6

ПОЧЕМУ ЛОПАРИ ЛЕТАТЬ НЕ УМЕЮТ

Когда вверенное капитану Петрищеву судно называли черным пароходом, он обижался. В его понимании СРТ (средний рыболовный траулер) мог быть ласточкой, лайбочкой или на худой конец старой лоханью, но никак не черным пароходом. Капитан Петрищев был суеверен, как и все моряки. А черным его судно называли геологи Мурманской Морской Геологической Экспедиции. Хотя, не только это судно. "Белые люди ходят на белых пароходах, а черные на черных". Так было, есть и всегда будет.

Забегая далеко вперёд, хочу отметить тот факт, что в суевериях моряков есть некая доля истины. Та самая "черная" петрищевская "Атлантида" была обречена сразу после крещения. "Как вы судно назовёте, так оно и…" — помните? Золотые слова. Отходив свои положенные годы в северных морях и подарив стране советов тысячи тонн рыбы, обогатив на старости лет науку геологию эпохальными открытиями, "Атлантида" закончила свой жизненный путь в водах Атлантического океана, около Канарских островов, протаранив и посадив на рифы "Профессора Смольникова". О чем думали те кораблестроители, которые нарекали судно этим знаковым именем? Скорее всего, ни о чем не думали — открыли толковый словарь и нарекли. Кораблестроители не суеверны. А капитан Петрищев, помимо суеверия, был мудр и весьма умён — он знал, что в северных морях с его судном уж точно ничего не случится апокалиптического. И водил вверенное ему судно.


Историческая справка.


В 1988 году, последний рейс "Атлантиды" к Новой Земле был совмещён с празднованием ухода на заслуженный отдых капитана Петрищева. После двухнедельного похода, экипаж на сданную посуду приобрёл катер "Прогресс" с мотором и велосипед.


В начале июля 1987 года "Атлантида" шла из порта Мурманск в заданный район работ около Новой Земли. Погода стояла на редкость шикарная для этого времени — яркое солнце нагревало морской воздух аж до пятнадцати градусов. И ни ветринки, полный штиль, работай и работай. Но, не тут-то было. Именно в такую погоду всем работать не хочется, особенно научному составу, геологам. Нашлось пара десятков причин, чтобы зайти на денёк в Порчниху. Кто не знает, это маленький деревянный причал в бухте среди скал, имеющий громкое название порт. Он и построен-то, скорее всего, для таких целей, когда экипажам проходящих судов до зарезу необходимо решить какие-то срочные проблемы на берегу. Позагорать, рыбу, там, половить или от шторма укрыться. Короче, решили зайти в Порчниху.


После того, как судно привязали к скрипящему старому причалу, к Петрищеву подошел Коля Иванов — матрос лет пятидесяти, лопарь по национальности, имевший жену и пятерых детей на берегу. Суть его просьбы состояла в желании сойти на берег для посещения сестры в Дальних Зеленцах — это небольшой поселок в трех-четырех часах быстрой ходьбы от порта Порчниха. К тому же, как утверждал Коля, у него в тот день был день рождения. Капитан, оттерев пальцем пару кристалликов соли со спасательного круга, а именно с надписи "Атлантида", задумчиво глянул в небо и дал добро, но велел матросу быть на борту не позднее 17–00. Коля что-то прикинул в уме и сказал, что успеет. Минут через пять команда с удивлением наблюдала, как матрос Иванов сошел по трапу на причал, держа в руке огромный, явно пустой коричневый чемодан и быстрым шагом направился по пыльной дороге. Как только Коля скрылся за горизонтом, оставшиеся занялись делом — кто загорал, кто рыбу с причала ловил, а кто и "пулю" писал на верхней палубе, правда, тоже загорая — все при деле.


Когда стрелки судовых часов стали подбираться к пятичасовой отметке, Петрищев поднялся на мостик. Заметив на палубе боцмана, он спросил у него, а где собственно обитает сестра матроса Иванова. Боцман ответил, что, судя по рассказам, работает она в местном продуктовом магазине. Капитан недоверчиво глянул на дорогу, а потом на большие корабельные часы, висевшие прямо над штурвалом. Часы утверждали, что уже пять минут шестого. Петрищев взял микрофон судового "матюгальника" и приказал швартовой команде готовиться к отплытию, а машинному отделению запускать двигатель. На палубе образовалось ленивое движение.


Минут через двадцать двигатель запустился, а вся команда стояла на палубе и смотрела на дорогу. Лопарь Иванов опаздывал.


К 18–00 капитан уже сильно нервничал. Расхаживая по мостику, он то курил, то смотрел в большой морской бинокль в сторону дороги. И тут стоявший рядом второй помощник показал пальцем на горизонт. Там появилось довольно большое для одного человека облако пыли. Облако приближалось и росло в размерах. Через минуту уже можно было рассмотреть несшегося на пределе своих возможностей матроса Иванова. Ему явно мешал тяжелый чемодан. Еще через минуту вся команда поняла, почему так много было пыли — за матросом Ивановым, как им показалось, бежало всё мужское население Дальних Зеленцов. Коля приближался к причалу с невероятной для его комплекции и несомого чемодана быстротой — он явно сражался за своё здоровье или даже саму жизнь. Догонявшая его толпа не оставляла никаких сомнений в своих намерениях: все бежавшие были вооружены кольями, топорами, ведрами и могучими кулаками. Толпа настигала несчастного.


— В магазине, говоришь?! — Прокричал Петрищев в "матюгальник", явно обращаясь к боцману, стоявшему на палубе, — Руби, блядь, концы! Машина, полный ход!!! — И тут он заорал ещё громче, на этот раз обращаясь к Иванову, вбегавшему на причал: — Бросай чемодан!!! Они тебя сейчас убьют!


Но Коля чемодана не отдал. Добежав до края причала, он к удивлению наблюдавших, размахнулся и с криком "Лови осторожно!" швырнул его на палубу. Чемодан опрокинул шесть человек, подобно кеглям. Затем Иванов прыгнул сам навстречу заботливым рукам боцмана. Судно уже стало набирать ход и отошло от причала метров на пять. В этот момент на причал влетела разъярённая толпа. Первых три человека попытались повторить Колин подвиг и прыгнули, пытаясь достичь борта корабля, но не долетели. Остальная часть стала разбирать причал. Ярость толпы была фантастична — они собирались строить плот, чтобы догнать "Атлантиду". К счастью, судно все-таки двигалось быстрее любого плота и через несколько минут вышло в открытое море.


Теперь долгожданные пояснения. Во-первых, была пятница. Во-вторых, самое начало горбачевских стараний по искоренению алкоголизма в СССР. Матрос Иванов рассчитал все с точностью до минуты. Он пришел к 14–00 в подсобку магазина Дальних Зеленцов, в котором действительно работала его сестра, уговорил её продать водки, загрузил чемодан — влезло сорок бутылок, но это была вся, завезенная на выходные водка, и не спеша, пошёл обратно. Можно себе представить негодование местных жителей!..


…Открыв, наконец, свой чемодан, Николай Иванов, виновато улыбаясь, задумчиво спросил как бы у всех сразу:


— И отчего я летать не умею?..

— Да потому, что жрешь сверх меры!!! — Рявкнул Петрищев сверху.


А боцман приложил лопарю вдобавок рукой так, что тот изо всей силы грохнулся мордой в открытый чемодан.

Кстати, по единодушному мнению, водку признали весьма вкусной.


Дальние Зеленцы, 1987

Дубликаты не найдены

+1

Весьма жизненно.В плюс.В похожей ситуации был 1 июня 1985 г в порту Геническ.Там еще не знали,что антиалкогольный указ вступил в силу.))

0

Догнали бы...

Похожие посты
297

К РЫБНОМУ ДНЮ

Когда я жил и работал в Мурманске, соседом по квартблоку был мой непосредственный начальник - Максимыч - душа человек. Как-то в четверг, под конец рабочего дня, Максимычу позвонила жена, которая работала сутки через трое и велела "к завтраму" купить рыбу, да и побольше, потому что в пятницу у них намечались какие-то гости с "материка" (это так называлось все, что южнее 69-й параллели). И вот, Максимыч и говорит, давай, мол, рыбину купим, а на сдачу еще и спинок минтая с кольским пивом, пока до пятницы время есть? Когда шакала спросили, будет ли он есть мясо, шакал рассмеялся. Естественно пошли.


Сначала было пиво. Купили, выпив по паре троек бутылочек для дегустации, затем спинок минтая вяленых, а уж потом за рыбиной пошли в "Океан". Выбранная зубатка потянула аж на 12 с половиной килограмм - квадратно-замороженной формы. Я мужественно пёр её в нашу "гору дураков" - улицу Старостина, пешком. Максимыч тащил минтая с пивом - по нынешним меркам - недельный запас.


Придя домой, мы на пару забили рыбью глыбу в раковину на кухне, чтобы она хоть немножко оттаяла, а иначе ее просто было бы не загрузить в холодильник - такая огромная, а сами сели в гостинной пиво пить и ждать таяния рыбы. Так и сидели, пили, закусывали, в покое и тиши - было слышно, как жужжат мухи, а в порту переругиваются буксиры.


Минут через сорок, когда Максимыч стал выливать в кружку очередную бутылку пива, я с удивлением отметил, что рука Максимыча заметно дрожит, что льет он уже с горкой и давно через край, а взгляд его направлен в проем двери, который вел на кухню. И тут я чуть не уронил свой стакан...


Стоит отметить, что у Максимыча в те времена в квартире обитал кот - стандартных размеров зверь, боевой, с рваными ушами и вечно голодный по определению. Так вот, этот подонок, неслышно скользя по линолиуму, кося на нас глазом, волочил к себе в "детскую" за хвост 12,5 кг неподъемной, скользкой квадратной зубатки, которую мы вдвоем несколько минут вбивали в раковину чуть ли не ногами!


А в это время было слышно, как жужжат мухи, в порту переругиваются буксиры и где-то в Североморске шепчется влюбленная парочка...


Мурманск, 1986 г.

38

ПРО МЕДВЕДЕЙ. В ФОРМЕ ПРОТОКОЛА

Году эдак в 1986 пришлось мне маленько побегать по Фёдоровым тундрам. Если кто не знает, то это небольшие горы так называются в центре Кольского полуострова, к востоку от города Апатиты. Замечательно красивые места, богатые всем, что разрешено природой в тех краях. Рыбы — навалом, да еще какой! Когда при мне произносят слово "рыбалка", я встаю в стойку и спрашиваю про процесс. Потом расслабляюсь — это не как ТАМ. В Фёдоровых тундрах ловить рыбу не нужно: просто заходите в речку и берете сколько нужно. То же самое с грибами. Но, сейчас не об этом

Наш маленький коллектив состоял из пяти человек: студентка-практикантка (она же повар), техник, геолог (то есть я), водитель и начальник отряда. Студентка была худа, длинноволоса и склочна, а начальник не в меру толст, туп, завистлив и безнадежен в смысле дальнейшего карьерного роста. Собственно говоря, именно по этим причинам он не принимал участия в собственно работе, а по негласному решению коллектива был при кухне. Типа спал до обеда. Вставал, завтракал, доставал Важные Бумаги с картами, изучал их и при нашем появлении к обеду, начинал объяснять, что и как нужно делать. Мы с техником ели свой обед и жуя, внимали. Потом опять шли в маршрут. Или ехали, если там мог пройти вездеход, который вечно ломался. Соответственно, водитель всегда был при деле — чинил.

И вот однажды… Да, именно однажды, практикантка громко намекнула начальнику на то, что хорошо бы и ушицы свеженькой сварить к вечеру. А она по нашим наблюдениям слегка клеилась к боссу, поскольку была тупа в той же степени, что и он. Видимо рассчитывала по окончании полевого сезона поиметь в его лице рекомендателя для дальнейшего трудоустройства в блатную геологическую контору за полярным кругом. Босс так далеко смоделировать ситуацию был не способен и принимал её влажные взгляды как должное, считая себя непревзойденным красавцем и сердцеедом. Так вот, он принял намек и предложил коварной фемине вместе прогуляться к ближайшей рыбоносной жиле. Дело шло к ужину. Мы с техником распахивали тундру километрах в двадцати, а водитель чинил. Голубки пошли в одиночестве, но с ведром.


Как уже было отмечено выше — поймать в тех местах рыбки особого труда не составляло. История умалчивает о пикантных подробностях ловли. Когда поздно вечером мы вернулись в лагерь, то застали самый конец произошедшей драмы. Если использовать художественные средства милицейского протокола, то увиденное можно было представить так: водитель с бланшем под глазом бился в смеховой истерике, фуриеобразная практикантка нервно поедала запасы хлеба, сидя на рассыпанной по земле рыбе, а начальник, держась за руку, посылал её без перерыва на три буквы.


Факты были таковы. Наловив ведро рыбы, молодые сбросили с себя мешавшие одежды и решили предаться чистой любви. В это время к реке вышел огромный медведь и грозно зарычал на влюбленных. Те, не долго думая, мгновенно телепортировались на два, по счастью росших рядом, невысоких деревца. Медведь зарычал еще грознее. Ситуация получилась книжно-банальная. В течение двадцати минут мишка рычал, а голубки стучали от ужаса зубами, вцепившись в качающиеся кроны деревьев. Наконец, медведь решил действовать…


Тут я забегу далеко вперед. Через полгода, сидели мы с начальником экспедиции в его кабинете и курили. Обсуждали какой-то проект. Звонит телефон. Шеф снимает трубку. Долго слушает, периодически поддакивая, а потом включает громкую связь. Это звонили из районного суда. Поступило заявление от гражданина такого-то:"… и когда медведь подошёл к её дереву, гражданка такая-то начала ему говорить, что она костлявая и невкусная. Чтобы он шёл и ел меня. Она приказала дикому зверю отстать от неё и подойти к моему дереву. Медведь послушался её козней и полез на моё дерево, которое было тонким и не выдержало моего веса. Я упал на медведя и, сломав руку, прогнал его. Прошу учесть, что только благодаря моему мужеству, свирепый хищник сбежал, а не съел обоих… "


Мурманск, 1986 г.

Показать полностью
62

ВЮРСТ

В самом начале 90-х, когда я только приехал поработать в Австрию, решил съездить и навестить друзей на выходные в Будапешт. Благо сами друзья приехали в Вену и предложили прокатиться до Венгрии на их машине. Обратно можно было уехать поездом. Я решился.


При покупке билета на будапештском вокзале ощущал себя новым русским - купил билет первого класса - самому сейчас смешно. Да и стоил билет полста долларов. Ход мыслей был прост: на границе круто трясут только "низшие" вагоны, а после Венгрии хотелось немного выспаться. Поезд шел по маршруту Будапешт-Вена-Мюнхен и до Вены долетал часа за четыре. В вагоне кроме меня никого не было - это я потом сообразил, что следовало бы сказать проводнику, чтоб разбудил. Но... проспал, короче.


Рано утром меня разбудил вежливый стук в дверь. Проводник интересовался, не нужно ли мне донести багаж? Багажа у меня не было. Выйдя на привокзальную площадь, я спросонья еще мало что соображал и стал ловить такси. Таксист у меня никаких подозрений не пробудил - он балаболил по-немецки. Уютно устроившись, я зевнул и сказал ему адрес. Таксист задумался. Потом достал карту. Долго ее изучал. Еще через минуту раздумий взял матюгальник и связался по радио с диспетчером. Я в это время в полудреме любовался небом. Диспетчер тоже долго думал, но вскоре выдал диагноз - таксист с улыбкой попросил у меня билет. Это-то меня и насторожило. Порывшись в карманах, я билет нашел и протянул его водителю. Тот мельком взглянул и указал мне на здание вокзала с вывеской. Тут меня прошибло холодным потом... Немецкой визы, естественно, нет. Денег уже практически тоже. Я попросил таксиста подождать, рванул в кассу. Уехать в Австрию можно было только утром, часов в десять. Я снова купил билет первого класса до Вены. При этом отметил, что денег осталось двадцать долларов. С этой грустной новостью я вернулся к таксисту. Он оказался смышленым и понимающим. За оставшуюся двадцатку он привез меня в маленький пансиончик какой-то своей родственницы - бабки лет семидесяти, где мне предложили комнатушку и талон на бесплатную кружку пива в ближайшей пивной. Утром был обещан завтрак. Пришлось побыть туристом в Мюнхене.


Ужинал пивом. Это что-то! Особенно после целого дня хождений пешком. Рано утром был разбужен - благо добрый таксист учел мою прошлую ошибку. Выйдя в "гостиную", обнаружил стол, на котором стоял поднос со сливочным маслом и джемом. Кофе с булочками разносила молодая баварка - тоже, видать из семейного бизнеса. После вчерашнего дня и крепкого пива на ужин у меня до рези засосало под ложечкой от повидла. Я позвал девушку и на том пинджи-дойч, который знал, поинтересовался, можно ли получить хотя бы "что-нибудь" кроме "этого". Она меня явно не поняла - стояла и хлопала своими баварскими ресницами и теребила фартук. Английского девушка так же не поняла в принципе. Русский тогда в Баварии был не в ходу. Превозмогая рези в животе, я решился на крайние меры: принялся изъясняться на языке жестов. Ладонь левой руки изображала кусок хлеба, правая рука делала недвусмысленные движения подразумеваемым ножом - мазала масло. Потом на куске желанного "хлеба", должен был появиться кусок колбасы - я правой рукой отодвинул тарелочку с джемом, обведя вокруг пустого места, показал на желаемое присутствие другой тарелки, с которой "взял" кусок колбасы и "положил" его на левую ладонь-"хлеб". Девушка моргнула, теребнула еще раз передник, что-то воскликнула и стукнула себя по лбу. Тут я повеселел, представив себе, как она подумала: "Какая же я дура! Естественно, что этому здоровому джентльмену нужно не повидло утром, а сожрать кусок мяса и побольше!". Минуты две прошли в мечтательном ожидании...


Когда я увидел, что именно она принесла, смог промолвить только одну фразу про мать. Передо мной поставили огромное блюдо с... джемом.


А вы: "Азия'ссс!.."


P.S. Вену не проспал.

Показать полностью
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: