4

ПОКАZАТЬСЯ

ПОКАZАТЬСЯ Фантастика, Рассказ, Авторское, Длиннопост

Проснулся я оттого, что вчера забыл зашторить окно и ранняя звезда Стелла светила прямо в глаза. Я встал с кровати, сходил в уборную и на обратном пути решил, что ложиться спать больше не буду, а присяду и обдумаю планы на сегодняшний день.


Передо мной стоял большой красный диван. Я подошёл, развернулся к нему спиной и начал медленно садиться. И вдруг коснулся какой-то твёрдой поверхности. Опустил голову вниз, чтобы посмотреть, на что сел, и вместо мягкого дивана подо мной оказался стеклянный табурет. От неожиданности я вскрикнул и протёр глаза руками. Потом ещё раз взглянул на место посадки — подо мной всё ещё был табурет.


В голове всплыла фраза, которую часто слышал от своих родителей в детстве: "Уже встал, но ещё не проснулся". Видимо поэтому мне причудился диван.


"Надо выйти на задний двор и подышать свежим воздухом, чтобы пробудиться окончательно". — подумал я.


Открыв входную дверь, я увидел перед собой красивую лужайку с аккуратно подстриженным ультрафиолетовым газоном, которого раньше здесь не было. Сделав несколько шагов, я вдохнул утренний прохладный воздух Спицилиума и получил какое-то внутреннее облегчение, а также прилив энергии.


Слева от меня послышались шаги. Я перевёл туда взгляд и увидел, как ко мне быстро приближается огромный рычащий робот-пёс и машинально побежал от него в противоположную сторону, киборг побежал за мной. В конце участка, у прозрачного забора, стояла лестница, уходящая высоко в небо, с её помощью можно было уйти от погони. Подбежал к ней, схватил её руками и, сделав несколько шагов по ступенькам, неожиданно очутился на самом верху. Это оказалась обычная короткая стремянка. И уже приготовился к тому, что псина сейчас меня нагонит и со всего маху скаканёт на спину, но этого не произошло, вместо этого услышал позади себя писклявое тявканье. Обернулся и увидел не большущего пса, а карликового плюшевого плимьера, который бежал за мной и как всегда хотел поиграть.


Сначала табурет, который показался диваном! Потом крохотный плимьер, превратившийся в огромного пса-киборга, и вдобавок — обманчивая лестница.


Планета давала мне урок! Но что это за урок, было пока непонятно.


***


Планета Спицилиум мудра и справедлива. То, что она живая, ни у кого из её обитателей не вызывает сомнений. Хотя научных обоснований этому нет, но есть много фактов, это подтверждающих.


Один человек курил в шоссейном автоцикле и постоянно выкидывал бычки через окошко. В солнечный, безветренный день, когда он в очередной раз бросил окурок на землю, в салон его автотранспорта через открытое переднее окно задуло все бычки из урны, стоящей у дороги. С тех пор он перестал выбрасывать любой мусор на улицу и вроде даже подумывал бросить курить.


Другой — постоянно на всех кричал и портил настроение. Когда он в очередной раз открыл рот, чтобы заорать, его с неба пометила стая птеродактилей. Хорошо так пометила, чистого места на одежде практически не осталось. Теперь он не повышает голос и часто улыбается.


Есть ещё десятки загадочных случаев, которые объяснить, кроме как уроками Спицилиума, нельзя.


***


Плимьер продолжал тявкать. Я смотрел на него и размышлял.

"Вижу перед собой одно, а на самом деле это другое, и проявляется его сущность, когда хочу это использовать".


Где-то внутри стало понятно, что это относится и ко мне тоже. На словах я кажусь всегда всемогущим, но стоит перейти от слов к делу, как тут же нахожу десятки причин ничего не делать или проблем, не позволяющих довести начатое до конца.


Тут, у меня на глазах, вместо аккуратного ультрафиолетового газона начала проявляться обыкновенная коричневая трава, которая всегда здесь росла. Она в какой-то момент решила, что надо казаться газоном, а не быть самой собой. Видимо, научилась этому у хозяина.


Пётр Бабаджан

Дубликаты не найдены

Похожие посты
25

Последний крестовый поход. 3. Месть кота

Возвращение в сознание после мощного телепатического удара чем-то похоже на тяжёлое похмелье. Моя голова раскалывалась, горло пересохло, а яркий свет словно нож вонзился в мозг, как только я попытался открыть глаза.

Я инстинктивно прикрыл лицо ладонями.

Мои руки были свободны, да и в остальном я не чувствовал никаких ограничений. Интересно, почему так. Не могли же мои тюремщики забыть про тот трюк, что я выкинул на Земле. Я был несколько удивлён своей свободе, но наверняка этому есть объяснение, не думаю, что стоит торопиться и снова останавливать сердце.

Свет перестал резать глаза, и я убрал руки.

Я находился в небольшой комнате без видимых окон и дверей, очень похожей на каюты десантников на «Справедливом». Такие же двуярусные кровати, персональные тумбочки у каждой и шкафчик для одежды.

Знакомый интерьер.

Впрочем, рано радоваться, с таким же успехом я мог находится сейчас в камере для заключённых. Я обнаружил, что одет в брюки и рубашку яркого оранжевого оттенка. Похожий цвет использовался в тюрьмах на той Земле, которую я знал. Одежда сидела на мне чересчур просторно в некоторых местах, как будто была сшита для человека очень странной комплекции, но может это мода такая.

Превозмогая волны головной боли, с некоторым трудом, мне удалось принять сидячее положение. Тут я и заметил огромного серого кота, развалившегося на втором уровне кровати напротив. Животное, казалось, пристально наблюдало за мной своими большими лиловыми глазами.

Интересно, это чей-то питомец или мой сторож? При таких размерах кот мог быть очень опасен, особенно если его правильно выдрессировали.

В этот момент хвостатый презрительно фыркнул и почесал свой подбородок левой передней лапой. В густой шерсти мелькнул серебристый ошейник.

«Значит, это чей-то питомец», – подумал я.

Наличие ошейника ничем не опровергало теорию о том, что животное могло выполнять роль моего охранника. В моей голове появилось туманное воспоминание из далёкого детства: у моего отца тоже когда-то был кот, у которого имелся схожий аксессуар на шее, с выбитой там кличкой и контактами хозяина.

Я решил, что сейчас встану, попробую погладить котяру, заодно и погляжу, что мне может рассказать его ошейник…

Едва я поднялся и протянул к голове зверя свою руку, как кот проворчал, низким вибрирующим голосом:

– Если у тебя эта конечность лишняя, человек, то можешь ей рискнуть. Однако, я на твоём месте поберёг бы свою тыкалку.

Говорящие коты, ну надо же!

От удивления я отпрянул и больно стукнулся спиной о край кровати позади меня. Боже, у меня и так раскалывается голова, а тут ещё это болезненное столкновение.

– Извиняюсь, – выдавил я. – Я всего лишь хотел посмотреть на ваш ошейник.

– Обязательно на мой смотреть? На тебе ведь точно такой же надет. Зеркало в уборной.

Я потрогал свою шею. Действительно, её неощутимо обхватывал чужеродный предмет, но при этом он ничуть её не сдавливал, а растягивался и сжимался, идеально повторяя рельеф моих мышц, не вызывая никакого дискомфорта. Я попытался поддеть ногтями край этого кольца. Нет, это не резина, слишком прочное, но и не металл, слишком пластичное. Что же это такое?

– Этот ошейник – многофункциональная штука, – словно читая мои мысли отозвался кот. – Но прежде всего, это твой поводок.

– Поводок?

– Ну да, на тот случай если ты решишь убежать, в нём содержится достаточно взрывчатки, чтобы устроить шикарный кровавый фейерверк. Как только встроенный приёмник теряет сигнал, сразу начинается пятиминутный отсчёт, а потом – бах и твоя голова, в последний раз взмахивая ушами, улетает в небо… В общем, не советую самовольно покидать звёздную систему, в которой находится корабли наших хозяев с ретрансляторами охранной сети.

– Каких ещё хозяев? Ты имеешь ввиду акридиан?

– Да, – кивнул кот. – Лидеров всех разумных существ Коалиции.

– И безусловных лидеров в области тюремных разработок, – мрачно заметил я, ощупывая шею.

– Ты не представляешь, насколько прав в этом своём заявлении. Кольцо на твоей шее – уникальная сверхтехнологичная разработка. Кроме охранных функций, оно выполняет ещё и функцию универсального переводчика. На самом деле, я сейчас разговариваю на языке своей расы, а тебе, землянину, обруч транслирует перевод направленными вибрациями, прямиком в твой слуховой аппарат. И наоборот: от тебя ко мне. Очень удобно в плане коммуникаций с инопланетянами. Знаешь ли, предупреждает самые разные конфликты. Например, когда кто-то пытается протянуть свои ручонки к тебе, думая, что подобный обычай гладить незнакомых существ считается нормой повсюду в этой вселенной.

– Значит ты на самом деле не кот?

– Конечно, я не кот. Я – кот.

Я удивлённо моргнул.

– Не понимаю, – честно признался я.

Хвостатый свесился с кровати и пододвинул ко мне свою морду, из пасти его попахивало (рыбой, как я надеялся):

– Слушай внимательно. Постарайся отделить слова переводчика от того, что произнесу я.

И он прошипел мне в лицо что-то вроде:

– Ха ход Баар Саа.

Я услышал и перевод: «Я кот Барсик».

– Барсик, значит. Ну приятно познакомиться, а меня зовут Матвей, – вежливо представился я.

– Плешивый хвост мне в наказание! – взвыло животное. – Какой я тебе Барсик? Я – Барсик! Я – кот!

Хвостатый подскочил на своём месте и выгнул дугой спину. Шерсть на его загривке встала дыбом. Я присел обратно на кровать и инстинктивно отодвинулся вглубь своего койко-места.

Похоже встроенный в ошейник переводчик работает, эм… не совсем правильно. И я даже начал догадываться, что именно тут могло быть не так.

В военно-морской академии на Земле нам преподавали курс управления системами искусственного интеллекта, и мы как-то рассматривали на практике проблему многоступенчатого машинного перевода. Загружали в систему текст на одном языке, потом переводили на другой, третий, и так несколько раз. Финальным шагом мы снова использовали язык оригинала. В итоге текст неузнаваемо искажался, фактически терял свой первоначальный смысл. Может ли похожая проблема присутствовать в универсальных системах коммуникации тут, в будущем?

Почему бы и нет? Как я уже понял, базовым способом общения у развитых разумных рас была телепатия. Вполне вероятно, что для звукового перевода существовало обязательное промежуточное звено: устройство сперва брало подходящие ассоциации из сознания, а потом уже давало им звуковую форму.

Отсюда и получились «кот» и «Барсик», то есть образы, которые возникли у меня в мозгу, и которые были затем транслированы в устройство перевода моего собеседника. В итоге, разумное создание получило «кота», но не как образ своей расы, а как образ земного питомца, и вдобавок было унижено тем, что я наградил его кличкой, вместо обращения по имени.

Это вполне объясняло то, почему хвостатый был сейчас так взбешён. Ну а что поделать, если не оказалось у меня под черепушкой других ассоциаций?

– Извиняюсь, – я попытался сгладить крайне неловкую ситуацию. – Поверьте, у меня не было цели вас оскорбить. Просто я никогда ранее не встречал представителя вашей расы. Зато у многих моих соплеменников есть домашние животные, очень похожие на ваш вид. Мы даём им имена на нашем языке, чтобы как-то обращаться к ним. Заботимся о них, кормим. В этом нет ничего обидного. Конечно, вы можете мне не верить…

– Верю, – буркнул кот, вроде как успокаиваясь и снова принимая лежачее положение. – Два миллиона лет назад, когда мои великие предки только начинали строить Межзвёздную Империю Котов от одного рукава этой Галактики до другого, они захватили тысячи обитаемых миров. Твой родной мир, человек, наверняка не был исключением. В тёмные времена, в период Раскола наши дальние колонии оказались отрезаны от метрополии. Экономические и культурные связи оборвались и мой народ погряз в дикости и варварстве, деградировал, стал ничем не лучше тех отсталых племён, которыми правил.

Я хмыкнул. Тут Барсик явно перегибал палку.

– Что-то я не помню такой страницы в истории человечества, – заявил я. – Ну, чтобы мы когда-либо были под властью кошачьих.

Хвостатый тихо рассмеялся.

– Ты же сам говорил, что многие твои соплеменники держат в своих жилищах котов, – напомнил он. – Кормят их, развлекают. Следят за их здоровьем – наверняка у вас есть даже отдельная медицинская служба для нашего вида.

– Есть, но…

– Вот видишь, я прав. Эхо оккупации. На генетическом уровне вы никак не можете забыть, кто ваши настоящие правители.

Да ну бред же, о чём таком он говорит!

– Ага, помним-помним наших хвостатых начальников. Если что не так, мордой в лужу натыкаем, а то и веником по хребту отоварим, – иронично заметил я.

Всё же я покривил душой, ведь на моей памяти отец всегда крайне уважительно относился к нашему коту.

Барсик в ответ зашипел.

– Не зли меня, человек, – сверкнул он своими лиловыми глазами. – В последнем бою, я отгрыз ногу своему противнику. Намёк понятен?

Тон кота был угрожающим. Я решил дальше не провоцировать его, хотя меня так и подмывало спросить, а не был ли его соперник мышью. Но я понимал, что сейчас мне нужно больше данных о ситуации, в которую я попал, а значит надо было перевести нашу беседу в другое, более дружелюбное русло.

– Что ещё мне стоит знать про эти ошейники? – спросил я, ощупывая своё кольцо.

– Ещё они гасят телепатические способности.

– Вот тут мне переживать не о чем, – махнул я рукой. – Мне недавно заверили в том, что я ничем таким не владею.

– У тебя слишком легкомысленное отношение к своим оковам, – неодобрительно покрутил своей головой Барсик. – Пока ты в этом ошейнике, то и не сможешь научиться некоторым важным вещам.

– Разве телепатии обучают? – удивился я, прикладывая руки к вискам, которые с новой силой начали пульсировать болью.

– Конечно, тем более Акридиане – великие мастера своего дела. Хочешь не хочешь, а их науку усвоишь. Достаточно пройти одну, совершенно безопасную для жизни, операцию. В подконтрольных Коалиции мирах, такое вмешательство в обязательном порядке проводится всем новорождённым. Переход на телепатическое общение – это шаг на следующую ступень развития любого вида, если ты не в курсе.

– Погодите, но если акридиане выступают за повсеместное распространение телепатии, то зачем тогда в этих ошейниках функция подавления таких способностей?

– Давай уже перейдём на «ты», нам ведь ещё служить вместе… Да, акридиане – невероятно сильные телепаты. Настолько могущественные, что делятся этой способностью со всеми расам, согласившимся присоединится к Коалиции. Однако, этот дар можно использовать против них самих, поэтому всех опасных преступников и смутьянов серьёзно ограничивают в этом плане. Тебя серьёзно урезали в правах, гарантированно опустили на ступеньку ниже. Понимаешь?

– Теперь понимаю. Ладно, с этим разобрались, но признаюсь честно: у меня ещё куча вопросов, я очень многого не знаю об окружающем мире, – я развёл руками.

Кот подставил правую лапу под свой подбородок и задумчиво посмотрел на меня.

– Ты пережил крайне необычную аварию. Да, мне известна твоя невероятная история. Меня предупредили о том, что ты пришелец из прошлого, из того отрезка времени, когда твой вид ещё не ничего не знал о Коалиции, не ведал об акридианах, и думал, что вся вселенная будет принадлежать только вам, землянам, – задумчиво произнёс он. – Такими же беспечными когда-то были и мои сородичи…

Барсик на некоторое время замолчал. Взгляд его задумчиво уставился куда-то вдаль, словно кот вспоминал о чём-то.

– Очень тяжело признать, что существует возможность перемещения во времени, человек из прошлого. Возможность исправить ошибки, что привели к ужасной трагедии, спасти всех тех, кого нельзя было успеть спасти, – наконец продолжил он. – Мои сородичи веками ломали головы над загадками времени, но однажды сдались, так и не добившись нужных результатов.

– Но я-то вот он. Нахожусь здесь, – похлопал я себя руками по груди. – Ваши учёные ошиблись.

– Ошиблись? Нет. Вообще-то они никогда не отрицали, что перемещения во времени возможны. Теоретическая база в этом направлении у нас была огромной. И сейчас, когда я своими глазами вижу, что это возможно на практике, то понимаю, что мои сородичи на самом деле были в шаге от открытия тайны темпоральных путешествий. Жаль только, что не успели разработать все необходимые инструменты для реализации финального этапа подобного эксперимента.

– Думаешь, теперь смогут?

– У них это могло бы получиться, ведь наша наука была одной из самых передовых в этой галактике.

– Была?

– Наука была. Империя была. Великая раса котов была, – с каждым словом тон перевода становился всё более тоскливым.

В этот момент в правом глазу Барсика появилась огромная слеза, он вытер её мохнатой лапой и продолжил:

– Извиняюсь. Мне нелегко даются воспоминания о величайшей трагедии в истории моего народа.

– Такова жизнь, – заметил я. – Империи возникают и исчезают.

– А ещё иногда враги стирают их с лица вселенной… Ладно, не будем о грустном. Лучше давай-ка я тебе открою некоторые подробности наших знаний, касающихся путешествий во времени.

– О нет, вот уж спасибо, но не надо, – моя голова всё ещё болела, и я не был готов вникать ни в какую заумную тягомотину.

– Имей уважение к исчезнувшей древней расе, – настойчиво попросил Барсик. – Выслушай меня, возможно её единственного наследника.

– Я нисколько не сомневаюсь в мудрости ваших кошачьих профессоров, но зачем мне это? Я, знаешь ли, в академии на всю жизнь наслушался лекций, но мало чего из них запомнил.

– Разве тебе не интересно узнать о том, что с тобой произошло на самом деле?

Я угробил флот Святого Престола и стал причиной гибели моих боевых товарищей, лишил человечество защиты и передал соплеменников прямо в щупальца акридиан. Вот что произошло на самом деле.

Хотя, наверное, всё-таки стоит выслушать его. Честно говоря, я до сих пор слабо представлял, что именно случилось во время прыжка у Марса. Может удастся хоть немного заглушить чувство вины, которое вряд ли когда-нибудь оставит меня в покое.

– Ладно, профессор, валяй, – я лёг на бок, скрутил подушку и подложил её под свою гудящую голову.

На мгновение я представил себе Барсика в строгом белом халате и очках. С большим трудом мне удалось не рассмеяться.

Кот фыркнул, а затем начал свои объяснения:

– Представь себе, что ты живёшь на планете, которая несётся с безумной скоростью в космическом пространстве. Она несётся не только по своей орбите вокруг солнца. Вся звёздная система движется. Галактика – тоже не статична. Наша вселенная расширяется, и все объекты внутри неё – подвижны.

– Об этом я знаю, – уведомил я кота. – Я всё-таки выполнял ещё и обязанности пилота.

– Рад за тебя. Так вот, представь себе, что тебе надо попасть в завтрашний день. Если мы тебя переместим во времени, то ты окажешься не на своей планете, а в пустом космосе. Знаешь почему?

– Конечно. Потому что Земли уже не будет в этих координатах. Она уже унесётся куда-то вдаль.

– Правильно, – подтвердил Барсик. – Если ты прыгаешь в будущее в те же самые координаты, там уже нет твоей планеты, её придётся догонять. А если в прошлое, то там твоего мира ещё нет, надо будет ждать его прибытия в эту точку пространства.

– И в чём заключается сложность заранее прикинуть, где какие объекты окажутся? – не понимал я. – Нас ведь так и учили летать в космосе – с упреждением.

– Ты главное держи в уме тот факт, что перемещение во времени неразрывно связано с перемещением в пространстве… Как ты думаешь, сколько усилий надо приложить чтобы поднять тебя и перенести на расстояние в километр?

– Так-то я тяжёлый, под сто кило. Пара человек точно понадобится, чтобы меня утащить.

– А если это надо сделать очень быстро?

– Можно использовать автомобиль.

– А если мгновенно? – торжествующе спросил Барсик.

– Не знаю, – честно признался я.

– Но ты ведь заметил, что чем быстрее тебя «переносят» на одно и тоже расстояние, тем больше нужно энергозатрат?

– Да, заметил.

– Любой темпоральный прыжок выдёргивает тебя из общего потока движения вселенной. Если ты не хочешь очутиться где-то в пустоте космоса, при перемещении во времени, значит твоя масса должна быть ещё и переброшена на несколько десятков миллионов километров, как ты сказал «с упреждением». Тебе мгновенно нужно переместиться в новые координаты, где было или только будет то место, где ты до этого находился. Именно на такой манёвр и потребуется огромное количество энергии, просто невероятное.

– Разве? А как тогда быть с прыжками через подпространство? Сквозь «червоточины» проходят сотни тонн металла, на огромнейшие расстояния. Пусть не мгновенно, но…

– На первый взгляд может показаться, что перемещения сквозь «червоточины» и прыжки во времени чем-то похожи. Но на самом деле, когда корабли уходят в прыжок, всю работу за них делает сама вселенная – она проносится мимо, а они как бы стоят на месте. Основные затраты энергии, кстати вполне себе адекватные, уходят лишь на создание и поддержание разрыва в пространстве.

– Стоят на месте? – нахмурился я.

Барсик решил объяснить аналогиями:

– Возьми камень потяжелее, привяжи к нему поплавок и брось в реку. Не затрачивая собственных сил, поплавок будет болтаться на одном месте, а мимо него пролетят тонны воды. Так понятнее?

– Поплавок – это корабль, камень – «кротовая нора», а река – вселенная? – на всякий случай уточнил я.

– Ага, именно так.

– Что-то не стыкуется, – я почесал макушку. – Вот смотри: захотел наш корабль-поплавок попасть в другие воды. Река пронеслась мимо, он попал куда хотел. А как обратно? Течение же не повернёт вспять!

– Не повернёт, – согласился кот. – Однако, все объекты в этой вселенной, существуют на границе с четырёхмерным пространством. Как только мы пересекаем эту границу с помощью «кротовой норы», то направление «течения» для нашего родного трёхмерного измерении уже не имеет никакого значения. Ясно?

На самом деле не совсем, но я кивнул. Всё о чём сейчас говорил Барсик, мне казалось смутно знакомым. Что-такое нам в общих чертах рассказывали в академии, в рамках программы пилотирования десантных капсул. Но поскольку ряд теоретических дисциплин я тогда не оценил, то благополучно пропустил мимо ушей всё, что посчитал скучным.

– С перемещениями во времени дело обстоит иначе, – продолжал кот. – Тут наша вселенная тебе уже не помощник, а самый настоящий соперник. Потому что, как я уже говорил, нельзя стоять на месте, пока она проносится мимо, надо гнать по течению или против него. Чтобы попасть в прошлое или в будущее, в то же самое место, откуда ты совершил прыжок, потребуются чудовищные затраты энергии.

– А если не перемещаться в пространстве? Если обойтись без этих дополнительных затрат? Да и пусть я окажусь в космосе, можно ведь догнать родную планету, например на космическом корабле.

– Но тогда сам прыжок во времени не будет иметь никакого смысла.

– Вот тут подробнее, пожалуйста, – попросил я.

– Допустим, из некой наземной лаборатории мы тебя решили отправить лет на десять назад. В прошлом, в этой точке пространства, ещё не будет ни этого научного строения, ни самой планеты, на поверхности которой оно стоит. Ты окажешься в космосе. Тоже самое с отправкой в будущее – там уже не будет этого места в этих координатах.

– Да-да, ты ранее уже говорил об этом. Но ведь можно отправить меня на звездолёте, – заявил я. – И вычислить, где я окажусь. Не думаю, что эта математика сложнее расчётов, используемых для передвижения через кротовые норы.

– Так мы и поступим, – на морде кота проступила широкая улыбка. – Ты используешь этот корабль и полетишь на нём навстречу своей планете. Это путешествие будет очень долгим, оно растянется на годы. И знаешь когда ты попадешь обратно в то же самое место, откуда прыгнул в прошлое?

Я начал догадываться.

– Я попаду в настоящее, или во время близкое к этому моменту…

– Верно, – заметил кот. – А в случае с путешествием в будущее, ты просто безнадежно отстанешь от места назначения. Будешь гнаться за ним, но никогда уже не попадёшь в тот момент времени, в который планировал попасть. Поэтому настоящие прыжки во времени, ну такие, чтобы остаться в тех же самых координатах, –считаются невозможными.

– Но ведь я здесь, – рассмеялся я. – Прошло пять веков! Согласно твоей теории, я никак не мог остаться у Марса, меня должно было выкинуть за пределы нашей галактики.

Барсик свесился со второго яруса и внимательно посмотрел на меня, словно оценивая мои умственные способности для возможности продолжения нашего разговора.

– Наши учёные проводили опыты на мельчайших частицах, пытаясь послать их хотя бы на несколько микросекунд в будущее или прошлое, – сообщил он. – Для этого мой народ задействовал сотни атомных реакторов, опоясывал ускорителями целые планеты, но итогами этих исследований было крайне сложно воспользоваться, кроме как в чисто научных целях. То есть да, основы теории путешествий во времени мы разработали. При этом, я признаюсь тебе: даже наша продвинутая математика неспособна рассчитать то количество энергии, что необходимо для переноса твоего корабля на пятьсот лет вперёд. Но ты каким-то образом проделал этот путь. Значит нужная энергия была затрачена, ведь перемещение оказалось возможным. Остальные выводы из этой информации ты сам сделаешь?

– Я не физик, я десантник. Раз уж ты начал эту тему, то объясняй до конца.

– Инцидент с пространством-временем, что произошёл в прошлом, не был случайностью с вероятностью в девяносто девять целых и девять десятых процентов, – заявил кот.

– То есть?

– Это было чьё-то намеренное воздействие. Кто-то проводил эксперимент в той точке пространства, где находился ваш флот. Ну а твоё путешествие во времени – возможно всего лишь побочный эффект.

– Ну не знаю… Наши учёные вряд ли стали бы заниматься подобными вещами накануне переброски войск в бой.

– А при чём тут ваши учёные? Мне это больше напоминает организованную кем-то диверсию в отношении ваших космических сил. Внутри «кротовой норы» некто произвёл мощный энергетический выброс. Тебя зацепило неким аналогом «отдачи», и забросило в будущее в то же самое место, но кто знает, куда при этом отправился твой флот? Может его намеренно переместили в прямо сердце какой-нибудь звезды. Всякое случается. Войны порой выигрывают самыми разными способами.

Я резко принял сидячее положении, при этом отметив, что недавняя головная боль куда-то пропала.

– Диверсия? Ты ведь так сейчас пошутил?

– Коты никогда не шутят, обсуждая столь серьёзные вещи, или ты где-то наблюдал иное? – вопросом на вопрос ответил Барсик.

Я вынужден был признать, что ранее не встречал среди котов юмористов, впрочем, как и разбирающихся в физике пространства-времени.

– Но кто вообще способен устроить подобную диверсию? – спросил я, уже имея некоторые догадки.

– Тут ты подумай сам. Могу лишь намекнуть. Чьи корабли появились в вашем небе вскоре после инцидента?

– Коалиция. Акридиане. Неужели это они уничтожили наш флот? Да, наверняка так всё и было. После этого они выждали какое-то время, пока на Земле шла гражданская война, а затем, без боя, с лёгкостью покорили беззащитное человечество.

– Эй, это ты так всё понял. Я вовсе не настаиваю на этом варианте, – кот помахал мне лапой. – И упаси тебя твои боги, или кто там ещё тебе покровительствует, от помыслов о мести. Ошейник глушит телепатические способности, лишь того, кто его носит, но не блокирует возможности других прочитать твои мысли. Нашим хозяевам нужны только верные слуги. Понял о чём я?

О мести я даже и не думал. Я прекрасно понимал, что один человек ничего не может поделать против целой расы могущественных телепатов. Тем не менее, совет кота был крайне полезным.

– Намёк ясен. Скажи мне, Барсик, а где мы…

– Ну сколько раз тебе надо повторить, что я не Барсик, а Барсик? – тихонечко взвыл мой собеседник.

– Да, я ведь уже извинился! Неужели не ясно, что это не я, это переводчик виноват? Как мне к тебе ещё обращаться?

Кот приподнялся и закрутился на месте.

– Барсик… Ладно потерплю, пусть будет Барсик. Как это унизительно. Надеюсь, я привыкну. А может попросить нашего капитана о твоём переводе? Нет, он редкостная сволочь, и для него куда важнее восстановить нашу боевую группу…

Кот явно пришёл в дурное расположение духа, а мне надо было расспрашивать его дальше.

– Можешь сказать, где мы сейчас? Что это вообще за место?

– Вот только сейчас тебе это стало интересно, да? – кот хмыкнул. – Как я погляжу, у вашей расы довольно интересный выбор приоритетов…

В этот момент дальняя от нас стена растворилась в воздухе и в проёме показался крупный гуманоид в оранжевой форме. В районе, где у людей обычно расположен нос, на его широком сером лице торчал рог.

– Ну и как наш новичок? – спросило у кота существо, похожее на помесь человека и носорога.

– В полном порядке, кэп, – ответил Барсик. – Насколько я могу судить.

– Он не пытался самоубиться?

– Ох, ну точно, совсем забыл, – вздохнул кот и обратился ко мне: – Матвей, не делай глупостей. Нам передали подробную информацию о том способе, которым тебе почти удалось сбежать от акридиан на Земле. Здесь такой фокус может закончиться самой настоящей смертью. Твой корабль с запасными телами сейчас находится очень далеко от тебя. Вдобавок, он надёжно экранирован. В общем, не делай глупостей.

– Вот именно! Если вдруг захочешь сдохнуть, то сделай это в бою, легионер! – прорычал носорог, тыкая в мою сторону одной из своих мощных лапищ. – Я пришёл сюда сообщить тебе, что ты принят на службу в Пятый Галактический Легион. Теперь я твой начальник. Капитан Зуб. Обращайся ко мне только так и никак иначе! Всё ясно?

Он даже не договорил, а вбитые годами армейской муштры инстинкты уже взяли надо мной верх.

Ещё на середине его речи я вскочил с кровати, вытянуться по струнке и, дослушав его, проорал в ответ:

– Так точно, капитан!

– Во-о-от! – с удовольствием прокряхтел носорог. – Чую солдата, достойного звания легионера! Такому дай приказ, и можно больше ни о чём не волноваться. Настоящий воин. Не то, что ты, трусливый кот.

– Осторожный и умный кот, кэп. В первую очередь я разведчик, – вздохнул Барсик, видимо привыкший к подобным обвинениям. – Если мне не изменяет память, на многих языках, в том числе и на вашем слова «интеллигенция» и «разведка» имеют общие корни… Так вот, интеллигенты в отличие от обычной солдатни, не ломятся напролом, пока не просчитают все факторы, угрожающие срыву поставленной задачи.

– Разве это помогло вам, блохастым умникам, когда Четвёртый Межгалактический Легион стёр с лица вселенной остатки вашей Империи? – захохотал капитан Зуб. – Считали-считали факторы, да почему-то обсчитались! Аха-ха-ха!

Я бросил взгляд на Барсика, в его лиловых глазах разгорался бешеный огонь. Тело огромного кота начало работать мышцами, явно готовясь к прыжку прямо из того положения, в котором оно сейчас находилось. Капитан похоже сам не заметил, как переступил черту, которую переходить не следовало, и сейчас любое неосторожное слово могло стать причиной если не смерти носорога, то уж точно серьёзной драки с вышестоящим чином.

За то короткое время, что я провёл в компании кота, он стал мне чем-то симпатичен. Возможно, он и не соврал насчёт того, что когда-то его раса покорила Землю. Наверняка мои далёкие предки просто отказались воевать с этими харизматичными пушистыми заразами.

– Капитан! – гаркнул я. – Разрешите узнать подробнее о Пятом Галактическом Легионе, где мне выпала честь отныне служить!

Носорог прекратил хохотать и одобряюще кивнул мне.

– Солдат, ты попал в самую сильную армию, самую мощную военную машину, что существует в этой Вселенной. Пятый Галактический состоит из самых лучших бойцов. Наш Легион одержал сотни славных побед. Ха, мы побеждали даже тех, кто громко называл себя богами! Можешь быть уверен: акридиане не просто так доверили нам быть щитом и мечом Коалиции. Быть легионером – это действительно честь. Великая честь…

Пока Зуб нахваливал Легион, я поглядывал на Барсика. Гнев на его морде потихоньку сменился на презрительное выражение, а тело расслабилось. Кот явно успокаивался.

Капитан закончил свою пламенную речь советом поскорее дойти до интенданта и получить от него всё необходимое.

– Хочу сразу тебя предупредить: кое-какой экипировки для тебя вот так сразу не найдётся, боец. Землян в наших рядах ранее никогда не было, – объяснил Зуб. – Поэтому озадачь наш отдел снабжения заранее, желательно до того, как тебя отправят в бой.

– Вас понял, капитан, – кивнул я. – Будет сделано.

– Отлично. Осваивайся, солдат. Сегодня отдыхайте, бойцы, но не забывайте про общий сбор в тренировочном зале, завтра утром, – капитан сделал шаг назад и снова материализовалась стена, отделив нас от носорога.

– Сколько их всего? – обратился я к Барсику.

Он лениво скосил на меня свой лиловый глаз:

– Кого «их»?

– Ну этих, Легионов? Сколько армий у акридиан?

– Легион сейчас один. Пятый Галактический.

Что-то не стыковалось.

– Но ведь Зуб упомянул Четвёртый, при этом «межгалактический», – осторожно сказал я, стараясь не вызвать у кота агрессии, связанной с печальной судьбой его расы.

– Ага, был такой, – процедил сквозь зубы Барсик. – И планы у него были… аж на соседние галактики. Потому и «межгалактический».

– Его переформировали? – продолжал уточнять я. – Я правильно понимаю, что когда-то был Первый Легион, потом из него сделали Второй, и так далее. А сейчас вот – Пятый?

Я хотел побыстрее понять структуру той военной машины, в которую я попал, размеры армий, состав флота, совокупную мощь вооружения и так далее. Пока я и сам не мог до конца понять, зачем мне нужна была эта информация, но что-то внутри меня считало крайне важным знать это всё.

– Первый Межгалактический Легион, невероятно могучая армия наёмников на службе у акридиан, был основан более трёхсот тысяч лет назад, – ответил кот. – Он рос, становился всё больше и со временем превратился во Второй, в Третий, а затем и в Четвёртый Межгалактический… Пятый же Легион был основан с нуля, где-то лет четыреста назад, почти сразу после полного геноцида моей расы. На самом деле, он всего лишь жалкая тень былой военной мощи. Новой флот очень сильно уменьшился в численности и поэтому стал просто «галактическим», без приставки «меж».

– А как же славные победы?


Внимание: окончание главы в комментариях, т.к. превышен лимит по символам.


Предыдущие главы:


1. Последний крестовый поход. 1. Оставшийся позади


2. Последний крестовый поход. 2. Военный преступник

Показать полностью
26

Последний крестовый поход. 2. Военный преступник

Марс оказался пуст.

Отсутствовала не только орбитальная база Святого Престола. Исчезли все следы присутствия человека на этой планете: я не смог обнаружить гражданскую наземную колонию в долине Маринера, где мы с товарищами частенько бывали в увольнении. Последний раз это было всего-то месяц назад. Пропал и научный комплекс, опоясывающий стены кратера Эллада.

При этом, следов бомбардировки я не заметил, слава тебе Господи.

Произошедшее не поддавалось никакому объяснению, поэтому за ответами пришлось лезть в Кодекс десантников-тамплиеров. А куда же ещё? Только вот ничего нового я там не нашёл: инструкции, разработанные для любых непонятных случаев, наказывали поскорее вернуться со всеми собранными данными в Главный штаб, расположенный на полуострове Корнваллис, территории относящейся к Британской Союзной Республике.

От меня требовалось лететь туда и только туда, где служили люди умнее и старше меня по званию. Вот и ладненько, пусть начальство разбирается со всеми этими таинственными исчезновениями на Марсе.

Подчиняясь Кодексу, я нацелил свой катер в сторону Земли, запустил двигатели и…

Два! Целых два треклятых месяца я умирал со скуки, изредка «развлекаясь» проверками и корректировками траектории.

К концу этого затянувшегося полёта я возненавидел сухие пайки, коими в достатке оказался забит один из шкафчиков. Вдобавок к унылому рациону, на десантных катерах было всё очень плохо с удовлетворением естественных нужд организма и средствами для личной гигиены. Не буду вдаваться в неприятные подробности, но последние дни я мечтал о горячем душе так, как ни о чём другом в своей жизни.

Когда наступило время приземляться, я торопился попасть вниз изо всех сил, мысленно представляя себя в горячей ванне, жующим сочный дымящийся бифштекс. Скорее всего именно по этой причине, я не придал значения многим подозрительным мелочам, которые должен был заметить сразу, по ходу посадки.

Не сильно переживая о том, что приёмник так и не смог поймать ни одной радиостанции (мог же он сгореть, как это случилось с нейронным интерфейсом), я нацелил корабль на Корнваллис. Точнее на его северо-западную часть, туда, где в водах Кельтского моря располагались площадки морского старта и сам Главный штаб.

Я подгадал с посадкой в дневное время, поэтому спокойные зелёные пейзажи Западного Уэльса, меня ничуть не насторожили. Эта местность, несмотря на плотную концентрацию военной мощи, всегда выглядела провинциально и максимально дружелюбно, сколько я её помню. Обязательное пятилетнее обучение в военно-морской Академии я проходил именно здесь, в этих краях.

Я был беспечен ровно до тех пор, пока мой катер не опустился на ту высоту, где меня уже должны были встречать истребители, поднятые по тревоге с ближайшего аэродрома. Впрочем, я ожидал обнаружить и другие объекты воздушного движения, например, гражданские самолёты.

Но в небе я был один и больше никого.

Впереди и справа от меня в долине раскинулся город. Наверное, это Лонстон, но что-то я не узнавал его.

Я ещё немного снизился и включил бортовую камеру с телескопическим объективом. Картинка увеличилась в размерах, и я с удивлением уставился на экран.

Ни одного высотного здания! Максимум, что я смог заметить, это четырёхэтажную башенку в доме, похожем на городскую ратушу.

Была ещё крепость на холме, на её высоких зубчатых стенах виднелись люди, но её я в расчёт не брал, ведь это не жилой, а скорее туристический объект. Но если это был тот самый Кастелл Ланнстефан, то похоже, что его полностью отремонтировали. Только вот зачем? После реставрации бывшие развалины утратили солидную часть своего романтического облика.

На улицах не было видно ни одного автомобиля, по дорогам свободно ходили коровы, неспешно двигались повозки, запряжённые лошадьми.

В моей голове словно заработала динамо-машина, появилось ощущение, что глубоко внутри черепа вовсю сверкают электрические разряды.

На лбу выступил холодный пот.

Я не был в этих краях более четырёх лет, с того самого момента, как выпустился из Академии и отправился служить на флот. Допустим, что эта местность всегда характеризовалась мной, как «деревенская». Впрочем, все её так называли (выражаясь фигурально), по причине наличия множества фермерских земель, а ещё из-за того, что города Корнваллиса, так и не слились в один огромный мегаполис.

Но то, что я видел перед собой… Нет, не могло существовать на Земле настолько «провинциальных» мест. Несмотря на программу колонизации других звёздных систем, наша планета была перенаселена: любой город более всего напоминал собой муравейник, дома были сплошь высотками, а многоуровневые транспортные трассы круглые сутки обеспечивали оживлённое движение.

Ну хорошо, допустим за четыре года кое-что могло кардинально поменяться в Западном Уэльсе. Например, высшие армейские чины могли реализовать некую программу по расселению, в каких-то своих целях. Допустим так и было, только вот почему я до сих пор не увидел нигде золотых куполов Унитарной Церкви Святого Престола?

Я поднял катер повыше и вдавил педаль ускорения.

Нужно было добраться до Главного штаба, и чем быстрее, тем лучше. Лететь оставалось минут пятнадцать, не более.

Прибыв по заданным координатам, вместо военно-морской базы я обнаружил пляж.

В море не было никаких следов стартовых платформ. Вдоль берега, вместо ангаров с военной техникой, стояли редкие малоэтажные домики. На изумрудных полях мирно паслись овцы и коровы.

«Последствия могут быть непредсказуемыми», – вспомнил я слова технодиакона Обухова.

Ну и в историю ты попал, Матвей.

Похоже, что-то пошло не так во время прыжка флота в иное пространство.

Я ведь так и не успел увести катер из силового поля «Справедливого». Значит, мой крест попал в «кротовую нору» вместе с транспортником, но меня из неё сразу же выбросило – это тоже факт.

Мог ли я на самом деле переместиться, только не в пространстве, а во времени?

Теория не исключала подобного варианта: «кротовые дыры» не были до конца изучены, и порой подкидывали учёным одну загадку за другой.

Вряд ли в этой вселенной существует такая же точно солнечная система с Марсом, Землёй, да ещё и с британскими островами!

Означает ли увиденное мной, что я переместился в прошлое?

Это было абсолютно диким предположением, но только оно всё объясняло. На Марсе я не обнаружил поселений, потому что туда ещё не ступала нога человека. А тут, на Земле, не было ни самолётов, не автомобилей, потому что их ещё не изобрели.

Господи, если я прав, то насколько глубоко в прошлое меня занесло?

Так, Матвей, хватит сходить с ума. Нужна какая-то точка отсчёта, нужны данные, чтобы понять, что делать дальше. Прежде всего, я космический десантник-тамплиер, а это значит, что надо действовать согласно Кодексу: то есть, сперва разведать обстановку.

Я включил посадочный режим и катер плавно двинулся вниз к зелёным холмам, рядом с каменистым пляжем.

Как получить интересующую меня информацию? Дрон-разведчик? Нет, слишком долго. Мне следует найти местных жителей и лично расспросить их. Так и сделаю. Я вылез из кресла пилота, подошёл к лестнице и бодро съехал по ней на первый уровень, туда, где располагалась оружейная.

Перебирая в голове различные сценарии первого контакта, я быстро пробежался взглядом по доступному мне арсеналу. Не стоит брать с собой ничего крупнокалиберного, для моей миссии вполне подойдёт многозарядный пистолет, по крайней мере с его помощью не получится вскрыть дверь десантного корабля, если этим оружием вдруг завладеют отсталые люди прошлого. Случись так, что я погибну, меня тут же оживит клон-блок и я окажусь на борту катера в полной безопасности.

Тем временем корабль вздрогнул, соприкасаясь с поверхностью планеты, загудели посадочные системы, выравнивая корпус и придавая ему устойчивое положение.

Перед там как выйти наружу я с удовольствием снял с себя изрядно провонявший за время полёта скафандр.

Покинул я корабль в таком же виде, каким я попал в него: в футболке, брюках и армейских ботинках с высокими берцами.

Я спрыгнул в траву.

Шлюз зашипел и закрылся следом за мной.

Вкус свежего воздуха на морском побережье был, наверное, лучшим из всего того, что создал Бог в этой Вселенной, но понять это можно было только после двухмесячного заточения в замкнутом пространстве десантного катера.

Погода была не слишком уж и тёплая, для того чтобы ходить в одной только футболке, но зато солнечная, почти безветренная. Мой корабль-крест возвышался на зелёном холме, который через несколько метров резко обрывался и превращался в пляж, усеянный множеством мелких камней.

– Неплохое место для пикника. Эх, сейчас бы не помешало закинуть в себя чего-нибудь горячее. Большой кусок жареного мяса, например, – заметил я вслух, оглядывая окружающую местность. – Что ж, надеюсь местное население не обделено такой добродетелью, как гостеприимство.

Я расстегнул кобуру, положил руку на рукоять пистолета и пошёл вокруг катера. Обогнув корабль, я выбрал своей целью ближайший скромный домик, из трубы которого поднималась струйка серого дыма.

Атомные двигатели десантного катера работали практически бесшумно, по сравнению с обычными реактивными, поэтому я нисколько не удивился, что меня никто не встречал. Люди в доме могли просто не услышать моего прибытия, особенно если были заняты какими-то своими делами.

Зябко поведя плечами, я быстро зашагал в сторону точки запланированного контакта. По дороге я встретил пару овец, которые меланхолично жевали траву и не обратили на меня никакого внимания.

Примерно через десять минут я уже стоял на пороге домика, раздумывая: а надо ли постучать? Но потом решил, что это лишнее.

Я просто толкнул дверь и вошёл внутрь…

И как-то разом развеялась моя теория о путешествиях во времени. Всё встало на свои места: главный штаб покинул эту территорию, сменил дислокацию, а весь Западный Уэльс за четыре года не просто полностью демилитаризовали, но и целенаправленно превратили в некую рекреационную зону. Натуральные продукты. Здоровый климат. Глобальная реконструкция региона. Возврат к истокам и все прочие дела. Вроде я даже слышал когда-то о подобных проектах в новостях. Похоже, экологи нашли способ убедить Святой Престол в необходимости подобного эксперимента.

Уф-ф.

Почему я так решил? Да потому что внешняя простота строения оказалась обманчивой, я попал в просторную белую комнату, отделанную современными материалами. В изящном угловом камине, весело потрескивали дрова. Посредине помещения стоял стол с толстой прозрачной столешницей, вокруг которого в воздухе парили антигравитационные стулья, на двух из них сидели мужчина и женщина в годах, одетые в светлые балахоны. Они молча смотрели на меня. У дальней стены беззвучно транслировалась голограмма, видимо с экстренными новостями: на картинке изображался мой десантный катер, парящий в небе над лонстонским замком.

Не успели в моей голове сценарии контакта с людьми прошлого, поменяться на план нормального общения с современниками, как мужчина встал из-за стола и сделал в мою сторону несколько шагов.

– Здорово, братишка. Тебе бы не помешало почиститься. От тебя смердит, как от животного, – произнёс он, очень странно двигая губами, словно что-то мешало ему говорить.

В моей голове возникло ощущение похожее на слабый разряд электрического тока, оно не было болезненным, скорее даже приятным, чем-то вроде щекотки. Именно такое ощущение было у меня, когда я недавно пролетал над городом.

– Эм-м… – замычал я в растерянности.

Незнакомец обратился ко мне так, словно со мной говорил кто-то из моих сослуживцев, даже голос его очень напоминал Олега Чернова. Это меня и сбило с толку.

Мужчина прокашлялся, нахмурился и обернулся назад. Возможно, он надеялся на какую-то поддержку со стороны женщины?

Та тоже встала из-за стола, подошла к нам и резко сказала:

– Капрал Фоменко, ванная слева от тебя, за той дверью. Там есть всё необходимое для осуществления процедур, связанных с личной гигиеной. Приказываю немедленно приступить к выполнению задачи по приведению себя в приличный вид.

Это было так похоже на речь старшины, что ещё больше выбило меня из равновесия. В моём черепе опять появилось странное ощущение электрической щекотки.

– Да ты не стесняйся, сынок, – проскрипел мужчина, уже голосом Обухова. – Мы тебя здесь подождём, Матвей. На стол пока накроем.

И они оба замолчали, пристально глядя мне в глаза.

– Что здесь происходит? – воскликнул я. – Откуда вы меня знаете? Почему вы так странно разговариваете?

Пожилой мужчина вздохнул и ответил неким средним голосом, в котором я всё равно угадывал то одного, то другого известного мне собеседника.

– Мы отвыкли использовать звуковую речь, сынок. Общаемся молча, передавая друг другу мысли. У нас даже имён нет, в привычном тебе понимании. Ассоциируем друг друга с ментальными образами, а не наборами звуков. Телепатия. Знаешь такое слово, капрал Фоменко?

Это всё походило на дурацкий розыгрыш. Но опять же, ходили слухи, что где-то в недрах военных лабораторий выращивают и тренируют телепатов. Может это они и есть? Вроде бы отдали весь Западный Уэльс экологам, а на самом деле и про армейские спецпроекты не забыли. Проводят эксперименты прямо на месте бывшего Главного штаба. Тоже хорошая версия, которая хоть немного объясняет происходящее. Удачно же я приземлился, прямиком на секретный объект…

– Ты снова ошибаешься, – покрутила головой женщина. – Не только мы. Все земляне – телепаты.

Все, но не я.

Нет, это какая-то шутка. Розыгрыш, не иначе.

Зайдём с козырей.

– Хорошо, тогда передайте мне в мозги какую-нибудь мысль, – предложил я.

Мужчина слабо улыбнулся.

– Мы можем прочитать твои мысли, сынок. Можем использовать слова, которые ты знаешь, чтобы общаться с тобой, таким… старомодным способом. Но, к сожалению, твой мозг не имеет возможности принять сообщения от нас. Мы уже не раз пытались. Хотели это сделать и люди в Нью-Лонстоне, когда ты пролетал над городом. Но ничего иного, кроме как вызвать странные ощущения в твоей голове, у нас не получилось. По тому, что мы узнали о тебе, ты принадлежишь к той эпохе, когда человечество не имело абсолютно никаких способностей к телепатии.

– А сейчас значит, другая эпоха? – севшим голосом спросил я. – Год нынче какой?

– Пятьсот второй, – ответила мне женщина.

Я хотел было уточнить, от чего ведётся отсчёт, но она продолжила сама, явно читая мои мысли:

– Пятьсот второй год эры Высшего Единения. Новая эпоха началась с того момента, как человечество избавилось от тирании Святого Престола. Мы отреклись от насилия и войн. Вступили в Межзвёздную Коалицию Разумных Существ, сынок. Отсчёт пошёл с того самого дня.

Я прикрыл своё лицо рукой. Если всё это правда, то всё-таки я совершил прыжок во времени.

Но попал я не в прошлое, а в будущее.

– Именно так, Матвей, – сказал мужчина. – А теперь уже сходи в ванную, о которой ты так мечтал. Когда вернёшься, тебя будет ждать сочный горячий бифштекс. За столом мы и продолжим нашу беседу.

Они точно были телепатами, сомнений в этом у меня не оставалось.

Я нагнулся, расшнуровал ботинки, разулся, и пошёл налево, к двери, на которую мне указали.

Прежде чем зайти в ванную комнату, я всё же спросил:

– А почему заброшен Марс? В моё время его готовились полностью терраформировать.

Мужчина развёл руками:

– Зачем тратить силы и ресурсы на мёртвые планеты, когда только в нашей галактике полным-полно прекрасных мест, так похожих на Землю, но лишённых разумной жизни? Нет ни желания, ни времени обустраивать каменную пустыню. Человечество едва успевает осваивать все те миры-сады, которые Коалиция передала в наше распоряжение. Не до Марса, нам сынок.

– Ясно, – кивнул я и закрыл за собой дверь.

Вышел я из ванной минут через двадцать. И хоть мозг мой был взбудоражен всеми новостями, что обрушились на него, чистым я чувствовал себя гораздо лучше. Вдобавок, я переоделся в свежую одежду, которую мне приготовили – такой же балахон, как и у моих гостеприимных хозяев.

Они уже сидели за накрытым столом, где меня ждали несколько блюд, в том числе на отдельной тарелке лежал и дымящийся, истекающий соком бифштекс, о котором я грезил последние два месяца.

Я сел на свободное место и приступил к вожделенной еде, но на мгновение остановился, глядя на хозяев дома.

На мой невысказанный вопрос ответила женщина:

– Не волнуйся, Матвей. Мы не голодны. Кушай и не переживай.

Я подумал, что телепатия – это очень удобно: ну, когда ты ешь, и тебе не надо открывать набитый рот и чавкать, что-то там спрашивать, ведь достаточно подумать о чём-то и тебе ответят.

– Именно так, – подтвердил мужчина, улыбаясь. – Пока ты ешь, можешь мысленно задавать нам вопросы.

Я ел и думал о словах этой женщины, о том самом дне, когда «человечество избавилось от тирании Святого Престола». Не могу назвать идеальным государственное устройство, в котором я родился и вырос. Но я бы не назвал его тиранией. Тем более, я был ему предан, я жил для того, чтобы защищать Престол от любых врагов: внешних и внутренних. Я был тамплиером, элитным воином, а не каким-нибудь там солдатом-срочником.

В моё время человеческая цивилизация имела почти две сотни развивающихся звёздных колоний, самых разных размеров, расположенных порой на не слишком гостеприимных планетах или лунах газовых гигантов. Миры нового фронтира частенько поражала одна и таже болезнь – необъяснимая тяга к автономности и независимости. Они должны были работать во благо всего человечества, но почему-то периодически пытались выйти из-под контроля Земли и Святого Престола. У них появлялись свои собственные президенты, команданте, цари и даже духовные лидеры – отступники, сбивающие с толку доверившихся им колонистов.

Тамплиеров готовили защищать человеческие колонии от самых разных угроз, но получилось так, что в основном мы гасили мятежи. Но мы ведь не захватчики, мы ведь защищали своё. И упор всегда делался не на оружие массового поражения, а на точечную зачистку с помощью десанта. Очень редко использовались крайние средства, вроде вирусных бомб, но даже в таких случаях, мы всегда успевали вакцинировать не только мирное население, но и тех смутьянов, кто сложил оружие и сдался.

Как так случилось, что всё человечество восстало против Святого Престола, стоявшего на защите человеческой цивилизации от распада и анархии? Как вообще удалось одолеть наш невероятно могучий флот? Неужели на нас напала некая враждебная раса инопланетян?

– Флот не был побеждён, – ответил мужчина, читая мои мысли. – Вся грозная военная мощь Святого Престола однажды сгинула. Исчезла в неизвестном направлении.

– Что? – я даже перестал жевать. – Флот исчез? Как это случилось?

– В год минус один от начала эры Высшего Единения, произошло восстание в колонии Проксимы Центавра. Флот Святого Престола направился на подавление бунта, его корабли вошли в «кротовую нору» и больше их никто не видел.

– Вы хотите сказать, что…

– Это был тот самый день, когда твой десантный катер совершил прыжок в наше время.

– Погодите-ка! – мысли в моей голове заметались. – Я оказался у Марса совершенно один, здесь, в будущем. Флота рядом не было. А что, если он тоже переместился во времени и сейчас находится неподалёку от Проксимы Центавра? Мне надо срочно связаться с командованием! Доложить о том, что сейчас совершенно иная эпоха! Рейд на мирную планету нужно остановить! У вас есть ответственные за подобные ситуации органы или службы? Вы можете как-то предупредить дальнюю колонию?

– В этом нет необходимости, Матвей. Едва твой катер вошёл в атмосферу Земли, мы извлекли всю информацию из твоей головы, затем сопоставили факты и сделали все необходимые выводы, – сообщила женщина. – Мы сразу же передали эти данные акридианам. Через некоторое время они сообщили нам, что флот Святого Престола не был обнаружен нигде в пределах освоенного Коалицией космоса.

Акридианам? Мой мозг зацепился за странное новое слово.

– Это звуковая интерпретация названия высшей расы, возглавляющей Коалицию, – пояснил мужчина. – Ты прав, Матвей, появление боевого флота в наше спокойное время могло бы привести к ужасной трагедии. Однако, мы все находимся под надёжной защитой. Акридиане – мирная раса, сами они не участвуют в конфликтах, при этом, они имеют все необходимые инструменты для защиты и предотвращения войн. Впрочем, их вмешательство не понадобилось. Единственный корабль, оставшийся от того грозного войска, – твой десантный катер. Шансы на возвращение флота Святого Престола, скажем так – практически нулевые…

Мой собеседник слегка замялся.

– Что не так? – настороженно спросил я.

– Акридиане сделали кое-какие выводы и поделились ими с нами. Они очень древняя и развитая раса. Мы не скоро достигнем их нынешнего уровня развития, однако, у нас нет сомнений в том, что они правы.

– Да о чём вы говорите?

– Мне бы не хотелось, чтобы ты однажды решил, что эту информацию мы пытались скрыть от тебя. Поэтому слушай: флот Святого Престола навсегда застрял внутри «кротовой норы». Скорее всего это произошло по твоей вине. Пока ты не появился здесь, с твоими воспоминаниями об аварийном инциденте во время подготовки прыжка к Проксиме Центавра, никто не знал подробностей того, что случилось в глубоком прошлом. Многие ломали головы, пытаясь понять, куда подевалась такая невероятная военная мощь, но теперь всё стало на свои места, сынок.

– Это хорошо, что вам стало всё понятно. Просветите и меня, – медленно произнёс я. – Почему я вдруг стал виноватым?

– Вот версия акридиан: в момент перехода флота в иное пространство, твой катер оказался на границе пространственного разрыва, и этот «прокол» стал эпицентром мгновенной утечки энергии, которая была предназначена для переноса кораблей Святого Престола к Проксиме Центавра, в результате чего оказалась нарушена стабильность «червоточины». Это и стало причиной того, что схлопнулся вход и выход с обеих сторон. Вся энергия, поддерживающая искусственную аномалию, мгновенно ушла на то, чтобы забросить тебя в будущее. А флот оказался заперт в подпространстве без каких-либо ориентиров для выхода из него.

Вот тебе и непредвиденные последствия, Матвей.

Лицо моё вытянулось.

– Только не проси всех подробностей, – поджал губы мужчина. – Понятнее я всё равно тебе объяснить не смогу. Акридиане куда лучше других рас разбираются в особенностях физики подпространства, у тебя и нужных слов-то в голове нет.

– Я угробил флот, – тихо прошептал я.

Бифштекс я доесть не успел. И аппетит у меня внезапно полностью пропал.

– Ты ускорил принятие человечества в ряды разумных рас, – попыталась успокоить меня женщина. – Неизвестно сколько длилось бы правление Святого Престола, и чем бы обернулся первый контакт с кораблями Коалиции. Человечество той эпохи было эгоистичным, подозрительным и агрессивным. Ты лишил людей военной мощи, главного аргумента в отстаивании любой, даже самой неправильной точки зрения. И когда в один прекрасный день акридиане связались с нами и предложили сотрудничество, мир и процветание, то мы уже не могли отказать им.

Я отставил от себя тарелку с недоеденным мясом.

– И что теперь? – мрачно спросил я. – Дадите мне почётный орден? Станете показывать детям в школах, рассказывать обо мне, как о настоящем герое?

– Даже не рассчитывай на это, – отрицательно покрутил головой мужчина.

Пусть в моих предыдущих словах и была горькая ирония, но его ответ показался мне обидным.

– Почему нет? – тихо спросил я.

– В нашем времени ты не герой, ты – военный преступник, Матвей, – вздохнул мой собеседник. – Некогда ты защищал тиранию Святого Престола, верно служил церковно-военной диктатуре. Ну и вдобавок, своими действиями, продиктованными эгоистичным желанием удержать звание сержанта, ты подвёл боевых товарищей, обрёк их всех на гибель. Как ни крути…

– Уж прости, но тебе не место среди современных людей, прими это и смирись. – грустно сказала женщина.

– И что мне теперь с этим делать? Куда податься замаливать мои грехи?

– Это уже не нам решать.

Так, этот разговор мне нравился всё меньше и меньше. Твою ж налево, пистолет-то я оставил в ванной!

– Ты не успеешь, – предупредил меня мужчина. – Они уже здесь.

Не было времени спрашивать, кто эти самые «они». Я соскочил с места и рванулся в сторону ванной. В тот же момент уличная дверь распахнулась и на пороге возникли два странных существа, паривших в воздухе. Они были чем-то похожи на крупных упитанных осьминогов.

Пришельцы имели округлое тело, целиком закованное в белый металл. В нижней части из многочисленных отверстий торчали бледно-розовые щупальца, совершающие медленные плавающие движения.

«Осьминоги» вытянули свои конечности в мою сторону, и я потерял возможность шевелиться. Меня сковал паралич – я замер, не способный сдвинуться с места. При этом я мог моргать, если хотел.

Я мог моргать! Значит кое-какой контроль над мышцами моего тела остался. Так. Не думать. Успокоиться и не думать. Я ведь умею не думать, это неоднократно отмечал старшина. Он с такой неохотой ставил меня на место Ефремова. Значит, до последнего не сомневался в моём таланте!

Тем временем существа и мои «гостеприимные» хозяева молчали, наверное, они вели телепатический диалог.

Прошло несколько минут, и мужчина обратился ко мне:

– Мы с женой выступили от имени всех землян, и передали акридианам нашу общую просьбу: навсегда избавить человеческое общество от твоего позорного присутствия, Матвей. Ты – зло, военный преступник, а значит тебе нет места среди нас.

Вот как… Человечество от меня отказалось. Впрочем, заслуженно. Так мне и надо. Лучше бы меня тоже утащило внутрь «червоточины» вслед за флотом.

– Акридиане заберут тебя, – продолжал представитель того разумного вида, к которому я более не имел никакого отношения. – Теперь они отвечают за твою судьбу. На этом всё, прощай, капрал Фоменко.

И тебе не хворать, как там тебя звать-величать. Говоришь, нет у теперь вас имён, только мысленные ассоциации? Ты похож на крысу.

Значит, прощай, Крыса.

На этом всё.

Бронированные осьминоги протянули в мою сторону свои щупальца и моё тело, повинуясь их воле, сделало первый шаг.

В этот момент, в моей груди последний раз содрогнулось сердце.

Всех десантников учат этой непростой, но крайне полезной технике. Ведь мы можем попасть в плен, и нас могут обездвижить, могут пытать… Однако, если мы в сознании и в силах контролировать свою сердечную мышцу – нас ни за что не удержать в неволе!

Хоп! Спустя мгновение, я уже барахтался в клон-камере и плевался амниотической жидкостью – биологически активной средой, в которой выращивали клонированные тела.

– Десять минут! – это были первые слова, которые вырвались из моего хрипящего горла, после «рождения».

Я вывалился из капсулы и прыгнул к лестнице. Едва не срываясь вниз из-за скользящих ладоней, я кое-как забрался на верхний уровень, голышом рухнул в кресло пилота и запустил предстартовую подготовку.

У меня ещё оставалось время. Прямой угрозы я не наблюдал – небо оставалось чистым. Радары катера не засекли никакой активной техники в радиусе сотни километров, чтобы серьёзно опасаться быть сбитым при взлёте.

Так, допустим я удачно свалю со старушки Земли. Но куда потом? Мне недоступны межзвёздные перемещения. Я могу передвигаться по Солнечной системе лишь со скоростью черепахи. Где можно спрятаться, если Крыса не соврал мне и человечество действительно отказалось от терраформирования и колонизации соседних планет?

Прочь! Прочь такие мысли. Сейчас не время для таких планов. Если меня «прочитали» ещё в атмосфере, то и сейчас видят насквозь, как пить дать! Сперва надо сбежать подальше от Земли, а думать о важном буду потом.

Катер вывел на экран подтверждение готовности всех систем. Можно взлетать.

Поехали!

Чёрный крест вздрогнул и свечой устремился в небо. Ускорение вдавило меня в кресло. Я решил, что пора бы уже пристегнуться, правда немного неудобно было доставать из-под себя ремни, будучи придавленным своим же тройным весом, но мне в конце концов удалось это сделать.

Я не переставал следить за датчиком высоты, и мысленно прикидывал оставшееся время выхода за пределы атмосферы. Всё ещё были велики шансы быть перехваченным истребителями планетарного базирования, если они, конечно, существовали на этой Земле.

Оказалось, бояться следовало иного.

Небо надо мной внезапно исчезло, и катер накрыла гигантская тень. Я оказался прямо под брюхом огромного космического корабля, по размерам, наверное, раза в три большего, чем «Справедливый». В тот же момент меня настигло знакомое оцепенение, но в это раз оно сопровождалось ещё и мощным ментальным ударом, который словно хороший нокаут отправил меня в темноту.


Предыдущие главы:


1. Последний крестовый поход. 1. Оставшийся позади

Показать полностью
84

Дракон "Хаку" из "Унесенные призраками"

Дракон "Хаку" из "Унесенные призраками" Аниме, Дракон, Ручная работа, Искусство, Авторская игрушка, Авторское, Фантастика, Унесенные призраками
Дракон "Хаку" из "Унесенные призраками" Аниме, Дракон, Ручная работа, Искусство, Авторская игрушка, Авторское, Фантастика, Унесенные призраками

В среднем тратится 2 недели на создание этого дракона. В длину достигает почти 2 метра!

Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: