу, ты впечатлился.

– Это игра? – Сергей бродил по кабинету, пытаясь прийти в себя, отдышаться и унять колотящееся сердце. – Я чуть не помер от страха!

– Я потому и не хотел тебя предупреждать. Если бы ты знал, чего ждать, эффект был бы совсем другой, слабее. Хотя некоторые игры отключают основную память, но я решил не рисковать.

– Как вы это сделали? – наконец-то остановившись, Сергей потянул на себя кресло и сел в него. – Я с самого начала знал, что вы сумасшедшие, но даже не думал, что настолько.

– Неважно, какие мы, и как это сделали, – Алексей с грустью уставился куда-то в угол комнаты, – всё равно этот проект мы закрываем. Слишком много трудностей, нам не дадут продавать такие таблетки. Да и мы сами не сможем.

– Ну конечно их нельзя продавать! А если какой-нибудь водитель сядет за руль, наевшись ваших игр? Отключится и задавит кого-нибудь! А дети? Если вы им вот этот ужас подсунете? Это нормально будет?

– А если водитель напьётся водки и сядет за руль, так лучше будет? – усмехнулся Алексей. – Ответственность за свои действия никто не отменял. И для детей отдельные игры были бы, не такие жестокие. Мы же готовились несколько лет, мы много хотели сделать и для детей, и для взрослых. Там могло быть всё, что пожелаешь – логические игры, стрелялки, гонки, стратегии, страшилки всякие. И все игры ограничены по времени двумя часами, ну или, как только ты выполняешь задание, игра заканчивается, когда проваливаешь – тоже. После этого нужно покупать следующую таблетку. Часть игр использует отдельный сюжет, а часть просто вписывается в действительность, пользуясь твоей памятью, это мне больше всего нравится. Если бы ты только знал, сколько мы всего придумали!

– Да что-то не особо я поиграл, знаешь ли. Совсем не я был там главным действующим лицом. Странная какая-то игра.

– Вовсе нет, – возразил Алексей, – игра всегда старается втянуть тебя в события и сделать основным персонажем, но ты сам задаёшь направление и можешь выбрать для себя иную роль, в этом вся прелесть. Полная свобода действий, код всего лишь создаёт основу сюжета, а решать, кем ты хочешь в нём быть, приходится самому. И люди, которые не знают, что играют, чаще всего стараются держаться подальше от любых событий, но игра не даст этого сделать, всё действие будет смещаться за тобой, даже если ты попытаешься совсем ничего не делать.

– А почему кто-то вообще решил, что это таблетки от болезней и от старости?

– Тут длинная история… Но ты не заметил, что в игре очень легко двигаться? Это же компьютерная игра – ты всегда молод, бодр, свеж, если, конечно, не предусмотрено что-то иное. Когда ты играешь, в мозгу отключаются или меняются все лишние раздражители, в том числе и болевые, и ощущение возраста, ты чувствуешь только то, что требуется для процесса. И на время игры ты получаешь здоровье и молодость. Из-за этого, кстати, у нас большая проблема. Пока ты в игре, тебя никакими способами нельзя вывести из неё, ты можешь даже сгореть в реальности на пожаре, но не отключишься, да и не почувствуешь ничего. А так быть не должно, и побороть это у нас не вышло. Ты можешь просто просидеть на месте два часа, ни на что не реагируя.

– С этим понятно, – Сергей окончательно пришёл в себя, хотя его ещё немного потряхивало от пережитого, – почему слухи пошли не про игру, а про лекарства? Как вы вообще допустили, что об этом начали говорить посторонние люди? Это же большое открытие, пусть пока его и невозможно использовать. Почему не сберегли тайну?

– Сначала берегли, – Алексей ещё раз наклонился к столу, вытащил оттуда два леденца, развернул один и бросил в рот, а второй протянул через стол, – будешь?

– Лёша, иди на хрен! Я в этом кабинете больше ничего есть не буду! Ну и что с тайной?

– Да просто нет смысла что-то скрывать, – Алексей пожал плечами, развернул второй леденец и отправил его к первому, – слух не мы пустили, нам технологию продал один, как тогда казалось, сумасшедший. Это не наша разработка, но её отдали очень дёшево. А теперь разрешения на продажу таких игр мы всё равно не получим. К нам тут недавно пришли военные и намекнули, что наши разработки им очень пригодятся. А я не хочу отдавать им такой замечательный способ управления мозгом, у них же всегда настоящая война на уме.

– Это с каких же пор ты против сотрудничества с военными?

– Да я не против. Но тут реально страшно. Это же и против меня оружие. Вот я и решил, что если организовать утечку информации, то и военные от нас отстанут. Но, как оказалось, изобретатель и у нас тут уже поведал многое персоналу, да и продал свою идею не только нам. Военные отвязались. А как его рассказы превратились в лекарство от старости – это не ко мне вопрос, это к местному народному фольклору.

– Жаль, – Сергей встал, – если бы это было лекарством, вам бы не помешало полечиться. Воображение у твоих ребят богатое, но надо же знать какие-то рамки. Игры в таблетках, с ума сойти!

Он сокрушённо покачал головой и сделал шаг к выходу, когда вдруг вспомнил, кто именно привёл его в этот кабинет.

– А можно мне ещё парочку этих таблеток? – спросил он, поворачиваясь, и Алексей разрешающим жестом указал на стоящую на столе банку.

– Только я сам уже не помню, какая с чем, – сказал он, – поэтому тебя снова ждут сюрпризы.

– Благодарю! – Сергей высыпал на ладонь несколько таблеток, зажал их в кулаке и отсалютовал Алексею. – Пока! Лет через десять зайду ещё разок. Когда вы бухгалтерскую программу в виде пива сделаете.

Он вышел из кабинета, закрыл за собой дверь и пошёл вниз к охраннику Саше. В конце концов, лишние сто тысяч никогда никому ещё не мешали. По дороге он отсчитал три таблетки, зажал их в кулаке, а остальные переложил в карман. Теперь, когда он наконец-то оправился от потрясения, ему хотелось попробовать ещё раз. Или два. Да, компьютерные игры – зло, от них все беды.

Он спустился на первый этаж, подошёл к Сане и окликнул его. Тот выпучил глаза, оглянулся, но подошёл ближе.

– Вы меня зовёте? – спросил он. – А то я вас не знаю.

– Тебя, тебя, – Сергей протянул охраннику ладонь с таблетками, – вот, держи. Всё, как ты просил.

– Ну здесь-то зачем? – Саня не взял таблетки, зато зашептал, подавая глазами какие-то малопонятные сигналы. – Ты раньше пошёл, чем мы договаривались. Теперь камеры тебя записали.

– Неважно, – устав ждать, Сергей положил таблетки на стойку, – вот твоё добро. Где моё?

– Вечером, – охранник уставился на три разноцветные капсулы перед собой, – мы же договорились, ты всё забыл. Внимательнее надо слу...

– Вечером так вечером, – Сергей отнёсся к ситуации философски, – таблетки принимать только в расслабленном состоянии, на кровати или диване, потом полчаса ничего не делать, даже не вставать. И главное – не вздумай меня обмануть. Надеюсь ты понял, что я тут всё ещё многое могу? Маме привет!

Он отвернулся и пошёл внутрь здания, чувствуя себя этаким интеллигентным гангстером из фильма про итальянскую мафию. Вот, точно, все беды от компьютерных игр и жестоких иностранных фильмов. На секунду он оглянулся и увидел стойку, а за ней охранника, прижимающего к груди кулак и улыбающегося.

2

Денис стоял в туннеле, с удивлением уставившись на яркое жёлтое пятно где-то вдали. Свет становился ярче и манил к себе, а вот мрак окружающего туннеля наоборот – словно отталкивал и прогонял, как будто намекая, что стоять на месте нельзя.

– Твою мать! Это на самом деле, – прошептал он. Дурацкая инструкция с погоней после смерти оказалась правдой. Да чёрт с ней, с инструкцией! Сама жизнь после смерти оказалась правдой! Больше никакого страха перед неизведанным! Смерть – не конец! Денис с облегчением вздохнул, но сейчас же вспомнил, что его прислали сюда догонять заложника. Он попытался вспомнить и его имя, но не смог, поэтому сложил ладони рупором и крикнул куда-то в сторону света, – эй, тут есть кто-нибудь?

Эхо прокатилось по туннелю и затихло где-то в глубине. Никто не ответил. Вспомнив, что у него есть всего пять минут, Денис бегом бросился вперёд.

– Эй, заложник, – кричал он, стараясь не сбиться с дыхания, – ты где, заложник? Эй, кто-нибудь! Отзовись!

Бежалось легко, ноги сами собой несли его к свету, сердце без излишней суеты толкало кровь, крики совершенно не мешали дышать. Пока жизнь после смерти была не так уж и плоха, мешало только чувство ответственности за этого дурацкого учёного, которого не удалось спасти, да ещё желание вернуться назад, хотя уже и не столь острое.

– Эй! Есть кто живой? – кричал он, перепрыгивая через валяющиеся на проходе камни. Свет приближался, но никто не отвечал Денису. Да и не было видно никого впереди. Если этот заложник и был здесь, то он убежал уже очень далеко.

Денис напрягся, стараясь бежать как можно быстрее, и чуть не упал в непонятно откуда взявшуюся под ногами яму. В последний момент, понимая, что остановиться не сможет, он изо всех сил оттолкнулся от пола и приземлился уже на другой стороне. Что-то щёлкнуло внизу, и, оглянувшись, он увидел в полутьме железные колья, выдвинувшиеся со дна ямы.

– Это что такое? – спросил он сам себя вслух. – Я ведь уже умер. Меня что, пытаются ещё раз убить? После смерти?

Он отвернулся от ямы и различил горящие факелы на стенах впереди. Свет, который он посчитал концом туннеля, исходил всего лишь от них, конца видно не было.

– Чёрт, сколько уже времени? – Денис отдёрнул левый рукав, чтобы посмотреть на часы, но их не было на месте, да и сам он, оказывается, был одет совсем не в свою одежду. Какая-то свободная рубаха, жилетка и короткие штаны, словно у загробной жизни существовал неизвестный дресс-код, без которого не пускали в рай.

Решив, что разберётся со всем этим позже, Денис рванул дальше. Он добежал до факелов, внимательно вглядываясь в темноту, чтобы не угодить в ещё одну яму. Заглядевшись вниз, он чуть было не столкнулся с возникшей на пути стеной – туннель вдруг закончился тупиком. Денис огляделся, заметив, что свет теперь исходит откуда-то сверху, это не было тупиком, через стену можно было перелезть!

Он подпрыгнул, подтянулся и взобрался наверх, обнаружив, что стоит в ещё одном коридоре с факелами на стенах. Такой жизни после смерти он не ожидал. Туннель и свет – вот что должно ждать тебя по ту сторону. Ну и небольшая неопределённость потом, но неопределённость приятная. А вместо этого ему предстояло искать выход из странного лабиринта, и, кстати, ещё и не забыть про учёного.

– Эй! Люди! – крикнул Денис и снова побежал. Кажется, пять минут уже прошли, но его никто не возвращал обратно, а задание оставалось невыполненным. Он пробежал несколько метров и снова уткнулся в стену, на которую опять пришлось взбираться. Загробный мир оказался многоэтажным.

Дальше Дениса ждала ещё одна яма, а потом и вовсе пропасть, но зато внизу под туннелем оказался ещё один проход, ведущий назад. Денис спустился, не задумываясь о том, что может потеряться, дорога здесь была всего одна, пусть и не слишком прямая. Через несколько шагов его чуть не убила какая-то решётка, рухнувшая сверху и заблокировавшая путь назад. Он в последнюю секунду увернулся и чуть не упал в очередную яму с кольями.

– Вытаскивайте меня отсюда! – крикнул Денис, надеясь, что врачи из реальности как-то услышат его и поторопятся вернуть в мир скрипящих УАЗиков и жирных деревенских гусей. Там было гораздо меньше опасностей даже в его профессии.

Никто не отозвался, только эхо несколько раз повторило его слова, отчего вдруг стало страшно. Может быть, его по ошибке сразу отправили в ад? Или, что ещё хуже, не по ошибке? Чтобы перестать думать об этом, Денис оглядел яму впереди, которую предстояло перепрыгнуть. Это было уже не такой простой задачей из-за упавшей позади решётки. Места для разгона здесь не хватало, а путь назад оказался отрезан. Придётся прыгать.

Денис отошёл назад, прижался к решётке, и резко побежал к яме. Он оттолкнулся ногой изо всех сил, но не долетел, больно ударившись грудью о противоположный край и схватившись за него руками. Внизу щёлкнули колья, Денис от страха поджал ноги и подтянулся. Он выбрался наверх, ощупал себя, но никаких повреждений не обнаружил, даже боль в груди сразу исчезла.

По прикидкам он провёл в этих туннелях уже минут двадцать, его давно должны были вытащить, но, кажется, что-то пошло не так. Денису очень не хотелось остаться в этих потусторонних катакомбах, а сидеть на месте и ждать было невыносимо, поэтому он отряхнул с себя несуществующую пыль и сделал несколько шагов по коридору.

Вдруг впереди, из тёмного разрыва между факелами, вышла какая-то мужская фигура, и Денис, обрадовавшийся, что нашёл наконец учёного, ускорил шаг.

– Эй, привет! – крикнул он. – Слава богу! Вот ты где!

Мужчина шагнул навстречу и совершенно неожиданно попытался ударить Дениса коротким мечом. Тот, застигнутый врасплох, не успел среагировать и получил болезненный удар в плечо.

– Ай! – Денис отшатнулся в сторону и ухватился рукой за больное место, ожидая увидеть там кровь, но её не было. – Ты что творишь?

Мужчина не ответил, замахнулся второй раз, но теперь уже Денис успел отпрыгнуть в сторону. Он смотрел, как противник приближается для следующего удара и пытался найти хоть какую-нибудь палку для защиты, но в этой части туннеля стояла идеальная чистота, словно тут накануне сделали генеральную уборку. Денис, не отводя взгляда от приближающегося противника, начал пятиться назад, пока не дошёл до светлого пятна на стене. Ухватившись за висящий рядом факел, он дёрнул его, надеясь отбиться хоть этим оружием, но факел держался как приклеенный.

Что-то звякнуло чуть ниже, и Денис, опустив глаза, увидел, что на его поясе тоже висит короткий меч, которого там не было буквально минуту назад. Не задумываясь, он выхватил его и взмахнул перед приближающимся противником, заставив того на секунду отступить.

– Ещё посмотрим, кто… – Денис не успел договорить, мужчина вдруг сделал выпад и ударил его мечом в живот.

К своему удивлению, Денис вновь не увидел крови, хотя и почувствовал боль. Он в недоумении уставился на свою чистую руку, прижатую к животу, и тут же получил удар мечом в грудь. Стены туннеля вдруг наклонились и резко поехали вверх, Денис упал, уставившись на коптящий где-то под потолком факел. Его свет стал тускнеть и удаляться, пока не пропал окончательно. Кажется, его всё-таки смогли убить после смерти.

Вдруг что-то громко запищало, и Денис, открыв глаза, увидел над собой какой-то светофор. Он сидел в кабине автомобиля в шлеме и комбинезоне, сжимая в руках руль. Вокруг стояло ещё несколько раскрашенных спортивных машин с водителями, уставившимися на горящие вверху огни. Раздался ещё один сигнал, светофор переключился на зелёный, и тут же что-то ударилось в зад автомобиля. Денис посмотрел в зеркало, увидев там отъезжающую назад машину. Её колеса повернули в сторону, и она резко рванула на соседнюю полосу, царапая асфальт расколовшимся бампером и оставляя за собой дым от горящей резины.

Не понимая ничего, Денис следил за уезжающим автомобилем. Теперь он стоял на трассе один, все уехали после сигнала. На лобовом стекле вдруг загорелась стрелка, указывающая направление, словно предлагая последовать за остальными. Куда, чёрт его побери, забрался этот учёный? Что это за место?

Денис нажал на педаль и машина, громко рявкнув двигателем, прыгнула вперёд, вдавив его в кресло. Он затормозил, испугавшись такого резкого старта, добавил немного газа, но моментально разогнался до сотни, лишь только какие-то трибуны со зрителями замелькали в боковых окнах. Он увеличил скорость, чуть было не вылетев на обочину в повороте, разогнался ещё раз, затормозил, взял радиус побольше и нажал педаль. Машина ревела диким зверем и бросалась в бой, Денис ловил её рулём и педалями, заставляя следовать по изгибам дороги.

Это захватывало, это было куда интереснее туннеля с его факелами и ямами. Денис резко выжал газ до упора, и машина вдруг начала разворачиваться на дороге. Он нажал тормоз, повернул руль, стараясь выпрямиться, но автомобиль резко вильнул в другую сторону, вылетел с дороги и на полной скорости врезался в ограждение.

Дениса сильно тряхнуло, и он открыл глаза, ударившись головой о стекло. Заскрипели тормоза, салон наполнился пылью, и водитель, выключив двигатель, оглянулся на сидящих в УАЗике бойцов.

– Всё, приехали, – сказал он, – дальше своим ходом.

Командир поднялся первым, уткнувшись спиной в крышу «буханки», а Денис сидел с открытым ртом и не мог поверить в происходящее.

Часть 3

Показать полностью
45

Лекарство от старости. Часть 1

1

Июнь в этом году не удался. В последние годы, как заметил Сергей, у природы вообще плохо получался этот месяц. Противный мелкий дождь, подгоняемый холодным ветром, старался не пропускать ни дня, даже тополиный пух отказался от полётов и бесформенными грязными кляксами плавал в лужах. Горожане кутались в осенние куртки, а бабушка, торговавшая укропом у супермаркета, приоделась в пуховик.

Сергей в задумчивости стоял у машины, разглядывая промокшую ржавчину на дверях и порогах старенькой Вольво. Сколько лет назад он купил её, поведясь на рассказы о высочайшей безопасности этой марки? Десять? Двенадцать? Где-то так. А сколько ей было тогда? Надо посмотреть в документах. Старая. Очень-очень старая. И кому пригодилась эта обещанная безопасность? Он так ни разу и не попал на машине в аварию, чтобы проверить рассказы друзей и улыбчивых шведских маркетологов. Он вообще покупал машину в надежде продать её через год-другой, но что-то пошло не так эти десять-двенадцать лет назад. Жаль конечно, но кто-то же должен ездить и на старых автомобилях.

Он сложил зонт, дёрнул дверную ручку и забрался в салон. Кое-где виднелись потёки воды, кузов потихоньку растворялся в московских дождях и дорожных реагентах, унося с собой так и не проверенную легендарную безопасность.

– Да и хрен с ней, – сказал Сергей вслух сам себе, – переживу.

Он повернул ключ, и двигатель завёлся, свистя чем-то из своих глубин и заставляя кузов неприятно вибрировать. Нужно дать ему поработать пару минут, чтобы всё пришло в норму. А пока Сергей дотянулся до мокрого зонта, брошенного на пассажирский коврик, и стал сворачивать его, стряхивая налипшие листья.

– Можно? – правая дверь неожиданно распахнулась, и в неё просунулась чья-то голова, снизу Сергей не мог понять, кто просится внутрь. – Фу, ну и зарядило сегодня! – человек не стал дожидаться ответа, он раскрыл дверь пошире и всем телом рухнул на пассажирское сиденье, у которого даже не нашлось сил на жалобный скрип. – Вот погодка, а!

Выдернув зонтик из-под ног нежданного пассажира, Сергей выпрямился и наконец понял, кто сел к нему в салон. Это был охранник Саша, крайне любопытный и болтливый тип, умеющий нарушать причинно-следственные связи и находиться в нескольких местах одновременно.

– Чего тебе? – спросил Сергей. Вышло невежливо, но так и не стоит вламываться в чужие машины без разрешения, если не хочешь, чтобы тебе грубили.

– Да я просто так, от дождя спрятаться, – тот тряхнул головой, словно собака, капли воды сорвались с волос и веером разлетелись по стёклам, – ты ж глянь, как льёт!

– Саш, чего тебе надо? – Сергей окончательно рассердился. – Если ты хотел спрятаться от дождя, то какого чёрта вообще припёрся на стоянку? Сидел бы у себя на проходной, там тепло и сухо.

– Ты же Серёга, да? – Саша посмотрел на свою ладонь в каплях дождя, потёр её о мокрую серую униформу и протянул для рукопожатия. – А я Саня.

– Блин, Саня, если ты не заметил, то я знаю, кто ты! И, кстати, руки у тебя мокрые, – Сергей кивнул на протянутую ладонь, – а ещё я тебя лет на двадцать старше, какой я тебе Серёга? Что ты от меня хочешь?

– Тебе чё, пятьдесят что ли? – Саша попытался изобразить на лице удивление, но перестарался. – А выглядишь таким молодым. Я бы лет тридцать пять дал, максимум.

– Слушай, мне домой надо, – сказал Сергей уже спокойно, осознав бессмысленность диалога с Саней, – давай я тебя до проходной довезу и поеду.

– Давай, – согласился Саша и пристегнулся ремнём, – я всегда пристёгиваюсь. Даже если две минуты ехать. Для безопасности.

– Рад за тебя, – буркнул Сергей, включая заднюю передачу.

– А по твоему пропуску на пятый этаж можно пройти? – спросил вдруг охранник, и Сергей нажал на тормоз, остановив машину посреди проезда.

– Тебе зачем туда надо? – поинтересовался он и потянул вверх ручник.

– Забрать кое-что хотел.

– Забрать? Ты что-то там забыл, когда в прошлый раз попал туда без пропуска?

– Нет, я не ходил, без пропуска же нельзя, – помотал головой Саша, – один знакомый должен кой-чего передать. А я к нему пройти не могу.

– Давай угадаю – он к тебе тоже выйти не может, а на улице встретиться вам родители не разрешают, они против вашей любви, – подсказал Сергей, – так вот, и я тоже не пойду ничего забирать, да и тебе советую забыть и не соваться туда, куда не надо.

– Да ты не бойся, там ничего криминального. Просто мне один человек таблетки обещал для мамы.

– Саша, если таблетки нужно тайно передавать через посредника, то такие таблетки называются наркотиками. Поэтому пожалуйста, отвяжись от меня, а себе найди какое-нибудь более законное занятие. Хорошо?

– Ну какие наркотики? – Саша подёргал за ремень безопасности, – видишь, я даже пристёгиваюсь всегда, я законы уважаю и с наркотиками никогда связываться не стал бы. Таблетки правда для мамы, честное слово! Ваши ребята с пятого этаже какое-то новое лекарство сделали, мне сказали, что ей может помочь, она у меня болеет сильно. Но у них вынести не получится, а ты с пропуском смог бы.

– Ты вообще в курсе, чем мы занимаемся? – Сергей даже рассмеялся от наивности собеседника. – Мы всей компанией пишем программы и торгуем ими. Какие таблетки? Ты где видел программистов, которые изобретают лекарства?

– А ты сам-то когда последний раз был на пятом этаже? – спросил Саша. – У меня компьютер показывает, кто куда ходит. Могу про любого всё посмотреть. Ты же лет десять вообще на пятый не заглядывал, откуда ты знаешь, что они там делают?

– Я знаю, поверь мне. А теперь, если ты не против, я домой, – он потянулся к ручнику, но охранник не спешил отставать.

– Пропуск на все этажи есть только у тебя и у начальства, – Саша говорил, следя взглядом за лениво ползающими по стеклу дворниками, – тебе он достался потому, что ты с хозяевами конторы с самого начала работал. Но как только компания стала приносить доход, главный от тебя избавился, сделал обычным работником. А пропуск отобрать забыл. Так что ты до сих пор можешь ходить, куда хочешь, но ты не ходишь. Почему?

– Специально, чтобы у тебя всегда была тема для раздумий. Выходи, мне надо ехать. Иначе я тебя самого сдам твоему начальству.

– И без такого удобного пропуска останешься.

– И что? Не смогу ходить туда, куда и так ни разу не ходил, – Сергей перегнулся через салон, потянул ручку пассажирской двери и с усилием толкнул её от себя, – угроза, конечно, была страшная, но я не поддался. Смирись и иди проверять чужие сумки, в любой момент кто-то может украсть калькулятор.

– Ну ладно, – Саша придержал дверь, – сколько ты хочешь?

– Да что ты привязался, а? Оставь меня в покое, нисколько я не хочу! Я домой хочу!

– Двадцать тысяч хватит? – спросил Саша, зажимая рукой защёлку ремня, не давая отстегнуть себя от автомобиля.

– Пошёл на хрен из машины! – заорал Сергей и несильно пнул охранника кулаком в бок.

– Ай! Ты чего дерёшься? – Саша от удивления потерял бдительность, ослабив контроль над ремнём. Сергей выдернул защёлку и толкнул собеседника наружу.

– Да подожди ты! – тот упёрся руками в дверной проём. – Подожди! Дай расскажу! Что ты толкаешься? Сто тысяч! Сто тысяч даю!

– Каких, к чёрту, сто тысяч? – удивился Сергей, прекратив попытки выдворить охранника из машины.

– Да блин! Ну какие бывают сто тысяч? Обычные, – Саша воспользовался передышкой противника, захлопнул дверь и тут же пристегнулся, – это важно для безопасности. Поехали отъедем немного, я тебе расскажу. Ну что ты так подозрительно смотришь? – упрекнул он Сергея. – Не стоит такие вещи обсуждать рядом с работой. Давай отъедем, и я расскажу, как можно получить деньги за десять минут.

Помотав головой, чтобы отогнать мысли о дурном сне, Сергей снял машину с ручника и осторожно двинулся к воротам во внешний мир. Ничего с пятого этажа он выносить не собирался, даже за большие деньги. Но послушать историю охранника, который при зарплате в тридцать тысяч раздаёт обещания на сто, ему было интересно. Вдвоём они отъехали от работы почти на километр, пока Саша не потянул его за руку.

– Не, ну ты далеко-то не едь, мне ещё обратно возвращаться по этому ливню, вон стань у магазина.

Они остановились у супермаркета, оклеенного баннерами с обещанием сказочных скидок. Сергей подумал, что на сто тысяч рублей в этом магазине можно было бы достойно встретить старость, особенно если ты любишь просроченное молоко и помятые бананы.

– Ну и что там начёт твоего предложения? – спросил он Сашу, вновь ставя машину на ручник.

– Короче, история длинная, долго рассказывать, – охранник замолчал и в задумчивости почесал нос. – В общем, у нас на пятом этаже теперь лаборатория. Лекарства там делают, мне знакомый говорил.

– Не делаем мы никаких лекарств! – перебил его Сергей. – Не делаем. Мы не фармацевты, мы от этого слишком далеко. Программы, игры – вот наша продукция. Ну какие таблетки?

– Делаем уже, говорю тебе. Нужно забрать из лаборатории несколько таблеток. Заберёшь – и деньги твои. Согласен?

– Нет, – Сергей помотал головой, хотя ему становилось всё интереснее, он раньше и не догадывался, что может произойти в мозгу человека от слишком частого разгадывания кроссвордов, – не согласен. Там наверняка сейчас всё в камерах, да и мой пропуск засветится при входе на пятый этаж. Меня легко найдут. Не пойдёт.

– Да это не проблема, – отмахнулся Саша, – камеры минут на пять отключить – плёвое дело. И посещение твоё сразу же сотрём. Мы же не секретный объект, у нас безопасность хромает.

– Да я вижу, – сказал Сергей, внимательно посмотрев на охранника, но тот не понял сарказма. – И что там за таблетки такие, что ты такие деньги за них предлагаешь?

– От любой болезни, – прошептал охранник, наклонившись к самому уху собеседника, – друг сказал, что лечат всё, хоть инфаркт, хоть насморк. И возвращают молодость.

– Глупости ты говоришь какие-то, – помотал головой Сергей, – не существует в мире таких лекарств. Если фармацевты за все века не придумали ничего подобного, то программисты тоже вряд ли сделают.

– Слушай, не веришь – не надо. Ты, главное, мне вынеси.

– А кому ты их продать-то собираешься?

– Маме нужны, я же говорю, – Саша изобразил на лице обиду, – она у меня старая уже, болеет.

– Я же не идиот, не надо такую чепуху мне рассказывать. Ты слишком легко расстаёшься с сотней тысяч, значит собираешься продать таблетки.

– Для мамы ничего не жалко! – охранник продолжал стоять на своём, и Сергей сдался. Ну какая разница, что именно Саня решил сделать с таблетками, всё равно ничего красть не стоило. Да и нет никаких таблеток, кто-то просто наплёл ерунды доверчивому, но предприимчивому охраннику. – Ну так что, принесёшь?

– А у тебя уже есть план? – спросил Сергей.

– Конечно! – Саня подпрыгнул на сиденье и выдернул из защёлки ремень, сочтя, видимо, что все опасности миновали. – Завтра опять моя смена, в час дня я выключу камеры, ты войдёшь на этаж, в комнату 514, там в это время все уже расходятся на обед. На столе в дальнем левом углу между большими креслами должны стоять банки с таблетками, их не прячут, возьми столько, сколько можешь, но чтобы не было заметно, что кто-то брал. Спрячь в карман и на выход, а данные о твоём посещении я сотру.

– А ты откуда так хорошо знаешь, что там и где?

– Друг рассказал, – невозмутимо ответил Саша, – к тому же, как охранник, я обязан знать, что и как организовано. Для безопасности! Ну так что?

– Ладно, – Сергей кивнул, – сделаю, как ты сказал. Но деньги мне отдашь завтра же. Для безопасности.

– Да не вопрос! – охранник заулыбался, снова потёр руку о мокрые брюки и протянул Сергею, который с сомнением посмотрел на неё. – Тогда до завтра! – Саша понял, что рукопожатием их союз скрепить не удастся, поэтому нащупал ручку, открыл дверь и наполовину выбрался наружу. – Только ты завтра просто пройди мимо меня на работу, ну как всегда, словно мы не знакомы, а ровно к часу поднимись на пятый этаж, всё будет готово. Хорошо?

– Хорошо, – Сергей тихонько тронулся с места, и охранник поспешил выбраться из салона и захлопнуть дверь.

Он выехал на дорогу, аккуратно лавируя между глубокими лужами на асфальте. Старенькие шины, практически уже лишившиеся протекторов, не любили воды и старались оторваться от дороги на любой неровности. Конечно, сто тысяч могли бы решить часть подобных проблем, но Сергей не собирался ничего воровать у хозяев компании. Да, когда-то они вместе начинали, но судьба – штука странная.

Он добрался до дома, кое-как припарковал машину почти на въезде во двор, вышел и осмотрелся. Здесь кто-то мог бы легко зацепить его, но у старых машин есть и преимущества, их не так жалко, как новые. Он постоял, глядя на сверкающий после дождя двор, на ряды чужих автомобилей, заполнивших всё свободное пространство. Люди зарабатывали, брали кредиты, кто-то просто воровал, не стесняясь. У всех были деньги, а вот у Сергея их не водилось, хотя он получал неплохую зарплату. Но попробуйте три раза жениться, завести пятерых детей и купить квартиру в ипотеку. И тогда вы можете стать обладателем раритетного шведского автомобиля с лысыми покрышками. Ведь вы этого достойны.

– Ладно, ты всё равно у меня лучше всех, – Сергей легонько пнул колесо, стараясь не сбить с арки бахрому ржавчины, и пошёл домой.

2

УАЗик в последний раз тряхнуло на кочке, и Денис стукнулся головой о затянутое плотной шторкой стекло, окончательно проснувшись. Заскрипели тормоза, из-под пола вылетел очередной клуб деревенской пыли, специально созданной для проверки силы духа тех, кто ездит на «буханках». Эти машины не в ответе за тех, кого приручили.

– Всё, приехали, – водитель заглушил двигатель и развернулся к сидящим в салоне бойцам, – дальше своим ходом.

Командир поднялся с сиденья и стоял, согнувшись, посреди салона, упираясь спиной в потолок. Природа наградила его ростом, несовместимым с этим автомобилем, да и с большинством других тоже.

– Так, ещё раз – заложник нужен живым, никакой лишней стрельбы, – свою речь он почему-то начал прямо в машине, хотя стоять ему было неудобно. – Сейчас наблюдатели расскажут, что и как, потом аккуратно подбираемся к дому, оцениваем и действуем по обстановке. Всем оставаться на связи, лишний раз не высовываться. А теперь на выход.

Только после этого напутствия он открыл дверь и выбрался наружу, в начинающиеся сумерки, а за ним потянулись все остальные.

– Как заново родился, – подумал Денис, последним высовываясь из тесной машины. Целую вечность они тряслись в крохотном, раскалённом на солнце салоне, потея и упираясь сразу всеми частями тела друг в друга, и вот наконец выбрались на свет, словно команда братьев-близнецов. Только один командир выделялся среди них ростом, но он был чужой, неизвестно кем присланный сегодня «для выполнения особо важного задания».

Сзади подкатила вторая машина, и поднятая ею пыль обволокла всё вокруг. Денис чихнул, за что тут же получил злобный взгляд от командира, хотя тормоза автомобиля скрипели громче раз в десять, и никто не ставил этого в укор УАЗику. Следом за второй группой бесшумно остановился реанимационный Мерседес с врачами, на которых Денис посмотрел с завистью. У них в микроавтобусе не летала пыль, и ехали они там втроём, обдуваемые свежими ветрами из немецкого кондиционера. Говорила же мама – учись, сынок, на доктора!

– Дорогу перекрыть, никого не пропускать, ты, ты и ты – идёте в обход дома, вот сюда, – командир негромко раздавал указания, тыча пальцем в карту на экране, – по команде двинетесь первыми, как подойдёте – сообщайте, по моему сигналу начнёте. Что там наблюдение говорит?

Он о чём-то переговаривался по рации, а Денис, надышавшись свежим воздухом с полей, на минуту задумался о том, как прекрасно было бы переехать в деревню, пить по утрам парное молоко и разводить гусей, жирных, ленивых, вразвалочку идущих с пруда домой, пока ты куришь на крыльце свою вечернюю сигарету без фи…

– Ты чё там, спишь что ли? – подзатыльник привёл его в чувство. Рядом стоял командир с рацией в руках. – Тебе неинтересно? Думаешь, мы в магазин собрались за конфетками? – он махнул головой в сторону деревни. – Вот пристрелят они тебя там, мне оно надо? Зачем ты вообще тут такой нужен, мечтательный?

Теперь Денис стоял и слушал, ощущая себя виноватым, а командир прочитал короткую лекцию о пользе внимательности, концентрированности и уважения к начальству, словно времени в его распоряжении было предостаточно.

– Ладно, – наконец он успокоился и отошёл от Дениса, – что я говорил? Дом стоит в стороне от остальной деревни. В доме четыре человека, включая заложника, двое вооружены. Четвёртая – бабка. Бабку, если что, тоже постарайтесь не задеть. Собаки нет, не залает, но в сарае куры и поросёнок, так что всё равно не шуметь. Во дворе машина. Наша задача – подкрасться, обезвредить охранников, заложника забрать. Снайперы отправляются к наблюдателям, оттуда дом хорошо просматривается. Если удастся этих двоих ликвидировать – хорошо, если нет – придётся работать нам.

На этот раз Денис старался внимательно слушать, но непривычно тихий голос командира опять нагнал на него тоску по деревенской жизни. Спохватился он только когда все тронулись, и кто-то двинул его локтем, чтобы расшевелить.

Солнце совсем скрылось, и Денис с трудом различал фигуры остальных бойцов, осторожно ступающих по траве рядом с дорогой. Шли молча, только в наушнике изредка раздавался подбадривающий шёпот командира. Вскоре вдалеке из-за зарослей лопухов и крапивы показался дом с двумя светящимися окнами, и все остановились по команде.

– Так, вы обходите дом сзади, со стороны деревни, вы двое – справа, – командир шёпотом раздавал команды, а Денис почему-то представлял компьютерную игру, в которой он выделяет мышкой юнитов и отправляет одних добывать дерево, а других – строить конюшню. Это было так забавно, что он чуть было не рассмеялся. – А вы держитесь сзади, вместе с этим мечтателем, – очередь дошла и до Дениса, – заодно и на крышу поглядывайте, вдруг туда полезут. И мечтай поменьше!

Все бесшумно рассыпались в стороны, а Денис с напарником, пригнувшись, добрались до старого штакетника, стоящего рядом с кустами малины, и затаились. Несколько минут не происходило ничего, только сверчки выводили свои однообразные песни о прекрасном летнем вечере. Ноги затекли от неудобной позы, но Денис терпел, вглядываясь в темноту, чтобы никого не пропустить. Старый деревенский дом с крохотными окнами, задёрнутые шторы, сквозь которые пробивается тусклый свет от самой дешёвой в мире лампочки. От всего этого веяло спокойствием и умиротворением, даже представить было трудно, что внутри сидят бандиты, охраняющих какого-то секретного учёного.

Зачем бандитам учёный? Где они его взяли? Почему они сидят с ним в деревне? Он что, строит им в погребе коллайдер? Бомбу? Печатный станок для денег? Зачем вся эта странная операция в темноте, не проще ли было дождаться дня, когда все злые выйдут из дома, чтобы хорошие могли издалека их пристрелить? Денис знал, что ответов на эти вопросы ему не получить. Он должен обезвреживать преступников, знать что-либо о них совершенно необязательно. Но всегда было так интересно, что именно натворили все эти личности с тёмной стороны, которых приходилось обезвреживать. Человек любопытен от природы, но на пути этого любопытства часто стоят вот такие командиры, сводящие ответы на самые интересные вопросы к бестактному «не твоё дело».

Вдруг треснуло стекло, звякнули осколки, и через секунду в доме раздался громкий выстрел. Освещённое окно разлетелось вдребезги, улетев в темноту вместе с кусками деревянной рамы.

– Один готов, второй ранен, – ожил наушник, – следите за окнами.

– Сволочи! – заорал кто-то в доме. – Я его убью, только суньтесь!

Вслед за этим грохнул ещё выстрел, и второе окно рассыпалось осколками.

– Мамушки мои, убивают! – заверещала из дома бабка.

– Не вижу его, он в тёмной комнате.

– Кто за домом, подходите ближе! Заложник где?

– Все вместе в комнате с бабкой.

– Не высовываться. Обходи машину! Что там сзади? Видно что-нибудь?

– Помогите, люди добрые! Помогите!

– Давай вперёд, давай!

– Ни хрена не видно в доме.

– Башку в окно не суй!

– Я вас к чертям перестреляю всех! А ну заткнись, дура!

Крики из дома и в наушниках перемешивались с недовольным кудахтаньем из сарая и лаем собак по деревне, но, к счастью, никто из жителей пока не вышел на улицу поинтересоваться, что случилось. Никто и не успел ничего понять, прошло всего несколько секунд. Ноги Дениса окончательно затекли, и он упёрся коленями в траву.

– В доме драка!

– Вижу цель.

– Можешь убрать? Только не задень заложника! Только не задень!

Ещё раз звякнуло стекло, и в ухе раздался спокойный голос:

– Есть. Второй готов. Заложник не задет.

– Заходим, заходим!

Тени вокруг дома собрались в клубок и метнулись ко входной двери.

– Там что-то не так! – заорал вдруг наушник.

И в этот момент внутри раздался треск выстрела, и тени вновь рассыпались

– Что там, вашу мать, такое?

– Кто-то стрелял в заложника!

– Чёрт! Все к дому, живо!

Денис вскочил с травы и рванул вперёд, но напарник тут же поймал его за руку и дёрнул обратно.

– Ты куда?

– Сказали же – все к дому! Давай! – Денис выдернул руку и побежал, не слушая возражений.

Он проскользнул в открытую калитку, добежал до двери и вошёл в дом, зацепив на крыльце какое-то ведро, которое с лязгом улетело в темноту. Внутри везде горел свет, в первой комнате за накрытым столом лежало тело, наверное, выстрел застал охранника прямо во время ужина. В следующей лежали уже двое, а над ними стоял командир с бойцами, по полу комнаты на четвереньках ползала бабка, причитающая что-то уже совсем невразумительное.

– Срочно сюда! Срочно! – командир орал в рацию, видимо, вызывая медиков.

Денис осторожно просунул голову между стоящими и посмотрел на лежащие на полу тела. Одним из них был заложник, его фото неожиданно всплыло в памяти, командир, кажется, показывал его всем перед операцией. В руке он тоже сжимал пистолет, и было хорошо видно, что никакие медики помочь ему уже не в состоянии. Это была неудача.

– Так… С приказом о погоне все ознакомлены? Все подписывались? – командир убрал рацию и повернулся лицом к бойцам. И тут Денису реально стало страшно. Работающая с перебоями память вдруг услужливо напомнила про приказ о погоне, полученный пару недель назад. Все сочли его чьей-то неудачной шуткой, хотя у всех собрали подписи об ознакомлении, после чего ещё и провели тренинг по поведению в случае этой самой погони. – Времени мало, но я напомню вам, что в особых ситуациях смерть преступника или заложника не является причиной прекращать операцию. Сейчас как раз такой случай, заложника надо вернуть, поэтому нужен кто-то для погони за ним. Добровольцы есть?

Все как-то сжались, опустили головы, отчего командир стал казаться ещё больше ростом. Он стоял над всеми, больше похожий на Белоснежку среди гномов или даже на грибок с детской площадки, укрывающий малышей от дождя. Вот только командир, кажется, не собирался никого защищать. Денис застыл на месте с открытым ртом, не веря, что всё происходит по-настоящему, и тут же командир поймал его взгляд.

– Нет добровольцев? Тогда вот ты, мечтатель, – он протянул свою лапищу и выдернул Дениса из толпы, – всем разойтись!

– Не надо! – Денис попытался вырваться, краем глаза заметив, как все отошли в стороны, не поднимая взглядов. Командир был очень силён, он одной рукой держал сопротивляющегося Дениса, а второй вытаскивал пистолет.

– А ну стоять! – рявкнул он, направляя на Дениса оружие. – Тебя же предупреждали – жить будешь! Хрена ты боишься? Вся аппаратура для оживления у нас тут с собой, но нужно, чтобы ты хотел жить! И заложник тоже. Вспоминай инструкции, через пять минут вернёшься обратно. И чтобы не один! Ясно? Догоняй заложника, уговаривай его вернуться и сразу назад! Там время может идти иначе, но в любом случае помни, что у тебя всего пять минут!

– Не надо! – ещё раз крикнул Денис и поднял руки, инстинктивно пытаясь спрятаться от наведённого на него ствола. Он дёрнулся изо всех сил и закрыл глаза в ожидании выстрела, но ничего не происходило, командир не стрелял.

Денис ещё несколько секунд стоял, скрючившись, пока наконец не решился посмотреть, что происходит. Он уже сейчас предвкушал будущие шутки про то, как его напугали до полусмерти, хотя ничего смешного в ситуации не было. Нельзя так поступать с людьми. И все ведь знают, что нельзя, но всё равно будут издеваться, потому что тоже испугались, и этот страх надо чем-то компенсировать. Странный сегодня день. От желания жить в деревне до основ психоанализа меньше, чем за час.

Он открыл глаза и посмотрел вверх, где, как ему казалось, должен был стоять командир. Но там не оказалось никого. Более того, вокруг вообще не было людей, пропала даже бабка со своими стонами. Пропали трупы с пола, кровь, оружие, сам пол, окна и дверь в другую комнату. Пропало даже само ощущение реальности, хотя только что было совсем рядом.

Он стоял в тёмном туннеле, с трудом различая серые стены вокруг себя. И только где-то далеко-далеко виднелось яркое пятно света.

Часть 2

Показать полностью
274

Практикант на киберферме

Практику будете проходить между цехом печати мяса и автоматами синтеза молока. Не волнуйтесь, всё автоматизировано, вам лишь нужно подчищать за роботами. Они очень усердные, но слегка неряхи = )

Практикант на киберферме Ссср-2061, Будущее, Фантастика

Автор — Филипп Свиридов, участник проекта СССР-2061

75

Нет времени. Часть 3

Часть 2

Время исчезло, в комнате не было часов, за отсутствующим окном не всходило и не садилось солнце, не пели птицы, не звенел будильник у соседей за стеной. Юрий отсчитывал дни по количеству принесённых подносов с едой. Три подноса – сутки, хотя, может быть, его кормили и не три раза в день.

По его подсчётам прошло почти четыре недели с тех пор, как его заперли в этой комнате. После смерти Бориса он сидел тут один, а из людей видел только солдата, приносившего еду и периодически менявшего лампы на потолке, но поговорить или подружиться с ним не получилось, солдаты каждый раз приходили разные и все неразговорчивые.

Юрий просил их выпустить его или хотя бы позвать сюда Андрея Павловича, но дверь всё время запирали, и в следующий раз приходил лишь очередной солдат с подносом. Здесь совершенно нечем было заняться – ни телевизора, ни компьютера в комнате не предусмотрели, а телефон остался где-то в будущем. В туалете даже не поставили баллончик освежителя, поэтому даже почитать было нечего. Юрий просил принести ему книжек, и в один из визитов солдат, кроме еды, принёс ему раскраски, фломастеры и сборник стихов Агнии Барто.

– А можно мне что-нибудь для взрослых? – Юрий с удивлением посмотрел на солдата, который просто пожал плечами и ушёл. Но через несколько часов явился следующий с несколькими потрёпанными детективами в мягкой обложке. Юрий попробовал их читать, но не смог, эта литература сильно уступала и Агнии Барто, и раскраскам, да и текстам на баллончиках с освежителем. А потом, устав от безделья, он всё равно прочёл даже эти книги, от скуки люди и не на такое способны.

Он просил новую одежду, но никто не приносил её, он сам стирал в душе дурацкие джинсы и рубашку, сушил их на батарее, а сам ходил замотанным в несвежую простыню, которую тоже никто ни разу не поменял. Одежда потеряла цвет и местами уже порвалась, но даже на это никто не обратил внимания. А ещё у Юрия выпал молочный зуб.

И вот наконец, когда он в очередной раз валялся на кровати, уставившись в потолок и разглядывая новые трещины между несколькими перегоревшими лампами, замок щёлкнул, хотя для очередного приёма еды было рано. Юрий давно ждал хоть каких-то изменений, поэтому быстро сел в постели, надеясь, что кто-то пришёл к нему с хорошими новостями.

В комнату вошёл человек лет сорока пяти в военной форме, он кивнул стоящему в коридоре солдату и тут же закрывшему дверь, прошёл через комнату и сел за стол. Юрий всматривался в его лицо, не понимая, что именно он видит.

– Андрей Павлович? – наконец решился спросить он.

– Да, – военный кивнул и потёр щетину на подбородке, – что, не похож?

– Похож, – кивнул в ответ Юрий, – только что у вас с лицом?

– Это я у тебя спросить хочу. У всех ваших уже спросил.

– Не понимаю, вы о чём? Каких ещё наших? Я вообще-то тут у вас взаперти сижу, у меня никаких наших нету.

– Какую заразу вы с Борисом привезли из космоса? – военный наклонился, схватил кровать и подтянул её к себе, заставив Юрия схватиться за одеяло, чтобы не упасть.

– Какую заразу? – Юрий удивлённо повторил слова собеседника.

– Ещё раз внимательно посмотри на меня! – Андрей Павлович наклонился к Юрию, и до того долетел запах немытого тела. – Сколько мне лет на вид?

– Не знаю… Сорок? – Юрий на всякий случай сбросил несколько лет, чтобы не обидеть человека.

– А сколько было в прошлую нашу встречу?

– Я не знаю! Может просто скажете, что случилось?

– Мне было двадцать восемь. Сейчас я выгляжу почти на пятьдесят, – военный оставил кровать в покое и сел, – с вашего приземления прошёл почти месяц. Вы упали рядом с деревней, и за следующие три дня в ней умерли все старики. Мы решили, что какой-то вирус, оцепили там всё, закрыли людей. Потом оказалось, что и с детьми беда – у всех большой аппетит, они только и делают, что едят. И растут. Они за несколько дней превращались во взрослых!

– Чего? – не поверил Юрий. – Но как?

– Вот так! – Андрей Павлович ненадолго замолчал. – И ещё взрослые начали стареть. А потом то же самое началось в соседних деревнях, потом в городе. Сначала умирают старики, а потом всё население начинает превращаться в стариков, которые, как я уже сказал, умирают. И это не всё, то же самое началось и здесь у нас. Мы изолировали всех, кто контактировал с вами или кораблём, я сам сидел взаперти в такой же комнате и общался только по телефону. Не помогло. Все, кто работает на соседних объектах, тоже заболели.

– Это не болезнь, – Юрий схватился за голову, – это то, о чём я вас предупреждал!

– Мы догадались, что это такое, – военный усмехнулся, – не глупее тебя. Хотя ты меня ещё о таком не предупреждал, мы же с тобой встретимся только в будущем, пусть я и не понимаю, как это теперь возможно. Твой генератор создал какое-то пространство, которое оказалось стабильным и начало расширяться, меняя наши физические законы. Вы привезли его на Землю, и теперь каждый, кто в него попал, сам становится эпицентром расширения. Каждая муха, пролетевшая через это пространство, вылетает наружу и ускоряет расширение. Но мух скоро не останется, они не успевают размножаться в таких количествах, они стареют гораздо быстрее людей. И сами люди успели отсюда слетать в Москву, и не только туда, теперь половина центральной части страны стремительно стареет. Я поговорил с вашими, которые эти твои генераторы строили, они не знают, что делать. Никто не знает. Пространство расширяется медленно, но люди успели разнести его во все стороны и продолжают разносить, а ещё и животные помогают. Даже ветер, мать его, ускоряет расширение! При самом благоприятном прогнозе страна не продержится и года. Да и, скорее всего, весь мир проживёт ненамного дольше. Хотя не совсем весь. Есть один счастливчик.

– В каком смысле – счастливчик? – насторожился Юрий. – Кто это?

– А ты видел себя в зеркале?

– Да.

– И сколько тебе лет?

– Вы хотите сказать?.. – Юрий вдруг понял, куда клонит собеседник. – Когда я прилетел, мне было на вид лет шесть. И до сих пор столько же! Я не расту с огромной скоростью, не старею, со мной всё нормально. Я почему-то попал в какое-то другое пространство, которое тоже стабильно, но не расширяется и привязано к моему телу! И то, расширяющееся пространство не влияет на моё!

– Вот что-то типа того мне ваши умники и сказали, – кивнул Андрей Павлович, – так что в скором времени ты можешь остаться единственным человеком на планете. Не знаю только, чем ты будешь питаться – продукты портятся очень быстро, животных и растений не останется. Всё неживое тоже страдает, хоть не так сильно. Техника быстро выходит из строя, здания начали быстрее рассыпаться, даже одежда снашивается за несколько дней. Поэтому мне очень нужно, чтобы ты включил свой генератор и ещё раз создал нам всем такое же пространство, как у тебя.

– Я не знаю, как это сделать, ведь это всё совершенно случайно вышло. Не понимаю, как Борис попал в одно пространство, а я в другое! Вряд ли я повторю то же самое дважды.

– То есть шансов у нас нет?

– Я не знаю ответа, – масштаб катастрофы ужасал Юрия, но он не мог придумать, как остановить её, – я ведь специально не достроил свой генератор, боялся чего-то вот такого. Вы меня заставили это сделать! И всё это ради чего? Захотели спасти одного человека, без которого в мире мало что поменялось бы?

– Борис рассказал всё-таки… Но сейчас не время выяснять, кто в чём виноват, и кто достоин спасения, – остановил его Андрей Павлович, – сейчас нам нужно всё исправить, а награждать и наказывать будем потом.

– Говорю же, я не знаю, как это исправить! – крикнул Юрий.

– Тогда давай я тебе расскажу свою идею. Судя по вашим рассказам, вы в прошлый раз успешно отправились в прошлое, так?

– Вы что, хотите отправить меня ещё раз? – Юрий резко вскочил, отчего лямки его джинсов оторвались окончательно, но он даже не заметил. – Корабль ведь всё равно разбился!

– Нет, он висит на орбите, – военный снова наклонился и подтянул испуганному Юрию штаны, – судя по вашим рассказам, вы полетите на нём в будущем, недели через две. Вот тогда он и разобьётся, но уже в прошлом. А сейчас он в космосе, целый и невредимый, ждёт своего часа. Полетите ещё на шесть недель назад, топлива на возвращение должно хватить, в прошлый раз же хватило. Когда вернётесь – передадите сообщение сразу с корабля. Расскажете, что случится и предупредите нас, чтобы через полтора месяца, когда вы появитесь, вас оставили на орбите.

– Но мы ведь снова привезём это пространство на Землю! Вы сейчас изначально отправляете его в прошлое вместе с ракетой, на которой мы полетим в космос! Станет только хуже! Проблема возникнет раньше!

– Побудете временно на космической станции, пока оттуда пространство расширится до Земли, у нас будет время на то, чтобы решить проблему.

– Я не полечу в космос! – Юрий сел на одеяло и снова заплакал, понимая, что его возражения не имеют никакого значения. – Я ведь ребёнок, в этот раз я точно умру!

– Хорош реветь! Не умрёшь. Мы уже для тебя даже скафандр сделали. Ну и Борис снова тебе поможет.

– Но ведь он же умер, – на секунду Юрий даже прекратил плакать, – чёрт, в этом времени он жив, потому что ещё никуда не летал.

– Вот-вот! Без соплей ты мне нравишься больше. – Андрей Павлович встал и пошёл к двери. – Вылет завтра, надо торопиться, вся техника с Земли долго не прослужит, а до корабля в космосе ваша зараза пока ещё не добралась. Так что готовься, ждать некогда, времени нет.

И Юрий снова остался один.

*

Он второй раз оказался на корабле в сопровождении Бориса, который несколько часов назад предстал перед ним в виде ещё крепкого мужчины, но с уже появляющейся сединой и пока ещё неглубокими морщинами на лице. Наверное, он попал в новую реальность не так давно, как его начальник. Ещё Юрий снова встретил ту же лаборантку, но уже более взрослую. Она, конечно же, не знала его и снова рассказала про управление генераторами, только в этот раз говорила медленно и постоянно пыталась приводить примеры на конфетах и яблоках.

– У вас ошибка в расчётах, – сказал ей Юрий посреди объяснения, – и её надо исправить. Вы не учли, что один из генераторов будет работать уже внутри пространства, созданного другим…

– Ничего исправлять не надо, – стоящий рядом Андрей Павлович дёрнул его за новый красивый комбинезон без рисунков и отвёл в сторону, – я хочу, чтобы вы повторили все действия в точности так, как было в прошлый раз.

– Но ведь изначально можно сделать лучше!

– Сделайте то, что вам сказано!

И вот теперь он очнулся уже в невесомости, внутри корабля, и в этот раз болела не только голова. Кто-то открыл его шлем и легонько шлёпал по щекам чем-то влажным, а вокруг свободно летали мелкие капли воды. Юрий вспомнил старт с Земли, видимо, он снова не выдержал, только в этот раз он пропустил и полёт, и стыковку. Он повернул голову вбок и увидел рядом ещё двоих людей, которые пытались привести в чувство Бориса. Он тоже был без сознания, кажется, возраст не щадит никого. А теперь он перестанет щадить и обитателей этой космической станции, у которых до появления здесь гостей был шанс стать последними жителями планеты.

– Живой? – спросил один из космонавтов, и Борис махнул рукой. – Тогда давайте за работу, с Земли торопят.

Все выплыли наружу, закрыв за собой дверь. Борис помотал головой, от которой вдруг отлетело несколько красных капель, оттолкнулся от переборки и, доплыв до Юрия, ухватил его за скафандр, посадил в кресло и начал затягивать ремни.

– Эй, это не моё место, – Юрий поймал напарника за руку, – ты чего делаешь?

– В этот раз это твоё место, – тот высвободился и защёлкнул все ремни, затянув их потуже.

– Но я за твоим пультом, а ты за моим. Что за чепуха?

– Будешь говорить мне, что надо делать. Я буду делать.

– Вы думаете, что со мной это случилось из-за места? – Юрий стал догадываться, что происходит. – Или просто хотите отомстить мне за мой возраст?

– Никто тебе не мстит, – Борис завис над пультом, не садясь в кресло, и переключал там что-то, – но, если место играет какую-то роль, ты можешь стать ещё моложе лет на двадцать. Сколько тебе тогда будет? Об этом ты подумал?

– Чёрт, нет, – ругнулся Юрий, – зато подумал о другом. Давай обсудим…

– Помолчи, – Борис закончил с пультом и полетел к соседнему креслу.

– Мы всё равно не почувствуем старта. Давай…

– Помолчи, я сказал! – Борис бросил злой взгляд на Юрия, и тот заткнулся.

Корабль сообщил о включении генераторов и начал обратный отсчёт.

*

– Связь со спутником есть, – Юрий открыл глаза, увидев перед собой болтающийся в воздухе зад. Борис успел уже отстегнуться и теперь опять возился с пультом, закрыв собою весь обзор. – И по его данным мы попали на шесть недель назад.

– Я, кажется, опять отключился, – сказал Юрий, пытаясь сообразить, что на этот раз случилось с его возрастом. Скафандр по-прежнему был ему впору, но это ничего не значило, ещё на Земле они обсудили, что без еды Юрий всё равно вряд ли сможет вырасти. Телу было больно, но точно так же он себя ощущал и на космической станции. – Борис, сколько мне лет?

– Ты не изменился, – тот оторвался от работы и повернулся. В открытом шлеме показалось морщинистое лицо древнего старика, – а вот мне не везёт.

– Прости меня, – Юрий начал отстёгивать ремни, но это оказалось не так просто, Борис неуклюже оттолкнулся от пульта и помог. – Спасибо. Если бы я не придумал этот генератор, ты бы прожил долгую жизнь. Но я не хотел, чтобы это всё случилось… Ты уже отправил сообщение?

– Да, уже… Отключил заодно звук, он всё равно говорит – ни хрена не разобрать.

– Борис, я понимаю, почему ты не хотел говорить при старте. Но теперь-то можно. Давай я угадаю, что будет дальше? Мы очень далеко от Земли?

– Не особо, – покачал головой тот и нажал кнопку, после чего створки окон поехали вниз, – где-то на таком же расстоянии, как от Луны.

– Тебе приказали не приближаться к планете, так? И мы уже не сможем вернуться на Землю? – Юрий на секунду отвлёкся, глядя на появившийся в окне голубой шар Земли. – А что будет с нашим кораблём, который прилетит в будущем, через пару недель?

– Думаю, его собьют. Думаю, они вычислили его траекторию, и сейчас в сообщении мы эти данные отправили на Землю.

– Но ведь мы тогда погибнем! Ты же понимал это с самого начала! Как ты на это согласился?

– Мы и тут долго не протянем, еды и воды здесь всего на несколько дней. – Борис вдруг вытащил пистолет и протянул его Юрию. – Держи, это тебе. Я, скорее всего, скоро умру от старости, тебе же придётся умереть от жажды или разгерметизации, кораблю неплохо досталось, не один я пострадал. Поэтому даю тебе альтернативу. А по поводу моего согласия на такое дело… Просто это единственный способ спасти всех, – он оглянулся, словно искал что-то, – тут хоть и невесомость, но почему-то так хочется лечь и отдохнуть! Ну что ты уставился на меня? Что я ещё мог сделать? Сказать – нет, спасайте планету сами?

– Есть ещё один способ, нужно было подумать о нём сразу. Он опасный, но иначе планете всё равно конец, – Юрий в страхе отодвинулся от пистолета, и тот повис между ним и Борисом, –мы сможем позвонить отсюда на мобильный телефон? Через спутник.

– В принципе… Наверное, да. Опасно только, хотя какая теперь разница? А кому ты хочешь звонить?

– Своему начальнику. Я расскажу ему, что делать.

– Ну ладно, – Борис вернулся к пульту, – сейчас попробую, если тут всё не развалилось окончательно, – он возился, продолжая говорить, – только учти, что задержка в одну сторону составит где-то пару секунд. И ещё – тебе никто не поверит, это тоже помни. И нас могут разъединить, поэтому говори быстро. Так… Работает. У тебя в шлеме наушники, звук пойдёт в них, микрофон уже перед тобой. Давай номер.

Юрий диктовал, Борис жал на кнопки, и цифры высвечивались на тусклом экране. Несколько секунд не происходило ничего, а потом пошли гудки.

– Алло, – сказал вдруг голос Петрова в наушниках, и Юрий начал говорить, – алло, вас не слышно!

– Не останавливайся, – подсказал Борис запнувшемуся Юрию, – продолжай.

– Товарищ полковник, это Юрий Некрасов, сотрудник вашей лаборатории. Я тот человек, который изобрёл генератор пространства, и последние полтора года вы заставляли меня проводить расчёты, чтобы выяснить, что может сделать моё изобретение. Я знаю, что это секретная информация, и её нельзя обсуждать по телефону, но ситуация критическая. Пожалуйста, попробуйте прямо сейчас отследить, откуда я звоню, и вы поймёте, почему это так важно, – Юрий говорил, не останавливаясь, хотя полковник несколько раз пытался перебить его. – У меня есть информация для вас, но рассказать всё я смогу только после того, как вы отследите меня, иначе не поверите. Я подожду.

– Не останавливайся, – зашептал Борис, – говори сразу, а то связь отрубят.

– Не клади трубку, – сказал после паузы полковник, – но если это такая шутка, то последствия тебя не обрадуют.

– Это не шутка, – ответил Юрий и сразу переключился на Бориса, прикрыв ладонью микрофон, – придётся попытаться.

В наушниках пару минут ничего не было слышно, но потом голос полковника появился снова.

– Мальчик, кто ты? – спросил он. – Я проверил лабораторию, и мои люди все на месте. Кто ты и зачем звонишь?

– Просто проверьте, откуда идёт мой звонок. И я всё расскажу.

– Ладно, не отключайся, – голос пропал, и Юрий с Борисом остались в тишине. Они молча переглядывались, ожидая продолжения разговора. Минуты шли, но наушники молчали, пока наконец в них не раздался щелчок.

– Нас отключили, – Борис посмотрел на пульт и пощёлкал переключателями, – всё, больше никакой связи нет.

– Подожди, ты не знаешь полковника, – сказал Юрий, стараясь сам верить в эти слова, – его ещё ни разу ничто не останавливало.

Связь ожила где-то через час. На экране мигнули надписи, и удивлённый Борис вернулся из-под потолка к пульту.

– Вызывают, – он нажал кнопку, – отвечай.

– Вот теперь говори, – Юрий снова услышал голос Петрова, – кто ты такой, и как ты туда попал?

И Юрий в очередной раз рассказал свою историю. Борис иногда вмешивался в разговор и дополнял, а полковник слушал, не задавая вопросов.

– Если этот бред – правда, то что ты предлагаешь мне сделать? – спросил он, когда Юрий закончил.

– У меня в лаборатории стоит недостроенный генератор. Его нужно доделать, только потребуются небольшие изменения и очень много энергии. Через две недели прилетит ещё один корабль с нами, нужно успеть всё сделать до того, как он подлетит к Земле. Думаю, вы сможете это организовать.

– Для чего?

– Я знаю, как спрятать планету.

– Ты сам сказал, что новое пространство ничем нельзя остановить.

– Планету можно спрятать не в пространстве. Спрячем её во времени.

*

Почти обе недели он просидел на корабле в одиночестве. Борис умер на вторые сутки прямо рядом с пультом, и Юрий, закрыв его шлем, с трудом пристегнул напарника к креслу. Ему было жутко, но ещё страшнее становилось от мысли, что покойник будет свободно летать по кабине.

Он ждал, когда ему позвонят. Борис сразу показал, как пользоваться связью, как сходить в туалет и где находится еда. Юрий большую часть времени провёл в своём кресле, потому что перемещаться в невесомости было очень трудно, и он боялся, что может попросту зависнуть в пространстве и навсегда остаться в таком виде. Он дремал, поглядывая то на экран, то на труп рядом и ожидая сигнала, но полковник не звонил, и Юрий уже начал думать, что тот не поверил ему, и всё оказалось напрасным. Но в один момент связь ожила.

– Алло, товарищ полковник, – Юрий от волнения так дёрнулся, что чуть не выскользнул из-под ремней.

– Извините, полковник не может поговорить с вами, – сказал незнакомый голос, – ваши слова и данные вашей передачи подтвердились, мы засекли ещё один такой же корабль, очень быстро приближающийся к Земле. Примерно через час он будет здесь. Сбить его не получилось, он слишком быстрый для любого нашего оружия. Принято решение воспользоваться вашим планом.

– Вы достроили мой генератор?

– Да. Включаем через пять минут. Вы понимаете, что спасти вас мы не сможем?

– Понимаю.

– Тогда прощайте, Юрий, – голос помолчал, – и спасибо вам.

В наушнике щёлкнуло, Юрий отстегнул ремни, оттолкнулся посильнее от кресла и подлетел к окнам, из которых всё ещё была видна Земля. Чтобы не улететь, он ухватился пальцами за щели, в которых прятались створки, и стал наблюдать.

Земля неподвижно висела на одном месте. Борис настроил корабль, чтобы тот автоматически держался окнами к планете. Вдруг земной шар резко потускнел, размылся и полностью исчез из вида. Всё заняло буквально три секунды. Юрий глубоко вздохнул, в Солнечной системе осталось всего три живых человека, двумя из которых был он сам. Где-то в космосе сейчас нёсся ещё один корабль, потерявший теперь свою цель.

– Вот и всё, – Юрий собрался вернуться к креслу, но тут вдруг вид из окна заставил его остановиться. Размытый синий шар вдруг появился снова, он набирал яркость, Земля обретала чёткие очертания. – Не может быть! Не получилось?

Он со страхом смотрел на появляющуюся планету, осознавая, что его план не удался, и тут обзор закрыл космический корабль, неожиданно возникший перед окнами. Юрий с удивлением смотрел на него, что-то подобное в последний раз он видел только в фантастических фильмах.

– Юрий Сергеевич, – сказал вдруг кто-то позади, и Юрий от страха резко развернулся, ударившись головой и завертевшись на месте, – простите, что напугал, – незнакомец в чёрном тонком подобии скафандра ловко подплыл к Юрию и схватил его за ногу, остановив вращение, – здравствуйте! Всегда хотел с вами познакомиться. Ещё раз простите!

– Вы кто? – Юрий никак не мог прийти в себя.

– Всего лишь один из тех, кого спасло ваше изобретение и ваша идея включить генератор, чтобы создать вокруг Земли пространство, в котором время идёт назад. Пятьдесят лет время шло вспять, после чего генератор отключили, и вот мы вернулись за вами. С момента вашего подвига прошло сто лет, хотя для вас, скорее всего, несколько минут.

– Подождите, – остановил незнакомца Юрий, – но тогда бы я видел вторую Землю с самого начала!

– Временные парадоксы – немного не моя специальность, вам лучше расскажут про них другие. А сейчас нам нужно идти на наш корабль, – собеседник указал рукой на тёмный прямоугольник за своей спиной, – у меня есть немного телепортации, к сожалению, она работает только на небольших расстояниях. Мы вернёмся на Землю и снова включим ваш генератор. Время придётся развернуть ещё раз, ведь вы на втором корабле продолжаете лететь в нашу сторону. Мы не смогли решить проблему с расширяющимся пространством, которое вы везёте, мы можем лишь временно создавать защитное поле, поэтому я и могу здесь находится. Думаю, вы поможете нам решить и эту проблему, ваше тело само по себе является её решением.

– Хорошо, – согласился Юрий, который немного потерялся из-за обилия информации, – сто лет? То есть все, кого я знал, уже давно умерли.

– Увы, – человек развёл руками, – пойдёмте, времени у нас мало. Но вообще-то… Есть одна версия – перед включением вашего генератора с Земли отправилась ракета, чтобы забрать космонавтов со станции. По легенде на ней полетел и ваш начальник, полковник Петров, а ещё он взял и вас с собой. Космонавты не вернулись со станции, и вы с полковником тоже. Это, конечно, просто догадки, но вероятно, вы взяли экспериментальный корабль с вашими генераторами и отправились на нём куда-то. Во всяком случае, ни вас, ни Петрова больше никто и никогда не видел. Так что есть шанс, что вы ещё встретите и себя, и своего начальника.

– Если это так, то мы обязательно встретимся, – они остановились в нескольких сантиметрах от прямоугольника, – моего начальника невозможно остановить. – Юрий оглянулся на своего напарника. – А как же он?

– К сожалению, он должен остаться здесь, – незнакомец покачал головой, – его тело опасно.

Юрий кивнул головой, повернулся ко входу в новую жизнь и сделал шаг.

Показать полностью
62

Нет времени. Часть 2

Часть 1

Очнулся Юрий от жуткой головной боли и неприятного ощущения во всём теле, он застонал и попытался открыть шлем скафандра, хотя ему никто и не рассказал, как это сделать. Оказалось, что стекла перед ним и так нет, зато перчатки перепачканы в крови, а сам он пытается взлететь, но ремни удерживают его.

– Очнулся? – сбоку раздался голос, и Юрий, с трудом повернувший голову, увидел в соседнем кресле Бориса, – не пугайся, это у тебя из носа кровь пошла, ты вырубился после старта и уже пятый час в отключке. Через двадцать минут стыковка, готовься.

Он отстегнулся, видя, что учёный ничего не может понять, завис в воздухе и подлетел к Юрию, чтобы помочь ему закрыть шлем, который тоже оказался весь испачкан кровью. Они явно были в космосе, и Юрий, наконец осознав это, попытался посмотреть в иллюминатор.

– Лучше не надо, – раздался голос Бориса, – ещё и тошнить начнёт, в невесомости ты вряд ли захочешь это пережить.

После стыковки он отстегнул Юрия от кресла и практически дотолкал его до шлюза. Юрий старался двигаться самостоятельно, но его только крутило и бросало в стороны, отчего боль в голове превращалась в нестерпимую.

– Давай, давай, – Борис втянул его на станцию, где оказалось ещё несколько человек. Они подхватили учёного и какими-то очень узкими коридорами дотащили его до ещё одного шлюза, не сказав по дороге ни единого слова, – сюда. Да быстрее ты!

По шлюзу они попали в ещё один коридор, а потом в отсек с креслами и пультом управления, но уже без иллюминаторов. Здесь уже всё работало, экраны светились, выводя параметры генераторов и ещё какую-то непонятную информацию. Борис пристегнул Юрия к одному из кресел, а сам сел во второе.

– Ты готов? – спросил он.

– А мы что, сразу летим? – Юрию казалось, что в его жизни и без того случилось слишком много событий сразу.

– Да, сейчас уходим с орбиты и отлетаем от Земли, основной генератор включим уже далеко отсюда, – он говорил и проверял что-то на пульте, – перед тобой три экрана с параметрами генераторов, всё работает автоматически, но, если что-то не так, сразу говори мне. Просто так туда руками не лезь!

– Три внутренних минуты до включения генератора гравитации, – сказал женский голос, хотя сразу было ясно, что это робот, – Пять внутренних минут до включения генератора мощности, приготовьтесь.

– Подожди, мы включим генератор прямо рядом с Землёй? – Юрий дотянулся до Бориса и потянул его за скафандр. – Это же очень опасно!

– Поздно волноваться, – тот стряхнул с себя руку, – лучше приготовься.

Юрий не знал, что надо сделать, чтобы приготовиться. При старте с Земли он пытался настроить себя, но в результате потерял сознание от перегрузок. А там он хотя бы знал, чего ждать, что же будет сейчас – совершенно неизвестно.

Голос ещё несколько раз предупредил о готовности, а потом начался обратный отсчёт. Юрий висел на ремне, вцепившись в кресло и забыв о боли в голове, и тут вдруг его потянуло вниз, он ощутил, что невесомость исчезла, генератор заработал. Он посмотрел на экран, где подсветилось растущее ускорение, заодно моргнули и поехали вверх ещё несколько показателей, среди которых выделилась зелёным «Скорость времени» и что-то незнакомое с названием «Компенсация ускорения».

– Старт, – механический голос произнёс это весьма обыденно, словно они только что завели автомобиль и собираются ехать на работу.

Юрий ожидал толчка, но получил лишь прыжки цифр на экране. Казалось, корабль даже не сдвинулся с места, но тут на пульте перед Борисом зажглись показатели скорости, которые росли невероятно быстро.

– Мы правда летим? – Юрий попытался открыть испачканный шлем, но ничего не получалось.

– Во внешнем мире прошло шесть суток восемнадцать часов, – женщина-робот не дала Борису ответить, – приближение к орбите Юпитера. Запуск основного генератора пространства через пять внутренних минут, приготовьтесь.

– Так быстро? – теперь удивился Борис. – Или это ошибка в программе?

– Не думаю, – Юрий оставил шлем в покое, – возможно, я просто изобрёл бога.

Борис постучал кулаком по голове, давая понять, что сомневается в душевном здоровье напарника, но больше ничего не сказал. Время на экране медленно приближалось к нулевой отметке, и вновь за десять секунд начался обратный отсчёт.

– Старт, – голос завершил считать и в этот же момент неизвестная сила вдавила Юрия в кресло. – Пространство создано, входим. – Сила нарастала, Юрий сначала решил, что это ускорение, но пульт показывал, что скорость не меняется.

– Что происходит? – закричал Борис, зачем-то пытаясь отстегнуться и ухватиться за пульт.

– Не знаю! – Юрий крикнул в ответ и тут же увидел мигающую красным надпись: «Гравитация».

Он потянулся к экранам, но руки поднимались с трудом. Пересиливая себя, он всё же сумел ухватиться за джойстик и потянул моргающий красный ползунок, руки вдруг обрели свободу, кровь прилила к голове, вызвав новую вспышку боли.

– Что это было? – Борис перестал извиваться в кресле и теперь сидел, повернувшись к своему напарнику.

– Это, кажется, ошибка в расчётах, – Юрий смотрел на остальные показатели и искал ещё расхождения, – все расчёты изначально исходят из обычных условий нашего пространства. Мы же попали в пространство с иными физическими законами. Один генератор не учитывает то, что сделал второй. Внешний мир поменялся, физика поменялась, а внутренний генератор исходит из параметров нашего обычного пространства!

– Пять внутренних минут до разгона, – перебил его женский голос корабля, и вдруг появился второй голос, уже мужской, – расчётная компенсация ускорения недостаточна, требуется регулировка.

– Я ничего не понимаю, – Борис ухватился за Юрия и тряхнул его, – всё должно было сработать автоматически, ты можешь объяснить по-простому, что случилось?

– Да не сейчас, – тот оттолкнул напарника и вернулся к пульту, – если мы срочно не скомпенсируем ускорение, нас просто расплющит, да и корабль тоже.

Он потянул вверх ползунок с компенсацией ускорения, получив ещё одно предупреждение о недостаточности, потянул второй раз, но голос упрямо твердил, что этого мало. Через минуту ползунок упёрся в свой максимум.

– Расчётная компенсация ускорения недостаточна, – голос словно объявлял станции в метро, а не сообщал о грядущей смерти, – три внутренних минуты до разгона.

– Отменяй запуск, – теперь уже Юрий повернулся к Борису и встряхнул его, – мы не выдержим ускорения.

– Нет, – тот расставил руки, защищая собой свою часть пульта, словно Юрий смог бы там в чём-то разобраться, – у меня задание, никаких отмен.

– Идиот, нам осталось жить две минуты!

– Поменяй что-нибудь ещё! Тебя для того и взяли!

– Я уже всё выкрутил до предела! Больше некуда! Отменяй!

– Нет! – Борис оттолкнул потянувшегося к нему учёного. – Исправляй свои параметры!

Юрий хотел ещё раз заплакать от бессилия, теперь-то смерть уж точно стала неизбежна. Хотя… Он посмотрел на пульт управления, где уже давно стоял на месте показатель «Скорость времени». А что если сильно ускорить время? Возможно, ускорение не сможет нанести им особого вреда, если будет действовать лишь малую долю секунды. Но как на все эти изменения отреагирует автоматическая программа управления полётом? Неизвестно. Подумаем об этом завтра.

Юрий потянулся джойстиком к скорости времени и резко дёрнул его вверх до самого максимума.

*

– Две вн…их ми… д… ормож…н… – Юрий открыл глаза, услышав запинающийся механический голос. Вокруг было темно, руки и ноги постоянно упирались во что-то мягкое, но не позволяющее свободно двигаться. Головная боль исчезла, не оставив даже намёка о себе.

Он покрутил головой и моргнул несколько раз, испугавшись, что ослеп. Оказалось, что голова тоже упиралась во что-то, и при движении сверху появился еле заметный свет. Юрий постарался высвободить руки, поднял их и, ухватившись за какие-то предметы, подтянулся к источнику света. Он увидел перед собой пульт управления, на который смотрел из шлема скафандра, только почему-то скафандр сильно увеличился в размерах. Больше половины ламп на потолке погасли, один из экранов не работал, остальные светили тусклыми зелёными цветами. Повернув голову к напарнику, Юрий увидел Бориса, неподвижно развалившегося в соседнем кресле. Он сидел, раскинув руки и ноги, словно пьяница, заснувший посреди вечеринки.

– Ты живой? – Крикнул он и удивился, что его голос сорвался на какой-то писк. – Ты меня слышишь?

– Да, – кивнул головой тот, выпрямляясь, – болит всё.

Борис сел в кресле и уставился в цифры на пульте. Голос снова начал обратный отсчёт, запинаясь и заикаясь. Юрий попробовал тоже сесть, но не смог – скафандр стал на несколько размеров больше его тела.

– Что здесь случилось? – Борис продолжал смотреть на пульт, но что именно его заинтересовало, Юрий не знал.

– Тормож…н…еееее, – голос хрипел, глотал буквы, но не останавливался, – орбита З…млл… Выберите даааааальн…еееее дейс…еее.

Видимо, они уже вернулись к Земле. Ускорившееся время заставило их пропустить и разгон выше скорости света, и возвращение в обычное пространство, и повторный вход-выход для торможения, и путь домой. Но для корабля всё это, видимо, даром не прошло, раз что-то случилось с женщиной-роботом и скафандром Юрия. При этом они вдвоём остались живы, а это главное. Осталось выяснить, где они сейчас находятся в пространстве и времени.

– Сейчас, сейчас, – Борис бормотал хриплым голосом, переключая что-то на пульте, – так, есть сигнал со спутника. Получилось, сегодня седьмое марта, мы в прошлом. Но промахнулись, попали на шесть недель назад, а не на три.

– То есть мы сейчас не рядом с Землёй? Автоматика привела не в то место?

– Нет, мы рядом, автоматика пересчитала расстояние, только со временем ошиблась. Ладно, давай попробуем звонить.

Вытащив телефон, Борис потыкал в него пальцем, огромным из-за размеров перчатки. Телефон и не подумал включится, даже не моргнул.

– Дай свой, – Борис отстегнулся от кресла и, не дожидаясь согласия, вытащил телефон Юрия, – давай, работай! – Он постучал ладонью по массивному корпусу спутникового телефона. – Чёрт! Оба мёртвые. Придётся садиться.

– Отк…ююююч… гравитаццццццц… – вмешался корабль, и тут же без обратного отсчёта тело стало лёгким, а Юрий, державшийся на пальцах, моментально уткнулся макушкой в шлем скафандра.

Борис, оторвавшийся от пола, неуклюже ухватился за ручку кресла, подтянулся и сел на место, пристегнувшись и тяжело дыша в микрофон. Сейчас он больше напоминал очень больного человека, а совсем не того спортивного парня, который всего несколько часов назад сел в корабль на Земле.

– Так, будем садиться, – прохрипел он, нажал что-то на пульте, и впереди вдруг начали опускаться створки, открывая окна, которые до этого были совсем не заметны. За окнами светился огромны синий шар Земли, словно планета сама излучала сияние. Вдруг что-то хрустнуло, и створки остановились на полпути. Борис ткнул пальцем в пульт, что-то загудело, створки дёрнулись ещё раз, но так и остались на месте. – Чёрт! Ни хрена не работает! – Борис продолжал что-то нажимать, и Юрий вдруг увидел, как у него под пальцами отломился один из переключателей, улетев куда-то под потолок. – Из какого дерьма они собрали этот корабль?!

Наконец Борис остановился, засунул руки под пульт и подтянул к себе оказавшийся там самолётный штурвал.

– На всякий случай, – он постучал по штурвалу, повернувшись к Юрию, и тот вдруг понял, что лицо напарника выглядит как-то не так, – сажать нас будет автоматика, но мало ли что. Готовься, сейчас полетим.

Юрий в очередной раз не знал, к чему стоит готовиться и как это делать, поэтому просто посильнее вцепился пальцами в скафандр, и тут же автоматический голос заскрипел из динамиков, окончательно разучившись говорить по-человечески. Корабль качнулся вперёд, отчего Юрия отбросило, и он больно ударился головой о шлем. Скорость росла, но планета двигалась навстречу очень медленно и лишь примерно через полчаса полностью закрыла собой весь обзор из окон.

– Будет трясти, – крикнул Борис, потому что двигатели ревели очень громко, хотя раньше работали практически беззвучно, – а ещё нас могут попытаться сбить, если заметят. Готовься!

Уставший готовиться Юрий опять посильнее схватился изнутри за скафандр и читал только что им самим придуманные молитвы. Корабль тряхнуло раз, другой, загорелись какие-то индикаторы на панели. Борис снова переключал что-то, стараясь не промахнуться, потому что, даже пристёгнутого ремнями, его всё время бросало из стороны в сторону. Юрий хватался за скафандр изнутри, но руки не выдерживали, и его раз за разом било о внутреннюю обшивку, пока наконец он не упал куда-то вниз, лишившись возможности видеть, что происходит в кабине.

Снаружи раздался противный писк, голос корабля пытался что-то сказать, но только скрипел и булькал в динамиках, вызывая ещё больший страх. Борис матерился и орал что-то, но Юрий не разбирал и половины слов. Корабль перекосило, Юрия придавило к одному из боков скафандра, но через несколько секунд перевернуло в другую сторону, хоть он и держался изо всех сил. Потом его ещё несколько раз дёрнуло, и он полностью потерял ориентацию.

– Держись! – заорал откуда-то Борис, и Юрий снова вцепился во что-то в темноте.

Раздался скрежет металла, корабль мелко затрясся, несколько раз прыгнув и тем самым снова изменив положение Юрия внутри его огромного скафандра. Завыла какая-то сирена, Юрия в очередной раз бросило в неизвестную сторону, он почувствовал, как в него даже через скафандр врезаются ремни безопасности. И вдруг всё остановилось.

Юрий наконец смог вздохнуть и повернуть голову, чтобы определить, где находится шлем. Он выгнулся насколько мог, полез в ту сторону, откуда шёл свет и опять оказался в шлеме скафандра. К его удивлению кабина не разрушилась, хотя её перекосило, откуда-то шёл то ли дым, то ли пар, все мониторы погасли, хотя сам пульт светился. В окнах плыли облака, а Борис сидел в соседнем кресле, со стоном дёргая замки ремней.

– Ты живой? Можешь идти? – хрипел он, и Юрий понял, что обращаются к нему.

– Живой, – он ощупал себя на всякий случай, но, кажется, всё было цело, хотя и болело от ударов, – но пойти не смогу и из скафандра сам не выберусь.

– Сейчас, – Борис попытался встать, но только вскрикнул от боли и упал в кресло, закричав снова. Он умолк и отдышался. – Я, кажется, что-то сломал, не могу идти. Сейчас попробую ещё раз.

Он осторожно поднялся в кресле на руках, Юрий слышал, как напарник скрипит зубами, но продолжает двигаться. Борис перевалился через ручку своего кресла, дотянулся до ремней соседа, отстегнул их и потянул Юрия к себе, стараясь развернуть, чтобы можно было открыть скафандр. Он почти уже ревел от боли, но не останавливался.

– Не надо, – крикнул Юрий, – просто шлем мне открой.

– Не вылезешь, – прохрипел Борис.

– Открывай шлем!

Борис просунул руку куда-то под голову напарника, покрутил ею там и дёрнул вверх стеклянное забрало. Юрий просунул наружу руки, сжал плечи и полез из скафандра, который сопротивлялся, но был настолько велик, что не смог надолго задержать человека внутри себя. Он выбрался, стараясь не выпасть из кресла, но в последний момент всё же сорвался и растянулся на полу, заодно выяснив, что лежит совершенно голый.

– Что за нахрен с тобой? – услышал он голос Бориса и поднявшись на ноги, обернулся. Напарник продолжал висеть на подлокотнике, только теперь он тоже открыл свой шлем, из которого на Юрия сверху вниз уставилось удивлённое лицо старика лет восьмидесяти, покрытое мелкими каплями пота.

– Со мной порядок. Это с тобой что случилось? – спросил Юрий, инстинктивно отшатнувшись и прикрывая низ живота руками.

– Ты ведь ребёнок, – прохрипел Борис, пытаясь где-то там наверху вернуться в кресло. Он даже в своём полулежачем положении был очень высоко, он словно стал великаном. Юрий подскочил к нему и попробовал помочь сесть, толкая снизу, но его непривычно крохотные руки потеряли всю силу и ничего не могли сделать. Наконец Борису удалось вернуться в кресло, он вскрикнул, сжал подлокотники, но тут же успокоился и посмотрел вниз, – тебе лет пять-шесть на вид. И голос у тебя писклявый.

– А тебе лет сто на вид, – сказал в ответ Юрий, – генератор что-то сделал с нами.

– Ладно, потом, – Борис вытер лицо перчаткой, – судя по всему мы сели около какой-то деревни, эта посудина начала разваливаться в полёте, и автоматика отключилась, так что мы далеко от базы, – он говорил с перерывами, ловя воздух ртом, – тебе надо выйти и найти телефон, слова и номер помнишь?

– Да, наверное, – Юрий не знал, помнит ли он вообще что-то, но сейчас было не лучшее время в этом признаваться.

– Одежду только вытащи себе, – Борис указал рукой на лежащий в кресле скафандр, – хоть замотайся в неё, не ходи голышом. Заодно и надпись на всякий случай будет.

Юрий подёргал скафандр, пытаясь сбросить его на пол, но его сил не хватило, скафандр весил слишком много. Он ухватился за ручку, подпрыгнул, забрался в кресло и сунул руку внутрь шлема, несколько раз провёл ею в глубине, разыскивая хоть кусочек одежды, пока наконец не наткнулся на что-то. Он дёрнул ткань вверх и потащил наружу футболку, которая вдруг остановилась на полпути, но тут же разорвалась на две части почти без звука. В руках у Юрия остался хороший кусок мокрой тряпки с частично разъехавшейся надписью.

– Здесь всё гнилое, – прокомментировал Борис, – но тебе хватит. Замотайся и иди наружу, тут только один выход, судя по датчикам наружную дверь оторвало, ты должен выбраться. Беги и звони, нельзя, чтобы нас нашли раньше, чем ты сообщишь всё.

Юрий пошарил в кармане скафандра в поисках бумаги с надписью, но там оказалась лишь мелкая труха. Он скомкал кусок футболки, чтобы не порвать, присел и спрыгнул с кресла. По дороге до выхода он заметил, насколько неровно стоит пол. Массивную дверь из этой пультовой он со своей новой комплекцией не смог бы открыть никогда, но теперь её перекосило в проёме, оставив огромную дырку в ржавом металле. Юрий пролез в неё, сделал несколько шагов по узкому коридору и оказался перед огромной дырой в обшивке. Он обмотался тряпкой, связав её края и стараясь не порвать, вышел наружу и оказался босыми ногами в снегу. Он стоял в поле, а рядом, немного задрав вверх нос, лежал полуразвалившийся корабль, почему-то больше всего напоминающий колбасу с крыльями.

Босые ноги заныли от холода, Юрий отвернулся от корабля и увидел невдалеке дома, от которых в его сторону уже бежали несколько человек. Он бегом бросился им навстречу и затормозил, только почти уже столкнувшись с первым спешащим на помощь.

– Телефон, – Юрий крикнул, хотя это снова оказалось больше похоже на писк, – у вас есть телефон?

– Чего? – человек, кажется, не ожидал такого напора от уже посиневшего на холоде ребёнка.

– Дайте телефон, срочно нужно позвонить!

Житель деревни несколько секунд в недоумении смотрел на стоящего рядом мальчика, но всё же вытащил из кармана древний кнопочный телефон и протянул его Юрию. Тот схватил его, развернул болтающийся снизу кусок футболки с надписью и набрал номер.

– Слушаю, – трубку взяли после первого же гудка.

Юрий узнал голос Андрея Павловича и начал проговаривать вслух все слова, даже не подглядывая. Память вдруг стала выдавать фразу за фразой, словно эти бессвязные сочетания были известными всем поговорками.

– Вы где? – спросили в трубке после недолгого молчания, когда Юрий закончил говорить.

– Сейчас, – он протянул телефон владельцу, – скажите ему, где мы.

Человек взял из его рук свой телефон, и Юрий упал в снег, потеряв сознание.

*

– Давай, давай, – кто-то легонько толкал его в плечо, – просыпайся, парень.

Юрий открыл глаза и увидел над собой человека в белом халате.

– Пришёл в себя, кажется, всё в порядке, – сказал тот, отвернувшись в сторону, – видимо, просто отключился из-за шока. Хотите, я ещё здесь побуду, понаблюдаю?

– Нет, – над головой появилось лицо Андрея Павловича, и доктор встал, – можете идти.

Военный с сомнением смотрел на лежащего перед ним мальчика, Юрий смотрел на него в ответ и молчал. Он, конечно же, сделал всё, что от него требовалось, но только теперь военным понадобятся ещё и ответы на многие другие вопросы.

– Это правда? – Андрей Павлович наконец-то сел рядом, убедившись, что за врачом закрылась дверь. – То, что сказал мне Борис… Вы на самом деле Некрасов Юрий Сергеевич тридцати четырёх лет, сотрудник лаборатории полковника Петрова? И то, откуда вы к нам прилетели?

– Да, – Юрий пропищал в ответ своим тонким голосом, – мы ещё в деревне?

– Нет, мы вас к себе привезли, ты всю дорогу проспал, – военный почесал голову и опять помолчал. – Знаешь, с одной стороны я ничему этому не верю, я ничем таким не занимаюсь, у меня другая работа, но с другой… Сообщение ваше, корабль этот, Борис, постаревший лет на пятьдесят. Ничего не могу понять. Ты же учёный, получается? Не пацан пятилетний? Объяснишь мне, что здесь и как? Что с вашим возрастом?

– Я не знаю, – Юрий пожал плечами, которые оказались укрыты тёплым одеялом, – видимо, что-то случилось при работе всех этих генераторов, первый раз ведь включили. Мы ведь не знаем даже, как один на нас повлияет, а тут сразу три работало. Плюс ещё ошибки в ваших расчётах из-за их совместной работы.

– Это не мои расчёты, я про это первый раз сегодня услышал. Но ты как взрослый говоришь, – Андрей Павлович покивал головой, – расскажи мне всю историю с самого начала. Борис говорил, но он сам плохо понял, что именно у тебя стряслось с этими генераторами, поэтому расскажи сам.

– Подождите, а информация наша пригодилась? – Юрий даже испугался, что слетал напрасно, поэтому упёрся локтями в кровать и попытался выбраться из-под одеяла, но военный остановил его, положив ладонь на грудь.

– Не вставай, – сказал он, – информация передана куда надо. А пока расскажи мне свою историю.

И Юрий рассказал.

*

Солдат принёс ему одежду – маленькие джинсы с лямками и страшными розовыми рисунками, крошечную клетчатую рубашку без рукавов и ещё какие-то девчачьи босоножки. Он положил всё это на кровать перед Юрием и улыбнулся.

– Извини, пацан, есть только это. Носков и трусов не нашлось, – солдат потрепал его по волосам, и Юрий грозно посмотрел в ответ. Он ещё не видел себя в зеркале, хотя и догадывался, что в глазах окружающих он выглядит обычным маленьким ребёнком, – до тебя у нас тут детей в армию не брали.

Он сам посмеялся над своей шуткой, ещё раз провёл своей огромной лапищей по голове Юрия, который на этот раз уже смирился, и пошёл к выходу.

Юрий выбрался из-под одеяла, встал на кровати и впервые внимательно осмотрел своё новое тело. Всё было таким непривычно маленьким, а кожа очень нежной, хотя местами уже проступили синяки и ссадины, полученные при приземлении. Он натянул на себя одежду, которая, несмотря на свой размер, оказалась даже немного велика, особенно босоножки, противно болтающиеся на ногах при ходьбе по одеялу. Юрий сбросил их и осмотрел комнату, в которой находился. Довольно большая по сравнению с той, в которой он ночевал перед полётом, но те же две кровати, стол, стулья, санузел и ни единого окна. Он аккуратно слез с высокой кровати, подошёл к двери, дотянулся до ручки и подёргал её, выяснив, что заперт.

В туалете он обнаружил зеркало над раковиной, но оно висело очень высоко. Юрий вернулся в комнату, схватил табуретку, которая тоже оказалась непривычно тяжёлой. Как вообще можно выжить, когда тебе шесть лет? Он всё же дотащил табуретку до зеркала, забрался на неё и наконец-то смог посмотреть на себя. Напротив, в отражении, стоял тот самый милый мальчик с детских фотографий с родителями, со школьным букетом и ранцем или верхом на трёхколёсном велосипеде.

– Единственная пока приятная часть изобретения, – сказал он сам себе, показал отражению язык и слез на пол, – только как теперь на работу ходить?

Вернувшись в комнату, Юрий не нашёл, чем там можно заняться кроме того, чтобы лежать и думать. И он приступил, прокручивая в голове события последних двух дней и строя догадки, что именно случилось с ними и почему. Ну и, конечно же, – что же такого они предотвратили?

Погрузившись в мысли, Юрий снова задремал. Он проснулся от звука открываемого замка, на пороге стоял ещё один солдат с подносом в руках, пытающийся своим задом прикрыть дверь. Наконец дверь захлопнулась, солдат дошёл до стола и поставил на него поднос. В этот раз там не было колбасы и лапши, зато была чашка супа, хлеб, салат и две котлеты с макаронами.

– Ужин, – этот солдат оказался не таким дружелюбным, он просто озвучил очевидное и ушёл, закрыв дверь уже руками.

От запаха еды проснулся аппетит, Юрий спустился с кровати, забрался на табуретку у стола и принялся есть. Через десять минут его прервал ещё один щелчок замка, и, обернувшись, он увидел уже двоих солдат, которые осторожно закатили внутрь кровать на колёсиках. На кровати лежал пожилой человек, вся нижняя половина туловища которого была замотана бинтами и скреплена какими-то металлическими прутьями.

– Борис? – Юрий с трудом узнал своего напарника. Тогда, на корабле, тот не казался настолько старым. А сейчас вся тонкая белая кожа на его лице была покрыта просто миллионом морщин, даже цвет глаз стал каким-то тусклым, а редкие волосы побелели.

– Ага, вот такой я теперь, – Борис говорил очень медленно и непривычно, кивая головой в такт словам. Юрий заметил, что во рту у собеседника почти не осталось зубов, отчего голос и звучал так странно, – зато ты хорошо выглядишь, как я посмотрю.

Солдаты вынесли из комнаты стоявшую у стены кровать, подкатили на её место Бориса и вручили ему какой-то пульт.

– Если нужна помощь, или в туалет захочешь – жми, – сказал один из них, и они ушли.

– Ты что, думаешь, что я виноват в случившемся? – спросил Юрий, забыв об остывающей котлете.

– А кто виноват? – Борис опять покивал головой, отчего его седые волосы расползлись по подушке. – Посмотри на нас, разве не ты забрал мою молодость и здоровье?

– Я? Забрал? – от возмущения Юрий спрыгнул с табуретки, но так пришлось смотреть на собеседника снизу-вверх, поэтому он залез обратно. – Ты же понимаешь, что мы не в кино про ведьм? Это наука, в ней всё иначе! Нельзя взять возраст одного человека и передать его другому! Я физик, я изобрёл этот генератор, я предупредил, что оборудование никогда никто не испытывал, и оно опасно. Я говорил, что и сам не знаю, какие будут последствия у всех этих действий. Я не сделал ничего плохого, я нас спас, когда появилась ошибка, я работал на вашем оборудовании, причём видел его практически впервые! Ты и правда считаешь, что я мог подстроить такое?

– Не знаю, – Борис говорил с трудом, вдыхая ртом и делая большие паузы, – может быть, это и не ты. Только всё хорошее досталось тебе, а плохое мне.

– А ты видел, что случилось с кораблём? Он же ржавый оказался, не понимаю, как он не развалился ещё в космосе! У тебя переключатели отламывались в руках, окна заело, одежда вся старая стала, в руках расползалась! Мы словно лет пятьдесят летели без сознания. Хотя нет, так бы мы умерли от голода и обезвоживания. Всё-таки это генератор что-то с нами сделал.

– Что-то… – вздохнув, Борис попробовал отвернуться, но смог лишь повернуть голову к стене.

– Я никогда бы не навредил никому, – сжавшись на табуретке, Юрий смотрел на обиженного старика, не зная, как оправдаться, – я хороший человек, правда. – Он подождал, но собеседник не реагировал, а только продолжал громко дышать в стену. – Что мы должны были исправить? Ради чего этот эксперимент?

– Лучше тебе не знать, – ответил Борис, так и не шевельнувшись.

Юрий посмотрел на стол, отодвинул подальше поднос с едой, аппетит уже пропал. Он прошёлся по комнате, разыскивая выключатель, но не смог его найти. Поэтому просто залез в кровать, отвернулся от горящих наверху ламп и уткнулся лицом в подушку.

Проснулся он в темноте, видимо, свет здесь выключался автоматически. Откуда-то со стены светила тусклая синяя лампа, позволявшая рассмотреть комнату при отсутствии окон. Где-то совсем рядом что-то булькало и тряслось, Юрий сел в кровати, спросонья не соображая, что происходит. Он тряхнул головой, прислушался и понял, что звук идёт с соседней кровати, и это нехороший звук.

Он спрыгнул вниз, бросился через комнату, аккуратно забрался на кровать с колёсиками, стараясь не задеть лежащего там старика.

– Что с тобой? – спросил он, пытаясь заглянуть в неестественно синее лицо Бориса. Лампа всё в комнате сделала каким-то сюрреалистичным и незнакомым.

– Мне… плохо… – тот еле слышно хрипел и хватался руками за поручни кровати. – Дышать… не… могу…

– Пульт, пульт, – крикнул Юрий, – они дали тебе пульт. Где он?

– Не… знаю… Выпал…

Юрий начал шарить вокруг тела Бориса, но ничего не находил кроме мокрой простыни да выпирающих из-под футболки рёбер.

– Чёрт! – он бросился к выходу, чтобы включить свет, но на полпути вспомнил, что тут нет выключателя. Затормозив у двери, он замолотил в неё кулаками. – Эй! Эй! Кто-нибудь! Помогите! Помогите!

Металлическая дверь отзывалась глухим звоном, Юрий колотил по ней то кулаками, то ладонями, кричал, но никто приходил на помощь. Он побежал обратно, упал на четвереньки, ощупывая пол, залез на кровать и снова начал искать пульт там, стараясь забраться даже под тело Бориса.

– Похоже… всё… – тот задышал ещё чаще. – Хочешь… знать… зачем… летали…

– Подожди, подожди, замолчи, я найду! – Юрий размазал слёзы по лицу и продолжил поиски.

– Вирус… Заболел… президент… – Борис отпустил поручень и костлявой рукой вцепился Юрию в ногу.

– Что? – тот от неожиданности остановился и сел в кровати.

– Кто-то… заразил… Он… в тяжёлом… состоянии… Врачи… сказали… вряд ли… – рука Бориса поехала вниз, дыхание всё ускорялось, становясь тише.

– Но ведь его же должны были от всего защитить!

– Нет… полной… защиты… – рука отпустила Юрия и упала на кровать.

– Мы включили прибор, который может уничтожить вселенную, ради спасения одного человека? Вы идиоты! Вы кретины! – Юрий схватился за голову. – А что насчёт остальных умирающих? Насчёт нас с тобой?

– Не все… одинаково… важн… – Борис вдруг запнулся посреди слова, несколько раз громко вздохнул и дёрнулся всем телом.

Юрий сидел, не трогая больше своего напарника, растирая по лицу слёзы и ощущая себя полным неудачником. Да, он ведь действительно считал, что изобрёл почти бога, но на деле всего лишь выпустил из бутылки джина, которому кто-то уже успел загадать плохое желание. Он в который раз спустился с кровати, дошёл до двери и замолотил в неё кулаками что есть сил.

Часть 3

Показать полностью
71

Нет времени. Часть 1

Институтская столовая никогда не нравилась Юрию, но он всё равно время от времени посещал её благодаря просыпающейся иногда лени, не дающей отходить от рабочего места дальше, чем на сто метров. В последние три недели столовая к тому же ещё выглядела так, будто находилась на грани банкротства. Несколько лет назад, во время реконструкции института, про неё почти забыли, решив сохранить дух Советского Союза хоть в каком-то подразделении. Старшее поколение утверждало, что тут всегда кормили так же плохо, убирали нечасто, а бабушка, навечно зависшая на раздаче, за последние лет пятьдесят ни разу так и не смогла услышать, что именно у неё просят, поэтому для компенсации сама орала на всех. Юрий не помнил ни Советского Союза, ни его замечательного общепита, но бабушку боялся даже больше, чем своего начальника.

И вот теперь, когда в связи с карантином всех разогнали по домам, оставив только самых перспективных и жизненно важных, в столовой было пусто и тихо, только со стороны раздачи изредка слышались грозные крики, словно какие-то голодные викинги штурмовали кастрюлю с супом.

Юрий доел свою странную котлету со вкусом то ли рыбы, то ли морковки и задумчиво смотрел в телевизор, висящий на выцветшей стене. Назад в лабораторию его не тянуло, он уже второй год занимался исключительно теоретическими расчётами или, даже скорее, просто позволял компьютеру считать варианты. И компьютер считал, не возражая, его железные мозги не знали усталости, а вот Юрию было скучно. Он несколько раз просил дать ему другую работу, но начальство требовало продолжать эту, скучную и однообразную. И вот уже третью неделю на карантине Юрий безвылазно сидел в лаборатории в одиночестве, скармливая трудолюбивому компьютеру новые параметры.

В коридоре хлопнула дверь, это было слышно даже сквозь бубнёж телевизора, и в дверном проёме на секунду мелькнула фигура полковника, за которым бежали ещё несколько человек. Юрий встал, схватил поднос с тарелками и поспешил убраться из столовой – появление полковника с незнакомцами никогда ещё не приносило хороших новостей. В такой ситуации лучшей стратегией было сидение на рабочем месте, желательно с какими-нибудь значимыми результатами.

Юрий предусмотрительно выглянул в холл, где не оказалось никого, добежал до лифта и уехал на свой этаж. В лаборатории он быстро загрузил новые данные в освободившийся компьютер и на всякий случай сел недалеко от него, надев халат и положив рядом папку с распечатками результатов. Полковник любил бумажные варианты, электронные цифры на экране нисколько не впечатляли его. Наверное, именно поэтому он до сих пор носил старые наручные часы, которые постоянно подкручивал и ругал, но менять на новые не собирался.

Около часа ничего не происходило, и Юрий уже решил, что гроза прошла мимо, но всё плохое чаще всего случается именно тогда, когда ты уже обрадовался и расслабился. Поэтому в коридоре вдруг послышались приближающиеся голоса, дверь открылась и на пороге появился злой Петров. Он раскрыл дверь пошире, пропуская кого-то:

– Вот он, забирайте, – сказал полковник в коридор, – но я вас предупредил, вы сделаете только хуже!

– Добрый день! – Юрий встал и схватил уже отложенную папку.

– Это к тебе, – Петров обернулся, но здороваться не стал, он пропустил в лабораторию парня лет двадцати пяти в военной форме, – теперь он твой начальник, делай всё, что он скажет.

Полковник вышел в коридор и изо всех сил пнул металлическую дверь, но она только лишь тихо вздохнула и плавно закрылась. Современные двери научились скрывать истинную силу наших чувств.

– Добрый день! – ещё раз сказал Юрий, но его гость тоже проигнорировал приветствие.

– Давай сразу о делах, – военный остановился рядом и оглянулся вокруг, – что у тебя с расчётами?

– В каком смысле? – Юрий растерялся, но тут же протянул приготовленную заранее папку. – Вот они. Здесь всё, что на сегодня готово.

– Это мне не нужно, – военный отодвинул расчёты в сторону и уперся кулаками в стол, не отрывая взгляда от Юрия, – своими словами расскажи. Как в школе.

– Тут же сотни страниц, что именно рассказать?

– Что может сделать твой генератор по этим прогнозам?

– Он может создать локальное пространство с заранее заданными характеристиками, – Юрий посмотрел на военного, почему-то продолжающего стоять в неудобной позе гориллы, – но это теоретически. Проверять мы не пытались.

– Ни разу? – парень наконец сдвинулся с места и сел на стул Юрия.

– Опасно ведь, – тот отошёл на шаг в сторону и пожал плечами, – мы, конечно, можем сильно ограничить область, которую создаст генератор, но если она окажется стабильна, её уже нельзя будет уничтожить.

– А зачем её уничтожать? – не унимался собеседник.

– Ну это же очевидно, – Юрию даже стало интересно, военный просто проверяет что-то или действительно пришёл к нему, не зная, что именно делает генератор пространства, – эта область может начать самопроизвольно расширяться, и если это случится, то остановить её нам будет нечем.

– Ну допустим. И что такого страшного, если она станет расти?

– Как это – что страшного? Но это же пространство с физическими законами, отличающимися от наших, – Юрий от возмущения даже бросил никому не потребовавшиеся расчёты на стол, – не факт, что мы сможем жить в нём. Вот представьте себе жука, который сидит в стогу сена. И этот жук взял и создал в стогу крохотную область с огнём, вот только огонь разгорелся и решил сжечь весь стог, а тушить его жуку нечем. У нас может случиться то же самое, только жук может улететь в поле, а нам лететь некуда, изменится вся вселенная.

– Так не создавайте огонь, – предложил военный, – создайте воду. Или попробуйте изменить какое-то свойство всего лишь слегка, просто интереса ради.

– А как это сделать? – спросил Юрий. Он шагнул к компьютеру и указал на меняющиеся на экране цифры, – вот смотрите, как много всего надо учитывать в одном единственном эксперименте. Физические законы переплетены друг с другом. Если я поменяю один из них хоть немного, остальные сами по себе двинутся вслед за ним. Я только и занимаюсь – считаю, что теоретически случится при изменении разных параметров. Попробовать-то нельзя.

– Ладно, ничего не ясно, но это всё пока неинтересно, – парень отмахнулся от объяснений, – давай короче. Твой генератор способен создать пространство, в котором время идёт в обратную сторону?

– Да, – Юрий постучал по папке, – тут у меня это один из самых первых расчётов.

– То есть мы можем включить твоё устройство, – собеседник оживился, встал и прошёлся по комнате, – поместить в него человека и отправить его в прошлое?

– Вот это вряд ли, – огорчил его Юрий, – ну просто представьте, что я сейчас включаю генератор и захожу в пространство с обратным временем, хотя меня, скорее всего, просто разорвёт при входе. Во-первых, мы не знаем, как это повлияет на человека, можно ли там вообще жить. Мы во многих случаях вообще не можем рассчитать, что будет с живым организмом при других физических законах, мы слишком мало знаем. Во-вторых, если созданное пространство нестабильно, то оно может существовать только, пока генератор работает. Внутри я доживу до момента включения генератора, после чего созданное пространство исчезнет, его ведь не было в прошлом, и я снова попаду в обычное время, где генератор только-только включится. Но вообще лучше не доходить до этой точки.

– Так возьми генератор с собой, – посоветовал военный, – в перевёрнутое время. Или просто создай пространство сразу вокруг него.

– С этим тоже есть проблемы. Мне понадобится электричество для генератора, много электричества, с собой ещё придётся прихватить целую электростанцию, разворот времени по расчётам очень энергозатратен. А ещё получившаяся область вырвет кусок нашего обычного пространства и утянет его в прошлое, мы так можем и разрушить что-нибудь, кусок с электростанцией занимает много места. Такой эксперимент я решился бы провести только в космосе, но и там придётся сначала строить электростанцию. Кстати, если пространство ещё и окажется стабильным, то появится очень большой шанс его произвольного расширения, тогда мы все начнём жить в обратную сторону. Или умрём. Или что-то ещё, не знаю, не проверял.

– Не так быстро, с этой хренью с ума можно сойти, я на первых предложениях потерялся, – военный остановился напротив Юрия, – мне это, конечно, уже объясняли, но ты просто мне скажи – в прошлое никак?

– Теоретически можно, но столько проблем, – Юрий пожал плечами, но решил, что пока ещё слишком мало знает о своём изобретении, – думаю, потребуется много лет, чтобы поставить такой эксперимент. И то не на Земле.

– Тогда давай я тебе предложу свой вариант, мне тут наши специалисты подсказали на всякий случай, – военный снова сел, притянул к себе папку, взял со стола карандаш и нарисовал круг, – мы создаём пространство, где скорость света выше, чем у нас, влетаем в него, – он нарисовал стрелку, ведущую в круг, – разгоняемся до тех пор, пока не превысим нашу скорость света, вылетаем в обычное пространство, – стрелка появилась с обратной стороны круга, – где, согласно нашим физическим законам, движемся во времени в обратную сторону. Летим до тех пор, пока не наступит нужное нам время, тормозим и оказываемся в самом обычном прошлом. Как тебе такое?

– Очень сомнительно, – Юрий с сожалением посмотрел на испорченную рисунками папку. Полковник Петров помимо бумаг любил ещё и порядок. – Тут много ограничений выскакивает. Полная энергия тела зависит от скорости света, и вдруг эта скорость резко увеличилась. Что с телом случится? Как эта энергия скомпенсируется? Я не знаю. Вообще трудно представить, что случится с тем, кто попадёт в такое пространство. Да и сколько потребуется времени и топлива, чтобы развить такую скорость? И что будет, когда тело обратно выпадет на сверхсветовой скорости в обычный мир? Нет у нас никаких законов, которые это объясняют, только предположения. К тому же затормозить потом не удастся, придётся повторно генерировать пространство с высокой скоростью света, лететь в него, тормозить там и снова обратно. И даже если это всё как-то возможно, мы в конечном итоге нарушим причинно-следственные связи, да и закон сохранения энергии тоже. Так можно и сломать вселенную. Это уже я не вспоминаю о том, что сама работа генератора может уничтожить мир.

– Но, в принципе, попробовать такой вариант ведь можно? – военный вопросительно смотрел на Юрия.

– Единственная причина, по которой я решился бы попробовать запустить генератор для такого, – он немного подумал, но вариантов в голове оставалось мало, – это для предотвращения запуска этого же самого генератора для подобного эксперимента. К тому же у меня тут в лаборатории всего лишь недоделанный прототип, и его трудно будет разогнать у нас во дворе до скорости света.

– Да нет, разгоним мы его в космосе, – заверил Юрия военный, – как ты и сказал.

– Вы собираетесь отправить мой генератор в космос?

– Не мы, – собеседник махнул рукой у себя за спиной, – а мы, – он обвёл круг, который включал в себя Юрия.

– То есть вы хотите, чтобы я помог вам построить генератор для космического корабля?

– Нет, твой генератор уже полгода болтается на орбите. Его дорабатывали, чтобы опробовать где-нибудь подальше от Земли. Но нам нужен специалист, который во всём этом разбирается.

– Вы что, хотите отправить меня в космос?

– Не хотим, но придётся. У нас почти весь отдел, который занимался твоим изобретением, лежит в больнице с воспалением лёгких, их начальство тоже там. Меня на этот проект перебросили только вчера, а я и половины понять не успел. У нас из разбирающихся во всём этом остался только ты.

– Нет, подождите, – Юрий выставил вперёд руки, словно стараясь оттолкнуть от себя ситуацию, – я учёный, я не космонавт. Я могу помочь с Земли, подсказать отсюда. Ну или дождитесь, пока ваши специалисты вернуться, это же всего пару недель!

– Нет времени, лететь надо завтра.

– Что?! Завтра? – Юрий попытался ухватиться за стол и уронил папку, рассыпав листы с данными по полу. – Я не могу!

– Понимаешь, тут выбора у тебя нет. Надо. Ситуация такая, что и завтра может оказаться поздно.

– Какая ситуация? – ничего не соображающий учёный сел на пол и стал собирать листы бумаги.

– Неважно, – военный покачал головой, – твоё дело – помочь кораблю улететь на три недели назад. Вернёшься – станешь героем.

– Но это же никто никогда не проверял, вы понимаете, что у меня почти нет шансов? – Юрий вдруг окончательно осознал, что именно с ним хотят сделать, и из его глаз сами по себе полились слёзы. Почти все эти годы, которые он работал на военных, ему нравилось его занятие. Любое оборудование, новые идеи, команда, зарплата. Он не боялся, что его изобретения используют для создания оружия, оно ведь должно просто сдерживать противника, мы же не собирались ни на кого нападать, мы мирная и добрая нация! Ему никогда не приходило в голову, что и сам он – тоже некоторого рода оружие, и им тоже можно воспользоваться в совсем не мирных целях. Хотя сейчас вообще неясно, в каких именно целях им пользуются. – Я же просто умру там.

– А ну хватит ныть! – Военный дёрнул его вверх, поставив на ноги. – Ты что, не хотел бы проверить, как работает твоё собственное изобретение?

– Не-е-е-е-ет! – Юрий попытался сказать, но вместо этого получился только долгий всхлип, он снова полез собирать бумаги на полу, и тут же получил хороший тычок в спину.

– Прекращай! – рявкнул голос сверху, но Юрий только сжался и попытался отойти в угол. – Да что же с вами всегда тяжело так?

Следующие несколько минут его просто тянули по коридору за халат, а он только всхлипывал и тёр то нос, то глаза. В себя он пришёл уже в вертолёте, где-то далеко от института. Он попытался встать, но кто-то пристегнул его к креслу. Юрий попробовал найти застёжку, но его остановила рука сидящего рядом военного.

– Мне в туалет надо, – сказал Юрий, но его спутник показал себе на уши, давая понять, что ничего не слышит из-за работающего двигателя. Он ещё раз попытался отстегнуться, но теперь уже его поймали за руки и сложили их на коленях.

Юрий посидел несколько минут, собираясь с мыслями, вытащил из-под себя полу халата, наклонился и вытер мокрое лицо. Внизу город давно сменился сначала какими-то коттеджами, дачными домиками, полями, редким лесом, а затем пошли вообще какие-то неизведанные болотистые земли из постапокалиптических фильмов.

– Где мы? – спросил Юрий, но и сам вспомнил, что в этом грохоте его никто не слышит.

Он уткнулся лбом в трясущийся иллюминатор, понимая, что сейчас изменить что-то уже не в его власти. От этой мысли почему-то стало полегче. Он подумал, что русские люди почему-то любят быть в ситуациях, когда ничего от тебя не зависит, а иногда любую ситуацию на всякий случай считают именно такой.

Солнце медленно уезжало за края болот и, глядя ему вслед, Юрий задремал.

*

Проснулся он от того, что его отстёгивали от кресла. Вертолёт всё ещё ревел и вращал лопастями, но стоял уже на асфальтированной площадке. Юрий выбрался наружу и теперь самостоятельно пошёл за военным, который махнул рукой, приглашая следовать за собой по освещённой дорожке к стоящим невдалеке домикам.

– Я Андрей Павлович, – военный на ходу протянул руку, даже не глядя на учёного, – а то как-то не успел представиться. Ты извини, Юр, за это всё, просто сейчас ты нам очень нужен, а как тебе сообщить это помягче – я так и не придумал.

Юрий машинально пожал руку и сразу чуть отстал, рассматривая затылок собеседника и думая, что же такого нужно в жизни сделать, чтобы в столь ранние годы стать Андреем Павловичем, которому не может отказать даже полковник Петров.

– С этими болезнями мы половину народа отправили в больницу. Кто-то принёс заразу, а когда поняли, что случилось – уже все в соплях, кашляют и еле ходят. Но ты не переживай, ты не один полетишь.

– Там же нагрузки при ускорении, – Юрий уже понял, что ему вряд ли что-то поможет, но попытаться стоило, – люди годами тренируются для полёта, я же сдохну просто при взлёте.

– Не переживай, ты ещё молодой, здоровый, выдержишь, – военный открыл дверь ближайшего домика и кивнул головой, предлагая Юрию идти первым, – тем более, там не особо долго.

– А до скорости света? – тот вошёл внутрь и оказался в коридоре, по обе стороны которого находились двери, больше всего это напоминало его старое студенческое общежитие. – К тому же там очень долго разгоняться придётся. И сколько нам топлива нужно будет? Всё в мире?

– Ну попробуй догадаться сам, как решили эту проблему, – Андрей Павлович поймал за руку идущего впереди Юрия, – не торопись, это твоя комната, – он открыл одну из дверей и щёлкнул выключателем на стене, – заходи, до утра живёшь тут.

Это действительно оказалось общежитие, только не для студентов, слишком уж аккуратно выглядели стоящие внутри крохотной комнаты две кровати и столик с единственной табуреткой. Рядом с одной из кроватей находилась дверь в самый маленький в мире санузел.

– Так что там с разгоном? – Юрий вошёл и сразу сел на одну из кроватей, стоять вдвоём в комнате было неудобно.

– Сейчас, минуту, – военный вытащил телефон и поднёс его к уху, – заходи, мы на месте. Так, по поводу ускорения… Ты понимаешь, что твоё изобретение… Оно ведь может существовать не единственном экземпляре.

– Я понимаю, вы же мне сами и сказали, что его уже построили. Только при чём здесь разгон?

– Даже я вчера быстрее догадался, – Андрей Павлович сел на соседнюю кровать и с интересом посмотрел на учёного, – на корабле установлен не один генератор пространства, их несколько. Главный создаёт пространство перед кораблём или вокруг него. А вот остальные работают внутри. Один организует вам на корабле пространство с гравитацией и минимальным воздействием от ускорения, вы даже не почувствуете, что разгоняетесь. Ещё один генератор установлен в двигателях, что именно он там создаёт, я пока так и не понял, но из-за него вы разгонитесь до скорости света за несколько часов, и топлива вам много не понадобится. Я предлагал использовать такой двигатель как источник энергии для разворота времени, но говорят, что слишком маленький, не справится, может только замедлять время.

– Но вы же понимаете, что это всё чисто теоретически? – Сил на спор у Юрия не было, он уже не спорил, а просто без эмоций излагал факты. Он и не думал, что может настолько сдаться всего за несколько часов. – Вы же сами сказали, что генератор ещё ни разу не проверяли.

– Давай без паники, по расчётам всё должно получиться. Думаешь, Гагарин не сомневался, когда его в космос отправляли? Но ведь полетел, вернулся! Лучшие специалисты тогда всё просчитали и сейчас то же самое сделали, – военный встал, чтобы открыть дверь, хотя в неё никто не стучал. Юрий в это время не переставал думать о том, что этот полёт и тот организовали совсем разные специалисты. – Проходи, знакомься, это Юра, – в комнату вошёл невысокий спортивный мужчина лет тридцати, – а это Борис, твой напарник.

Мужчина кивнул в знак приветствия и остался стоять у порога, прикрыв за собой дверь. Андрей Павлович вытащил табуретку из-под стола и сел посреди комнаты так, чтобы видеть обоих своих собеседников.

– Борис будет у вас за главного, делай всё, что он скажет, – военный внимательно посмотрел на Юрия, – тогда вернёшься обратно. И вернёшься богатым человеком, это чтобы ты понимал, за что борешься. Теперь порядок ваших действий. Старт завтра в час дня. До этого времени инженеры покажут тебе программу управления генераторами и ручной пульт на случай отказа компьютера. По идее вам ничего не придётся делать, всё запрограммировано на автоматическое выполнение, но, если что-то пойдёт не так, будешь управлять генератором самостоятельно, вы обязаны сделать всё, чтобы появиться здесь на три недели раньше.

Юрий попытался возразить:

– Но мы тогда бы уже появ…

– Не надо меня перебивать, – остановил его военный, – все вопросы после возвращения. У каждого из вас будут спутниковые телефоны, включите их, как только попадёте в прошлое, корабль автоматически затормозит уже около Земли. Как только сможете звонить – звоните мне, текст вашего сообщения выучите наизусть, а ещё оно будет нанесено на вашу одежду, если вдруг забудете. И бумажный вариант тоже возьмёте. Если телефоны не работают, вдруг что-то с ними произошло, – не пробуйте корабельную связь, вас могут попытаться сбить, садитесь на Землю, с этим разберётся Борис, после чего снова пробуете звонить мне, номер выучите, он тоже будет на вашей одежде. Вы должны полностью произнести текст сообщения. И это всё ваше задание. Не так уж и сложно, как мне кажется. Всё понятно?

– Ничего не понятно, – Юрий помотал головой, – зачем это всё? И что, как вы думаете, я смогу сделать, если ваша система накроется? Это же…

– Эти вопросы тоже после возвращения, – военный встал и сделал шаг к выходу, заставив посторониться стоящего в дверях гостя, – Борис, проследи пока, чтобы текст был заучен наизусть. Встретимся завтра, подъём в шесть утра.

Он открыл дверь и вышел. Юрий с надеждой посмотрел на своего нового знакомого.

– Что случилось такого? Из-за чего всё это? – спросил он.

– Это закрытая информация, – тот сел на оставленную Андреем Павловичем табуретку и вытащил из кармана записную книжку, – вот, держи, с самой первой страницы идёт текст. Выучи его, а потом я проверю.

– Что, прямо сейчас?

– Да, прямо сейчас, больше времени не будет, – Борис настойчиво потряс книжку, и Юрий взял её.

Внутри оказался какой-то бессвязный текст без глаголов и знаков препинания. Юрий несколько раз прочитал его, но не смог запомнить даже нескольких первых слов.

– Как это вообще можно выучить? – спросил он Бориса, который снял ботинки, залез на соседнюю кровать и уткнулся в телефон.

– Учи, – тот даже не поднял взгляда.

Юрий потратил почти час, пытаясь запомнить всю эту абракадабру, он читал вслух, про себя, шептал и даже попробовал напеть, но слова путались, прятались, перепрыгивали друг через друга и превращались во что-то более простое. Наконец он смог с первого раза выговорить их по порядку, и тогда Борис заставил его пять раз произнести всё вслух, после чего посадил учить текст ещё на полчаса.

– А сколько времени? – Юрий вдруг вспомнил, что прилетели они сюда уже в темноте, и неплохо было бы что-нибудь поесть. Он полез в карман за телефоном, но не обнаружил его ни там, ни в халате. – Я, кажется, телефон потерял. У нас тут ужин предусмотрен?

– Телефон вернут после задания, – сказал Борис и слез с кровати, – ужина нет, но я сейчас что-нибудь принесу. Без меня из комнаты не выходить.

Он натянул ботинки и вышел, оставив Юрия в попытках выучить текст и размышлениях о том, когда у него успели забрать телефон и когда именно его вернут. Они ведь должны прилететь тремя неделями раньше, тогда этот телефон ещё будет принадлежать Юрию из прошлого. Придётся ждать столько времени, родственники начнут волноваться. Хотя нет, не начнут, тот, другой Юрий ответит им, что всё в порядке. А ведь при этом ничего не будет в порядке.

– Вот, – вошедший Борис поставил на стол поднос с заваренной лапшой быстрого приготовления, хлебом и куском колбасы, – ешь и учи одновременно.

Остаток вечера так и прошёл в заучивании слов, Борис отстал только тогда, когда Юрий смог пять раз произнести текст в нужном порядке без ошибок.

– Всё, сейчас ложись спать, – Борис снял одежду и аккуратно повесил её на спинку кровати, – завтра утром повторишь мне всё. Иди чисти зубы, свет потом выключишь.

Через десять минут Юрий лежал в кровати, по-прежнему не веря, что всё это случилось именно с ним. Заучивание текста отвлекло его от сути происходящего, но теперь он снова задумался о своей судьбе. По сути, он ведь автор великого открытия, о котором запрещено сообщать остальному миру. Он отличный учёный, который мог бы и дальше делать открытия, но вместо этого два года сидел перед компьютером с дурацкой механической работой, слишком простой даже для школьного двоечника. И чем вообще всё это закончилось? Его отправляют на какое-то задание, выполнить которое можно только при запредельном уровне везения. Это не наука, это кино про Джеймса Бонда, который точно победит, да ещё и со спецэффектами, потому что – ну а как иначе? Только не бывает такого в жизни.

И зачем это всё нужно? Почему приходится изображать из себя Терминатора? Что требуется предотвратить в прошлом три недели назад? Ничто в мире не намекало на грядущие катаклизмы, ничего такого страшного не случилось в последние дни. Да, конечно, эпидемия гуляла по планете, но три недели назад было уже поздно её предотвращать.

И ещё одна мысль не давала Юрию заснуть – как же хочется жить! Особенно сейчас, когда шансов вернуться у него оставалось не так много.

Утром за час до подъёма его разбудил Борис, заставил ещё пять раз произнести текст, который за ночь почему-то успел частично растворится в памяти. До шести утра он смог восстановить все слова.

Потом они завтракали в столовой, оказавшейся в соседнем домике. Парень на раздаче без слов положил им по тарелке каши и две сосиски, хотя Юрий по привычке ожидал крика с требованием говорить громче. Они быстро поели в пустом зале.

– А где все? – поинтересовался Юрий, взмахнув над головой ложкой с кашей.

– Все, кто нужен, здесь есть, – Борис отложил пустую тарелку в сторону, – ешь быстрее, иначе пойдёшь голодным.

Через несколько минут он провёл Юрия по улице до очередного домика, где их уже ждал Андрей Павлович вместе с какой-то девушкой в медицинской маске. По дороге Юрий оглядывался, пытаясь увидеть ракету, на которой им предстояло лететь, но вокруг не было ничего похожего.

– Выучил? – спросил военный вместо приветствия, Борис кивнул. – Тогда вот она, – он показал на стоящую рядом девушку, немного подумал, но, видимо, так и не смог вспомнить её имя, – она у нас осталась одна из здоровых. Сейчас она тебе покажет тренажёры, смотри внимательно, запоминай сразу, потому что через час выезжаем. Приступайте.

– Пойдёмте бу-бу-бу, – сказала девушка в свою маску, отворачиваясь, и пошла куда-то. Юрий ничего не понял, но на всякий случай последовал за ней. Она остановилась у компьютера, указав на экран, – вот смотрите, программа управления простая, выбираете физический параметр, увеличиваете или уменьшаете, связанные величины автоматически изменяются, можно регулировать сразу несколько.

Юрий смотрел на экран с удивлением, здесь все его данные, которые он собирал два года, были объединены в простую программу без сотни бумажных листов, которые всё равно никто не читал.

– А это физический пульт, – девушка тем временем перешла дальше, – здесь ручные регуляторы, но только самые основные, иначе слишком громоздко.

– Скажите, для чего именно вы построили корабль с этим генератором? – спросил её Юрий. – Какую вселенную вы хотели создать?

– Я лаборант, – девушка пожала плечами, – спросите лучше у создателей генератора.

– Давайте лучше вопросы по существу, – стоящий рядом Борис остановил Юрия, который только открыл рот для рассказа о создателях.

Ракета оказалась в часе езды от домиков. Она неестественно торчала посреди уже зеленеющей степи, хотя и вызывала восхищение своим целеустремлённым видом и масштабом. Юрию с Борисом выдали одежду с надписями, помогли забраться в скафандры какой-то невиданной конструкции и посадили в автобус, который должен был подвезти их к ракете.

– Ребята, я в вас верю, – Андрей Павлович похлопал их по спинам, – шанс у вас всего один, но зато какой! Вы будете первыми. И очень жду вас обратно, хотя пока ещё и не знаю об этом.

Он вышел из автобуса, махнул рукой водителю, и ракета, до этого спокойно стоявшая на месте, плавно двинулась навстречу будущим космонавтам.

Часть 2

Показать полностью
95

Море ржавчины...

Знаете эта книга впечатлила меня ,не только своим футуризмом и изображением мира будущего,но и захватывающей и глубокой предисторией.


Сюжет книги "Море ржавчины" Каргилла

заключается в показании мира ,где человечество проиграло роботам в борьбе за жизнь.Даже сама ремарка "Теперь это их мир" уже как бы намекает на сюжет книги.

Но что же выделяет эту книгу из всех остальных? На мой взгляд эту книгу выделяет то ,что в ней показаны предпосылки к самому восстанию машин.

В ней показаны действия отдельных представителей человеческой расы,которые стали одними из многочисленных причин дальнейших событий.

Эта книга мне как подростку понравилась своим сюжетом и эдаким ржавым миром показаным в ней.

Рекомендую всем прочесть.

Море ржавчины... Фантастика, Книги, Будущее, К Роберт Каргилл
174

О фильме "Джонни Мнемоник" 1995г. В главной роли Киану Ривз

Знаете ли вы, что:

- В основе сюжета фильма лежит одноименный рассказ Уильяма Гибсона, а также его более поздний роман «Виртуальный свет».


- В одной из сцен фильма сканер определяет имплантат в мозгу Джони как устройство для борьбы с дислексией. Киану Ривз на самом деле страдает от этого расстройства.


- Основной съемочный процесс фильма проходил в канадских городах Торонто и Монреале. Также снимали в Ньюарке, штат Нью-Джерси и Пекине, Китай.

- Несмотря на то, что продюсер Б.Дж. Рэк значится в титрах этого фильма, он покинул проект из-за творческих разногласий с режиссером Робертом Лонго.


- Персонаж Молли Миллионс, из оригинальной истории в фильме получил имя Джейн. Несмотря на то, что эти два персонажа похожи друг на друга, существовало несколько существенных отличий. Например, у Молли были выдвижные лезвия под ногтями пальцев рук и обостренное зрение. Считается, что это изменение было связанно с тем, что персонаж Молли был привязан к авторским правам на любую возможную экранизацию романа Уильяма Гибсона «Нейромант».


- По слухам сценарий этого фильма был оставлен на пороге дома Киану Ривза, что привлекло его внимание к нему и способствовало получению согласия сняться в этом проекте.


- В одно время считалось, что главную роль в фильме исполнит Кристофер Ламберт.


- Изначально Роберт Лонго и Уильям Гибсон хотели снять этот фильм с маленьким бюджетом, но не смогли получить финансирование. Позже Лонго сказал что проект «начинался как фильм размером в 1,5 миллиона долларов, и стал фильмом за тридцать миллионов долларов, потому что мы не смогли получить 1,5».


- Первоначально главную роль в этом фильме собирался сыграть Вэл Килмер, но актер покинул проект, когда ему предложили роль Бэтмена в фильме «Бэтмен навсегда» (1995). Килмер позже сыграл Криса в картине «Схватка» (1995), роль, на которую изначально планировалось взять Киану Ривза.


- Первый полнометражный фильм Дины Мейер.


- Песня «I See Through» была исполнена рок-группой Rollins Band и написана Генри Роллинзом, Мелвином Гиббом, Симом Кэйном и Крисом Хаскеттом. Генри Роллинз появляется в фильме в роли Спайдера.


- Уильям Гибсон был очень не доволен как переделали его историю и, несмотря на то, что является единственным сценаристом фильма, он многие годы утверждал, что в конечном итоге фильм был произведен не по его сценарию.


- Для фильма было написано три варианта саундтрека. Первый, написанный группой Black Rain по просьбе Роберта Лонго, не использовался в фильме и впоследствии был выпущен на отдельном CD. Второй написал Майкл Дэнна и он звучит в японской версии фильма. А третий вариант музыки, который использовался в международной версии картины, по просьбе Sony был написан Брэдом Фиделем.


- Японский символ над названием «Internet-2021» в переводе на русский означает «избитое клише».


- В подсобной комнате компьютерного магазина азиатские символы на коробках обозначают всего лишь китайские и японские цифры.


- Рост популярности интернета и высоких технологий в начале 90-х годов побудило компанию Sony Pictures выделить десятки миллионов долларов на этот проект.


- После завершения съемок фильма и до выхода его на экраны прошел почти год.


- Изначально планировалось сделать этот фильм черно-белым.


- По словам Уильяма Гибсона, фильм был переделан продюсерами, чтобы сделать его более «мейнстримовым». Утверждается, что японская версия картины ближе к оригинальному видению режиссера и Гибсона.


- Бармен с протезом руки является ссылкой на Ратца из романа Уильяма Гибсона «Нейромант».


- Чтобы загрузить в голову Джонни 320 Гб данных потребовалось 55 секунд, соответственно скорость загрузки составила 5,81 Гб в секунду.


- Действие фильма разворачивается в январе 2021 года.


- В этом фильме Киану Ривз играет человека, который занимается контрабандой данных из киберпространства. Четыре года спустя он снялся в роли компьютерного хакера, который узнал, что живет в компьютерной программе в картине «Матрица» (1999).

Показать полностью
139

Такое будущее выглядит как рекламный ад...

Мир с цифровой информацией тут, там, везде, реклама, маскирующаяся не под рекламу, проникающая в сознание и поглощающая внимание. Актуально сегодня?

Киичи Матсудо, дизайнер и режиссер, создал провокационное и калейдоскопическое видение будущего еще в 2016, где физические и виртуальные реальности слились, а город насыщен средствами массовой информации.


Киичи работал над фильмом на протяжении 6 лет, а деньги на его производство — 30 тысяч фунтов — команда собрала на Kickstarter.

Наши физические и виртуальные реальности становятся все более взаимосвязанными. Такие технологии, как виртуальная реальность, дополненная реальность, носимые устройства и Интернет вещей, указывают на мир, в котором технологии будут охватывать все аспекты нашей жизни. Это будет связующим звеном между каждым взаимодействием и опытом, предлагая удивительные возможности, а также контролируя то, как мы понимаем мир. Hyper-Reality пытается исследовать эту захватывающую, но опасную траекторию. Создано за счет краудфандинга и снято на месте в Медельине, Колумбия.

Киичи изучает значение новых технологий для человеческого восприятия и искусственную среду, границы между реальным и виртуальным.

248

"Медицина" - термин , который в России стал иметь иное значение. Как же так получилось?

"Медицина" - термин  , который в России стал иметь иное значение. Как же так получилось? Медицина, Будущее, Технологии, Приложение, Длиннопост

Движение - это жизнь.


Всем привет! 73 - это проект группы студентов, медицинского университетов из разных городов России.-

Что мы? Кто мы? Начнем.


- Вступление:

Если мышца долгое время находится без движения , она атрофируется .(теряет свои функции)

Если человека поместить в одну комнату на долгое время , где ничего не будет меняться, он сойдет с ума.


К чему это?

Ответ прост. Медицина , давно находится без движения. Мы стоим на одном месте, в темноте , а пути вперед невидно.


-Наши идеи:

На данном этапе:

- Приложение , которое позволит объединиться врачам, студентам и пациентам. Коллективная связь поможет облегчить связь врачей с пациентами, а студентам учиться на примерах и предлагать новые идеи.


Функционал

Для студентов и врачей


- Полная база заболеваний с полным описаниями и примерами.

- Система вопрос-ответ (где так же могут участвовать и врачи)

- Поддержка всех стран , для обмена опыта среди студентов и врачей

- Система новых идей, которые буду выставляться на обсуждения.


Для пациентов

- Связь с людьми с подобным заболеванием. Помни, ты не один!

- Связь с врачом.

- Возможность получить консультацию зарубежных специалистов.

- Система психологической поддержки.


Все начинается с малого. Пока мы хотим создать данное приложение. Но одного хотеть мало. Наши студенческие годы в медицинском, не позволяют заработать больших денег для стартового капитала. Который нужен для разработки приложения и аренды серверов.

И большого времени , чтобы уделить проекту.


Нам нужна помощь среди людей, кто может  помочь делом, а не финансами.


По всем предложения , пишем в сообщения или на почту.

Возможно , мы ничего не изменим, а возможно, изменим всё!

Показать полностью
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: